№ 2-4975/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02 августа 2017 г. г. Одинцово 

Одинцовский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Тарханова А.Г. 

при секретаре Буянове Н.И. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АО «Страховая группа «УралСиб» к ФИО4, ФИО5 о возмещении ущерба в порядке суброгации, 

УСТАНОВИЛ:

АО «Страховая группа «УралСиб» обратилось в суд с иском к ФИО4, ФИО5 о возмещении ущерба в порядке суброгации, просило взыскать солидарно с ответчиков 360 000 руб., сославшись на то, что в результате ДТП, произошедшего 13 мая 2015 г., был поврежден застрахованный у истца автомобиль а/м1, г/н №, принадлежащий страхователю ФИО1 Повреждения указанного автомобиля возникли в результате действий второго участника ДТП ФИО2, управлявшего автомобилем марки а/м2, г/н №, принадлежавшим ФИО4 Истец указал, что АО «Страховая группа «УралСиб» было выплачено страховое возмещение ФИО1 к истцу перешло право требования по договору страхования в порядке суброгации.

В судебное заседание представитель истца не явился, в исковом заявлении просил о рассмотрении дела в отсутствие истца.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований к ФИО4 

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Как разъяснено в п. 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (п. 1 ст. 165.1 ГК РФ). С учетом положений ст. 165.1 ГК РФ, разъяснений, содержащихся в п. 68 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, неполучение судебных извещений в связи с истечением срока хранения письма в почтовом отделении, отказом адресата от его получения не может препятствовать рассмотрению гражданского дела.

Доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин, лишивших ответчицы возможности являться за судебными уведомлениями в отделение связи, не представлено. 

При таких обстоятельствах неявку за получением заказного письма и судебным извещением следует считать отказом от получения судебного извещения, а неблагоприятные последствия, в связи с неполучением судебных уведомлений, в силу ч. 1 ст. 165.1 ГК РФ должно нести само лицо.

Учитывая задачи судопроизводства, распространение общего правила, закрепленного в ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, отложение судебного разбирательства в случае неявки в судебное заседание кого-либо из лиц, участвующих деле, при принятии судом предусмотренных законом мер для их извещения и при отсутствии сведений о причинах неявки в судебное заседание не соответствовало бы конституционным целям гражданского судопроизводства, что, в свою очередь, не позволит рассматривать судебную процедуру в качестве эффективного средства правовой защиты в том смысле, который заложен в ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. ст. 7, 8, 10 Всеобщей декларации прав человека и ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах. В условиях предоставления законом равного объема процессуальных прав неявка лиц, извещенных судом в предусмотренном законом порядке, является их волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав.

Изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 13 мая 2015 г. по адресу: АДРЕС произошло ДТП с участием автомобиля а/м1, г/н №, принадлежащий ФИО1, автомобилем марки а/м2, г/н №, под управлением ФИО2, принадлежавшим ФИО4, и автомобилем а/м3 г/н №, под управлением ФИО3 (л.д. 10).

В результате столкновения принадлежащий ФИО1 автомобиль получил механические повреждения.

Принадлежащий ФИО1 автомобиль был застрахован в АО «Страховая группа «УралСиб» по договору КАСКО (л.д. 8).

Данное событие было признано истцом страховым случаем, в связи с чем ФИО1 была произведена страховая выплата в размере 1 160 000 руб. (л.д. 39, 41). При этом истцом была признана полная гибель застрахованного транспортного средства, годные остатки которого были оставлены страховой компанией за собой на основании договора купли-продажи от 01 февраля 2016 г. за 800 000 руб. и акта приема-передачи (л.д.43-45). 

Согласно положениям ст. 965 ГК РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (суброгация).

В силу ст. 387 ГК РФ суброгация предполагает переход к страховщику, в данном случае к истцу, прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

Таким образом, поскольку истец выплатил своему страхователю сумму страхового возмещения, к истцу, в силу названных норм права, перешло право требования к лицу, ответственному за убытки.

Согласно справке о дорожно-транспортном происшествии и постановлению по делу об административном правонарушении от 14 ноября 2015 г. ДТП произошло в результате выезда ФИО5 на сторону дороги, предназначенную для встречного движения (л.д 9). 

Следовательно, причинителем ущерба транспортному средству ФИО1 является ФИО5

По общему правилу в силу п.1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 18, п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче источника повышенной опасности). 

Исходя из приведенных правовых норм и разъяснений, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда. 

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств.

Из материалов дела усматривается, что ФИО4 в момент дорожно-транспортного происшествия принадлежащим ему транспортным средством не управлял. Управление данным транспортным средством осуществлял ФИО5

Стороной ответчика ФИО4 представлен договор аренды транспортного средства от 22 апреля 2015 г., по которому ФИО4 предоставил ФИО5 во временное владение и пользование автомобиль а/м2, г/н № на срок до 31 декабря 2015 г., подписав при этом также акт приема-передачи (л.д. 81-84). 

Данное обстоятельство не оспорено сторонами в ходе судебного разбирательства. 

Таким образом, ФИО5 на момент дорожно-транспортного происшествия являлся владельцем источника повышенной опасности, и именно он является лицом, ответственным за причинение вреда истцу в порядке ст. 1079 ГК РФ. 

В связи с этим на ФИО4 не может быть возложена ответственность за причиненный вред, поэтому он является ненадлежащим ответчиком.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что исковые требования АО «Страховая группа «УралСиб» подлежат удовлетворению к ФИО5, а к ФИО4 подлежат оставлению без удовлетворения. 

В связи с этим с ФИО5 в пользу истца подлежит взысканию 360 000 руб. (1 160 000 руб. – 800 000 руб.) 

Ч. 1 ст. 98 ГК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу абз. 5 ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

Согласно требованиям ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 21 июня 2016 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них (статья 40 ГПК РФ, статья 41 КАС РФ, статья 46 АПК РФ).

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (п. 10 постановление Пленума ВС РФ №1 от 21 июня 2016 г.).

В силу п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 21 июня 2016 г., разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

С учетом представленных доказательств несения расходов на оплату услуг представителя (договора на представление интересов в суде от 24 мая 2017 г., приходно-кассового ордера и квитанции от 24 мая 2017 г.), разумности заявленной ко взысканию суммы судебных расходов с точки зрения юридической сложности спора и с точки зрения затраченного времени на сбор доказательств по делу, составления судебных документов квалифицированным специалистом, заявленного ответчиком ходатайства о чрезмерности заявленной ко взысканию суммы, суд считает обоснованными и подлежащими возмещению ФИО4 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 7 000 руб. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования АО «Страховая группа «УралСиб» к ФИО4, ФИО5 о возмещении ущерба в порядке суброгации удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 в пользу АО «Страховая группа «УралСиб» в счет возмещения ущерба в порядке суброгации в размере 360 000 руб.

В удовлетворении исковых требований к ФИО4 отказать.

Взыскать с АО «Страховая группа «УралСиб» в пользу ФИО4 расходы на оплату услуг представителя в размере 7 000 руб. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский областной суд через Одинцовский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: