Дело №2-678/2019 Мотивированное 

решение

 изготовлено 27 ноября 2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 ноября 2019 года г. Кировск

Кировский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Чайка О.Н.

при секретаре Васильевой А.С.

с участием истца ФИО1

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 и ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее- ДТП). 

В обоснование иска указал, что в результате ДТП, произошедшего 22 мая 2019 года по вине ответчика, управлявшего автомобилем «...», государственный регистрационный знак ..., который допустил столкновение с автомобилем «...», государственный регистрационный знак ..., принадлежащий ФИО1 и под его управлением. В результате ДТП принадлежащему ему (истцу) автомобилю были причинены технические повреждения. Согласно отчету независимого оценщика ООО «Эксперт+», стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля составила ... рублей, за составление данного отчета им было уплачено 10 000 рублей. На основании страхового полиса «Моя защита» ему (истцу) было выплачено в счет возмещения ущерба от ДТП ... рублей. Поскольку на момент рассматриваемого ДТП гражданская ответственность причинителя вреда, в соответствии с законом застрахована не была, просит суд взыскать с ФИО3 причиненный материальный ущерб в сумме, составляющей разницу между причиненным ущербом и произведенной выплатой в размере 184 400 рублей, расходы на оплату эвакуатора в сумме 4000 рублей, расходы по оплате услуг оценщика в сумме 10 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 5168 рублей 00 копеек. 

Определением Кировского городского суда от 09 октября 2019 года к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО2 

Истец в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме.

Представитель истца, извещенный о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в судебное заседание не явился, не просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Ответчик ФИО3 о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, не явился, просил судебное заседание отложить в связи с необходимостью ознакомления с делом и подготовкой позиции по делу (л.д. 123). 

Судом установлено, что копия искового заявления и судебная повестка на предварительное судебное заседание на 09 октября 2019 года были направлены ответчику ФИО3 17 сентября 2019 года по адресу его регистрации: ..., при этом конверт с судебной повесткой вернулся в адрес суда неврученным адресату (л.д. 72. 74, 78-79а). 23 октября 2019 года ответчиком ФИО3 была получена судебная повестка на судебное заседание 06 ноября 2019 года, в которое он не явился, об отложении судебного заседания не просил, причин уважительности неявки не представил, что следует из протокола судебного заседания (л.д. 106, 116-117).

О дате, времени и месте судебного заседания 25 ноября 2019 года ФИО3 был извещен путем направления смс-сообщения на номер телефона, указанный им в расписке о согласии на смс-извещение (л.д. 109), а также получил судебную повестку на указанную дату при личном обращении в приемную суда 20 ноября 2019 года (л.д. 122).

В связи с поданным ФИО3 20 ноября 2019 года заявлением об ознакомлении с материалами дела (л.д. 124) 21 ноября 2019 года секретарем судебного заседания осуществлен звонок ФИО3 о возможности ознакомления с делом, однако, до настоящего времени ответчик с делом не ознакомился (л.д. 125-126).

Суд, отказывая в удовлетворении ходатайства ФИО3 об отложении судебного заседания, исходит из того, что ответчик знал о нахождении дела в суде, был извещен о проводимых по делу судебных заседаниях, однако, до настоящего времени возражений относительно предъявленных к нему требований, равно как и доказательств уважительности причин неявки, в том числе в настоящее судебное заседание, суду не представил. Суд приходит к выводу, что ответчик ФИО3 имел реальную возможность своевременно ознакомиться с материалами дела, сформировать позицию по исковым требованиям и подготовить возражения (при наличии). Судом также учтено, что ответчик ФИО3 не был лишен возможности иметь по делу представителя.

Учитывая изложенное, суд не находит оснований для отложения настоящего судебного заседания и полагает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие соответчика ФИО3 в соответствии с частью 4 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, поддержал доводы ранее представленных возражений на иск, в которых сообщает, что в момент ДТП он не находился за рулем автомобиля, указывает на то, что надлежащим ответчиком по делу является виновник ДТП ФИО3 Дополнительно сообщил, что с 21 ноября 2019 года автомобиль «...», государственный регистрационный знак ..., снят с учета в связи с утратой (неизвестно его место нахождения либо при невозможности пользоваться им).

Выслушав пояснения истца и ответчика ФИО2, исследовав материалы дела и административный материал о ДТП 25.05.2019, суд полагает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как следует из разъяснений, данных в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, по смыслу действующего законодательства ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, должна возлагаться на законного владельца источника повышенной опасности.

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (пункт 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Из анализа положений приведенных актов следует, что владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности лишь при доказанности того, что источник выбыл из его владения в результате противоправных действий других лиц, поскольку именно риск повышенной опасности для окружающих обусловливает специальный состав в качестве основания возникновения обязательства по возмещению вреда.

Бремя доказывания выбытия источника повышенной опасности из законного владения собственника в силу пункта 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации лежит на последнем, а в случае, если такого не установлено, то ответственность за вред несет собственник транспортного средства.

По смыслу положений пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для возложения на причинителя вреда гражданско – правовой ответственности необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

В соответствии с пунктом 6 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством. 

Применительно к разъяснениям, которые даны в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как установлено судом, 25 мая 2019 года в 22 часа 35 минут по адресу: ..., произошло ДТП с участием транспортных средств: «...», государственный регистрационный знак ..., под управлением ФИО3, и «...», государственный регистрационный знак ..., принадлежащий ФИО1 и под его управлением, в результате которого принадлежащее истцу транспортное средство «...» получило механические повреждения.

Виновным в ДТП признан водитель ФИО3, который, как об этом указано в определении об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 30 августа 2019 года, выехал на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, где столкнулся с автомобилем истца, движущемся во встречном направлении, с причинением транспортному средству ФИО1 следующих механических повреждений: левое переднее крыло, передний бампер, левая передняя блок-фара, боковой левый указатель поворота, левая передняя дверь, колпак на колесный диск.

На момент ДТП гражданская ответственность владельца автомобиля «...», которым управлял ФИО3, не была застрахована.

Как следует из представленных в материалах дела объяснений ФИО3 на месте ДТП от 25.05.2019, в указанную дату в 22 часа 35 минут он, управляя автомобилем «...», двигаясь со скоростью примерно 20-30 км/ч и входя в крутой поворот, он почувствовал, что его автомобиль потерял сцепление с дорогой в результате чего он совершил столкновение с движущемся на встречу автомобилем «...».

Из представленных в материалах дела объяснений ФИО1 на месте ДТП от 25.05.2019 следует, что в указанную дату в 22 часа 35 минут он управлял автомобилем «...» двигался по направлению к ..., подъезжал к крутому повороту и увидел, как на него на большой скорости движется автомобиль «...», после чего он (ФИО1) попытался прижаться к правой стороне дороги и затормозить, но столкновения избежать не удалось. Автомобиль «...» выехал на встречную полосу и произошло столкновение в переднюю часть его автомобиля. 

Из объяснений пассажира автомобиля «...» ДВФ, данных 26 мая 2019 года следует, что 25.05.2019 примерно в 22 часа 35 минут она находилась в салоне указанного автомобиля на переднем пассажирском сиденье, ФИО1 двигался в направлении ..., на крутом повороте двигавшийся во встречном направлении автомобиль «...» совершил выезд на встречную полосу движения и столкнулся с автомобилем истца. 

Из объяснений ГАС от 26.05.2019 следует, что 25 мая 2019 года после 22 часов 35 минут он по звонку своего знакомого СИИ прибыл на место ДТП, где обнаружил, что у виновника ДТП отсутствовало право управления автомобилем, который может находится в угоне. Сотрудниками ДПС установлено, что виновник находится в состоянии алкогольного опьянения, но протокол в течение двух часов составлен не был. 

По пояснениям СИИ от 26.05.2019 он стал свидетелем уже произошедшего ДТП, виновник которого имел явные признаки алкогольного опьянения, однако освидетельствование не проводилось.

Согласно акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения 51АА № 055717 от 26.05.2019 у ФИО3 установлено наличие состояния опьянения (освидетельствование проведено в 00 часов 23 минуты).

Оценив пояснения участников ДТП, проанализировав представленные материалы по данному факту, по мнению суда, именно действия водителя ФИО3 являются причиной развития аварийной ситуации и находятся в прямой причинно-следственной связи ДТП с наступившими последствиями.

При этом, суд исходит из следующего. 

Согласно пункту 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации водителю запрещается, в частности, управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения. 

Определением 51 ЖЖ №003977 от 26.05.2019 ГИБДД МО МВД России «Апатитский» возбуждено дело об административном правонарушении и проведении административного расследования по части 3 статьи 12.8 КоАП РФ, т.е. за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения и не имеющим права управления транспортными средствами либо лишенным права управления транспортными средствами, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

При этом, сведений о рассмотрении указанного материала по существу материалы ДТП и настоящего дела не содержат. 

Вместе с тем, сам факт не привлечения ФИО3 к административной ответственности за управление автомобилем в состоянии опьянения не свидетельствует об отсутствии в его действиях в момент ДТП нарушения положений Правил дорожного движения Российской Федерации, при том, что в письменных объяснениях, данных ФИО3 26 мая 2019 года ответчик не отрицал факт употребления алкоголя в 03 часа 00 минут 25 мая 2019 года, сотрудником ГИБДД в отношении него был составлен протокол об административном правонарушении по ч. 3 ст. 12.8 КоАП РФ. 

По сведениям, представленным ОГИБДД МО МВД России «Апатитский» по состоянию на дату ДТП – 25 мая 2019 года автомобиль «...», государственный регистрационный знак ... значится за ФИО2 (л.д. 101-102). В свою очередь, ФИО2, привлеченный к участию в деле в качестве соответчика определением суда от 09 октября 2019 года, доказательств отчуждения указанного автомобиля в пользу третьих лиц не представил, равно, как не представил суду доказательств выбытия автомобиля из его владения помимо его воли в результате неправомерных действий третьих лиц. 

Таким образом, из материалов дела следует, что на момент ДТП законным владельцем автомобиля «...», государственный регистрационный знак ... являлся ответчик ФИО2, которым полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, а именно ФИО3 не передавались, и, следовательно в силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, именно ФИО2 как законный владелец автомобиля в момент ДТП, является лицом ответственным за вред, причиненный имуществу истца.

Представленная ФИО2 справка от 21.11.2019, выданная РЭГ ОГИБДД МО МВД России «Кандалакшский» свидетельствует о том, что ФИО2 принадлежало транспортное средство «...», государственный регистрационный знак ..., которое снято с учета 21 ноября 2019 года в связи с утратой (неизвестно место нахождения транспортного средства или при невозможности пользоваться им). При этом, суд учитывает, что указанный автомобиль снят с регистрационного учета после ДТП, а сведений об его отчуждении в пользу ФИО3 на дату ДТП соответчиками не представлено и материалы дела не содержат. 

Гражданская ответственность водителя, собственника транспортного средства «...», государственный регистрационный знак ..., не была застрахована в установленном порядке по ОСАГО, доказательств, свидетельствующих об обратном, суду не представлено. 

В качестве доказательства размера причиненного ущерба, истцом представлен отчет № 169-19 от 21.06.2019 «Об оценке рыночной стоимости услуг по восстановительному ремонту автомобиля «...», составленный оценщиком ООО «Эксперт+», согласно которого рыночная стоимость права требования возмещения вреда, причиненного в результате ДТП транспортному средству «...», государственный регистрационный знак ... составляет округленно ... рублей (л.д. 18).

Никакое заключение, в том числе и экспертное, для суда не имеет бесспорного доказательственного значения (статья 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), и, следовательно, оно подлежит оценке судом наравне с другими доказательствами (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). 

Проанализировав представленный истцом отчет № 169-19 от 21.06.2019, суд приходит к выводу о доказанности истцом заявленного размера причинённого ущерба и принимает данный отчет как допустимое доказательство при принятии решения. При этом суд исходит из следующего.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Пункт 13 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъясняет, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Таким образом, принцип полного возмещения убытков применительно к случаю повреждения транспортного средства предполагает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено.

Оценив представленный истцом отчет, суд приходит к выводу, что данный отчет соответствует предъявляемым к его форме и содержанию требованиям, Федерального закона «Об оценочной деятельности в РФ» от 29 июля 1998 года № 135-ФЗ, составлен оценщиком, являющимся членом саморегулируемой организации оценщиков Общероссийской общественной организации «Российское общество оценщиков», имеющим профессиональное образование на осуществление оценочной деятельности, что подтверждается копией квалификационного аттестата в области оценочной деятельности № 013981-2 от 16.07.2018 по направлению оценочной деятельности «Оценка движимого имущества» (л.д. 51) и копией диплома о профессиональной переподготовке ПП № 961257 (л.д. 53) по результатам непосредственного осмотра транспортного средства, с подробным описанием его состояния и фотофиксацией повреждений, в соответствии с требованиями, на основании федеральных стандартов оценки. 

Полномочия и квалификация оценщика ДМВ подтверждены документально.

Содержание отчета свидетельствует о полном исследовании объекта оценки в соответствии с целью ее проведения, обоснованность выводов подтверждена исследовательской частью отчета, актом осмотра. 

В судебном заседании не установлено обстоятельств получения автомобилем истца после ДТП каких-либо дополнительных повреждений, не состоящих в причинно-следственной связи с ДТП 25 мая 2019 года. 

С учетом приведенных норм права и их разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, принимая во внимание, что ответчиком ФИО2 не представлено доказательств с очевидностью свидетельствующих, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления имеющихся повреждений транспортному средству истца, суд считает обоснованным требование истца о взыскании материального ущерба в размере 184 400 рублей. составляющую разницу между суммой, рассчитанную оценщиком, в размере ... рублей, и суммой в размере ... рублей, выплаченной истцу по его обращению в рамках страхового полиса «Защита+» ООО «НСГ- «Росэнерго», что подтверждается платежным поручением № 002589 от 19.07.2019 (л.д. 55-57).

Взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истца подлежит сумма в размере 184 400 рублей (...).

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика убытков в размере 4000 рублей, суд приходит к следующему. 

В материалы дела представлен НАРЯД-ЗАКАЗ № 001268 от 27.05.2019 об эвакуации автомобиля истца «...», государственный регистрационный знак ... по адресу: ... стоимость услуг составила 4000 рублей (л.д. 59).

Таким образом, истцом представлены доказательства несения убытков, связанных с эвакуацией повреждённого транспортного, принадлежащего истцу, в связи с чем, требования истца о взыскании убытков по оплате услуг эвакуатора в размере 4000 рублей и подлежат удовлетворению в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Вместе с тем, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований истца о компенсации морального вреда.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 06.02.2007 № 6) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» учитывая, что вопросы компенсации морального вреда регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда. 

Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. 

Таким образом, моральный вред мог бы быть компенсирован только в случае, если вред причинен действиями ответчика, нарушающими личные неимущественные права истца, либо действиями, нарушающими его имущественные права и возможность такой компенсации прямо предусмотрена законом.

В данном случае право истца на получение с ответчика денежных средств в связи с причинение имущественного вреда принадлежащему ему транспортного средства в размере, установленном независимым экспертом, является имущественным правом, поэтому все действия соответчиков являются нарушением его (истца) имущественного права.

Гражданским кодексом Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами не предусмотрена возможность компенсации морального вреда в данной ситуации в связи с нарушением имущественных прав гражданина. Доказательств нарушения неимущественных прав истца суду не представлено. 

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы. 

В силу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). 

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В качестве доказательства, понесенных по оплате услуг оценщика расходов за составление отчета в сумме 10 000 рублей, истцом в материалы дела представлен договор № 169-19 от 17.06.2019 и квитанция № 77 от 21.06.2019 (л.д.11-15).

Указанные расходы истцом надлежащим образом подтверждены, признаются судом необходимыми, связанными с рассмотрением дела, в связи с чем подлежат взысканию с ответчика ФИО3 в пользу истца. 

Также истцом при подаче иска в суд уплачена государственная пошлина в сумме 5168 рублей 00 копеек по чеку-ордеру от 12.09.2019 (л.д. 6). Данные расходы в силу положений статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с ответчика ФИО3 в пользу истца в сумме 4968 рублей ((188400 (184400+4000)-100000) х 2% + 3200). 

Учитывая отказ в удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, оснований для удовлетворения требований о взыскании судебных расходов по оплате госпошлины в остальной части 200 рублей (5168 - 4968) не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 и ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием в сумме 184 400 рублей, расходы по оплате услуг независимого эксперта в сумме 10 000 рублей, расходы по оплате эвакуатора в размере 4000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 4968 рублей 00 копеек, а всего взыскать – 203 368 (двести три тысячи триста шестьдесят восемь) рублей 00 копеек. 

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей и взыскании расходов по оплате государственной пошлины в размере 200 рублей – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, и компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд Мурманской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий: О.Н. Чайка