Дело № 2-№/2025

УИД 60RS0001-01-2025-№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 сентября 2025 года город Псков

Псковский городской суд Псковской области в составе:

судьи Пулатовой З.И.

при секретаре Мозжухиной А.В.

с участием истца Г.И.И.

представителя истца Ф.А.Е.

представителя ответчика Г.Н.И.

третьего лица С.В.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Г.И.И. к ПАО «Сбербанк» о признании кредитного договора и переводов с кредитной карты недействительными, обязании возвратить денежные средства, 

УСТАНОВИЛ:

Г.И.И. обратилась в суд с иском к ПАО «Сбербанк» (далее по тексту также Банк) о признании кредитного договора и переводов с кредитной карты недействительными, обязании возвратить денежные средства, в обоснование указав, что ДД.ММ.ГГГГ, в ДД.ММ.ГГГГ минуты ею под влиянием обмана неустановленных лиц и под влиянием С.В.А. заключен договор потребительского кредита № № на сумму 290 000 рублей, с процентной ставкой 25,50 % годовых. В ДД.ММ.ГГГГ через мобильное приложение «Сбербанк Онлайн» совершен безналичный перевод средств с кредитной карты истца на ее платежный счет в сумме 163 213 рубль, в 19 часов 10 минут – безналичный перевод по СБП (Т-Банк) получателю С.В.А. на сумму 448 000 рублей. В указанную дату в мобильном приложении «Сбербанк Онлайн» Банком одобрено увеличение лимита по кредитной карте на сумму 285 000 рублей, осуществлены переводы со счета на счет истца на сумму 83 121 рубль и 86 621 рубль - по СБП получателю С.В.А. Всего на счет С.В.А. истцом перечислены денежные средства в размере 534 621 рубля, при этом С.В.А. взяла на себя обязательства по погашению кредитов истца, которые ею надлежащим образом не исполняются. Возбуждено уголовное дело, по которому истец признан потерпевшим. Полагая заключенные с ответчиком сделки под влиянием обмана со стороны С.В.А. и неустановленных лиц, в отсутствие необходимости в кредитных средствах, непринятие Банком надлежащих мер по проверке наличия признаков перевода денежных средств без согласия клиента или согласия клиента под влиянием обмана, с учетом тяжелого материального положения, отсутствия достаточного заработка для погашения образовавшейся кредитной задолженности, истец просил суд признать договор потребительского кредита от ДД.ММ.ГГГГ № № недействительным, а также признать недействительными переводы с кредитной карты № в размере 102 074 копеек, совершенные Г.И.И. в счет уплаты процентов, и возместить данные денежные средства. 

Истец и его представитель в судебном заседании исковые требования поддержали, дополнительно указав, что к истцу обратилась ее подруга С.В.А. по вопросу дополнительного заработка в интернете, высказала просьбу стать ее доверенным лицом в каких-то финансовых операциях. В результате телефонных переговоров С.В.А. с неким Д., представившимся менеджером, в присутствии истца последняя через мобильное приложение «Сбербанк Онлайн» оформила кредитный договор и увеличила лимит по кредитной карте, после чего перевела денежные средства на счет С.В.А. предполагая, что денежные средства вернутся в течение двух часов (дней), как обещала С.В.А.., а ей, в свою очередь, обещали мошенники. В случае блокировки Банком хотя бы одной операции дальнейшие операции по переводу денег истец не стал бы совершать, однако ответчик проверку наличия признаков перевода денежных средств под влиянием обмана не совершил. Ранее истец использовала счет, открытый в ПАО Сбербанк, исключительно для оплаты коммунальных платежей, мелких бытовых сделок, транспортных услуг, тогда как получение в один день кредита и увеличение лимита по кредитной карте являются нетипичными сделками для истца, что Банком учтено не было. О том, что ею оформлен кредит, истец поняла только 15.11.2024. Первоначально Банк отклонил заявку истца на кредит в размере 410 000 рублей. Когда происходило оформление заявки, присутствовала С.В.А. и в телефонном режиме - неустановленное лицо (мошенник), который руководил всеми действиями истца, сообщения Банка не читала, только выполняла указания мошенника, который звонил по системе «СКАЙП» и истцу, и С.В.А.. Все происходило очень быстро, какие функции выполняла на своем мобильном устройстве, истец не помнит. Истец понимала, что передает деньги С.В.А. с целью получения заработка последней на операциях с криптовалютой. Обстановка общения с мошенниками была благоприятной, были некоторые сомнения, но истец доверяла С.В.А. Ранее истец использовала кредитную карту, максимально 30-40 000 рублей за месяц. Приложение «Сбербанк Онлайн» установлено на телефоне истца для удобства, в тот период, когда был заключен первый договор по кредитной карте. 

