Дело №2-903/2020 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

23 октября 2020 года город Валуйки

Валуйский районный суд Белгородской области в составе: 

председательствующего судьи Анохиной В.Ю., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Галыгиной Е.С.,

с участием истца по первоначальному иску (ответчика по встречному иску) ФИО8 и ее представителя по доверенности ФИО9, представителя ответчика по первоначальному иску (истца по встречному иску) ФИО10 по ордеру адвоката Валуйской ЦЮК БОКА Мальцева О.В., третьих лиц по первоначальному иску ФИО11 и ФИО12, третьего лица по встречному иску ФИО13,

в отсутствие ответчика по первоначальному иску (истца по встречному иску) ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО10 о взыскании неосновательного обогащения и встречному иску ФИО10 к ФИО8 о взыскании денежных средств, 

установил:

ФИО8 обратилась в суд с иском к ФИО10 о взыскании неосновательного обогащения, в обоснование которого указала, что в мае 2019 года между ней и ФИО10, за которую действовала ее дочь ФИО11, была достигнута устная договоренность о заключении договора купли-продажи жилого дома по адресу: 

<

адрес>, стоимостью 500 000 рублей, с рассрочкой оплаты по 20 000 рублей ежемесячно. Письменный договор не заключался, однако ответчик передала во владение и пользование истца жилой дом, а истец в течение 10 месяцев вносила платежи на счет ФИО10 через свою мать – третье лицо ФИО12 Впоследствии ответчик отказалась от заключения договора купли-продажи жилого дома, и истец выехала из него, потребовав от ФИО10 возврата уплаченных денежных средств в сумме 200 000 рублей. Ссылаясь на отказ ответчика возвращать денежные средства, ФИО8 просила суд взыскать с ФИО10 в ее пользу 200 000 рублей в счет неосновательного обогащения, проценты за неправомерное удержание денежных средств – 799 рублей 18 копеек, расходы по оплате государственной пошлины – 5 208 рублей. 

ФИО10 обратилась в суд со встречным иском к ФИО8 о взыскании денежных средств, согласно которому ФИО8, самоуправно проживая в жилом доме по адресу: 

<

адрес>, повредила принадлежащее ей имущество: бойлер, холодильник, насос, антенну, пульт телевизора, комод, шифоньер, стол-книжку, кровать, два ковра, ковровую дорожку, швейную машинку, посуду, на общую сумму 55 000 рублей. Кроме того, за время проживания ФИО8 в домовладении образовалась задолженность по оплате коммунальных платежей на общую сумму 5 028 рублей 21 копейка. В жилом доме ФИО8, несмотря на возражения ФИО10, проживала безвозмездно, сумма за фактический найм жилья составляет 168 000 рублей из расчета 12 000 рублейх14 месяцев. Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО10 просила взыскать с ФИО8 сумму неосновательного обогащения 168 000 рублей за пользование жильем, задолженность по коммунальным услугам с учетом переустановки газового счетчика – 5 028 рублей копейка, 55 000 рублей - в счет возмещения причиненного ущерба имуществу. 

В возражениях на встречный иск ФИО8 настаивала на том, что жилой дом был предоставлен ей ФИО10 в собственность, а не во временное пользование, вследствие чего доводы встречного иска о самоуправном проживании ФИО8 в жилом доме необоснованны. Сделка купли-продажи не состоялась по вине ФИО10 Никакой задолженности по оплате коммунальных услуг на момент освобождения ФИО8 жилого помещения 25.06.2020 года не было, газовый счетчик был исправен и какому-либо воздействию со стороны ФИО8 не подвергался.

Определением суда от 22.09.2020 года к участию в деле по встречному иску в качестве третьего лица привлечен ФИО13

В судебном заседании истец (ответчик) ФИО8 и ее представитель ФИО9 требования поддержали, встречный иск не признали. ФИО8 пояснила, что в апреле 2019 года они встретились с ФИО11 и ее тетей ФИО5, которая их и познакомила с ФИО11, посмотрели дом и решили его купить в рассрочку по 20000 рублей ежемесячно. Все переговоры она вела только с ФИО11, которая заверила их, что действует от имени ФИО10 С ФИО10 она разговаривала только один раз по телефону в апреле 2020 года, а до этого не беспокоила ее, так как знала, что она – пожилой больной человек. ФИО11 объясняла невозможность заключения письменного договора купли-продажи отсутствием свидетельства о праве на наследство на дом. Она работала парикмахером в г. Москва и исправно вносила платежи за дом, перечисляя их с карты своей свекрови, которая находится в ее пользовании, на карту своей матери ФИО12, которая, в свою очередь, перечисляла деньги ФИО10 27.03.2020 года ей на работе сообщили, что ввиду эпидемии коронавируса введен запрет на работу с клиентами, поэтому в апреле 2020 года она перестала вносить платежи. В конце марта 2020 года она позвонила ФИО11 и попросила отсрочку. Она думала, что карантин закончится через 10 дней, но его продлили, и она не смогла внести платежи ни в апреле, ни в мае. Потом муж выставил на продажу свою квартиру в Вейделевском районе и очень быстро ее продал. Поскольку ФИО11 не захотела ждать и подала заявление в полицию в мае 2020 года об их самоуправном проживании в жилом доме, они 25.06.2020 года выехали из дома ФИО10 и купили себе другой дом. Так как они с мужем полагали, что являются собственниками жилого дома, коммунальные услуги оплачивали они. В апреле 2020 года у них действительно была задолженность за газ, но потом они заняли деньги и заплатили. Счетчик газа подлежал замене с самого начала, так как во время отопительного сезона он работал исправно, и они оплачивали газ по показаниям счетчика. А летом показания счетчика не менялись, хотя они пользовались газовой плитой. 

