Дело № 2-30/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 июня 2017 года г.Ачинск Красноярский край

Ачинский городской суд Красноярского края 

в составе председательствующего судьи Матушевской Е.П., 

с участием помощника Ачинского межрайонного прокурора Занько Н.В., 

представителя истца адвоката Кузнецова С.А.(ордер № от 20.06.2017г.)(л.д.227) представителей ответчика КГБУЗ «

<

адрес>вой противотуберкулезный диспансер №» ФИО1, ФИО2, представителей КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница №» ФИО3, ФИО4, ФИО5, действующих на основании доверенностей(л.д.209,210,211), 

при секретаре Усковой Н.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к КГБУЗ «

<

адрес>вой противотуберкулезный диспансер №», КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница №» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО6 обратилась в суд с иском к КГБУЗ «

<

адрес>вой противотуберкулезный диспансер №», КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница №» о взыскании компенсации морального вреда. Исковые требования мотивированы тем, что ее супруг проходил комиссию в поликлинике ОАО РЖД. По результатам которой был направлен на консультацию в КГБУЗ «

<

адрес>вой противотуберкулезный диспансер №», где ему поставили диагноз «

<

данные изъяты>». С ДД.ММ.ГГГГ по февраль 2015 года проходил лечение. При этом состояние не улучшалось. В мае 2015 года вновь обратился в ОАО РЖД, где ему дали заключение «

<

данные изъяты>» и отправили в КГБУЗ «

<

адрес>вой противотуберкулезный диспансер №», где выставили диагноз «пневмония». Он проходил лечение в КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница №», но состояние не улучшалось. После лечения и контрольных снимков ему выставили диагноз «

<

данные изъяты>» и отправили на стационарное лечение в КГБУЗ «

<

адрес>вой противотуберкулезный диспансер №». Т.к. состояние здоровья не улучшалось, он самостоятельно прошел КТ, по результатам которой поставили диагноз «

<

данные изъяты>» и его отправили к онкологу. ДД.ММ.ГГГГ была выполнена операция и выставлен диагноз «

<

данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ супруг умер. Считает, что супругу была оказана некачественная медицинская помощь, в связи с чем наступила его смерть, которая причинила ей глубокие страдания и боль. Моральный вред оценивает в 2000000 руб., которые просит взыскать с ответчиков(л.д.2-3).

Истец ФИО6 в судебное заседание не явилась, просила дело рассмотреть в ее отсутствие. Ранее поясняла, что ответчиками была оказана неквалифицированная медицинская помощь, не проводился ряд необходимых исследований, что привело к неверной диагностике заболевания и несвоевременному лечению, а впоследствии к смерти ее супруга, с которым они прожили больше 30 лет. 

В судебном заседании представитель истца адвокат Кузнецов С.А. поддержал заявленные требования. Пояснил дополнительно, что судебной экспертизой была установлена косвенная причинно-следственная связь между действиями врачей и смертью Лабинского. Считает, что в случае правильной и полной диагностики, а также в случае своевременного установления диагноза ФИО7 возможно прожил бы дольше и не умер ДД.ММ.ГГГГ.

Представитель ответчика КГБУЗ «АМРБ №» ФИО3 против заявленных требований возражала. Пояснила, что при оказании медицинской услуги ФИО7 за время его нахождения в КГБУЗ «АМРБ №» с 22 мая по ДД.ММ.ГГГГ были допущены нарушения, выраженные в том, что после отказа больного от ФБС не была проведена компьютерная томография органов грудной клетки (КТ ОГК). Однако в связи с тем, что в данном случае неприменимы нормы Закона «О защите прав потребителя», а экспертизой не была установлена прямая причинно-следственная связь между нарушением срока оказания медицинской услуги и наступившей смертью ФИО7, просила в иске отказать. В данном случае имеется только вероятная связь между действием ответчика и смертью пациента.

Представитель КГБУЗ «АМРБ №» ФИО4 пояснила, что при поступлении ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ у них была онконастороженность. В связи с чем ему было предложено провести ФБС, которая является эффективным методом диагностики рака легкого, однако ФИО7 отказался от ее проведения. До перевода пациента в КГБУЗ «ККПТД №» не была проведена КТ ОГК, но данное нарушение никак не ускорило смерть пациента, т.к. в это время новообразование уже было. Если бы ФИО7 провели КТ ОГК в мае, а не в июне 2015 года, и установили диагноз, то это также не исключает смерть пациента от этого заболевания в августе 2016 года.

Представитель КГБУЗ «АМРБ №» ФИО5 пояснила, что ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ после получения положительного анализа на туберкулез в связи с опасностью заражения был переведен в КГБУЗ «ККПТД №», КТ ОКГ планировали, но не успели провести. Подтвердила, что при поступлении ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ в КГБУЗ «АМРБ №» по данным R-граммы от ДД.ММ.ГГГГ не было установлено имеющееся у ФИО7 объемное уменьшение нижней доли, изменение корня правого легкого, т.е. возможные признаки рака. Но онконастороженность уже была, в связи с чем было предложено провести ФБС. 

Представитель КГБУЗ «ККПТД №» ФИО2 против заявленных требований возражала. Пояснила, что ответчиком не были допущены нарушения при наблюдении и лечении ФИО7 У него в 2014 году был установлен 

<

данные изъяты>, проведено правильное лечение, в результате которого последовала положительная динамика. При обращении ДД.ММ.ГГГГ ФИО7, в связи с отсутствием признаков обострения туберкулеза, был направлен в ОЛС- КГБУЗ «АМРБ №» для установления диагноза, где находился до ДД.ММ.ГГГГ. После получения положительного результата анализа мокроты на микобактерии 

<

данные изъяты> он был снова переведен в КГБУЗ «ККПТД №», где с целью проведения дифференциальной диагностики ФИО7 была проведена МСКТ ОГК, по результатам которой в очередной раз рекомендовано прохождение ФБС и консультация онколога. Уже при проведении ФБС было выявлено образование и установлен диагноз: рак правого легкого с метастазами, после чего он был направлен в онкоцентр. Полагает, что в данном случае в связи с отсутствием прямой причинно-следственной связи нет оснований для удовлетворения исковых требований. Наличие косвенной связи не может быть основанием вины лечебного учреждения в смерти пациента. 

Представитель КГБУЗ «ККПТД №» ФИО1 пояснила, что стандарт лечения туберкулеза был соблюден полностью. ФИО7 был своевременно направлен в КГБУЗ «АМРБ №» для установления диагноза, впоследствии в КГБУЗ «ККПТД №» был проведен комплекс мероприятий и установлен диагноз: рак.

Исследовав материалы дела, выслушав стороны, заслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым отказать в удовлетворении требования, суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 21.11.2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. Медицинская помощь это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение;

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, в том числе, в связи с утратой родственников.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

По смыслу указанной нормы, для возложения ответственности за причиненный вред необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Анализ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, а также об ответственности за вред, причиненный здоровью граждан, указывает на то обстоятельство, что обязательным условием наступления ответственности за нарушение медицинскими работниками прав граждан в области охраны здоровья являются факт причинения вреда и наличие причинной связи виновных действий с наступившими неблагоприятными последствиями.

Т.е. для возмещения вреда, причиненного здоровью гражданина, необходимо установить состав гражданского правонарушения, а именно: факт причинения вреда и его размер; противоправный характер действий причинителя вреда; наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившим вредом; вина причинителя вреда.

Иное означало бы нарушение принципа равенства, закрепленного в ст. 19 Конституции Российской Федерации и ст. 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО6 приходилась супругой ФИО7, что подтверждается свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ(л.д.6).

В феврале, июле 2013 года ФИО7 обращался на прием в отделенческую поликлинику на станции Ачинск ОАО «РЖД» с жалобами на умеренный кашель, повышение температуры, где ему был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, а также проведено лечение, рекомендована консультация онколога, фтизиатра, гематолога и проведение ФБС, которые проведены не были. 

По проведенным рентгенологическим обследованиям изменения в легких ФИО7 не выявлены. 

С июля 2013 года по март 2014 года ФИО7 в поликлинику не обращался. Обратился для прохождения водительской комиссии, в результате которой был заподозрен 

<

данные изъяты> в связи с чем он был направлен к фтизиатру. 

В КГБУЗ «ККПТД №» был установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. На лечении находился с 14 марта по ДД.ММ.ГГГГ. При рентгенологическом контроле ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ отмечена стабилизация процесса, назначено противорецидивное лечение. 

Состояние ФИО7 ухудшилось в мае 2015 года, в связи с чем он ДД.ММ.ГГГГ обратился на прием в поликлинику на станции Ачинск ОАО «РЖД» с жалобами на умеренный кашель, повышение температуры, мокроту, одышку, где был выставлен первичный диагноз: 

<

данные изъяты>, при этом ДД.ММ.ГГГГ была сделана R-грамма ОГК, которая была недостоверно интерпретирована(согласно экспертному заключению - на основании R-картины нельзя было исключить патологический процесс в корне правого легкого, в связи с чем требовалось проведение КТ ОГК). 

В связи с отсутствием положительной динамики от лечения и ухудшением состояния больного, он был обследован фтизиатром в КГБУЗ «ККПТД №» и в связи с отсутствием признаков обострения 

<

данные изъяты> направлен для дообследования в пульмонологическое отделение в КГБУЗ «АМРБ №» с диагнозом внебольничная пневмония, где находился с 22 мая по 04 июня.

В КГБУЗ «АМРБ №» ФИО7 был поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Лечащий врач выставил подозрение на 

<

данные изъяты> и назначил ФБС, от проведения которой больной ДД.ММ.ГГГГ отказался.

В связи с получением положительного результата анализа мокроты на микобактерии 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 был переведен для дальнейшего лечения в КГБУЗ «ККПТД №», где ему в связи с 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ проведена КТ ОКГ, по результатом которого выдано заключение: 

<

данные изъяты> ФБС ДД.ММ.ГГГГ. 

После консультации с онкологом ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 был направлен на диагностику и лечение в 

<

данные изъяты>.

Полагая, что ФИО7 оказываются медицинские услуги ненадлежащего качества, ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ обратилась в прокуратуру 

<

адрес>, данное обращение было направлено в ОАО "РОСНО-МС" и было рассмотрено.

В рамках данных экспертных мероприятий проведена экспертиза качества медицинской помощи и установлено следующее: 

При оказании медицинской помощи в НУЗ «Отделенческая поликлиника на 

<

адрес> ОАО «РЖД» нарушений не выявлена.

При оказании медицинской помощи в КГБУЗ «АМРБ №» были выявлены нарушения: не была сделана МСКТ ОГК, неверно интерпретирована R-грамма от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ года(не описано объемное уменьшение нижней доли, изменение корня правого легкого), что создало риск прогрессирования заболевания.

В тоже время экспертом отмечено, что отказ ФИО7 от ФБС также негативно повлиял на прогрессирование заболевания(л.д.100-135). 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 умер. Причина смерти: 

<

данные изъяты>(л.д.221).

Главным врачом КГБУЗ «АМРБ №» вынесен приказ №-п7 от ДД.ММ.ГГГГ, которым заведующему и врачу пульманологического отделения КГБУЗ «АМРБ №» объявлены выговоры(л.д.235).

Истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда, причиненного, вследствие оказания некачественной медицинской помощи, что явилось причиной смерти ее мужа.

В связи с возникшим между сторонами спором, с учетом специфики правоотношений сторон с целью установления существенных обстоятельств дела, требующих применения специальных знаний в области медицины, в целях выявления причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и смертью ФИО7, суд на основании статьи 79 ГПК РФ определением от ДД.ММ.ГГГГ назначил судебно-медицинскую экспертизу, поручив ее проведение экспертам КГБУЗ «

<

адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ: 

Точные сроки возникновения онкологического заболевания у ФИО7 указать невозможно: приблизительно 4-6 месяцев до выявления на ФБС (до 08.07.2015г.),

При выявлении впервые изменений в грудной клетке в 2009 году, ДД.ММ.ГГГГ была необходима консультация фтизиатра для уточнения этиологии имеющихся изменений, но к фтизиатру больной не направлялся. При длительном обращении в медицинские учреждения ни разу не исследовалась мокрота на МБТ до марта 2013 года, не было исследования мокроты на атипичные клетки, не проведена КТ ОГК, ФБС.

Объем диагностических и лечебных мероприятий во время нахождения ФИО7 на лечении в КГБУЗ «ККПТД №» проведен в полном объеме.

Пребывание больного в КГБУЗ «ККПТД №» в период с 08.06 по 08.07 позволило дообследовать больного и установить диагноз.

