Дело № 2-2448/2023

УИД 22RS0013-01-2023-002104-32

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 августа 2023 года г.Бийск Алтайского края

Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Веселовой Е.Г., 

при секретаре Аксеновой А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании сделки купли-продажи жилого помещения по адресу: 

<

адрес> недействительной, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований истец указала, что является потерпевшей по уголовному делу в отношении ФИО3, обвиняемой совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, квалифицируемых как мошенничество, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

В ходе предварительного следствия на основании собранных по уголовному делу доказательств установлено, что ФИО3 путем обмана неопределенного круга лиц совершала хищения чужого имущества, лишая при этом их права на жилые помещения. С целью личного обогащения, реализуя свой преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества в особо крупном размере, повлекшее при этом лишение права граждан на жилые помещения, ФИО3 обещала получение прибыли неопределенному кругу лиц при передаче ей полученных потерпевшими в качестве займа денежных средств от займодавцев, по сделкам с которыми залоговым имуществом выступало недвижимое имущество потерпевших. ФИО3, с указанной целью, помогла получить займы неопределенному кругу лиц у ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2. ФИО7 имуществом в данных сделках выступали объекты недвижимости потерпевших. При этом между заимодавцем и потерпевшим заключался договор купли-продажи, предметом которого являлся объект недвижимости потерпевшего. Таким образом ФИО3 понимала, что, путем обмана завладев денежными средствами, полученными потерпевшими в качестве займа под залог недвижимости, и не исполняя обязательств по займу за потерпевшего, по достигнутой с ним ранее договоренности, она лишат права того или иного гражданина на жилое помещение. ФИО3 обязательства по займам перед займодавцами не исполнила. Похищенными денежными средствами ФИО3 распорядилась по своему усмотрению.

При указанных, установленных следствием обстоятельствах, 29.03.2018 между ФИО1 и ответчиком ФИО2 был оформлен договор купли-продажи принадлежащего истцу жилого помещения по адресу: 

<

адрес>. Квартира принадлежит истцу на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

В марте 2018 года к ФИО1 обратилась ФИО3 и сообщила ему заведомо ложные сведения о том, что она нуждается в денежных средствах для приобретения недвижимого имущества с целью его дальнейшей перепродажи и извлечения прибыли. Для этого ФИО3 предложила ФИО1 получить заем в сумме 500 000,00 руб. у ФИО2, осуществлявшего выдачу займов денежных средств под залог недвижимости гражданам, под залог квартиры ФИО1 Полученные в качестве займа деньги ФИО3 предложила ФИО1 передать ей в долг, пообещав, что впоследствии она самостоятельно выплатит займ и проценты по нему ФИО2, а также разделит с ФИО1 прибыль, полученную от реализации недвижимости, приобретенной на заемные средства. Истец согласился на предложение ФИО3 предоставить свое недвижимое имущество в качестве залога по договору займа, заключаемому с ФИО2

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, продолжая реализацию своего преступного умысла, в помещении Бийского филиала «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг 

<

адрес>» по адресу: 

<

адрес>, злоупотребляя доверием ФИО1, предоставила ему изготовленный заранее бланк договора купли-продажи квартиры в пользу ФИО2, заявление о регистрации перехода права собственности на квартиру. При этом, ФИО3 умышленно сообщила ФИО1 о правовой природе договора, значении и последствиях сделки. ФИО1, не подозревающий об истинных преступных намерениях ФИО3, находясь под влиянием обмана и доверия ФИО3, не проверив содержание документов, не имея намерений заключать договор купли-продажи, считая, что оформляет залог, принадлежащей ему квартиры, подписал документы. В тоже время, в том же помещении ФИО2, не имея намерения приобретать квартиру, находясь под воздействием обмана ФИО3, также подписал предоставленные ФИО3 документы. При этом, стороны договора купли-продажи не имели намерения отчуждать и приобретать имущество. Никаких денежных средств от ФИО2 ФИО1 по договору купли-продажи не получил, имущество не передавал, продолжает в нем проживать. Данное имущество выступало средством обеспечения возврата займа. Воля сторон ФИО1 и ФИО2 при заключении договора купли-продажи квартиры была направлена на установление между ними иных гражданско-правовых отношений – по договору займа с обеспечением обязательств ФИО1 перед ФИО2 в виде передачи в залог указанного имущества.