Ответчик (истец) ФИО10 в судебное заседание не явилась, свои интересы доверила представлять адвокату Мальцеву О.В., который иск ФИО8 не признал, требования по встречному иску поддержал. Суду пояснил, что уплаченные ФИО8 денежные средства в сумме 200000 рублей являются задатком по договору купли-продажи, вследствие чего возврату не подлежат, поскольку договор не был заключен по вине ФИО8, не вносившей платежи за дом.

Третье лицо ФИО11 возражала против удовлетворения иска ФИО8, с требованиями по встречному иску согласилась. Пояснила, что собственником 1/2 доли жилого дома по адресу: 

<

адрес> является ее мать ФИО10, которая вследствие болезни доверила ей распорядиться данным недвижимым имуществом. ФИО11 действовала с ведома и согласия ФИО10, когда решила продать долю жилого дома. Ее коллега по работе ФИО5 посоветовала ей семью ФИО8 и поручилась, что это порядочная молодая семья. Изначально она не могла заключить с ФИО8 письменный договор купли-продажи, потому что у нее не были оформлены документы на дом и были вопросы по земле. Не отрицала, что отказалась от заключения с ФИО8 письменного договора купли-продажи, но мотивировала свой отказ тем, что ФИО8 в течение трех месяцев не платила за дом. Она предлагала ей изменить сумму платежей, но ФИО8 не выходила на связь. Она просила ФИО8 не выбрасывать ненужные ей вещи, а сказать ей, чтоб она забрала. Но ФИО8 не предлагала ей ничего забрать и только когда она узнала, что ФИО14 вынесли вещи на улицу, она предложила своей знакомой Свидетель №2 забрать то, что ей нужно, и Свидетель №2 забрала кровать, ковер и швейную машинку, но они уже были в непригодном состоянии. Насос был не выключен из розетки и потому сломался, антенна валялась во дворе дома, комод разбух, шифоньер был разобран, стол-книжка разлезся от дождя, кровать была обоссана котами и воняла плесенью, швейная машинка раскисла, ковры не отмылись от плесени, посуды нет. Именно поэтому она отказалась подписать акт приема-передачи жилья, потому что у нее были претензии по имуществу.

Третьи лица ФИО12 и ФИО13 считали подлежащими удовлетворению требования ФИО8 и не подлежащим удовлетворению встречный иск ФИО10 

ФИО12 пояснила, что ее дочь ФИО8, очень радовалась тому, что у ее семьи наконец появится свое жилье, она работала и принимала все зависящие от нее меры, чтобы вовремя вносить платежи по договору. Поскольку дочь работала в г. Москва, она перечисляла каждый месяц по 20000 рублей ей, а она уже перечисляла эти деньги на счет ФИО10 Когда из-за коронавируса дочь не смогла работать и платить за дом, ФИО11, которая действовала за ФИО10 даже без доверенности, не захотела понять ситуацию и подождать, пока у ФИО8 появится заработок или продастся квартира ФИО13 О том, что ФИО10 оформила документы на дом, ее дочери даже не сообщили, ФИО11 сама уклонялась от заключения письменного договора купли-продажи. Когда дочь с мужем заселялись в дом, ФИО11 сказала, что заберет нужные ей вещи, а остальные оставляет на усмотрение Шумских. Но ее дочь с мужем не выбросили ненужные им вещи, а отнесли их в сарай. Комод и стол-книжку они бы тоже туда отнесли, но они уже не поместились, поэтому им пришлось поставить их под навес во дворе. Комод и стол ФИО11 не забрала, потому что они находились в таком состоянии, что никому не были нужны. Этот сарай не сырой, в нем все время проживания хранились ковер и стиральная машинка Шумских, и они не повредились. ФИО13 видел, что газовый счетчик работает некорректно и хотел впоследствии заменить его как собственник. Насос работал, так как дочь несколько раз жаловалась ей, что плохо сливается вода в канализацию, и ФИО13 ее чистил с помощью этого насоса. Бойлер тек изначально, дочь жаловалась ей на это, а осенью они купили новый. Швейная машинка была старая, производства г. Подольск, она знает это, потому что у них такая же была.

ФИО13 пояснил, что с ФИО11 он общался один раз в июле 2020 года, когда решил попробовать урегулировать ситуацию с домом самостоятельно. Он предложил ей выплачивать за дом по 25000 рублей ежемесячно, но ФИО11 отказалась. В это время он уже выставил на продажу свою квартиру в Вейделевском районе и быстро ее продал, но больше ФИО11 не предлагал деньги, а решил купить другой дом, в котором они сейчас и живут. На погружном канализационном насосе установлена автоматика, и его не нужно выключать из розетки, но они все равно выключали. На момент их выезда из жилого дома в июне 2020 года насос работал, так как за день до отъезда он выкачивал им воду из ямы. Комод, стол-книжку и доски от шифоньера они вынесли под навес. Посуда как лежала в комоде, так и лежит там. Холодильник они вынесли в сарай, с ним ничего не случилось. В этом же сарае стояла их стиральная машина, и она не повредилась. Газовый счетчик работал. В летние месяцы его показания не менялись, но когда включали форсунку, счетчик начинал крутить колесо. В его новом доме тоже так. 

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 549 ГК РФ, по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

Согласно ст. 550 ГК РФ, договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

На основании ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ч. 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (ч. 2).

В соответствии с ч. 1 ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

На основании ст. 1104 ГК РФ, имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре.

Судом установлено, что жилой дом по адресу: 

<

адрес> принадлежит на праве общей долевой собственности (по 1/2 доле в праве) ФИО10 и Свидетель №1, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 59-60). Указанное имущество ФИО10 приобрела на основании свидетельства о праве на наследство по закону после смерти супруга ФИО6 от 16.10.2019 года (л.д. 58).

Согласно доводам ФИО8, в мае 2019 года ее тетя ФИО5 познакомила ее с ФИО11, они дважды втроем встречались по адресу: 

<

адрес>, смотрели дом, и в результате между ФИО8 и ФИО10, от имени которой действовала ее дочь ФИО11, состоялась устная договоренность о заключении договора купли-продажи 1/2 доли жилого дома по адресу: 

<

адрес> за 500000 рублей с оплатой в рассрочку на два года: по 20000 рублей ежемесячно до мая 2021 года и 40000 рублей в мае 2021 года. Письменный договор между сторонами не заключался, поскольку у ФИО10 на момент договоренности не были оформлены правоустанавливающие документы на долю дома после смерти супруга. ФИО8 ежемесячно перечисляла с мая 2019 года по февраль 2020 года по 20000 рублей на счет ФИО10 через свою мать – третье лицо ФИО12, всего ею было перечислено 200000 рублей. Указанные обстоятельства признавались представителем ФИО10 в ходе рассмотрения дела, вследствие чего в силу ч. 2 ст. 68 ГПК РФ доказыванию не подлежат. Кроме того, факт перечисления денежных средств в сумме 200 000 рублей с карты ФИО12 на карту ФИО10 подтверждается историей операций по карте ПАО Сбербанк (л.д. 5-14) и пояснениями третьих лиц ФИО12 и ФИО11, а наличие между сторонами устной договоренности о заключении договора купли-продажи доли дома в рассрочку – постановлениями об отказе в возбуждении уголовного дела и материалами проверки ОМВД России по Валуйскому городскому округу (л.д. 62-64, 85-131, 138-139, 140). 

ФИО8 в иске указано, что между ней и ФИО10 состоялась договоренность о совершении сделки купли-продажи жилого дома по адресу: 

<

адрес>. В судебном заседании ФИО8 пояснила, что данный адрес был на табличке на доме, вследствие чего указан ею в иске. Согласно представленному уведомлению Росреестра, в ЕГРН сведения о жилом доме и земельном участке по указанному адресу отсутствуют (л.д. 46, 47). Поскольку в ходе рассмотрения дела судом было установлено, что ФИО10 принадлежит 1/2 доля жилого дома по 

<

адрес>, в которой проживали ФИО8 и ФИО13, суд считает установленным тот факт, что устная договоренность о купле-продаже состоялась между сторонами в отношении 1/2 доли жилого дома по адресу: 

<

адрес>. 

Как следует из пояснений ФИО8, в доле жилого дома, принадлежащей ФИО10 она проживала вместе с супругом ФИО13 с 01.05.2019 года по 25.06.2020 года. Ключи от входной двери дома им передавала ФИО11 в апреле 2019 года. Она работает парикмахером в г. Москва, работа связана с непосредственным общением с клиентами. 27.03.2020 года на работе ей запретили работать в связи с эпидемией коронавируса. Она сразу позвонила ФИО11 и попросила отсрочку очередного платежа за март, пообещав, что потом увеличит платежи и не нарушит условия договоренности. ФИО11 согласилась подождать. Но, поскольку карантин продлили, она не смогла заплатить ни в апреле, ни в мае. А в мае 2020 года ФИО10 обратилась в полицию с заявлением, о том, что ФИО8 самоуправно проживает в ее доме. Все общение по поводу дома происходило с ФИО11, с ФИО10 она общалась только в апреле 2020 года, а до этого не беспокоила ее, так как знала, что та пожилой больной человек, который не ходит. Ранее никаких требований о выселении из жилого дома ФИО11 не предъявляла к ним вплоть до апреля 2020 года, когда ФИО8 перестала выплачивать денежные средства. Из дома ФИО10 они выехали 25.06.2020 года. Они с мужем предлагали ФИО11 подождать, пока ФИО13 продаст принадлежащую ему квартиру в Вейделевском районе, чтобы полностью расплатиться за дом, но ФИО11 ждать не захотела. В июне 2020 года они выставили квартиру на продажу, и очень быстро ее продали и купили другой дом.

Третье лицо ФИО11 в судебном заседании не отрицала, что ФИО8 звонила ей в конце марта 2020 года и говорила о том, что пока не сможет платить, но отдаст 40000 рублей в апреле за два месяца. Настаивала на том, что потом ФИО8 избегала общения с ней, не выходила на связь, деньги не платила, и 22.05.2020 года ей пришлось сказать ФИО5, с которой она вместе работает, чтобы та передала ФИО8, что ФИО11 предлагает ей изменить сумму ежемесячного платежа до 25000 рублей либо вернуть ФИО8 50000 рублей и разойтись миром. От ФИО8 никаких действий не последовало, она позвонила и начала высказывать угрозы в ее адрес, и 25.05.2020 года она обратилась в ОМВД с заявлением по факту высказывания данных угроз со стороны ФИО8

Третье лицо ФИО13 пояснил, что все переговоры с ФИО11 вела его супруга ФИО8 Он общался с ФИО11, когда в июне 2020 года решил попробовать договориться с ней самостоятельно на счет дальнейшей оплаты жилого дома. Тогда он уже выставил свою квартиру на продажу и предложил ФИО11 подождать и отдать ей деньги с продажи квартиры. ФИО11 в грубо й форме отказалась. Поэтому, когда он продал квартиру, ФИО11 он деньги больше не предлагал, а купил другой дом, в котором они живут с супругой в настоящее время.

Опрошенные в судебном заседании свидетели со стороны ФИО8 (ФИО5) и ФИО10 (Свидетель №4, ФИО7) дали показания о том, что между сторонами не состоялась сделка купли-продажи по причине того, что прекратились платежи со стороны ФИО8, и стороны не смогли договориться о дальнейшей оплате.

Вместе с тем, суд полагает, что в рассматриваемом случае не имеет существенного значения то обстоятельство, по чьей вине не состоялась сделка, поскольку она с самого начала являлась недействительной ввиду несоблюдения ее письменной формы, а уплаченные ФИО8 денежные средства в размере 200000 в силу ч. 1, 4 ст. 380 ГК РФ рублей нельзя признать задатком. 

Таким образом, в силу ч. 2 ст. 167 ГК РФ, каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. Следовательно, ФИО10 должна возвратить ФИО8 уплаченные ею денежные средства в размере 200000 рублей. Указанные денежные средства являются неосновательным обогащением ФИО10 и подлежат взысканию с нее в пользу ФИО8

В силу ч. 1 ст. 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими средствами (ст. 395 ГК РФ) начисляются с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств (ч. 2 ст. 1107 ГК РФ).

ФИО8 19.06.2020 года обратилась к ФИО10 с досудебной претензией о возврате 200 000 рублей в течение десяти дней с момента получения претензии, которая была получена ФИО10 22.06.2020 года (л.д. 16, 17, 34). ФИО10 денежные средства не возвратила, что не оспаривалось в судебном заседании.

Согласно представленному ФИО8 расчету (л.д. 18), размер процентов за пользование ФИО10 денежными средствами за период с 03.07.2020 года по 04.08.2020 года составляет 799 рублей 18 копеек. 

Суд считает указанный расчет процентов верным, ФИО10 он не оспорен. 

С учетом изложенного, первоначальный иск подлежит удовлетворению в полном объеме. С ФИО10 в пользу ФИО8 подлежат взысканию 200 000 рублей в счет неосновательного обогащения и проценты за неправомерное удержание денежных средств в размере 799 рублей 18 копеек. 

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, с ФИО10 в пользу ФИО8 подлежат взысканию понесенные по делу судебные расходы по оплате государственной пошлины (чек - л.д. 1) в сумме 5 208 рублей.

Требования по встречному иску ФИО10 мотивировала тем, что ФИО8, самоуправно и безвозмездно проживая в принадлежащем ей жилом доме по адресу: 

<

адрес>, повредила принадлежащее ей имущество: бойлер, холодильник, насос, антенну, пульт телевизора, комод, шифоньер, стол-книжку, кровать, два ковра, ковровую дорожку, швейную машинку, посуду, на общую сумму 55 000 рублей; допустила задолженность по оплате коммунальных платежей на общую сумму 5 028 рублей 21 копейка. 

Согласно ч. 1 ст. 671 ГК РФ, по договору найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения или управомоченное им лицо (наймодатель) - обязуется предоставить другой стороне (нанимателю) жилое помещение за плату во владение и пользование для проживания в нем.

На основании ч. 1 ст. 674 ГК РФ, договор найма жилого помещения заключается в письменной форме.

В соответствии с ч. 1 ст. 682 ГК РФ, размер платы за жилое помещение устанавливается по соглашению сторон в договоре найма жилого помещения.

Как установлено судом и не оспаривается сторонами, в жилой дом супруги ФИО14 въехали 01.05.2019 года и проживали в нем до 25.06.2020 года. Письменный договор найма между ними не заключался, поскольку согласно достигнутой между ними и ФИО10 в лице ФИО11 устной договоренности предполагалось, что дом передается ФИО8 и ФИО13 в собственность, а не во временное проживание. Никакой устной договоренности между ФИО8, ФИО13 и ФИО10 либо ФИО11 об арендной плате также не было. 

