Дело № 1- 4/2022

Уникальный идентификатор дела: 45RS0023-01-2015-000818-38

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Шумиха 15 февраля 2022 года

Шумихинский районный суд Курганской области в составе председательствующего судьи Морсковой Е.И.,

с участием государственных обвинителей Калужникова А.В., Шерстнева С.В., Маслова М.С., 

потерпевшей Ю.,

потерпевшего Б., 

подсудимого ФИО1,

защитника подсудимого адвоката Недомец Е.В.,

при секретарях Усмановой Э.С., Королевой Н.А., Тарасовой Е.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Шумихе Шумихинского района Курганской области уголовное дело в отношении

ФИО1, несудимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 167 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил

умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия;

угрозу убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы;

покушение на убийство двух лиц, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на умышленное причинение смерти двум лицам, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам, совершенное общеопасным способом;

умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением оружия;

умышленное уничтожение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное общеопасным способом.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

28 мая 2015 года в период времени с 18 часов 30 минут до 18 часов 45 минут ФИО1, находясь во дворе дома по адресу: ***, в ходе ссоры с Ю., возникшей на почве личных неприязненных отношений, умышленно, с целью причинения Ю. телесных повреждений, нанес Ю. один удар кулаком в лицо, от которого она упала на землю, после чего одной рукой схватил Ю. за волосы, а второй нанес Ю. не менее 3 ударов по голове, после чего, взяв молоток, используя его в качестве оружия, умышленно нанес молотком не менее 2 ударов по голове и не менее 6 ударов по рукам и ногам Ю. 

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил Ю. телесные повреждения в виде ***, в совокупности причинивших легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства на срок до 21 дня, ***, не причинивших вреда здоровью.

28 мая 2015 года в период времени с 18 часов 30 минут до 18 часов 45 минут, непосредственно после нанесения ударов кулаками и молотком Ю., ФИО1, находясь в сенях дома по адресу: ***, умышленно, на почве личных неприязненных отношений с Ю., с целью устрашения Ю., удерживая ее за волосы, держа во второй руке молоток, высказал в адрес Ю. угрозу убийством, выраженную словом «зашибу», которую Ю. воспринимала реально, имела основания опасаться осуществления данной угрозы.

03 июня 2015 года около 02 часов 00 минут у ФИО1, находившегося в своей половине дома по адресу: ***, на почве ревности возник преступный умысел на убийство Ю. и неизвестного лица, находящегося по его предположению в смежной половине дома по месту проживания Ю. 

Непосредственно после этого, с целью реализации своего преступного умысла, ФИО1, осознавая, что в смежной половине дома помимо вышеуказанных лиц находятся Т. и несовершеннолетний Б., извлек из металлического сейфа принадлежащее ему гладкоствольное охотничье огнестрельное оружие - ружье модели МР-153 №***, 12 калибра, пригодное для производства выстрелов, собрал его, зарядил пятью охотничьими патронами 12 калибра, снаряженными дробью.

После этого ФИО1 подошел с заряженным ружьем к перегородке, разделяющей его комнату с комнатой, в которой находились Ю., Б., Т., а также по его предположению неизвестное лицо и произвел из вышеуказанного ружья четыре выстрела в быстрой последовательности. При этом ФИО1 предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти и телесных повреждений Ю. и неизвестного ему лица и желал их наступления. 

ФИО1 знал о поражающих свойствах дробового заряда огнестрельного оружия, осознавал, что действует общеопасным способом, поскольку своими действиями, направленными на убийство Ю. и неизвестного ему лица, он также создает реальную опасность для жизни и здоровья иных лиц, Б. и Т., предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти и телесных повреждений Б. и Т., но относился к этому безразлично. Кроме того ФИО1 предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде возможного уничтожения или повреждения чужого имущества общеопасным способом с причинением значительного ущерба, но относился к этому безразлично.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил Ю. телесные повреждения в виде ***, причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства на срок до 21 дня.

Действия ФИО1, направленные на убийство Ю. и неизвестного ему лица, не были доведены до конца по не зависящим от него обстоятельствам, так как Ю. удалось укрыться от выстрелов, кроме того Ю. была своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь. 

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил Т. телесные повреждения в виде ***, причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства на срок до 21 дня.

В результате произведенных ФИО1 выстрелов был уничтожен принадлежащий Ю. телевизор стоимостью 27 590 рублей, указанными преступными действиями ФИО1 Ю. был причинен значительный материальный ущерб на указанную сумму. 

Подсудимый ФИО1 после изложения обвинения государственным обвинителем виновным себя по предъявленному обвинению не признал, впоследствии по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, виновным себя признал в части причинения потерпевшей Ю. легкого вреда здоровью, по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, виновным себя признал в части причинения потерпевшей Ю. легкого вреда здоровью, в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 167 УК РФ, виновным себя признал полностью и в судебном заседании пояснил следующее.

Его дом разделен стеной на 2 половины, в одной проживал он, во второй его бывшая жена Ю. с сыном.

28.05.2015 около 16 часов он шел к дому, был трезв, к нему подошла Ю., размахивала перед его лицом молотком, требовала вернуть шланг, провоцировала конфликт. Он опасался, что она ударит его молотком, выхватил молоток из рук Ю., ударил ее один раз молотком по голове, пошла кровь. Дальнейшее помнит плохо, помнит, что наносил Ю. удары кулаками по телу, в это время она выхватила у него молоток, спрятала его за спину, потом отбросила молоток, также он тащил лежащую Ю. за волосы. Слов угрозы он не высказывал, убивать Ю. не намеревался. Ю. ему ударов не наносила. Затем Ю. убежала из дома, он ее не удерживал, сказал, что не надо убегать, он сам вызовет полицию или скорую помощь. Не оспаривает, что телесные повреждения, указанные в заключении эксперта, причинены Ю. нанесенными им ударами. 

В двенадцатом часу ночи со 2 на 3 июня 2015 года он находился дома, был трезв, услышал в половине дома Ю. звуки, предположил, что происходит половой акт. У него возникло чувство ревности, он захотел прекратить звуки. Он взял ключи, открыл сейф, извлек из сейфа охотничье ружье МР-153, собрал его, открыл второй сейф, взял первые попавшиеся под руку патроны, зарядил ружье. В данном сейфе хранились и дробовые патроны и картечь. Специально он патроны не выбирал. Он подошел к перегородке, разделяющей дом, произвел четыре выстрела в стену, на уровне плеча, каждый раз нажимая на спусковой крючок. Расстояние от ствола ружья до стены было меньше метра. Затем он положил ружье, вышел на улицу, только там понял, что кто-то мог пострадать, пошел в половину дома Ю., попробовал пройти через дверь, она была закрыта, он пролез через окно в пристрой к дому, пытался открыть дверь, спрашивал, все ли живы, ему никто не открыл и не ответил. Он вылез и пошел в свою половину, проходя мимо окна, увидел, что в помещении, куда он стрелял, находятся Ю., ее сын и мать. Дома он вызвал полицию, скорую помощь не вызывал. Если бы он хотел совершить убийство лиц, находящихся во второй половине дома, он довел бы его до конца до приезда сотрудников полиции, у него имелись еще патроны. Он долгое время является охотником, хорошо осведомлен о поражающих свойствах дроби, знает, что при выстреле в помещении дробь может отрикошетить в произвольном направлении. Стрелял он в стену из твердой сухой березы толщиной более 20 см, полагает, что при выстреле через такую преграду убойной силы заряда дроби будет недостаточно для лишения человека жизни, вся дробь осядет в бревне. При наличии умысла на убийство он мог пройти или стрелять через бывший дверной проем, закрытый лишь пенопластом и гипсокартоном, мог стрелять через окно, проникнуть в половину потерпевшей через погреб или через крышу. Выстрелы произвел рефлекторно. Он бывал в половине дома Ю., знает, как там расположена мебель, где стоит кровать, где телевизор, стрелял он выше уровня кровати. Он стрелял в одну точку, места попаданий разные из-за отдачи, все отверстия от выстрелов находится в одной части стены. Он не мог достоверно знать, что в момент производства выстрелов в половине дома Ю. находились ее сын и мать. Не оспаривает причинение телесных повреждений Ю., Т. и повреждение телевизора в результате выстрелов. Он понимал, что стреляет в направлении телевизора, может повредить имущество, но его целью было не повреждение имущества, а прекращение звуков. Считает, что он находился в неадекватном состоянии, психиатрическая экспертиза проведена не должным образом, его не обследовали, с ним никто не общался. После смерти матери он длительное время находился в психотравмирующем состоянии. 

Согласно оглашенным показаниям подсудимого, данным в ходе предварительного следствия (том 2 л.д.31-34, 37-39, 44-47, 203-206), он является охотником с 2002 года, имеет в собственности ружья, в том числе МР-153, которые хранит в сейфе в разобранном состоянии, патроны хранит во втором сейфе. 02.06.2015 около 23 часов он лег спать, был трезв. Дом он перегородкой из гипсокартона и пенопласта разделил на две половины. Во второй половине проживала Ю., брак с ней расторгнут 05.05.2015, с сыном. 03.06.2015 около 2 часов он услышал звуки из-за стены, понял, что в половине Ю. происходит половой акт. Он испытал шок, пришел в состояние сильного душевного волнения, не мог до конца контролировать свои действия. Он достал из сейфа ружье МР-153, зарядил первыми попавшимися патронами, специально их не выбирал, что происходило дальше, не помнит. После выстрелов осознал, что сделал, испугался, что мог кого-то убить, бросил ружье, побежал на улицу, попытался через дверь, потом через окно проникнуть в половину дома Ю., спрашивал, все ли живы, ему никто не открыл и не ответил. Он вернулся к себе, вызвал сотрудников полиции, по приезду рассказал о происшедшем, показал ружье. От сотрудников полиции узнал, что когда стрелял, в комнате находились две женщины и сын. Входные отверстия в стене на уровне груди. Умысла на убийство людей не имел, не знал, сколько человек за стеной, каково их расположение, в силу душевного волнения не мог подумать, что в квартире находятся его теща и сын, думал, там Ю. и какой-то мужчина, стрелял на звук в предполагаемом направлении их нахождения, чтобы звуки прекратились. Он видел, где находится кровать в половине дома Ю.. Он профессиональный охотник, знает, что при выстреле пулей возможен рикошет, при выстреле дробью возможен широкий разлет дроби. 

