Дело 2-102/2021

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

р.п. Кузоватово 08 июля 2021 года 

Новоспасский районный суд Ульяновской области в составе:

председательствующего - судьи Костычевой Л.И.,

при секретаре Якуниной И.В.,

с участием адвоката Насырова Н.Х.,

пом. прокурора Новоспасского района Ульяновской области Новичкова М.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Сызранская центральная городская больница» о взыскании компенсации морального вреда.

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Сызранская центральная городская больница» (далее - ГБУЗ СЦГБ) о взыскании компенсации морального вреда. 

В обоснование заявленных требований указала, что 11.10.2016 она поступила в ГБУЗ СГБ в родильное отделение с диагнозом – беременность 39-40 недель. Предполагаемая дата родов 14.10.2016. При осмотре 13 и 14.10.2016 врачи пришли к выводу об отсутствие оснований для кесарева сечения. 13.10.2016 при проведении УЗИ было видно обвитие пуповиной у ребенка. Врач М. Д.В. ответил, что оснований для опасения не имеется, ребенок играет пуповиной. (дата) истица при обходе пояснила врачу, что ребенок плохо шевелится, часто икает, что свидетельствовало об асфиксии плода, но врач проигнорировал. Около 03 часов ночи с (дата) на (дата) ребенок затих. (дата) в 07 часов 00 минут на кардиотокографии она была поставлена в известность, что ребенок умер. В 13 часов 45 минут истица родила мертвого ребенка с тугим обвитием пуповины вокруг шеи плода и обвитием обеих подмышечных областей. Считает, что гибель плода произошла в результате ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей врачами в период с 11.10 по (дата), не установивших: диагноз - тугое обвитие пуповиной вокруг шеи и туловища плода; кислородное голодание плода, что явилось показанием к проведению срочного кесарева сечения. Вследствие оказания истицы некачественной медицинской помощи наступили неблагоприятные последствия в виде гибели плода. Рождением мертвого ребенка по вине медицинских работников ГБУЗ СЦГБ истице причинены нравственные и физические страдания: она проходила длительное лечение по восстановлению здоровья, в последующем вынуждена была расторгнуть брак, ухудшилось качество её жизни. Просит взыскать компенсацию морального вреда 2 500 000 руб.

В судебное заседание истица ФИО1 не явилась, извещена надлежащим образом, Представитель истицы адвокат Насыров Н.Х. просил удовлетворить заявленные требования в полном объеме, указав на ненадлежащее оказание медицинской помощи, что явилось следствием наступления неблагоприятных последствий.

Представители ответчика ГБУЗ СЦГБ ФИО3 и ФИО4 исковые требования не признали. Просили в иске отказать, пояснив, что в ходе проведенных экспертиз, а их проведено было 4, на стадии следствия и по результатам судебно-медицинской экспертизы по материалам дела всеми экспертами установлено отсутствие причинно-следственной связи между действиями медицинских работников ГБУЗ СЦГБ в период с 11.10 по 17.10.2016 и наступившими неблагоприятными последствиями в виде гибели плода. Кесарево сечение проводится только при наличие на то показаний. В ходе наблюдения ФИО1 в период нахождения её в больнице, состояние пациентки и плода были удовлетворительными, каких-либо показаний для кесарева сечения не имелось. Только по желанию женщины, без имеющихся на то оснований, такая операция не проводится. Медицинская помощь была оказана правильно, своевременно и в полном объеме. Гибель плода это стечение обстоятельств, которые предположить было невозможно и методов профилактики по предотвращению обвития плода пуповиной в медицине не существует. В связи с чем, считают основания для взыскания компенсации морального вреда отсутствуют. 

Привлеченные к участию в деле в качестве Третьих лиц Министерство здравоохранения Самарской области, М. Д.В., О. Г.А. в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

В соответствие со ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело при указанной явке лиц. 

Заслушав представителей истца, ответчиков, исследовав письменные материалы дела, заключение пом. прокурора, полагавшую оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства. 

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее по тексту Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

В соответствии со статьями 3, 4 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» законодательство в сфере охраны здоровья основывается на Конституции Российской Федерации; основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи.

Согласно ст.19 Федерального закона РФ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь. Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно ст. 2 вышеуказанного Федерального закона медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

Медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Лечение – это комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В силу положений частей 2, 3 статьи 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом беременность ФИО1 была пятая, роды-четвертые. Все роды протекали через естественные родовые пути, в третьих родах отмечалась слабость родовой деятельности. На диспансерный учет по беременности ФИО1 встала при сроке 11 недель ((дата)) в женской консультации Новоспасской ЦРБ. Во время беременности ФИО1 проведено УЗИ плода 4 раза - при сроках 9 недель, 12-13 недель, 20-21 неделя -патологии не выявлено. При сроке беременности 31 неделя по данным УЗИ ((дата)) было выявлено, что пуповина имеет 3 сосуда, «расположена на плечиках плода, спереди крестообразно спускается на грудку». Последняя явка на прием в женскую консультацию (дата), проведена КТГ, патологии не выявлено. Рекомендована явка на (дата) в женскую консультацию, но беременная не явилась, так как была госпитализирована в родильный дом г.Сызрани c самообращением. 

Согласно данным из истории родов № ФИО2 СО «Сызранская ЦГБ» ФИО1 поступила на дородовую госпитализацию в родильный дом ГУЗ Сызранской ЦРБ (дата) в 11.50. самообращением, учитывая доношенный срок беременности и удаленность проживания от родильного дома.

При поступлении были оформлены информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство и согласие на обработку персональных данных пациента, подписанные ФИО1 (дата) в 12:50 час, при поступлении, ФИО1 была осмотрена совместно зав. отделением Г.А. О. и врачом М. Д.В. Жалоб на момент осмотра ФИО1 не предъявляла.

При поступлении в родильный дом Сызранской ЦГБ выставлен диагноз: «Беременность 39-40 недель. Головное предлежание плода. Незрелая шейка матки. ОАГ (отягощенный акушерско-гинекологический анамнез). Крупный плод? Многоводие».

Гестационный срок беременности установленный по месячным на момент поступления в роддом - 39-40 недель. ПДР (предполагаемая дата родов) (дата).

По УЗИ от (дата) (12-13 нед.)- 39-40 недель ПДР (дата).

Был составлен план ведения родов через естественные родовые пути на фоне профилактики кровотечения. С планом ведения родов женщина ознакомлена.

Назначено обследование, включающее: клинический анализ крови и мочи, биохимическое исследование крови, исследование мазков на гонококк и степень чистоты, УЗИ плода, КТГ, УЗДГ МПК и ФПК, контроль АД и веса.

КТГ проведено беременной ФИО1 (дата). и (дата). По данным КТГ патологии не выявлены. 

(дата) проведено УЗИ плода в условиях стационара. По данным УЗИ: ПВП (примерный вес плода) 3700гр, нарушений маточно-плацентарного кровотока не выявлено, имеется обвитие пуповины вокруг шеи плода. Количество вод в норме.

(дата). в 10.00 ч. беременная осматривалась совместно с заместителем главного врача С.И. Н., заведующей отделением Г.А.О.. Диагноз: «Беременность 39-40 недель. Головное предлежание. Зрелая шейка матки. ОАА (отягощенный акушерский анамнез)». План ведения родов прежний - через естественные родовые пути.

(дата), учитывая «наличие высокого риска материнской смертности», женщине предложены програмированные роды посредством родовозбуждения в дневное время - женщина отказалась, письменный отказ не оформлен, попросила продолжить консервативное ведение беременности. Последняя аппаратная регистрация сердцебиений плода выполнена вечером (дата) (время не указано) - ЧСС 138 в минуту, что соответствует норме. 