Доводы ФИО10 и ФИО11 о самоуправном проживании ФИО8 и ФИО13 в жилом доме против воли собственника опровергаются материалами дела, а именно: постановлениями об отказе в возбуждении уголовного дела и материалами проверки ОМВД России по Валуйскому городскому округу (л.д. 62-64, 85-131, 138-139, 140); а также показаниями самой ФИО11 в судебном заседании, подтвердившей, что именно она передала ФИО8 ключи от дома и не предъявляла ей никаких требований о выселении до того времени, как в мае 2020 года от ФИО8 не последовало очередного платежа за дом.

Учитывая изложенное, требования по встречному иску в части взыскания суммы неосновательного обогащения в размере 168 000 рублей за пользование жильем удовлетворению не подлежат.

В соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Как следует из разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством (п. 11).

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (п. 12).

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ) (п. 13).

На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Как следует из встречного иска, за время проживания ФИО8 в жилом доме ФИО10 возникла задолженность за электроэнергию в сумме 992 рублей, за пользование природным газом – 583 рубля 21 копейка, приобретение и переустановку газового счетчика – 2 750 рублей и 703 рубля.

Согласно доводам ФИО8, поскольку они с ФИО13 считали себя собственниками жилого помещения, все коммунальные платежи действительно оплачивали они. В день освобождения жилого помещения 25.06.2020 года ею с банковской карты свекрови был внесен последний платеж за коммунальные услуги в размере 1 559 рублей 18 копеек. 

Представитель ФИО10 и ФИО11 подтвердили, что ФИО14 выехали из жилого дома 25.06.2020 года, однако представили суду квитанции по оплате ЖКУ за июль и август 2020 года (л.д. 68, 70).

Согласно квитанции за июнь 2020 года, то есть последний месяц проживания ФИО8 в жилом доме (л.д. 67), оплате подлежали ЖКУ в общей сумме 3 263 рублей 18 копеек, в том числе: холодная вода – 205 рублей 10 копеек, электроэнергия по показаниям счетчика – 1 252 рубля, электроэнергия – 1 704 рубля, обращение с ТКО – 102 рубля 08 копеек.

ФИО8 25.06.2020 года оплатила 1 559 рублей 18 копеек, о чем суду представлен чек по операции Сбербанк Онлайн (л.д. 137), из них было оплачено: обращение с ТКО – 102 рубля 08 копеек, холодная вода – 205 рублей 10 копеек, электроэнергия по показаниям счетчика – 1 252 рубля.

Таким образом, за июнь ФИО8 не была оплачена электроэнергия на сумму 1 704 рубля, а не 992 рубля, как заявлено ФИО10 Задолженности по оплате природного газа, вопреки доводам встречного иска, у ФИО8 не было. 

ФИО8 в судебном заседании согласилась с заявленной ФИО10 задолженностью за электроэнергию в размере 992 рублей.

Учитывая изложенное, а также ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, согласно которой суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, с ФИО8 в пользу ФИО10 подлежит взысканию задолженность по оплате электрической энергии в размере 992 рублей.

Согласно доводам встречного иска и показаниям представителя ФИО10 в судебном заседании, во время проживания ФИО8 в жилом доме ею был поврежден газовый счетчик, что повлекло приобретение нового газового счетчика и его переустановку, на что ФИО10 понесла расходы в сумме 2 750 рублей и 703 рубля соответственно. 

В подтверждение указанных доводов суду представлены квитанции на оплату ЖКУ, из которых видно, что показания газового счетчика, установленного в жилом доме по адресу: 

<

адрес>, с апреля 2020 года по июль 2020 года не менялись (л.д. 65-68), акт снятия и установки прибора учета газа от 14.08.2020 года (л.д. 69), акт сдачи-приемки выполненных работ от 14.08.2020 (л.д. 72), чек ИП ФИО4 на сумму 2750 рублей (л.д. 73), паспорт счетчика газа (л.д. 73). Доказательств оплаты суммы 703 рубля по переустановке газового счетчика ФИО10 суду не представила.

Согласно акту снятия прибора учета газа от 14.08.2020 года, причиной снятия счетчика послужила его поломка, однако актом установлено, что целостность заводской пломбы счетчика, корпуса и заглушки счетного механизма, пломбы на накидных гайках, КЗН не нарушена (л.д. 69).

Согласно пояснениям ФИО8, никакого вмешательства в газовый счетчик они с мужем не производили, счетчик работал. Летом 2019 года, когда дом не отапливался, счетчик действительно работал некорректно, его показания не менялись, несмотря на то, что они пользовались газовой плитой. Они отмечали это и планировали в будущем заменить счетчик. Однако осенью, зимой и весной счетчик исправно работал, и они оплачивали потребленный газ согласно показаниям счетчика. В апреле они перестали отапливать дом, и счетчик снова остановился.

С учетом изложенного суд соглашается с доводами возражения на встречный иск ФИО8 о том, что ФИО10 не представлено суду доказательств вмешательства ФИО8 в прибор учета газа, а также совершения ФИО8 иных действий, повлекших неисправность газового счетчика, вследствие чего встречные исковые требования в указанной части удовлетворению не подлежат.

