гражданское дело №2-717/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Енисейск 08 сентября 2025 года 

Енисейский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Яковенко Т.И., 

при секретаре Дороховой Е.С.,

с участием представителя истца – помощника Енисейского межрайонного прокурора Колмаковой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Енисейского межрайонного прокурора, действующего в интересах ФИО1, к обществу с ограниченной ответственностью ПК «Енисейская лесозаготовительная компания» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью в результате несчастного случая на производстве, 

УСТАНОВИЛ:

Енисейский межрайонный прокурор, действуя в интересах ФИО1, обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью ПК «Енисейская лесозаготовительная компания» (далее по тексту - ООО ПК «ЕЛКЗ») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью в результате несчастного случая на производстве в размере 1500000 руб.

Требования мотивированы тем, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был трудоустроен в ООО ПК «ЕЛЗК» в должности машиниста бульдозера.

ДД.ММ.ГГГГ в 9 час. 30 мин. на площадке, расположенной на территории производственной базы ООО ПК «ЕЛЗК» по адресу: 

<

адрес> произошел несчастный случай: работник ФИО1 получил травму в результате удара подающей полурамы грузовой тележки при выполнении работы. Согласно акту № (формы Н-1) о несчастном случае на производстве, ДД.ММ.ГГГГ в конце рабочего дня генеральным директором ООО ПК «ЕЛЗК» ФИО2 слесарю ФИО1 выдано задание на установку на козелки транспортной тележки трелевочной машины «Форвайдер» с последующим снятием креплений, удерживающих мост грузовой тележки машины, для следующей замены моста. ДД.ММ.ГГГГ в 08 час. 00 мин. ФИО1 взял гидравлический домкрат, подходящий деревянный чурак высотой около 700 мм, диаметром 250 мм и шел к тележке трелевочной машины «Форвардера», стоящей без колес на мостах. Подойдя к тележке с задней части полурамы, ФИО1 установил под раму принесенный чурак и гидравлический домкрат, высота штока которого соответствовала высоте подъема рамы. После чего, с помощью гаечного ключа, сняв крепления, удерживающие мост, приступил к подъему домкратом рамы. Примерно в 09 час. 30 мин. в ходе подъема рамы, чурак наклонился в сторону и домкрат упал с чурака на землю, при этом рама тележки, падая ударила ФИО1 в область локтя левой руки. Находившийся в тот момент на территории базы сторож услышал крик о помощи со стороны места ремонта трелевочной машины «Форвардера» и, подойдя к месту, увидел ФИО1, который правой рукой зажимал левую руку в области локтя, левая рука была в крови. Сторож позвал генерального директора ФИО2, совместно с которым они оказали ФИО1 первую медицинскую помощь. Затем ФИО2 на личном автомобиле отвез пострадавшего в КГБУЗ «Енисейская РБ», где ему была оказана медицинская помощь и в дальнейшем он был направлен в КГБУЗ «Краевая клиническая больница».

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести, работнику диагностировано: 

<

данные изъяты>. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории тяжких. Согласно выписке из истории болезни КГБУЗ «Краевая клиническая больница» ФИО1 поступил в учреждение ДД.ММ.ГГГГ, выписан ДД.ММ.ГГГГ. При поступлении по неотложным показаниям выполнена операция – 

<

данные изъяты>. Учитывая тяжесть состояния по неотложным показаниям госпитализирован в ОАР №, где проводилась интенсивная терапия. Течение травмы осложнилось 

<

данные изъяты>. По жизненным показаниям ДД.ММ.ГГГГ проведена операция – 

<

данные изъяты>.

В результате полученных травм, ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 60 процентов, он признан инвалидом 3 группы.

В акте по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ (п.10.1) установлено, что основной причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в необеспечении контроля со стороны генерального директора за ходом выполнения работы, с соблюдением работником требований инструкций по охране труда. Сопутствующей причиной несчастного случая явилось нарушение технологического процесса в виде неправильной эксплуатации инструмента, выразившегося в применении работником случайного предмета (чурака) при подъеме (вывешивании) полурамы тележки трелевочной машины домкратом. Таким образом установлено, что несчастный случай произошёл с ФИО1 на производстве в результате выполнения им трудовых обязанностей. После произошедшего несчастного случая, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведен на должность мастера лесозаготовительного участка.

