Дело № 2 – 536 / 2019 Принято в окончательной форме 30.04.2019 

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 апреля 2019 г. г. Ярославль

Фрунзенский районный суд г. Ярославля в составе судьи Тарасовой Е.В., при секретаре Комаровой В.А., с участием

истца ФИО1, представителя истца ФИО2 по доверенности (л.д. 8),

представителя ответчика ФИО3 по доверенности (л.д. 20),

третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «КДК» о расторжении договора, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 в лице представителя ФИО2 с учетом уточнений (л.д. 108) обратилась в суд с иском к ООО «КДК» о расторжении договора на оказание платных медицинских услуг от 10.09.2018, взыскании уплаченных за оказание медицинских услуг денежных средств в сумме 6000 руб., неустойки в сумме 6000 руб., компенсации морального вреда в размере 200000 руб., штрафа в сумме 106000 руб. В обоснование требований указано, что 10.09.2018 при первичном посещении истцом медицинской организации ООО «КДК» с целью проведения обследования при беременности, между сторонами был заключен договор на оказание платных медицинских услуг. Заключение указанного договора явилось следствием длительных уговоров ФИО1 врачом ООО «КДК» акушером-гинекологом ФИО4, убеждавшей истца в необходимости прерывания беременности. По договору ООО «КДК» приняло на себя обязательства по проведению врачебного осмотра, обследования с помощью УЗИ диагностики, анализа мазка из влагалища бактериоскопическим методом, процедуры прерывания беременности медикаментозным методом, контрольного осмотра, а ФИО1 – обязательство оплатить указанные услуги в размере 6000 руб. В день заключения договора по настоянию ФИО4 истцу была проведена процедура прерывания беременности медикаментозным методом, а также УЗИ диагностика, при этом мазок из влагалища для проведения анализа бактериоскопическим методом взят не был. В нарушение требований ч. 3 ст. 56 Федерального закона от 21 ноября 2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее Закон № 323-ФЗ) врач ООО «КДК» не предоставил истцу информацию о возможности проведения процедуры искусственного прерывания беременности только через 48 часов после обращения в медицинскую организацию. Кроме того, в нарушение п.п. 105, 106 Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утвержденного Приказом Минздрава России от 01.11.2012 № 572н (далее Порядок), при оказании истцу медицинских услуг ООО «КДК» не было проведено исследование с целью определения срока беременности и исключения медицинских противопоказаний, а также не было проведено микроскопическое исследование отделяемого от женских половых органов, определение основных групп крови и резус-принадлежности. В результате некачественного оказания услуг истцу был причинен существенный вред, выразившийся в лишении возможности стать матерью в результате желанной и долгожданной беременности. Моральный вред истец оценивает в 200000 руб. Истец обратилась к ответчику с требованием о расторжении договора и возврате денежных средств, уплаченных по договору, в размере 6000 руб. До настоящего времени денежные средства истцу не возвращены. Неустойка за период просрочки с 01.12.2018 по 15.01.2019 (46 дн.) составит 8280 руб. (6000 руб. х 3 % х 46 дн.).

В судебном заседании истец ФИО1, её представитель ФИО2 исковые требования поддержали по изложенным в иске основаниям. ФИО1 дополнительно пояснила, что изначально в клинику записывалась на прерывание беременности, но перед посещением врача, переговорив с отцом ребенка, передумала и решила пройти только ультразвуковое обследование. На приеме ФИО4 обследовала истца на предмет срока беременности, провела трансвагинальное ультразвуковое исследование, мазок из влагалища на исследование врачом не брался, поскольку данная манипуляция предполагает осмотр на гинекологическом кресле, а такого осмотра не было. Группа крови определялась врачом со слов истца. ФИО4 оказывала на истца моральное давление, внушала, что беременность это плохо, не давала время подумать. Также врач не предупредила о противопоказаниях при прерывании беременности, которые у истца имеются, а именно возраст и сердечное заболевание – аритмия. Для прерывания беременности следовало выпить 2 таблетки, одну ФИО1 приняла в клинике, вторую уже дома. Медицинские документы ФИО1 подписывала под давлением врача, где последняя указала, там истец и подписала. Оплата медицинских услуг производилась истцом у администратора. Нравственные страдания выражаются в прерывании беременности.

Представитель истца ФИО2 указала, что ответчиком допущены серьезные нарушения прав потребителя, а именно не предоставлена информация о «времени тишины» после обращения за процедурой прерывания беременности, не оказана услуга по проведению обследования врачом-гинекологом, не взят анализ на определение группы крови и резус-фактора. До настоящего времени истец претерпевает глубокие страдания. Учитывая индивидуальные особенности личности истца, а именно её эмоциональность и психическую подвижность, она восприняла сложившуюся ситуацию как огромную несправедливость, которая произошла по вине другого человека. Беременность – это сложная ситуация для любой женщины, врач должна была поддержать истца. К записям в медицинской карте о проведении врачом осмотра просила относиться критически, поскольку подлинник данного документа был представлен суду на обозрение в расшитом виде без нумеровки страниц, позволяющем свободно помещать в медицинскую карту любые дополнительные страницы. 

