Дело № 2-1945/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

7 сентября 2017 года г. Смоленск

Промышленный районный суд г. Смоленска в составе:

председательствующего Киселева А.С.

при секретаре Снытко А.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице УФК России по Смоленской области, ИВС УМВД России по г. Смоленску в лице начальника ИВС, Российской Федерации в лице МВД России и УМВД России по Смоленской области о взыскании денежной компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с указанным выше иском к ИВС УМВД России по г. Смоленску в лице начальника ИВС и Министерству финансов РФ, ссылаясь на то, что условия содержания в изоляторе временного содержания (далее также – ИВС) УМВД России по г. Смоленску (

<

...>), где он находился в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, не соответствовали установленным требованиям (при посещении туалета отсутствовали условия приватности, стол для приема пищи находился в непосредственной близости от санузла), в связи с чем были нарушены его права, претерпел нравственные страдания, а, следовательно, ему причинен моральный вред. В связи с изложенным в иске поставлен вопрос о взыскании с ответчиков денежной компенсации морального вреда в размере 5 000 руб.. 

Определением Ленинского районного суда г. Смоленска от 20.03.2017 к участию в деле в качестве соответчика привлечена Российская Федерация в лице МВД России (л.д. 1).

Определением суда от 27.04.2017 указанное дело передано для рассмотрения по подсудности в Промышленный районный суд г. Смоленска (л.д. 46).

17 июля 2017 года судом к участию в деле в качестве соответчика привлечено УМВД России по Смоленской области (л.д. 80). 

ФИО1, будучи извещенным о месте и времени судебного заседания, в суд не явился, находится в ФКУ ИК-29 УФСИН России по Архангельской области. Истцу было предложено представить дополнительно письменные доводы в подтверждение своего иска, а также обеспечить участие в судебном заседании представителя. ГПК РФ не предоставляет лицам, отбывающим по приговору суда наказание в исправительных учреждениях, находящимся под стражей, право на личное участие в разбирательстве судами их гражданских дел. УПК РФ предусматривает возможность этапирования осужденных из мест лишения свободы в следственные изоляторы лишь для их участия в судебных разбирательствах по уголовным делам (ст. 77.1 УИК РФ). Учитывая данные обстоятельства, а также и то, что подробное письменное обоснование заявленного иска суду ФИО1 представил, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Представитель Министерства финансов РФ в лице УФК по Смоленской области ФИО2 в судебном заседании поддержала представленные письменные возражения (л.д. 30-34), сослалась на отсутствие оснований для взыскания в пользу истца денежной компенсации морального вреда. Просила в иске отказать. 

Представитель УМВД России по г. Смоленску, чьим структурным подразделением является соответствующий ИВС, ФИО3 в судебном заседании иск не признала, поддержала представленный письменный отзыв (л.д. 21-23), дополнительно указала, что ФИО1 содержался в ИВС УМВД России по г. Смоленску с 01 час. 05 мин. ДД.ММ.ГГГГ по 17 час. 05 мин. ДД.ММ.ГГГГ, после чего был направлен в СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области. В период с мая по ноябрь 2014 года в ИВС проведен капитальный ремонт, после чего камера № 10, в которой содержался ФИО1, переименована в № 8 и конструктивно изменена, в связи с чем представить фотоизображение данной камеры в прежнем виде не представляется возможным. Считала заявленные требования необоснованными, просила в иске отказать.

Представитель МВД РФ и УМВД России по Смоленской области ФИО4 в судебном заседании со ссылкой на письменные возражения (л.д. 40-43) также отметила отсутствие оснований к удовлетворению требований истца.

В силу ч. 4 ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившегося истца. 

Заслушав участников процесса и исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 (далее – Конвенция) никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно ч. 1 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина, как следует из ст. 18 Конституции РФ, являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Статьей 21 Конституции РФ определено, что достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. 

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее Федеральный закон № 103-ФЗ) содержание под стражей осуществляется согласно принципам законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений (ст. 9 Федерального закона № 103-ФЗ).

В силу ч. 1 ст. 15, ст. 23 названного Федерального закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ; заключенным создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, им предоставляется индивидуальное спальное место. 

Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными приказом Министерства внутренних дел РФ от 22.11.2005 № 950, определено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом (п. 42). Камеры ИВС оборудуются в том числе, санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; тазами для гигиенических целей и стирки одежды (п. 45). Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут (п. 47).

По правилам ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. 

Судом установлено, что ФИО1 содержался в ИВС УМВД России по г. Смоленску с 01 час. 30 час. ДД.ММ.ГГГГ по 17 час. 05 мин. ДД.ММ.ГГГГ. 

В обоснование своих требований истец ссылается на то, что в период содержания в ИВС были нарушены его права, поскольку при посещении туалета отсутствовали условия приватности, санузел в виде бака находился в непосредственной близости от места приема пищи и под обзором камер видеонаблюдения.

По общему правилу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Учитывая вышеприведенные нормы права, суд приходит к выводу, что ФИО1 не представил суду доказательств нарушения его нематериальных благ в результате содержания в ИВС в спорный период.

Как следует из представленных суду документов, ИВС с 2006 года по 2014 год состоял из 10 камер с лимитом мест 22, в период содержания ФИО1 содержался в камере № 10, в данной камере с ним содержался один человек. В ИВС имеется санузел общей площадью 7,6 кв.м., в который сотрудниками ИВС осуществляется покамерный вывод подозреваемых и обвиняемых. Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования спальным местом; постельными принадлежностями – матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем – двумя простынями, наволочкой; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи – миской, кружкой, ложкой, указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование. Камеры ИВС оборудованы: индивидуальными кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; вешалкой для верхней одежды; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; био ведрами (в соответствии с нормативно-правовыми актами, регламентирующими деятельность ИВС, в случае отсутствия в камерах санузлов предусмотрен покамерный вывод подозреваемых и обвиняемых в общий санузел (туалет), под охраной заступающего и сменяющегося нарядов); вытяжной вентиляцией и камерами видеонаблюдения. Освещение камер искусственное, установленное над дверью в нише, лампочки накаливания, изолированные металлической сеткой.

Отсутствие в камере ИВС в период нахождения в ней ФИО1 туалета (установлено био ведро) не свидетельствует о причинении ему нравственных страданий, поскольку в соответствии с п. 98 Наставлений по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования, подозреваемых и обвиняемых, утвержденных приказом МВД России от 07.03.2006 № 140 дсп, в случае отсутствия в камерах санузлов предусмотрен покамерный вывод подозреваемых и обвиняемых в туалет, под охраной заступающего и сменяющегося нарядов. 

В свою очередь, само по себе отсутствие условий приватности при посещении туалета не нашло своего подтверждения в судебном заседании. Согласно справке, представленной УМВД России по г. Смоленску, в ИВС с мая по ноябрь 2014 года был произведен капитальный ремонт, после чего камера № 10, в которой содержался ФИО1, была переименована в № 8 и конструктивно изменена, вследствие чего воссоздать обстановку, имеющуюся на момент содержания в ней истца, а также предоставить фотоизображения данной камеры в упомянутом виде не представляется возможным. 

Кроме того, даже, если принять во внимание отсутствие в камерах ИВС, где содержался истец, централизованной подачи питьевой воды, системы канализации, достаточного уединения при пользовании туалетом, то данные условия не могут быть признаны настолько неудовлетворительными, чтобы приравняться к нарушению положений ст. 3 Конвенции, поскольку, по сути, не отличаются от условий жизни в сельской местности России. Данный вывод подтверждается судебной практикой Европейского суда (дело по иску ФИО5 № 30138/02 и по иску Ходорковского).

Одновременно суд принимает во внимание, что ФИО1 содержался в ИВС УМВД России по г. Смоленску непродолжительное время – с 01 час. 05 мин. ДД.ММ.ГГГГ по 17 час. 05 мин. ДД.ММ.ГГГГ. При этом за время пребывания конвоировался на следственные действия за пределы ИВС: ДД.ММ.ГГГГ с 11 час. 30 мин. до 18 час. 00 мин. и в суд – ДД.ММ.ГГГГ с 15 час. 20 мин. до 17 час. 05 мин..

Суд отмечает также бездоказательность и других доводов иска об отсутствии должного материально-бытового обеспечения при содержании истца в ИВС. 

Как следует из представленной справки, копии камерной карточки (л.д. 24-28) и пояснений отвечающих сторон, за весь период содержания в ИВС УМВД России по г. Смоленску и при убытии из ИВС ФИО1 жалоб не высказывал. Доказательств иного истцом суду не представлено. 

В то же время изолированное содержание подозреваемого не может не сопровождаться определенными ограничениями и их наличие не является безусловным основанием к взысканию компенсации морального вреда.

Содержание ФИО6 в ИВС при таких обстоятельствах не указывает на жестокое, унижающее человеческое достоинство обращение с ним. Изложенные в исковом заявлении обстоятельства не могут быть приравнены к нарушению основных прав и свобод человека и гражданина.

Согласно разъяснениям, изложенным п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

С учетом изложенных обстоятельств, исходя из недоказанности упомянутых выше нарушений и связанных с ними неблагоприятных последствий, повлекших причинение истцу действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие ему от рождения или в силу закона нематериальные блага (личные неимущественные права), физических или нравственных страданий, оснований для вывода о возможности удовлетворения иска в части денежной компенсации морального вреда за подобного рода имевшие, по мнению ФИО1, нарушения, у суда в силу ст. 151, п. 2 ст. 1099 ГК РФ не имеется.

В то же время суд отмечает, что ссылки представителя Минфина на пропуск ФИО1 установленного законом срока обращения в суд несостоятельны, поскольку заявленное истцом требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения принадлежащих ему личных неимущественных прав и нематериальных благ (ст. 150 ГК РФ), в связи с чем на это требование в силу ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице УФК России по Смоленской области, ИВС УМВД России по г. Смоленску в лице начальника ИВС, Российской Федерации в лице МВД России и УМВД России по Смоленской области о взыскании денежной компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

На решение в течение одного месяца со дня его принятия судом в окончательной форме может быть подана апелляционная жалоба в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска.

Председательствующий А.С. Киселев

Решение в окончательной форме принято 12.09.2017.