Дело №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Петропавловск-Камчатский ДД.ММ.ГГГГ

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Штенгель Ю.С.,

при секретаре Рубанской А.И.,

с участием помощника прокурора Ляховенко В.В.,

представителя ответчика Министерства здравоохранения Камчатского края – ФИО1,

представителя третьего лица АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ГБУЗ Камчатского края «Петропавловск-Камчатская городская поликлиника №», Министерству здравоохранения Камчатского края о компенсации морального вреда в связи со смертью матери,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратилась с иском к ответчикам о компенсации морального вреда в размере 10 000 000 руб., ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ от оказания некачественной медицинской помощи, нарушения ведения тактики лечения, умерла её мать ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которой ДД.ММ.ГГГГ проведена операция 

<

данные изъяты>, которая оказалась неэффективной из-за упущенного времени, и ДД.ММ.ГГГГ ногу ампутировали. Первое обращение в поликлинику № с жалобой на покраснение стопы произошло ДД.ММ.ГГГГ. По результатам осмотра на дому терапевтом поликлиники назначена консультация хирурга, который, осмотрев ФИО2 только ДД.ММ.ГГГГ, отметил резкое снижение пульсации артерии нижних конечностей, но дополнительное обследование ангиохирурга, УЗИ сосудов нижних конечностей не назначил, направление на госпитализацию не выдал. Состояние ФИО2 продолжало ухудшаться, в связи с чем самостоятельно ДД.ММ.ГГГГ проведено УЗИ сосудов нижних конечностей, на котором отмечено резкое снижение кровотока до 80%, после чего повторно вызванный хирург отметил резкий 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ после консультации сосудистого хирурга ФИО2 была госпитализирована в краевую больницу, где ДД.ММ.ГГГГ проведена безуспешная операция 

<

данные изъяты>, а ДД.ММ.ГГГГ операция по ампутации ноги. Изменение сосудов нижних конечностей впервые отмечалось ДД.ММ.ГГГГ на реовазографии, которая не учитывалась врачами при осмотрах. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 выписана из РСЦ ККБ на амбулаторное лечение со сроком снятия швов ДД.ММ.ГГГГ, после чего началось нагноение. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 направлена на госпитализацию в хирургическое отделение, при этом страдала 

<

данные изъяты>, перенесла 

<

данные изъяты>, в результате которого была 

<

данные изъяты>. Полагает, что вина работников лечебно-профилактического учреждения заключалась в проведении недостаточного осмотра и обследования; недооценки данных анамнеза и тяжести заболевания; нарушении общепринятой методики обследования; небрежности ведения медицинской документации (истории болезни); несвоевременно оказанной медицинской помощи – длительное ожидание врачей, отказ в осмотре на дому некоторыми специалистами в виду наличия паралича; нарушении ведомственных нормативных актов в части преемственности в деятельности медицинских учреждений; отсутствии надлежащего контроля со стороны должностных лиц за соблюдением норм; небрежности, невнимательности, недобросовестности медицинского персонала к своим обязанностям, что привело к смерти матери, причинении нравственных страданий истцу. 

Определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу приостановлено в связи с назначением судебно-медицинской экспертизы по ходатайству ответчика ГБУЗ Камчатского края «Петропавловск-Камчатская поликлиника №», проведение которой поручено ГБУЗ Камчатского края «Камчатское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы». 

ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ «Камчатское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» обратилось в суд с ходатайством о решении вопроса о привлечении в качестве экспертов врачей клинических специальностей, так как вопросы определения суда выходят за рамки компетенции судебно-медицинских экспертов.

В ходе разрешения заявленного ходатайства было установлено, что предложенные Министерством здравоохранения Камчатского края врачи ФИО13, ФИО14 и ФИО15 не могут быть привлечены в качестве экспертов, поскольку согласно выписного эпикриза за период нахождения ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ правильность ведения истории болезни и лечения удостоверял и.о заведующий отделением РХМДЛ и сосудистый хирург – ФИО16, к специалисту ФИО17 ФИО2 обращалась, о чем содержится информация в медицинской документации, обеспечить участие иных специалистов (врачей) клинических специальностей «терапия», «эндокринология», «сосудистая хирургия» не представляется возможным, в связи с их отсутствием на территории Камчатского края. 

ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ «Камчатское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» сообщило о невозможности проведения назначенной судом экспертизы по причине неисполнения ходатайства. 

Определением Петропавловск-Камчатского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ проведение судебно-медицинской экспертизы поручено ГБУЗ 

<

адрес> «

<

данные изъяты> Департамента здравоохранения 

<

адрес>» по ходатайству представителя истца. 

ДД.ММ.ГГГГ определение с приложенными документами возвращено в адрес суда без исполнения, в связи с отсутствием экспертов конкретной специальности для проведения указанной экспертизы. 

Определением Петропавловск-Камчатского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ проведение экспертизы по ходатайству представителя истца поручено НП «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>. 

ДД.ММ.ГГГГ от представителя ответчика ГБУЗ Камчатского края «Петропавловск-Камчатская городская поликлиника №» поступило заявление о невозможности проведения судебно-медицинской экспертизы в некоммерческом партнерстве «

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>» в связи с тем, что данная организация не имеет лицензии на проведение судебно-медицинских экспертиз; производство по делу было возобновлено.

ДД.ММ.ГГГГ Петропавловск-Камчатским городским судом Камчатского края по ходатайству представителя истца проведение судебно-медицинской экспертизы поручено КГБУЗ «

<

данные изъяты>» Министерства здравоохранения 

<

адрес>. 

ДД.ММ.ГГГГ КГБУЗ «

<

данные изъяты>» обратилось в суд с ходатайством о предварительном внесении денежных средств, в котором сообщало, что отдел сложных экспертиз Бюро СМЭ располагает возможностью производства экспертизы по данному делу с привлечением в состав экспертной комиссии специалиста в области сосудистой хирургии. Стоимость производства экспертизы составляет 55 585 руб., стоимость внештатного специалиста 25 000 руб., в связи с чем просило обязать истца в предварительном порядке внести денежные средства на депозитный счет Управления Судебного департамента в 

<

адрес>. 

В связи с отсутствием у истца возможности оплатить проведение экспертизы, материалы, направленные в экспертную организацию, были возвращены в адрес суда, определение осталось не исполненным. 

ДД.ММ.ГГГГ представитель истца обратилась в суд с ходатайством о назначении медицинской экспертизы качества оказанной медицинской помощи в Территориальный Фонд обязательного медицинского страхования Камчатского края. 

Определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ проведение судебно-медицинской экспертизы по ходатайству представителя истца поручено Территориальному фонду обязательного медицинского страхования Камчатского края (далее по тексту – ТФОМС Камчатского края).

ДД.ММ.ГГГГ направленные материалы были возвращены в адрес суда без исполнения ввиду отсутствия у ТФОМС Камчатского края полномочий на проведение экспертизы качества медицинской помощи, а также лицензии на проведение судебно-медицинских экспертиз. 

В судебных заседаниях истец ФИО4 участия не принимала, о времени и месте судебного заседания извещалась, судебные конверты возвращались в адрес суда с отметкой «истек срок хранения». В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ истец исковые требования поддержала в том виде, в котором они изложены в иске. Пояснила, что был причинен вред здоровью ее матери, ставший следствием проведенной операции по ампутации ноги. Ей же моральный вред причинен бездействием врачей городской поликлиники №. В июле 2016 года на дом был вызван терапевт, который отметил покраснение левой ноги. На следующий день был вызван хирург, который сообщил, что в больнице нет мест, ухаживать за ФИО2 будет некому, поэтому направление на госпитализацию не выдал. В августе 2016 года ФИО2 была госпитализирована, проведена операция, в результате которой ей была 

<

данные изъяты>, врач при этом пояснил, что произошло это в связи с несвоевременной госпитализацией. Полагает, что отсутствие направления на госпитализацию привело к последующей ампутации ноги ее матери. После выписки ФИО2 на дом хирург долго не приезжал, а когда приехал, ФИО2 снова госпитализировали, было проведено еще три операции. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была осмотрена хирургом и вновь направлена на госпитализацию, поскольку наблюдалось нагноение. 

В судебном заседании представитель истца ФИО5 участия не принимала, о времени и месте судебного заседания извещалась, конверт вернулся в адрес суда с отметкой «истек срока хранения». В судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ходатайствовала о назначении медицинских экспертиз, поддерживала исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Более в судебных заседаниях участия не принимала, направляла ходатайства о назначении экспертиз. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ просила оставить исковое заявление без рассмотрения, в связи с отсутствием у истца финансовых возможностей оплатить экспертизу. 

В судебном заседании представитель ответчика Министерства здравоохранения Камчатского края ФИО1 исковые требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве на иск и дополнениях к отзыву, в соответствии с которыми указал на несостоятельность заявленных требований, полагая, что основаны они лишь на убеждении истца в неисполнении или ненадлежащем исполнении медицинской услуги со стороны ответчика, что не соответствует действительности и ничем не подтверждается – истцом не представлено доказательств наличия каких-либо дефектов оказания медицинской помощи ФИО2. Напротив, представленные медицинские документы свидетельствуют об отсутствии данных дефектов, факт причинения вреда здоровью матери истца по вине ответчика следует считать неустановленным, а вину ответчика недоказанной. Обратил внимание на отсутствие причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) лечебного персонала поликлиники и смертью ФИО2. Полагал, что сам по себе неблагоприятный исход при оказании медицинской помощи не является достаточным основанием для возложения ответственности на ответчика. Также указал, что ни истец, ни его представитель фактически не способствовали получению доказательств, которые бы смогли подтвердить обстоятельства, на которые они ссылались, истец злоупотребляет своим правом, кроме того, избрала неверный способ защиты своих прав.

В судебном заседании ответчик ГБУЗ Камчатского края «Петропавловск-Камчатская городская поликлиника №», будучи извещенным о времени и месте судебного заседания, участия не принимал. Согласно письменному отзыву на исковое заявление представитель ответчика исковые требования не признала, указала, что действия врачей медицинской организации соответствовали нормам действующего законодательства РФ, нормативным правовым актам Камчатского края, в том числе положениям разработанной Территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Камчатского края на 2016 год. Согласно п.п.3, 4 п.7 Порядка и условий предоставления медицинской помощи на территории Камчатского края определены следующие сроки ожидания медицинской помощи: сроки ожидания приема врачей-специалистов (к которым относится и врач-хирург) при оказании первичной специализированной медико-санитарной помощи в плановой форме не должны превышать 14 календарных дней со дня обращения пациента в медицинскую организацию; сроки ожидания проведения диагностических инструментальных и лабораторных исследований при оказании первичной медико-санитарной помощи в плановой форме не должны превышать 14 календарных дней со дня назначения. В отзыве ответчик также указал на злоупотребление истцом своим правом, поскольку судом были предприняты неоднократные попытки для проведения судебно-медицинской экспертизы, однако экспертиза не проведена, в том числе и из-за неоплаты со стороны истца, что свидетельствует о намеренном препятствовании в установлении наличия причинения вреда здоровью ФИО2 и причинно-следственной связи между действиями врачей и состоянием умершей. Также указала на невозможность требования истцом компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью ее матери. Ранее в судебных заседаниях представитель ФИО6 дополнительно поясняла, что ФИО2 сама своевременно не обращалась за помощью при имеющихся заболеваниях в поликлинику.