Представитель ответчика в судебном заседании иск не признал, в возражение указав, что факт мошенничества не подтвержден надлежащими доказательствами, тогда как кредитный договор заключен между сторонами на согласованных условиях и в установленном законом порядке – Банком проведена идентификация и аутентификация клиента в соответствии с известными только клиенту средствами доступа и с условиями банковского обслуживания. Аналогичные операции совершены по увеличению лимита кредитной карты. При заключении договора истец не проявил обычной осмотрительности, несмотря на активное распространение в публичном пространстве государственными органами, СМИ, Банками сведений о способах мошенничества, связанных с дополнительным заработком в интернете. Просил учесть, что Банк не знал и не мог знать об обстоятельствах получения кредита истцом, об обмане кого-либо из участников третьими лицами, тогда как совершенные истцом сделки являются стандартными для клиентов Банка. Кредитные денежные средства были использованы истцом для передачи С.В.А. по договору займа, таким образом, реализовался обычный риск, свойственный заемным отношениям, надлежащим способом защиты в данном случае является взыскание задолженности с заемщика, не исполнившего обязательства по договору. Распоряжение денежными средствами совершено клиентом после заключения кредитного договора, истец активно использует приложение «Сбербанк Онлайн» для переводов, в том числе на счета, открытые в сторонних Банках. 

Третье лицо в судебном заседании исковые требования поддержала, указав, что, имея намерение дополнительного заработка в интернете, оставила заявку на сайте и получила предложение заработка на криптовалюте. Открыв личный кабинет в приложении, которое не сохранилось, осуществила несколько переводов денежных средств по реквизитам, указанным неким Д., с которым общалась по телефону. Для увеличения заработка и страховки обратилась к нескольким близким людям, в том числе к Г.И.И.., с просьбой предоставить денежные средства в долг, для чего, находясь под влиянием обмана со стороны третьих лиц, уговорила Г.И.И. использовать кредитные денежные средства для передачи ей, поскольку была уверена, что через несколько дней сможет вернуть долги. Ею составлена долговая расписка и частично выплачены денежные средства с целью погашения истцом процентов по кредитной карте. 

Суд, выслушав объяснения сторон, третьего лица, показания свидетеля Г.У.С.., исследовав материалы дела, уголовного дела СО ОМВД России по Псковскому району № №, приходит к следующему.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 этой же статьи никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения может отказать в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применить иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).

В соответствии со статьей 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Из пункта 1 статьи 819 ГК РФ, положений статей 5 и 7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

В пункте 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите установлено, что документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с этим Федеральным законом (пункт 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите).

В части 2 статьи 5 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

В части 2 статьи 6 указанного Федерального закона закреплено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 данного Федерального закона.

Электронный документ согласно статье 9 названного Закона считается подписанным простой электронной подписью при выполнении, в том числе, одного из следующих условий:

1) простая электронная подпись содержится в самом электронном документе;

2) ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

В части 2 этой же статьи указано, что нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности:

1) правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи;

2) обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность. 

Таким образом, при заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Учитывая изложенное, легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

В силу статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. 

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2).

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 этой статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 данного кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки (пункт 4).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Согласно абзацу 4 пункта 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Приведенные нормы закона предусматривают последствия заключения сделки с пороком воли.

Судом установлено, что между Г.И.И.. и ПАО «Сбербанк России» заключен договор банковского обслуживания на основании личного заявления истца от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10-25, том 2).

Истцом подтверждено, что она ознакомлена с условиями договора, тарифами Банка и с ними согласна, кроме того, уведомлена о том, что Условия банковского обслуживания размещены на официальном сайте Банка и (или) в его подразделениях.

С использованием банковской карты истец получил возможность совершать определенные договором операции по своим счетам карт, вкладам и другим продуктам в банке через Удаленные каналы обслуживания (п. 1.1 Приложения № 1 к Условиям договора – л.д. 17-20, том 2).

В соответствии с п. 3.8. Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания электронные документы, в том числе договоры и заявления, предложения (оферты), направляемые сторонами друг другу и подписанные с использованием аналога собственноручной подписи/ простой электронной подписью, признаются Банком и клиентом равнозначными документам на бумажном носителе, подписанным собственноручной подписью, и могут служить доказательством в суде.

Указанные документы являются основанием для проведения операций банком и совершения иных действий (сделок).

Доступ клиента к услугам системы «Сбербанк Онлайн» осуществляется при условии его успешной идентификации и аутентификации на основании логина (идентификатора пользователя) и постоянного пароля и/или одноразового пароля (п. 3.6. Приложения № 1 к Условиям договора банковского обслуживания).

Таким образом, истец, являясь клиентом ПАО «Сбербанк», имеет доступ к получению услуг с использованием системы «Сбербанк Онлайн».

На основании заявления истца от ДД.ММ.ГГГГ ей предоставлен доступ к СМС-банку по всем банковским продуктам по единому номеру телефона, истец согласен с тем, что единый номер СМС-банка повреждается одноразовым паролем, направленным на указанный номер мобильного телефона, устанавливаемый в качестве единого номера СМС-банка (л.д. 26, том 2).

Между Г.И.И. и ПАО Сбербанк ДД.ММ.ГГГГ заключен договор на выпуск и обслуживание кредитной карты с возобновляемым лимитом 200 000 рублей (л.д. 36-38, том 2), по заявлению клиента от ДД.ММ.ГГГГ лимит кредита по карте увеличен до 250 000 рублей (л.д. 39, том 2).

Также между сторонами заключен кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого истцу представлен кредит в размере 290 000 рублей, процентная ставка – 26,50% годовых, на срок 60 месяцев, выплата задолженности производится аннуитетными платежами в размере 8 768 рублей 78 копеек (л.д. 18-20, том 1).

Указанные договоры заключены посредством использования удаленного канала обслуживания – в приложении «Сбербанк Онлайн», распоряжения истца на оформление заявки и заключение кредитного договора, увеличения лимита кредитной карты подтверждены действительными средствами подтверждения (простой электронной подписью), а именно СМС-кодами, содержащимися в СМС-сообщениях, направленных на номер телефона истца, которые были верно введены Г.И.И. в системе «Сбербанк Онлайн» в подтверждение совершения каждого конкретного распоряжения; сообщения, содержащие поручение на проведение оспариваемых истцом операций, поступали в банк с телефонного номера Г.И.И.., подключенного к услуге Мобильный Банк (л.д. 27-30, 31-32, том 2).

Верификация и аутентификация клиента по совершенным операциям пройдена, и Банк исполнил распоряжения клиента, зачислив кредит в сумме 290 000 рублей, увеличив лимит кредитной карты, а истцом переведены денежные средства в общем размере 534 621 рубля на счет С.В.А. (л.д. 125, 164-224, том 1). 

Истцом представлены скрин-шоты переписки со С.В.А.., из содержания которой следует, что ДД.ММ.ГГГГ С.В.А. убеждает истца в честности своих намерений по возврату долга, несмотря на сомнения истца, поскольку однажды ей пришлось платить кредит за подругу. В дальнейшем истец направляет С.В.А. информацию о кредитной задолженности, которой переводятся денежные средства в счет погашения возникшей задолженности Г.И.И. перед Банком (л.д. 60-101, том 1). 

Согласно расписке от ДД.ММ.ГГГГ Г.И.И. получила от С.В.А. 80 000 рублей в счет уплаты долга от ДД.ММ.ГГГГ, а С.В.А. обязалась передавать Г.И.И. выплаты по кредитному договору № № в форме 60 аннуитетных платежей ежемесячно, в размере 8 768 рублей 78 копеек, 11 числа каждого месяца, согласно графику платежей, а также выплатить неустойку, погасить задолженность по кредитной карте № в сумме 244 621 рубль и неустойку (л.д. 59, том 1).

Свидетель Г.У.С. в судебном заседании показала, что ее мать Г.И.И. периодически использует приложение «Сбербанк Онлайн» с ее помощью. В ранее установленном приложении не сразу было видно получение кредита, надо открыть специальную вкладку. Со слов матери обстоятельства заключения кредита она не помнит. ДД.ММ.ГГГГ мать находилась в гостях у С.В.А. которая до этой даты просила у матери финансовую помощь. Свидетель сразу поняла, что это мошенники, но не вмешивалась. После ДД.ММ.ГГГГ мошенник звонил матери с телефона, зарегистрированного на Кипре, разговор начала свидетель, по номеру телефона она поняла, что это мошенник, далее продолжила разговор с ним мать, которой он обещал вернуть деньги с помощью некой М. – доверенного лица. Обстоятельства заключения спорных сделок свидетель знает со слов матери, которой она посоветовала обратиться в полицию. 

Оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что кредитный договор заключен в офертно-акцептном порядке путем направления клиентом в банк заявления на получение кредита и акцепта со стороны банка путем зачисления денежных средств на счет клиента, Банк в полном объеме исполнил свои обязательства по договору, предоставил истцу кредитные денежные средства, что подтверждается выпиской по счету, все операции по заключению кредитного договора, зачислению денежных средств на счет и дальнейшая выдача денежных средств проводились Банком после идентификации и аутентификации клиента, на основании поручений клиента, путем введения одноразовых паролей с номера телефона, принадлежащего истцу, при информированности клиента о совершаемых операциях и получении его санкции на их проведение.

На основании пункта 4 статьи 11 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в целях заключения гражданско-правовых договоров или оформления иных правоотношений, в которых участвуют лица, обменивающиеся электронными сообщениями, обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения, в порядке, установленном федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами.

Указанный способ использования аналога собственноручной подписи предусмотрен статьей 160 ГК РФ и согласован сторонами при заключении договора банковского обслуживания, который истцом не оспорен.

Доводы истца о том, что она является потерпевшей по уголовному делу, была обманута опосредованно через С.В.А. третьими лицами, осуществляла переводы кредитных средств С.В.А. под влиянием обмана со стороны этих лиц, основаниями для признания кредитного договора и увеличения Банком лимита по кредитной карте недействительными не являются.

Материалы уголовного дела № №, предварительное следствие по которому приостановлено, содержат лишь показания потерпевших и представленные выписки по банковскому счету.

Противоправные действия третьих лиц по отношению к С.В.А.., в случае установления данного факта по уголовному делу, являются основанием для их гражданско-правовой ответственности по обязательствам вследствие причинения вреда либо неосновательного обогащения, но не свидетельствуют о том, что кредитный договор с Банком недействителен, поскольку обмана со стороны Банка при совершении сделки судом не установлено, не представлено доказательств того, что виновные в обмане лица являлись работниками или представителями Банка или же своими действиями содействовали в заключении кредитного договора и увеличении лимита карты.

Во всяком случае действия сторон гражданских правоотношений должны носить характер осмотрительный, явствующий из обычного поведения сторон.

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27.06.2024 № ОД-1027, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции; место осуществления операции; устройство, с использованием которого осуществляется операция, и параметры его использования; сумма осуществления операции; периодичность (частота) осуществления операций; получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Суд соглашается с доводами представителя ответчика об отсутствии данных признаков, поскольку отсутствовала информация о включении С.В.А. или устройства истца в базу данных о случаях и попытках осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия клиента, формирование и ведение которой осуществляется Банком России; отсутствовали признаки нетипичности ситуации, так как переводы осуществлены с устройства, которое клиент использует длительное время, ранее такие операции неоднократно совершались клиентом (перевод по СБП), что подтверждается выпиской по счету. 

Суд принимает во внимание, что действия истца по заключению кредитного договора и увеличению лимита кредитной карты были направлены на реализацию возможности С.В.А.., с которой она давно и близко знакома, дополнительного заработка, при этом о распространенных мошеннических схемах истец знала из СМИ, в связи с чем сомневалась в реальности способа заработка, предложенного неустановленными лицами С.В.А.., однако, несмотря на достаточность информации и имеющиеся сомнения, осуществила намеренные действия по заключению кредитного договора и увеличению лимита кредитной карты, перечислив полученные денежные средства С.В.А.., рассчитывая на возврат долга, что свидетельствует о возникновении заемных отношений между истцом и С.В.А. и подтверждается представленной распиской. 

Поскольку ранее истец заключала кредитные договоры, она была ознакомлена с условиями дистанционного оформления кредита и одномоментного его заключения.

Также суд учитывает, что после одобрения Банком заявки на кредит, с указанием даты, до которой клиент может получить денежные средства на согласованных условиях, определения клиентом счета для зачисления кредитных денежных средств, ежемесячной платежной даты, клиент подписывает индивидуальные условия кредитования, при этом знакомится с Общими условиями. 

Вопреки доводам истца ответчик доказал, что оформление кредитного договора состоит из нескольких последовательных этапов и до ввода одноразового пароля истец мог ознакомиться как с текстом индивидуальных условий кредитования, так и с Общими условиями кредитования. При этом у ответчика не было оснований сомневаться в том, что действия совершаются клиентом Г.И.И.., который был надлежащим образом идентифицирован, в том числе по номеру телефона, и распорядился денежными средствами путем совершения операций по переводу денежных средств как на свой счет, а впоследствии - иному лицу. Банк не был уведомлен клиентом об утрате карты либо компрометации средств доступа к счету кредитной карты или иному счету, напротив, последовательные действия по использованию карты клиентом давали Банку основания полагать о заключенности и действительности кредитного договора и изменений условий договора кредитной карты по увеличению лимита, тогда как в соответствии с п. 13 ст. 5 Федерального закона от 27.06.2011 № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» именно клиент обязан предоставить оператору по переводу денежных средств достоверную информацию для связи с клиентом, а в случае ее изменения своевременно предоставить обновленную информацию. Обязанность оператора по переводу денежных средств по направлению клиенту уведомлений, предусмотренных настоящим Федеральным законом, считается исполненной при направлении уведомления в соответствии с имеющейся у оператора по переводу денежных средств информацией для связи с клиентом.

Доводы о нарушении финансовой организацией прав истца не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, кредитный договор заключен и увеличение лимита карты произведено в соответствии с требованиями закона, правовых оснований для признания их недействительными не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Г.И.И. в удовлетворении иска к ПАО «Сбербанк» о признании кредитного договора и переводов с кредитной карты недействительными, обязании возвратить денежные средства отказать.

Решение может быть обжаловано в Псковский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Псковский городской суд в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Судья З.И. Пулатова

Решение в окончательной форме изготовлено 26.09.2025.