Пунктом 2 ст. 170 ГК РФ установлено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Исходя из положений приведенных норм права, заключенный между ответчиком и истцом ДД.ММ.ГГГГ договор купли-продажи принадлежащей истцу квартиры является притворной сделкой, поскольку в действительности имел место договор займа с залогом указанного недвижимого имущества.

Указанный договор купли-продажи квартиры фактически обеспечивал исполнение обязательств ФИО3 по договору займа, в связи с чем указанный договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ является ничтожным.

В действительности истец никогда не имел и не имеет намерения произвести отчуждение своего единственного жилья.

После заключения указанного договора купли-продажи до настоящего времени ФИО1 продолжает проживать в квартире. То есть из владения истца жилое помещение никогда не выбывало, он продолжает им пользоваться как своей собственностью по настоящее время.

Данные обстоятельства свидетельствуют о притворности указанной сделки купли- продажи.

В данном случае договор купли-продажи был направлен на достижение других, чем указано в нем, правовых последствий и прикрывает иную волю всех ее участников.

В частности, как истец, так и ответчик, заключая указанный договор купли-продажи, имели цель таким образом обеспечить исполнение обязательств по договору займа на сумму 500 000,00 руб. То есть, заключая договор купли-продажи, воля обеих сторон данной сделки была направлена на заключение договора займа с залогом указанного недвижимого имущества. В свою очередь это означает, что стороны, заключая данный договор купли-продажи, прикрывали им договор залога, обеспечивающий исполнение истцом как заемщиком своих обязательств перед займодавцем по договору займа денежных средств.

Расчет по спорному договору купли-продажи за квартиру не производился, и не мог производиться, так как во-первых, истец не продавал квартиру, что подтверждается материалами уголовного дела в отношении ФИО3

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просит суд признать недействительным (притворным) договор купли-продажи квартиры по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2; применить последствия недействительности ничтожной сделки: признать недействительной последующую сделку – договор купли-продажи от 29.03.2018; прекратить право собственности ФИО2 на квартиру по адресу: 

<

адрес>; признать право собственности ФИО1 на квартиру по адресу: 

<

адрес>.

Истец ФИО1, представитель истца ФИО8 в судебном заседании исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Указали, что в период заключения договора купли-продажи истец злоупотреблял спиртными напитками, в связи с чем, ФИО3 ввела его в заблуждение в отношении природы сделки, пояснив, что будет заключен договор займа на сумму 500 000,00 руб., которые ФИО1 передал ФИО3 сразу же после подписания договора. При этом, в расписке о получении от ФИО2 денежных средств была указана сумма 800 000,00 руб. Когда истец спросил, почему указана другая сумма, ФИО2 и ФИО9 пояснили, что так нужно. Фактически истец из жилого помещения никогда не выселялся, ни добровольно, ни принудительно, до настоящего времени проживает в квартире. О сделке купли-продажи с ФИО2 они никогда не договаривались. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о месте и времени извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме, указав, что между ним и ФИО1 был заключен договор купли-продажи квартиры. В марте 2018 года они с женой решили приобрести квартиру для дочери, в связи с чем, он обратился к ФИО3, с который был знаком как с риелтором. Она предложила ему для покупки квартиру по адресу: 

<

адрес> по цене 850 000,00 руб. На то момент стоимость подобного рода жилых помещений была 900 000 – 950 000 руб. Поскольку квартира находилась не в престижном в районе города, требовала ремонта, ее стоимость была чуть ниже. После просмотра квартиры, ФИО2 предложил ФИО1 800 000,00 руб., на что последний после некоторого раздумья согласился. ФИО3 сказала, что займется сопровождением сделки, подготовит все необходимые документы. Подписание договоров происходило в МФЦ, там же ФИО2 были преданы денежные средства ФИО1 в размере 800 000, 00 руб., о чем последним составлена расписка. В МФЦ ФИО1 был один. ФИО1 попросил дать ему срок три месяца для переезда, на что ФИО2 согласился. Однако по истечении указанного времени ФИО1 квартиру не освободил. В связи с чем, ФИО2 обратился в суд с иском о признании ФИО1 утратившим право пользования жилым помещением и выселении. На основании решения Бийского городского суда ФИО1 был снят с регистрационного учета, однако до настоящего времени из квартиры не выехал. Судебные приставы-исполнители не могут его выселить, поскольку он фактически в квартире не проживает. Лицевой счет в настоящее время оформлен на ФИО2, который производит оплату коммунальных платежей на основании уже взысканных по судебным приказам сумм. В настоящее время, в связи с возбуждением уголовного дела, ФИО2 действий по выселению ФИО1 не предпринимает.

Представитель ответчика ФИО10 в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме по основаниям, изложенным в письменных возражениях, указала, что между истцом и ответчиком был заключен реальный договор купли-продажи, который ФИО2 был исполнен в полном объеме, произведена оплата по договору, предприняты действия по защите прав собственника, путем предъявления иска о признании ответчика утратившим права пользования жилым помещением. Полагала, что к данным правоотношениям должен быть применен срок исковой давности, поскольку сделка начала исполняться с момента ее заключения, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени извещалась надлежащим образом по адресу места регистрации.

Третье лицо ФИО11 в судебное заседание не явилась, о месте и времени извещалась надлежащим образом. Ранее в судебном заседании полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению, указывая на то, что перед свадьбой дочери они решили приобрести ей в подарок квартиру по адресу: 

<

адрес>. Она присутствовала при оформлении сделки в МФЦ, сидела на диване. При оформлении и подписании документов, передаче денег за квартиру присутствовали трое: ее муж, ФИО1 и ФИО3 Больше никого не было. Также указала, что их дочь после заключения брака снимала жилье, а потом приобрела другую квартиру за счет средств ипотечного кредитования.

Представитель третьего лица Приобского ОСП 

<

адрес> и 

<

адрес> ГУ ФССП по 

<

адрес> в судебное заседание не явился, о месте и времени извещен надлежащим образом.

С учетом положений ст. 167 ГПК РФ, мнения истца, представителя истца, представителя ответчика, суд полагает возможным рассмотреть гражданского дело при сложившейся явке.

Выслушав пояснения участников процесса, изучив материалы дела, материалы гражданского дела №, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 166 ГК РФ в редакции, действующей на момент заключения оспариваемой сделки, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее действительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Как следует из п.п. 87,88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Судом установлено, что спорное жилое помещение по адресу: 

<

адрес> принадлежало по праву собственности истцу ФИО1 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель), право собственности на указанное недвижимое имущество перешло к ФИО2

В исковом заявлении истец ссылался на то, что сделка между ФИО1 была притворной, стороны не имели намерения продавать и, соответственно, приобретать жилое помещение, данная сделка фактически прикрывала договор займа с залогом указанного недвижимого имущества. Истец указывает, что в 2018 году к нему обратилась ФИО3 и предложила подзаработать. Истец согласился на предложение ФИО3 предоставить свое недвижимое имущество в качестве залога по договору займа, заключаемому с ФИО2 Сделка была оформлена как договор купли-продажи, где продавцом выступил ФИО1, а покупателем ФИО2, однако ни ФИО1, ни указанный в договоре купли-продажи в качестве покупателя ФИО2 не имели намерения отчуждать и приобретать имущество. Никаких денежных средств от ФИО2 ФИО1 по договору купли-продажи не получил, имущество не передавал, продолжает в нем проживать. Данное имущество выступало средством обеспечения возврата займа, полученного ФИО3

Исходя из представленных по делу доказательств, суд приходит к выводу, что воля сторон – ФИО1 и ФИО2 при заключении договора купли-продажи квартиры была направлена на установление между ними иных гражданско-правовых отношений - по договору займа с обеспечением обязательств в виде передачи в залог указанного имущества.

Так, согласно материалам уголовного дела № по обвинению ФИО3 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, ФИО1 был признан потерпевшим постановлением следователя отдела СУ МУ МВД России «Бийское» от 22.05.2020.

Из протоколов допроса потерпевшего ФИО1 следует, что в марте 2018 года он встретился на улице с ФИО3, с которой был знаком длительное время. При встрече ФИО1 рассказал ФИО3 о своем затруднительном материальном положении, поскольку злоупотреблял спиртным, не работал, разошелся с супругой. Также рассказал, что ему от брата по договору дарения досталась квартира в 

<

адрес> он в данной квартире проживает один. ФИО3 сказала, что есть возможность заработать, заложив его квартиру для обеспечения займа, что есть человек, который может выдать займ под залог объекта недвижимости. Также сказала, что квартира через некоторое время вернется к нему в собственность. Разговора о продаже квартиры не было. ФИО3 уверила, что заработанными с других сделок деньгами, сможет рассчитаться по займу под залог его квартиры, а ФИО1 при этом еще и получит прибыль в виде определенной суммы денег. Через некоторое время ФИО1 позвонил ФИО3 и спросил можно ли заработать тем способом, который она предложила. ФИО3 сказала, что можно и предложила подъехать к ее офису с паспортом. ФИО1 вместо со своей дочерью подъехал к офису ФИО3, откуда они поехали в МФЦ. Через некоторое время в МФЦ приехал ФИО2, который начал общаться с ФИО3 Потом они подошли к окошку, где находился специалист центра и передали документы. Потом ФИО2 сел на диван, а ФИО3 сказала ФИО1 подойти к тому же окошку и расписаться в документах. ФИО1 расписался в документах, не читая их содержание. Потом к окошку подошел ФИО2 и также расписался в документах. После чего, он, ФИО3 и ФИО2 подошли к столу, куда ФИО2 положил деньги в сумме 500 000,00 руб. После чего ФИО3 передала ФИО1 расписку в которой было указано на получение им от ФИО2 800 000,00 руб., где ФИО1 расписался. Когда он спросил, почему указана другая сумма, ФИО3 ему объяснила, но он не понял, а переспрашивать не стал. ФИО2 забрал расписку и ушел. ФИО2 ничего у него не спрашивал, не разговаривал. ФИО1 передал деньги ФИО3, которая еще раз сказала, что они заключили сделку – залог квартиры для обеспечения займа и квартира вновь будет оформлена на него примерно через полгода, так как она рассчитается с ФИО2 по займу. Продавать квартиру он не собирался, объявлений о продаже квартиры не подавал.

Через полгода он начал звонить ФИО3 интересоваться о возврате квартиры, но она постоянно откладывала решение по данному вопросу. ФИО2 его никак не беспокоил, приезжал единственный раз в 2019 году, зашел в квартиру, осмотрел, с ФИО1 ни о чем не разговаривал и ушел.

Обстоятельства, изложенные истцом в рамках расследования уголовного дела, его пояснений данные в судебном заседании, подтверждены показаниями свидетеля ФИО12 (дочерью истца) в ходе рассмотрения гражданского дела.

Из протокола допроса свидетеля ФИО2 от 03.09.2020 в рамках уголовного дела по обвинению ФИО3, следует, что ФИО3, являясь риелтором предложила ему квартиру по адресу: 

<

адрес>, пояснив, что хозяин квартиры собирается переезжать в деревню к дочери. Стоимость квартиры 800 000,00 руб. Данное предложение ФИО2 заинтересовало, поскольку он сам занимается отделочными работами и смог бы в данной квартире сделать ремонт и в последующем продать ее дороже. Он проехал по данному адресу, где находились ФИО1 и ФИО3, осмотрел объект. Предварительно при встрече ФИО3 озвучила ему стоимость квартиры 850 000,00 руб. Однако, после осмотра квартиры, ФИО2 предложил за квартиру 800 000,00 руб., на что ФИО1 через некоторое время согласился. С ФИО1 у них состоялся разговор о купле-продаже квартиры как у него дома, так и в МФЦ. ФИО1 обещал выехать из квартиры через 3-4 месяца после подписания договора купли-продажи. Данный договор составляла ФИО3, которая назначила время и место встречи в МФЦ на ул. Промышленная, 6 в г. Бийске. ФИО2 приехал в назначенное время, с деньгами за квартиру в размере 800 000,00 руб. в помещении МФЦ ФИО2 и ФИО1 подписали договор купли-продажи и он передал под расписку денежные средства. В данной квартире он не прописывался, перевел на свои имя лицевой счет. ФИО1 продолжает проживать в квартире при наличии решения суда о его выселении. При этом, на основании решения суда ФИО1 снят с регистрационного учета по указанному адресу. В квартиру попасть ФИО2 не имеет возможности, поскольку ФИО1 ней не проживает, а ключей от квартиры у него нет. 

В данном случае, пояснения, данные ФИО2 в ходе расследования уголовного дела не соответствуют пояснениям, данным им в ходе рассмотрения гражданского дела. Так в судебном заседании ответчик пояснял о том, что квартира приобреталась им для своей дочери, а не для последующей реализации, как он указывал в ходе расследования уголовного дела.

Кроме того, о факте приобретения квартиры для дочери поясняла в судебном заседании третье лицо ФИО11 

Согласно показаниям ФИО3 в рамках уголовного дела № 1-1/2023, она весной 2018 года она обратилась к ФИО2 для того, чтобы взять под проценты денежные средства в размере 500 000,00 руб. ФИО2 отказался предоставить денежные средства без залога. Принадлежащая ФИО3 квартира находилась на тот момент в залоге перед банком в рамках ипотечного кредитования. Она стала думать о том, кого лишить права собственности на жилье и на чем можно заработать денежные средства. Она позвонила ФИО1 и попросила его встретиться. При встрече она предложила ФИО1 заработать, поскольку последний сообщил, что нуждается в денежных средствах. Тогда она сообщила ФИО1 заведомо ложные сведения относительно сделки, о том, что его квартиру возможно заложить и получить денежные средства, которые он бы передал ей, чтобы купить новые объекты недвижимости, которые можно выгодно продать и с полученных денежных средств она бы выплатила основную сумму займа с процентами ФИО2, а прибыль они бы поделили пополам. ФИО1 заинтересовало данное предложение. ФИО3 позвонила ФИО2, у которого на тот момент были денежные средства и пояснила, что есть объект недвижимости по адресу: 

<

адрес>. ФИО2 заинтересовался данным объектом и пояснил, что данный объект он сможет дать 500 000,00 руб. Также пояснил, что условием сделки будет оформление договора купли-продажи. После чего ФИО3 составила договор купли-продажи, по которому продавцом являлся ФИО1, а покупателем ФИО2 Потом ФИО3 с ФИО1 приехала в МФЦ по адресу: 

<

...>. Также туда приехал ФИО2 ФИО1 и ФИО2 подписали документы, сдали их на регистрацию. ФИО2 передал ФИО3 денежные средства в размере 500 000,00 руб. ФИО1 подписал расписку, в которой было указано, что он получил от ФИО2 денежные средства в размере 800 000,00 руб. 

Согласно ст. ст. 56, 60 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Рассматривая возражения стороны ответчика в части добросовестного поведения и намерения заключения договора купли-продажи, суд принимает во внимание следующие обстоятельства.

Заключив договор купли-продажи 29.03.2018 и предоставив ФИО1 возможность проживать в спорном жилом помещении в течение трех-четырех месяцев, ФИО2, приобретая жилья для своей дочери после указанного времени каких-либо мер по реализации своих прав как собственника жилого помещения не принимает. Напротив, как пояснила третье лицо ФИО11, дочь после свадьбы снимает жилое помещение, а после приобретает квартиру за счет средств ипотечного кредитования.

Лишь в декабре 2019 года (по истечении практически двух лет) ФИО2 обращается в Бийский городской суда с иском к ФИО1 о признании утратившим право пользования жилым помещением и выселении из спорного жилого помещения.

Решением Бийского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО1 признан утратившим право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес> подлежавшим выселению.

В рамках рассмотрения указанного гражданского дела, почтовая корреспонденция, направляемая в адрес ответчика, была возвращена в суд с отметками об истечении срока хранения. Телефонный номер ФИО1, имеющийся в материалах регистрационного дела к связи не доступен.

Как пояснил ФИО1 характер его работы предполагает длительное проживание на объектах, в которых он производит ремонт, в связи с чем постовой корреспонденции он не получал. Соответственно, не знал о наличии в отношении него гражданского дела о выселении и, соответственно, о принятом решении. Также ему не была известна информация и снятии его с регистрационного учета.

Поскольку он и до момента заключения договора купли-продажи не выполнял надлежащим образом обязанность об оплате за содержание жилья и предоставляемых коммунальных услуг, то не обратил внимание на изменение сведений о собственнике в лицевом счете, указанном в квитанциях об оплате.

При этом, со стороны ФИО2 также ненадлежащим образом производилась обязанность по оплате коммунальных услуг за спорное жилое помещение. Оплата производилась уже по факту взысканных денежных средств на основании выданных судебных приказов.

Решение от 26.02.2020 о признании ФИО1 утратившим право пользования жилым помещением и выселении его из жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, вступило в законную силу 07.04.2020.

На исполнение истцом было передано в Приобское ОСП г. Бийска и Зонального района УФССП по Алтайскому краю только в сентябре 2020 года (спустя полгода), что подтверждается постановлением о возбуждении исполнительного производства от 22.09.2020 года.

Постановлением от 09.11.2020 исполнительное производство было окончено без исполнения, в связи с поступлением от взыскателя ФИО2 заявления об окончании исполнительного производства.

