Гражданское дело № 2а-2622/2017 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 декабря 2017 года г. Грязи

Судья Грязинского городского суда Липецкой области Шегида Е.А., рассмотрев в порядке упрощенного (письменного) производства административное дело по административному исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3 к администрации городского поселения город Грязи Грязинского муниципального района Липецкой области о признании незаконными решений об отказе в согласовании проведения публичных мероприятий в форме шествия и пикетирований, возложении обязанности согласовать проведение заявленных публичных мероприятий,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к администрации городского поселения город Грязи Грязинского муниципального района Липецкой области, в котором указали, что 29.11.2017 г. ими были поданы уведомления о проведении трех публичных мероприятий: пикетирования в поддержку предвыборной программы кандидата в президенты Российской Федерации ФИО4 о необходимости отменить законы, ограничивающие права людей по полу, сексуальной ориентации, по месту рождения, наличию других гражданств, судимости (за исключением случаев национальной безопасности) с целью выступления в поддержку положения предвыборной программы кандидата в президенты Российской Федерации ФИО4 о необходимости отменить законы, ограничивающие права людей по полу, сексуальной ориентации, по месту рождения, наличию других гражданств, судимости (за исключением случаев национальной безопасности), согласно подданному уведомлению, пикетирование должно было состояться 03.12.2017 г. с 16 до 17 часов в парке имени Флерова в г. Грязи с количеством участников до 300 человек; пикетирования с призывом к легализации в России однополых брачных союзов с целью призыва к принятию поправок в Семейных кодекс Российской Федерации, направленных на законодательное признание права двух лиц одного пола на вступление в брак, согласно поданному уведомлению, пикетирование должно было состояться 03.12.2017 г. с 19 до 20 часов на Красной площади в г. Грязи с количеством участников до 300 человек; шествия Грязинского гей-парада в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств в России с целью привлечения внимания общества и власти к проблемам в области соблюдения прав человека лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств, привлечения внимания общества и власти к существующей дискриминации лиц гомосексуальной ориентации и представителей гендерных меньшинств, гомофобии (ненависти к сексуальным меньшинствам), трансфобии (ненависти к гендерным меньшинствам) фашизму и ксенофобии, согласно данному уведомлению, шествие должно было состояться 10.12.2017 г. с 16 до 18 часов по ул. Революции 1905 года и ул. Воровского от ул. Борисоглебская до ул. Красная площадь в г. Грязи с количеством участников до 300 человек. 30.11.2017 г. и.о. главы администрации городского поселения город Грязи ФИО5 уведомил административных истцов об отказе в согласовании проведения двух заявленных публичных мероприятий в форме пикетирований, ссылаясь на то, что при проведении публичного мероприятия на территории, непосредственно прилегающей к зданиям, занимаемым государственными органами, уведомление о проведении публичного мероприятия подается в уполномоченный исполнительный орган государственной власти. 01.12.2017 г. глава администрации городского поселения город Грязи ФИО6 уведомил административных истцов об отказе в согласовании проведения публичного мероприятия в форме шествия, ссылаясь на федеральное законодательство о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних. По мнению административных истцов, такие отказы являются незаконными и нарушают их гарантированные Конституцией РФ права на свободу собраний, свободу мысли и слова, основаны на дискриминационном отношении к лицам гомосексуальной ориентации и, прежде всего, к организаторам и потенциальным участникам заявленных публичных мероприятий. На основании изложенного, административные истцы просят признать незаконными решения об отказе в согласовании проведения публичных мероприятий в форме шествия и пикетирований и обязать административного ответчика согласовать проведение заявленных публичных мероприятий.

В судебное заседание административные истцы ФИО1, ФИО2, ФИО7 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Представили ходатайство, в котором просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Представитель административного ответчика администрации городского поселения город Грязи Грязинского муниципального района Липецкой области в судебное заседание не явился, представил заявление, в котором просил рассмотреть дело без его участия.

В соответствии с ч. 7 ст. 150 КАС РФ дело рассмотрено в порядке упрощенного (письменного) производства.

Исследовав доказательства в письменной форме, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ) гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно ст. 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; соблюдены ли сроки обращения в суд; соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в п.п. 1 и 2 ч. 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в п.п. 3 и 4 ч. 9 и в ч. 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Судом установлено, что 29.11.2017 г. от ФИО1, как организатора публичных мероприятий, ФИО2, ФИО3, как лиц, уполномоченных на выполнение распорядительных функций в таких мероприятиях, в администрацию городского поселения город Грязи Грязинского муниципального района Липецкой области были поданы три уведомления о намерении провести: 

03.12.2017 г. с 16 до 17 часов в парке им. Флерова в г. Грязи с количеством до 300 человек пикетирование в поддержку положения предвыборной программы кандидата в президенты Российской Федерации ФИО4 о необходимости отменить законы, ограничивающие права людей по полу, сексуальной ориентации, по месту рождения, наличию других гражданств, судимости (за исключением случаев национальной безопасности) с целью выступления в поддержку положения предвыборной программы кандидата в президенты Российской Федерации ФИО4 о необходимости отменить законы, ограничивающие права людей по полу, сексуальной ориентации, по месту рождения, наличию других гражданств, судимости (за исключением случаев национальной безопасности); 

03.12.2017 г. с 19 до 20 часов на Красной площади в г. Грязи с количеством участников до 300 человек пикетирование с призывом к легализации в России однополых брачных союзов с целью призыва к принятию поправок в Семейных кодекс Российской Федерации, направленных на законодательное признание права двух лиц одного пола на вступление в брак; 

10.12.2017 г. с 16 до 18 часов по на ул. Революции 1905 года и ул. Воровского от ул. Борисоглебская до ул. Красная площадь в г. Грязи шествие Грязинского гей-парада в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств в России с целью привлечения внимания общества и власти к проблемам в области соблюдения прав человека лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств, привлечения внимания общества и власти к существующей дискриминации лиц гомосексуальной ориентации и представителей гендерных меньшинств, гомофобии (ненависти к сексуальным меньшинствам), трансфобии (ненависти к гендерным меньшинствам) фашизму и ксенофобии.

В силу ст.ст. 29, 31 Конституции РФ граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование. Каждому гарантируется свобода мысли и слова. Не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них. Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.

Одновременно ст.ст. 15, 55 Конституции РФ определено, что Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации. Органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы. Перечисление в Конституции Российской Федерации основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина. Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В целях обеспечения реализации установленного Конституцией РФ. права граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирования 19.06.2001 г. был принят Закон РФ № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

Ст.ст. 2, 4, 7, 12 указанного закона предусмотрено, что публичное мероприятие - открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений, в том числе с использованием транспортных средств. Целью публичного мероприятия является свободное выражение и формирование мнений, а также выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики.

К организации публичного мероприятия относятся: оповещение возможных участников публичного мероприятия и подача уведомления о проведении публичного мероприятия в соответствующий орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления; проведение предварительной агитации; изготовление и распространение средств наглядной агитации; другие действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации, совершаемые в целях подготовки и проведения публичного мероприятия.

Уведомление о проведении публичного мероприятия (за исключением собрания и пикетирования, проводимого одним участником без использования быстровозводимой сборно-разборной конструкции) подается его организатором в письменной форме в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления в срок не ранее 15 и не позднее 10 дней до дня проведения публичного мероприятия.

Орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления после получения уведомления о проведении публичного мероприятия обязан: документально подтвердить получение уведомления о проведении публичного мероприятия, указав при этом дату и время его получения; довести до сведения организатора публичного мероприятия в течение трех дней со дня получения уведомления о проведении публичного мероприятия (а при подаче уведомления о проведении пикетирования группой лиц менее чем за пять дней до дня его проведения - в день его получения) обоснованное предложение об изменении места и (или) времени проведения публичного мероприятия, а также предложения об устранении организатором публичного мероприятия несоответствия указанных в уведомлении целей, форм и иных условий проведения публичного мероприятия требованиям настоящего Федерального закона; в зависимости от формы публичного мероприятия и количества его участников назначить своего уполномоченного представителя в целях оказания организатору публичного мероприятия содействия в проведении данного публичного мероприятия в соответствии с требованиями настоящего Федерального закона. Назначение уполномоченного представителя оформляется письменным распоряжением, которое заблаговременно направляется организатору публичного мероприятия; довести до сведения организатора публичного мероприятия информацию об установленной норме предельной заполняемости территории (помещения) в месте проведения публичного мероприятия; обеспечить в пределах своей компетенции совместно с организатором публичного мероприятия и уполномоченным представителем органа внутренних дел общественный порядок и безопасность граждан при проведении публичного мероприятия, а также оказание им при необходимости неотложной медицинской помощи.

Орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления после получения уведомления о проведении публичного мероприятия обязан: документально подтвердить получение уведомления о проведении публичного мероприятия, указав при этом дату и время его получения.

В случае, если информация, содержащаяся в тексте уведомления о проведении публичного мероприятия, и иные данные дают основания предположить, что цели запланированного публичного мероприятия и формы его проведения не соответствуют положениям Конституции Российской Федерации и (или) нарушают запреты, предусмотренные законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях или уголовным законодательством Российской Федерации, орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления незамедлительно доводит до сведения организатора публичного мероприятия письменное мотивированное предупреждение о том, что организатор, а также иные участники публичного мероприятия в случае указанных несоответствия и (или) нарушения при проведении такого мероприятия могут быть привлечены к ответственности в установленном порядке.

Орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления отказывает в согласовании проведения публичного мероприятия только в случаях, если уведомление о его проведении подано лицом, которое в соответствии с настоящим Федеральным законом не вправе быть организатором публичного мероприятия, либо если в уведомлении в качестве места проведения публичного мероприятия указано место, в котором в соответствии с настоящим Федеральным законом или законом субъекта Российской Федерации проведение публичного мероприятия запрещается.

Из материалов дела следует, что в установленные законом сроки, 30.11.2017 г. администрацией городского поселения город Грязи Грязинского муниципального района Липецкой области за подписью исполняющего обязанности главы администрации г. Грязи ФИО5 в адрес организатора публичных мероприятий ФИО1 было направлено письмо № 1759 об отказе в проведении пикетирования 01.12.2017 г. в парке им. Флерова в г. Грязи на основании ч. 4 ст. 2 Закона Липецкой области от 02.05.2006 г. № 283-ОЗ «О порядке подачи уведомления о проведении публичного мероприятия на территории Липецкой области» при проведении публичного мероприятия на территории, непосредственно прилегающей к зданиям, занимаемым государственными органами, уведомление о проведении публичного мероприятия подается в уполномоченный исполнительный орган государственной власти области, поскольку к территории парка им. Флерова прилегает здание государственной структуры полиции России по Липецкой области в Грязинском районе; и письмо № 1760 об отказе в проведении пикетирования 01.12.2017 г. на Красной площади г. Грязи на основании п. 3 ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», согласно которому территории, непосредственно прилегающие к зданиям, занимаемым судами, относятся к местам, в которых проведение публичного мероприятия запрещается, поскольку на территории Красной площади расположен Грязинский городской суд. 

01.12.2017 г. администрацией городского поселения город Грязи Грязинского муниципального района Липецкой области за подписью главы администрации г. Грязи ФИО6 в адрес организатора публичных мероприятий ФИО1 было направлено письмо № 1766 об отказе в проведении шествия 10.12.2017 г., поскольку при подаче уведомления о проведении публичного мероприятия не предоставлен паспорт или иной документ, заменяющий паспорт гражданина Российской Федерации и в связи с тем, что проведение данного мероприятия не соответствует требованиям федерального законодательства, в частности Федерального закона № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации», которым запрещено распространение среди детей информации, пропагандирующей нетрадиционные сексуальные отношения, а также в рамках Федерального закона от 29.12.2010 №436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», который запрещает для распространения среди детей информации, отрицающей семейные ценности и пропагандирующей нетрадиционные сексуальные отношения.

В соответствии с ч.ст. 2 Закона Липецкой области от 2 мая 2006 г. N 283-ОЗ "О порядке подачи уведомления и проведения публичного мероприятия на территории Липецкой области" при проведении публичного мероприятия на территории, непосредственно прилегающей к зданиям, занимаемым государственными органами, уведомление о проведении публичного мероприятия подается в уполномоченный исполнительный орган государственной власти области.

Поскольку к непосредственно парку им. Флерова в г. Грязи прилегает территория ОМВД России по Грязинсому району Липецкой области, то уведомление о проведении публичного мероприятия должно было быть подано в уполномоченный исполнительный орган государственной власти области. Ввиду этого в проведении публичного мероприятия в данном месте административным ответчиком было отказано законно и обоснованно.

