Дело № 2-694/19 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Саров 26 июня 2019 г.

Саровский городской суд Нижегородской области в составе:

председательствующего судьи Шалятовой Л.А. 

при секретаре Ларионовой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о применении последствий ничтожных сделок,

Установил:

Истица обратилась в суд с данным иском, мотивируя свои требования тем, что 03 октября 1996 г. ФИО4 продала ФИО2 земельный участок с садовыми строениями (нежилое здание, площадью 56 кв.м.) и насаждениями, находящимися в г. Сарове ..., площадью 450 кв.м..

По договору купли-продажи от 05 мая 2016 г. ФИО2 продала ей, истицей, данный земельный участок, которому был присвоен кадастровый №. Данные о строении и насаждениях на земельном участке в договоре отсутствуют. Несмотря на это она, истица, пользовалась строением как собственник, в том числе производила в нем текущий ремонт и необходимые улучшения.

06 июня 2018 г. она продала данный земельный участок ФИО3, при этом полагала, что продает также и находящееся на нем строение, поскольку считала себя его собственником.

Вместе с тем, в регистрации перехода права собственности было отказано, поскольку на земельном участке находилось нежилое здание, собственником которого была зарегистрирована ФИО2

По договору купли-продажи от 14 июля 2018 г. ФИО2 продала, а ФИО3 купил нежилое здание, площадью 56 кв.м., расположенное на земельном участке в .... После данной сделки был зарегистрирован переход права собственности на земельный участок и находящееся на нем строение.

Полагает, что договор купли-продажи между ней и ФИО2 заключен с нарушением закона, поскольку земельный участок был продан без дома, что противоречит положениям ст. 35 Земельного кодекса РФ.

Также считает, что ФИО2 не могла оформить продажу ФИО3 по договору от 14 июля 2018 г. спорного нежилого здания без продажи земельного участка, поскольку данная сделка противоречит положениям ст. 35 Земельного кодекса РФ и ст.ст. 552, 555Гражданского кодекса РФ.

В связи с этим просит признать ничтожными договор купли-продажи земельного участка, распложенного по адресу: ..., заключенный между ней и ФИО2 05 мая 2016 г., а также договор купли-продажи нежилого здания, площадью 56 кв.м., находящигося по адресу: снт ..., заключенный 14 июля 2018 г. между ФИО2 и ФИО3. Также просит применить последствия недействительности данных ничтожных сделок, вернув стороны в первоначальное положение.

Истица в судебное заседание не явилась, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие, что отражено в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие и об отказе в удовлетворении заявленных требований, что отражено в письменном отзыве на иск.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился по неизвестной причине, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не представлено. Согласно объяснениям, данным в ходе подготовки дела к судебному разбирательству исковые требования не признает.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Нижегородской области в судебное заседание не явился по неизвестной причине, о времени и месте рассмотрения дела Управление извещалось надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не представлено.

Исследовав материалы данного гражданского дела, а также материалы гражданского дела № 2-1147/2018, суд приходил к следующему.

Из материалов дела следует и судом установлено, что 03 октября 1996 г. ФИО5 продал ФИО2 земельный участок с садовыми строениями и насаждениями, находящимися в г. Сарове на землях садового товарищества ..., площадью 450 кв.м.. Также в договоре указано, что садовые строения представляют собой садовый домик, общей площадью 56, 0 кв.м., забора деревянного сплошного, теплицы.

05 мая 2016 г. между ФИО2 и ФИО1 заключен договор купли-продажи земельного участка, площадью 450 кв.м., расположенного по адресу: Нижегородская область, г. Саров, садоводческое товарищество ..., категория земель: участок II категории для использования под сад, кадастровый №. Общая цена земельного участка определена по соглашению сторон и составила 750 000 руб..

10 мая 2016 года за ФИО1 зарегистрировано право собственности на данный земельный участок в ЕГРП.

06 июня 2018 г. истица продала данный земельный участок ФИО3 по договору купли-продажи

При этом, регистрация перехода к ФИО3 права собственности на земельный участок была приостановлена в связи с нахождением на земельном участке строения, право собственности на которое было зарегистрировано за ФИО2.

14 июля 2018 г. ФИО2 и ФИО3 заключили договор купли-продажи нежилого здания, площадью 56 кв.м., расположенного по адресу: Нижегородская обл., ...

24 июля 2018 г. за ФИО3 зарегистрировано право собственности на земельный участок и нежилое здание, площадью 56 кв.м., расположенные по адресу: Нижегородская обл., г. Саров, ...

Истица, обратившись в суд с данным иском, указывает, что 05 мая 2016 г. ФИО2 продала ей весь земельный участок, площадью 450 кв.м., а не только часть, за исключением участка, площадью 56 кв.м., занятого строением. Она, в свою очередь, также продала ФИО3 весь земельный участок. При этом, ФИО2 продала ФИО3 нежилое здание, и, следовательно, часть земельного участка под ним.

Поскольку судьба земельного участка и расположенного на нем строения едины, договор купли-продажи от 05 мая 2016 г., заключенный между ней и ФИО2, и договор от 14 июля 2018 г., заключенный между ФИО3 и ФИО2, полагает ничтожными.

В силу п. 2 ст. 1, п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (ст. 153 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ и п. 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Истица обратилась в суд с иском о признании договора купли-продажи от 05 мая 2016 г. после того, как сама, будучи собственником, продала садовый участок.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного постановления в разумный срок.

Из анализа данной нормы гражданско-процессуального законодательства РФ следует, что предъявление любого иска (заявления) должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица путем использования им установленных способов защиты гражданских прав.

При приобретении спорного земельного участка, истица его осматривала, никаких неопределенностей относительно предмета договора, его характеристик у сторон не возникло при его заключении. Спорный договор купли-продажи заключен сторонами и фактически исполнен. Истица, проявляя надлежащую осмотрительность и разумность, могла своевременно ознакомиться с имуществом, передаваемым в собственность, выяснить вопрос об основаниях его приобретения продавцом, о регистрации строения в качестве объекта гражданских прав, правах на земельный участок под нежилым зданием и т.д., что ею выполнено не было.

Более того, как указывает истица, после приобретения земельного участка, она пользовалась в том числе и нежилым зданием, производила в нем ремонт и необходимые улучшения.

Кроме того, из письменного отзыва ФИО2 следует, что при заключении и исполнении договора она и ФИО1 исходили из того, что предметом договора является продажа не только собственно земельного участка, но и всех находящихся на нем садовых построек и насаждений, и цена была определена на все эти объекты. После заключения договора она, ФИО2, никогда не пользовалась находящимися на земельном участке строениями и насаждениями, поскольку они все перешли во владение и пользование ФИО1

Истица данные пояснения ответчицы не опровергла.

Также суд учитывает, что в настоящее время истица не является собственником земельного участка и не сможет его возвратить ответчице, а сделка с ФИО3 от 06 июня 2018 г. ею не оспаривается.

Таким образом, основания для удовлетворения требования истицы о признании договора купли-продажи земельного участка от 05 мая 2016 г. ничтожным отсутствуют.

Относительно требований ФИО1 о признании ничтожным договора купли-продажи от 14 июля 2018 г., заключенного между ФИО3 и ФИО2 суд отмечает следующее.

В соответствии с ч. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Пунктом 78 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" предусмотрено, что исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

По смыслу указанного закона истцом по таким спорам может являться лицо, имеющее материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и на чье правовое положение она может повлиять.

Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой. В ином случае интересы указанного лица не могут быть защищены в судебном порядке в результате оспаривания сделки, которая не влечет для него каких-либо правовых последствий.

Из представленных материалов следует, что истец не является стороной договора от 14 июля 2018 г., ее права и законные интересы оспариваемым договором не нарушаются, применение последствий недействительности сделки не может повлечь за собой восстановление ее прав и интересов. Также она не является заинтересованным лицом (по смыслу указанных выше положений закона) для предъявления требования о признании спорной сделки недействительной, доказательств иного истицей в нарушение требований ст. ст. 12, 56, 57 ГПК РФ суду не представлено.

Из п. 2.1 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 апреля 2008 года N 289-О-О следует, что заинтересованным лицом может быть признан субъект, в отношении которого просматривается причинная связь между совершенной сделкой и возможной угрозой его законным интересам, когда его благо, прежде всего, имущественного характера, может пострадать или уже пострадало в результате совершения сделки.

.Истица не обладает материальным интересом в споре и не является заинтересованным лицом в понимании гражданского законодательства, следовательно, она не обладает правом на оспаривание данной сделки.

Также суд учитывает, что оспариваемый договор продажи нежилого здания был заключен и исполнялся вместе с другим договором купли-продажи, по условиям которого ФИО1 продала ФИО3 земельный участок, на котором расположено нежилое здание. Исполнение обеих сделок соответствовало принципу единства судьбы земельного участка и расположенного на нем нежилого здания, поскольку оба этих объекта в результате сделок перешли в собственность ФИО3

Таким образом, требования истицы о признании ничтожным договор купли-продажи от 14 июля 2018 г. также неправомерны.

При указанных обстоятельствах основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы. 

В письменном отзыве ФИО2 отражено ходатайство о взыскании с ФИО1 расходов по оплате услуг адвоката в размере 5000 рублей. Понесенные расходы подтверждены квитанцией ПКО № 134 от 31 мая 2019 года. 

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ) (п. 12).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 Постановления N 1).

Как следует из материалов дела, адвокат Пылев А.И. подготовил письменный отзыв ФИО2. Стоимость данных услуг составила 5000 руб., в подтверждение чего суду представлена квитанция к ПКО № 134 от 31 мая 2019 г.

Поскольку ФИО1 в удовлетворении требований к ФИО2 отказано в полном объеме, учитывая объем выполненной представителем работы, сложность данного дела, а также требования разумности и справедливости, взысканию подлежат денежные средства в размере 2 500 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 отказать.

Заявление ФИО2 о взыскании судебных издержек удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 в счет оплаты услуг адвоката 2 500 рублей. 

В остальной части требования ФИО2 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Л.А.Шалятова.