Судья Галяутдинова Е.В. Дело № 22-1233/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Судья судебной коллегии по уголовным делам Томского областного суда ФИО1,

при секретаре Коневой К.А.,

с участием прокурора Тивякова А.В.,

обвиняемого ФИО2,

адвоката Чугунова С.С.,

рассмотрев в г. Томске в судебном заседании 20 июня 2019 года дело по апелляционным жалобам адвокатов Чугунова С.С. и Цих С.Э. на постановление Кировского районного суда г. Томска от 03 июня 2019 года, которым 

ФИО2, /__/, ранее несудимому,

обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту - УК РФ), 

продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 6 месяцев, то есть до 05 августа 2019 года,

доложив материалы дела, заслушав выступление обвиняемого ФИО2 и адвоката Чугунова С.С., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Тивякова А.В., просившего постановление суда оставить без изменения, 

установил:

постановлением от 05.02.2019 в отношении ФИО2 было возбуждено уголовное дело о преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 285 УК РФ. 

05.02.2019 по подозрению в совершении преступления в порядке ст. 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - УПК РФ) ФИО2 был задержан.

05.02.2019 ему было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ.

07.02.2019 Кировским районным судом г. Томска в отношении ФИО2 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 05.04.2019, которая продлевалась тем же судом 01.04.2019 на 2 месяц, а всего до 4 месяцев, то есть до 05.06.2019.

Постановлением от 24.04.2019 уголовное дело соединено в одно производство с уголовным делом возбужденным 12.02.2019 по ч. 1 ст. 169 УК РФ.

Срок предварительного расследования по уголовному делу продлен 30.05.2019 на 2 месяца, а всего до 6 месяцев, то есть до 05.08.2019. 

В связи с истечением срока содержания под стражей следователь возбудил перед судом ходатайство о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО2 Ходатайство было рассмотрено в судебном заседании и постановлением суда от 03.06.2019 срок содержания под стражей ФИО2 продлен на 2 месяца, а всего до 6 месяцев, то есть до 05 августа 2019 года. 

В апелляционной жалобе адвокат Чугунов С.С. находит выводы суда не соответствующими обстоятельствам дела, установленным судом, сделанными в нарушение принципа состязательности сторон. Приводит содержание постановление следователя от 27.03.2019 из чего делает вывод о том, что основной объем работы по уголовному делу на 27.03.2019 уже был выполнен в связи с чем расследование уголовного дела планировалось закончить. Расследование уголовного дела в последние два месяца осуществлялось следственной группой в количестве 6 человек. В постановлении следователя от 30.05.2019 в обоснование ходатайства о необходимости продления срока содержания под стражей указываются те же основания, что и двумя месяцами раньше. За период с 01.04.2019 по 30.05.2019 по делу был произведен допрос всего одного свидетеля. Остальные запланированные мероприятия не были осуществлены. Данные обстоятельства, по мнению адвоката свидетельствуют о неэффективности и волоките допущенной при производстве предварительного расследования. Ссылается на то, что в постановлении о продлении срока предварительного следствия от 30.05.2019 отсутствует обоснование для его продления, которое указано в постановлении от 30.05.2019 о возбуждении ходатайства о продлении срока ареста. Следователем не представлено доказательств подтверждающих необходимость проведения по делу оперативно-розыскных мероприятий. Соединенные с уголовным делом обвиняемого дела относятся к категории небольшой тяжести. Следователем не представлено доказательств подтверждающих необходимость содержания обвиняемого под стражей по ч. 1 ст. 169 и ч. 1 ст. 293 УК РФ. По названным уголовным делам с обвиняемым никаких следственных действий не проводилось. Дело по ч. 1 ст. 293 УК РФ выделено в отдельное производство. К преступлению по ч. 1 ст. 169 УК РФ обвиняемый непричастен. Ссылается на тяжелое состояние здоровья обвиняемого в отношении которого до настоящего времени не проведено медицинское освидетельствование, несмотря на то, что ходатайство об этом следователем было удовлетворено. По мнению адвоката фактически окончание предварительного расследования в данное время невозможно из-за того, что не окончены судебные экономические экспертизы. На данной стадии предварительного расследования у обвиняемого отсутствует реальная возможность воспрепятствовать или иным образом повлиять на ход предварительного расследования. Обвиняемый сдал следователю заграничный паспорт и не намерен скрываться от следствия и суда о чем свидетельствует и тяжесть предъявленного обвинения. Стороной защиты представлены доказательства, указывающие на возможность применения к обвиняемому домашнего ареста. Просит постановление суда отменить и избрать обвиняемому меру пресечения в виде домашнего ареста.

В апелляционной жалобе адвокат Цих С.Э. обращает внимание на то, что суд первой инстанции, принимая решение по вопросу о наличии признаков неэффективной организации предварительного расследования, должен исходить исключительно из доказательств, представленных лицами участвующими в деле. К ходатайству следователя был приобщён протокол допроса свидетеля Л., датированный 10 апреля 2019 года, а также постановление о назначении экономической судебной экспертизы от 01 апреля 2019 года. Иных доказательств, свидетельствующих о проведении следственных действий следователем (как с участием обвиняемого, так и без его участия) представлено не было. Более того, в ходатайстве следователя не содержится указания на то, какие следственные действия, кроме вышеупомянутых, были проведены следователем за истекшие два месяца, в течение которых ФИО2 находился под стражей. В ходе судебного заседания следователь не ответила на вопрос защитника о том, какие дополнительные следственные действия были ею произведены и чем подтверждается такое проведение.

Принимая во внимание изложенное, делает вывод о том, что довод суда первой инстанции о том, что по делу «выполнен ряд других следственных действий» - не основан на представленных следователем материалах уголовного дела и является в полной мере необоснованным. 

Суд первой инстанции не принял во внимание то обстоятельство, что перечень мероприятий, изложенных в рассматриваемом ходатайстве, покрывается перечнем мероприятий, изложенных в ранее рассмотренном ходатайстве следователя о продлении ФИО2 содержания под стражей сроком до четырёх месяцев. При этом следователь не поясняет, по какой причине не были выполнены следственные действия, проведением которых ранее было обосновано продление срока содержания под стражей.

Указанное является дополнительным свидетельством неэффективной организации предварительного расследования по настоящему уголовному делу.

Ссылается на п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от «19» декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» и приходит к выводу о том, что расследование по настоящему уголовному делу организовано неэффективно, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении ходатайства следователя.

Отмечает, что воспринятый судом первой инстанции довод следователя о необходимости продления меры пресечения в связи с необходимостью выполнения следственных действий также является в полной мере безосновательным, поскольку следователь не конкретизировала ни виды планируемых следственных действий, ни их количество, что не позволяет установить, а имеется ли необходимость в продлении ФИО2 срока содержания под стражей сроком на два месяца.

Ссылается на п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 и указывает на то, что по мнению суда материалы, приложенные к ходатайству, содержат достаточные данные, указывающие на возможную причастность ФИО2 к совершению инкриминируемого ему преступления, а также, что имеются достаточные данные об имевшем место событии преступления. Вместе с тем не только не даёт оценки ни одному из таких приложенных к ходатайству доказательств, но даже не перечисляет их. 

Приводит содержание предъявленного ФИО2 обвинения, а также доводы в обоснование непричастности обвиняемого к инкриминируемому ему преступлению основываясь на оценке имеющихся доказательств и приходит к выводу о том, что довод суда первой инстанции о доказанности причастности ФИО2 к совершению вменяемого ему преступления - не основан на доказательствах, представленных следствием.

Сама по себе тяжесть вменяемого преступления на данном этапе уже не может являться основанием для продления меры пресечения.

Иных доказательств, свидетельствующих о намерении или возможности скрыться - следователем суду представлено не было.

Вывод суда о наличии основания для продления меры пресечения, предусмотренного п. 1 ч. 1 ст. 97 УПК РФ - безосновательный.

Следователем не представлено ни одного доказательства, свидетельствующего о давлении на свидетелей со стороны обвиняемого или его доверенных лиц. В представленных следователем протоколах допросов свидетелей также не упоминается о том, что на них оказывалось давление со стороны обвиняемого.

В том, что касается возможности уничтожения доказательств - по истечении четырёх месяцев производства по уголовному делу, очевидно, что этап первоначального сбора доказательств давно окончен. Следствие уже провело необходимые обыски и выемки, а потому ФИО2, вне зависимости от своих намерений, не имеет фактической возможности уничтожить или скрыть доказательства по уголовному делу. Если же следствие по истечении четырёх месяцев следственной группой в составе из шести следователей так и не завершило сбор доказательств, то данное обстоятельство не может рассматриваться в качестве подтверждения необходимости продления меры пресечения, но свидетельствует о неэффективности и затягивании расследования.

ФИО2 задолго до возбуждения уголовного дела было достоверно известно о проведении транспортной прокуратурой проверки обстоятельств заключения и исполнения государственных контрактов на проведение работ по уничтожению сибирского шелкопряда. Поэтому ФИО2 имел реальную возможность до своего задержания предпринять реальные действия, направленные на воспрепятствование проведению проверки и предварительному следствию. Однако ФИО2 такого рода действий не совершал, что свидетельствует о том, что и в дальнейшем он не намерен препятствовать проведению предварительного следствия.

Таким образом, довод суда о наличии оснований продления меры пресечения, предусмотренных п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ - не подтверждается представленными материалами уголовного дела.

В обжалуемом постановлении от 03 июня 2019 года никоим образом не аргументирована невозможность применения иных, более мягких мер пресечения.

С учётом того, что ФИО2 не пытался скрыться от предварительного следствия и суда, а также не оказывал давления на участников уголовного судопроизводства и не предпринимал действий по сокрытию и уничтожению доказательств - цели, достижения которых добивается следствие (ограничение возможности обвиняемого влиять на ход предварительного следствия) могут быть достигнуты с использованием иных мер пресечения, таких как домашний арест (ст. 107 УПК) или установление запрета на совершение определённых действий (ст. 105.1 УПК РФ).

Просит постановление суда отменить и отказать в удовлетворении ходатайства следователя.

В возражениях на апелляционные жалобы начальник отдела ФИО3 просит постановление суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии сч. 1ст. 108 УПК РФ мера пресечения в виде заключения под стражу может быть избрана вотношении лица, если оно подозревается (обвиняется)в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание на срок свыше 3лет лишения свободы, при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения ипри наличии оснований и обстоятельств, предусмотренных ст. 97, 99 УПК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ, на срок до 6 месяцев. 

При продлении сроков содержания ФИО2 под стражей органы предварительного следствия и суд первой инстанции нарушений уголовно-процессуального закона не допустили.

Судом тщательно и всесторонне исследованы и проверены все представленные материалы и, с учетом личности обвиняемого, в соответствии с требованиями закона мотивированы выводы о продлении в отношении ФИО2 срока содержания под стражей. 

Преступление, в совершении которого обвиняется ФИО2, относится к категории средней тяжести, оно направлено против интересов государственной службы, за его совершение предусмотрено наказание в виде лишения свободы, на срок более 3 лет.

Установленные судом обстоятельства, подтверждены соответствующими материалами органа предварительного следствия и свидетельствуют о наличии достаточных оснований полагать о возможности ФИО2, обвиняемого в совершении преступления средней тяжести, обвинение в котором связано со злоупотреблением должностными полномочиями вопреки интересам службы, повлекшем значительный материальный ущерб бюджету Томской области в размере 28438505 рублей, располагающего сведениями о свидетелях по делу, находившихся в его подчинении, опасаясь возможного наказания в виде реального лишения свободы, а также возможного возмещения причиненного ущерба - скрыться от органов предварительного следствия и суда, оказать давление на свидетелей по делу в целях изменения ими показаний, уничтожить доказательства, сбор которых еще не завершен. 

Уголовное дело находится на этапе сбора и закрепления доказательств, проверки причастности обвиняемого к другому преступлению в связи с чем, сохраняется возможность обвиняемого уничтожить доказательства, оказать давление на свидетелей, которые устанавливаются органам предварительного следствия и еще не допрошены в рамках проверки причастности к другому преступлению.

При этом закон не устанавливает, что в подтверждение обоснованности заключения под стражу либо продление сроков содержания под стражей суду должны быть представлены неопровержимые доказательства. В соответствии с ч. 1 ст. 97 УПК РФ основанием для избрания либо продления меры пресечения является наличие достаточных оснований полагать, что обвиняемый может совершить указанные в ней действия, что в рассматриваемом случае имеется. 

Поведение обвиняемого до задержания, определяющего значения не имеет, так как оно было в условиях отсутствия уголовного преследования.

По изложенным мотивам, доводы апелляционных жалоб об отсутствии оснований для продления меры пресечения в виде заключения под стражей отклоняются. 

Данные, обосновывающие наличие у стороны обвинения оснований для осуществления уголовного преследования ФИО2 в материалах дела имеются.

При этом суд не вправе входить в обсуждение вопроса о доказанности вины обвиняемого в совершении инкриминируемого ему преступления.

Оценка доказательств с точки зрения доказанности вины ФИО2 в совершении инкриминированного ему преступления относится к правам суда, который будет рассматривать уголовное дело в отношении обвиняемого по существу в случае его направления в суд.

Мотивы, изложенные следователем в постановлении о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания под стражей и мотивы по которым следователь ходатайствовал о продлении срока предварительного расследования, могут быть различными. 

Наряду с тяжестью обвинения суд в полной мере учел данные, характеризующие личность обвиняемого. 

Необходимость дальнейшего производства следственных действий следователем в ходатайстве обоснована, и она не явилась единственным основанием для продления срока содержания под стражей.

Оснований полагать о волоките в ходе предварительного расследования исходя из сложности дела, срока в течение которого осуществляется предварительное расследование, совершения следователем следственных действий у суда апелляционной инстанции не имеется.

Возможность изменения обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражей на более мягкую судом рассматривалась, и суд обоснованно не усмотрел оснований для ее изменения. 

Имеющиеся у обвиняемого социальные связи, его семейное положение и положительно характеризующие его сведения существовали на момент его обвинения в совершении преступления и, как не стали препятствием для этого, так и не исключают обстоятельств, послуживших основанием для продления сроков содержания под стражей.

Ограничения, связанные с применением в отношении обвиняемого заключения под стражу соразмерны с его личностью, тяжестью преступления в котором он обвиняется, возможным наказанием, а также необходимы в целях защиты прав и охраняемых законом интересов граждан.

В материалах дела сведений о наличии у обвиняемого заболеваний, препятствующих его содержанию под стражей не имеется.

Основополагающие принципы уголовного судопроизводства судом первой инстанции нарушены не были.

Таким образом, продление в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу является обоснованным, так как судом были учтены предусмотренные ст. 97 УПК РФ основания, сведения о личности, а также тяжесть преступления, в совершении которого он обвиняется, отсутствие данных, которые бы свидетельствовали о том, что основания для применения ранее избранной ему меры пресечения отпали, и возникли новые обстоятельства, указывающие на необходимость применения к нему иной, более мягкой меры пресечения. 

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления, судом не допущено.

По изложенным мотивам, суд приходит к выводу о том, что постановление Кировского районного суда г. Томска от 03 июня 2019 года является законным и отмене либо изменению не подлежит. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

постановление Кировского районного суда г. Томска от 03 июня 2019 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья