ПОСТАНОВЛЕНИЕ

27 марта 2017 года г. Цимлянск

Судья Цимлянского районного суда Ростовской области Карапуз М.Ю.,

с участием помощника прокурора Цимлянского района Ростовской области Мусаеловой О.Г.,

обвиняемого ФИО1

его защитника-адвоката: Киреевой О.В., представившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ. и ордер № от 01.03.2017 г.; защитника-адвоката Заболотского Г.Е., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ. и ордер № от 13.02.2017г.,

обвиняемого ФИО2,

его защитника адвоката Сосова К.Б., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от 01.03.2017 года; защитника-адвоката Заболотского Г.Е., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ. и ордер № от 13.02.2017г.,

переводчика В.А.,

при секретаре Деревянко Е.М.,

рассмотрев на предварительном слушании в закрытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст. 159 ч. 4, ст. 285 ч.1 УК РФ, ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 ч. 4 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ст. 159 ч. 4, ст. 285 ч.1 УК РФ, ФИО2, обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 ч. 4 УК РФ.

При поступлении данного уголовного дела в суд, судьей были установлены основания проведения предварительного слушания, предусмотренные частью 2 статьи 229 настоящего Кодекса, а именно, основания для возвращения уголовного дела прокурору в случаях, предусмотренных статьей 237 настоящего Кодекса.

Так из материалов уголовного дела усматривается, что органом предварительного расследования не выполнены возложенные на него частью 1 статьи 11 и пунктом 2 части 5 статьи 217 УПК РФ обязанности по разъяснению обвиняемым права ходатайствовать при ознакомлении с материалами уголовного дела о применении особого порядка судебного разбирательства, что влечет нарушение права обвиняемого на защиту и в соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 237 УПК РФ послужило основанием проведения предварительного слушания для решения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору. 

Кроме того, судом были установлены иные обстоятельства, предусмотренные пунктом 1 части 1 статьи 237 УПК РФ, свидетельствующие о необходимости возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, и исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения.

Помощник прокурора Мусаелова О.Г. в предварительном судебном заседании относительно разъяснения обвиняемым прав, предусмотренных пунктом 2 части 5 статьи 217 УПК РФ ссылалась на то, что обвиняемые злоупотребляли своими правами на следствии, отказывались и затягивали ознакомление с материалами уголовного дела, в связи с чем, следователем посредством почтового отправления в адрес обвиняемых были направлены извещения об окончании следственных действий и разъяснении их прав. В подтверждение представила копию книги исходящей корреспонденции и список корреспонденции, направляемой почтовой связью (простое) СУ СК РФ по РО Волгодонского межрайонного следственного отдела. По поводу участия на предварительном следствии переводчика и нарушения прав обвиняемых в этой части, считала, что Л.Р. была правомерно допущена следователем в качестве переводчика, законно и обосновано принимала участие на предварительном следствии, так как владеет языком и может переводить. Считала правомерным отвод адвоката Заболотского Г.Е., поскольку обвиняемые пользовались услугой одного адвоката при наличии противоречий. Оба обвиняемых на основании ст. 51 Конституции PФ отказались давать показания, но при этом ФИО2 выразил свое отношение к обвинению, не признав вины и указав недостоверность инкриминируемой ему суммы ущерба, что ФИО1 не сделано. Также ФИО2 давал показания, находясь в статусе свидетеля по делу, в отношении ФИО1

Обвиняемые ФИО1 и ФИО2 пояснили, что после ознакомления с материалами уголовного дела права, предусмотренные ч.5 ст.217 УПК РФ, им не разъяснялись, каких-либо писем о разъяснении им прав они не получали. Относительно нарушения прав на защиту в связи с участием на предварительном следствии переводчика, ФИО2 и ФИО1 пояснили, что в данной части поддерживают адвоката Заболотского Г.Е. В части нарушения прав отводом адвоката Заболотского Г.Е. также поддержали позицию защитника Заболотского Г.Е., ФИО1 кроме того, пояснил, что соглашается с мнением Киреевой О.В.