Как следует из встречного иска, ФИО8 незаконно умышленно повредила принадлежащее ФИО10 недвижимое имущество, находящее в жилом доме по адресу: 

<

адрес>: бойлер (стоимостью 5000 рублей), холодильник (стоимостью 8000 рублей), насос (куплен в 2018 году, стоимостью 7000 рублей), антенну (стоимостью 1500 рублей), пульт телевизора (стоимостью 500 рублей), комод (стоимостью 3000 рублей), шифоньер (стоимостью 2000 рублей), стол-книжку (стоимостью 2000 рублей), кровать (куплена в 2019 году, стоимостью 5000 рублей), два ковра (стоимостью 5000 рублей и 3000 рублей), ковровую дорожку (стоимостью 5000 рублей), швейную машинку (стоимостью 5000 рублей), посуду (стоимостью 3000 рублей), на общую сумму 55 000 рублей. 

В судебном заседании представитель ФИО10 пояснил, что во встречном иске указана стоимость заявленного имущества на дату его передачи ФИО8, поскольку в результате неправомерных действий ФИО8 указанное имущество было полностью утрачено. 

ФИО8 пояснила, что заявленное ФИО10 имущество было передано им вместе с жилым помещением в собственность, при этом ФИО11 не говорила о том, что намерена забрать какие-то вещи или что ФИО8 не может распорядиться ими по своему усмотрению как собственник. 

Вместе с тем, поскольку судом была установлена недействительность заключенной между сторонами сделки купли-продажи жилого помещения, в силу ч. 2 ст. 167 ГК РФ, каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. Соответственно, ФИО8 должна возвратить ФИО10 жилое помещение со всем переданным вместе с ним имуществом. 

Как уже было установлено ранее, 25.06.2020 года ФИО8 и ФИО13 выехали из жилого дома ФИО10 Согласно доводам ФИО8, а также показаниям свидетелей ФИО3 и Свидетель №5, присутствовавших при сдаче дома ФИО11, ФИО11 отказалась подписать акт приема-передачи жилого помещения ввиду того, что у нее были претензии по сохранности имущества (л.д. 15).

Согласно доводам ФИО8 и третьего ФИО13, когда они заселились в дом, бойлер, расположенный на кухне, грел воду, но подтекал. Осенью 2019 года они купили новый бойлер и установили на место старого, а старый вынесли в сарай. При освобождении жилого помещения они сняли свой бойлер и повесили бойлер ФИО10 на место. 

Опрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №1, пояснил, что у него были ключи от части дома ФИО10, поскольку раньше там жил его двоюродный брат, и он до вселения Шумских в дом ежедневно приходил туда и протапливал дом, потом кормил кошек. Бойлером он пользовался, но тот не тек. Этот бойлер он сам лично устанавливал примерно 4 года назад, он хорошо помнит это, потому что в это же время устанавливал такой же бойлер себе, и он у него тоже потек.

Наличие бойлера на момент освобождения жилого помещения ФИО8 ФИО10 и ФИО11 не оспаривалось и подтверждается фотографиями, размещенными 27.07.2020 года на сайте объявлений о продаже (л.д. 159, 161), а также показаниями свидетеля ФИО3, присутствовавшей при сдаче помещения ФИО11 25.06.2020 года.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что ФИО10 не представлено доказательств повреждения либо приведения в негодность бойлера действиями ФИО8

К аналогичному выводу приходит суд в части холодильника. Согласно пояснениям участвующих в деле лиц, это двухкамерный холодильник марки «Атлант». ФИО8 и ФИО13 пояснили, что холодильник был старый, но в рабочем состоянии. У них был свой холодильник, поэтому этот они вынесли в сарай, а потом поставили на место. При сдаче помещения 25.06.2020 года присутствовала ФИО11, и она холодильник в розетку не включала, его состояние не проверяла. ФИО11 в судебном заседании указанные доводы не опровергла. Согласно показаниям свидетелей ФИО3 и Свидетель №5, при сдаче дома ФИО11 холодильник не включала. Свидетели Свидетель №1 и Свидетель №2 пояснили, что после выезда Шумских были в жилом доме ФИО10, но о том, работал ли холодильник, им ничего не известно. Указанный холодильник также имелся в наличии по состоянию на 27.07.2020 года (л.д. 158), что не оспаривалось сторонами. Свидетель Свидетель №1 пояснил, что холодильника на улице во дворе дома он не видел. Таким образом, доводы ФИО8 о том, что холодильник стоял в сарае, не опровергнуты. Согласно пояснениям ФИО13 и ФИО11, сарай крытый, имеет все стены, сухой, пол в нем бетонный. Третьи лица ФИО12 и ФИО13 пояснили, что в данном сарае все время проживания Шумских хранились их ковер и стиральная машинка, и они не повредились. С учетом изложенного, оснований полагать, что сарай не пригоден для хранения заявленного имущества, у суда не имеется.

