Судья Тарасов А.Ю.

Дело № 22-3930/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 25 июля 2024 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего судьи Тушнолобова В.Г.,

при секретаре Моторзиной А.А.,

с участием прокурора Тимофеевой Т.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя гражданского ответчика ООО «***» ФИО1 на приговор Чусовского городского суда Пермского края от 16 мая 2024 года, которым

Осмонов Исфахан Султанович, родившийся дата в ****, несудимый, 

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам 10 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года; на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на срок 2 года 10 месяцев с удержанием из заработной платы 15% в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

Срок отбывания наказания в виде принудительных работ исчислен со дня прибытия осужденным в исправительный центр, куда постановлено следовать самостоятельно.

Гражданские иски К. и Л. о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично. Постановлено взыскать с ООО «***» в пользу Л. - 1000 000 рублей, в пользу К. – 1500000 рублей; в счет компенсации расходов на погребение в пользу К. – 100370 рублей.

Приговором разрешены вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание судебного решения, доводы апелляционной жалобы, поступивших возражений, заслушав мнение прокурора Тимофеевой Т.Г. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшим по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 19 января 2024 года в Пермском районе Пермского края при установленных судом и изложенных в Чусовском городском округе.

В качестве гражданского ответчика судом привлечено ООО «***».

В апелляционной жалобе представитель гражданского ответчика, не оспаривая квалификацию действий ФИО2 и доказанность его вины, считает приговор суда несправедливым в части гражданского иска. 

В обоснование доводов указывает, что ООО «***» является ненадлежащим ответчиком, поскольку автомобиль, которым управлял ФИО2 был передан ему по акту приема-передачи на основании договора аренды в исправном состоянии. Согласно условиям данного договора во взаимосвязи с условиями трудового договора, автомобиль передается ФИО2 во временное пользование и владение, он обязан нести ответственность за вред, причиненный транспортным средством, обязанность которого лежит на ФИО2 Договор аренды транспортного средства состоялся, исполнялся, в судебном порядке оспорен не был. Автомобиль был передан ФИО2, использовался им в личных целях. Полагает, что судом не дана надлежащая оценка данным документам. При таких обстоятельствах, ФИО2, являясь причинителем вреда, должен нести ответственность за причиненный вред потерпевшим. Акцентирует внимание на то, что автомобиль передан ООО «***» по договору лизинга, застрахована лизингодателем. Полагает, что суд не учел данные обстоятельства и не дал надлежащей оценки договору лизинга.

По мнению автора жалобы, необоснованно признана в качестве потерпевшей и гражданским истцом К., поскольку она не входит в число близких родственников. Факт близких отношений в судебном заседании установлен только со слов К. Полагает, что наличие общего ребенка без официальной регистрации брака не влечет признания ее потерпевшей. Считает, что суммы, подлежащие взысканию в пользу потерпевших в счет компенсации морального вреда не мотивированы, поскольку потерпевшие не обосновали заявленную сумму морального вреда. Ссылаясь на ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, отмечает, что размер возмещения вреда должен быть определен с учетом грубой неосторожности потерпевшего, который в нарушение ПДД двигался со скоростью 93 км/ч при разрешенной скорости движения 90 км/ч, нарушил скоростной режим, не был пристегнут. Утверждает, что суд необоснованно взыскал с ООО «***» расходы на погребение В., поскольку истцами не представлено доказательств реально понесенных расходов. Указывает, что суд не принял во внимание финансовое положение ООО «***», которое не имеет дохода.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Жигиль А.В., осужденный ФИО2 и его защитник – адвокат Кириллов С.В. просят приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и поступивших возражениях, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Из показаний самого осужденного ФИО2, показаний потерпевших Л., К., показаний свидетелей З., Б., С., О. следует, что ФИО2 управляя автомобилем «ГАЗ-3009D9», должным образом не учтя погодные условия и дорожную обстановку не справился с управлением, допустил выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, допустил столкновение с двигавшимся во встречном направлении автомобилем «LADA-VESTA», под управлением В., в результате чего В. получил травмы не совместимые с жизнью.

Указанные показания согласуются с результатами осмотра места происшествия.

По результатам автотехнической экспертизы установлено, водителю автомобиля О. следовало руководствоваться требованиями п. 10.1 (ч.1) Правил дорожного движения. Водителю автомобиля «LADA VESTA» следовало руководствоваться требованиями п.п. 10.1, 10.3 Правил дорожного движения. В действиях водителя автомобиля «ГАЗ-3009D9» О., с технической точки зрения, усматривается несоответствие требованиям п. 10.1 (ч.1) Правил дорожного движения, которые с технической точки зрения, находится в причинной связи с происшествием. Водитель автомобиля «LADA VESTA» не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «ГАЗ-3009D9» выехавшим в процессе заноса на полосу встречного движения.

Из заключения судебно-медицинского эксперта следует, что В. были причинены: телесные повреждения механического происхождения, в совокупности, составляющие тупую сочетанную травму головы, грудной клетки, конечностей: тупая травма грудной клетки: перелом грудины, множественные двусторонние переломы ребер, множественные разрывы верхних долей обоих легких, ушиб сердца, двусторонний гемопневмоторакс, кровоизлияние в клетчатке переднего средостения, кровоизлияние в мягких тканях передней поверхности грудной клетки; закрытый оскольчатый перелом диафиза левой бедренной кости, ссадина на левом колене, кровоизлияние в мягких тканях левого бедра; открытые оскольчато-фрагментарные переломы дистального эпифиза правой бедренной кости, проксимального эпифиза правой большеберцовой кости, ушибленная рана на правом колене и правой голени, кровоизлияние в мягких тканях правого колена и правой голени; ушибленная рана в левой надбровной области, ссадины на лбу слева, в левой скуловой области, на подбородке, кровоизлияние в мягких тканях головы; ссадины на левом плече, левом предплечье, левой кисти и 3-5 пальцах левой кисти. Данная травма сопровождалась наружным и внутренним кровотечением, при явлениях массивной кровопотери повлекла наступление смерти, то есть, стоит в прямой причинной связи со смертью, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Изобличающие ФИО2 доказательства, получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, проверены судом и оценены в приговоре с соблюдением требований ст.ст. 17, 87 и 88 УПК РФ, сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не вызывают и каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденного в содеянном, не содержат, а в своей совокупности являются достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