28.05.2015 между ним и Ю. возникла ссора, в ходе которой он ее побил рукой и молотком, не помнит, чтобы высказывал угрозу убийством, но допускает, раз потерпевшая говорит об этом.

Согласно показаниям подсудимого, данным в ходе судебного заседания 23.12.2015 (том 3 л.д.173-179), 05.05.2015 он и Ю. расторгли брак, поделили имущество.

28.05.2015 он проходил в огороде Ю., которая что-то колотила молотком. У них возник конфликт из-за шланга и раздела имущества, Ю. стала махать молотком у него перед лицом, он это воспринял как угрозу, опасался, что она ударит его молотком. Он выхватил молоток и ударил им один раз Ю. по голове, кровь залила ей лицо. Дальнейшее помнит плохо, помнит, что тащил ее за волосы, но не помнит, чтобы угрожал ей. Намерения убить Ю. у него не было. Как Ю. вырвалась и убежала, помнит плохо. Помнит, что она лежала у дверей, потом встала и ушла, он в этом ей не препятствовал. Он сам вызвал сотрудников полиции, дождался их приезда, дал объяснения.

В ночь со 2 на 3 июня 2015 года он находился дома, услышал, что за стеной, где проживали Ю. и их сын, происходит половой акт. Из-за этого у него случилось временное помешательство, ревность. Он не помнит, что делал, как зарядил ружье. Он стал стрелять в бревенчатую перегородку между их половинами дома, чтобы звуки, которые он слышал, прекратились. Произвел он четыре выстрела. Намерения убить кого-либо у него не было. После стрельбы он выбежал на улицу, стал приходить в сознание. Пытался зайти в квартиру Ю., дверь была закрыта, крикнул им «живые?», затем пролез через окно в пристрой, дергал дверную ручку, спрашивал «все целы», никто не ответил. Нецензурной бранью он не выражался, убийством не угрожал. Он вернулся к себе домой, позвонил в полицию, приехавшим сотрудникам рассказал о происшедшем. От сотрудника полиции он узнал, что в доме находились его бывшие жена, теща и их сын, никакого любовника не было. О том, что там находились теща и сын, он до того не знал. Производя выстрелы, он не предполагал, что может повредить какое-либо имущество, где стоял телевизор он не знал. Он ранее заходил в половину дома Ю., видел обстановку в доме, знал где располагалась кровать. Он является охотником, у него в доме на законном основании хранились ружья и боеприпасы. Стреляя из ружья в стену, он не осознавал, что в комнату Ю. попадет дробь.

Показания подсудимого о том, что конфликт 28.05.2015 был спровоцирован потерпевшей, размахивавшей перед ним молотком, он опасался, что та его ударит, угроз убийством в адрес потерпевшей он не высказывал, опровергаются признанными судом достоверными последовательными показаниями потерпевшей Ю. о том, что она молоток использовала для работы, после возникновения конфликта старалась держать молоток так, чтобы подсудимый не увидел его, подсудимый увидел и отобрал у нее молоток после того, как нанес ей удары кулаком, отобрав молоток у подсудимого, она сразу бросила его под пол веранды, на подсудимого не замахивалась, затащив ее в сени подсудимый сказал, что затащит в дом и там «зашибет», данную угрозу она восприняла реально, показаниями свидетелей И., М. о том, что непосредственно после произошедшего потерпевшая рассказала, что подсудимый угрожал ей убийством, а также заявлением потерпевшей, согласно которому подсудимый угрожал ей убийством.

Показания подсудимого о нанесении им Ю. одного удара молотком по голове и нескольких ударов кулаками по телу опровергаются признанными судом достоверными показаниями потерпевшей Ю. о том, что подсудимый нанес ей удар кулаком в лицо, несколько ударов кулаком по голове, два удара молотком по голове и шесть ударом молотком по телу и заключением эксперта, которым определены число и локализация телесных повреждений Ю., соответствующие ее показаниям.

Показания подсудимого о нахождении 03.06.2015 при производстве выстрелов в состоянии психического расстройства, лишившем его возможности полностью контролировать свои действия, помнить отдельные обстоятельства этих действий, осознавать их общеопасность, понимать их возможные последствия, опровергаются результатами комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, которой установлено отсутствие у подсудимого психических расстройств, лишающих его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, подсудимый не находился в состоянии аффекта, его индивидуально-психологические особенности не оказали существенного влияния на его поведение. На то, что подсудимый не находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, указывают также отсутствие объективных предпосылок для этого, сложная последовательность действий подсудимого, который перед тем, как произвести выстрелы извлек с места хранения ключи, открыл сейф с ружьем, запертый на два замка (том 2 л.д.120), извлек и собрал ружье, открыл второй сейф, извлек патроны, зарядил ружье, совершение подсудимым после производства выстрелов звонка в дежурную часть отделения полиции, из чего следует осознание им противоправности и общественной опасности своих действий и способность вступать в адекватный речевой контакт, сохранение у подсудимого детальных воспоминаний о событиях, в том числе по прошествии значительного времени.

Доводы подсудимого о том, что выстрелы он произвел рефлекторно, по мнению суда являются надуманными. Рефлекторность действий предполагает совершение их непроизвольно, машинально, в качестве моментальной реакции на какой-либо внешний раздражитель. В судебном заседании установлено, что умысел на лишение жизни Ю. и иного лица возник у подсудимого на почве ревности, перед производством выстрелов подсудимым совершены в сложной последовательности действия по извлечению, сбору, заряжению ружья, потребовавшие определенных временных затрат, подсудимый произвел четыре выстрела, для чего четырежды нажимал на спусковой крючок, выстрелы совершены не в случайном направлении, а в направлении предполагаемого размещения лиц, на убийство которых был направлен умысел подсудимого. Указанные обстоятельства исключают рефлекторность действий подсудимого по производству выстрелов.

Доводы подсудимого о нахождении его в длительном психотравмирующем состоянии по причине смерти матери по мнению суда являются надуманными, поскольку данное обстоятельство никак не связано с преступлением, смерть матери подсудимого имела место 06.11.2014, задолго до совершения преступлений, доводов о какой-либо связи смерти матери подсудимого с действиями Ю. иных лиц, находившихся 03.06.2015 в жилище Ю., подсудимым не приведено, подсудимый вел обычный образ жизни, доказательств прохождения им после смерти матери психологической реабилитации суду не представлено.

Показания подсудимого о неосведомленности о нахождении в соседней половине дома нескольких человек, в том числе Б. и Т. опровергаются как его же показаниями о том, что он расценил услышанные им звуки как половой акт и у него возникло чувство ревности, т.е. он явно предполагал нахождение в соседней половине дома кроме Ю. также иного лица, так и признанными судом достоверными показаниями потерпевших о том, что Б. постоянно ночевал дома, Т. несколько дней проживала у Ю., о чем подсудимый знал, вечером 02.06.2015 Б. и Т. встречались с подсудимым во дворе дома, подсудимый, проходя мимо окон, видел их в доме, слышал их голоса через стену. В судебном заседании не установлено наличия у подсудимого каких-либо поводов рассчитывать на нахождение Б. и Т. в ночное время 03.06.2015 в каком-либо ином месте.

Показания подсудимого о том, что умысла на убийство он не имел, стрелял выше уровня кровати, после совершения выстрелов пытался узнать, нет ли пострадавших, при необходимости оказать помощь, опровергаются признанными судом достоверными показаниями потерпевших о том, что были расстреляны подушки на кровати, подсудимый после совершения выстрелов пытался сорвать дверь, проникнуть в дом, чего не смог сделать, так как дверь была заперта и удерживалась Б. и Т., при этом высказывал намерение довести убийство до конца, производством выстрелов в направлении кровати, в том числе в район изголовья кровати, для лежащих на кровати в область головы, для вставших с кровати в область головы, шеи, верхней половины груди, что следует из результатов осмотров места происшествия, зафиксировавших направление выстрелов, повреждения от дроби на спинке кровати и стене над кроватью; производством выстрелов с незначительного расстояния и в помещении малой площади, создающем опасность рикошета и последующего перемещения заряда по непредсказуемой траектории.

С учетом вышеприведенных обстоятельств, доводы стороны защиты о совершении подсудимым выстрелов в одну точку, наличии нескольких входных отверстий лишь из-за отдачи оружия не свидетельствуют об отсутствии у него умысла на убийство.

В вышеуказанной части показания подсудимого суд признает недостоверными, расценивая как избранную позицию защиты, поскольку они опровергаются признанными судом достоверными последовательными показаниями потерпевших, иными доказательствами.

В прочей части показания подсудимого о его фактических действиях согласуются с показаниями потерпевших, свидетелей, подтверждаются письменными доказательствами, в связи с чем суд не усматривает оснований не доверять им.

Оценивая показания подсудимого, данные в ходе предварительного следствия и в судебных заседаниях в части, не отвергнутой судом, суд существенных противоречий в них не усматривает за исключением сведений о том, в какой части подсудимый помнит свои действия 03.06.2015, а также о том, знал ли он о месте размещения телевизора в половине дома потерпевшей и предполагал ли возможность его повреждения. Учитывая, что в судебном заседании в 2022 году подсудимым даны подробные показания относительно своих действий, в том числе извлечения, сбора и заряжания ружья, производства выстрелов, в том числе с указанием последовательности действий, расположения при этом подсудимого, его позы, траектории перемещения ствола ружья, а также согласованность указанных показаний подсудимого о том, что он знал о размещении телевизора в направлении производства им выстрелов, с признанными судом достоверными показаниями потерпевших Ю., Б., суд в части указанных противоречий доверяет показаниям подсудимого, данным в судебном заседании в 2022 году. 