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" к местам, в которых проведение публичного мероприятия запрещается, относятся: территории, непосредственно прилегающие к резиденциям Президента Российской Федерации, к зданиям, занимаемым судами, к территориям и зданиям учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы.

Территория ул. Красная площадь г. Грязи непосредственно прилегает к Грязинскому городскому суду липецкой области. Поэтому в силу прямого указания закона проведение публичных мероприятий на этой территории запрещено. В силу этого в проведении публичного мероприятия в данном месте административным ответчиком было отказано также законно и обоснованно.

Согласно статьям 4, 14 Закона РФ от 24 июля 1998 г. № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» целями государственной политики в интересах детей являются: осуществление прав детей, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, недопущение их дискриминации, упрочение основных гарантий прав и законных интересов детей, а также восстановление их прав в случаях нарушений; формирование правовых основ гарантий прав ребенка; содействие физическому, интеллектуальному, психическому, духовному и нравственному развитию детей, воспитанию в них патриотизма и гражданственности, а также реализации личности ребенка в интересах общества и в соответствии с не противоречащими Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству традициями народов Российской Федерации, достижениями российской и мировой культуры; защита детей от факторов, негативно влияющих на их физическое, интеллектуальное, психическое, духовное и нравственное развитие.

Государственная политика в интересах детей является приоритетной и основана на следующих принципах: законодательное обеспечение прав ребенка; поддержка семьи в целях обеспечения обучения, воспитания, отдыха и оздоровления детей, защиты их прав, подготовки их к полноценной жизни в обществе; ответственность юридических лиц, должностных лиц, граждан за нарушение прав и законных интересов ребенка, причинение ему вреда; поддержка общественных объединений и иных организаций, осуществляющих деятельность по защите прав и законных интересов ребенка.

Органы государственной власти Российской Федерации принимают меры по защите ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе от национальной, классовой, социальной нетерпимости, от рекламы алкогольной продукции и табачных изделий, от пропаганды социального, расового, национального и религиозного неравенства, от информации порнографического характера, от информации, пропагандирующей нетрадиционные сексуальные отношения, а также от распространения печатной продукции, аудио- и видеопродукции, пропагандирующей насилие и жестокость, наркоманию, токсикоманию, антиобщественное поведение.

В целях защиты детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию, Федеральным законом от 29 декабря 2010 года №436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» устанавливаются требования к распространению среди детей информации, в том числе требования к осуществлению классификации информационной продукции, ее экспертизы, государственного надзора и контроля за соблюдением законодательства Российской Федерации о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию.

В соответствии с под.4 п.2 ст.5 Федерального закона от 29 декабря 2010 года №436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» определено, что к информации, запрещенной для распространения среди детей, относится информация, отрицающая семейные ценности, пропагандирующая нетрадиционные сексуальные отношения и формирующая неуважение к родителям и (или) другим членам семьи.

Согласно с частью 6 статьи 10 Федерального закона от 27 июля 2006 года №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» запрещается распространение информации, которая направлена на пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти и вражды, а также иной информации, за распространение которой предусмотрена уголовная или административная ответственность.

Административная ответственность за пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, выразившаяся в распространении информации, направленной на формирование у несовершеннолетних нетрадиционных сексуальных установок, привлекательности нетрадиционных сексуальных отношений, искаженного представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений, либо навязывание информации о нетрадиционных сексуальных отношениях, вызывающей интерес к таким отношениям, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, предусмотрена статьей 6.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2014 года № 24-П «По делу о проверке конституционности части 1 статьи 6.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой граждан ФИО1, ФИО8 и ФИО9» часть 1 статьи 6.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях признана не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - она направлена на защиту таких конституционно значимых ценностей, как семья и детство, а также на предотвращение причинения вреда здоровью несовершеннолетних, их нравственному и духовному развитию и не предполагает вмешательства в сферу индивидуальной автономии, включая сексуальное самоопределение личности, не имеет целью запрещение или официальное порицание нетрадиционных сексуальных отношений, не препятствует беспристрастному публичному обсуждению вопросов правового статуса сексуальных меньшинств, а также использованию их представителями всех не запрещенных законом способов выражения своей позиции по этим вопросам и защиты своих прав и законных интересов, включая организацию и проведение публичных мероприятий, и - имея в виду, что противоправными могут признаваться только публичные действия, целью которых является распространение информации, популяризирующей среди несовершеннолетних или навязывающей им, в том числе исходя из обстоятельств совершения данного деяния, нетрадиционные сексуальные отношения, - не допускает расширительного понимания установленного ею запрета.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в названном Постановлении, цель, которую преследовал федеральный законодатель при установлении данной нормы, - оградить ребенка от воздействия информации, способной подтолкнуть его к нетрадиционным сексуальным отношениям, приверженность которым препятствует выстраиванию семейных отношений, как они традиционно понимаются в России и выражены в Конституции Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации признает, что возможность влияния соответствующей информации, даже поданной в навязчивой форме, на будущую жизнь ребенка не является безусловно доказанной.

Тем не менее, исходя из специфики общественных отношений, связанных с оказанием информационного воздействия на лиц, не достигших совершеннолетия и потому находящихся в уязвимом положении, федеральный законодатель в рамках правового регулирования распространения среди несовершеннолетних информации о нетрадиционных сексуальных отношениях вправе - имея в виду вытекающую из Конституции Российской Федерации в единстве с международно-правовыми актами приоритетную цель обеспечения прав ребенка и при достижении баланса конституционно защищаемых ценностей - использовать для оценки необходимости введения тех или иных ограничений критерии, основанные на презумпции наличия угрозы интересам ребенка, тем более что вводимые им ограничения касаются только адресной направленности соответствующей информации лицам определенной возрастной категории и потому не могут рассматриваться как исключающие возможность реализации конституционного права на свободу информации в этой сфере.

Запрет осуществления указанных в ч.1 ст.6.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях публичных действий в отношении несовершеннолетних призван предотвратить повышенную концентрацию их внимания на вопросах сексуальных отношений, способную при неблагоприятном стечении обстоятельств в значительной степени деформировать представления ребенка о таких конституционных ценностях, как семья, материнство, отцовство и детство, и негативно отразиться не только на его психологическом состоянии и развитии, но и на социальной адаптации.

Тот факт, что такой запрет не распространяется на случаи, связанные с пропагандой аморального поведения в рамках традиционных сексуальных отношений, которые также могут требовать государственного, в том числе административно-деликтного, реагирования, не дает оснований для признания данной нормы не соответствующей Конституции Российской Федерации с точки зрения нарушения принципов равенства применительно к защите конституционных ценностей, которые обеспечивают непрерывную смену поколений.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации исходит из того, что косвенным объектом ее защиты являются также социальные связи каждой конкретной личности, поскольку навязывание несовершеннолетним социальных установок, отличающихся от общепринятых в российском обществе, в том числе не разделяемых, а в ряде случаев воспринимаемых как неприемлемые, родителями, которые в приоритетном порядке несут ответственность за воспитание и развитие своих детей, обязаны заботиться об их здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии (ст.38, ч.2 Конституции Российской Федерации; п.1 ст.63 Семейного кодекса Российской Федерации), может провоцировать социальное отчуждение ребенка и препятствовать его благополучному развитию в семейной среде, тем более, если иметь в виду, что конституционное равноправие, предполагающее и равенство прав независимо от сексуальной ориентации, еще не предопределяет наличия фактически равнозначной оценки в общественном мнении лиц с различной сексуальной ориентацией, с чем могут быть сопряжены объективные трудности при стремлении избежать негативного отношения отдельных представителей общества к соответствующим лицам на бытовом уровне.

Это касается и тех случаев, когда сама по себе информация, запрещенная к распространению в среде несовершеннолетних, может быть направлена, с точки зрения ее распространителя, на преодоление как такового негативного отношения к этим лицам.

Устанавливая специальный (ограничительный) правовой режим распространения информации, касающейся нетрадиционных сексуальных отношений, ее доступности для несовершеннолетних, федеральный законодатель принимал во внимание и социально-психологические особенности личности ребенка, связанные с восприятием такой информации.

И хотя избранный им возрастной критерий также является в контексте неоднозначности экспертных оценок относительно возраста, в котором происходит окончательное формирование сексуальных предпочтений, в определенном смысле оценочным, он придает ограничению, предусмотренному ч.1 ст.6.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, точечный, по существу, характер, что снимает проблему его соразмерности в указанном аспекте.

При этом сам по себе запрет пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений как деятельности по целенаправленному и бесконтрольному распространению информации, способной нанести вред здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе сформировать искаженные представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений, среди несовершеннолетних, которые в силу возраста не могут самостоятельно критически оценить полученные сведения, не исключает подачи соответствующей информации в нейтральном (просветительском, художественном, историческом) контексте.

Такое информирование, если оно лишено признаков пропаганды, т.е. не направлено на формирование предпочтений, связанных с выбором нетрадиционных форм сексуальной идентичности, и обеспечивает индивидуализированный подход, учитывающий особенности психического и физиологического развития детей в той или иной возрастной группе, характер конкретного освещаемого вопроса, может осуществляться с привлечением специалистов педагогов, медиков, психологов.

Приведенные выше нормы Федерального закона от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ, с учетом их конституционного толкования, обязывают органы местного самоуправления в пределах их компетенции не согласовывать проведение публичного мероприятия до устранения организатором несоответствия указанных в уведомлении противоправных целей публичного мероприятия действующим законодательным предписаниям.

Доводы, изложенные в административном исковом заявлении и представленных письменных материалах, не содержат указания на обстоятельства, которые свидетельствовали бы о том, что цели и формы публичных мероприятий, о которых уведомили административные истцы, могли быть реализованы путем распространения информации о нетрадиционных сексуальных отношениях в допустимой нейтральной форме.

Более того, из содержания представленных уведомлений от 29.11.2017 г., следует, что публичные мероприятия, заявленные к проведению 03.12.2017 г. и 10.12.2017 г., запланированы в общественных местах, доступных для посещения детей, что не исключает пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений, в том числе, и среди несовершеннолетних.

Доводы иска о том, что органом местного самоуправления (его должностным лицом) нарушен порядок согласования публичных мероприятий, в связи с непредоставлением организаторам предложения об изменении места и (или) времени проведения заявленных шествия и митингов, суд также находит несостоятельными, поскольку такие доводы противоречат требованиям п. 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ, а также смыслу законодательного запрета на пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних.

Суд не может признать обоснованной ссылку административных истцов на противоречие оспариваемых отказов, нормам международного права.

В соответствии со ст. 6 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 124-ФЗ "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации" ребенку от рождения принадлежат и гарантируются государством права и свободы человека и гражданина в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, Семейным кодексом Российской Федерации и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно положениям Конвенции о правах ребенка (1989 год) государства-участники уважают и обеспечивают все права, предусмотренные настоящей Конвенцией, за каждым ребенком, находящимся в пределах их юрисдикции, без какой-либо дискриминации, независимо от расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального, этнического или социального происхождения, имущественного положения, состояния здоровья и рождения ребенка, его родителей или законных опекунов или каких-либо иных обстоятельств (статья 2).

Государства-участники принимают все необходимые законодательные, административные и другие меры для осуществления прав, признанных в настоящей Конвенции. В отношении экономических, социальных и культурных прав государства-участники принимают такие меры в максимальных рамках, имеющихся у них ресурсов и, в случае необходимости, в рамках международного сотрудничества (статья 4).

Государства-участники обеспечивают в максимально возможной степени выживание и здоровое развитие ребенка (статья 6).

Государства-участники обязуются уважать право ребенка на сохранение своей индивидуальности, включая гражданство, имя и семейные связи, как предусматривается законом, не допуская противозаконного вмешательства.

Если ребенок незаконно лишается части или всех элементов своей индивидуальности, государства-участники обеспечивают ему необходимую помощь и защиту для скорейшего восстановления его индивидуальности (статья 8).

Государства-участники принимают все необходимые законодательные, административные, социальные и просветительные меры с целью защиты ребенка от всех форм физического или психологического насилия, оскорбления или злоупотребления, отсутствия заботы или небрежного обращения, грубого обращения или эксплуатации, включая сексуальное злоупотребление, со стороны родителей, законных опекунов или любого другого лица, заботящегося о ребенке.

Такие меры защиты, в случае необходимости, включают эффективные процедуры для разработки социальных программ с целью предоставления необходимой поддержки ребенку и лицам, которые о нем заботятся, а также для осуществления других форм предупреждения и выявления, сообщения, передачи на рассмотрение, расследования, лечения и последующих мер в связи со случаями жестокого обращения с ребенком, указанными выше, а также, в случае необходимости, для возбуждения судебной процедуры (статья 19).

Государства-участники обязуются защищать ребенка от всех форм сексуальной эксплуатации и сексуального совращения (статья 34).