Врачами КГБУЗ «АМРБ №» больной не дообследован: не сделана ФБС, КТ ОГК, не исследована мокрота на атипичные клетки, однократное обнаружение в мокроте микобактерий туберкулеза методом люминесцентной микроскопии привело к ошибочной тактике(больной направлен к фтизиатру после заочной консультации), что привело к удлинению сроков выявления онкологического заболевания.

Пациент нуждался в проведении оперативного лечения в объеме блобэктомия или пневмотэкомия справа, что и планировалось выполнить. Но при ревизии во время операции выявлены обстоятельства(наличие большой инфильтрации), которые явились препятствием проведения операции, т.к. выполнение операции могло привести к гибели больного. Проведение операции не могло стимулировать онкопроцесс.

Прямой причинно-следственной связи между действиями врачей КГБУЗ «АМРБ №» и КГБУЗ «ККПТД №» и прогрессированием заболевания, а также с наступившей смертью ФИО7 нет. Прослеживается лишь косвенная причинно-следственная связь, заключающаяся в том, что затянуты сроки диагностики, больше на этапе обследования и лечения в общей лечебной сети.

На вопрос о возможности избежать последствий в виде смерти ФИО7 при своевременной диагностики заболевания и начале его лечения эксперты не ответили, указав, что оценка вероятности того или иного исхода заболевания, отличного от имеющегося, не входит в компетенцию экспертов.

Однако, имеются данные, что у 25% больных, кому проведена радикальная операция, имелись отдаленные 

<

данные изъяты>. Также при 1 стадии заболевания в 4% обнаруживаются отдаленные 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> процесс легкого крайне агрессивен и говорить о благополучном избавлении даже при радикальной операции возможно только с оговоркой.

При этом в заключении также отмечено, что данный случай представляет собой определенные диагностические трудности ввиду наличия у больного сочетанной патологии. Оба имеющихся заболевания в начале своего развития протекают бессимптомно и малосимптомно, что ведет к трудностям в их ранней диагностике. Основным методом распознавания 

<

данные изъяты> легких является ФБС, от которой ФИО7 отказался. 

Также указано на то, что тремя лечебными учреждениями(КГБУЗ «АМРБ №», КГБУЗ «ККПТД №», НУЗ «Отделенческая поликлиника на 

<

адрес> ОАО «РЖД») недостоверно интерпретирована R-грамма от ДД.ММ.ГГГГ года(на основании R-картины нельзя было исключить патологический процесс в корне правого легкого, в связи с чем требовалось проведение КТ ОГК), экспертами не было обнаружено признаков внебольничной пневмонии, не обоснованно определена средняя степень тяжести ХОБЛ и ВН2, ДО0, не исследована мокрота на атипичные клетки. (л.д.159-205).

Допрошенный посредством видеоконференц-связи эксперт ФИО8 выводы экспертного заключения подтвердил. Пояснил дополнительно, что 

<

данные изъяты> - это всегда непредсказуемое заболевание, которое характеризуется высокой смертностью, основную массу составляют курящие мужчины старше 50 лет. Маловероятно начало заболевания у ФИО7 в сентябре 2014 года, т.к. рак легкого развивается очень стремительно. В силу особенностей течения данного злокачественного новообразования (бессимптомного течения, наличия туберкулеза) оно является тем заболеванием, которое в большинстве случаев диагностируется уже на этапе появления метастатических поражений. Даже у больных с первой стадией заболевания уже выявляются метастазы. Различные методы диагностики, вплоть до ПЭТ, не являются достаточными для определения новообразования легкого. На современном уровне развития медицины, ранняя диагностика рака легкого, предполагающая с высокой степенью достоверности достижения благоприятного прогноза, практически невозможна. Смертность 

<

данные изъяты> на первом году составляет около 60%. Более низкие шансы на выживание у больных с центральным раком легкого, который был у ФИО7 Ошибка в диагностике, в данном случае, не имела существенного значения для наступления неблагоприятного исхода, поэтому они указали на косвенную связь. Нельзя достоверно сказать, что при правильном и своевременном оказании медицинской помощи ФИО7 его смерть была бы предотвращена или наступила бы позже. Никто не может точно сказать, когда бы она наступила. Туберкулез является противопоказанием как к оперативному лечению, так и к проведению лучевой терапии. 