В судебном заседании представитель третьего лица АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» ФИО3 пояснила, что страховая организация обязана проводить экспертизу по всем летальным случаям, при условии, что в страховую компанию такая информация поступит. При проведении страховой компанией экспертизы оценивается качество оказанной медицинской помощи лечебному учреждению; установить же взаимосвязь между наступлением смерти и качеством оказанной медицинской помощи эксперт не сможет. У страховой компании не имелось сведений о смерти застрахованного лица ФИО2 в медицинском учреждении, поскольку ее смерть наступила не в поликлинике, кроме того, сама ФИО4 в страховую компанию с заявлением о некачественном оказании медицинской помощи не обращалась, в связи чем у АО «Страховой компании «СОГАЗ-Мед» правовых оснований для проведения подобной экспертизы не имелось. В случае обращения ФИО4 с заявлением о проведении экспертизы качества оказанной медицинской помощи, такая экспертиза в обязательном порядке была бы проведена страховой компанией, именно к ее компетенции, а не к компетенции Территориального фонда социального страхования относится проведение подобных экспертиз. 

Выслушав пояснения представителей сторон, третьего лица, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования необоснованными, изучив материалы дела, медицинские карты стационарного больного ФИО2, суд приходит к следующему.

Согласно ст.ст.20, 41 Конституции РФ, ст.150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ. 

Защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем компенсации морального вреда (ст.12 ГК РФ).

Согласно п.п.1, 2 ст.150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.2 постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействиями), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Общей нормой права регулирующей основания ответственности за причинение вреда является статья 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п.2 ст.1064 ГК РФ).

Исходя из смысла приведенных норм закона, ответственность за причиненный вред наступает при совокупности условий, которая включает: наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на истца возложено бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на ответчике.

В силу ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с п.9 ч.5 ст.19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу ч.ч.2, 3 ст.98 указанного Федерального закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в отделении сестринского ухода-2 ГБУЗ Камчатского края «

<

данные изъяты>» умерла ФИО2.

На основании свидетельства о рождении № № ФИО4 приходится дочерью умершей.

Как следует из искового заявления, возможной причиной смерти ФИО2, по мнению истца, явилось некачественное оказание ее матери медицинской помощи врачами поликлиники, выразившееся в несвоевременной госпитализации, в результате чего ФИО2 была проведена операция 

<

данные изъяты>.

Как следует из медицинских карт стационарного больного ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ она была осмотрена участковым врачом-терапевтом на дому, которым было назначено лечение и рекомендована консультация хирурга; ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была осмотрена врачом-хирургом на дому; ДД.ММ.ГГГГ по направлению врача-хирурга ФИО2 выдано направление на дуплексное сканирование артерий нижних конечностей, по результатам которого выдано направление к ангиохирургу в ГБУЗ «Камчатская краевая больница им.А.С. Лукашевского»; ДД.ММ.ГГГГ после госпитализации ФИО2 проведена операция 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, затем, учитывая клинику заболевания, анамнез, клинический диагноз, неэффективность реконструктивного вмешательства на артериях левой нижней конечности от ДД.ММ.ГГГГ, высокий риск развития гангрены левой нижней конечности и летального исхода, пациентке по жизненным показаниям ДД.ММ.ГГГГ проведена операция 

<

данные изъяты>.

Полагая, что именно в указанный период времени лечебным персоналом поликлиники была ненадлежаще, некачественно оказана медицинская помощь ее матери, что и явилось следствием причиненного вреда ФИО2, выразившегося в последующей ампутации ноги, просила привлечь к ответственности ГБУЗ Камчатского края «Петропавловск-Камчатская городская поликлиника №».

В ходе рассмотрения дела, в связи с тем, что истцом заявлено требование о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья вследствие некачественно и несвоевременно оказанной ФИО2 медицинской помощи, приведшей, по мнению истца, к ампутации ноги, установление наличия либо отсутствия недостатков оказания медицинской помощи и причинно-следственной связи между действиями (бездействием) медицинских работников ГБУЗ «Петропавловск-Камчатская городская поликлиника №» и наступившими последствиями было возможно лишь путем разрешения вопросов, требующих специальных познаний в области медицины, судом пять раз назначались судебно-медицинские экспертизы, их проведение поручалось различным экспертным организациям; производство по настоящему дело приостанавливалось.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено ГБУЗ «Камчатское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы». 

Учитывая, что вопросы, поставленные в определении суда, выходили за рамки компетенции судебно-медицинских экспертов, экспертная организация обратилась в суд с ходатайством о решении вопроса о привлечении в качестве экспертов врачей клинических специальностей.

В ходе разрешения заявленного ходатайства, а также предложенных ответчиком Министерством здравоохранения Камчатского края кандидатур, обнаружилась невозможность привлечения врачей ФИО18, ФИО19, ФИО20 в качестве экспертов, поскольку ФИО7 удостоверялась правильность ведения истории болезни ФИО2, а к врачу ФИО21 ФИО2 обращалась за помощью. Таким образом, в связи с неисполнением заявленного ходатайства, ДД.ММ.ГГГГ экспертная организация сообщила о невозможности проведения назначенной судом экспертизы.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ от представителя истца ФИО5 поступило ходатайство о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы, которую она просила поручить ГБУЗ 

<

адрес> «

<

данные изъяты> Департамента здравоохранения 

<

адрес>». Расходы по проведению экспертизы просила возложить на истца. 

В связи с отсутствием в экспертном учреждении экспертов конкретной специальности, определение суда о назначении медицинской экспертизы с приложенными документами было возвращено без исполнения ДД.ММ.ГГГГ.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству представителя истца назначена экспертиза, проведение которой поручено НП «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>. Расходы на проведение экспертизы возложены на истца.

Согласно заявлению представителя ответчика ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ проведение назначенной судом экспертизы невозможно, поскольку НП «

<

данные изъяты>» не имеет лицензии на проведение судебно-медицинской экспертизы.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ вновь по ходатайству представителя истца назначена судебно-медицинская экспертиза, ее проведение поручено КГБУЗ «

<

данные изъяты>» Министерства здравоохранения 

<

адрес>. При этом в судебном заседании представитель истца пояснила, что при выборе предыдущей экспертной организации не проверяла наличие у нее лицензии на проведение судебно-медицинской экспертизы. 

ДД.ММ.ГГГГ определение от ДД.ММ.ГГГГ с приложенными документами возвращено экспертной организацией в адрес суда в связи с неоплатой лицом, на которого обязанность по несению расходов возложена определением суда. 

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представитель истца просила оставить исковое заявление без рассмотрения в связи с невозможностью произвести оплату экспертизы, а также в связи с отсутствием в материалах дела доказательств. Ходатайство оставлено без удовлетворения, поскольку представители ответчиков настаивали на рассмотрении дела по существу.

ДД.ММ.ГГГГ от представителя истца поступило ходатайство о назначении экспертизы качества оказанной медицинской помощи в ТФОМС Камчатского края. В обоснование заявленного ходатайства указала, что данное учреждение осуществляет контроль за деятельностью страховых медицинских организаций путем организации контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи, проводит медико-экономическую экспертизу, экспертизу качества медицинской помощи, в том числе повторно.

В судебном заседании в качестве третьего лица к участию в деле привлечен ТФОМС Камчатского края, представитель которого в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что в соответствии с условиями договора медицинского страхования в обязанности страховой компании входит проведение экспертизы качества оказания медицинской помощи. В перечень оснований для проведения такого рода экспертиз входят случаи наступления летального исхода. Территориальный фонд проводит экспертизу качества, но строго по конкретным случаям, например, если это повторная экспертиза качества, либо оплаченные Территориальным фондом экспертизы качества для лиц, находящихся за пределами Камчатского края. Указала, что у Территориального фонда нет оснований для проведения экспертизы, о которой представитель истца указывает в письменном ходатайстве, так как Фонд не является судебным экспертным учреждением. Кроме того, пояснила, что ФИО4 должна была изначально обратиться в Территориальный фонд, в таком случае проведение данной экспертизы было бы поручено АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед». Также отметила, что самостоятельно Территориальный фонд подобного рода экспертизы не проводит.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ третье лицо ТФОМС Камчатского края исключен из числа лиц, участвующих в деле; ДД.ММ.ГГГГ назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено Территориальному фонду обязательного медицинского страхования Камчатского края. Расходы на проведение экспертизы возложены на истца.

