Дело № 2-241/2017 (2-6513/2016)

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

03 февраля 2017 года г. Калининград

Центральный районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Ирхиной Е.Н.,

при секретаре Шелюгиной А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству Финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Калининградской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском к ответчикам, указывая, что приговором Неманского городского суда Калининградской области он был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 158 УК РФ, ему было назначено наказание в виде трех лет 8 месяцев лишения свободы. Во время проведения следствия и судебного разбирательства, он с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > года периодически содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области. В период его пребывания в учреждении условия содержания не соответствовали требованиям Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Так, в указанный период времени в камерах, где он содержался, не работала вентиляция, камеры не проветривались; камерное освещение было недостаточным, так как лампочка находилась за стеклоблоком, что затрудняло возможность ознакомления с материалами уголовного дела, и написания каких-либо документов; в камерах одновременно содержалось по 12 человек, в то время, как спальных мест было всего шесть, это создавало неудобства при приеме пищи и передвижении по камере; в камерах не проводились мероприятия по их дезинфекции, водились бельевые вши, клопы, также при открытии окна камеры лицам, в ней содержащимся, приходилось дышать запахами нечистот, поскольку под окнами камеры был установлен мусорный контейнер, от которого исходили неприятные запахи; качество питания было очень низким, кормили один раз в сутки, давали кружку холодного чая. Указанными обстоятельствами ему был причинен моральный вред, в виде физических и нравственных страданий, вред его здоровью. С учетом изложенного, просит взыскать с Министерства финансов РФ в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 250000 рублей.

Определением суда от 

<

 Дата > к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний России.

В судебное заседание истец ФИО1, отбывающий наказание в ФКУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области не доставлен, поскольку действующим гражданско-процессуальным законодательством не предусмотрено этапирование и доставление осужденных, отбывающих наказание в местах лишения свободы в судебные заседания для участия в рассмотрении гражданских дел. О времени и месте рассмотрения дела ФИО1 извещен надлежащим образом, своего представителя в суд не направил.

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области – ФИО2, действующая на основании доверенности № от 

<

 Дата >, в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась, указала, что истец содержался в СИЗО-1 в период с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > (убыл в ИК-8). По прибытии в учреждение ФИО1 был обеспечен индивидуальным спальным местом, ознакомлен с порядком и условиями содержания в следственном изоляторе, со своими правами и обязанностями. Лица, содержавшиеся в учреждении до 

<

 Дата > размещались в камерах из расчета 2 кв.м санитарной площади на одного человека, что соответствовало требованиям действующего в тот период времени законодательства. Камеры СИЗО были оборудованы вентиляцией, столом и скамейкой с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере. В камерах было предусмотрено рабочее и дежурное освещение. С 06.00 до 22.00 часов функционировало рабочее освещение, яркость которого соответствовала санитарным нормативам, в том числе и для чтения. С 22.00 до 06.00 часов функционировало дежурное освещение пониженной яркости. Данный график освещения позволял сотрудникам учреждения осуществлять контроль за лицами, находящимися в камерах, не препятствовал их нормальному сну. С целью недопущения распространения в камерах учреждения насекомых и грызунов, в соответствии с графиком дезинфектором медицинской части учреждения проводились дезинфекционные и дезинсекционные мероприятия. Дератизационные мероприятия в учреждении также проводились не реже 1 раза в месяц. Кроме того, при выявлении в камерах педикулеза, а также при поступлении жалоб от заключенных на наличие насекомых, обработка камер производилась незамедлительно. Все камеры в учреждении были обеспечены как приточной вентиляцией с механическим побуждением, так и вытяжной вентиляцией с естественным побуждением. Вентиляционная система находилась в рабочем состоянии. Подозреваемые и обвиняемые обеспечивались бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством РФ. Также им предоставлялось право приобретать по безналичному расчету продукты питания, предметы первой необходимости, другие промышленные товары. Если продовольствие, поступавшее в учреждение, не отвечало предъявляемым к нему требованиям или его качество вызывало сомнение, оно на довольствие не допускалось. Процесс приготовления пищи прекращается за 20-30 минут до начала её раздачи. Выдача происходит в сроки, не превышающие двух часов с момента её готовности. Процесс раздачи пищи происходит под надзором сотрудников учреждения. Контейнер, используемый для сбора твердых хозяйственно-бытовых отходов, изготовлен из металла, имеет объем 6 куб.м, оборудован крышкой. Контейнер установлен на каркасе на высоте около 4 м и расположен на территории, прилегающей к режимным корпусам СИЗО-1 на расстоянии около 4 м от одного корпуса и 7 м от другого. Размещение контейнера на более отдаленном расстоянии от режимных корпусов не представляется возможным из-за малых размеров территории внутреннего двора. Для сбора пищевых отходов контейнер не используется. Для сбора пищевых отходов, образующихся на пищеблоке, используются специально герметично закрывающиеся емкости. Условия сбора хозяйственно-бытовых отходов в СИЗО-1 соответствуют требованиям СанПин 42-128-4690-88, которые допускают уменьшение расстояния расположения контейнера в исключительных случаях. В учреждении имелся договор на вывоз твердых бытовых отходов. Вывоз осуществлялся по мере заполнения контейнера, как правило, 1-2 раза в неделю. После каждого опорожнения контейнера производилась его обработка, включающая в себя промывку емкости с помощью моющих средств, а также дезинфекцию. Между тем, подтвердить документально изложенные обстоятельства не представляется возможным, поскольку документация за 