Вина подсудимого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119, ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 167 УК РФ, помимо его показаний в части, не отвергнутой судом, подтверждается следующими доказательствами, исследованными в суде.

По фактам причинения легкого вреда здоровью Ю., угрозы убийством 28.05.2015.

Потерпевшая Ю. в судебном заседании пояснила, что 28.05.2015 она работала в огороде, использовала молоток. ФИО1 проходил мимо, у них возник конфликт, он ударил ее кулаком в лицо, схватил за волосы, потащил в направлении дома, она старалась держать молоток так, чтобы ФИО1 не увидел, но он заметил молоток, забрал его, нанес ей два удара молотком по голове, шесть ударов молотком по телу, от первого удара молотком по голове сразу пошла кровь. Когда он затащил ее в сени, ей удалось забрать у него молоток и забросить под пол веранды. Когда он открывал двери в дом, она смогла вырваться и убежать за ограду. Соседи М., И. вызвали скорую помощь и полицию. ФИО1 за ней не бежал. Она перед ФИО1 молотком не размахивала, ударов ему не наносила. 

Согласно оглашенным показаниям потерпевшей Ю., данным в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015 (том 1 л.д.115-116, 119-120, том 3 л.д.49-50, 163-165, 177-178), 28.05.2015 около 18 часов 30 минут она работала в огороде, использовала молоток. Мимо проходил ФИО1, у них возник конфликт, в ходе которого он ударил ее кулаком в лицо, она упала. ФИО1 одной рукой наносил ей удары кулаком по голове, второй за волосы тащил ее во двор, где увидел у нее молоток, выхватил и ударил ее молотком по голове, по рукам и ногам. Всего нанес 8 ударов молотком, 2 по голове, 6 по рукам и ногам. От первого удара по голове пошла кровь. ФИО1 затащил ее в сени, где высказал в ее адрес угрозу убийством, говорил, что затащит ее в дом и там убьет, «зашибет» молотком. Угрозу она восприняла реально, так как ФИО1 физически превосходит ее, был агрессивно настроен, она очень испугалась. В сенях ФИО1 стал открывать входную дверь, при этом одной рукой держал и ее за волосы и молоток, она выхватила молоток у ФИО1, бросила его в подпол, вырвалась и убежала к соседям М., И.. Когда она убегала, находилась у калитки, ФИО1 ей крикнул, чтобы она не убегала, он сам ей вызовет скорую помощь. За ней он не побежал, хотя такая возможность у него была, возможно, он сам испугался, так как было много крови.

Оглашенные показания потерпевшая полностью подтвердила, объясняя противоречия давностью событий. 

Оценивая показания потерпевшей, суд усматривает существенные противоречия между показаниями, данными в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015, и показаниями, данными в судебном заседании в 2022 году, относительно нанесения подсудимым ударов Ю. кулаком по голове, локализации ударов молотком и высказывания угрозы убийством в адрес Ю. Учитывая значительный временной период между событиями и дачей Ю. показаний в судебном заседании в 2022 году, пояснения потерпевшей о причинах противоречий, суд в части противоречий доверяет показания потерпевшей, данным в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015.

Согласно оглашенным показаниям потерпевшей Т. (том 1 л.д.141-142, том 2 л.д.196-198), ей известно от Ю., что 28.05.2015 ее побил молотком ФИО1, после чего та боялась находиться дома одна.

Свидетель И. в судебном заседании пояснила, что несколько лет назад Ю. прибежала к ним домой, была в крови, сказала, что муж побил ее молотком. 

Согласно оглашенным показаниям свидетеля И., данным в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015 (том 1 л.д.143-144, том 3 л.д.169-170), 28.05.2015 в вечернее время к ней прибежала Ю., которая была напугана, все лицо было в крови, рассказала, что ФИО1 таскал ее за волосы, бил молотком, угрожал убить, ей удалось вырваться и убежать. ФИО1 она в тот день не видела.

Оглашенные показания свидетель полностью подтвердила, объясняя противоречия давностью событий. 

Оценивая показания свидетеля, суд усматривает существенные противоречия между показаниями, данными в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015, и показаниями, данными в судебном заседании в 2022 году, относительно сведений, сообщенных свидетелю Ю. Учитывая значительный временной период между событиями и дачей свидетелем показаний в судебном заседании в 2022 году, пояснения свидетеля о причинах противоречий, суд в части противоречий доверяет показаниям свидетеля, данным в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015.

Свидетель М. в судебном заседании пояснил, что несколько лет назад Ю. прибежала к ним домой, была в крови, он не видел, чтобы ее кто-то преследовал.

Согласно оглашенным показаниям свидетеля М., данным в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015 (том 1 л.д.145-146, том 3 л.д.170-171), 28.05.2015 в вечернее время к ним прибежала Ю., которая была напугана, лицо и одежда были в крови, сказала, что ФИО1 таскал ее за волосы, побил молотком, ударил по голове, угрожал убить. ФИО1 он в тот день не видел.

Оглашенные показания свидетель полностью подтвердил, объясняя противоречия давностью событий. 

Оценивая показания свидетеля, суд усматривает существенные противоречия между показаниями, данными в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015, и показаниями, данными в судебном заседании в 2022 году, относительно сведений, сообщенных свидетелю Ю. Учитывая значительный временной период между событиями и дачей свидетелем показаний в судебном заседании в 2022 году, пояснения свидетеля о причинах противоречий, суд в части противоречий доверяет показаниям свидетеля, данным в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015.

Показания потерпевших, свидетелей, в части, не отвергнутой судом, подтверждаются письменными материалами дела, а именно:

Том 1:

- рапортом, согласно которому 28.05.2015 в 18 часов 45 минут поступило сообщение И. о том, что Ю. причинил телесные повреждения муж (л.д.45);

- рапортом, согласно которому 28.05.2015 в 19 часов 50 минут поступило сообщение из ЦРБ о вызове к Ю., диагноз *** (л.д.46);

- заявлением Ю. о привлечении к уголовной ответственности ФИО1, который 28.05.2015 причинил ей телесные повреждения и угрожал убийством (л.д.47);

- рапортом, согласно которому 29.05.2015 поступило сообщение из ЦРБ о том, что на прием обращалась Ю., диагноз *** (л.д.48);

- извещением, согласно которому 28.05.2015 в 18 часов 45 минут в ГБУ «Шумихинская ЦРБ» поступила информация об обращении Ю., диагноз ***, со слов избита известным ей мужчиной (л.д.55);

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому осмотрен двор дома по адресу: ***, зафиксировано наличие на земле во дворе следов волочения, наличие пятен бурого цвета на земле и досках во дворе, на досках в веранде дома, под досками пола веранды обнаружен и изъят молоток с пятнами бурого цвета (л.д.49-50);

-протоколом осмотра предметов, согласно которому изъятый молоток осмотрен (л.д.158-159).

Том 2:

- заключением эксперта, согласно которому у Ю. установлены телесные повреждения в виде: *** в совокупности причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства на срок до 21 дня; ***, не причинившие вреда здоровью. Данные телесные повреждения могли образоваться от действия твердого тупого предмета (предметов) в срок до суток до освидетельствования (проведено с 10.55 по 11.05 29.05.2015) (л.д.21-22).

По фактам покушения на убийство Ю. и иного лица, причинения легкого вреда здоровью Т., уничтожения чужого имущества 03.06.2015.

Потерпевшая Ю. в судебном заседании пояснила, что в ночь со 2 на 3 июня 2015 года в ее половине дома были она, ее мать и сын. ФИО1 вечером проходил мимо их окон, видел, что они втроем находятся дома, видел, что мать с сыном водили ее в баню. Она и мать спали на кровати, сын то на полу, то на кровати, уснул на полу. Никто не разговаривал, телевизор не включали. Около 2 часов ночи она услышала выстрелы, поняла, что стреляет ФИО1, столкнула мать с кровати, прижалась к стене. От первого выстрела телевизор упал со стены на стол, оттуда на сына. Она после первого выстрела почувствовала боль в ногах. ФИО1 продолжал стрелять, следующие выстрелы пришлись по кровати. Позднее видела, что при просвечивании лазером траектории выстрелов луч был направлен на изголовье кровати, подушки на кровати были расстреляны. ФИО1 знал о расположении мебели, кровати в ее половине дома, знал, что она спит на этой кровати. Всего было 4 выстрела. После второго выстрела в нее также попала дробь. Они переползли в кухню, она позвонила в полицию. После выстрелов ФИО1 ломился в запертую дверь ее половины дома, кричал, сломал дверную ручку, не смог открыть, так как дверь была заперта, а сын и мать ее держали. Половины дома полностью разделены стеной, ФИО1 стрелял в часть стены из березовых бревен. У нее и у матери остались дробовые ранения. Она испытывала длительные моральные страдания, проходила лечение у ***. Сын никогда не ночевал вне дома. В результате выстрелов был приведен в непригодное для использования состояние телевизор стоимостью около 29 тысяч рублей, подаренный ей сыном Т. после расторжения брака, бывший в состоянии нового. Повреждением телевизора ей причинен значительный ущерб, материальной возможности приобрести аналогичный телевизор у нее не имелось, доходов кроме заработной платы у нее не было, на иждивении находился сын, телевизор был необходим для нужд семьи, в том числе для учебы сына. 

Согласно оглашенным показаниям потерпевшей Ю., данным в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015 (том 1 л.д.102-104, 121-122, том 2 л.д.190-191, том 3 л.д.49-50, 53, 165-166, 167, 177-178) половины дома ее и бывшего мужа ФИО1 поделены стеной. 02.06.2015 у нее дома находились также ее сын и мать. Около 22 часов 30 минут они легли спать, она и мать на кровати, сын ложился на кровать, но потом лег на полу, перед тем, как лечь спать, запер дверь. 03.06.2015 около 2 часов она проснулась от звука выстрела, поняла, что стреляет ФИО1 Первый заряд попал в телевизор, который упал на сына, также дробь попала ей в ноги и левую руку, ее матери в правую руку. Она столкнула мать с кровати, сама прижалась к стене. Следующие заряды дроби пришлись в подушку, на которой она лежала до этого, в спинку кровати у изголовья и в стену за ней, всего было 4 выстрела. От второго выстрела в нее также попала дробь. Они переползли в кухню, она стала звонить в полицию, в это время ФИО1 стучал в двери, кричал, чтобы открывали, он все равно всех убьет. ФИО1 не спрашивал, живы ли они, только угрожал убить. Ее мать и сын держали дверь изнутри, опасаясь, что ФИО1 ворвется в дом. Он не смог открыть дверь и пошел к себе. Она слышала, что он звонит по телефону. ФИО1 знал, что мать проживает у нее, несколько дней периодически видел ее во дворе, мог слышать ее голос через стену, вечером 02.06.2015 несколько раз ходил мимо их окна, которое было не зашторено, видел, что в доме находится она с сыном и матерью, также видел, что мать и сын водили ее в баню. Он знал расположение мебели, телевизора, кровати в доме, знал, что она и мать спали на кровати. В результате выстрелов поврежден до полной негодности телевизор, находившийся у стены, в которую стрелял ФИО1 Телевизор подарил ей старший сын Т., телевизор принадлежит ей, до повреждения был в идеальном состоянии, оценивает по цене приобретения. Причиненный ущерб для нее значителен, ее заработная плата 9 000 рублей, иных источников дохода нет, на иждивении находится младший сын. Три выстрела пришлись в часть стены из бревен, один в перегородку из пенопласта.

Оглашенные показания потерпевшая полностью подтвердила, объясняя противоречия давностью событий. 

Оценивая показания потерпевшей, данные в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015, и показания, данные в судебном заседании в 2022 году, суд не усматривает в них существенных противоречий за исключением сведений о том, в какую часть стены пришлись выстрелы и о высказывании подсудимым слов угрозы при попытке проникнуть в половину дома потерпевшей. Учитывая значительный временной период между событиями и дачей Ю. показаний в судебном заседании в 2022 году, пояснения потерпевшей о причинах противоречий, суд в части противоречий доверяет показаниям потерпевшей, данным в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015.

Потерпевший Б. в судебном заседании от дачи показаний отказался.

Согласно оглашенным показаниям потерпевшего Б., данным в ходе предварительного следствия и в судебном заседании 23.12.2015 (том 1 л.д.108-110, том 2 л.д.187-189, том 3 л.д.168-169), 02.06.2015 вечером его мать и бабушка легли спать на кровати, он ложился то на кровать то на пол, окончательно лег спать на полу, перед этим выключил телевизор. Около 2 часов ночи, когда он уже спал, он услышал выстрел, от которого телевизор упал ему на ноги, мать столкнула бабушку с кровати, сказала им ползти в кухню, сама поползла за ними. Были еще 2 или 3 выстрела, заряды пришлись в подушки на кровати, спинку кровати и стену. В кухне мать стала вызывать полицию, его отец в это время дергал дверную ручку, выражался нецензурной бранью, требовал открыть, кричал, что все равно всех убьет. Он и бабушка держали дверь, все были напуганы, мать и бабушка были в крови, так как часть дроби попала в них. Потом отец пошел к себе, стал звонить кому-то. 02.06.2015 вечером он, мать и бабушка разговаривали, перегородка между половинами дома их и отца тонкая, тот отлично их слышал, также видел, что он находится дома, ночует он постоянно дома. ФИО1 хорошо знает расположение мебели в доме, знает, где они спят. У него было покраснение на ноге от падения телевизора.

После оглашения показаний Б. пояснил, что на оглашенных показаниях настаивает.

Согласно оглашенным показаниям потерпевшей Т. (том 1 л.д.141-142, том 2 л.д.196-198, том 3 л.д.166-167) 02.06.2015 она находилась у Ю., там же был ее внук. Около 22 часов 30 минут они легли спать, она и дочь на кровати, внук на полу, потом перешел на кровать. 03.06.2015 около 2 часов она проснулась от громкого хлопка и падения телевизора, он упал на внука, который уже лежал на полу. Дочь ее столкнула с кровати, сказала ползти в кухню, она почувствовала боль в правой руке, увидела кровь, поняла, что ФИО1 стреляет из ружья. Пока они ползли на кухню, было еще 3 выстрела. В кухне Ю. стала звонить в полицию. ФИО1 в это время ломился в двери, оторвал дверную ручку, требовал открыть, выражался нецензурной бранью, говорил, что все равно всех убьет. Она и внук держали дверь, чтобы тот не ворвался, были сильно испуганы. При осмотре комнаты сотрудниками полиции она видела в стене со стороны половины дома ФИО1 4 сквозных отверстия, был поврежден телевизор, в который попала часть дроби, подушка на кровати была пробита дробью, пробоины от дроби были в стене, на кровати. ФИО1 знал, что с 29.05.2015 она находится у дочери, неоднократно ее видел, 02.06.2015 приходил мимо окна и видел ее. Он хорошо знает расположение спальных мест в доме. 

Свидетель Т. в судебном заседании пояснил, что в 2014 году он купил телевизор стоимостью около 30 тысяч рублей, им не пользовался, подарил матери, которая и являлась его собственником. 

Показания потерпевших в части, не отвергнутой судом, свидетеля подтверждаются письменными материалами дела, а именно:

Том 1:

- рапортом, согласно которому 03.06.2015 в 2 часа 15 минут поступило сообщение от Ю. о том, что ФИО1 стреляет из ружья (л.д.62);

- рапортом, согласно которому при выезде наряда ОВО по сообщению Ю. по адресу: ***, задержан ФИО1, в квартире № *** указанного дома обнаружено ружье МР-153, в перегородке между квартирами отверстия от выстрелов, у находящихся в квартире № *** Ю. и Т. огнестрельные ранения (л.д.63);

- рапортом, согласно которому 03.06.2015 в 2 часа 16 минут поступило сообщение от ФИО1 о том, что он, находясь дома, выстрелил из ружья, имеются раненые (л.д.64);

- рапортом, согласно которому 03.06.2015 в 04 часа 05 минут поступило сообщение из ЦРБ о том, что доставлены Т., диагноз ***, и Ю., диагноз *** (л.д.65);

- протоколом осмотра места происшествия согласно которому осмотрен дом по адресу: ***, состоящий из двух половин, разделенных перегородкой. В половине по месту проживания подсудимого обнаружено и изъято ружье МР-153, с находящимся в патроннике патроном 12 калибра. Зафиксировано наличие в половине дома подсудимого двух металлических сейфов, охотничьих патронов 12 калибра, заряженных различными боеприпасами. Обнаружены и изъяты 4 гильзы 12 калибра. В разделяющей половины дома стене на высоте 142 см от пола обнаружены 4 сквозных отверстия, 3 из которых в деревянном брусе, 1 на стыке брусьев в монтажной пене. Изъяты смывы с ладоней ФИО1 В половине по месту проживания Ю. зафиксировано размещение мебели, в том числе кровати, наличие по всей площади кровати следов штукатурки, фрагментов стекла, металлических предметов диаметром до 0,5 см, которые изъяты. У края кровати обнаружен и изъят пыж - контейнер. На подушке на кровати обнаружено вещество бурого цвета. На деревянной спинке кровати на расстоянии 45 см и 5 см от верхнего края на площади 35 см обнаружены 5 вдавленных следов. На простыне обнаружены и изъяты металлические предметы. В стене над кроватью на расстоянии 90 см от пола и выше, до потолка, обнаружены множественные следы вдавливания в виде отверстий, из которых извлечены и изъяты металлические предметы округлой формы. На поверхности пола обнаружены и изъяты металлические предметы в диаметре до 6 мм. Зафиксировано наличие в стене, разделяющей половины дома, на высоте 140 см от пола четырех сквозных отверстий диаметром до 44 мм, расположение возле стены с отверстиями поврежденного телевизора. Изъяты наволочка и пододеяльник с кровати (л.д.66-83);

-протоколом осмотра места происшествия, согласно которому осмотрен дом по адресу: ***, зафиксировано посредством проецирования луча лазерной указки направление выстрелов, установлено, что выстрелы имели место в направлении из половины дома по месту проживания подсудимого через межкомнатную перегородку, в половину дома по месту проживания Ю. в направлении противоположной от перегородки стены, у которой располагается изголовье кровати. Три из четырех выстрелов проецируются на стене незначительно выше спинки (изголовья) кровати (на высоте 90, 89, 85 см от пола соответственно), один выстрел проецируется на стене выше спинки кровати, на высоте 185 см от пола (л.д.145-156);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому осмотрены изъятые предметы, зафиксировано наличие на наволочке двух отверстий (л.л.157);

-заключением эксперта, согласно которому у Т. имеется телесное повреждение в виде огнестрельного дробового ранения правого лучезапястного сустава, которое причинило легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства на срок до 21 дня, могло образоваться от действия выстрела из огнестрельного оружия, снаряженного дробью, в срок до суток до обращения в медучреждение (обращалась 03.06.2015) (л.д.165);

- заключением эксперта, согласно которому у Ю. имеются телесные повреждения в виде огнестрельных дробовых ранений мягких тканей правого предплечья, кисти, левой кисти, обеих голеней, которые причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства на срок до 21 дня, могли образоваться от действия выстрела из огнестрельного оружия, снаряженного дробью (л.д.171-172);

- заключением комиссии экспертов, согласно которому у Ю. психических расстройств не выявлено. На это указывают как материалы уголовного дела, так и данные экспертного обследования, не выявившие у подэкспертного какой-либо психотической симптоматики, которая лишала бы его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими. В период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, не обнаруживал и признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности. Об этом свидетельствуют целенаправленность и последовательность его действий, сохранность ориентировки в окружающем и воспоминаний о происходившем, отсутствие в его поведении признаков бреда, галлюцинаций, помрачения сознания и иных болезненных симптомов расстройства психической деятельности, которые лишали бы его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. Анализ материалов уголовного дела, направленной беседы и данных психологического исследования позволяют сделать вывод о том, что ФИО1 в период совершения инкриминируемого ему деяния не находился в состоянии аффекта. Об этом свидетельствуют отсутствие всех обязательных признаков, выделяемых на каждой стадии трехфазной динамики развития и течения эмоционального процесса, необходимых для обоснованного установления состояния физиологического аффекта. Выявленные такие индивидуально-психологические особенности как активность, упрямство, непредсказуемость, импульсивность, вспыльчивость, недоверчивость, настойчивость, принципиальность, стремление «вывести на чистую воду», склонность к риску, избыточная уверенность в себе, неустойчивость эмоций не оказали существенного влияния на его поведение в момент совершения инкриминируемого ему деяния (л.д.191-195);

-заключением эксперта, согласно которому ружье, изъятое в ходе осмотра места происшествия 03.06.2015, является охотничьим одноствольным самозарядным ружьем 12 калибра модели МР-153 с серийным номером *** и относится к охотничьему гладкоствольному огнестрельному оружию, пригодно для производства выстрелов с использованием патронов 12 калибра, изготовлено заводским способом (л.д.210-211);

-заключением эксперта, согласно которому представленные на исследование четыре гильзы, изъятые в ходе осмотра места происшествия 03.06.2015, ранее являлись частями охотничьих патронов 12 калибра для гладкоствольного огнестрельного оружия. На гильзах имеются следы огнестрельного оружия пригодные для идентификации (л.д.219-220);

- заключением эксперта, согласно которому представленные на исследование четыре гильзы, изъятые в ходе осмотра места происшествия 03.06.2015, стреляны в охотничьем ружье модели МР-153 № *** (л.д.227-229);

- заключением эксперта, согласно которому патрон, изъятый в ходе осмотра места происшествия 03.06.2015, является патроном охотничьего назначения и относится к боеприпасам для гладкоствольного огнестрельного оружия 12 калибра, пригоден для производства выстрела (л.д.236-237);

- заключением эксперта, согласно которому представленные на исследование 69 металлических предметов, изъятые в ходе осмотра места происшествия 03.06.2015, являются дробинами, вероятно промышленного изготовления - частями полиснарядов патронов для гладкоствольного огнестрельного оружия, диаметр дроби - до 3,5 мм (л.д.244-245);

- заключением эксперта, согласно которому представленный на экспертизу пыж-контейнер ранее являлся полимерным пыжом-контейнером заводского изготовления и использовался для снаряжения патронов для гладкоствольного огнестрельного оружия 12 калибра (л.д.252).

Том 2:

- заключением эксперта, согласно которому на представленных тампонах со смывами с рук ФИО1 присутствуют элементы следов продуктов выстрела: медь, свинец, сурьма и олово (л.д.6-7);

Том 3:

- кассовым чеком, согласно которому стоимость телевизора составила 27 590 рублей (л.д.42);

- справкой о доходах физического лица, согласно которой в течение 9 месяцев 2015 года размер заработной платы Ю., облагаемой налогом, составлял от 7 459 рублей 13 копеек до 9 392 рублей 74 копеек в месяц (л.д.54);

- протоколом выемки, согласно которому у Ю. изъят телевизор, зафиксированы его повреждения, повлекшие полную непригодность к использованию по назначению (л.д.56-57).

Также в судебном заседании по ходатайству стороны обвинения исследованы копии медицинской карты потерпевшей Ю. согласно которым в период с декабря 2020 года по ноябрь 2021 года она проходила хирургическое лечение ***. 

Оценивая данные доказательства по правилам ст. 88 УПК РФ, суд отмечает следующее.

Согласно ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются сведения, на основе которых устанавливается наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Из исследованных медицинских документов следует, что по состоянию на ноябрь 2021 года заболевание Ю. развивалось в течение 5 лет, т.е. время начала развития заболевания не совпадает с временным периодом, указанным в обвинении. Заключением судебно-медицинской экспертизы наличие у Ю. телесных повреждений в области живота не установлено, подсудимому обвинение в причинении таких телесных повреждений не предъявлено.

Таким образом, приобщенные копии медицинской карты потерпевшей Ю. установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, не способствуют, поэтому, как не соответствующие требованиям относимости доказательств, не могут быть доказательством по уголовному делу и не принимаются в качестве такового судом.

Стороной защиты в качестве доказательств невиновности подсудимого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, представлены следующие доказательства, исследованные в суде.

Том 1:

- обьяснение Б., согласно которому 03.06.2015 около 2 часов, когда он, его мать и бабушка спали, из соседней половины дома, где живет его отец, в их половину дома было несколько выстрелов, один попал в телевизор, они перебрались в кухню, у матери и бабушки была кровь, отец стучал в дверь, кричал «открывайте» (том 1 л.д.88). 

Оценивая указанный документ, суд отмечает, что он не содержит какой-либо информации, опровергающей предоставленные стороной обвинения доказательства виновности подсудимого в совершении инкриминируемого преступления.

Оценив всю совокупность добытых и исследованных доказательств, суд приходит к выводу о доказанности виновности подсудимого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119, ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 167 УК РФ. 

Приведенные выше доказательства, не отвергнутые судом, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства преступлений.

Вопреки доводам подсудимого, предоставленные стороной обвинения доказательства, в том числе и с учетом необнаружения пыжей-контейнеров от всех патронов, использованных подсудимым для выстрелов, достаточны для вывода о виновности подсудимого в совершении вышеуказанных преступлений.

Суд не нашел оснований к исключению доказательств из числа допустимых, поскольку не установил нарушений уголовно-процессуального закона при осуществлении их сбора.

У суда нет оснований не доверять показаниям потерпевших, свидетелей, в части, не отвергнутой судом, так как они конкретны, не противоречивы, согласуются между собой и подтверждены другими доказательствами, в том числе протоколами осмотра места происшествия, осмотра предметов, заключениями экспертов.

Вопреки доводам подсудимого, указание в объяснениях Ю. на причины конфликта 28.05.2015, не совпадающие с причинами конфликта, о которых она сообщила при допросах, отсутствие в объяснении Б. указаний на высказывание подсудимым угроз убийством при попытках проникнуть в жилище потерпевших не дают оснований полагать показания потерпевших Ю., Б., данные при допросах в ходе предварительного следствия и в судебных заседаниях, недостоверными, либо усматривать наличие в этих показаниях существенных противоречий. Объяснение Ю. в судебном заседании не исследовалось, стороной защиты ходатайств об его исследовании не заявлялось, причина возникновения конфликта между подсудимым и потерпевшей 28.05.2015 не является значимым для рассмотрения дела обстоятельством. Б. после получения объяснения неоднократно давались подробные последовательные показания о том, что при попытке проникновения в половину дома Ю. подсудимый кричал, что всех убьет. Вопреки доводам подсудимого исследованные в судебном заседании показания потерпевших Ю., Б. подробны, последовательны, не содержат существенных противоречий касательно обстоятельств, подлежащих доказыванию, и подтверждаются иными доказательствами, признанными судом достоверными.

Вопреки доводам подсудимого, суд не усматривает оснований не доверять выводам судебно-психиатрической комиссии экспертов. Заключение комиссии экспертов соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, изложенные в нем выводы достаточно ясны, понятны, полны и мотивированны, каких-либо неясностей и противоречий не содержат, сделаны квалифицированными специалистами, имеющими многолетний стаж работы по специальности, первую квалификационную категорию, надлежащим образом предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Сомнения в обоснованности заключения, правильности выбранной экспертами методики проведения экспертизы у суда отсутствуют. Нарушений процессуальных прав участников уголовного судопроизводства при назначении и производстве экспертизы, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов, не допущено. Свои выводы эксперты сделали после исследования материалов уголовного дела и объективного обследования подсудимого, в том числе после личного заслушивания подсудимого касательно его биографии, событий, в связи с которыми предъявлено обвинение, после проведения с использованием специальных познаний в области судебной психиатрии и психологии экспериментально-психологического исследования подсудимого, в ходе которого применены различные специализированные методы и методики. Каких-либо сведений о наличии у подсудимого психических расстройств, постановке его на учет к психиатру, обращениях за психиатрической помощью, не учтенных при производстве экспертизы, суду не представлено.

Давая юридическую оценку действиям подсудимого, суд приходит к следующему. 

Суд находит обоснованными доводы стороны защиты о необходимости переквалификации действий подсудимого по предъявленному обвинению в совершении 28.05.2015 преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ. 

Согласно ч. 3 ст. 30 УК РФ покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Согласно п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, т.е. когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.).

В судебном заседании установлено, что ФИО1 во время ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, во дворе дома нанес Ю. удары кулаком и молотком по голове и конечностям, причинив ей телесные повреждения, повлекшие легкий вред здоровью, после чего затащил ее за волосы в сени дома, где высказал в ее адрес угрозу убийством, сообщив, что затащит ее в дом, где «зашибет» молотком, в сложившейся обстановке Ю. имела основания опасаться осуществления этой угрозы. Во время отпирания подсудимым двери дома Ю. смогла вырваться, выбежать из сеней, а затем со двора дома, при этом ФИО1 ее не преследовал, вернуть в дом не пытался, предложил вызвать ей скорую помощь. При этом соотношение сил подсудимого и потерпевшей не изменилось, внешних обстоятельств, препятствовавших подсудимому довести до конца свой умысел на убийство потерпевшей, при наличии такового изначально, не возникло, отсутствие иных противоправных действий подсудимого в отношении потерпевшей обусловлено исключительно его личным решением.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что прямого умысла на убийство потерпевшей Ю. в действиях подсудимого, совершенных 28.05.2015, не установлено, нанося Ю. удары кулаком и молотком, подсудимый преследовал цель причинения ей телесных повреждений, высказывая в ее адрес угрозу убийством, преследовал цель ее устрашения. Следовательно, указанные действия подсудимого необходимо квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Вопреки доводам стороны защиты о добровольном отказе подсудимого от совершения преступлений 28.05.2015, указанные преступления окончены, так как подсудимым совершены все действия, направленные на наступление общественно опасных последствий в виде причинения Ю. легкого вреда здоровью и возникновения у нее страха за свою жизнь, указанные последствия наступили, что исключает возможность добровольного отказа от совершения преступлений.

Суд считает необходимым изменить обвинение, с учетом исследованных доказательств 

- указать, что причинение легкого вреда здоровью Ю. имело место в период времени с 18 часов 30 минут по 18 часов 45 минут, угроза убийством Ю. в период времени с 18 часов 30 минут по 18 часов 45 минут, непосредственно после нанесения ей ударов, 

- указать, что угроза убийством Ю. высказана подсудимым в сенях дома по адресу: ***, выражена в форме слова «зашибу», Ю. восприняла ее реально и имела все основания опасаться ее осуществления;

- исключить из обвинения указание на направленность действий подсудимого на причинение смерти более чем двум лицам, как излишне вмененное, поскольку, как следует из предъявленного обвинения и нашло подтверждение в судебном заседании, подсудимый преследовал цель убийства двух лиц - Ю. и иного лица, которого он полагал находящимся в половине дома Ю., стороной обвинения не представлено доказательств наличия у подсудимого прямого умысла на причинение смерти иным лицам - Б. и Т.;

- с учетом вышеизложенного указать, что предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти или телесных повреждений Б. и Т., подсудимый относился к этому безразлично; 

- указать, что стоимость телевизора составила 27 590 рублей, что следует из кассового чека.

Суд отмечает, что измененное обвинение существенно не отличается по фактическим обстоятельствам от обвинения, по которому дело принято к производству суда, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту.

По факту совершения 28.05.2015 преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ.

Суд считает установленным, что телесные повреждения, повлекшие причинение легкого вреда здоровью потерпевшей, причинены действиями подсудимого.

О направленности умысла подсудимого на причинение легкого вреда здоровью потерпевшей Ю. свидетельствуют способ и орудие преступления, характер и локализация причиненных телесных повреждений. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что нанося удары потерпевшей, подсудимый осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения потерпевшей легкого вреда здоровью и желал этого.

Преступление совершено с применением молотка, то есть предмета, используемого в качестве оружия.

Вопреки доводам подсудимого, исходя из установленных судом фактических обстоятельств дела, действия подсудимого не могут расцениваться как совершенные при необходимой обороне, либо при ее превышении, поскольку со стороны потерпевшей Ю. какое-либо общественно опасное посягательство в отношении подсудимого, сопряженное или не сопряженное с насилием, опасным для жизни или здоровья, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, отсутствовало.

По факту совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Подсудимым высказано в адрес потерпевшей намерение незамедлительно затащить ее в дом и там «зашибить» молотком, то есть умышленно, с целью устрашения, высказана в адрес потерпевшей угроза убийством.

С учетом обстоятельств совершения преступления, предшествующего поведения подсудимого, который непосредственно перед этим нанес потерпевшей неоднократные удары, в том числе молотком в жизненно важную часть тела - голову, причинив телесные повреждения, находился в непосредственной близости от потерпевшей, удерживая в одной руке молоток, другой рукой тащил потерпевшую за волосы в направлении дома, физического превосходства и агрессивного поведения подсудимого, у потерпевшей имелись все основания опасаться осуществления данной угрозы. 

По факту совершения преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Подсудимый, полагая нахождение в смежном помещении дома Ю. и иного лица, на почве ревности, действуя умышленно, с целью причинения указанным лицам смерти, произвел четыре выстрела из ружья патронами, заряженными дробью, в межкомнатную перегородку в предполагаемом направлении их нахождения.

О направленности умысла подсудимого на причинение смерти Ю. и иному лицу свидетельствуют способ совершения преступления, количество выстрелов, производство их с близкого расстояния в жилом помещении, в ночное время, в направлении жизненно важных органов людей, находящихся на спальных местах, использование подсудимым огнестрельного оружия - охотничьего ружья, обладающего большими поражающими свойствами, знание подсудимого, являющегося охотником, о поражающих свойствах оружия и боеприпасов, а также о конструктивной особенности стены, через которую производились выстрелы, а также последующее поведение подсудимого, направленное на проникновение в жилище Ю. и доведение убийства до конца.

Вопреки доводам стороны защиты, умысел подсудимого был направлен на лишение жизни двух лиц, поскольку его возникновению способствовало убеждение в существовании иного лица, вступившего с Ю. в близкие отношения. Это убеждение обусловило возникновение у подсудимого ревности, на почве которой возник преступный умысел на лишение жизни Ю. и вышеуказанного иного, неизвестного подсудимому лица. Ошибочность убеждения и фактическое отсутствие иного лица, вступившего в близкие отношения с Ю., не влияет на квалификацию действий подсудимого, поскольку объектом преступления в данном случае явились общественные отношения по поводу жизни нескольких лиц, а не какое-либо конкретное лицо.

Подсудимый осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшей Ю. и иного, неизвестного ему лица, и желал этого, то есть действовал с прямым умыслом, направленным на убийство Ю. и иного лица. 

Преступление совершено общеопасным способом, заведомо для подсудимого представляющим опасность для жизни не только лиц, цель лишения жизни которых он преследовал, но и иных лиц, поскольку подсудимый произвел четыре выстрела из огнестрельного оружия, зараженного дробью, в помещение, где, как он достоверно знал, кроме вышеуказанных лиц находятся также Б. и Т. При этом подсудимый не имел возможности и не пытался предпринять какие-либо действия по предотвращению поражения последних выстрелами, осознавал возможность наступления в результате его действий не только тех общественно опасных последствий, к достижению которых стремился, но и смерти или телесных повреждений Б. и Т., к чему относился безразлично. 

Доводы стороны защиты о том, что производство выстрелов через бревенчатую перегородку исключило достаточность кинетической энергии зарядов для причинения смерти человеку, по мнению суда являются надуманными, так как из показаний потерпевших, результатов судебно-медицинских экспертиз, осмотров места происшествия, осмотров предметов, выемки, следует, что заряды дроби, прошедшие через указанную перегородку, сохранили достаточную кинетическую энергию для причинения ранений, прохождения через деревянную спинку кровати, деревянную противоположную стену, разрушения металлических, стеклянных и пластиковых деталей телевизора. Ненаступление в результате выстрелов смерти кого-либо из находившихся в доме лиц обусловлено не недостаточностью убойной силы зарядов, а непопаданием дроби в жизненно важные органы этих лиц, принявших меры к тому, чтобы укрыться от выстрелов.

Преступление не было доведено до конца по не зависящим от подсудимого обстоятельствам, так как Ю. приняла меры к тому, чтобы укрыться от выстрелов, вследствии чего избежала попадания в жизненно важные органы, иное лицо, на убийство которого был направлен умысел подсудимого, в помещении фактически отсутствовало, в половину дома Ю. подсудимый не смог проникнуть, так как дверь была заперта, кроме того ее удерживали Б. и Т., впоследствии прибывшими сотрудниками полиции подсудимый был задержан.

Действиями подсудимого потерпевшей Ю. причинены телесные повреждения, повлекшие легкий вред здоровью.

Доводы стороны защиты о добровольном отказе подсудимого от преступления несостоятельны. По смыслу закона при покушении на преступление добровольный отказ от него возможен только путем активных действий, совершенных добровольно и по собственному желанию, которые могут предотвратить наступление преступных последствий. Подсудимым совершен необходимый объем действий, достаточных для наступления желаемых им общественно опасных последствий - произведено несколько выстрелов в направлении нахождения людей, что повлекло причинение вреда здоровью людей. Ненаступление общественно опасных последствий в желаемом подсудимым объеме от воли и действий подсудимого не зависело. Подсудимый не только не совершил никаких активных действий по предотвращению этих последствий, но пытался довести свой умысел до конца, проникнув в жилище потерпевшей, высказывал при этом угрозы убийством. Тот факт, что подсудимый пятый и последующие выстрелы не произвел, также не может расцениваться как добровольный отказ от преступления.

Вопреки доводам стороны защиты, отсутствие со стороны подсудимого попыток проникнуть в половину дома Ю. через крышу, погреб, окно, гипсокартонную часть перегородки, отсутствие при подсудимом ружья при попытке проникнуть в жилище потерпевшей после выстрелов через дверь и пристрой, не свидетельствует об отсутствии у подсудимого умысла на причинение смерти Ю. и иному лицу, либо о добровольном отказе от преступления, так как действия, направленные к причинению общественно опасных последствий, и достаточные для их наступления совершены подсудимым путем производства выстрелов через межкомнатную перегородку, в связи с чем отсутствие иных действий подсудимого, направленных на достижение этих же последствий, не имеет значения для квалификации его деяния.

Вопреки доводам стороны защиты, тот факт, что третий и четвертый выстрелы подсудимого не повлекли причинения потерпевшим телесных повреждений, не влияет на квалификацию действий подсудимого, так как обусловлен действиями потерпевших, которые после первых двух выстрелов переползли в другое помещение, о чем подсудимый не знал.

По факту совершения 03.06.2015 преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ.

Суд считает установленным, что телесные повреждения, повлекшие причинение легкого вреда здоровью потерпевшей Т., причинены действиями подсудимого.

О направленности умысла подсудимого на причинение легкого вреда здоровью потерпевшей свидетельствуют способ и орудие преступления, характер и локализация причиненных телесных повреждений. 

Суд приходит к выводу, что производя выстрелы из огнестрельного оружия в замкнутое помещение малой площади, где находилась потерпевшая Т., подсудимый осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения потерпевшей легкого вреда здоровью и относился к этому безразлично.

Преступление совершено с применением оружия.

По факту совершения преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Подсудимый, достоверно зная о наличии и расположении телевизора, о поражающих свойствах оружия и боеприпасов, произвел в стену в направлении расположения телевизора выстрелы из ружья патронами, заряженными дробью, при этом попал в телевизор, чем привел его в состояние полной негодности, исключающее возможность восстановления и использования по назначению, то есть уничтожил данный телевизор.

Телевизор был подарен потерпевшей Ю. после расторжения брака, в связи с чем не находился в совместной с подсудимым собственности.

Преступление совершено общеопасным способом, заведомо для подсудимого представляющим опасность для жизни и здоровья людей.

Подсудимый осознавал, что в результате его действий возможно наступление общественно опасных последствий в виде уничтожения чужого имущества, находящегося в помещении, в которое он производил выстрелы, и относился к этому безразлично. Таким образом, преступление совершено умышленно, доводы подсудимого о том, что намеренно он цель уничтожения имущества не преследовал, на квалификацию его деяния не влияют. 

Преступление совершено с применением оружия.

Суд, учитывая имущественное положение потерпевшей, вид и размер ее ежемесячного дохода, отсутствие у потерпевшей в период совершения преступления дополнительных источников дохода, размер причиненного ущерба, более чем двукратно превышающий размер ежемесячного дохода потерпевшей, значимость похищенного имущества для потерпевшей и членов ее семьи, отсутствие у потерпевшей возможности приобретения равнозначного имущества, считает доказанным, что ущерб, причиненный потерпевшей действиями подсудимого, является значительным, то есть трудновосполнимым, нанесшим существенный урон ее благосостоянию, повлекшим существенное ухудшение экономического положения потерпевшей, выразившееся в лишении значимого для нее дорогостоящего имущества.

Суд, исходя из фактических обстоятельств дела, восприятия подсудимым происходившего, его последовательных и осознанных действий, а также с учетом заключения комиссии экспертов, не находит оснований считать, что подсудимый при совершении всех вышеуказанных преступлений находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, так как объективные предпосылки для этого отсутствовали. После случившегося подсудимый свободно ориентировался в действительности, вступал в адекватный речевой контакт, давал пояснения об обстоятельствах произошедшего. 

Суд квалифицирует действия подсудимого по

п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ – умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия;

ч. 1 ст. 119 УК РФ – угроза убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы;

ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ – покушение на убийство двух лиц, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на умышленное причинение смерти двум лицам, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам, совершенное общеопасным способом;

п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ – умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением оружия;

ч. 2 ст. 167 УК РФ – умышленное уничтожение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное общеопасным способом.

При назначении наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, сведения о личности подсудимого, в том числе изложенные в характеристиках, об его возрасте, семейном и имущественном положении, состоянии здоровья, поведении в быту, смягчающие наказание обстоятельства, по преступлениям, предусмотренным ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 167 УК РФ, отягчающее наказание обстоятельство, а также влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

Суд также руководствуется положениями ч. 2 ст. 43 УК РФ, согласно которым наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. 

Согласно характеристикам по месту жительства подсудимый характеризуется положительно, отмечается трудоустроенность, отсутствие жалоб от соседей и уличного комитета, незамеченность в злоупотреблении спиртными напитками (том 2 л.д.104, 105).

Согласно характеристикам по месту работы в 2012, 2015 гг. подсудимый характеризуется положительно, отмечается ответственность, отсутствие нареканий (том 3 л.д.147, 148). 

Согласно характеристикам по месту содержания под стражей в 2015 году, в 2020 году подсудимый характеризуется положительно, отмечается соблюдение правил распорядка, отсутствие дисциплинарных взысканий (том 2 л.д.122, 123, том 3 л.д.146, приобщенные характеристики).

Согласно характеристике по месту отбывания наказания за период с 2016 по 2020 гг. подсудимый характеризуется следующим образом: трудоустроен, к труду относится добросовестно, имеет 8 поощрений, имеет 3 не снятых и не погашенных в установленном порядке дисциплинарных взыскания, на меры воспитательного и дисциплинарного характера реагирует слабо и несвоевременно, должных выводов для себя не делает, соответствует условиям отбывания наказания (приобщенная характеристика).

Согласно характеристикам по местам работы в период отбывания наказания в 2018-2020 гг. подсудимый характеризуется положительно, отмечается ответственность, дисциплинированность, добросовестность, отсутствие нареканий (приобщенные характеристики).

Согласно характеристике настоятеля Успенского прихода ФИО1 в 2013-2014 гг. на добровольной благотворительной основе трудился при храме в г. Шумихе, зарекомендовал себя как ответственный, честный, воспитанный и трудолюбивый человек, замечаний не имел (приобщенная характеристика).

На учете у врача-психиатра, врача-нарколога подсудимый не состоит (том 2 л.д.101), в судебном заседании ведет себя адекватно, учитывая данные обстоятельства, а также заключение комиссии экспертов (том 1 л.д.191-195), у суда не возникло сомнений в его вменяемости как в момент совершения преступлений, так и в настоящее время.

Смягчающими наказание подсудимого обстоятельствами по всем совершенным им преступлениям, с учетом признания указанного смягчающего наказание обстоятельства приговором от 15.01.2016, отмененным по кассационной жалобе в интересах подсудимого, суд признает согласно п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ явку с повинной, поскольку как следует из рапорта оперативного дежурного, объяснений (том 1 л.д.52, 64, 85) подсудимый незамедлительно после совершения преступлений сообщил о них сотрудникам полиции, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений.

Вопреки доводам подсудимого, суд не усматривает оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, ч. 2 ст. 61 УК РФ, по всем преступлениям принесение подсудимым извинений потерпевшим, в том числе в судебных заседаниях 23.12.2015, 13.01.2016, так как из показаний потерпевших не следует, что извинения ими приняты, кроме того, с учетом фактического характера и общественной опасности совершенных преступлений, причиненных последствий, принесение устных извинений явно несоразмерно причиненному вреду и недостаточно для его заглаживания.

Суд не усматривает оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, ч. 2 ст. 61 УК РФ, по преступлениям, предусмотренным ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 167 УК РФ, вызов сотрудников полиции, принявших меры к оказанию потерпевшим медицинской помощи, поскольку сообщение подсудимым в отдел полиции о совершенных им действиях учтено судом в качестве явки с повинной, подсудимым своими силами каких-либо мер к оказанию медицинской и иной помощи потерпевшим не предпринято, вызов скорой помощи иными лицами не может расцениваться как смягчающее наказание обстоятельство.

Суд не усматривает оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, ч. 2 ст. 61 УК РФ, по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 167 УК РФ, добровольного возмещения имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, в том числе частичного, так как в судебном заседании установлено, что какого-либо возмещения причиненного ущерба, в том числе путем передачи имущества, равноценного уничтоженному, в собственность потерпевшей, не производилось.

Вопреки доводам подсудимого, суд не усматривает оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, по преступлениям, предусмотренным п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119 УК РФ, совершенным 28.05.2015, противоправного поведения потерпевшей, так как доводы подсудимого о том, что потерпевшая замахивалась на него молотком, опровергнуты в судебном заседании.

Вопреки доводам подсудимого, суд не усматривает оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, по преступлениям, предусмотренным ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 167 УК РФ, совершенным 03.06.2015, аморального поведения потерпевшей, так как в судебном заседании не установлено совершения Ю. каких-либо действий, противоречащих нравственным нормам. Не установлено и наличия у подсудимого оснований добросовестно заблуждаться относительно аморальности поведения Ю., поскольку по состоянию на 03.06.2015 брак между ней и подсудимым расторгнут, последний не вправе был оценивать ее поведение с точки зрения соблюдения супружеской верности. 

Суд не усматривает оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным ч. 2 ст. 61 УК РФ, по всем преступлениям наличие у подсудимого на время совершения преступлений несовершеннолетнего ребенка, так как преступления 28.05.2015 совершены в отношении матери ребенка, на иждивении которой он находился и совместно с которой проживал, с наличием несовершеннолетнего ребенка у подсудимого совершение указанных преступлений никак не связано, 03.06.2015 преступления совершены способом, представлявшим опасность для жизни ребенка.

Суд не усматривает оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным ч. 2 ст. 61 УК РФ, по всем преступлениям неудовлетворительного состояния здоровья подсудимого, так как из представленной им справки медицинской части следует, что во время отбывания наказания в 2017-2018 гг. он получал результативное лечение возникших заболеваний, сведений о неудовлетворительности состояния здоровья подсудимого в настоящее время суду не представлено.

Поскольку сообщение подсудимым о фактически совершенных им действиям сотрудникам полиции, дача показаний относительно своих действий учтены судом как явка с повинной, активное способствование раскрытию преступлений, уже предполагающие признание вины, суд не усматривает оснований для признания самостоятельным смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным ч. 2 ст. 61 УК РФ, по всем преступлениям признания вины, в том числе частичного.

Отягчающим наказание подсудимого обстоятельством по преступлениям, предусмотренным ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 2 ст. 167 УК РФ, суд признает согласно п. «к» ч. 2 ст. 63 УК РФ совершение преступлений с использованием оружия.

Данное отягчающее обстоятельство признаком указанных преступлений не является, относится не к способу совершения преступлений, а к избранному подсудимым орудию.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, по преступлениям, предусмотренным п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119 УК РФ, не имеется.

Суд не находит установленные смягчающие наказание обстоятельства исключительными, как не усматривает и иных исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных подсудимым преступлений, поэтому суд не находит оснований для применения при назначении наказания положений ст. 64 УК РФ.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119 УК РФ, требования ч. 1 ст. 56 УК РФ, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, суд приходит к выводу о назначении наказания за данные преступления в виде обязательных работ.

Препятствий к назначению подсудимому наказания в виде обязательных работ, предусмотренных ч. 4 ст. 49 УК РФ, не имеется.