(дата) в 08 час. 00 мин. при контрольной аускультации плода - сердцебиение плода не выслушивалось. Со слов женщины с 03.00 час. (дата) не ощущает шевелений плода, за медицинской помощью не обращалась.

Было проведено исследование, по результатам которого установлен диагноз: «Беременность 39-40 недель. Головное предлежание. Зрелая шейка матки. ОАА. Антенатальная гибель плода». (дата) в 13 час. 45 мин. ФИО1 родила мертвую доношенную девочку с тугим обвитием пуповины вокруг шеи и обе подмышечные области. 

Заключительный диагноз ФИО1: «4-е самопроизвольные роды в головном предлежании при сроке беременности 39-40 недель. Тугое обвитие пуповины вокруг шеи, туловища. ОАА. Антенатальная гибель плода. Амниотомия».

По факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ГБУЗ СЦГБ, приведшей к гибели плода, на основании заявления ФИО1, в порядке ст.ст.144, 145 УПК РФ, Следственным управлением по Самарской области СУ СК России по Самарской области проводилась проверка. Согласно имеющейся в материалах дела справки о смерти № в Отделе ЗАГС администрации МО «Новоспасский район» Ульяновской области зарегистрирован факт смерти и указанием причины – мертворожденный.

В рамках проверки проведено патолого-анатомическое вскрытие плода мертворожденного. Согласно данным из Протокола патолого-анатомического вскрытия плода мертворожденного» № от (дата) патологоанатомического отделения ГБУЗ СО «Сызранская центральная городская больница», патологоанатомический диагноз (код по МКБ-Х Р20.0): «Основное заболевание: антенатальная асфиксия плода в результате тугого обвитая пуповиной вокруг шеи, туловища, плода. Осложнения основного заболевания: мацерация кожных покровов плода, аутолиз внутренних органов».

Были назначены и проведены ряд экспертиз. Так, из экспертного заключения к Акту экспертизы качества медицинской помощи № от (дата) указано, что негативных последствий ошибок в преемственности лечения не выявлено; анамнез собран информативно, подробно; составлен план ведения родов, полное клинико-лабораторное обследование. Медицинская помощь оказана в соответствии с приказом МЗ РФ от 06.11.2012 №584н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при самопроизвольных родах в затылочном предлежании», приказом МЗ РФ от 07.07.2015 №422ан «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Наиболее значимые ошибки, повлиявшие на исход заболевания не выявлено. В целом аналогичные выводы изложены в экспертном заключении к акту повторной экспертизы качества медицинской помощи от (дата) №. 

В экспертном заключении № от (дата), подготовленном Филиалом АО ВТБ Медицинское страхование в Ульяновской области указаны замечания: не проведено третье УЗИ плода при подозрении на крупный плод, беременная не была направлена на дородовую госпитализацию при сроке беременности 39 нед. Вероятной причиной антенатальной гибели плода послужило нарушение пуповинного кровообращения в связи с обвитием вокруг шеи и туловища. 

В заключение эксперта № «Б» от (дата)-(дата), подготовленного на основании постановления ст. следователя СО по г. Сызрань СУ СК РФ по Самарской области, по материалу проверки КРСП № от (дата), не установлено каких-либо дефектов оказания медицинской помощи, оказавших влияние на последующее течение событий и на их исход. Смерть плода наступила антенатально (до родов) вследствие острой внутриутробной асфиксии, развившейся следствие тугого обвития пуповины вокруг шеи плода и туловища на фоне имевшей место хронической плацентарной недостаточности. Смерть плода состоит в прямой причинно-следственной связи с асфиксией, обусловленной тугим обвитием пуповины вокруг шеи плода и туловища. 

По результатам проведенной проверки было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела о совершении преступлений, предусмотренных ст. 238, 293 УК РФ, на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления.

Обращаясь с настоящим иском, ФИО1 указала на то, что ей была оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, что и способствовало гибели плода до его рождения.

Проверяя доводы истицы о некачественно оказанной ФИО1 медицинской помощи врачами ГБУЗ СЦГБ судом была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам Государственного казенного учреждения здравоохранения «Ульяновское областное Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы по материалам дела №-М от (дата), комиссия экспертов пришла к выводу, что смерть плода ФИО1 наступила антенатально (до родов) вследствие острой внутриутробной асфиксии, развившейся в результате тугого обвития пуповины вокруг шеи плода и туловища (на уровне подмышечных областей) на фоне хронической плацентарной недостаточности.

Антенатальная гибель плода состоит, в прямой причинно-следственной связи с асфиксией, обусловленной тугим обвитием пуповины вокруг шеи плода и туловища.

При анализе представленной медицинской документации комиссией экспертов установлено, что клинико-лабораторное и инструментальное обследование при пребывании ФИО1 на госпитальном этапе в ГБУЗ Самарской области «Сызранская центральная городская больница» в период времени (дата)-(дата) выполнено в полном объеме, согласно Порядку оказания медицинской помощи по профилю «Акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утвержденному Приказом Министерства здравоохранения РФ от (дата) №н (в настоящее время действует приказ МЗ РФ №н от (дата)).

Информированные добровольные согласия на медицинские вмешательства получены в соответствии с Федеральным законом РФ №-Ф3.

Медицинская помощь ФИО1 в ГБУЗ «Сызранская ЦГБ» в период с (дата) -(дата) оказана правильно, своевременно, в полном соответствии с приказом МЗ РФ от (дата) №н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при самопроизвольных родах в затылочном предлежании», приказом МЗ РФ от (дата) №ан «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи».

Показаний для проведения экстренного родоразрешения ФИО1, в том числе путем кесарева сечения, в период с (дата) по (дата) до наступления гибели плода не имелось. По желанию пациентки кесарево сечение не проводится.

Состояние плода и женщины было удовлетворительным (КТГ (дата), (дата) - нормальный тип, по УЗИ отсутствие нарушения маточно-плацентарного кровотока). Выявленное по УЗИ обвитие пуповины вокруг шеи плода (встречающееся в 20-24% беременностей) у повторнородящей не является показанием к оперативному родоразрешению.

На этапе оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ Самарской области «Сызранская центральная городская больница» в период времени (дата) - (дата), каких-либо дефектов, оказавших влияние на последующее течение событий и на неблагоприятный исход (гибель плода), не выявлено.

Эксперты пришли к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями медицинских работников ГБУЗ Самарской области «Сызранская центральная городская больница» в период времени (дата) -(дата) и наступившими неблагоприятными последствиями, в виде гибели плода.

Между тем, экспертами установлено нарушение в виде отсутствие письменного отказа пациентки от предложенного изменения тактики ведения родов и отсутствие в «Истории родов» регистрации времени аппаратного контроля сердцебиений плода, в том числе и последнего, что является дефектом оформления медицинской документации. 

Таким образом, несмотря на вывод экспертов, что данные дефекты какого-либо влияния на неблагоприятный исход (гибель плода) не оказали, данное обстоятельство подтверждает факт оказания некачественной медицинской помощи. При этом, также следует отметить, что ФИО1 в своих показаниях как в ходе проверки, в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ, так и на предварительном судебном заседании поясняла, что после 13.10.2016 на УЗИ уже было установлено обвитие пуповиной ребенка. 14.10.2016 истица обращалась к заведующей отделением и врачу, указав на плохое шевеление ребенка и икание, что свидетельствовало об асфиксии плода, просила начать стимулирование родовой деятельности. Однако ей было отказано и жалобы в карточке не отражены.

Согласно выводов экспертов, антенатальная гибель плода у пациентки ФИО1 произошла вследствие острой асфиксии на фоне тугого обвитая пуповины вокруг шеи и туловища. Не существует методов профилактики, направленных исключительно на предупреждение обвитая плода пуповиной, так как повлиять на взаиморасположение плода и пуповины внутри матки никак нельзя. При этом, экспертами указано, что в качестве профилактики можно предупредить гипоксию плода. Если плод не проявляет чрезмерной активности внутри матки, то даже при наличии факторов риска обвития можно избежать. 

В результате ультразвукового исследования (дата) установлено обвитие пуповины вокруг шеи плода. Между тем, в медицинских документах отсутствуют сведения о принятии каких-либо мер в качестве профилактики предупреждения гипоксии плода. 

В соответствии с положениями статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Согласно статье 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подобное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

В данном случае отсутствуют основания ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, поскольку она проведена компетентными экспертами в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, имеющейся медицинской документации и иных материалов гражданского дела, содержание которых нашло своё отражение в исследовательской части заключения.

Не доверять данному заключению оснований не имеется, назначение и проведение указанной экспертизы полностью соответствуют требованиям процессуального законодательства, члены комиссии имеют специальное образование и достаточный опыт работы по специальности, обладают специальными познаниями в исследуемой области, предупреждены судом об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения, не имеют заинтересованности в результатах рассмотрения гражданского дела. Выводы комиссии основаны на подробном исследовании всей медицинской документации, материалов гражданского дела. Сведений, ставящих под сомнение объективность лиц, проводивших судебную экспертизу, не представлено.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что в период нахождений ФИО1 в ГБУЗ СЦКБ с (дата) по (дата) ей была оказана некачественная медицинская помощь, выразившаяся в дефектах оформления медицинской документации, диагностики. 

Вместе с тем, установленные судом недостатки не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде гибели плода. 

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Частью 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание принцип, последовательно утверждаемый Европейским судом по правам человека в своих решениях, согласно которому всякое вмешательство в права собственности должно отвечать критерию пропорциональности; при вмешательстве необходимо придерживаться критерия справедливого равновесия между интересами общества и требованиями защиты основных прав человека.

Таким образом, по материалам дела установлено, что ГБУЗ «Сызранская центральная городская больница» в отношении пациентки ФИО1 были допущены дефекты в оформлении медицинской документации: в виде отсутствие письменного отказа пациентки от предложенного изменения тактики ведения родов и отсутствие в «Истории родов» регистрации времени аппаратного контроля сердцебиений плода, в том числе и последнего. Кроме того, в медицинских документах отсутствуют сведения о принятии каких-либо мер в качестве профилактики предупреждения гипоксии плода при установлении в результате УЗИ (дата) обвитие пуповины вокруг шеи плода. 

При этом, каких-либо доказательств того, что данные недостатки в оказании медицинской помощи непосредственно явились причиной гибели плода не представлено.

Установив факт оказания ответчиком в отношении пациентки ФИО1 некачественной медицинской помощи, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о компенсации морального вреда. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо (пункт 1 этого постановления). 

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»), поэтому применение судами вышеназванной конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 10 названного постановления).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2001 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 года по делу «Максимов (Maksimov) против России» указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При определении размера компенсации морального вреда, с учетом вышеприведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд исходит из обстоятельств дела, степени допущенных медицинскими работниками дефектов при оказании помощи ФИО1, характера нравственных страданий и переживаний, перенесенных истицей вследствие некачественного оказания ей медицинской помощи, также принимая во внимание требования разумности и справедливости, и полагает необходимым взыскать с ГБУЗ «Сызранская центральная городская больница» в пользу ФИО1 100 000 руб. 

Поскольку компенсация морального вреда взыскивается в пользу истицы ФИО1 в связи с оказанием ей медицинских услуг ненадлежащего качества, не повлекших гибель плода, оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда в заявленном размере – 2 500 000 руб., не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 196-199 ГПК РФ, районный суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Сызранская центральная городская больница» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Сызранская центральная городская больница» денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Сызранская центральная городская больница» в доход бюджета муниципального образования «Новоспасский район» государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня изготовления в окончательной форме в Ульяновский областной суд через Новоспасский районный суд.

Судья: Л.И. Костычева

Решение изготовлено в окончательной форме 15.07.2021

Судья: Л.И.Костычева