На основании совокупности вышеназванных и других исследованных доказательств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что между действиями ФИО2, нарушившего п.п. 1.5, 9.1, 10.1Правил дорожного движения РФ при управлении автомобилем и наступившими последствиями – смертью В., имеется прямая причинно-следственная связь.

Таким образом, придя к обоснованному выводу о доказанности виновности осужденного ФИО2 в совершении преступления, суд первой инстанции правильно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Наказание ФИО2 назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств.

Суд правильно не усмотрел оснований для применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ, соглашается с ними и суд апелляционной инстанции.

Решение суда об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ мотивировано, причин не согласиться с ним суд апелляционной инстанции не находит.

С учетом данных о личности осужденного, а также характера и степени общественной опасности совершенного преступления, его фактических обстоятельств, суд обоснованно пришел к выводу о назначении наказания в виде лишения свободы, обоснованно заменив его в соответствии с положениями ч. 2 ст. 53.1 УК РФ и п. 7.1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ на принудительные работы. 

Наказание в виде запрета заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами назначено правильно. 

Вопреки доводам жалобы суд первой инстанции определяя круг значимых для дела обстоятельств, правильно установил субъект ответственности по возмещению вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, признав ООО «***» ответчиком по делу, правильно применил нормы материального права, регулирующие возникшие по делу правоотношения.

Из представленного в материалы дела договора аренды транспортного средства без экипажа, подписанного между ООО «***» (арендодатель) и ФИО2, усматривается, что таковой заключен в отношении автомобиля, с условием внесения арендатором арендной платы, а также установлена обязанность арендатора соблюдать ПДД РФ, возместить в полном объеме причиненный третьим лицам при эксплуатации автомобиля ущерб, а также в случае предъявления третьими лицами требований возместить ущерб к арендодателю в соответствии с действующим законодательством. При этом ФИО2 с ООО «***» был заключен трудовой договор, согласно которому ФИО2 являлся водителем-экспедитором, в момент дорожно-транспортного происшествия он действовал по поручению и в интересах работодателя. 

Тогда как, в случае если транспортное средство передано предприятием по договору аренды своему работнику, и если такой работник действует в интересах предприятия, пользуется его ремонтной базой, и транспортное средство фактически не выходит из владения предприятия, иначе говоря, когда договор аренды является формой организации трудовых отношений, ответственность за причиненный вред согласно ст. 1079 ГК РФ должно нести предприятие как владелец (собственник) источника повышенной опасности.

Кроме того, суд апелляционной инстанции, исследовав представленные доказательства в совокупности, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 1064, пунктов 1 и 2 статьи 1079, статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 11 Федерального закона от 28 апреля 2023 года № 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)", исходит из того, что право владения и пользования автомобиля «ГАЗ-3009D9», как предмета лизинга, перешло к лизингополучателю ООО «***», который принял предмет лизинга и с учетом Правил лизинга автотранспортных средств, утвержденных приказом АО "ВТБ Лизинг" № 266-П от 30 мая 2014 года, все риски, в том числе, случайной гибели, утраты или случайного повреждения предмета лизинга, риск обладателя источника повышенной опасности, а также иная ответственность, связанная с использованием предмета лизинга, перешла к лизингополучателю с даты подписания акта приема-передачи предмета лизинга.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, руководствуясь ст. ст. 1064, 1079 ГК РФ, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами изложенными судом первой инстанции, приходит к выводу о том, что обязанность по возмещению вреда потерпевшим К. и Л. должна быть возложена на ООО «***» как на владельца транспортного средства. Таким образом, ООО «***» является надлежащим ответчиком, на котором лежит обязанность по возмещению причиненного источником повышенной опасности вреда. 

Гражданский иск о компенсации морального вреда с ООО «***» в пользу потерпевших К. и Л. разрешен судом в соответствии с требованиями закона.

Исковые требования потерпевших К. и Л. о компенсации морального вреда со смертью В., являющегося для потерпевших близким человеком, поскольку Л. его дочь, а К. состояла в фактически брачных отношениях и длительное время (25 лет) совместно проживала, вела общее хозяйство имела общего ребенка, судом разрешены в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1101 ГК РФ. Выводы суда мотивированы в приговоре и являются правильными. 

Суд апелляционной инстанции не может признать состоятельными доводы апелляционной жалобы о снижении размера компенсации морального вреда из-за того, что потерпевший В. в момент дорожно-транспортного происшествия допустил нарушения Правил дорожного движения, поскольку согласно заключению эксперта № 847/09-1/24-38 от 20 марта 2024 года установлено, что допущенные водителем В. нарушения Правил дорожного движения не находится в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием. 

Суд обоснованно взыскал с ООО «***» в пользу К. в счет компенсации расходов на погребение В. в заявленной сумме, размер понесенных на погребение расходов подтвержден документально.

При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены или изменения приговора в отношении ФИО2, в том числе по доводам апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Чусовского городского суда Пермского края от 16 мая 2024 года в отношении Осмонова Исфахана Султановича оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ООО «***» Б. – без удовлетворения. 

Судебное решение может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск) в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационных жалоб (представлений) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы (представления) подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: