УИД 11RS0016-01-2019-000924-35 Дело № 1-6/2020 (№ 1-103/2019)

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 мая 2020 г. с. Выльгорт

Сыктывдинский районный суд Республики Коми в составе:

председательствующего Артеевой Е.Н.,

при секретаре судебного заседания Трофимове Л.М.,

с участием: государственного обвинителя – ст. помощника прокурора Сыктывдинского района Республики Коми Микуленко Д.В.,

потерпевшего Ш.,

подсудимого ФИО1, 

защитника - адвоката Полежаева А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес> с основным общим образованием, не трудоустроенного, в браке не состоящего, имеющего малолетнего ребенка 

<

дата>., военнообязанного, принимавшего участие в боевых действиях, наград не имеющего, ранее не судимого, 

- под стражей по данному делу не содержавшегося,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 318 ч. 1 УК РФ, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил угрозу применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, при следующих обстоятельствах. 

В период времени с 08:00 30.04.2019 до 09:00 01.05.2019 следователь СО ОМВД России по Сыктывдинскому району Ш., назначенный на данную должность с 01.07.2018 приказом заместителя министра внутренних дел по Республике Коми Х. № 974 л/с от 29.06.2018, совместно с оперуполномоченным отдела уголовного розыска ОМВД России по Сыктывдинскому району Р. находился в составе следственно-оперативной группы ОМВД России по Сыктывдинскому району, в соответствии с постовой ведомостью расстановки нарядов по обеспечению правопорядка в общественных местах на 30.04.2019.

30.04.2019, в 14:45, получив сообщение от оперативного дежурного ОМВД России по Сыктывдинскому району о том, что у Б.., проживающей в 

<

адрес>, похищен мобильный телефон, Ш. начал доследственную проверку по данному сообщению. На причастность к совершению указанного преступления проверялся ФИО1, от которого Ш. получил письменные объяснения по обстоятельствам произошедшего.

01.05.2019, в период времени с 02:00 до 03:10 сотрудники полиции Ш. и Р. совместно с ФИО1 проследовали из ОМВД России по Сыктывдинскому району к месту проживания ФИО1 по адресу: 

<

адрес> где со слов подсудимого находился похищенный мобильный телефон. Следуя за ФИО1, Ш. и Р. зашли в коридор данной квартиры, где также находилась К. 

В указанный период времени, находясь в указанном месте, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, осознавая, что Ш. является должностным лицом правоохранительного органа и находится при исполнении своих должностных обязанностей, действуя умышленно, взял с полки шкафа топор и замахнулся режущей частью топора в направлении Ш., высказал угрозу применения насилия и физической расправы в отношении потерпевшего, что было воспринято Ш. реально.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления не признал, показал, что взял топор, чтобы открыть дверь и выйти из дома, топором на потерпевшего не замахивался, угроз в его адрес не высказывал.

Допросив подсудимого, огласив его показания, допросив потерпевшего и свидетеля К., огласив показания потерпевшего и неявившихся свидетелей, исследовав собранные по делу доказательства, суд находит вину подсудимого в совершенном преступлении установленной. 

Так, из показаний потерпевшего Ш. следует, что 30.04.2019, около 15:00 поступило сообщение от жительницы 

<

адрес> Б. о пропаже ее мобильного телефона. Прибыв в п. Яснэг, отобрав объяснение у Б., сотрудники полиции стали проверять причастность ФИО1 к хищению телефона. ФИО1 указал, что телефон Б. находится у него дома по адресу: 

<

адрес> 

01.05.2019, около 02:50 Ш. вместе с оперуполномоченным Р. и ФИО1 проследовал к дому ФИО1 Дверь открыла мать ФИО1 – К. которая прошла в жилую часть дома, следом за ней шел ФИО1, за ним зашли Ш. и Р. Они находились в коридоре дома, в помещении было темно, дверь была открыта. ФИО1 взял из шкафа топор и пошел в жилую часть дома, сказав: «Сейчас я вам устрою цирк». Ш. схватил ФИО1 за рукав, после чего ФИО1 замахнулся лезвием топора на Ш. высказал угрозу физической расправы в отношении потерпевшего, который воспринял действия подсудимого как реальную угрозу применения насилия, поскольку ФИО1 вел себя агрессивно, находился с топором на близком расстоянии от потерпевшего, в ограниченном пространстве. Пресекая противоправные действия ФИО1, Ш. схватил рукоятку топора и ФИО1 за руку, пытался вырвать топор из его рук, ФИО1 топор не отпускал. После чего Р. нанес ФИО1 два «расслабляющих» удара, тогда ФИО1 отпустил топор, и Ш. бросил топор в сторону. Продолжая вести себя агрессивно, ФИО1 отказывался ехать в ОМВД, оказывал сопротивление сотрудникам полиции, в связи с чем, на ФИО1 надели наручники.

01.05.2019, в 03:05 Ш. доложил о случившемся в Дежурную часть ОМВД России по Сыктывдинскому району, изъял топор, после чего ФИО1 был доставлен в ОМВД России по Сыктывдинскому району и направлен на освидетельствование на состояние опьянения /т.1 л.д.26-30/.

Согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 92 от 01.05.2019, 01.05.2019 в 07:25 у ФИО1 установлено состояние алкогольного опьянения /т.1 л.д.9/.

В ходе выемки 17.05.2019 у потерпевшего Ш. изъят топор /т.1 л.д.36-39/.

Показания потерпевшего суд кладет в обоснование обвинительного приговора, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, последовательны, логичны и подтверждаются собранными по делу доказательствами. 

Аналогичные показания, что и потерпевший, дал свидетель Р., старший оперуполномоченный ОУР ОМВД России по Сыктывдинскому району, согласно которым 30.04.2019, около 23:30 в ОМВД России по Сыктывдинскому району по подозрению в совершении хищения мобильного телефона Б. был доставлен ФИО1, который указал, что данный телефон находится у него дома по адресу: Республика Коми, 

<

...>. От ФИО1 исходил резкий запах алкоголя.

01.05.2019, около 02:30 Р. совместно с Ш., ФИО1 и водителем О. приехал к дому ФИО1 по указанному адресу. Входную дверь открыла мать ФИО1– К. Р. пояснил, что они из полиции, и она зашла в жилую часть дома. Зайдя в дом, ФИО1 взял из шкафа топор и замахнулся режущей частью топора в сторону Ш. Ш. пытался отобрать топор, однако ФИО1 топор не отпускал и высказал угрозу применения насилия в отношении потерпевшего, вел себя агрессивно. Данную ситуацию Р. воспринял как угрозу в адрес Ш. в связи с чем, нанес подсудимому два «расслабляющих» удара, после чего ФИО1 расслабил руки, и Ш. смог отобрать у него топор. 

В ОМВД России по Сыктывдинскому району ФИО1 показал, что топором хотел открыть дверь, при этом на тот момент все двери в доме были открыты, и открывать двери топором не было смысла /т.1 л.д.45-49/.

Указанные показания свидетель Р. подтвердил в ходе очных ставок со свидетелем К. и обвиняемым ФИО1 /т.1 л.д.60-65, 89-93/.

Из оглашенных с согласия сторон в связи с неявкой показаний свидетеля О. полицейского-водителя, следует, что 01.05.2019, около 02:30 он привез Ш. Р. и ФИО1 к месту жительства подсудимого по адресу: 

<

адрес>, для проверки причастности ФИО1 к хищению телефона Б. Спустя примерно 10-15 минут к служебному автомобилю подбежал Р.., который сказал, что ФИО1 кинулся на Ш. с топором, в связи с чем, его необходимо доставить в ОМВД России по Сыктывдинскому району, при этом ФИО1 не желал добровольно следовать в служебный автомобиль и оказывал активное сопротивление действиям Р. и Ш, поэтому в отношении ФИО1 были применены наручники /т.1 л.д.51-54/.

Свидетель К. показала, что 01.05.2019, около 02:00 она услышала стук, вышла в коридор и открыла дверь ФИО1 Он зашел и взял топор, пояснив, что топор нужен для того, чтобы открыть дверь, находился в состоянии опьянения. После этого в дом зашли двое мужчин, один из которых был в форме сотрудника полиции. Она забрала у ФИО1 топор и убрала в шкаф. Топором на сотрудников полиции ФИО1 не замахивался, угроз не высказывал. К. также пояснила, что применять топор для открытия двери при выходе из дома нет необходимости.