С учетом санкции ч. 2 ст. 105 УК РФ, при отсутствии оснований к применению ст. 64 УК РФ подсудимому за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, может быть назначено наказание только в виде лишения свободы с ограничением свободы. 

Суд полагает необходимым установить подсудимому в период отбывания наказания в виде ограничения свободы следующие ограничения: не изменять место жительства, не выезжать за пределы территории муниципального образования по месту его проживания после отбывания лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, возложить следующую обязанность: являться один раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Препятствий для назначения наказания в виде ограничения свободы, предусмотренных ч. 6 ст. 53 УК РФ, не имеется.

При назначении подсудимому наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, суд применяет положения ч. 3 ст. 66 УК РФ, согласно которым срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей УК РФ за оконченное преступление.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, санкцию ч. 2 ст. 167 УК РФ, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, суд приходит к выводу о назначении наказания за данное преступление в виде лишения свободы. 

К моменту рассмотрения уголовного дела истек установленный ст. 78 УК РФ срок давности привлечения к уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119, ч. 2 ст. 167 УК РФ.

При рассмотрении в ходе судебного заседания вопроса о прекращении уголовного преследования по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 167 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, подсудимый возражал против прекращения уголовного преследования. 

Согласно ч. 2 ст. 27 УПК РФ, прекращение уголовного преследования по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

В соответствии с п. 25 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», в случае, если во время судебного разбирательства будет установлено обстоятельство, указанное в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, суд прекращает уголовное дело и (или) уголовное преследование только при условии согласия на это подсудимого. При этом не имеет значения, в какой момент производства по делу истекли сроки давности уголовного преследования. 

Если в результате продолженного судебного разбирательства в связи с возражением подсудимого против прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, будет установлена его виновность, суд постановляет обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания.

Таким образом имеются основания для освобождения подсудимого от наказания за совершение преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119, ч. 2 ст. 167 УК РФ.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание подсудимому следует отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Оснований для отмены или изменения избранной подсудимому меры пресечения суд не усматривает.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбывания наказания подсудимому подлежит зачету время его фактического непрерывного содержания под стражей в порядке применения меры пресечения с учетом задержания с 03.06.2015 по 25.01.2016 и с 09.09.2021 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В срок отбывания наказания подсудимому также подлежит зачету время отбывания лишения свободы по приговору от 15.01.2016 со дня вступления его в законную силу 26.01.2016 по 08.09.2021. 

Оснований для постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, применения отсрочки отбывания наказания не усматривается. 

С учетом фактических обстоятельств преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 167 УК РФ, и степени их общественной опасности, наличия обстоятельства, отягчающего наказание, оснований для изменения категории указанных преступлений, в совершении которых обвиняется подсудимый, на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

При разрешении вопроса о гражданском иске суд, руководствуясь ст. 151, 1 064, 1 099 – 1 101 ГК РФ, учитывает следующее.

Потерпевшей Ю. заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого 1 000 000 рублей в счет возмещения морального вреда.

В период с 2016 года по 2022 год в рамках исполнительного производства от 08.02.2016 № 41963/19/45028-ИП о взыскании морального вреда с ФИО1 в пользу Ю., прекращенного 19.01.2022, взыскано 30 499 рублей 94 копейки. 

По мнению суда, с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшей, характера физических и нравственных страданий потерпевшей, требований разумности, справедливости и соразмерности, материального и семейного положения подсудимого, его возраста, трудоспособности, заявленный потерпевшей гражданский иск подлежит частичному удовлетворению, суммы, взысканные в рамках исполнительного производства по этому же основанию, подлежат зачету.

Потерпевшей Т. заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого 500 000 рублей в счет возмещения морального вреда.

16.05.2018 Т. умерла.

Исходя из содержания ст. 383, 1112 ГК РФ, компенсация морального вреда носит личностный характер, т.е. требование денежной компенсации морального вреда, причиненного преступлением, неразрывно связано с личностью потерпевшего, возмещение морального вреда в состав наследства не входит и процессуальное правопреемство в рамках указанного искового производства невозможно.

На основании вышеизложенного производство по гражданскому иску потерпевшей Т. подлежит прекращению.

Согласно ст. 81 УПК РФ с вещественными доказательствами необходимо по вступлению приговора в законную силу поступить следующим образом: телевизор, переданный собственнику, считать возвращенным по принадлежности.

Хранящееся в комнате хранения оружия МО МВД России «Шумихинский» охотничье ружье МР-153 № *** 12 калибра, принадлежащее подсудимому, являющееся орудием совершения преступлений, на основании п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ подлежит конфискации.

Хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Мишкинского МСО СУ СК России по Курганской области молоток, 4 гильзы, 69 металлических предметов, пыж-контейнер, пыж-контейнер, фрагмент войлочного утеплителя, фрагмент полимерного утеплителя на основании п. 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ подлежат уничтожению.

Хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Мишкинского МСО СУ СК России по Курганской области наволочка, пододеяльник, футболка на основании пп. 3, 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ подлежат передаче законным владельцам, при неистребовании - уничтожению, как не представляющие ценности.

Поскольку во исполнение приговора от 15.01.2016, вступившего в законную силу 26.01.2016, охотничье ружье МР-153 № *** 12 калибра конфисковано, передано на склад вооружения УМВД России по Курганской области, молоток, 4 гильзы, 69 металлических предметов, пыж-контейнер, пыж-контейнер, фрагмент войлочного утеплителя, фрагмент полимерного утеплителя, наволочка, пододеяльник уничтожены, футболка передана законному владельцу (том 4 л.д.38-39, 40, 42), исполнение приговора в части решения судьбы указанных вещественных доказательств невозможно.

При решении вопроса о процессуальных издержках суд руководствуется ст. 131, 132 УПК РФ.

После исследования постановлений о вознаграждении защитников, вынесенных следователем и судом, заявления защитника о вознаграждении за участие в судебном заседании, предоставления сторонам возможности довести до сведения суда свою позицию относительно суммы взыскиваемых процессуальных издержек, имущественного положения подсудимого, возможного освобождения от взыскания процессуальных издержек или о согласии их возместить в соответствии с ч. 6 ст. 132 УПК РФ, стороны возражений относительно размера вознаграждения защитников не высказали, подсудимый, защитник не возражали против взыскания процессуальных издержек с подсудимого, государственный обвинитель просил взыскать процессуальные издержки с подсудимого, потерпевшие мнения о процессуальных издержках не высказали. 

Выслушав мнение сторон, изучив материалы дела, в том числе данные об имущественном положении подсудимого, суд приходит к следующему.

Процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплаченных защитникам за оказание юридической помощи подсудимому по назначению следователя и суда, подлежат взысканию в доход федерального бюджета с подсудимого.

С подсудимого подлежат взысканию процессуальные издержки в сумме 1 897 рублей 50 копеек за 3 дня участия защитника в ходе предварительного следствия в 2015 году, 1 265 рублей за 2 дня участия защитника в судебном заседании в 2016 году из расчета 632 рубля 50 копеек за 1 день участия защитника, 17 756 рублей за 8 дней участия защитника в судебном заседании в 2021-2022 годах из расчета 2 219 рублей 50 копеек за 1 день участия защитника.

Оснований для освобождения подсудимого от уплаты процессуальных издержек суд не усматривает, так как он являются трудоспособным, иждивенцев не имеет, суд не усматривает его имущественной несостоятельности.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ, 

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119, ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 167 УК РФ, и назначить ему наказание 

по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ в виде 300 (трехсот) часов обязательных работ;

по ч. 1 ст. 119 УК РФ в виде 400 (четырехсот) часов обязательных работ;

по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ в виде 300 (трехсот) часов обязательных работ;

по ч. 2 ст. 167 УК РФ в виде 1 (одного) года 3 (трех) месяцев лишения свободы;

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ в виде 10 (десяти) лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 (один) год с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Установить в период отбывания наказания в виде ограничения свободы ФИО1 следующие ограничения: не изменять место жительства, не выезжать за пределы территории муниципального образования, где будет проживать осужденный после отбывания лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на осужденного ФИО1 в период отбывания наказания в виде ограничения свободы следующую обязанность: являться один раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 8 ст. 302 УПК РФ освободить ФИО1 от наказания по п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 167 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Срок отбывания наказания, назначенного по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, после чего отменить.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбывания наказания осужденному зачесть время его фактического непрерывного содержания под стражей в порядке применения меры пресечения с учетом задержания с 03.06.2015 по 25.01.2016 и с 09.09.2021 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В срок отбывания наказания осужденному зачесть время отбывания лишения свободы по приговору от 15.01.2016 с 26.01.2016 по 08.09.2021. 

Гражданский иск потерпевшей Ю. удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 на основании ст. 151, 1 064, 1 099 – 1 101 ГК РФ в пользу Ю. денежную компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятисот тысяч) рублей.

Зачесть в счет денежной компенсации морального вреда сумму, взысканную с ФИО1 в пользу Ю. в рамках исполнительного производства от 08.02.2016 № 41963/19/45028-ИП.

Производство по гражданскому иску потерпевшей Т. прекратить. 

Вещественные доказательства по вступлению приговора в законную силу: телевизор, переданный собственнику, считать возвращенным по принадлежности.

Взыскать с ФИО1 процессуальные издержки по оплате труда адвокатов в качестве защитников по назначению в размере 20 918 рублей (двадцати тысяч девятисот восемнадцати) рублей 50 копеек в доход федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Курганского областного суда в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора путем подачи жалобы через Шумихинский районный суд Курганской области.

В соответствии с ч. 3 ст. 389.6 УПК РФ в случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Желание принять непосредственное участие в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, равно как и отсутствие такового, а также свое отношение к участию защитника, либо отказ от защитника при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, должны быть выражены осужденным в апелляционной жалобе, а если дело рассматривается по представлению прокурора или по жалобе другого лица в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу либо представление в течение 10 суток со дня вручения копии приговора либо копии жалобы или представления.

Председательствующий Е.И. Морскова