В преамбуле Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года, указано, что признание достоинства, присущего всем членам человеческой семьи, и равных и неотъемлемых прав их является основой свободы, справедливости и всеобщего мира. Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность (статья 3).

Согласно п.1 ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Уважение этих прав гарантировано другими нормами Всеобщей декларации прав человека и Конвенции, предусматривающими возможность ограничения иных прав и свобод в том случае, если они сводятся к злоупотреблению правом.

В соответствии с п.2 ст.29 Всеобщей декларации прав человека при осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе.

Согласно п.2 ст.10 Конвенции осуществление свободы на выражение мнения, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

Пунктом 2 статьи 11 Конвенции осуществление права на свободу мирных собраний не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Статьей 17 Конвенции определено, что ничто в настоящей Конвенции не может толковаться как означающее, что какое-либо государство, какая-либо группа лиц или какое-либо лицо имеет право заниматься какой бы то ни было деятельностью или совершать какие бы то ни было действия, направленные на упразднение прав и свобод, признанных в настоящей Конвенции, или на их ограничение в большей мере.

Поскольку применительно к названным законоположениям принцип уважения прав человека должен соблюдаться и самими административными истцами при проведении трех публичных мероприятий, связанных с пропагандой своего образа жизни неопределенному кругу лиц, включая детей, то администрация городского поселения город Грязи Грязинского муниципального района Липецкой области обоснованно в оспариваемом решении от 01.12.2017 г. сослалась на создаваемую угрозу нарушения охраняемых законом прав и интересов детей.

С учетом изложенного заявленные цели трех публичных мероприятий, направленные на пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений, обоснованно были расценены административным ответчиком, как ущемляющие права ребенка.

Такой вывод согласуется с нормами международного права и общепризнанными европейскими ценностями.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае, в том числе, исходя из целей заявленных публичных мероприятий, орган местного самоуправления, реализуя предоставленные полномочия, обоснованно сослался на положения п.4 ч.2. ст.5 Федерального закона от 29.12.2010 г. № 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», к информации, запрошенной для распространения среди детей, относится информация, пропагандирующая нетрадиционные сексуальные отношения.

Кроме того, в упомянутом Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации (от 23 сентября 2014 года №24-П) указано, что поскольку одно из предназначений семьи - рождение и воспитание детей, то в основе законодательного подхода к решению вопросов демографического и социального характера в области семейных отношений в Российской Федерации лежит понимание брака как союза мужчины и женщины, что в полной мере согласуется с предписаниями статей 7 и 38 Конституции Российской Федерации и не противоречит Международному пакту о гражданских и политических правах (статья 23) и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (статья 12), предусматривающим возможность создания семьи в соответствии с национальным законодательством, регулирующим осуществление этого права.

Исходя из этого и учитывая, что ни из Конституции Российской Федерации, ни из принятых на себя Российской Федерацией международно-правовых обязательств не вытекает обязанность государства по созданию условий для пропаганды, поддержки и признания союзов лиц одного пола (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года №496-О и от 19 января 2010 года №151-О-О), осуществляемое федеральным законодателем на основании пункта «в» статьи 71 Конституции Российской Федерации регулирование свободы слова и свободы распространения информации не предполагает создание условий, способствующих формированию и утверждению в обществе в качестве равнозначных иных, отличных от общепризнанных, трактовок института семьи и сопряженных с ним социальных и правовых институтов.

Соответственно, распространение лицом своих убеждений и предпочтений, касающихся сексуальной ориентации и конкретных форм сексуальных отношений не должно ущемлять достоинство других лиц и ставить под сомнение общественную нравственность в ее понимании, сложившемся в российском обществе, поскольку иное противоречило бы основам правопорядка.

Законодательный запрет к такой пропаганде, направленный на защиту здоровья детей, не может расцениваться как дискриминационный, поскольку в равной степени относится ко всем.

При таких данных, суд признает требования административных истцов необоснованными и отказывает в их удовлетворении.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1, ФИО2, ФИО3 к администрации городского поселения город Грязи Грязинского муниципального района Липецкой области о признании незаконными решений об отказе в согласовании проведения публичных мероприятий в форме шествия и пикетирований, возложении обязанности согласовать проведение заявленных публичных мероприятий отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Грязинский городской суд Липецкой области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья подпись Е.А. Шегида