Обстоятельства не разъяснения обвиняемым положений ст. 217 УПК РФ подтверждены защитниками Киреевой О.В. и Сосовым К.Б., которые также пояснили, что в их присутствии следователем обвиняемым ФИО1 и ФИО2 права, предусмотренные ч.5 ст.217 УПК РФ не разъяснялись, о направлении уведомления с разъяснением прав письменно в адрес их подзащитных им ничего не известно. Защитник обвиняемого ФИО2 - Сосов К.Б. суду также пояснил, что было удовлетворено ходатайство об отводе переводчика Л.Р. и все действия на следствии с её участием являются не законными, что является самостоятельным основанием для возвращения уголовного дела прокурору. Защитник обвиняемого ФИО1 - Киреева О.В. в этой части суду пояснила, что поскольку переводчик отведен от участия в деле, не имеет документального подтверждения и не может осуществлять перевод, все следственные действия с её участием незаконны, что также является одним из оснований для возвращения дела прокурору. Относительно нарушения прав обвиняемого отводом адвоката Заболотского Г.Е., защитник Сосов К.Б. считал, что противоречий с момента приобретения ФИО1 и ФИО2 статуса подозреваемых не имелось, и основания для отвода Заболотского Г.Е. отсутствовали. Защитник Киреева О.В. в этой части считала, что право на защиту обвиняемых было нарушено, по этим основаниям дело подлежит возвращению прокурору.

Защитник обвиняемых Заболотский Г.Е. считал, что письменное уведомление и разъяснение прав не может иметь место. Выполнение требований статей 215-217 УПК РФ является следственным действием и проводится с участием обвиняемого и защитника, даже если и предположить, что что-то было направлено по почте, отсутствуют сведения и какие-либо отметки о их получении ФИО1 и ФИО2 Права, предусмотренные ч.5 ст.217 УПК РФ следователем не разъяснялись, а направление и разъяснение прав почтой после следственного действия недопустимо. ФИО1 и ФИО2 неоднократно на следствии заявляли ходатайства о своем желании знакомиться с материалами дела. Также считал, что следователем были нарушены права на защиту обвиняемого ФИО2, в части допуска переводчика, так как ни один документ на следствии не был переведен на 

<

данные изъяты> язык. Обвинительное заключение было переведено другим переводчиком, Л.Р. в суде поясняла, что не может переводить письменный текст. Имеется судебное решение о том, что ФИО3 не понимают друг друга. ФИО2 неоднократно заявлял отвод переводчику, и все они были следователем отклонены. Также считал, что его отводом, были нарушены права обвиняемых и его права, имеет место злоупотребление правом со стороны следствия. ФИО1 и ФИО2 не давали показаний, в связи с чем, не может быть и противоречий. ФИО2 не давал показаний против ФИО1, его пояснения ни о чем, он от них отказался, при этом это всё было в рамках разных уголовных дел.

Выслушав участников процесса, суд приходит к следующему:

Обязанность разъяснять участникам уголовного судопроизводства их права закреплена, в частности, статьей 11 УПК Российской Федерации, согласно которой суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны разъяснять подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, а также другим участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав.

Значимость разъяснения участникам уголовного судопроизводства их прав подчеркивалась Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 25 апреля 2001 года по делу о проверке конституционности статьи 265 УК Российской Федерации. Из изложенной в нем правовой позиции следует, что неразъяснение прав, сопровождающееся последующим их нарушением, может служить основанием для признания недействительными процессуальных действий, совершенных с этими нарушениями.

Согласно пункту 5 части первой статьи 237 УПК Российской Федерации неразъяснение обвиняемому при ознакомлении с материалами уголовного дела предусмотренного частью пятой статьи 217 УПК Российской Федерации права ходатайствовать о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, коллегией из трех судей, о проведении предварительных слушаний, а также о применении особого порядка судебного разбирательства является основанием для возвращения судьей уголовного дела прокурору в целях устранения препятствий к его рассмотрению судом.

Судом установлено, и как следует из протокола ознакомления обвиняемого ФИО2, его защитника Сосова К.Б. с материалами уголовного дела от 07.12.2016г. (т.21 л.д.1-10), после разъяснения прав, предусмотренных ч.5 ст.217 УПК РФ, отсутствует подпись ФИО2 в подтверждение разъяснения ему указанных прав, а также сведения о желании, либо не желании обвиняемого воспользоваться своими правами.

Согласно протоколу ознакомления обвиняемого ФИО1, его защитника Киреевой О.В. с материалами уголовного дела от 08.12.2016г. (т.21 л.д.17-25), после разъяснения прав, предусмотренных ч.5 ст.217 УПК РФ, также отсутствует подпись ФИО1, в подтверждение разъяснения ему указанных прав, а также сведения о желании, либо не желании обвиняемого воспользоваться своими правами.

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие о разъяснении ФИО1 и ФИО2 прав, предусмотренных ч.5 ст.217 УПК РФ, в том числе отсутствуют документы, свидетельствующие о получении обвиняемыми писем и уведомлений с разъяснением их прав, предусмотренных названными положениями закона. Как указано выше обвиняемые и их защитники настаивали на том, что права следователем не разъяснялись, уведомлений о разъяснении прав посредством получения почтовой корреспонденции, обвиняемые не получали. Доказательств иного, суду представлено не было, в судебном заседании не установлено.

Представленные помощником прокурора копия журнала исходящей корреспонденции и список корреспонденции, направляемой почтовой связью (простое) СУ СК РФ по РО Волгодонского межрайонного следственного отдела не могут быть приняты судом в качестве доказательств тому, что права, предусмотренные ч.5 ст.217 УПК РФ были разъяснены обвиняемым ФИО1 и ФИО2 в том числе посредством отправления извещения об окончании следственных действий и разъяснении их прав. Так представленные документы не могут свидетельствовать и не подтверждают факт разъяснения обвиняемым ФИО1 и ФИО2 их прав, предусмотренных ч.5 ст.217 УПК РФ. Из представленных документов не возможно установить, какой именно документ и его содержание, был направлен посредством почтового отправления в адрес обвиняемых ФИО1 и ФИО2 Вместе с тем, суду не представлено и в материалах дела отсутствуют сведения о получении извещения об окончании следственных действий с разъяснением прав обвиняемых, последними, либо каким-либо иным лицом. Не подтвержден факт ознакомления ФИО1 и ФИО2 с направленными в их адрес документами, а также не установлен факт понятны ли им права предусмотренные ч.5 ст.217 УПК РФ, при этом отсутствуют какие-либо сведения о том, что документы, направленные в адрес обвиняемого ФИО2 были переведены на его родной язык. 

Согласно ч. 4 ст. 217 УПК РФ, по окончании ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела следователь выясняет, какие у них имеются ходатайства или иные заявления. При этом у обвиняемого и его защитника выясняется, какие свидетели, эксперты, специалисты подлежат вызову в судебное заседание для допроса и подтверждения позиции стороны защиты. Также из ч.5 ст.217 УПК РФ следует, что именно следователь разъясняет обвиняемому его право ходатайствовать: о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей; о рассмотрении уголовного дела коллегией из трех судей федерального суда общей юрисдикции; о применении особого порядка судебного разбирательства; о проведении предварительных слушаний.

На основании изложенного, суд усматривает нарушение права каждого обвиняемого по разъяснению им вышеуказанных прав, предусмотренных ч.4, ч.5 ст. 217 УПК РФ, следователем, а доводы помощника прокурора в части того, что обвиняемые злоупотребляли своими правами на следствии, отказывались и затягивали ознакомление с материалами уголовного дела несостоятельными, поскольку ознакомление с материалами уголовного дела является правом обвиняемых, и не освобождает следователя от разъяснения обвиняемым их прав, предусмотренных ч.5 ст.217 УПК РФ.

Кроме того, постановлением о назначении переводчика от 29.11.2016г. старшего следователя Волгодонского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Ростовской области, Л.Р. была назначена переводчиком обвиняемого ФИО2 по уголовному делу №. 

В ходе предварительного слушания установлено, что при проведении следственных действий с участием обвиняемого ФИО2 в качестве переводчика участвовала Л.Р., каких-либо документов в подтверждение наличия навыков перевода с 

<

данные изъяты> на русский язык и наоборот Л.Р. не имеет, материалы уголовного дела не содержат.

В ходе проведения следственных действий обвиняемый ФИО2 неоднократно заявлял ходатайства об ознакомлении с материалами уголовного дела на 

<

данные изъяты> языке, заявлял отвод переводчику Л.Р., в том числе по тем основаниям, что она отсутствовала при проведении следственных действий. При этом неоднократно в постановлениях по ходатайствам обвиняемого ФИО2 следователь удовлетворял ходатайство обвиняемого ФИО2 на обеспечение его переводчиком с русского языка на 

<

данные изъяты> язык.

Вместе с тем, в подготовительной части предварительного судебного заседания -13.03.2017 года обвиняемым ФИО2 заявлен отвод переводчику Л.Р. по тем основаниям, что он не понимает перевода на 

<

данные изъяты> язык, который осуществляет и осуществлял на предварительном следствии переводчик Л.Р. Ссылался, что им неоднократно по этим же основаниям заявлялся отвод данному переводчику на предварительном следствии. 

Постановлением Цимлянского районного суда Ростовской области от 13.03.2017г. было удовлетворено ходатайство обвиняемого ФИО2 об отводе переводчика Л.Р., и последняя была отведена от участия в уголовном деле в качестве переводчика. Согласно данному постановлению Цимлянского районного суда Ростовской области от 13.03.2017г., из представленных суду Л.Р. документов следует, что она зарегистрирована и является индивидуальным предпринимателем. В соответствии с Выпиской из ЕГР ИП основным и единственным видом её деятельности является: экономическая деятельность - деятельность в области права. В материалах дела имеется Диплом на имя Л.Р., в соответствии с которым, ей присвоена квалификация «учитель математики в средней школе» по специальности «математика». Из пояснений Л.Р. в судебном заседании следует, что у неё имеется ранее действующий документ об осуществлении деятельности связанной с переводом с 

<

данные изъяты> языка на русский и наоборот. Она владеет 

<

данные изъяты> языком, может переводить устно, в силу состояния здоровья письменным переводом заниматься не может, каких-либо документов о наличии навыков перевода с 

<

данные изъяты> на русский язык и наоборот она не имеет, и суду представлено не было.

В соответствии с пунктами 6, 7 части 4 статьи 47 УПК РФ обвиняемый вправе давать показания и объясняться на родном языке или языке, которым он владеет; пользоваться помощью переводчика бесплатно.

Согласно части 2 статьи 18 УПК РФ участникам уголовного судопроизводства, не владеющим или недостаточно владеющим языком, на котором ведется производство по уголовному делу, должно быть разъяснено и обеспечено право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с материалами уголовного дела, выступать в суде на родном языке или другом языке, которым они владеют, а также бесплатно пользоваться помощью переводчика в порядке, установленном настоящим Кодексом.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что перед проведением следственных действий следователь в нарушение ст. 169 ч. 2 УПК РФ не удостоверился в компетентности переводчика Л.Р. и назначил её переводчиком по уголовному делу. 

В связи с чем, суд усматривает нарушение вышеназванных прав обвиняемого ФИО2 при производстве следственных действий, связанных с не предоставлением ему переводчика с родного языка.

Кроме того, суд усматривает следующие нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения гарантированных законом прав обвиняемых ФИО1 и ФИО2 могут повлиять на вынесение законного, обоснованного и справедливого судебного постановления по делу. Нижеописанные нарушения, допущенные в ходе предварительного расследования уголовного дела являются существенными и не могут быть устранены судом

Согласно пункту 8 части 4 статьи 47 УПК РФ обвиняемый, подсудимый, осужденный имеют право пользоваться помощью защитника. В соответствии с частями 1 и 2 статьи 50 УПК РФ указанные лица вправе пригласить защитника либо по их просьбе участие защитника обеспечивается судом, следователем, дознавателем. При этом пунктом 1 части 1 статьи 51 УПК РФ предусматривает обязательное участие защитника в уголовном судопроизводстве, если подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном статьей 52 УПК РФ, т.е. письменно.

Как следует из материалов уголовного дела и приложения к обвинительному заключению:

Уголовное дело № возбуждено 16.11.2015 руководителем следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ростовской области в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 285 УК РФ.

Уголовное дело № возбуждено 09.06.2016 руководителем следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ростовской области в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного часть 4 статьи 159 УК РФ. 

09.06.2016 уголовные дела № и № соединены в одно производство, соединенному уголовному делу присвоен №.

Уголовное дело № возбуждено 25.03.2016 старшим следователем следственного отдела УФСБ России по Ростовской области в отношении ФИО2 по признакам преступления, предусмотренного часть 4 статьи 159 УК РФ.

22.07.2016 уголовные дела № и № соединены в одно производство, соединенному уголовному делу присвоен №.

В ходе всего предварительного следствия защиту обвиняемых ФИО1 и ФИО2 на основании ордеров осуществлял защитник адвокат Заболотский Г.Е., с которым у обвиняемых было заключено соглашение.

Вместе с тем, из материалов уголовного дела и постановления об отводе защитника от 21.11.2016 года, следует, что данным постановлением следователь Волгодонского межрайонного СО СУ СК РФ по РО Д.В., руководствуясь ст. 38, ч.6 ст. 49, ч.1 ст. 69, п.3 ч.1 ст. 72 УПК РФ, постановил отвести адвоката Заболотского Г.Е. от уголовного дела № в качестве защитника обвиняемых ФИО2, ФИО1 

Защитник Заболотский Г.Е. отведен от участия в уголовном деле № по основаниям, предусмотренным пунктом 3 части 1 статьи 72 УПК РФ, когда защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого. В ходе расследования уголовного дела установлено, что интересы обвиняемого ФИО2 противоречат интересам обвиняемого ФИО1, а именно, оба обвиняемые на основании статьи 51 Конституции PФ отказались давать показания, но при этом ФИО2 выразил свое отношение к обвинению, не признав вины и указав недостоверность инкриминируемой ему суммы ущерба, что ФИО1 не сделано. Также ФИО2 давал показания, находясь в статусе свидетеля по делу, в отношении ФИО1

Из протоколов допроса ФИО1 и ФИО2, допрошенных будучи в статусе подозреваемых и обвиняемых усматривается, что какие-либо противоречия в интересах ФИО1 и ФИО2 отсутствуют, поскольку оба на протяжении всего предварительного следствия отказались от дачи показаний, воспользовавшись положениями статьи 51 Конституции PФ, вину не признавали.

Показания ФИО2, данные в статусе свидетеля не могут быть расценены как противоречия интересов обвиняемых, так как ФИО2 на момент его допроса не обладал ни статусом подозреваемого, ни обвиняемого. При даче показаний в качестве свидетеля, адвокат Заболотский Г.Е. не являлся представителем ФИО2, не принимал участия в следственных действиях, т.е. не оказывал юридическую помощь лицу с противоположенными процессуальными интересами. Кроме того, показания ФИО2 согласно обвинительному заключению не положены в основу обвинения ФИО1

В качестве подозреваемого ФИО2 был допрошен 08.04.2016 года, и с указанного времени его интересы на основании ордера по соглашению представлял адвокат Заболотский Г.Е., в то время как уголовные дела в отношении ФИО1 и ФИО2 № и № были соединены в одно производство лишь 22.07.2016 года.

По смыслу пункта 3 части 1 статьи 72 УПК РФ ограничение на участие адвоката в уголовном деле относится к случаям, когда защитник в рамках данного или выделенного из него дела уже оказывает или ранее оказывал в ходе досудебного производства либо в предыдущих стадиях судебного производства и судебных заседаниях юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им обвиняемого. 

С учетом этого оказание адвокатом Заболотским Г.Е. юридической помощи в рамках разных уголовных дел, до их соединения, не являлось основанием для его отвода, учитывая, что каких-либо противоречий после имевшего место 22.07.2016 года соединения уголовных дел, не усматривается.

Учитывая, что материалы дела не содержат сведений о том, что обвиняемые ФИО1 и ФИО2 письменно в порядке статьи 52 УПК РФ отказывались от услуг адвоката Заболотского Г.Е., в ходе предварительного следствия неоднократно заявляли ходатайства не навязывать им защитников по назначению и обеспечить участие на предварительном следствии адвоката по соглашению - Заболотского Г.Е., суд усматривает нарушение положений части 1 статьи 50 УПК РФ о том, что защитник приглашается подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также другими лицами по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого, которые вправе пригласить несколько защитников, а также минимально гарантированного статьей 6 части 3 пункта «с» Конвенцией «О защите прав человека и основных свобод» от 04.11.1950 года, права защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника или, при недостатке у него средств для оплаты услуг защитника, пользоваться услугами назначенного ему защитника бесплатно, когда того требуют интересы правосудия.

Пункт 1 части первой статьи 237 УПК Российской Федерации предусматривает, что судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований этого Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

В данном случае основанием для возвращения уголовного дела прокурору являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные следователем и прокурором, в силу которых, исключается возможность постановления судом приговора или иного решения; подобные нарушения требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в досудебном производстве, не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, что свидетельствует в том числе о несоответствии обвинительного заключения, требованиям УПК РФ. Данная правовая позиция выражена в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 8 декабря 2003 года № 18-П и от 2 июля 2013 года № 16-П.

С учетом изложенного, суд считает, что вышеназванные существенные нарушения уголовно-процессуального закона и как следствие прав обвиняемых ФИО1 и ФИО2 исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения отвечающего требованиям справедливости на основании данного обвинительного заключения, а поэтому настоящее уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Руководствуясь ст. 237 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Возвратить уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст. 159 ч. 4, ст. 285 ч.1 УК РФ, ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 ч. 4 УК РФ, прокурору Цимлянского района для устранения допущенных нарушений и препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения обвиняемым ФИО1 и ФИО2 - подписку о невыезде и надлежащем поведении, оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Цимлянский районный суд Ростовской области в течение 10 суток со дня его вынесения.

Судья М.Ю.Карапуз