Доводы представителя ответчика о том, что исполнительный лист о выселении ФИО1 был отозван ФИО2 без исполнения, в связи с возбуждением уголовного дела в отношении ФИО3 и допросом его в рамках данного уголовного дела в качестве свидетеля, суд не принимает во внимание, поскольку с заявлением о возбуждении исполнительного производства ФИО2 обратился уже после допроса его в качестве свидетеля в рамках данного уголовного дела (протокол допроса от 03.09.2020).

Рассматривая возражения стороны ответчика в части удовлетворения исковых требований в связи с истечением срока исковой давности по заявленным требованиям о признании сделки недействительной, суд исходит из следующего. 

Как разъяснено в пунктах 87 - 88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума N 25) согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

В силу ч. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В данном случае, сторона ответчика ссылается на то обстоятельство, что исполнение сделки началось с момента ее заключения, то есть с 29.03.2018. Соответственно, срок исковой давности для предъявления исковых требований о признании сделки недействительной истек 29.03.2021.

Даже если исчислять срок исковой давности с момента вступления решения от 26.02.2020 о признании ФИО1 утратившим право пользования и выселении, то есть 07.04.2020, когда ФИО1 должно было стать известным о принятом в отношении него решении, то и с указанной даты срок исковой давности также истек.

В тоже время, с учетом исследованных материалов настоящего гражданского дела, копией материалов уголовного дела № 1-1/2023, материалов гражданского дела № 2-792/2020, следует, что о сути заключенной сделки купли-продажи ФИО1 фактически стало известно в рамках расследования уголовного дела по обвинению ФИО3 и признании его потерпевшим в рамках данного дела.

С заявлением о привлечении ФИО3 к уголовной ответственности в связи с распоряжением принадлежащим ему жилым помещением по адресу: 

<

адрес>, он обратился ДД.ММ.ГГГГ.

Постановление от 22.05.2020 ФИО1 признан потерпевшим в рамках расследуемого уголовного дела.

Таким образом, суд полагает, что срок исковой давности следует исчислять именно с указанной даты – 12.05.2020. 

С настоящим исковым заявлением ФИО1 обратился 12.04.2023, то есть в пределах установленного трехлетнего срока для защиты нарушенного права.

При таких обстоятельствах, оценив представленные доказательства в совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что оспариваемая сделка купли-продажи квартиры по адресу: 

<

адрес>, заключенная 29.03.2018 между ФИО1 и ФИО2 является недействительной (притворной), поскольку фактически указанный договор прикрывал иную сделку - залог принадлежащего ФИО1 недвижимого имущества, в качестве обеспечения заемного обязательства. 

При этом волеизъявление всех участников данной сделки было направлено не на отчуждение принадлежащего ФИО1 имущества и его приобретение ФИО2, а на обеспечение заемных обязательств ФИО3 данным имуществом. 

В соответствии с п. 70 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В гражданском процессе добросовестное поведение участников выступает основополагающим фактором, который оказывает влияние на достижение цели гражданского судопроизводства - защиты прав и законных интересов заинтересованных субъектов, из чего следует, что стороны должны пользоваться своим правами добросовестно.

В рассматриваемом случае истец ФИО1 был введен в заблуждение не относительно природы заключаемой сделки (договор займа с залогом недвижимости), а относительно договоренности с ФИО3 о возврате ей указанного имущества после оформления сделки. 

На основании п.1 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п.2 ст.167 ГК РФ).

Таким образом, требования истца суд находит полностью обоснованными и подлежащими удовлетворению.

При применении последствий недействительности сделок подлежит прекращению зарегистрированное право собственности ФИО2 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, спорное имущество подлежит возврату в собственность ФИО1

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально удовлетворенным требованиям.

Таким образом, с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию государственная пошлина в размере 11 134,00 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194- 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Касько ФИО16 удовлетворить.

Признать недействительным (притворным) договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный 29 марта 2018 года между Касько ФИО17 и ФИО13 ФИО18 

Применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности ФИО13 ФИО20 на жилое помещение, расположенное по адресу: ФИО19

Признать право собственности Касько ФИО21 на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

Взыскать с ФИО13 ФИО22) в пользу Касько ФИО23) судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 11 134,00 руб. 

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня его составления в окончательной форме.

Судья Е.Г. Веселова