Дело №2-1298/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 июня 2017 года г.Димитровград

Димитровградский городской суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Кочергаевой О.П., при секретаре Ванюковой Е.Н., с участием адвоката Фролова В.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, в обоснование заявленных требований ссылаясь на то, что она являлась собственником домовладения, расположенного в 

<

...>, с 07 декабря 1962 года. Примерно в августе 2016 года к ней обратился ее сын ФИО2 с просьбой составить завещание, чтобы в последующем не пришлось делить принадлежащее ей имущество. С этой целью они поехали в нотариальную контору, где было составлено завещание, однако когда они вышли из нотариальной конторы, ее сын прочитал завещание и разорвал его, сказав, что это не то, что необходимо будет проехать в другое место. Примерно 31 августа 2016 года с целью оформить правильное завещание ФИО2 привез ее в многофункциональный центр на ул.Октябрьская г.Димитровграда, где специалист приняла у них документы, какие именно ей неизвестно. Она подписала документы там, где показал сын, не прочитав их. При этом она не слышала, что именно разъяснял им сотрудник центра. ФИО2 попросил ее подтвердить все, о чем говорила сотрудник центра, что она и сделала. Она думала, что оформила завещание, однако в мае 2017 года от ее внучки ей стало известно, что ФИО2 выразил намерение отомстить ей за что-то и забрать у нее все имущество, не считаясь с тем, что у нее есть другие дети и внуки. Лишь тогда она проверила документы, которые получила в центре, и увидела, что фактически она подписала договор дарения, а ее сын оставил ее без жилья. Просила признать недействительным договор дарения домовладения, расположенного в 

<

...>, от 31 августа 2016 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2, прекратить право собственности ответчика на указанное домовладение, применить последствия недействительности сделки, признав за ней право собственности на спорное домовладение.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по обстоятельствам, в нем изложенным, дополнительно пояснила, что у нее ранее был опыт написания завещаний, она из составила множество, чем управляла поведением потенциальных наследников, планировала и в дальнейшем составлять указанные завещания в зависимости от того, как ее дети и внуки будут к ней относится. Она никогда не хотела отчуждать принадлежащий ей дом и земельный участок при жизни, предполагала, что в любом случае домовладение перейдет к наследникам после ее смерти. При этом просила суд учесть, что иного жилья у нее не было, она считала себя собственником дома, оплачивала необходимые платежи за него до настоящего времени. Кроме того, после того как она прочитала договор дарения в начале мая 2017 года, она узнала, что данным договором сохранено за ней право пользования жилым домом, однако данное условие с ней не оговаривалось, на данное условие она бы не согласилась, поскольку с ней проживает сожитель на протяжении более 30 лет, который имеет право на пользование домом, и у нее не было намерения лишать его указанного права. Когда сын привел ее в многофункциональный центр, она удивилась, поскольку указанное учреждение не было похоже на нотариальную контору, однако сын ее заверил, что оснований сомневаться не имеется. Она передала сыну 3000 руб., как она полагала для составления завещания, после чего он ее заверил, что все документы сделаны правильно, и она, доверившись ему, подписала бумаги. После получения документов в центре, она их не читала, прочла лишь после того, как в мае 2017 года ее внучка попросила показать ей, что именно она подписала, и лишь после этого внучка растолковала ей, что она уже не собственник дома. Однако она не намеревалась отказываться от принадлежащего ей имущества, поскольку планировала и дальше управлять поведением потенциальных наследников. Указала также, что она не разбирается в юридических тонкостях сделок, предполагала, что она и дальше может распоряжаться спорным имуществом.

Адвокат ФИО1 – Фролов В.В. в судебном заседании позицию своего доверителя поддержал, просил об удовлетворении иска.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал, указав, что его мать сама выразила желание подарить ему земельный участок и жилой дом, он не отказывался от дара, не говорил ей о том, что везет ее в многофункциональный центр для того, чтобы подписывать завещание. Взамен на недвижимое имущество он ей ничего не обещал. Согласно условиям договора мать имела право на проживание в доме, право проживания ее сожителя не оговорено, об этом не было разговора. После оформления договора дарения он не взял на себя обязанность по содержанию дома и оплате необходимых платежей, поскольку договоренности об этом не было. Полагает, что мать захотела подарить дом, поскольку решила определиться с ним, поскольку ранее составляла неоднократно завещания на его имя. Мать сама оплатила услуги по составлению договора дарения, поскольку это было ее желание подарить ему дом. Полагает, что его мать не заблуждалась относительно предмета сделки, поскольку всю жизнь работала в торговле, до настоящего времени торгует на рынке, понимает отличие договора дарения от завещания. Просил в удовлетворении иска отказать.

Представитель ФИО2 по устному заявлению ФИО3 в судебном заседании позицию своего доверителя поддержал, просил отказать в удовлетворении заявленных требований.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, доказательств уважительности причин неявки в суд не представил, в связи с чем суд, руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотрение дела в его отсутствие. 

Заслушав участников процесса, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования ФИО4 обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст.572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Из пояснений сторон и материалов дела следует, что 31 августа 2016 года между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения дома и земельного участка, в соответствии с которым истица подарила ответчику в собственность жилой дом и земельный участок, расположенные в 

<

...>. Условиями договора предусмотрено, что дом передается от проживания третьих лиц, имеющих в соответствии с законом право пользования данным жилым помещением, однако зарегистрированная в доме истица сохраняет право пожизненного проживания и пользования передаваемыми объектами недвижимости. 

Договор дарения недвижимого имущества и переход права собственности прошли государственную регистрацию, в настоящее время собственником указанного в договоре недвижимого имущества значится ответчик ФИО2, что подтверждено выпиской из Единого государственного реестра недвижимости. 

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ссылалась на то, что заблуждалась относительно природы сделки, предполагала, что принадлежащее ей недвижимое имущество перейдет к ФИО2 после ее смерти, а собственником указанного имущества будет она до дня своей смерти, то есть, предполагала, что она составляет завещание. 

По смыслу ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации заблуждение относительно условий сделки, ее природы должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

В соответствии со ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии со ст.167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Исходя из положений указанных норм закона, юридически значимыми обстоятельствами для вывода о состоявшемся договоре дарения является действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

В данном случае совокупностью представленных по делу доказательств подтверждается доказанность заблуждений истца относительно природы заключаемой им сделки.

Преклонный возраст истца на момент заключения договора дарения (86 лет), состояние ее здоровья, подтвержденное представленными медицинскими документами, а именно поставленный в 2015 году диагноз «тугоухость», то обстоятельство, что согласно представленным документам практически лишена слуха и пользуется слуховым аппаратом, по мнению суда, делали невозможным для истца как самостоятельное прочтение текста договора, так должное восприятие сути его содержания и понимание правовых последствий его заключения. 

В судебном заседании ответчик, возражая относительно исковых требований, указал на то, что его мать решила распорядиться принадлежащим ей недвижимым имуществом на случай своей смерти, подарив ее ему. Тем самым ответчик подтвердил доводы истца о ее предположении того, что ею составляется завещание на имя сына на случай ее смерти. 

Более того, допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО5, ФИО6 подтвердили суду об отсутствии у ФИО1 намерения отчуждать принадлежащий ей дом при жизни. Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется, поскольку они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, а также их показания согласуются с пояснениями сторон. 

Не свидетельствует об обратном и свидетель ФИО7, показавшая суду, что при ней ФИО1 в начале августа 2016 года высказывала пожелание подарить принадлежащее ей домовладение своему сыну. 

Возраст, состояние здоровья и образовательный уровень истца в совокупности с отсутствием доказательств выражения ею намерений подарить принадлежащее ей домовладение ФИО2, дают суду основание считать убедительными доводы истца о том, что она не осознавала природу совершенной ею сделки, имела намерение распорядиться принадлежащим ей имуществом на случай ее смерти, предполагала, что подписывает именно такой документ, отчуждать принадлежащее ей жилье при жизни она не намеревалась. 

Кроме того, суд находит заслуживающими внимание и доводы истца о том, что она е имела намерения при своей жизни прекращать право пользования указанным жилым домом ее сожителем, с которым она проживает в доме более тридцати лет. 

При указанных обстоятельствах имеются бесспорные основания к признанию недействительной оспариваемой истцом сделки. Об этом же свидетельствует и поведение сторон после заключения договора дарения, а именно, не смотря на содержащееся условие в договоре дарения о том, что только истица сохраняет право проживания в доме, фактически новый собственник не ставил вопрос о прекращении права ФИО5, проживающего с ФИО1, пользования жилым домом, как и не взял на себя обязанности по содержанию дома в соответствии со ст.209, 210 Гражданского кодекса Российской Федерации, что подтверждено представленными истицей копиями квитанций об оплате жилищно-коммунальных услуг. Указанные обстоятельства в судебном заседании не отрицал и ответчик, указав, к тому же, что перед заключением оспариваемого договора, какие-либо условия данного договора с дарителем не оговаривались 

В силу п. 6 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом ст. 167 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке

Применяя названные нормы, суд приходит к выводу о приведении сторон безвозмездной сделки в первоначальное положение: надлежит прекратить право собственности ответчика на спорное домовладение, возвратив истцу право собственности на него. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения дома, инв.№006000, и земельного участка площадью 574 кв.м, расположенных по адресу: 

<

...>, заключенный 31 августа 2016 года между ФИО1 и ФИО2. 

Применить последствия недействительности сделки.

Прекратить право собственности ФИО2 на дом, инв.№006000, и земельный участок площадью 574 кв.м, расположенные по адресу: 

<

...>. 

Признать за ФИО1 право собственности на дом, инв.№006000, и земельный участок площадью 574 кв.м, расположенные по адресу: 

<

...>.

Решение суда после вступления в законную силу является основанием для государственной регистрации прекращения права собственности на указанное недвижимое имущество за ФИО2 и для государственной регистрации права собственности на указанное недвижимое имущество за ФИО1

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Димитровградский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме – 03 июля 2017 года.

Судья О.П. Кочергаева