Проанализировав выводы судебной экспертизы, показания эксперта, суд пришел к вводу о том, что достаточных данных, указывающих на то, что смерть ФИО7 наступила именно из-за действия(бездействия) ответчиков, в ходе судебного разбирательства по делу не установлено. 

В суде установлено, что имели место нарушения при оказании медицинской помощи ФИО7, которые могли ухудшить его состояние и снизить эффективность лечебных мероприятий, в том числе по причине их несвоевременного выполнения, но не явились причиной наступления смерти. Выявленные дефекты оказания медицинской помощи сами по себе не повлекли неблагоприятных последствий в виде наступления смерти ФИО7 

При этом даже в случае правильного и своевременного оказания медицинской помощи- с мая 2015 года, экспертом не исключается вероятность наступления неблагоприятного исхода - смерти ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ. 

Прямая причинно - следственная связь между допущенными дефектами оказания медицинской помощи и наступлением смерти ФИО7 отсутствует, так как причиной его смерти явилась 

<

данные изъяты>, а не допущенные дефекты оказания медицинской помощи

Наличие косвенной, опосредованной либо случайной связи между противоправными действиями (бездействием) и вредом означает, что данное поведение лежит за пределами конкретного случая, то есть за пределами юридически значимой причинной связи.

Косвенная причинно-следственная связь между дефектами диагностики и наступившей смертью ФИО7 не может являться основанием установления вины ответчиков в смерти последнего, а, следовательно, не может являться основанием взыскания компенсации морального вреда, причиненного смертью, с ответчиков в связи с чем исковые требования не подлежат удовлетворению.

Ссылка представителя ответчика на доказанность вины лечебного учреждения в связи с установлением косвенной причинно-следственной связи между некачественным оказанием медицинских услуг и смертью ФИО7 основана на неверном толковании норм материального права.

Причинно-следственная связь является обязательным условием деликтной ответственности, поскольку в соответствии с принципом генерального деликта лицо отвечает именно за причиненный вред (п. 1 ст. 1064 ГК). Отсутствие доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями правонарушителя и наступившими негативными последствиями у потерпевшего является основанием отказа в удовлетворении исковых требований о возмещении вреда. Причинная связь это такая необходимая связь между явлениями, при которой всякий раз за одним из них неизбежно следует другое. Неизбежность эта определяется: непростой последовательностью во времени ("после этого" не значит вследствие этого"), а материальной внутренней связью, которая и вызывает другое явление.

Прямая причинно-следственная связь - это такая связь, в которой причина должна быть достаточной, а сама связь - жесткой и однозначной. Последняя характеризуется постоянным (во всех случаях) наступлением следствия с особыми качественными характеристиками, которые определяются причиной.

Непрямая (синонимы: косвенная, опосредованная, вероятная) причинно-следственная связь имеет место в том случае, когда какой-то фактор не является причиной развития определенного состояния, но наряду с другими факторами, не являющимися его (состояния) причиной, но способствующими его возникновению, обуславливает реализацию этого состояния в отдельно взятом случае.

Таким образом, правовым основанием возложения на ответчика обязанности компенсировать моральный вред является установление прямой причинной связи между действиями (бездействием) медицинского учреждения и смертью пациента. В данном случае прямая причинно-следственная связь отсутствует.

Кроме того, ч.3 ст. 1112 ГК РФ предусмотрено, что не входят в состав наследства личные имущественные права и другие нематериальные блага. Исковые требования ФИО6 касаются компенсации морального вреда в связи с некачественно оказанной медицинской услуги ФИО7, который скончался.

Суд полагает, что компенсация морального вреда в связи с некачественно оказанной медицинской услуги является личным субъективным правом и принадлежит лишь тому лицу, который претерпел физические и нравственные страдания, в связи с чем в данном случае, правопреемство не допускается. При таких обстоятельствах исковые требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного суд полагает, что поскольку не установлена прямая причинно-следственная связь между действиями ответчика и смертью ФИО7, то у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований ФИО6 и возложения на ответчика обязанности компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к КГБУЗ «Красноярский краевой противотуберкулезный диспансер №1», КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница №1» отказать. 

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение одного месяца с момента изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Ачинский городской суд.

Судья подпись Е.П. Матушевская