Судья Репина В.Л. дело № 22-1487-2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Мурманск 08 декабря 2020 года

Мурманский областной суд в составе председательствующего судьи Мартынова Н.Л.,

при секретаре Смолиной А.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Мурманской области Смирновой М.Н.,

осужденного ФИО1 посредством видеоконференц-связи,

адвоката Панова С.Н., ***,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Панова С.Н. на постановление Октябрьского районного суда г.Мурманска от 07 октября 2020 года, которым отказано в удовлетворении ходатайства об условно-досрочном освобождении осужденного

ФИО1, ***,

отбывающего наказание в ФКУ СИЗО-* УФСИН России по Мурманской области по приговору Октябрьского районного суда г.Мурманска от 01.08.2019 (с учетом апелляционного определения от 26.09.2019), которым он осужден по п.«з» ч.2 ст.111 УК РФ к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

Начало срока – 01 августа 2018 года, конец срока 21 января 2023 года.

Изучив содержание обжалуемого постановления, существо апелляционных жалоб и возражений, выслушав выступление осужденного ФИО1 и адвоката Панова С.Н., поддержавших доводы жалоб, а также мнение прокурора Смирновой М.Н., полагавшей постановление законным и обоснованным, проверив материалы дела, суд

УСТАНОВИЛ:

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с судебным решением, считает его незаконным и необоснованным.

Оспаривая выводы суда о том, что положительное поведение и соблюдение режима содержания является обязанностью осужденного, указывает, что ст.11 УИК РФ не содержит такого требования и не предусматривает наличие поощрений и благодарностей, участие в культурно-массовых мероприятиях, стремление к самообразованию, профессиональное обучение, перевод в облегченные условия отбывания наказания, сохранение социально-полезных связей.

Полагает, что в соответствии с положениями ст.9 УИК РФ его положительное поведение, добросовестное отношение к труду и учебе, наличие поощрений и благодарностей, участие в общественной жизни учреждения, стремление к самообразованию, мнение администрации исправительного учреждения, поддержавшей его ходатайство, свидетельствуют о том, что он достиг степени исправления и заслуживает условно-досрочного освобождения.

Отрицает факты допущенных им нарушений в период содержания под стражей до постановления приговора и утверждает, что о наличии бесед воспитательного характера ему стало известно после обращения в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении.

Обращает внимание на то, что в связи с невозможностью ознакомиться с материалами личного дела обратился к инспектору воспитательного отдела, который устно ему сообщил об отсутствии у него нарушений за весь период отбывания наказания, как и в характеристике администрации ФКУ СИЗО-*, представленной в судебное заседание 1 августа 2020 года, отсутствовали такие сведения.

По мнению осужденного, в связи с тем, что беседы воспитательного характера в силу ст.115 УИК РФ не относятся к мерам дисциплинарного взыскания, то они не имеют юридической силы и не должны учитываться. При этом, ссылаясь на положения ч.8 ст.117 УИК РФ, акцентирует внимание на том, что по истечению срока погашения взысканий осужденные считаются, не имеющими взысканий.

Просит постановление суда отменить, его ходатайство об условно-досрочном освобождении удовлетворить.

В апелляционной жалобе адвокат Панов С.Н. выражает несогласие с судебным решением, считает его незаконным и необоснованным, не соответствующим требованиям ст.7 УПК РФ.

Считает, что выводы суда, послужившие основанием для отказа в удовлетворении ходатайства осужденного, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не основаны на нормах действующего законодательства.

Ссылаясь на ч.1 ст.175 УИК РФ, указывает, что осужденный не обязан доказывать, что для дальнейшего исправления не нуждается в полном отбывании назначенного наказания, поскольку данные обстоятельства устанавливаются администрацией исправительного учреждения, обеспечивающей исполнение наказания. При этом обращает внимание на то, что администрация ФКУ СИЗО-* положительно характеризует ФИО1 и считает, что он заслуживает условно-досрочное освобождение.

Полагает, что в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении № 110-О-П от 20.02.2007, суд при принятии решения не вправе был ссылаться на наличие у ФИО1 бесед профилактического характера, за нарушения правил внутреннего распорядка в период его содержания под стражей, допущенных до постановления приговора и его вступления в законную силу.

