Постановление

по делу об административном правонарушении

23 января 2019 года город Новосибирск

Судья Новосибирского гарнизонного военного суда Лунёв П.В. при секретаре судебного заседания Баулине Е.А., с участиемзащитника ФИО1, рассмотрев в помещении военного суда дело об административном правонарушении, возбужденное по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО2, 

<

данные изъяты>,

установил:

02 июня 2018 года в 22 часа 30 минут около дома № 19 на улице Барнаульской в городе Бердске Новосибирской областиФИО2, управлявший автомобилем «Тойота RAV4» с государственным регистрационным знаком №, допустил столкновение указанного транспортного средства с автомобилем «Хендай Крета» под управлением Т.. Прибывший на место дорожно-транспортного происшествия сотрудник полиции, обнаружив у ФИО2 признаки алкогольного опьянения, предложил ему пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а после получения отказа, предъявил требование о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, которое последний в нарушение п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ в 01 час 55 минут 03 июня 2018 года также выполнить отказался.

ФИО2 вину в совершении вышеназванного административного правонарушения не признал и заявил о том, что транспортным средством при вышеназванных обстоятельствах управлял его знакомый К., в связи с чем он, как лицо, не являющееся водителем, не может нести административную ответственность за отказ от выполнения требований сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования.

Защитник Лях, утверждая недоказанности факта управления автомобилем ФИО2, просила прекратить производство по данному делу ввиду отсутствия в действиях последнего состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

По итогам изучения материалов дела, а также заслушивания защитника Лях, выявлены следующие обстоятельства, свидетельствующие о необходимости привлечения ФИО2 к административной ответственности.

В силу п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 г. № 1090, водитель транспортного средства обязан проходить по требованию сотрудников полиции освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Как видно из рапорта инспектора ДПС П., а также следует из его показаний в суде, 02 июня 2018 года в 22 часа 48 минут он прибыл к дому № 19 наулице Барнаульской в городе Бердске, где произошло столкновение транспортных средств. Находящийся на месте ДТП ФИО2 пояснил, что он, управляя автомобилем «Тойота RAV4», допустил его столкновение с автомобилем «Хендай Крета», что было также подтверждено водителем второго транспортного средства Т.. В связи с наличием у ФИО2 признаков алкогольного опьянения, он отстранил последнего от управления транспортным средством и предложил ему пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а после получения отказа, предъявил требование о прохождении медицинского освидетельствования, которое ФИО2 также выполнить отказался.

Вышеназванные обстоятельства подтверждаются содержанием протоколов № и №, а также объяснениями понятых М. и Б., из которых усматривается, что 03 июня 2018 года в 01 час 47 минут около дома № 19 на улице Барнаульской в городе Бердске водитель ФИО2 был отстранен от управления автомобилем «Тойота RAV4» с государственным регистрационным знаком № в связи с наличием у него признаков алкогольного опьянения. После этого инспектор ДПС предложил ему пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а затем, получив отказ, предъявил требование о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянение, которое ФИО2 в 01 час 55 минут 03 июня 2018 года также выполнить отказался.

Согласно протоколу № от ДД.ММ.ГГГГвышеназванный отказ ФИО2 от прохождения медицинского освидетельствования, управлявшего автомобилем с признаками алкогольного опьянения, был расценен должностным лицом полиции как невыполнение требований п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, образующее состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Анализ вышеизложенного свидетельствует о достоверности и достаточности приведенных доказательств, а также о виновности ФИО2 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ - невыполнение водителем законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

УтверждениеФИО2 о том, что автомобилем управлял не он, а его знакомый К., не может быть признано соответствующим действительности и расценивается как сделанное с целью уклонения от ответственности за содеянное, поскольку оно опровергается последовательными показаниями свидетеля П., оснований сомневаться в правдивости которых в ходе рассмотрения дела установлено не было, а также согласующимися с ними и составленными в соответствии с требованиями законодательства протоколами, в которых ФИО2 никаких записей о причастности к управлению транспортным средством другого лица, несмотря на наличие реальной возможности, не сделал.

Напротив, как следует из объяснений ФИО2, данных непосредственно после ДТП, именно он, после употребления алкогольных напитков, управлял автомобилем и допустил столкновение с другим транспортным средством.

Указанное обстоятельство подтверждается также объяснениями Т., данными сотруднику полиции 03 июня 2018 года в 06 часов, из которых следует, что последний видел, как после аварии из-за руля автомобиля «Тойота RAV4» вышел ФИО2.

При этом в суде Т. показал, что после прибытия на место ДТП сотрудников полиции ФИО2 также пояснил им, что именно он находился за рулем указанного транспортного средства.

Факт управления автомобилем ФИО2 подтверждается также схемой места ДТП, составленной инспектором ДПС 02 июня 2018 года и подписанной, со слов защитника Лях, ее подзащитным от имени водителя автомобиля.

Кроме того, как видно из карты вызова скорой медицинской помощи от 02 июня 2018 года №, в период с 22 часов 48 минут до 23 часов указанных суток К. сообщил медицинским работникам о том, что во время вышеназванного ДТП он находился на пассажирском сидении, что также опровергает версию произошедшего, выдвинутую ФИО2.

Совокупность указанных доказательств, полученных непосредственно после аварии разными должностными лицами из разных источников, объективно подтверждает факт управления ФИО2 автомобилем и, с учетом его отказа от выполнения требований сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования, свидетельствует о его виновности в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Что касается объяснений К. и С., данных сотрудникам полиции 07 июня 2018 года, показаниям этих свидетелей, а также свидетелей К.Н., К.С., Н. и В. о том, что за рулем автомобиля «Тойота RAV4» находился К., то к ним следует отнестись критически, поскольку они противоречат приведенным, согласующимся между собой и дополняющим друг друга в существенных подробностях доказательствам.

Кроме того, ФИО2, К. и С. находятся в дружеских отношениях, а К.Н., К.С., Н. и В. являются родственниками первого и второго, в связи с чем указанные лица заинтересованы в исходе рассмотрения данного дела.

При этом ФИО2, К. и С., давая объяснения сотруднику полиции 07 июня 2018 года, а затем в суде, путались и сообщали противоречивые сведения относительно событий, предшествующих аварии (употребление алкогольных напитков ФИО2 и К.), а также непосредственно после нее (кто, откуда выходил, как действовал), а свидетели К.Н., К.С., Н. и В. не являлись непосредственными участниками ДТП и знают о произошедшем со слов первых трех очевидцев, в связи с чем сообщенные этими лицами сведения не могут быть положены в основу принимаемого решения и отвергаются.

Видеозапись, на которой зафиксирован момент заправки автомобиля «Тойота RAV4» на автозаправочной станции, полученная защитником, не опровергает вывод об управлении ФИО2 этимавтомобилем, поскольку не содержит информации о том, кто находился за рулем автомобиля в момент отъезда, а убедительных объяснений тому, почему данная запись представлена в усеченном виде, в ходе рассмотрения дела не дано.

При этом также следует критически отнестись к показаниям свидетеля Т.,данным им 07 июня 2018 года, а также в суде, о том, что он не видел, как ФИО2 выходил из-за руля упомянутого транспортного средства, поскольку указанный свидетель изменил свою позицию и стал давать их после компенсации ему Н. морального вреда и материального ущерба, что могло повлиять наего объективность.

Противоречащее вышеназванным выводам заявление ФИО2 о самооговоре, обусловленном предполагаемой негативной реакцией напроизошедшее его матери, Н., неубедительно и никакими объективными данными не подтверждено.

Наличие у К. повреждений на лице и отсутствие таковых у ФИО2 также не свидетельствует о правдивости выдвинутой ими версии, поскольку, как это следует из заключений эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № и №, данные повреждения являются нехарактерными и не позволяют определить где в автомобиле находился каждый из них в момент аварии.

Кроме того, из упоминавшейся карты вызова скорой медицинской помощи усматривается, что первоначально медицинским работником со слов К. сделана запись о нахождении его на переднем пассажирском сидении, что не исключает возможности получения им повреждения лица в момент столкновения.

Ссылка защитника Лях на то, что в протоколе об административном правонарушении при описании события нарушения инспектором ДПС указано время управления транспортным средством (01 час 55 минут 03 июня 2018 года) и оно противоречит данным о времени аварии (22 часа 30 минут 02 июня 2018 года), является необоснованной, поскольку в первом документе сотрудником полиции обозначено время совершения ФИО2 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Сам же факт отстранения ФИО2 от управления транспортным средством позднее (03 июня 2018 года 01 час 47 минут), обусловлен оформлением указанных материалов сотрудниками полиции после установления всех обстоятельств произошедшего ДТП.

При назначении наказания учитывается, что ранее ФИО2 к административной ответственности не привлекался.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 29.9 и 29.10 КоАП РФ,

постановил:

ФИО2 признать виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и назначить ему наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год и 6 (шесть) месяцев.

В соответствии с п. 1.1 ст. 32.7 КоАП РФ в течение трех рабочих дней со дня вступления данного постановления в законную силу водительское удостоверение серии №, выданное ФИО2, должно быть сдано им в полк ДПС ГИБДД ГУ МВД России по Новосибирской области (

<

...>). В случае уклонения от сдачи водительского удостоверения срок лишения права управления транспортными средствами прерывается.

В силу ч. 1 ст. 32.2 КоАП РФ административный штраф должен быть уплачен в полном размере не позднее шестидесяти дней со дня вступления постановления о наложении административного штрафа в законную силу. 

Реквизиты для уплаты административного штрафа: Получатель: УФК по Новосибирской области (ГУ МВД России по Новосибирской области), ИНН: 

<

***>, КПП: 540601001, р/с: 

<

***>, Банк получателя: Сибирское ГУ Банка России по Новосибирской области, КБК: 18811630020016000140, БИК: 045004001, ОКТМО: 50701000, УИН: 18810454182030039564.

Постановление может быть обжаловано в Западно-Сибирский окружной военный суд, в том числе через Новосибирский гарнизонный военный суд, в течение десяти суток со дня вручения или получения его копии.

Судья П.В. Лунёв