Генеральный директор ООО ПК «ЕЛЗК» ФИО2 на протяжении пяти месяцев из своих личных денежных средств выплачивал ФИО1 компенсацию, всего 300000 руб. (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – по 20000 руб.; ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – по 40 000 руб.; ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – по 30000 руб.). Иных выплат, причитающихся работнику в результате несчастного случая на производстве, от организации ООО ПК «ЕЛЗК» ФИО1 не поступало.

В результате произошедшего несчастного случая на производстве нарушены права работника на охрану здоровья при выполнении трудовых обязанностей, достойную заработную плату, выбор профессии, так как в настоящее время ФИО1 является инвалидом 3 группы и лишен возможности трудиться по своим производственным специальностям. Кроме того, у ФИО1 на иждивении имеется несовершеннолетний ребенок.

По изложенным основаниям Енисейский межрайонный прокурор просил взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, с учетом произведенных выплат, в размере 1500000 руб.

В судебном заседании помощник Енисейского межрайонного прокурора Колмакова Т.Н. на удовлетворении требований настаивала в полном объеме по изложенным выше основаниям. 

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие, о чем представил соответствующее заявление.

Ответчик ООО ПК «ЕЛКЗ», надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание представителя не направил, сведений о причинах неявки не сообщил. Ранее участвуя в ходе рассмотрения дела, представитель ответчика ФИО2, являющийся генеральным директором данной организации, по существу заявленных требований не возражал, не оспаривал обстоятельства несчастного случая, при этом полагал чрезмерно завышенным размер требуемой компенсации морального вреда. Также просил учесть выплаченную ФИО1 в добровольном порядке по устной договоренности сумму компенсации морального вреда в общем размере 300000 руб. Пояснил дополнительно, что в настоящее время ФИО1 числится трудоустроенным у ответчика, трудовой договор с ним не прекращен. Между тем, при условии, что у истца закрыт больничный лист, на работу он не выходит, на телефонные звонки он не отвечает, заявление на увольнение не писал; фактически отсутствует на рабочем месте с момента получения травмы. Также представитель ответчика просил учесть, что после полученной травмы ФИО1 способен осуществлять трудовые обязанности в занимаемой должности – мастер лесозаготовительного участка. Также в ранее представленном отзыве представитель ответчика просил учесть, что сопутствующей причиной несчастного случая явилось нарушение самим работником Правил по охране труда при работе с инструментом и приспособлениями.

Третьи лица Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю и Государственная инспекция труда в Красноярском крае, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание представителей не направили, сведений о причинах неявки не сообщили, возражений по существу требований не представили.

С учетом положений ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ) и мнения прокурора, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса РФ (далее – ТК РФ) работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором.

В свою очередь работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда (статья 22 Трудового кодекса РФ).

В силу статьи 212 ТК РФ работодатель обязан обеспечить создание и функционирование системы управления охраной труда, соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте, обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда, недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда, ознакомление работников с требованиями охраны труда.

Как указано в статье 216.1 ТК РФ государство гарантирует работникам защиту их права на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда. Условия труда, предусмотренные трудовым договором, должны соответствовать требованиям охраны труда.

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия (статья 209 Трудового кодекса РФ).

В соответствии со ст.227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В силу части 1 статьи 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда и (или) иных федеральных законов и нормативных правовых актов, устанавливающих требования безопасности в соответствующей сфере деятельности. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве (часть 4 статьи 230 ТК РФ).

Согласно части 5 этой же статьи после завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью (при наличии печати).

В соответствии со ст.21 ТК РФ работник имеет право, в числе прочего на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Исходя из положений п.3 ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со ст.237 ТК РФ в случае причинения работнику вреда вследствие неправомерных действий (бездействия) работодателя указанный вред подлежит возмещению в денежной форме. Размер возмещения, в случае спора между работником и работодателем, определяется судом. При этом в соответствии со ст.ст.151, 1101 ГК РФ учитывается характер и степень причиненных потерпевшему (работнику) физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, индивидуальные особенности потерпевшего, а также требования разумности и справедливости.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) (пункт 1 статьи 1099 ГК РФ).

Пунктом 1 ст.150 ГК РФ установлено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 названного кодекса, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (п.1 ст.1099 и п.1 ст.1101 ГК РФ) (п.24 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 №33).

В п.п.25, 27 указанного постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 №33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В пункте 28 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Из приведенных положений закона следует, что моральный вред может заключаться не только в физических страданиях, которые могут объективно выражаться в расстройстве или повреждении здоровья, но и в нравственных страданиях, которые могут не иметь внешнего проявления и могут не влечь повреждения или расстройства здоровья.