<

 Дата >, позволяющая установить конкретные данные относительно условий содержания истца в СИЗО-1 в указанный им период времени, уничтожена в связи с истечением сроков хранения. Данные о количестве лиц, содержащих в учреждении в 

<

 Дата >, также представить невозможно в связи с тем, что документация, хранившаяся в отделе режима учреждения, была уничтожена в результате пожара в 

<

 Дата >. С учетом изложенного, просила в удовлетворении заявленных ФИО1 требований отказать.

Представитель ответчика Федеральной службы исполнения наказаний России ФИО3, действующая на основании доверенности серии № от 

<

 Дата >, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных ФИО1 требований, ссылаясь на доводы аналогичные доводам представителя ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области, просила в их удовлетворении отказать.

Представитель ответчика Министерства Финансов РФ в лице УФК по Калининградской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Исследовав все доказательства по делу в их совокупности и дав им оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > (убыл в ИТК-8), что следует из карточки покамерного учета осужденного.

Как видно из справки ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области, за время нахождения в учреждении в период с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > ФИО1 содержался в камере № площадью 5,4 кв.м, с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > - № площадью 7,9 кв.м, с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > - № площадью 7,8 кв.м, с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > - № площадью 7,8 кв.м, с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > - № площадью 7,9 кв.м, с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > - № площадью 7,7 кв.м, с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > - № площадью 7,8 кв.м, с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > - № площадью 7,7 кв.м. Площади камер соответствуют данным технического паспорта ФГУП «Российского государственного центра инвентаризации и учета объектов недвижимости – Федеральное БТИ».

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 ссылался на ненадлежащие условия его содержания в следственном изоляторе № 1 УФСИН России по Калининградской области, что повлекло причинение ему нравственных и физических страданий.

Согласно ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 года, участником которой является Российская Федерация, никто не должен подвергаться бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. 

В силу ст. 14 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих человеческое достоинство видов обращения и наказания, каждое государство – участник Конвенции обеспечивает право на справедливую и адекватную компенсацию. 

В соответствии с Федеральным законом от 30.03.1998 года № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод применяется на территории РФ с 05.05.1998 года и распространяется на правоотношения, возникающие с данной даты.

Федеральным законом от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а именно, его ст. ст. 4, 15, 17, 24 установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Статьей 23 названного выше Федерального закона в редакции, действовавшей на тот период времени, когда ФИО1 содержался в следственном изоляторе, то есть на 

<

 Дата >, было предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности (п. 1), им предоставляется индивидуальное спальное место (п. 2), выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы (п. 3). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры (п. 4). Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (п. 5).

Вместе с тем, согласно ст. 52 указанного Закона, пункты 1 (в части требований гигиены и санитарии), п.п. 2 и 5 ст. 23 данного закона (о предоставлении индивидуального спального места и обеспечения нормы санитарной площади в камере на одного человека в размере четырех квадратных метров) в отношении подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в изоляторах временного содержания и следственных изоляторах, вступают в силу с момента создания соответствующих условий, но не позднее 

<

 Дата >.

В то же время, Законом СССР «Об утверждении Положения о предварительном заключении под стражу», который прекратил свое действие на территории Российской Федерации с 20.07.1995 года, а именно, его ст. 11, было установлено, что лицам, заключенным под стражу, обеспечиваются необходимые жилищно-бытовые условия, соответствующие правилам санитарии и гигиены. Лицам, заключенным под стражу, предоставляются бесплатно по установленным нормам питание, индивидуальное спальное место, постельные принадлежности и другие виды материально-бытового обеспечения.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

Из приведенных норм материального права вытекает возможность компенсации морального вреда в случае неправомерного виновного действия или бездействия причинителя вреда, в результате которых были нарушены принадлежащие потерпевшему нематериальные блага, при наличии причинно-следственной связи между неправомерным действием (бездействием) и наступившими последствиями.

В исковом заявлении, ФИО1 настаивал на удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области в указанные выше периоды его пребывания в данном изоляторе.

Вместе с тем, данные ссылки истца в ходе судебного разбирательства своего подтверждения не нашли.

Так, согласно пояснениям представителя ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области, сведениями о соответствии помещений следственного изолятора нормам СанПин в 

<

 Дата > году следственный изолятор в настоящее время не располагает, поскольку срок хранения документации за указанный период времени, в частности актов проверок обследований камер СИЗО в 

<

 Дата >, включая акты проверок по соблюдению санитарного законодательства за спорный период, иных документов, касающихся деятельности СИЗО-1, истек. Данная документация, в соответствии с требованиями Приказа МВД РФ от 19.11.1996 года № 615 «Об утверждении перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел, учреждений, предприятий и организаций системы МВД РФ, с указанием сроков хранения», уничтожена по сроку давности.

Согласно ответу Уполномоченного по правам человека в Калининградской области № от 

<

 Дата >, ФИО1 на ненадлежащие условия содержания в СИЗО-1 в 

<

 Дата > не обращался.

Данных о том, что ФИО1 обращался в какие-либо органы в указанный период с жалобами на ненадлежащие условия его содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области, им не представлено и судом не установлено.

Из ответа Врио начальника ФКУ ЛИУ-5 УФСИН России по Калининградской области видно, что личное дело ФИО1 было уничтожено по истечении срока хранения, в связи с чем возможность установления факта его обращения с жалобами на ненадлежащие условия содержания в СИЗО-1 в администрацию учреждения, состояние его здоровья в указанный им период времени, у суда также отсутствует.

Таким образом, объективных данных, свидетельствующих о том, что перечисленные ФИО1 в иске нарушения порядка его содержания в 

<

 Дата > в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области были допущены, не имеется.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Вместе с тем, помимо собственных утверждений ФИО1 в иске, никаких доказательств того, что в период его нахождения в определенных камерах следственного изолятора эти камеры были переполнены и общие условия его содержания в них являлись ненадлежащими, истцом, в нарушение приведенной выше нормы процессуального права, суду не представлено и в ходе рассмотрения дела не установлено.

При изложенных, установленных по делу обстоятельствах, принимая во внимание, что доказательств нарушения личных неимущественных прав ФИО1 в период его содержания в следственном изоляторе, а соответственно и доказательств причинения ему морального вреда незаконными действиями (бездействием) ответчиков, не представил, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных им требований, в связи с чем в иске ФИО1 следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении иска к Министерству Финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Калининградской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Центральный районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено в окончательной форме 08.02.2017 года.

Судья: подпись