Отмечает, что суд не раскрыл сущность нестабильного поведения осужденного, не дал оценки характеру допущенных им нарушений режима содержания, за которые с ним были проведены беседы воспитательного характера, которые в силу ст.115 УИК РФ не относятся к мерам дисциплинарного взыскания и не являются злостными.

Полагает, что суд отказал ФИО1 в условно-досрочном освобождении лишь на основании допущенных им нарушений и не принял во внимание положительную динамику поведения осужденного после постановления и вступления приговора в законную силу, его стабильно-положительное поведение после допущенных нарушений, после которых он соблюдает правила отбывания наказания, взысканиям не подвергался, поощрялся, характеризуется администрацией исправительного учреждения исключительно положительно, у него сформировалась устойчивая социальная установка, он не представляет опасности для общества, признает вину и раскаивается в содеянном.

Указывает, что потерпевший принял извинения и покаяние осужденного, не имеет к нему претензий и не возражает против удовлетворения ходатайства, исковые обязательства по приговору отсутствуют.

Отмечает, что обжалуемое решение суда содержит противоречие в части указания количества полученных осужденным поощрений, в частности в постановлении одновременно с наличием у осужденного одного поощрения, указано, что ФИО1 заявлено о получении им после обращения в суд с ходатайством 30.09.2020 еще одного поощрения и его переводе в облегченные условия содержания, что подтвердил в судебном заседании представитель администрации исправительного учреждения. 

Считает, что суд необоснованно не учел, что ФИО1 фактически имеет два поощрения, наличие последнего из которых осужденный не смог подтвердить документально на момент судебного разбирательства по независящим от него обстоятельствам вследствие развивающейся пандемии коронавирусной инфекции. 

Обращает внимание на то, что после вынесения постановления суда, 07 октября 2020 года осужденный под расписку был ознакомлен о наличии у него второго поощрения в виде благодарности за добросовестное отношение к труду и положительное поведение.

Просит постановление суда отменить и принять новое решение.

В возражениях на апелляционные жалобы прокурор отдела прокуратуры Мурманской области Бирюлева С.Н. просит оставить постановление без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и его защитника – без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, выслушав участников судебного заседания, суд находит обжалуемое постановление законным и обоснованным.

В соответствии со ст.79 УК РФ лицо, отбывающее лишение свободы, подлежит условно-досрочному освобождению от отбывания наказания, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания. 

Вывод об этом суд может сделать на основании исследования всех обстоятельств, связанных с личностью осужденного.

Отбытие осужденным установленного ч.3 ст.79 УК РФ срока наказания является лишь формальным основанием, позволяющим обратиться с ходатайством о применении условно-досрочного освобождения.

Кроме того, согласно ч.4.1 ст.79 УК РФ при рассмотрении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания суд учитывает поведение осужденного, его отношение к учебе и труду в течение всего периода отбывания наказания, в том числе имеющиеся поощрения и взыскания, отношение осужденного к совершенному деянию и то, что осужденный частично или полностью возместил причиненный ущерб или иным образом загладил вред, причиненный в результате преступления, а также заключение администрации исправительного учреждения о целесообразности его условно-досрочного освобождения.

Мнение администрации исправительного учреждения является одним из критериев, на основании которых суд формулирует свой вывод о применении либо неприменении к осужденному условно-досрочного освобождения.

Несмотря на то, что в характеристике администрации ФКУ СИЗО-* высказано мнение о возможности применения к ФИО1 условно-досрочного освобождения, суд не связан с данным мнением, а обязан в силу положений закона установить обстоятельства, свидетельствующие о том, что осужденный не нуждается в дальнейшем отбывании наказания.

Эти требования закона судом выполнены. 