ДД.ММ.ГГГГ направленные материалы были возвращены без исполнения ввиду отсутствия у ТФОМС Камчатского края полномочий на проведение экспертизы качества медицинской помощи, отсутствия лицензии на проведение судебно-медицинских экспертиз.

Согласно ч.3 ст.79 ГПК РФ при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

На основании положений Обзора судебной практики по применению законодательства, регулирующего назначение и проведение экспертизы по гражданским делам, утвержденного Президиумом ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ, к выводу об уклонении стороны от экспертизы суды приходят в случаях, когда стороной не предоставлялись необходимые для исследования материалы и документы или не обеспечивался доступ к объекту исследования, когда сторона не являлась на исследование, которое невозможно провести без ее участия, или сторона не осуществляла предварительную оплату экспертизы. Между тем отказ от предварительной оплаты экспертизы не должен повлечь последствия, предусмотренные ч.3 ст.79 ГПК РФ, поскольку эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения (абз.2 ч.2 ст.85 ГПК РФ).

На основании изложенного, анализируя обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что как орган, осуществляющий руководство процессом, оказывающий лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создании условий для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел, предпринял все попытки для оказания подобного содействия в истребовании доказательств, в том числе, подтверждающих или опровергающих причинно-следственную связь между действиями (бездействиями) врачей ГБУЗ Камчатского края «Петропавловск-Камчатская городская поликлиника №» и наступившими последствиями, выразившимися в причинении вреда здоровью ФИО2.

В свою очередь истец, представитель истца в ходе рассмотрения дела проявляли недобросовестность при подготовке ходатайств о назначении экспертизы, в частности, при заявлении ходатайства о назначении экспертизы в НП «Федерация судебных экспертов», в судебных заседаниях участия не принимали, каких-либо пояснений по заявленным ходатайствам не давали, в то время как от ответчиков поступали мотивированные возражения. Истец является лицом, в интересах которого дело возбуждено, обосновывая свои требования, обязана указывать обстоятельства, на которых они основаны, представлять доказательства, подтверждающие указанные обстоятельства. С учетом положений ст.56 ГПК РФ истец должна была удостовериться в наличии у НП «Федерация судебных экспертов» возможности проведения подобной экспертизы, лицензии на осуществление подобной деятельности. Вместе с тем, именно от ответчика в суд поступило заявление о невозможности исполнения экспертной организацией определения суда о назначении экспертизы. Производство по делу было вновь возобновлено.

В следующем судебном заседании истец вновь ходатайствует о проведении экспертизы, просит поручить ее проведение КГБУЗ «

<

данные изъяты>» Министерства здравоохранения 

<

адрес>. Производство по делу приостанавливается, материалы направляются в экспертную организацию, однако впоследствии возвращаются в суд в связи с неоплатой. 

Последним экспертным учреждением для проведения экспертизы истцом выбран ТФОМС Камчатского края, в своем ходатайстве представитель истца просила провести экспертизу качества оказанной медицинской помощи. 

При этом суд обращает внимание на то, что причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими последствиями при проведении подобной экспертизы установлена быть не может, в данном случае экспертом оценивается именно качество оказанных услуг, на основании представленных медицинских карт. Кроме того, истец не была лишена права обратиться как в ТФОМС по Камчатскому краю, так и в страховую компанию для проведения экспертизы качества оказанной медицинской помощи. 

Однако, в связи с неявкой истца и его представителя в судебные заседания, довести указанную информацию до их сведения не представилось возможным. 

Согласно положениям ч.1 ст.12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

С целью выяснения необходимых, существенных обстоятельств для рассмотрения дела, в большей степени по ходатайствам истца, суд оказывал содействие в добывании, истребовании доказательств путем назначения судебных экспертиз, сам истец доказательств не представил, лишь поддерживая доводы, изложенные в исковом заявлении.

На основании изложенного суд рассмотрел дело по имеющимся доказательствам, представленным сторонами.

