Дело № 1-327/2017 

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 августа 2017 г. г. Серпухов Московской области

Серпуховский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Пантела И.Д.,

при секретаре судебного заседания Рындиной Т.А., 

с участием:

государственного обвинителя – старшего помощника Серпуховского городского прокурора Московской области Сапожниковой Е.С., 

защитников:

адвоката адвокатского кабинета 

<

номер> ФИО1, представившей удостоверение 

<

номер> и ордер 

<

номер> от 08.08.2017 года, имеющей регистрационный 

<

номер> в реестре адвокатов Московской области, 

адвоката Серпуховского филиала МОКА ФИО2, имеющей регистрационный 

<

номер> в реестре адвокатов Московской области, представившей удостоверение 

<

номер>, ордер 

<

номер> от 08.08.2017 года, 

подсудимых ФИО3 и ФИО4,

потерпевшего Г.О., 

рассмотрел в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело по обвинению:

ФИО3, родившегося 

<

дата> в 

<

адрес>, гражданина Республики Беларусь, зарегистрированного по 

<

адрес>, образование среднее специальное, женатого, на иждивении имеющего малолетнего ребенка, работающего 

<

данные изъяты>, военнообязанного, ранее не судимого, под стражей содержащегося с 12.03.2017г.,

ФИО4, родившегося 

<

дата> 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного по 

<

адрес>, образование среднее специальное, женатого, на иждивении имеющего двоих несовершеннолетних детей, не работающего, военнообязанного, ранее не судимого, под стражей содержащегося с 20.03.2017г.,

в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимые ФИО3 и ФИО4 совершили умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, а подсудимый ФИО3 совершил указанное преступление также и с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

02.03.2017 около 20 ч. 00 мин. ФИО3, находясь совместно с ФИО5 в одном из кафе, расположенном вблизи железнодорожного вокзала г. Серпухов Московской области распивали спиртные напитки, где познакомились с И.О., который также совместно с ними распивал спиртные напитки. В ходе распития спиртных напитков, ФИО3, ФИО5 поинтересовались у И.О., где можно устроить на ночлег Л.И., на что И.О., введя последних в заблуждение о наличии у него двухкомнатной квартиры, предложил им остаться ночевать в указанной квартире, на что ФИО3, ФИО5 согласились. 

После этого, 02.03.2017 около 22 ч. 00 мин. ФИО3, ФИО6 на автомобиле такси прибыли к дому 

<

адрес>, где зашли в квартиру 

<

номер>, принадлежащую В.О. После того, как ФИО3, ФИО5 зашли в вышеуказанную квартиру, то обнаружили, что данная квартира не пригодна для нормального проживания, поскольку квартира находилась в антисанитарном состоянии, а также является местом для сбора антисоциальных членов общества для совместного распития спиртных напитков. Кроме того, в указанной квартире находился собственник квартиры В.О. и его знакомый П.Н. После того, как ФИО3 и ФИО4 узнали, что И.О. ввел их в заблуждение относительно принадлежности вышеуказанной квартиры и увидев антисанитарные условия проживания в данной квартире, между ФИО3, ФИО5 произошла ссора, в ходе которой на почве личных неприязненных отношений у ФИО3 и ФИО4, у каждого из них, независимо друг от друга, возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью И.О.

ФИО4 и ФИО3, действуя группой лиц, реализуя преступный умысел каждого, действуя умышленно, с целью причинения И.О. вреда здоровью опасного для жизни человека, не предвидя наступления общественно опасных последствий в виде смерти, хотя должны были и могли предвидеть возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти И.О., в вышеуказанном месте в период времени с 22 ч. 00 мин. 02.03.2017 по 01 ч. 00 мин. 03.03.2017, более точное время органами предварительного следствия не установлено, ФИО4, сидя совместно с И.Г. на диване нанес один удар коленом в область лица И.О., после чего совместно с последним встав с дивана, своей головой нанес два удара по голове И.Г. После того, как И.Г. снова сел на диван ФИО4 и ФИО3 каждый, действуя совместно, поочередно нанесли не оказывавшему им какого-либо сопротивления И.О. множественные, более девятнадцати, удары кулаками в область головы, лица и туловища. После чего, ФИО3, реализуя независимый друг от друга с ФИО4 преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью И.О., взял находившееся в руках у Л.И. неустановленное органами предварительного следствия пневматического ружье, и, применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, с силой нанес один удар в область головы И.О., который на тот момент сидел на диване, после чего совместно с ФИО4 с места преступления скрылись. 

Своими совместными преступными действиями ФИО3 и ФИО4 причинили И.О. согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 381 от 06.04.2017 следующие телесные повреждения: 

- закрытую черепно-мозговую травму: кровоподтеки в области спинки носа, глазничных областей (по 1), нижней губы слева, левой лобно-теменной области, затылочной области слева, поверхностные рвано-ушибленные раны правой глазничной области и слизистой оболочки нижней губы слева, крупноочаговые кровоизлияния в мягкие ткани головы в левой лобно-теменной области, в затылочной области слева с переходом на левую височную область и правой височной области, перелом костей носа, ушибы вещества левых височной и теменной долей, внутримозговая гематома левых височной, лобной и теменной долей, очаговые кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки левых височной, теменной и лобной долей, отек-набухание головного мозга; сглаженность рельефа борозд и извилин головного мозга, сужение боковых желудочков мозга, борозда вдавления на базальной поверхности мозжечка; которые являются опасной для жизни и согласно п. 6.1.3 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗ и СР РФ от 24.04.2008 № 194н, расценивается как тяжкий вред здоровью. 

- поверхностные повреждения области туловища, обеих верхних и левой нижней конечностей: множественные кровоподтеки передней поверхности груди в верхней трети по передней срединной линии, передней поверхности груди справа в средней трети, передней поверхности справа в нижней трети, передней поверхности груди слева в средней и нижней третях, левой боковой поверхности живота в средней трети с переходом на левую поясничную область, передней поверхности левого плеча в верхней и средней третях, внутренней поверхности левого плеча в верхней трети, наружной поверхности левого плеча в средней трети, наружной и внутренней поверхностей левого предплечья в средней трети, передне-наружной поверхности правого плеча в нижней трети, передней поверхности левого бедра в средней трети, которые у живых лиц не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья и согласно п. 9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗ и СР РФ от 24.04.2008 № 194н, расценивается как не причинившие вреда здоровью. 

Умышленные противоправные действия ФИО7 и ФИО4, совершенные в отношении И.О., повлекли по неосторожности смерть последнего 08.03.2017 в 00 ч. 58 мин. в стационарном отделении ГБУЗ МО «Серпуховская городская больница имени Семашко Н.А.», куда он был доставлен 05.03.2017 от закрытой черепно-мозговой травмы с ушибами вещества головного мозга и внутримозговой гематомой, осложнившейся развитием отека-набухания головного мозга. 

Между причиненным тяжким вредом здоровью и наступлением смерти И.О. имеется прямая причинно-следственная связь. 

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину в совершении указанного преступления признал частично, пояснив, что не отрицает факт нанесения им ударов в затылочную область головы И.О., в область рта и в область плеча последнего, однако, данные удары он наносил с незначительной силой, в связи с чем, не мог причинить потерпевшему телесные повреждения, повлекшие его смерть. По существу предъявленного обвинения показал, что он работал вахтовым методом на складах в г. Подольск Московской области, где и познакомился с ФИО5 01.03.2017 г. он закончил работу и, согласившись на предложение ФИО4, поехал к нему в гости в г. Серпухов Московской области. В этот день с ФИО4 они отдыхали дома. 02.03.2017 г. они решили посидеть в кафе около железнодорожного вокзала, где познакомились с хозяином кафе Г.О., его супругой. Затем им позвонил Л.И., сказал, что едет в г. Серпухов. Он и ФИО4 встретили Л.И. с электрички и вернулись в кафе, где распивали спиртное. К ним присоединился И.О., они выпивали, общались. Далее они стали решать куда определить Л.И. на ночлег. И.О. предложил им свою двухкомнатную квартиру, на что они согласились. Вызвали такси, приехали в квартиру, войдя в которую они обнаружили антисанитарные условия, не пригодные для проживания. В квартире в состоянии алкогольного опьянения находились ФИО8 они все это увидели, то стали предъявлять претензии И.О., в ходе чего он ладонью не сильно ударил сидевшего на диване И.О. в область затылочной части головы и по плечу. И.О. стал выражаться грубой нецензурной бранью, в связи с чем он также ладонью ударил его по губам. Других ударов И.О. он не наносил, пневматическим ружьем не бил. Ружье все время находилось у Л.И., который замахиваясь им, высказывал различные угрозы в адрес И.О. Наносил ли удары ФИО4 потерпевшему он сказать не может, поскольку на какое-то время выходил из комнаты. В квартире они пробыли около 30 минут, после чего ушли, вызвали такси и уехали. В такси возможно говорили про драку. Когда они встретили И.О., то на его лице синяков и кровоподтеков не было, как их и не было тогда, когда они уходили из квартиры, на состояние здоровья он не жаловался. В квартире В.О. и П.Н. каких-либо ударов И.О. не наносили, между ними были дружеские отношения. Явку с повинной давал под психологическим давлением со стороны оперуполномоченного К.Н., однако с жалобами на его действия он не обращался. Раскаивается в том, что нанес несколько несильных ударов И.О., приносит извинения потерпевшему, однако смерть И.О. от его действий наступить не могла. Он не доверяет показаниям свидетелей В.О., П.Н. относительно обстоятельств причинения телесных повреждений потерпевшему, поскольку указанные лица злоупотребляют спиртными напитками, ведут асоциальный образ жизни. Показания ФИО4, данные на стадии предварительного расследования относительно его действий, пояснить не может. 

Подсудимый ФИО4 в судебном заседании вину в совершении преступления признал частично и показал, что ранее с И.О. он знаком не был. По предложению последнего он, ФИО9 приехали в квартиру ФИО10 находилась в антисанитарном состоянии, не пригодна для нормального проживания, в связи с чем у него возник конфликт с И.О., который схватил его за куртку, на его просьбы прекратить свои действия, он не реагировал, в результате чего они столкнулись головами и он нанес И.О. один удар рукой в область лица и один удар рукой по рукам потерпевшего. После этого он и В.О. вышли на кухню, а когда вернулись он увидел, как И.О. сидит на диване, сверху него находится Л.И., размахивающий руками. Он оттолкнул Л.И. ФИО11, держа в руках пневматическое ружье, стал высказывать угрозы в адрес ФИО12 он услышал какой-то звук, однако ударов ружьем он не видел. ФИО3 отобрал у Л.И. оружие. После этого они уехали. Он не видел, чтобы В.О. и П.Н. наносили телесные повреждения ФИО13 извинения потерпевшему за нанесенные удары его сыну, однако от его действий не могло наступить таких тяжких последствий. Полагает, что при оказании своевременной и квалифицированной медицинской помощи И.О., он бы не умер. С показаниями данными на стадии предварительного следствия относительно действий ФИО14 не согласен, поскольку он видел только как ФИО3 замахивался на И.О., в связи с чем не разобравшись в понятиях, определил действия ФИО14 как удар. 

Из оглашенных в судебном заседании в части в порядке ст. 276 УПК РФ показаний подсудимого ФИО4, данные им на стадии предварительного расследования в присутствии защитника 21.03.2017 г. следует, что когда он находился на кухне, то услышал шлепки, звуки ударов. Он зашел в комнату и увидел, как И.О. стоит, а ФИО3 в этот момент высказывая претензии материального характера, нанес не менее трех ударов кулаком правой руки в области лица И.О. От ударов И.О. присел на кресло. Он в этот момент подошел к ним и встал между ними. Когда он встал между И.О. и ФИО3, то последний, продолжая высказывать претензии, нанес через него еще не менее трех ударов кулаками по лицу И.О. После этого ФИО3 и все находящиеся в квартире лица, успокоились. Далее они стали разговаривать про военную службу. Общались они около получаса. Потом он вышел на кухню, чтобы позвонить супруге, но так до нее и не дозвонился. Далее они стали собираться. Когда они собирались, то Л.И. снова стал предъявлять претензии И.О. за то, что ему негде ночевать, после чего Л.И. снял с плеча пневматическое ружье и попытался ударить его, но удар прошелся вскользь. Тогда ФИО3 подошел к Л.И., забрал у него ружье, после чего ногой ударил в область паха И.О., отчего последний пригнулся, а ФИО3 с силой нанес ему удар прикладом ружья в область головы. И.О. упал на диван или на кресло, при этом на его лице он увидел кровь. Затем он, ФИО9 покинули квартиру. (том 1, л.д. 186-191).

Суд, изучив и оценив в совокупности собранные по уголовному делу доказательства, находит вину подсудимых ФИО3 и ФИО4 в совершении вышеуказанного преступления, полностью доказанной предоставленными стороной обвинения и исследованными судом доказательствами.

Потерпевший Г.О. в судебном заседании показал, что И.О. приходился ему сыном, с который они вместе проживали. 02.03.2017 г. он находился на рабочем месте в кафе, когда пришли двое молодых людей – ФИО3 и ФИО4, где распивали спиртное. Через какое-то время они ушли, а потом вернулись с Л.И., находившемся в камуфляжной форме, при этом у него при себе было пневматическое ружье. Молодые люди снова стали выпивать, к ним присоединился И.О. ФИО4 был очень пьян, Л.И. – был трезв, сын находился в легкой степени алкогольного опьянения. Они посидели и ушли. И.О. также ушел. На следующий день И.О. позвонил матери и сообщил, что его избили те люди, которые накануне находились с ним в кафе и он остался у В.О., с которым у него были дружеские отношения, конфликтов между ними не случалось. В дальнейшем от К.Т. ему стало известно о доставлении И.О. в больницу. Когда он приехал в СГБ им. Семашко, сын уже находился в бессознательном состоянии и не мог разговаривать. На лице у него были синяки и кровоподтеки. Вопрос о мере наказания в отношении подсудимых оставил на усмотрение суда. 

Свидетель В.О. в судебном заседании показал, что с И.О. он знаком более 6 месяцев, между ними сложились дружеские отношения. 02.03.2017 года у него в квартире по 

<

адрес> находился его знакомый П.Н., с которым они немного выпили. Примерно около 23 часов в квартиру пришел И.О., ФИО3, ФИО5, при этом последний находился в камуфляжной одежде и при себе у него имелось пневматическое ружье. И.О. сел на диван в комнате. Далее между И.О., ФИО3 и ФИО4 возник конфликт, поскольку потерпевший, приглашая их на ночлег в квартиру, сообщил, что квартира состоит из 2 комнат и он является хозяином квартиры, однако собственником квартиры является он, квартира однокомнатная и в ней находится много мебели, вещей, в связи с чем место для сна отсутствует. В результате конфликта ФИО4 нанес И.О. удар коленом в область головы, от удара у потерпевшего с губы пошла кровь. Затем к И.О. подошел ФИО3 и нанес ему несколько ударов кулаком по лицу. Л.И. сидел на диване с пневматическим ружьем и участия в драке не принимал. Он пытался успокоить присутствующих, однако сделать ему этого не удалось, поскольку ФИО3 и ФИО4 продолжали высказывать И.О. претензии, и наносить удары по различным частям тела. В ходе нанесения ударов И.О. пытался защититься от них, прикрывая лицо руками. Потом избиение прекратилось, они выпили спиртного. После этого ФИО3 и ФИО4 снова стали наносить сильные удары кулаками по голове и телу потерпевшего, таким образом избиение И.О. продолжалось около 1 часа. Когда Л.И., ФИО4 и ФИО3 собирались уходить, то ФИО3 взял из рук Л.И. ружье, и прикладом ружья нанес один удар в область головы И.О. После чего они ушли, а И.О. остался у него. На лице у потерпевшего имелись синяки и кровоподтеки, которых до прихода И.О. к нему, не было. Все повреждения возникли у него в ходе конфликта с подсудимыми, так как он, П.Н. и Л.И. никаких ударов И.О. не наносили. И.О. находился у него в квартире до того момента, пока приехавшая в квартиру К.Т. не вызвала скорую медицинскую помощь и его доставили в больницу. За это время к ним в квартиру никто не приходил, один раз они вышли на улицу с целью приобретения спиртных напитков, однако в этот период каких-либо ссор и конфликтов не происходило. Сначала И.О. на состояние здоровья не жаловался. В дальнейшем ему стало хуже и он уже не мог разговаривать. С его участием проводилась проверка показаний на месте, в ходе которой он рассказал и подтвердил все изложенные выше события. 

Свидетель К.Н. в судебном заседании показал, что состоит в должности заместителя начальника ОУР МУ МВД России «Серпуховское». В марте 2017 г. в МУ МВД России «Серпуховское» поступило сообщение о доставлении в больницу И.О., который скончался, при его вскрытии в бюро СМЭ был установлен криминальный характер повреждений, в связи с чем по данному факту было возбуждено уголовное дело и проводились оперативно-розыскные мероприятия, направленные на установления лиц, совершивших данное преступление. В ходе оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что к совершению данного преступления возможно причастны ФИО3 и ФИО4 Было установлено лицо, из квартиры которого И.О. доставлялся в больницу – В.О., со слов которого выяснено, что И.О. подвергли избиению подсудимые, поскольку потерпевший ввел их в заблуждение относительно принадлежности квартиры, в которой они находились. Далее был установлен водитель такси, подвозивший подсудимых после совершения преступления, в транспортном средстве которого Л.И., находившийся с подсудимыми, оставил паспорт. В ходе ОРМ был установлен ФИО3, которой добровольно без оказания давления на него с чьей-либо стороны, написал явку с повинной, где изложил, что он вместе с ФИО4 подвергли избиению И.О., наносили ему удары по различным частям тела и голове, а также ФИО3 нанес один удар в область головы потерпевшего прикладом ружья. Замечаний и заявлений от ФИО3 не поступало. Явку с повинной у ФИО4 он не принимал. 

Свидетель Л.А. в судебном заседании показал, что в марте 2017 г. он работал водителем в такси. Он находился на суточном дежурстве в такси, когда в вечернее время от диспетчера поступил заказ, о том, что необходимо забрать клиента на 

<

адрес>. Он принял заказ и подъехал по вышеуказанному адресу. Через некоторое время из подъезда вышло трое молодых людей, один из них был в камуфлированной одежде, в руках у него находилось пневматическое ружье. Молодые люди были в состоянии сильного алкогольного опьянения. Сев в автомобиль, они сказали, что необходимо проехать на 

<

адрес>. В автомобиле молодые люди разговаривали между собой. По их разговору он понял, что они избили лицо неславянской внешности. Приехав по адресу, он высадил их. Через некоторое время, когда он выполнял другой заказ, пассажир обнаружил на сиденье паспорт, который передал ему. После того, как он высадил пассажира, снова проехал на 

<

адрес>, чтобы вернуть паспорт, но там уже никого не было. Некоторое время паспорт так у него в автомобиле и находился, пока его не вызвали в отдел полиции, где он передал паспорт сотрудникам полиции.

Свидетель К.Т. в судебном заседании показала, что с И.О. она знакома с 2013 г., охарактеризовать его может с положительной стороны. 03.03.2017 г. с ней созванивался И.О., однако про избиение он ей не сообщал. 05.03.2017 г. ей позвонил В.О. и сказал, что И.О. находится у него и после избиения он себя плохо чувствует. Она приехала к В.О. Когда она увидела И.О., то была в шоке, так как все лицо его было разбито, у него изо рта шла кровь, он плохо разговаривал. Она спросила у него, что случилось, но так как ему было больно говорить, то говорил он мало, сказал, что его избили молодые люди, которые были в кафе у его отца. Она вызвала скорую медицинскую помощь и И.О. был доставлен в больницу. Между И.О. и В.О. были дружеские, доброжелательные отношения. 

Из оглашенных в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля Л.И., данных им на стадии предварительного расследования следует, что он устроился на работу в фирму «Вайлдберрис», интернет магазин, грузчиком. Фирма находится в г. Подольск. На работе он познакомился с ФИО3 и ФИО4, которые уже работали в данной организации. В ходе общения с ФИО3 и ФИО4, у них сложились дружеские отношения. 01.02.2017 г. ФИО4 уволился с работы, а он с ФИО3 проработал до 01.03.2017 г. После увольнения, ФИО3 в вечернее время уехал в г. Серпухов к ФИО4 02.03.2017 около 19-20 часов ему на сотовый телефон позвонил ФИО4 и пригласил в г. Серпухов, чтобы отметить увольнение. Он согласился. На электричке он приехал в г. Серпухов на железнодорожный вокзал, где его встретил ФИО3 и ФИО4 После получения расчета на работе, он 02.03.2017 г. в Царицыно на радиорынке приобрел пневматическое ружье калибра 4,5 мм, без чехла, которое он завернул в пакет. После того, как ФИО3 и ФИО4 встретили его с электрички, они пошли в кафе недалеко от железнодорожного вокзала, где распивали спиртное. В ходе распития спиртных напитков к ним за стол несколько раз подсаживался сын хозяина кафе И.О., у которого они поинтересовались где в г. Серпухов можно недорого снять квартиру на 1-2 дня, на что он ответил, что у него есть в собственности квартира и что он может им ее предоставить на это время бесплатно. Примерно в 23 часа ФИО3 со своего мобильного телефона вызвал такси и они вчетвером поехали в квартиру, которую им согласился представить И.О. Приехав по адресу, куда их привез И.О., он постучал в окно на первом этаже, после чего дверь в подъезд открыл какой-то мужчина. Далее они вчетвером зашли в квартиру, расположенную на первом этаже, куда также зашел мужчина, который открыл дверь в подъезд и прошли в единственную комнату. В самой квартире находился еще один мужчина. Когда они зашли в комнату, то мужчина, находившийся в комнате, спросил у И.О., зачем он их сюда привел, на что он ответил, что привел их, чтобы они остались здесь переночевать. Хозяин квартиры стал возмущаться. Когда они поняли, что И.О. не является собственником, то ФИО3 начал высказывать претензии в его адрес. В комнате И.О. сел на диван. Когда выяснилось, что И.О. их обманул, то ФИО3 нанес ему один удар кулаком в область головы, отчего у него пошла из носа кровь. После этого удара ФИО3 нанес еще не менее пяти ударов кулаком в область головы И.О. ФИО4, который также был возмущен тем, что И.О. их обманул, тоже нанес последнему не менее 10 ударов кулаками в область головы и лица. И.О. пытался защититься от наносимых ударов, прикрывая лицо руками, в связи с чем, удары, которые наносили ФИО3 и ФИО4 попадали в том числе и по его рукам. ФИО3 после первых ударов нанес еще не менее 10 ударов кулаками в область головы и лица И.О. ФИО3 и ФИО4 избивали И.О. примерно около 30 минут. После этого они решили поехать к ФИО4 в снимаемую им с супругой квартиру. ФИО3 вызвал такси. Перед тем как уходить из квартиры, ФИО3, который в тот момент носил принадлежащее ему пневматическое ружье, нанес один удар прикладом по голове И.О. в область лба. От этого удара И.О., который до этого сидел на диване, упал на диван. Хозяин квартиры и мужчина, который открывал им дверь подъезда сидели в комнате и никаких ударов И.О. не наносили. Он также И.О. никаких ударов не наносил. После того, как приехал автомобиль такси, они поехали к ФИО4 в квартиру по ул. Физкультурная, д. 5 г. Серпухов Московской области. (том 1 л.д. 57-60).

Из оглашенных в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля П.Н., данных им на стадии предварительного расследования следует, что 02.03.2017 года он находился у В.О. в квартире, к которому он пришел около 12 часов. Они употребляли спиртные напитки. Около 23 часов в окно квартиры В.О. постучали, так как квартира его находится на первом этаже. Он выглянул в окно и увидел, что это стучится И.О. Он вышел из квартиры в подъезд и открыл дверь подъезда на улицу. На улице находился И.О., а рядом с ним стояли ранее не знакомые ему молодые люди – Л.И., в руках у которого находилось ружье, ФИО3 и ФИО4 Когда молодые люди вошли в квартиру, то сразу стали возмущаться по поводу того, что в ней отсутствует место для ночлега и предъявлять Г.О. претензии по поводу того, что он им сказал, что будет двухкомнатная квартира. На это И.О. стал распределять им всем места. На этой почве между И.О. и ФИО3 стал происходить конфликт. И.О. сел на диван за стол. ФИО3 и ФИО4 сели справа и слева от И.О. соответственно. Л.И. в это время сел на стул напротив дивана, на котором сидели ФИО3, ФИО5 Далее ФИО4 и ФИО3 стали высказывать И.О. свои претензии по поводу того, что он их обманул, сказав, что это его квартира. В ходе предъявления претензий И.О., ФИО4, сидя на диване, нанес один удар коленом в область лица И.О. Пошла ли от этого удара у него кровь из носа или губы, он не помнит. Может только сказать, что в ходе избиения И.О. ФИО4 и ФИО3, от чьего-то удара у него пошла кровь. После того, как ФИО4 ударил коленом И.О. в область лица, то ФИО3 также нанес И.О. в область лица один удар кулаком. Далее ФИО4 и ФИО3 продолжили высказывать свои претензии И.О. по поводу его обмана с квартирой, в ходе чего ФИО4 нанес И.О. еще не менее четырех ударов кулаками в область головы, ФИО3 также нанес И.О. в область головы не менее четырех ударов кулаками. В ходе нанесения ударов И.О., последний пытался сопротивляться и подставлял руки к лицу, в связи с чем, некоторые удары кулаками приходились по его рукам. Кроме того, ФИО4 и ФИО3 нанесли каждый не менее трех ударов по различным частям тела И.О. Избиение происходило не постоянно, то есть все вышеназванные удары И.О. были причинены не одномоментно, а с небольшим промежутком времени. То есть ФИО3 и ФИО4 иногда вставали с дивана, выпивали принесенные ими спиртные напитки, курили, выходили на кухню, затем снова возвращались в комнату, и, высказывая свои претензии И.О., вновь наносили ему удары по голове и различным частям тела, избиение продолжалось не более часа. Когда молодые люди уже собирались уходить, то ФИО3 взял из рук Л.И. ружье и прикладом ружья ударил в область лба И.О., от которого, сидевший на диване И.О., прилег. После этого молодые люди собрались и ушли. Когда ФИО4 и ФИО3 наноси удары И.О. по голове и различным частям тела, то В.О. несколько раз пытался остановить его избиение, оттаскивал молодых людей. Примерно через час молодые люди ушли, а И.О. остался у В.О. На лице у И.О. были синяки и кровоподтеки, он еще два дня находился вместе с ним и В.О., где совместно также употребляли спиртные напитки. 05.03.2017 г. к В.О. домой пришла подруга И.О. – К.Т., которая вызвала скорую медицинскую помощь. (том 1 л.д. 93-97).

Вина подсудимых ФИО3 и ФИО4 в совершении указанного выше преступления подтверждается также письменными доказательствами по уголовному делу:

- рапортом об обнаружении признаков преступления от 10.03.2017г., согласно которому в отделение ГБУЗ МО «Бюро СМЭ» поступил труп И.О. с закрытой черепно-мозговой травмой, в связи с чем необходимо по данному факту провести проверку в порядке ст. 144-145 УПК РФ. (том 1 л.д. 11);

- телефонограммой № 7 от 10.03.2017 г., согласно которой при судебно-медицинском исследовании трупа И., обнаружена закрытая черепно-мозговая травма с переломом костей носа, кровоизлияниями в мягкие ткани головы, внутримозговой гематомой, кровоизлияниями под мягкие оболочки. Множественные кровоподтеки туловища и конечностей. (том 1 л.д. 12);

- протоколом осмотра места происшествия от 10.03.2017 г. и фототаблицей к нему, согласно которым осмотрена квартира 

<

номер>, расположенная по 

<

адрес>, где зафиксирована обстановка квартиры, в которой подвергли избиению И.(том 1 л.д. 18-28);

-протоколом проверки показаний на месте свидетеля Л.И. от 13.03.2017 и фототаблицей к нему, согласно которым Л.И. на месте в кв. 

<

номер>, расположенной по 

<

адрес>, показал как ФИО15 и ФИО4 наносили кулаками удары по голове, лицу и телу И., а также как ФИО15 нанес один удар прикладом пневматического ружья по голове И. (том 1 л.д. 61-71);

-протоколом проверки показаний на месте свидетеля В.О. от 16.03.2017 и фототаблицей к нему, согласно которым В.О. на месте в кв. 

<

номер>, расположенной по 

<

адрес>, показал как ФИО15 и ФИО4 наносили кулаками удары по голове, лицу и телу И., а также как ФИО15 нанес один удар прикладом пневматического ружья по голове И. (том 1 л.д. 83-92);

- протоколом проверки показаний на месте свидетеля П.Н. от 16.03.2017 и фототаблицей к нему, согласно которым П.Н. на месте в кв. 

<

номер>, расположенной по 

<

адрес>, показал как ФИО15 и ФИО4 наносили кулаками удары по голове, лицу и телу И., а также как ФИО15 нанес один удар прикладом пневматического ружья по голове И. (том 1 л.д. 98-106);

- протоколом явки с повинной ФИО3 от 12.03.2017 г., согласно которому ФИО3 сообщил о совершенном им преступлении, а именно о том, что 02.03.2017, он со своими знакомыми Л.И. и ФИО4, с которыми вместе работали в г. Подольск, встретились в одном из кафе у железнодорожного вокзала, где употребляли спиртное. Там же в кафе они познакомились с сыном хозяина кафе, И., который тоже вместе с ними употреблял спиртное. Поскольку Л.И. негде было ночевать, они стали интересоваться у И., где можно переночевать не дорого, на что И. предложил поехать к нему в двухкомнатную квартиру и никому не надо будет платить. Они согласились и на автомобиле такси приехали на 

<

адрес>, где И. привел их в одну из квартир. Как впоследствии оказалось, квартира не принадлежала И. Кроме того, в квартире имелись антисанитарные условия, и в ней находился хозяин квартиры и его друг. Из-за того, что И. обманул их всех, он и ФИО4 разозлились на И., и стали с ним скандалить и наносить удары по голове кулаками. После этого, он выхватил из рук Л.И. пневматическое ружье, которое было при нем и один раз прикладом ружья ударил по голове И. (том 1 л.д. 122-123);

- протоколом явки с повинной ФИО4 от 20.03.2017 г., согласно которому ФИО4 сообщает о том, что 02.03.2017 г., он вместе с ФИО9 приехали в квартиру, указанную И., где произошел конфликт с последним, поскольку он их обманул по поводу квартиры. В ходе данного конфликта, он нанес ему два удара своей головой по его голове, а также один удар в область лица кулаком. ФИО3 также нанес И. несколько ударов кулаком в область головы, а также один удар в пах и один удар прикладом пневматического ружья по голове И. (том 1 л.д. 175-176);

- протоколом очной ставки между свидетелем В.О. и подозреваемым ФИО4 от 21.03.2017, согласно которой В.О. в присутствии ФИО4 уличает последнего в том, что он 02.03.2017, находясь в его квартире, куда их привел И., нанес последнему множественный удары кулаками по голове. ФИО3 также нанес И. множественные удары кулаками по голове и нанес один удар по голове И. прикладом пневматического ружья. (том 1 л.д. 196-199);

- протоколом проверки показаний на месте обвиняемого ФИО4 от 19.06.2017 г.и фототаблицей к нему, согласно которым ФИО4 на месте в кв. 

<

номер>, расположенной по 

<

адрес>, показал как он и ФИО3 наносили удары по голове И., при этом ФИО4 указал, что ФИО3 нанес один удар прикладом пневматического ружья по голове И. (том 1 л.д. 215-229);

- заключением судебно-медицинской экспертизы № 381 от 06.04.2017 г., согласно выводам которого при судебно-медицинской экспертизе трупа И.О. установлено:

1.1. Закрытая черепно-мозговая травма: кровоподтеки в области спинки носа, глазничных областей, нижней губы слева, левой лобно-теменной области, затылочной области слева, поверхностные рвано-ушибленные раны правой глазничной области и слизистой оболочки нижней губы слева; крупноочаговые кровоизлияния в мягкие ткани головы в левой лобно-теменной области, в затылочной области слева с переходом на левую височную область и правой височной области, перелом костей носа, ушибы вещества левых височной и теменной долей, внутримозговая гематома левых височной, лобной и теменной долей, очаговые кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки левых височной, теменной и лобной долей;

1.2. Отек-набухание головного мозга: сглаженность рельефа борозд и извилин головного мозга, сужение боковых желудочков мозга, борозда вдавления на базальной поверхности мозжечка;

1.3. Поверхностные повреждения области туловища, обеих верхних и левой нижней конечностей: множественные кровоподтеки передней поверхности груди в верхней трети по передней срединной линии, передней поверхности груди справа в средней трети, передней поверхности справа в нижней трети, передней поверхности груди слева в средней и нижней третях, левой боковой поверхности живота в средней трети с переходом на левую поясничную область, передней поверхности левого плеча в верхней и средней третях, внутренней поверхности левого плеча в верхней трети, наружной поверхности левого плеча в средней трети, наружной и внутренней поверхностей левого предплечья в средней трети (по 1), передне-наружной поверхности правого плеча в нижней трети, передней поверхности левого бедра в средней трети;

2. Повреждения, указанные в п.1.1., составляющие закрытую черепно-мозговую травму, образовались от не менее 5-ти (пяти) ударных воздействий тупыми твердыми предметами с ограниченной травмирующей поверхностью, чьи индивидуальные особенности в повреждениях не отобразились. Направление травмирующей силы было разнообразным: как спереди назад, так справа налево и слева направо. Каких-либо морфологических признаков, характерных для инерционной черепно-мозговой травмы, не установлено.

3. Закрытая черепно-мозговая травма, указанная в п.1.1 выводов, с ушибами головного мозга и внутримозговой гематомой является опасной для жизни и согласно п. 6.1.3 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» утвержденных приказом М3 и СР РФ от 24.04.2008г №194н, расценивается как тяжкий вред здоровью.

4. Смерть гражданина И.О. наступила от закрытой черепно-мозговой травмы с ушибами вещества головного мозга и внутримозговой гематомой, осложнившейся развитием отека-набухания головного мозга, что подтверждается морфологическими признаками, указанными в п.1.1, 1.2. и 1.4. выводов. Таким образом, между причиненным тяжким вредом здоровью и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

5. Повреждения, указанные в п.п. 1.3. выводов, в прямой причинной связи с наступившей смертью не состоят, образовались от не менее 14-ти (четырнадцати) ударных воздействий тупыми твердыми предметами, чьи индивидуальные особенности в повреждениях не отобразились. Данные кровоподтеки у живых лиц не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья и согласно п.9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» утвержденных приказом М3 и СР РФ от 24.04.2008г №194н, расцениваются как не причинившие вреда здоровью.

6. Учитывая морфологические свойства всех обнаруженных при экспертизе трупа повреждений мягких тканей головы, туловища и конечностей, ушибов головного мозга, внутримозговой гематомы и кровоизлияний под мягкие оболочки мозга (буроватый оттенок, тусклый вид, расплывчатые контуры), а также данные судебно-гистологического исследования (кровоизлияния с пролиферативными изменениями, макрофагальной реакцией, неравномерно выраженными признаками резорбции, кровоизлияния контузионного типа в коре кусочков больших полушарий с макрофагальной инфильтрацией, некрозом вещества мозга их зоны), можно высказаться об образовании их за 4-6 суток до наступления смерти.

7. Согласно записям, из медицинской карты стационарного больного смерть И.О. наступила 08 марта 2017 года в 00 часов 58 минут, что не противоречит степени выраженности трупных явлений, зафиксированных в ходе производства экспертизы трупа. (том 2 л.д. 5-27);

- заключением комплексной психолого-психиатрической экспертизы № 344 от 16.05.2017, согласно которого ФИО3 хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период инкриминируемого его деяния не страдал, и не страдает таковыми в настоящее время. Об этом свидетельствуют данные анамнеза, копии материалов уголовного дела об отсутствии у испытуемого по длиннику жизни какой-либо психотической симптоматики, возникновения и динамики негативных расстройств, свойственных хроническому психическому расстройству, отсутствие клинических данных о наличии психической и физической зависимости от психоактивных веществ. Об этом также свидетельствуют данные настоящего психиатрического освидетельствования, не выявившие у ФИО3 какой-либо психотической симптоматики (бред, галлюцинации и др.), аффективных нарушений, расстройств в эмоционально-волевой сфере, нарушений мышления, памяти, интеллекта, клинических признаков зависимости от психоактивных веществ, он обнаруживает сохранность интеллектуально-мнестических функций, воспоминаний о содеянном с правильным пониманием сложившейся судебно-следственной ситуации, противоправности и наказуемости инкриминируемого деяния, достаточными критическими и прогностическими способностями. Как показал анализ материалов уголовного дела в совокупности с данными настоящего психиатрического освидетельствования, в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, у ФИО3 не отмечалось и признаков какого-либо временного психического расстройства, деятельность его носила последовательный, целенаправленный характер, в его поведении в тот период отсутствовали признаки бреда, галлюцинаций, нарушенного сознания. Как не страдающий каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, ФИО3 в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО3 также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, может понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, а также обладать способностью к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию вышеуказанных процессуальных прав и обязанностей, может предстать перед судом. Признаков зависимости от алкоголя, наркотических и токсических веществ при настоящем обследовании ФИО3 не обнаруживает. В применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. Психологический анализ материалов уголовного дела, показаний свидетелей и целенаправленной беседы с обвиняемым ФИО3, позволяет сделать вывод об отсутствии у него физиологического аффекта в период времени инкриминируемого ему деяния. Об этом свидетельствует, прежде всего, отсутствие в этот период трехфазной динамики протекания эмоциональной реакции, характерной для этого состояния, с субъективной внезапностью её наступления, отсутствием резких, взрывного характера психических процессов. Также не обнаружено и постаффективного состояния с явлениями астении, вялости, терминальным сном, фрагментарностью воспроизведения содеянного. Не определяется и нарушений восприятия, смысловой оценки ситуации (ФИО3 был ориентирован в окружающей обстановке, поддерживал адекватный речевой контакт с потерпевшим, сохранил основные воспоминания о ситуации правонарушения, своих действиях и поведении потерпевшего). Поведение его носило произвольный, целенаправленный характер, что позволяет констатировать отсутствие у ФИО3, в период времени инкриминируемого ему деяния физиологического аффекта. При этом необходимо отметить, что инкриминируемое деяние ФИО3 совершил в состоянии простого алкогольного опьянения, при котором протекание эмоциональной реакции качественно отличается от её протекания при физиологическом аффекте. (том 2 л.д. 36-38);

- заключение комплексной психолого-психиатрической экспертизы № 345 от 16.05.2017, согласно выводам которого ФИО4 хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период инкриминируемого ему деяния не страдал и не страдает таковыми в настоящее время. Об этом свидетельствуют данные анамнеза, копии материалов уголовного дела об отсутствии у испытуемого по длиннику жизни какой-либо психотической симптоматики, возникновения и динамики негативных расстройств, свойственных хроническому психическому расстройству, отсутствие клинических данных о наличии психической и физической зависимости от психоактивных веществ. Об этом также свидетельствуют данные настоящего психиатрического освидетельствования, не выявившие у ФИО4 какой-либо психотической симптоматики (бред, галлюцинации и др.), аффективных нарушений, расстройств в эмоционально-волевой сфере, нарушений мышления, памяти, интеллекта, клинических признаков зависимости от психоактивных веществ, он обнаруживает сохранность интеллектуально-мнестических функций, воспоминаний о содеянном с правильным пониманием сложившейся судебно-следственной ситуации, противоправности и наказуемости инкриминируемого деяния, достаточными критическими и прогностическими способностями. Как показал анализ материалов уголовного дела в совокупности с данными настоящего психиатрического освидетельствования, в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, у ФИО4 не отмечалось и признаков какого-либо временного психического расстройства, деятельность его носила последовательный, целенаправленный характер, в его поведении в тот период отсутствовали признаки бреда, галлюцинаций, нарушенного сознания. Как не страдающий каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, ФИО4 в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО4 также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, может понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, а также обладать способностью к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию вышеуказанных процессуальных прав и обязанностей, может предстать перед судом. Признаков зависимости от алкоголя, наркотических и токсических веществ при настоящем обследовании ФИО4 не обнаруживает. В применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. Психологический анализ материалов уголовного дела, показаний свидетелей и целенаправленной беседы с обвиняемым ФИО4, позволяет сделать вывод об отсутствии у него физиологического аффекта в период времени инкриминируемого ему деяния. Об этом свидетельствует, прежде всего, отсутствие в этот период трехфазной динамики протекания эмоциональной реакции, характерной для этого состояния, с субъективной внезапностью её наступления, отсутствием резких, взрывного характера психических процессов. Также не обнаружено и постаффективного состояния с явлениями астении, вялости, терминальным сном, фрагментарностью воспроизведения содеянного. Не определяется и нарушений восприятия, смысловой оценки ситуации (ФИО4 был ориентирован в окружающей обстановке, поддерживал адекватный речевой контакт с потерпевшим, сохранил основные воспоминания о ситуации правонарушения, своих действиях и поведении потерпевшего). Поведение его носило произвольный, целенаправленный характер, что позволяет констатировать отсутствие у ФИО4, в период времени инкриминируемого ему деяния физиологического аффекта. При этом необходимо отметить, что инкриминируемое деяние ФИО4 совершил в состоянии простого алкогольного опьянения, при котором протекание эмоциональной реакции качественно отличается от её протекания при физиологическом аффекте. (том 2 л.д. 47-50);

- заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 14/381 от 29.06.2017, согласно выводам которого установлено, что образование всех обнаруженных при судебно-медицинской экспертизе трупа И.О. телесных повреждений в период времени, указанный в протоколах допроса свидетелей и подозреваемых не исключается. Возможность образования повреждений, составляющих закрытую черепно-мозговую травму, при обстоятельствах, указанных свидетелями Л.И., П.Н., В.О. - удары прикладом ружья и кулаками в область головы не исключается. Возможность образования повреждений, составляющих закрытую черепно-мозговую травму, при обстоятельствах, указанных подозреваемым ФИО3 - удары «ладошками» по лицу и затылочной области исключается. Показания, данные подозреваемым ФИО4, достоверно сопоставить с данными судебно-медицинской экспертизы трупа И.О. не представляется возможным, в виду их недостаточной конкретизации (описание попыток ударов кулаками и удара прикладом ружья на фоне отсутствий сведений об их завершенности и точной локализации мест приложения травмирующей силы). Возможность образования имевшейся закрытой черепно-мозговой травмы в результате падения навзничь из вертикального положения тела или близкого к этому положения с последующим соударением о тупые твердые предметы исключается. (том 2 л.д. 58-67);

- картой вызова скорой медицинской помощи от 05.03.2017 г., согласно которой у И.О. зафиксированы сотрясение головного мозга, перелом костей носа, ушибленная рана нижней губы, госпитализирован в ГБУЗ МО «Серпуховская городская больница имени Семашко Н.А.» (том 2, л.д. 78-79).

Анализируя собранные данные, суд пришел к следующему выводу.

Потерпевший Г.О., свидетели В.О., К.Н., Л.А., К.Т. на предварительном следствии и в судебном заседании дают последовательные, логически обоснованные, не противоречащие друг другу и материалам дела показания, поэтому, не доверять им, оснований нет, как и показаниям свидетелей Л.И., П.Н., оглашенным в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, поскольку они также логичны, последовательны, не противоречат друг другу, показаниям свидетелей, допрошенных в ходе судебного следствия, материалам уголовного дела, оснований для оговора указанными лицами подсудимых ФИО3 и ФИО4 в ходе судебного следствия установлено не было. 

Письменные документы, указанные выше, собраны в соответствии с требованиями УПК РФ, и принимаются как доказательства по делу, грубых нарушений Закона при их получении и предоставлении в дело, которые могли бы послужить безусловным основанием к признанию их недопустимыми, в соответствии со ст. 75 УПК РФ, судом не установлено. 

Заключения экспертов составлены компетентными лицами, полно, грамотно, в соответствии с требованиями закона, учетом достижений науки. Выводы экспертов не противоречат материалам дела, поэтому заключения экспертов принимаются как доказательства по делу.

При этом, суд принимает, как доказательства по делу протоколы явки подсудимых ФИО3 и ФИО4 с повинной, так как, явки с повинной оформлены в соответствии с требованиями, предусмотренными ст.142 УПК РФ, при этом, ФИО3 и ФИО4 добровольно сообщили о совершении преступления, в связи с чем доводы подсудимого об оказании на него психологического давления со стороны оперуполномоченного К.Н. суд находит несостоятельными, опровергающимися показаниями данного свидетеля.

Суд принимает как доказательства по делу первоначальные показания подсудимого ФИО4, данные им на стадии предварительного расследования 21.03.2017 г., а также при проверке показаний ФИО4 на месте происшествия 19.06.2017 г., где подсудимый описывает обстоятельства, при которых были нанесены телесные повреждения И.О., в том числе неустановленным органами следствия предметом в виде приклада пневматического ружья, учитывая, что они были даны им с соблюдением требований УПК РФ, в присутствии защитника.

Данные показания согласованы с показаниями свидетелей В.О., Л.И., П.Н., К.Н., письменными материалами дела. В ходе предварительного следствия ФИО4 были разъяснены его процессуальные права, положения ст. 51 Конституции РФ, в его допросе участвовал адвокат, что исключало возможность оказания на него какого-либо воздействия.

Перед началом следственных действий подсудимый предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по делу даже в случае последующего отказа от них. ФИО4 самостоятельно рассказывал об обстоятельствах преступления, протоколы составлялись в ходе производства следственных действий, замечаний у участников не возникало. О применении насилия и других недозволенных методов со стороны какого-либо сотрудника правоохранительных органов, им не заявлялось, и об этом ничто объективно не свидетельствовало. При указанных обстоятельствах, суд считает, что данные показания получены в соответствии с требованиями действующего законодательства. 

Суд принимает, как доказательства по делу заключения судебно-медицинских экспертиз трупа И.О. № 381 от 06.04.2017 г. и 14/381 от 29.06.2017 г., так как выводы данных экспертиз не противоречивы, учитывая, что в ходе проведения экспертиз, эксперт установил наличие телесных повреждений у И.О., определил степень тяжести данных повреждений, и установил прямую причинно-следственную связь между причиненной закрытой черепно-мозговой травмой с ушибами вещества головного мозга и внутримозговой гематомой, осложнившейся развитием отека-набухания головного мозга, повлекшей причинение тяжкого вреда здоровью И.О., и наступлением его смерти, указав также, что остальные повреждения у И.О. в причинной связи с наступлением смерти не состоят. При указанных обстоятельствах, данные экспертизы не содержат каких-либо противоречий, являются относимыми и допустимыми доказательствами по делу. 

Совокупность собранных и исследованных судом доказательств позволяет считать доказанной полностью вину подсудимых ФИО3 и ФИО4 в совершении вышеуказанного преступления.

Действия подсудимый ФИО3 и ФИО4 суд квалифицирует по ч.4 ст. 111 УК РФ, поскольку установлено, что они совершили умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, а подсудимый ФИО3 совершил указанное преступление также и с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Судом с достоверностью установлены в ходе судебного разбирательства при оценке совокупности доказательств обстоятельства совершения преступления, форма вины, мотив, цель и способ причинения телесных повреждений потерпевшему.

Мотивом совершения преступления явились внезапно возникшие в ходе ссоры личные неприязненные отношения между подсудимыми и погибшим, по причине чего, с целью причинения тяжкого вреда здоровью И.О. подсудимые ФИО3 и ФИО4 умышленно подвергли избиению И.О., а именно ФИО4 нанес один удар коленом в область лица И.О., головой нанес два удара по голове И.О., далее ФИО3 и ФИО4, действуя совместно, поочередно нанесли, не оказывающему сопротивлению И.О., множественные, более девятнадцати, удары кулаками в область головы, лица и туловища, а ФИО3 также с силой нанес И.О. один удар в область головы неустановленным органами предварительного следствия пневматическим ружьем, применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, причинив своими совместными действиями И.О. телесные повреждения, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью, от которых наступила смерть И.О., не предвидя возможности наступления его смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, подсудимые должны были и могли предвидеть её, учитывая, количество нанесенных ими ударов, предмет, используемый в качестве оружия, а также физиологическое строение тела человека, принимая во внимание и заключения первичных амбулаторных комплексных судебных психолого-психиатрических экспертиз, проведенных подсудимым ФИО3 и ФИО4, о том, что они могли в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, что, свидетельствует о том, что на момент совершения преступления подсудимые были вменяемы. 

Доводы подсудимых ФИО4 и ФИО3 о том, что они не могли причинить телесные повреждения, от которых наступила смерть И.О., поскольку их удары были не сильны, приходились по рукам и губам потерпевшему, а ФИО3 также не использовал неустановленный органами следствия предмет в виде пневматического ружья, суд считает несостоятельными, так как, они опровергаются показаниями свидетелей В.О., Л.И., П.Н., являвшихся непосредственными очевидцами совершения преступления, согласно которым, оба подсудимых наносили с большой силой множественные удары ногами и руками по голове и телу потерпевшего, в том числе и ФИО3 нанес удар в область головы И.О. предметом в виде пневматического ружья, что свидетельствует о совместном характере действий подсудимых при нанесении телесных повреждений И.О., который не оказывал им какого-либо сопротивления; а также, первоначальными показаниями подсудимого ФИО4 о нанесении ФИО3 ударов кулаками по лицу И.О. и предметом в виде пневматического ружья в области головы последнего, заключением судебной медицинской экспертизы трупа И.О. о количестве, локализации и тяжести причиненных последнему телесных повреждений. 

Таким образом, показания свидетелей Л.И., В.О., П.Н. об обстоятельствах совершения преступления, полностью соответствуют письменным доказательствам по делу, приведенным выше, данные доказательства являются относимыми и допустимыми, и принимаются судом в качестве таковых. 

Доводы подсудимых и стороны защиты о том, что смерть потерпевшего не могла наступить от их действия, поскольку после их ухода, И.О. на состояние здоровья не жаловался, свободно передвигался, в связи с чем причиной смерти И.О. является ненадлежащее и несвоевременное оказание медицинской помощи последнему, суд находит несостоятельными, поскольку согласно заключению судебно-медицинской экспертизы И.О. были причинены тяжкие телесные повреждения, которые образовались от действий ФИО3 и ФИО4 в период времени с 02.03.2017 г. на 03.03.2017 г., от которых наступила смерть И.О. и сведений о возможности наступления смерти И.О. при других обстоятельствах заключение эксперта не содержит. 

Опровергая указанные доводы стороны защиты и подсудимых, суд также учитывает заключение дополнительной судебно-медицинской экспертизы трупа И.О. о том, что возможность образования повреждений, составляющих закрытую черепно-мозговую травму при обстоятельствах, указанных ФИО3 – удары ладонями по лицу и затылочной части головы исключается и не исключается при обстоятельствах, указанных свидетелями Л.И., П.Н., В.О.

При назначении вида и размера наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимыми ФИО3 и ФИО4 преступления, данные о личности подсудимых, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимых и условия жизни их семей.

Подсудимый ФИО3 ранее не судим, совершил особо тяжкое преступление, в наркологическом и психоневрологическом диспансерах на учетах не состоит, по месту регистрации жалоб на его поведение не поступало. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО3., в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд считает явку с повинной, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, наличие на иждивении малолетнего ребенка, состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, возраст родителей подсудимого, принесение извинений потерпевшему. 

Подсудимый ФИО4 ранее не судим, совершил особо тяжкое преступление, не состоит на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах, привлекался к административной ответственности, по месту регистрации поступали жалобы на поведение подсудимого в быту и общественных местах, по месту прохождения военной службы характеризуется положительно. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО4, в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд считает явку с повинной, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшему, наличие на иждивении двоих несовершеннолетних детей и супруги, состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, участие подсудимого в боевых действиях на территории Северо-Кавказского региона. 

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимых ФИО3 и ФИО4, в соответствии со ст. 63 УК РФ, суд считает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку именно состояние алкогольного опьянения, в которое подсудимые ФИО3 и ФИО4 сами себя привели, употребляя спиртные напитки 02.03.2017г., сняло внутренний контроль за поведением подсудимых, вызвало их агрессию к потерпевшему И.О., что привело к совершению ими особо тяжкого преступления против личности, учитывая индивидуально-психологические особенности подсудимых ФИО3 и ФИО4, указанные в заключениях амбулаторных комплексных судебных психолого-психиатрических экспертиз, такие, как эмоциональная неустойчивость с раздражительностью, вспыльчивостью, агрессивностью в конфликтных ситуациях, пренебрежением общепринятыми нормами и правилами поведения в обществе.

С учетом данных о личности подсудимых ФИО3 и ФИО4, степени общественной опасности совершенного ими преступления, относящегося к категории особо тяжкого, направленного против жизни и здоровья человека, конкретных обстоятельств его совершения, наличия смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, принимая во внимание цели наказания, суд считает не возможным исправление подсудимых ФИО3 и ФИО4 без изоляции от общества, и применение к ним ст. 73 УК РФ, поскольку назначение более мягкого вида наказания подсудимым, нежели лишение свободы, не сможет обеспечить достижение целей уголовного наказания, будет противоречить интересам общества и социальной справедливости. 

Оснований для применения к подсудимым ст. 64 УК РФ, суд не усматривает в виду отсутствия исключительных обстоятельств по делу. 

При этом, суд считает возможным не назначать дополнительное наказание подсудимым в виде ограничения свободы с учетом данных об их личностях. 

При наличии отягчающего наказание обстоятельства, оснований для применения ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания ФИО3 и ФИО4, не имеется. 

Оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ в части изменения категории преступления не имеется, с учетом фактических обстоятельств совершения преступления, степени его общественной опасности, наличия по делу отягчающего наказание обстоятельства. 

Для отбывания наказания, в соответствии со ст. 58 УК РФ, ФИО3 и ФИО4 подлежат направлению в исправительную колонию строгого режима. 

Гражданский иск по делу не заявлен.

Руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 7 (семь) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

ФИО4 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 6 (шесть) лет 6 (шесть) месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Срок отбывания наказания осужденным ФИО3 и ФИО4 исчислять с 11.08.2017г. 

Зачесть ФИО3 в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 12.03.2017г. по 10.08.2017 года.

Зачесть ФИО4 в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 20.03.2017г. по 10.08.2017 года.

Меру пресечения осужденным ФИО3 и ФИО4 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю – в виде заключения под стражей.

Вещественные доказательства по уголовному делу отсутствуют. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Московский областной суд через Серпуховский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок и в том же порядке с момента получения копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденные в течение 10 суток вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также вправе в тот же срок обратиться с аналогичным ходатайством в случае принесения апелляционного представления и (или) апелляционной жалобы, затрагивающих их интересы, а также поручать осуществление своей защиты избранному ими защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий судья: И.Д. Пантела