Рассматривая ходатайство ФИО1, суд первой инстанции принял во внимание, что он характеризуется положительно, отбыл необходимый срок наказания для обращения с ходатайством об условно-досрочном освобождении, отбывая наказание в ФКУ СИЗО-*, привлечен к оплачиваемому труду по хозяйственному обслуживанию учреждения, в свободное от работы время повышает свой культурный уровень, занимается самообразованием, принимает участие в мероприятиях воспитательного характера, прошел профессиональное обучение, получил специальность «повар», взысканиям не подвергался, 1 раз поощрялся, иска по приговору не имеет, вину в преступлении признает и раскаивается в содеянном, предоставил гарантии социального устройства, сохранил социально-полезные связи.

Таким образом, суд учел положительную динамику поведения осужденного в период отбывания наказания и его стремление к исправлению.

Вопреки доводам жалоб, наряду с указанными положительными сведениями о личности осужденного, суд обоснованно принял во внимание и то, что ФИО1 допустил 4 нарушения установленного режима содержания, в связи с которыми с ним проводились профилактические беседы.

Факт наличия нарушений не может охарактеризовать поведение ФИО1 за весь период отбывания наказания с положительной стороны и свидетельствует о нестабильности его поведения.

То обстоятельство, что допущенные ФИО1 нарушения не являлись злостными, на что имеется ссылка в жалобе защитника, в целом не ставят под сомнение обоснованность вышеуказанного вывода суда о нестабильности поведения осужденного. 

Несмотря на то, что профилактические беседы не являются дисциплинарными взысканиями, суд правильно учел их наличие, поскольку, разрешая вопрос об условно-досрочном освобождении, суд должен проанализировать поведение осужденного в течение всего периода отбывания наказания. 

Вопреки доводу жалобы, суд также обоснованно сослался на нарушения, допущенные ФИО1 в период его нахождения в следственном изоляторе до вступления приговора в законную силу, поскольку при оценке поведения осужденного суд вправе учитывать любые сведения его характеризующие, в том числе нарушения установленного порядка отбывания наказания, вне зависимости от характера мер реагирования на них администрации следственного изолятора или исправительного учреждения. Время содержания лица под стражей в следственном изоляторе засчитывается в срок лишения свободы, который учитывается при исчислении срока наказания, по отбытию которого у осужденного наступает право на условно-досрочное освобождение.

Оснований подвергать сомнению факт допущенных ФИО1 нарушений, как об этом он заявляет в апелляционной жалобе, у суда не имелось, поскольку наличие бесед воспитательного характера, которые были проведены с осужденным, объективно подтверждается характеристикой администрации ФКУ СИЗО-*, справкой о поощрениях и взысканиях, а также исследованными судом материалами личного дела осужденного.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы о положительной динамике поведения осужденного после допущенных нарушений, отсутствие у него взысканий и наличие поощрений, как правильно указано в постановлении суда, не являются безусловным основанием для предоставления ему условно-досрочного освобождения, поскольку примерное поведение и добросовестное отношение к труду в силу норм уголовно-исполнительного законодательства является обязанностью осужденного.

В судебном заседании осужденный заявил о наличии у него еще одного поощрения от 30.09.2020, полученного до вынесения обжалуемого постановления. У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания не доверять осужденному в указанной части. Вместе с тем, наличие у ФИО1 еще одного поощрения, вывод суда первой инстанции о его посредственном поведении, не опровергает.

Оценив указанные обстоятельства в их совокупности, с учетом мнения прокурора, возражавшего против удовлетворения ходатайства осужденного, суд апелляционной инстанции находит правильным вывод суда первой инстанции о том, что достаточных оснований для условно-досрочного освобождения ФИО1 на данном этапе исполнения приговора не имеется. 

Свое решение суд надлежащим образом мотивировал. Выводы суда соответствуют материалам дела, основаны на всестороннем учете данных о личности и поведении осужденного за весь период отбывания наказания. Оснований не соглашаться с выводами суда первой инстанции не имеется.

При таких обстоятельствах, постановление суда является законным и обоснованным. Оснований к удовлетворению жалобы осужденного суд апелляционной инстанции не находит.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Октябрьского районного суда г.Мурманска от 07 октября 2020 года в отношении осужденного ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и адвоката Панова С.Н. – без удовлетворения.

Председательствующий ______________ Н.Л. Мартынов