Согласно п.30 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 №33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п.2 ст.1101 ГК РФ).

В Постановлении Минтруда России от 24.10.2002 года №73 (действовавшего до 31.08.2022 года) «Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях» указано, что в случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению размера вреда, причиненного его здоровью, в пункте 10 акта формы Н-1 (пункте 9 акта формы Н-1ПС) указывается степень его вины в процентах, определенная лицами, проводившими расследование страхового случая, с учетом заключения профсоюзного или иного уполномоченного застрахованным представительного органа данной организации.

Степень вины застрахованного указывается комиссией по расследованию страхового случая в процентах в акте о несчастном случае на производстве.

Пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

По смыслу приведенных нормативных положений, понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Таким образом, отсутствие вины владельца источника повышенной опасности и наличие в действиях потерпевшего грубой неосторожности не свидетельствуют об отсутствии оснований для удовлетворения иска, однако должны учитываться судом при определении размера компенсации морального вреда.

Как следует из п.32 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО ПК «ЕЛКЗ» (работодатель) и ФИО3 (работник), последний был принят на работу машинистом бульдозера с указанного дня, что также подтверждается приказом о приеме на работу № от ДД.ММ.ГГГГ и копией трудовой книжки. Дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ внесены изменения в п.1.1. указанного трудового договора, вместо слов «машинист бульдозера» указано «слесарь по ремонту лесозаготовительных машин и оборудования».

В соответствии с п.3.1.3 указанного трудового договора, работник имеет право на рабочее место, соответствующее условиям, предусмотренным государственными стандартами организации и безопасности труда и коллективным договором.

В свою очередь работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда (п.3.2.5 трудового договора).

Работодатель обязан обеспечить безопасные условия и охрану труда на рабочем месте работника (п.3.4.2 трудового договора).

В разделе 5 Инструкции по охране труда слесаря при выполнении работы, связанной с ремонтом транспортных средств (утвержденной генеральным директором ООО ПК «ЕЛЗК» ДД.ММ.ГГГГ), закреплены требования охраны труда во время работы. Так, в соответствии с п.5.1.5 данной инструкции при вывешивании автомобиля на мягкой грунтовой поверхности выровнять место установки домкрата, подложить под домкрат подкладку достаточных размеров и прочности, на которую установить домкрат. Запрещается устанавливать домкрат на случайные предметы. 

При выполнении работ слесарю запрещается: устанавливать домкрат на случайные предметы: камни, кирпичи. Под домкрат необходимо подкладывать деревянную выкладку (шпалу, брусок, доску толщиной 40-50 мм) площадью больше площади основания корпуса домкрата; выполнять какие-либо работы, находясь под транспортным средством, вывешенном только на домкрате, без установки козелка (подставки); выполнять работы по обслуживанию и ремонту транспортного средства на расстоянии ближе 5 м от зоны действия погрузочно-разгрузочных механизмов; протирать двигатель ветошью, смоченной бензином; прогревать двигатель в помещении; курить при проверке уровня горючего в баке; производить работы в темное время суток без достаточного освещения; пользоваться неисправным оборудованием, приспособлениями, инвентарем, а также оборудованием и инвентарем, обращению с которыми он не обучен; производить работы без применения необходимых СИЗ; приступать к выполнению разовых работ, не связанных с его прямыми обязанностями по специальности без получения целевого инструктажа (п.5.4.1 приведенной Инструкции).

В соответствии с п.5.4.3 данной Инструкции, если в процессе работы работнику станет непонятно, как выполнить порученную работу, или в случае отсутствия необходимых приспособлений для выполнения порученной работы, он обязан обратиться к своему непосредственному руководителю. 

Вводный инструктаж и инструктаж на рабочем месте пройден ФИО1 в день заключения трудового договора и дополнительного соглашения к нему, что подтверждается его подписями в соответствующих журналах регистрации. 

Согласно п.п.2, 3 п.34 Правил по охране труда при работе с инструментом и приспособлениями, утвержденных Приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н, при подъеме груза домкратом под него должна подкладываться деревянная выкладка (шпалы, брусья, доски толщиной 40 - 50 мм) площадью больше площади основания корпуса домкрата; домкрат должен устанавливаться строго в вертикальном положении по отношению к опорной поверхности.

Из материалов дела, в том числе акта № о несчастном случае на производстве (формы Н-1) от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в конце рабочего дня генеральный директор ООО ПК «ЕЛЗК» ФИО2 выдал задание слесарю ФИО1 на следующий день, чтобы тот установил (вывесил) на козелки транспортную тележку трелевочной машины «Форвайдер» с последующим снятием креплений, удерживающих мост грузовой тележки машины, после чего другие работники произведут замену моста.

ДД.ММ.ГГГГ в 08 час. 00 мин. ФИО1 взял гидравлический домкрат, подходящий деревянный чурак высотой около 700 мм, диаметром 250 мм и шел к тележке трелевочной машины «Форвардера», стоящей без колес на мостах. Подойдя к тележке с задней части полурамы, ФИО1 установил под раму принесенный чурак и гидравлический домкрат, высота штока которого соответствовала высоте подъема рамы. После чего, с помощью гаечного ключа, сняв крепления, удерживающие мост, приступил к подъему домкратом рамы. Примерно в 09 час. 30 мин. в ходе подъема рамы, чурак наклонился в сторону и домкрат упал с чурака на землю, при этом рама тележки, падая ударила ФИО1 в область локтя левой руки. В этот момент, находящийся на территории базы сторож услышал крик о помощи со стороны места ремонта трелевочной машины «Форвардера». Подойдя к месту, он увидел ФИО1, который правой рукой зажимал левую руку в области локтя, левая рука была в крови. После этого сторож позвал генерального директора ФИО2, совместно с которым ФИО1 была оказана первая медицинская помощь. Затем ФИО2 на личном автомобиле отвез пострадавшего в КГБУЗ «Енисейская РБ», где ему была оказана медицинская помощь и в дальнейшем, отправлен в КГБУЗ «Краевая клиническая больница».

В ходе расследования установлено (п.6 акта № о несчастном случае на производстве), что ФИО1 для подъема (вывешивания) полурамы тележки трелевочной машины домкратом, вместо деревянной выкладки (шпалы, брусья, доски толщиной (высотой) 40-50 мм), применил случайный предмет (чурак) высотой около 700 мм, диаметром 250 мм, который не обеспечил устойчивость домкрата в строго вертикальном положении, в результате чего, домкрат потерял устойчивость и произошло падение рамы на работника, чем нарушена ст.21, 215 Трудового кодекса РФ, п.5.1.5, п.5.4.1, п.5.4.3 «Инструкции по охране труда для слесаря…».

Основной причиной несчастного случая явилось, неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в не обеспечении контроля со стороны генерального директора за ходом выполнения работ, с соблюдением работником требований инструкций по охране труда, чем нарушены ст.ст.22, 214 Трудового кодекса РФ, п.5 п.п.2 Правил по охране труда в лесозаготовительном, деревообрабатывающем производствах и при проведении лесохозяйственных работ», утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н.

Сопутствующей причиной несчастного случая явилось, нарушение технологического процесса, в виде неправильной эксплуатации инструмента, выразившегося в применении работником случайного предмета (чурака) при подъеме (вывешивании) полурамы тележки трелевочной машины домкратом, чем нарушена ст.ст.21, 215 Трудового кодекса РФ, п.п.2, 3 п.34 Правил по охране труда при работе с инструментом и приспособлениями, утвержденных Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ.

Лица, допустившие нарушение требований охраны груда:

ФИО2 – генеральный директор ООО ГТК «ЕЛЗК», своевременно не проконтролировал соблюдение работником эксплуатации применяемого в производстве инструмента (домкрата), требования инструкций по охране труда, чем нарушил ст.ст.22, 214 Трудового кодекса РФ, п.п.2 п.5 Правил по охране труда в лесозаготовительном, деревообрабатывающем производствах и при проведении лесохозяйственных работ.

ФИО1 – слесарь по ремонту лесозаготовительных машин и оборудования ООО ПК «ЕЛКЗ», для подъема (вывешивания) полурамы тележки трелевочной машины домкратом, применил случайный предмет (чурак), не обеспечивающий устойчивость домкрата в строго вертикальном положении, чем нарушил п.5.1.5, п.5.4.1, п.5.4.3 «Инструкции по охране труда для слесаря…»

При этом, данный случай квалифицирован как несчастный случай, связанный с производством.

Данный акт о несчастном случае на производстве незаконным не признан, получен в установленном законом порядке, в связи с чем, является допустимым и относимым доказательством. При этом обстоятельства получения истцом травмы представителем ответчика не оспаривались. 

Согласно медицинскому заключению № от ДД.ММ.ГГГГ формы №/У, выданному КГБУЗ «Енисейская РБ» о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести, работнику ФИО1 диагностировано: 

<

данные изъяты>. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории тяжких.

Согласно выписке из истории болезни КГБУЗ «Краевая клиническая больница» ФИО1 поступил в учреждение ДД.ММ.ГГГГ, выписан ДД.ММ.ГГГГ. При поступлении по неотложным показаниям выполнена операция – 

<

данные изъяты>. Учитывая тяжесть состояния по неотложным показаниям госпитализирован в ОАР №, где проводилась интенсивная терапия. Течение травмы осложнилось 

<

данные изъяты>. По жизненным показаниям ДД.ММ.ГГГГ проведена операция – 

<

данные изъяты>

Степень повреждения здоровья и характер полученных истцом в результате несчастного случая на производстве повреждений, представителем ответчика также не оспаривались.

В результате полученных травм ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ учреждением медико-социальной экспертизы была установлена 3 группа инвалидности (на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) и степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 60% (на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), что подтверждается справкой серии МСЭ-2013 № и выпиской из акта №, соответственно.

Генеральный директор ООО ПК «ЕЛЗК» ФИО2 на протяжении пяти месяцев выплачивал ФИО1 компенсацию, выплатив всего 300000 руб.: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – по 20000 руб.; ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – по 40 000 руб.; ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – по 30000 руб., что подтверждается выпиской по счету и не оспаривалось истцом. Иные выплаты от ответчика не поступали.

Оценивая в совокупности представленные сторонами в материалы дела доказательства, установленные по делу обстоятельства суд, с учетом ст.67 ГПК РФ, приходит к выводу, что в связи с полученной производственной травмой ФИО1 был причинен моральный вред, заключающийся в перенесенных физических страданиях непосредственно от полученной травмы и при последующем лечении, а также в нарушении состояния его здоровья, приведших к последствиям в виде приведённых выше диагнозов и как следствие ампутации левой верхней конечности, установлению в этой связи третьей группы инвалидности и утраты профессиональной трудоспособности в размере 60%.

Факт причинения истцу вреда здоровью при указанных обстоятельствах, нашел свое подтверждение, обязанность по возмещению морального вреда, причиненного ФИО1 в результате несчастного случая на производстве, возложена законом на работодателя пострадавшего работника, в связи с этим, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований и необходимости взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, суд, руководствуясь приведёнными выше положениями статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Постановлений Пленумов ВС РФ от 15.11.2022 года №33 и от 26.01.2010 года №1, принимает во внимание установленные по делу обстоятельства, в том числе наличие установленных в действиях истца и ответчика нарушений, определенных в акте № о несчастном случае на производстве, характер причиненной истцу травмы в результате несчастного случая на производстве, также характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, определяемый тяжестью вреда, причиненного здоровью, относящейся к категории «тяжкий», длительность лечения, последствия, наступившие в результате получения травмы в виде ампутации левой верхней конечности, установления инвалидности 3 группы и степени утраты трудоспособности, необходимость претерпевать соответствующие неудобства и ограничения, связанные с ампутацией конечности, что, безусловно, исключает возможность ведения истцом прежнего образа жизни, возраст истца, его индивидуальные особенности, а также требования разумности и справедливости, произведенную ответчиком денежную выплату истцу в общем размере 300000 рублей и определяет ко взысканию с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 1 300 000 рублей. 

Согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец при обращении в суд в силу закона был освобожден от уплаты государственной пошлины, государственная пошлина, размер которой в соответствии с п.1 ст.333.36 НК РФ составляет 3000 руб., подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета муниципального образования г.Енисейск Красноярского края.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Енисейского межрайонного прокурора, действующего в интересах ФИО1, к обществу с ограниченной ответственностью ПК «Енисейская лесозаготовительная компания» удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью ПК «Енисейская лесозаготовительная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт: серии № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) компенсацию морального вреда, причиненного здоровью в результате несчастного случая на производстве, в размере 1 300 000 (один миллион триста тысяч) рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью ПК «Енисейская лесозаготовительная компания» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца, со дня его принятия в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Енисейский районный суд.

Председательствующий: Т.И. Яковенко 

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.