Из оглашенных с согласия сторон в связи с неявкой показаний свидетеля К. следует, что она проживает по адресу: 

<

адрес>. Ей не известно, что происходило в кв. 2 у К. в ночь с 30.04.2019 на 01.05.2019 /т.1 л.д.74-75/.

Вина подсудимого в совершенном преступлении подтверждается также письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании, в частности: 

- рапортом следователя СО по г. Сыктывкар СУ СК России по Республике Коми П. от 01.05.2019, согласно которому получено сообщение о том, что 01.05.2019, около 02:00 ФИО1, находясь по адресу: 

<

адрес> замахнулся топором и высказал угрозу применения насилия в адрес следователя СО ОМВД России по Сыктывдинскому району Ш. /т.1 л.д.4/; 

- копией выписки из приказа № 974 л/с от 29.06.2018 о назначении Ш. с 01.07.2018 на должность следователя СО ОМВД России по Сыктывдинскому району /т.1 л.д.122/;

- копией графика дежурства следователей и дознавателей, из которого следует, что Ш. дежурил в составе следственно-оперативной группы 30.04.2019 /т.1 л.д.134/;

- копией из книги постовых ведомостей, согласно которой сотрудники полиции Ш. Р. и О. заступили на службу с 08:00 30.04.2019 до 09:00 01.05.2019 /т.1 л.д.135-137/; 

- копией из книги № 5128 учета заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях, в которой имеется запись от 03:10 01.05.2019 о том, что 01.05.2019 в ходе ОРМ по КУСП 3214 ФИО1 замахнулся топором на следователя Ш. /т.1 л.д.138-140/;

- копией из журнала № 4498 учета рапортов сотрудников ОМВД России по Сыктывдинскому району по применению специальных средств и физической силы, согласно которой 01.05.2019 в отношении ФИО1 были применены физическая сила и наручники /т.1 л.д.141-142/.

Судом установлено, что потерпевший Ш. является сотрудником правоохранительного органа, наделенным в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, и правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами. Тем самым Ш.. исполняет функции представителя власти.

В период времени с 08:00 30.04.2019 до 09:00 01.05.2019 следователь СО ОМВД России по Сыктывдинскому району Ш. находился в составе следственно-оперативной группы ОМВД России по Сыктывдинскому району, проводил проверку по сообщению о хищении мобильного телефона ФИО2, то есть исполнял должностные обязанности.

ФИО1 осознавал, что Ш. является должностным лицом правоохранительного органа и находится при исполнении своих должностных обязанностей, поскольку потерпевший находился в присвоенном обмундировании сотрудника полиции и отбирал объяснение у подсудимого.

Таким образом, проанализировав собранные по делу доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела, суд находит вину подсудимого в совершенном преступлении полностью доказанной показаниями потерпевшего и свидетелей, а также письменными доказательствами, которые получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются допустимыми, согласуются между собой, взаимно дополняют друг друга, не противоречат установленным обстоятельствам дела и полностью изобличают подсудимого. 

Суд исключает возможность оговора подсудимого со стороны потерпевшего и свидетелей, поскольку их показания согласуются между собой и с исследованными доказательствами. 

Умышленно замахиваясь режущей частью топора в направлении Ш.., ФИО1 угрожал применением насилия в отношении потерпевшего. Данную угрозу Ш. воспринял реально, поскольку ФИО1 вел себя агрессивно, находился с топором на близком расстоянии от потерпевшего, в ограниченном пространстве, а также своими действиями и высказываниями демонстрировал намерение причинить топором телесные повреждения потерпевшему.

К показаниям свидетеля К.., отрицавшей факты замахивания подсудимым топором на потерпевшего и высказывания угроз в его адрес, суд относится критически и расценивает их как способ помочь ФИО1, который приходится ей сыном, избежать уголовной ответственности. 

Показания подсудимого и свидетеля К. о том, что ФИО1 взял топор, чтобы открыть дверь и выйти из дома, опровергаются показаниями потерпевшего и свидетеля Р. указавшего, что все двери в доме были открыты, в связи с чем, необходимость применения топора отсутствовала.

Кроме того, свидетель К. показала, что применять топор для открытия двери при выходе из дома нет необходимости.

О наличии прямого умысла ФИО1 на совершение преступления свидетельствует тот факт, что подсудимый не желал отдавать топор, когда Ш. пытался его отобрать, только после нанесения ФИО1 «расслабляющих» ударов он отпустил топор.

Довод защитника о том, что к показаниям свидетеля О. необходимо отнестись критически, поскольку он не является очевидцем преступления, судом во внимание не принимается. Свидетель О. принимал участие в задержании подсудимого, о совершенном в отношении потерпевшего преступлении узнал непосредственно после его совершения. Кроме того, показания данного свидетеля подтверждаются исследованными по делу доказательствами.

Довод защитника о том, что сотрудники полиции могли быть злыми на подсудимого, в связи с чем, оговорили его, является предположением и также не может быть принят судом во внимание.

Довод об отсутствии документа по изъятию топора является несостоятельным, поскольку исследованными материалами установлен механизм изъятия и приобщения указанного вещественного доказательства к делу, при этом нарушений процедуры изъятия топора не установлено. 

В прениях сторон государственным обвинителем заявлено о том, что факт нахождения подсудимого в момент совершения преступления в состоянии опьянения не подтвердился. Вместе с тем, данный факт установлен в результате проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, а также подтверждается показаниями свидетелей Р. и К.

При таких обстоятельствах действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по ст. 318 ч. 1 УК РФ как угрозу применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. 

При назначении наказания суд в силу положений ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи. 

ФИО1 совершил преступление средней тяжести, на учетах у психиатра и нарколога не состоит. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает наличие малолетнего ребенка, состояние здоровья подсудимого, его участие в боевых действиях.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, судом не установлено.

Несмотря на то, что факт нахождения подсудимого в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения установлен, суд не признает обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку ФИО1 на учете у нарколога не состоит, к административной и уголовной ответственности за совершение противоправных деяний, связанных с употреблением спиртных напитков, не привлекался.

Само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. 

Согласно ст. 63 ч. 1.1 УК РФ, для признания отягчающим обстоятельством совершение лицом преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, необходимо также учитывать обстоятельства совершения преступления, которые в данном случае не связаны с употреблением подсудимым спиртных напитков.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства совершенного преступления, степень его общественной опасности, личность виновного, места работы и дохода не имеющего, суд назначает ФИО1 наказание в виде лишения свободы и не находит оснований для прекращения уголовного дела, применения положений ст. 64, 53.1 УК РФ, а также для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с положениями ст. 15 ч. 6 УК РФ, поскольку преступный умысел доведен подсудимым до конца. 

Однако, учитывая наличие смягчающих наказание обстоятельств, наличие у подсудимого постоянного места жительства, суд находит возможным исправление ФИО1 без реальной изоляции от общества, с применением к нему положений ст. 73 УК РФ об условном отбывании наказания.

Руководствуясь ст. 304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л: 

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 318 ч. 1 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 1 года лишения свободы. 

На основании ст. 73 УК РФ, назначенное наказание считать условным, с испытательным сроком 1 год, возложив на осужденного следующие обязанности: один раз в месяц проходить регистрацию в специализированном государственном органе, осуществляющем контроль за поведением условно осужденного, не менять постоянного места жительства без уведомления указанного органа.

Меру пресечения в отношении ФИО1 на апелляционный период оставить без изменения, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, по вступлении приговора в законную силу – отменить. 

Вещественное доказательство: топор как орудие преступления – уничтожить. 

Приговор может быть обжалован в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывдинский районный суд Республики Коми в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора вправе ходатайствовать о своем участии, а также участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в апелляционной жалобе. Ходатайство об участии также может быть заявлено осужденным в течение 10 суток со дня вручения жалобы или представления, затрагивающих его интересы.

Председательствующий Е.Н. Артеева