Как следует из материалов дела, истец полагает, что в период с ДД.ММ.ГГГГ ее матери, ФИО2, врачи ГБУЗ «Петропавловск-Камчатская городская поликлиника №» оказали некачественно медицинскую помощь, вследствие чего последней была ампутирована нога, причинен вред здоровью. 

Согласно отзыву представителя ответчика ФИО6 медицинская помощь истцу была оказана надлежащим образом, проведено лечение в соответствии с показаниями, никаких нарушений в действиях сотрудников выявлено не было, истец в контролирующие органы не обращалась.

Данные обстоятельства подтверждаются в том числе и медицинской картой пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №.

В дальнейшем лечение ФИО2 проходило в ГБУЗ «Камчатская краевая больница им. А.С. Лукашевского».

Суд соглашается и с доводом представителя ответчика Министерства здравоохранения Камчатского края, согласно которому позиция истца, выстроенная в исковом заявлении, носит оценочный характер, является лишь утверждением относительно действительных обстоятельств дела, доказательств обратному не представлено.

Вместе с тем, применительно к данному спору истец вправе требовать компенсации морального вреда в случае установления виновных действий ответчика, причинно-следственной связи между некачественным оказанием медицинской помощи и причинением вреда ФИО8, повлекшим ДД.ММ.ГГГГ ее смерть. 

На основании ст.ст.56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Проанализировав обстоятельства дела, доказательства в их совокупности и взаимозависимости, суд приходит к выводу об отсутствии совокупности условий, при которых наступает ответственность лечебного учреждения перед истцом, поскольку истцом не представлены бесспорные доказательства, подтверждающие вину работников медицинского учреждения, выразившуюся в форме проведения недостаточного осмотра и обследования; недооценки данных анамнеза и тяжести заболевания; нарушении общепринятой методики обследования; небрежности ведения медицинской документации (истории болезни); несвоевременно оказанной медицинской помощи – длительное ожидание врачей, отказ в осмотре на дому некоторыми специалистами в виду наличия паралича; нарушении ведомственных нормативных актов в части преемственности в деятельности медицинских учреждений; отсутствии надлежащего контроля со стороны должностных лиц за соблюдением норм; небрежности, невнимательности, недобросовестности медицинского персонала к своим обязанностям, повлекших ампутацию ноги и причинение вреда здоровью ФИО2, в связи с чем оснований для удовлетворения требования истца о взыскании компенсации морального вреда не имеется.

Довод истца о том, что указанные в исковом заявления последствия произошли, в том числе и в связи с длительным ожиданием врачей на дом, суд признает несостоятельным. 

Как следует из п.п.3, 4 п.7 Порядка и условий предоставления медицинской помощи на территории Камчатского края (Приложение № к Территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Камчатского края на 2016 год) определены следующие сроки ожидания медицинской помощи: сроки ожидания приема врачей-специалистов (к которым относится и врач-хирург) при оказании первичной специализированной медико-санитарной помощи в плановой форме не должны превышать 14 календарных дней со дня обращения пациента в медицинскую организацию; сроки ожидания проведения диагностических инструментальных и лабораторных исследований при оказании первичной медико-санитарной помощи в плановой форме не должны превышать 14 календарных дней со дня назначения.

С такой продолжительностью данные сроки разработаны с целью соблюдения баланса прав пациентов и возможностей медицинских организаций по оказанию медицинской помощи, и основанием для возложения ответственности на работников медицинских организаций являться не может.

Указание в обосновании требования о компенсации морального вреда на причинение вреда здоровью ФИО2 суд полагает ошибочным, основанным на неверном толковании норм права, поскольку правом на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании медицинской помощи, наделен только пациент.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО4 к ГБУЗ Камчатского края «Петропавловск-Камчатская городская поликлиника №», Министерству здравоохранения Камчатского края о компенсации морального вреда в связи со смертью матери в размере 10 000 000 руб. – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Штенгель Ю.С.

КОПИЯ ВЕРНА 

Судья Штенгель Ю.С. 

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