Канализационный погружной насос во дворе дома, согласно показаниям свидетеля Свидетель №1, он тоже устанавливал лично в 2016-2017 годах, насос был новый. После выезда Шумских, примерно в августе 2020 года, он проверял насос, там не работал поплавок. Вместе с тем, согласно доводам ФИО13, не опровергнутым в судебном заседании, за день до выезда из жилого помещения он откачивал воду из ямы, следовательно, насос работал. Указанные доводы ФИО10 и ФИО11 не опровергли, о том, что сливная канализационная яма после выезда Шумских была переполнена, не заявляли.

Телевизионная антенна, согласно пояснениям ФИО11, валяется во дворе дома в непригодном состоянии. Однако согласно пояснениям стороны ФИО8, антенна находится на своем месте – на трубе во дворе дома, в рабочем состоянии, они ее не снимали. Не видно антенну потому, что по ней заплелся виноград. В подтверждение указанных доводов представитель ФИО8 представил фотографию, на которой действительно видно, что на углу дома возле забора имеется конструкция, поросшая виноградом, и от нее идет кабель в дом (л.д. 162). Указанные доводы ФИО11 не опровергнуты, кроме того, свидетель Свидетель №1 подтвердил, что антенна во дворе дома не валяется, а труба, на которой она висела, действительно заросла виноградом. 

Доводы ФИО10 о наличии в жилом помещении на момент его передачи ФИО8 пульта от телевизора марки Самсунг, своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли и опровергаются пояснениями ФИО8 и ФИО13, а также показаниями свидетеля ФИО2, которые пояснили, что был пульт от приставки марки ВВК, а телевизор они включали путем нажатия кнопки на самом телевизоре, пульта от телевизора не было. 

ФИО10 во встречном иске заявлено о передаче ФИО8 в июне 2019 года вместе с жилым помещением двух ковров (стоимостью 5000 рублей и 3000 рублей) и ковровой дорожки (стоимостью 5000 рублей).

ФИО11 в судебном заседании пояснила, что один ковер 1,5 см х4,5см и ковровая дорожка 2 см х 3 см находились на кухне. Другой ковер находился в спальне. ФИО8 и ФИО13 не отрицали наличие ковровых изделий на кухне и в спальне при их заселении в дом, но пояснили, что в доме жили кошки, и ковровые дорожки на кухне, которые никак нельзя назвать коврами, были старые, грязные и с запахом кошачьей мочи. Пользоваться ими было невозможно, поэтому они вынесли эти дорожки, как и ковер из зала, в сарай, где они и находились. Свидетель Свидетель №1 подтвердил, что ковровые дорожки на кухне были старые, а также подтвердил наличие в доме кошек, которых он лично приходил кормить до заселения Шумских. 

Заявленная ФИО10 посуда, со слов ФИО8, находилась в комоде на кухне, который они вынесли на улицу, и находилась там на момент их выезда, потому что они этой посудой не пользовались и из комода ее не вынимали. Посуда была железная. Свидетель Свидетель №1 пояснил, что в комоде на кухне действительно была посуда, железная и керамическая: тарелки, чашки, миски, вилки, ложки. Вместе с тем, доказательств утраты либо повреждения данной посуды ФИО10 суду не представлено. 

С учетом изложенного, ФИО10 не представлено доказательств того, что в результате действий ФИО8 было повреждено либо утрачено принадлежащее ей имущество, находящееся в жилом помещении по адресу: 

<

адрес>: бойлер, холодильник, насос, антенна, пуль телевизора, ковер и ковровая дорожка на кухне, посуда, вследствие чего требования встречного иска о взыскании с ФИО8 денежных средств за утрату данного имущества удовлетворению не подлежат. 

Ссылка представителя ФИО10 на объяснения ФИО13, отраженные в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела о том, что они с ФИО8 выбросили старые вещи ФИО10 (л.д. 62-64) не влечет иного решения по делу. В судебном заседании установлено наличие на момент освобождения жилого помещения Шумскими указанного в постановлении имущества. Согласно пояснениям ФИО13, объяснения участковый отбирал у него на ходу, возле Валуйской ЦРБ, куда он спешил к врачу, и исказил их. А подписывал он пустой бланк объяснений.

Не могут быть взысканы с ФИО8 денежные средства в счет возмещения порчи ковра из спальни, кровати и швейной машинки, поскольку ФИО8 лишена возможности возвратить указанное имущество ФИО10 по независящим от нее причинам - вследствие того, что ФИО11, действуя с ведома и согласия собственника помещения ФИО10 (что не оспаривалось в судебном заседании), распорядилась указанным имуществом, разрешив забрать его своей знакомой Свидетель №2 Опрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №2 подтвердила, что забрала с согласия ФИО11 у Шумских ковер, кровать и швейную машинку, за которые ничего не платила ФИО11 и ФИО14. При этом состояние указанного имущества на момент освобождения Шумскими жилого помещения не имеет правового значения для дела, поскольку данное имущество выбыло из владения ФИО8 по воле ФИО11

В части требований о взыскании стоимости комода, шифоньера и стола-книжки суд находит обоснованными доводы представителя ФИО10 и третьего лица ФИО11 о том, что указанное имущество хранилось ФИО8 в условиях, непригодных для хранения мебели, что повлекло утрату данного имущества и невозможность его дальнейшего использования по назначению.