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что в подписанном истцом добровольном согласии содержатся сведения о праве пациента воспользоваться 48 часами перед процедурой прерывания беременности. Истцу данное время было предоставлено, но она настояла на данной процедуре ранее 48 часов, несмотря на то, что получила информацию, что беременность протекает без патологий. Процедура прерывания беременности была проведена качественно, претензий на состояние здоровья ФИО1 не предъявляла. С ФИО1 заключалось два договора: один на осмотр пациента, который подписывается при обращении пациента в клинику, второй после осмотра на конкретный вид процедуры. Объяснения истца в части невзятия мазка голословны. Требование об определении группы крови носит рекомендательный характер, в данном случае необходимости в этом не было, группа крови была указана со слов пациента. Позиция истца строится на том, что ей должны были отказать в прерывании беременности, однако данное решение принималось самим пациентом без давления врача. ООО «КДК» исследование мазка не проводит, направляет образцы в специализированную организацию, с которой заключен договор. Медицинская карта была расшита для того, чтобы сделать из неё копии. 

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании (после перерыва не явилась) полагала требования не подлежащими удовлетворению, указала, что пациентка была записана на медикаментозное прерывание беременности. Разговоров о том, что истец хочет сохранить беременность, не было, напротив ФИО1 указывала, что в данный момент рожать возможности нет. Давления на пациентку никакого не оказывалось, решение о прерывании беременности истец принимала самостоятельно. Процедура прерывания беременности у истца прошла успешно, возможность беременности сохранилась. При приеме 10 сентября ФИО1 была дана информация о методах прерывания беременности, конкретно о медикаментозном методе, также был взят мазок из влагалища на исследование, проведено ультразвуковое исследование, анализ крови не брался. Мазки в ООО «КДК» не исследуются. Повторно, после прерывания беременности, ФИО1 приходила на прием к другому врачу.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу, что иск подлежит частичному удовлетворению, исходя из следующего.

На основании п. 6 ст. 4 Закона № 323-ФЗ основными принципами охраны здоровья являются доступность и качество медицинской помощи. Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 Закона № 323-ФЗ).

В соответствии с п. 27 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.10.2012 N 1006, исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида. В случае если федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации предусмотрены обязательные требования к качеству медицинских услуг, качество предоставляемых платных медицинских услуг должно соответствовать этим требованиям.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Закона № 323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. 

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2, 3 ст. 98 Закона № 323-ФЗ).

К отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»).

В соответствии со ст. 4 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее Закон о ЗПП) исполнитель обязан оказать потребителю услугу, качество которой соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать потребителю услугу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям. Если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к услуге, исполнитель обязан оказать потребителю услугу, соответствующую этим требованиям.

Согласно ст. 2 Закона № 323-ФЗ медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение; качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии со ст.ст. 1095, 1096, 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), ст.ст. 12, 14 Закона о ЗПП вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина вследствие недостатков услуги, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет. Исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования результатами работы, услуги.

Согласно п. 1 ст. 10 Закона о ЗПП изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В силу ст. 27 Закона о ЗПП исполнитель обязан осуществить выполнение работы (оказание услуги) в срок, установленный правилами выполнения отдельных видов работ (оказания отдельных видов услуг) или договором о выполнении работ (оказании услуг). Срок выполнения работы (оказания услуги) может определяться датой (периодом), к которой должно быть закончено выполнение работы (оказание услуги) или (и) датой (периодом), к которой исполнитель должен приступить к выполнению работы (оказанию услуги). Согласно ч. 4 ст. 13 Закона о ЗПП исполнитель освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно ч. 1 ст. 22 Закона № 323-ФЗ каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе, сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи. Информация о состоянии здоровья предоставляется пациенту лично лечащим врачом или другими медицинскими работниками, принимающими непосредственное участие в медицинском обследовании и лечении.

В соответствии со ст. 20 Закона № 323-ФЗ необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи. Информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или отказ от медицинского вмешательства содержится в медицинской документации гражданина и оформляется в виде документа на бумажном носителе, подписанного гражданином.

Согласно ст. 56 Закона № 323-ФЗ искусственное прерывание беременности проводится по желанию женщины при наличии информированного добровольного согласия, не ранее 48 часов с момента обращения женщины в медицинскую организацию для искусственного прерывания беременности.

В соответствии с п.п. 105, 106 Порядка врач-акушер-гинеколог при обращении женщины за направлением на искусственное прерывание беременности производит обследование для определения срока беременности и исключения медицинских противопоказаний. Перед направлением на искусственное прерывание беременности при сроке до двенадцати недель рекомендуется микроскопическое исследование отделяемого женских половых органов, определение основных групп крови (A, B, 0) и резус-принадлежности, УЗИ органов малого таза.

Искусственное прерывание беременности в зависимости от срока беременности, показаний и противопоказаний может быть проведено с использованием медикаментозного или хирургического метода на основании информированного добровольного согласия женщины. При медикаментозном методе прерывания беременности используются лекарственные средства, зарегистрированные на территории Российской Федерации, в соответствии с инструкциями по медицинскому применению препаратов (п. 107 Порядка).

Из объяснений ФИО1 следует, что она записалась на прием в медицинское учреждение ответчика на 10.09.2018 для искусственного прерывания беременности, однако в день приема 10.09.2018 сообщила врачу, что аборт делать не желает, намерена произвести только УЗИ-исследование. В свою очередь, из объяснений представителя ответчика и третьего лица следует, что 10.09.2018 истец обратилась в ООО «КДК» с жалобами на задержку менструации, предположением беременности и желанием прервать данную беременность; при осмотре врачом был поставлен диагноз «беременность 5 недель», установлено волеизъявление пациента на прерывание беременности, даны рекомендации, объяснена суть медикаментозного прерывания беременности; об отказе от аборта истец врачу не сообщала. 

Как видно из материалов дела, 10.09.2018 между ФИО1 (заказчик, пациентка) и ООО «КДК» (исполнитель) было заключено два договора на оказание медицинских услуг: один без указания конкретной медицинской услуги и ее стоимости (л.д. 38), предметом второго являлась обязанность исполнителя с добровольного согласия пациентки произвести ей прерывание беременности медикаментозным методом, а пациентка оплатить указанную операцию в размере 6000 руб. (л.д. 86). П. 2.1 второго договора установлена обязанность исполнителя произвести врачебный осмотр пациентки перед процедурой, обследовать пациентку: УЗИ органов малого таза, мазок из влагалища бактериоскопическим методом, произвести процедуру прерывания беременности медикаментозным методом, произвести контрольный осмотр пациентки после процедуры с подтверждением прерывания беременности УЗ исследованием. 

Из представленного в материалы дела информированного добровольного согласия на проведение искусственного прерывания беременности по желанию женщины (л.д. 87), подписанного ФИО1, следует, что у истца имелось 48 часов для обдумывания и принятия окончательного решения. Кроме того, ФИО1 подтвердила, что на неё не оказывалось давление, и она осознанно принимает решение о проведении искусственного прерывания беременности.

В ходе судебного разбирательства не установлено, что согласие на прерывание беременности было дано истцом под давлением врача. В пользу наличия у истца самостоятельно принятого решения об аборте свидетельствуют, в частности, такие обстоятельства, как то, что истец не встала на учет по беременности в женской консультации; изначально записалась к ответчику именно на проведение прерывания беременности; во время нахождения в учреждении ответчика истец, как следует из ее объяснений, «гуглила» на предмет того, что из себя представляет плод на установленном ей сроке беременности; подписала договор на проведение данной процедуры, произвела оплату; приняла таблетку. 

Как следует из карты прерывания беременности (л.д. 90), искусственное прерывание беременности пациентке ФИО1 при сроке беременности 5 недель проведено в день в обращения в медицинскую организацию 10.09.2018, то есть ранее 48 часов с момента обращения женщины в медицинскую организацию для искусственного прерывания беременности. 

Из представленной в материалы дела медицинской документации усматривается, что 10.09.2018 ФИО1 было также проведено УЗИ органов малого таза, определена группа крови и резус-принадлежность со слов пациента (л.д. 88). Оснований не доверять указанным документам у суда не имеется, данные сведения соответствуют объяснениям самой ФИО1

В рамках проверки, проводимой Территориальным органом Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Ярославской области по факту обращения ФИО1 по вопросу нарушения порядка проведения медикаментозного прерывания беременности ООО «КДК», были выявлены нарушения требований п. 3 ст. 56 Закона № 323-ФЗ, а именно факт несоблюдения врачом акушером-гинекологом ФИО4 регламентированного «время тишины» для искусственного прерывания беременности – 48 часов с момента обращения женщины в медицинскую организацию; п. 105 Порядка, а именно отсутствие обследования врача акушера-гинеколога для определения срока беременности и исключения медицинских противопоказаний, п. 106 Порядка, а именно отсутствие обследования перед искусственным прерыванием беременности – определения основных групп крови и резус-принадлежности (акт проверки – л.д. 30-33, предписание – л.д. 34-35). Согласно постановлению № 31 по делу об административном правонарушении от 13.11.2018 (л.д. 42-49) ФИО4 была признана виновной в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 6.32 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ей было назначено наказание в виде административного штрафа в размере 4000 руб.

С учетом изложенного, суд полагает доказанным, что ООО «КДК» медицинская услуга по прерыванию беременности была оказана ФИО1 с нарушением срока, предусмотренного ст. 56 Закона № 323-ФЗ. Доказательств того, что сроки исполнения медицинской услуги нарушены вследствие обстоятельств непреодолимой силы или по вине потребителя, в материалах дела не имеется.

Вместе с тем, вопреки позиции стороны истца, преждевременное оказание медицинской услуги суд не считает нарушением требований к ее качеству.

Нарушение прав ФИО1 как потребителя в части не оказания медицинских услуг по определению основных групп крови и резус-принадлежности перед процедурой прерывания беременности судом не установлено. Из буквального толкования п. 106 Порядка усматривается, что определение основных групп крови и резус-принадлежности перед направлением на искусственное прерывание беременности при сроке до двенадцати недель носит не обязательный, а рекомендательный характер. Кроме того, как следует из медицинской документации, группа крови и резус-принадлежность врачом определялись со слов пациента. 

Доводы истца о неисполнении ответчиком договора в части взятия и исследования мазка из влагалища суд полагает обоснованными. Надлежащих и достоверных доказательств того, что врач-акушер-гинеколог произвел осмотр истца, в ходе которого только и возможно взятие мазка, ответчиком не представлено. Согласно акту проверки Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Ярославской области в медицинской карте ФИО1 на момент проверки отсутствовала запись об осмотре беременной женщины, данный акт подписан представителем ответчика без замечаний (л.д. 32, 33). С учетом данного факта суд критически оценивает представленную ответчиком медицинскую карту истца в части листа с записью об осмотре (л.д. 85) и не доверяет справке об исследовании мочеполовых органов (л.д. 88), на которой, кроме того, отсутствует расшифровка подписи лица, проводившего данное исследование. 

Вместе с тем, суд не усматривает достаточных оснований полагать, что указанный недостаток услуги является существенным, в том числе с учетом представленных стороной истца медицинских документов из женской консультации ГУЗ ЯО Клиническая больница № 8 с результатами приема врача и исследований от 29.08.2018 (л.д. 79-81), а также принимая во внимание, что доводы истца о наличии у нее противопоказаний к медикаментозному аборту носят предположительный характер, документально не подтверждены. Кроме того, из медицинских документов из женской консультации ГУЗ ЯО Клиническая больница № 8 следует, что в период после прерывания беременности никакой патологии у ФИО1 не выявлено (л.д. 82-83), что свидетельствует об отсутствии вреда здоровью истца. Таким образом, в данном случае недостаточно полный осмотр пациента (лишь посредством УЗ-исследования, без бимануального осмотра) не может служить основанием для расторжения договора в соответствии с п. 1 ст. 29 Закона о ЗПП, а также для удовлетворения производных от него требований о возврате уплаченной цены договора и взыскании неустойки, потребитель вправе предъявить иное требование – о соответствующем уменьшении цены оказанной услуги.

При установленных обстоятельствах дела – оказание услуги ранее установленного законом срока и с недостатком, хотя и несущественным – имеются основания для компенсации истцу морального вреда.

В соответствии со ст. 15 Закона о ЗПП моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства дела, характер страданий истца, индивидуальные особенности истца (в частности, ее пол, возраст – ФИО1 ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения), степень вины ответчика, а также требования разумности и справедливости. Суд учитывает, что предоставленное законом время могло иметь значение для выбора истцом решения в пользу сохранения или прерывания беременности. 

Учитывая изложенное, суд находит заявленный истцом размер компенсации морального вреда завышенным и считает разумным и справедливым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 30000 руб. 

В силу п. 6 ст. 13 Закона о ЗПП при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку обращение потребителя к исполнителю в досудебном порядке имело место быть (претензия с отметкой о получении – л.д. 12-13), а ответчику в свою очередь, о требованиях потребителя было известно, однако в досудебном порядке и в ходе судебного разбирательства ответчик требований потребителя не удовлетворил, то взыскание с ответчика штрафа является обязательным. Общая сумма штрафа составляет 15000 руб. (30000 х 50 %). 

Поскольку при подаче искового заявления в силу пп. 4 п. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (НК РФ) от уплаты государственной пошлины истец был освобожден, то в силу п. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) государственная пошлина подлежит взысканию в бюджет с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в сумме 300 руб. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «КДК» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей, штраф за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя в сумме 15000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «КДК» в бюджет государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья Е.В. Тарасова