Так, судом установлено и подтверждено показаниями самой ФИО8 и третьего лица ФИО13, что комод, стол-книжка и шифоньер были старые, советских времен. Комод был сделан из ДСП или ДВП, ящики в нем плохо выдвигались, внутри комод был покрыт плесенью от сырости на кухне. Стол-книжка была частично сломана, под нее приходилось подкладывать кирпичи, чтобы ее разложить и пользоваться. Шифоньер тоже был из ДСП или ДВП, очень старый и грязный. Согласно показаниям свидетеля Свидетель №1, комоду было лет 10. Комод и стол-книжку в мае 2019 года они вынесли во двор, шифоньер разобрали на доски и поставили все это под навес, где они стояли в течение времени их проживания в жилом доме.

У суда нет оснований ставить под сомнение показания опрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО5, ФИО2, ФИО3, Свидетель №5, Свидетель №4, ФИО7, Свидетель №2, Свидетель №1, поскольку они дали показания об известных им событиях лично либо со слов сторон; их показания согласуются с позицией сторон, по ходатайству которых они были опрошены. Свидетели ФИО1, Свидетель №5, Свидетель №4, ФИО7, Свидетель №2, Свидетель №1 родственниками участвующим в деле лицам не приходятся и в исходе дела не заинтересованы. Свидетели ФИО5 и ФИО2 приходятся родственниками ФИО8 и ФИО12, но были предупреждены судом об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания последовательны и непротиворечивы.

На представленных фотографиях видно, что навес во дворе дома ФИО10 условный и не может обеспечить сохранность мебели в погодных условиях осени, зимы и весны (л.д. 159, 160). Кроме того, сама ФИО8 в судебном заседании признала, что в таких условиях комод, стол-книжка и доски от шифоньера действительно раскисли и стали непригодны к использованию. 

Учитывая изложенное, а также время хранения комода, стола-книжки и досок от шифоньера на улице (около года), суд приходит к выводу о том, что указанное имущество действительно было утрачено в результате действий ФИО8 и с нее подлежит взысканию стоимость данного имущества.

Во встречном иске была заявлена стоимость комода 3000 рублей, шифоньера - 2000 рублей, стола-книжки – 2000 рублей.

ФИО8 с указанной стоимостью не согласилась, оценив комод в 500 рублей, шифоньер в 100 рублей, стол-книжку в 250 рублей.

Судом разъяснялось сторонам право заявить ходатайство о назначении по делу экспертизы с целью установления стоимости заявленного имущества, стороны и их представители воспользоваться указанным правом не пожелали.

С учетом изложенного, суд считает возможным определить стоимость имущества согласно средним ценам на аналогичные предметы мебели, указанные на сайте объявлений Авито: комод – 584 рубля ((500+550+700):3), шифоньер – 500 рублей ((500+500+500):3), стол-книжка – 500 рублей ((400+500+600):3) (л.д. 166-168, 172-174, 175-177). Доказательств иной стоимости заявленного имущества суду не представлено.

Таким образом, с ФИО8 в пользу ФИО10 по встречному иску подлежат взысканию денежные средства в общей сумме 2 506 рублей, в том числе: в счет погашения задолженности по оплате электрической энергии 992 рубля, в счет возмещения ущерба, причиненного имуществу: 584 рубля – за комод, 500 рублей – за шифоньер, 500 рублей – за стол-книжку.

При этом судом установлено, что ФИО8 проживала в жилом помещении вместе со своим супругом ФИО13, все действия, касающиеся заявленного во встречном иске имущества, совершала вместе с ним либо по согласованию с ним. Однако суд не может выйти за пределы заявленных требований и учитывает право ФИО10 на предъявление требований согласно ст. 1080 ГК РФ к любому из солидарных должников, в данном случае – только к ФИО8 

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, п. 1 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ, с ФИО8 в доход государства подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой в силу п. 2 ч. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ была освобождена ФИО10 при подаче встречного искового заявления (л.д. 56а-57), пропорционально удовлетворенной части встречных исковых требований в размере 400 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

иск ФИО8 к ФИО10 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить. 

Взыскать с ФИО10 в пользу ФИО8 200 000 рублей в счет неосновательного обогащения, проценты за неправомерное удержание денежных средств – 799 рублей 18 копеек, расходы по оплате государственной пошлины – 5 208 рублей, всего в сумме 206 007 (двести шесть тысяч семь) рублей 18 копеек.

Встречный иск ФИО10 к ФИО8 о взыскании денежных средств удовлетворит частично.

Взыскать с ФИО8 в пользу ФИО10 денежные средства в общей сумме 2 506 (две тысячи пятьсот шесть) рублей, в том числе: в счет погашения задолженности по оплате электрической энергии 992 рубля, в счет возмещения ущерба, причиненного имуществу: 584 рубля – за комод, 500 рублей – за шифоньер, 500 рублей – за стол-книжку.

В удовлетворении остальной части заявленных по встречному иску требований отказать.

Взыскать с ФИО8 в доход бюджета Валуйского городского округа государственную пошлину в размере 400 (четырехсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Валуйский районный суд Белгородской области. 

Судья:

<

данные изъяты>

Судья: