УИД 31RS0016-01-2024-009487-19 Дело №2-606/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 апреля 2025 года город Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи: Шатенко Т.Н.,

при секретаре: Аносове А.А., 

с участием: помощника прокурора г. Белгорода Ходова И.Д.,

истца ФИО1, представителя ответчика ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» ФИО2, третьих лиц ФИО3, Карим Л.И.К., ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» о компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просит взыскать с ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» в счет компенсации морального вреда 40 000 000 руб., а также штраф в соответствии со ст. 13 п.6 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" и судебные расходы в размере 7 500 руб.

В обоснование требований ссылается на то, что в период с января по март 2024 года он проходил амбулаторное лечение в ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» поликлиническое отделение №7, в ходе которого были нарушены алгоритмы лечения 

<

данные изъяты>, некорректно сформулирован диагноз больного, применена нерациональная лекарственная терапия, диагностические и лечебные мероприятия проведены не в полном объеме, медицинская документация оформлена ненадлежащим образом, он не поставлен на диспансерный учет, не назначены консультации профильных врачей, СКТ-исследование лёгких выполнено с опозданием. 

Указанное, по мнению ФИО1, свидетельствует о дефектах оказанной медицинской помощи и привело к ущербу здоровью в виде развития хронических заболеваний астмы, ХОБЛ и других, а также ему причинены физические и моральные страдания. Сослался на то, что факт некачественного оказания медицинской помощи удостоверен результатами проверки Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения. 

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить. 

Представитель ответчика ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных исковых требований в полном объеме. Считает, что истцом не доказан факт наступления вреда, а также причинно-следственная связь между возникшим вредом и противоправным действием (бездействием) ответчика. Выразила несогласие с характером дефектов медицинской помощи и выводами, указанными в Заключениях экспертизы качества медицинской помощи по основаниям, подробно изложенным в возражениях на иск. Кроме того, полагает заявленный ФИО1 к взысканию размер компенсации морального вреда не соответствующим степени причиненных истцу нравственных страданий, и не отвечающим требованиям разумности и справедливости. Требования о взыскании штрафа на основании ст. 13 п.6 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" полагает не подлежащими удовлетворению, поскольку указанные положения закона подлежат применению только в случае оказания медицинской помощи на платной основе, а ФИО1 медицинская помощь оказывалась в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи. 

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании полагала иск не подлежащим удовлетворению. Пояснила суду, что является врачом-терапевтом кабинета неотложной помощи поликлинического отделения №7 ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода». Во время дежурства к ней обращался истец, которому было проведено необходимое обследование, выданы требуемые направления, назначено лечение, нарушений при оказании медицинской помощи истцу не было допущено.

Третье лицо Карим Л.И.К. в судебном заседании полагал заявленные требования не подлежащими удовлетворению. Пояснил, что является врачом-терапевтом кабинета неотложной помощи поликлинического отделения №7 ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода». Во время дежурства к нему обращался истец, которому было проведено необходимое обследование, выданы требуемые направления, назначено лечение, нарушений при оказании медицинской помощи истцу не было допущено.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании полагала заявленные требования не подлежащими удовлетворению. Пояснила, что является врачом-терапевтом кабинета неотложной помощи поликлинического отделения №7 ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода». Во время дежурства к ней обращался истец, которому было проведено необходимое обследование, выданы требуемые направления, назначено лечение, нарушений при оказании медицинской помощи истцу не было допущено. 

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании полагала заявленные требования не подлежащими удовлетворению. Пояснила, что является врачом-пульмонологом поликлинического отделения №1 ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода». К ней обращался истец, которому было проведено необходимое обследование, выданы требуемые направления, назначено лечение, нарушений при оказании медицинской помощи истцу не было допущено.

Третье лицо ФИО6 в судебном заседании полагала заявленные требования не подлежащими удовлетворению. Пояснила, что является врачом-терапевтом поликлинического отделения №7 ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода». К ней обращался истец, который находился в возбужденном состоянии, не дал провести полное обследование, кричал, требовал назначения ему уколов и лекарств, назначение которых не предусмотрено стандартами оказания медицинской помощи. Нарушений при оказании медицинской помощи истцу не было допущено.

Третье лицо ФИО7 в судебном заседании полагала заявленные требования не подлежащими удовлетворению. Пояснила, что является заведующей отделением ВОП поликлинического отделения №7 ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода». Нарушений при оказании медицинской помощи истцу не было допущено. 

Третье лицо ФИО8 в судебном заседании полагала заявленные требования не подлежащими удовлетворению. Пояснила, что в составе врачебной комиссии рассматривала пациента ФИО1. Нарушений при оказании медицинской помощи истцу врачебной комиссией установлено не было. 

Помощник прокурора г.Белгорода Ходов И.Д. в заключении полагал, что исковые требования о компенсации морального вреда в связи с некачественно оказанной медицинской помощью являются обоснованными, однако заявленный к взысканию размер компенсации морального вреда является несоразмерным и неразумным, полагал необходимым взыскание компенсации морального вреда в минимальном размере на усмотрение суда.

Третьи лица ФИО9, ФИО10, ФИО11, представитель Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Белгородской области, представитель АО «МАКС-М» в судебное заседание не явились, извещены своевременно и надлежаще, представители Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Белгородской области и АО «МАКС-М» в письменных заявлениях просили о рассмотрении дела в их отсутствие, остальные – о причинах неявки суд в известность не поставили и не просили об отложении рассмотрения дела. 

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц. 

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, заслушав объяснения участвующих в деле лиц, заключение помощника прокурора, суд приходит к следующим выводам.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее по тексту - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 указанного федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и ч. 2, 3 ст.98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Судом установлено, подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами, что истец ФИО1 проходил амбулаторное лечение в ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» поликлиническое отделение №7 в период с января по март 2024 года.

Согласно данным медицинской карты истца, ФИО1 в рассматриваемый период была оказана нижеследующая медицинская помощь. 

ДД.ММ.ГГГГ Галкин обратился в ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» поликлиническое отделение №7 к врачу-терапевту (врачу общей практики) Кариму Л.И.К. с жалобами на общую 

<

данные изъяты>. Проведен осмотр пациента, собран анамнез, поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, назначено лечение: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>. В этот же день направлен на рентгенографию флюорографию лёгких.

ДД.ММ.ГГГГ проведена флюорография лёгких, дано заключение: 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ проведена флюорография лёгких, дано заключение: 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ проведен прием врача-терапевта ФИО3, в ходе которого ФИО1 высказывал жалобы на повышение температуры 

<

данные изъяты>. Проведен осмотр пациента и сбор анамнеза, в ходе которого установлено, что ФИО1 болен 3 дня, по результатам антибиотикограммы выявлена чувствительность к 

<

данные изъяты>; в инфекционном отделении взят анализ на ковид – 

<

данные изъяты>. Поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Назначено лечение: 

<

данные изъяты>.

В этот же день ФИО1 предложена госпитализация, от которой он отказался, о чем им дана собственноручная подписка, имеющаяся в копии электронной медицинской карты. 

ДД.ММ.ГГГГ по направлению врача-терапевта от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был сдан биохимический анализ крови.

ДД.ММ.ГГГГ проведен осмотр ФИО1 врачом-инфекционистом ФИО12, установлен диагноз: 

<

данные изъяты>, рекомендовано лечение у врача-терапевта.

ДД.ММ.ГГГГ проведен прием врача-терапевта ФИО3, установлен диагноз: 

<

данные изъяты>; назначено лечение: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ проведена флюорография лёгких, дано заключение: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ проведена электрокардиография, дано заключение: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ проведено ультразвуковое исследование сердца, дано заключение: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ проведен прием врача-терапевта, установлен диагноз: 

<

данные изъяты> назначено ЭКГ, рекомендована консультация кардиолога и консультация терапевта по месту жительства.

ДД.ММ.ГГГГ проведен прием врача-терапевта ФИО6, собран анамнез (пациент настаивал на проведении инъекций хлорида калия), просмотрены результаты анализа крови от ДД.ММ.ГГГГ, установлен диагноз: 

<

данные изъяты>; лечение не назначено, поскольку пациент покинул кабинет, хлопнув дверью в сопровождении охраны.

ДД.ММ.ГГГГ проведен прием врача-терапевта ФИО3, в ходе которого пациент жалоб не предъявил, назначено ЭКГ для контроля. 

ДД.ММ.ГГГГ проведено ЭКГ, дано заключение: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ проведен прием врача-терапевта ФИО10, установлен диагноз: 

<

данные изъяты> назначено лечение: 

<

данные изъяты>; выдано направление на анализы крови.

ДД.ММ.ГГГГ выполнены анализы крови (общий (клинический) анализ крови (развернутый) и биохимическое исследование).

ДД.ММ.ГГГГ по направлению от ДД.ММ.ГГГГ выполнен анализ крови (биохимическое исследование).

ДД.ММ.ГГГГ по направлению от ДД.ММ.ГГГГ выполнено ЭКГ, дано заключение: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ по направлению от ДД.ММ.ГГГГ выполнен анализ мочи.

ДД.ММ.ГГГГ по направлению от этой же даты проведена компьютерная томография груди, дано заключение: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ проведен прием врача-терапевта ФИО4, установлен диагноз 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ проведено заседание ВК, установлен диагноз: 

<

данные изъяты> рекомендовано: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ проведен прием врача-пульмонолога ФИО5, установлен диагноз: 

<

данные изъяты> рекомендовано: 

<

данные изъяты>. Явка ДД.ММ.ГГГГ. 

ДД.ММ.ГГГГ выполнен анализ крови (биохимическое исследование).

ДД.ММ.ГГГГ проведен прием врача-пульмонолога, установлен диагноз: 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты> Рекомендовано: 

<

данные изъяты> наблюдение терапевта. 

Иной медицинской помощи, согласно медицинской документации, в рассматриваемый период ответчиком истцу не оказывалось.

Полагая оказанную медицинскую помощь некачественной, Галкин обратился в контролирующие органы с заявлениями о проведении проверки качества оказанной медицинской помощи. 

Как следует из экспертного заключения №05.177.П.КМП.ЖЛ.03001/1 от ДД.ММ.ГГГГ АО «Макс-М» по профилю «Терапия. Общая врачебная практика (семейная медицина)» экспертом установлено, что:

- в информационном добровольном согласии на медицинское вмешательство отсутствует дата, подписи врача и пациента; 

- ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ терапевтом не описана перкуссия легких;

- ДД.ММ.ГГГГ терапевтом не описана перкуссия легких, не оценены результаты анализа крови от ДД.ММ.ГГГГ; 

- в амбулаторной карте имеется осмотр врача-инфекциониста от ДД.ММ.ГГГГ, при этом в дневнике не указано, что пациент обращался в приемное отделение инфекционной больницы, не госпитализирован, отмечено, что взят мазок на коклюш/паракоклюш, при этом результат мазка в амбулаторной карте отсутствует, рекомендовано лечение у терапевта; 

- ДД.ММ.ГГГГ прием терапевта, подано в реестр счетов на оплату как отдельное не обосновано (диагноз – ОРВИ), данное посещение соответствует повторному посещению с диагнозом «

<

данные изъяты>»;

- ДД.ММ.ГГГГ на указанную дату в карте 2 осмотра терапевта, при осмотре в 12:16 в дневнике отсутствует диагноз и лечение, при осмотре в 14:13 выставлен диагноз «

<

данные изъяты>», что соответствует повторному посещению с диагнозом «внебольничная левосторонняя нижнедолевая пневмония», в это посещение рекомендовано СКТ-исследование, которое выполнено ДД.ММ.ГГГГ;

- ДД.ММ.ГГГГ осмотр терапевта – не оценены результаты лабораторных исследований от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, не назначена консультация эндокринолога;

- ДД.ММ.ГГГГ определен гликированный гемоглобин 6,23 при норме до 6%, при этом не назначено УЗИ ОБП, почек, общий анализ мокроты и анализ мокроты на исследование микробактерий туберкулеза, ФВД, консультация фтизиатра (рекомендована только ДД.ММ.ГГГГ), не назначена повторная явка;

- не взят терапевтом под диспансерное наблюдение по диагнозу «

<

данные изъяты>», учитывая тяжелое течение заболевания. 

Диагнозы: 

- основной: ДД.ММ.ГГГГ – 

<

данные изъяты>, не указана локализация, ДН; ДД.ММ.ГГГГ – остаточные явления после 

<

данные изъяты>, некорректная формулировка диагноза; 

- сопутствующий: нарушение толерантности к глюкозе, диагноз не выставлен (при осмотрах терапевта не оценены повышенные показатели глюкозы). 

Оказание медицинской помощи, в том числе назначение лекарственных препаратов и (или) медицинских изделий:

- ДД.ММ.ГГГГ по антибиотикограмме выявлен Streptococcus parasanguinis чувствительный к ряду антибиотиков, один из которых цефтриаксон. Цефтриаксон назначен врачом терапевтом, но не указано, как разводить данное лекарственное средство, метод введения. Также применены высокие дозы раствора дексаметазона. ДД.ММ.ГГГГ оценка лечения затруднена.

- ДД.ММ.ГГГГ повторное посещение терапевта. Увеличены дозы дексаметазона – нерациональная лекарственная терапия. Учитывая повышение температуры тела на момент приема, следовало назначить таб. норфолоксоцин по результату антибиотикограммы либо респираторные фторхинолы. Не проведена коррекция лекарственной терапии.

- ДД.ММ.ГГГГ посещение по неотложной медицинской помощи не соответствует тарифу (завышен). Неотложная медицинская помощь оказана лекарственным средством глицин, который не входит в список лекарственных средств для оказания неотложной помощи. Также не назначены гепапротекторы, станины, нет рекомендаций по диете.

На основании изложенного, эксперт пришел к выводу:

- в информационном добровольном согласии на медицинское вмешательство отсутствует дата, подписи врача и пациента;

- не выполнены диагностические мероприятия;

- не выполнены лечебные мероприятия с риском ухудшения здоровья пациента;

- нерациональная лекарственная терапия;

- некорректное отражение в реестре счета сведений об оказанной медицинской помощи, завышение тарифа;

- пациент не взят терапевтом на диспансерный учет;

- нарушения сбора информации, затрудняющие КМП (Т.1 л.д.54). 

Как следует из экспертного заключения №05.174.П.КМП.ЖЛ.03001/1 от ДД.ММ.ГГГГ АО «Макс-М» по профилю «Пульмонология» экспертом установлено, что:

- записи от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ не отображают динамику состояния пациента;

- по диагнозам замечаний нет;

- по оказанию медицинской помощи, в том числе назначению лекарственных препаратов и (или) медицинских изделий – назначение дополнительных исследований не требовалось.

Экспертом сделан вывод, что выявленное отсутствие отображения динамики не повлияло на тяжесть и исход (Т.1 л.д.55).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 территориальным органом Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Белгородской области (далее - ТО Росздравнадзора) дан ответ, согласно которому в ходе рассмотрения заявления ФИО1, результатов внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности, проведенного в медицинской организации по факту оказания пациенту ФИО1 медицинской помощи, а также результатов экспертиз качества медицинской помощи (далее - ЭКМП), проведенных по поручению ТО Росздравнадзора экспертами качества по профилю «терапия» и «пульмонология» в Белгородском филиале медицинской страховой компании АО «МАКС-М», были выявлены дефекты при оказании ФИО1 амбулаторной медицинской помощи в ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» в период времени с 19 января по ДД.ММ.ГГГГ в виде ненадлежащего оформления и ведения медицинской документации (амбулаторной карты): записи при первичных осмотрах (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ) малоинформативны; в информационном добровольном согласии (ИДС) отсутствует дата, подпись врача и пациента; отсутствует оценка проведенных лабораторных анализов крови; ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в дневниковых записях не указаны даты следующих явок на прием; применена нерациональная лекарственная терапия; диагностические и лечебные мероприятия, в динамике, были проведены не в полном объеме (некорректно сформулирован клинический диагноз; не назначены общий анализ мокроты и ее исследование на туберкулез; не назначена консультация врача-эндокринолога, СКТ – исследование легких выполнено с опозданием, консультации фтизиатра и пульмонолога проведены с опозданием); врачом-терапевтом пациент не поставлен на диспансерный учет в соответствии с приказом Минздрава России №168н «Об утверждении Порядка проведения диспансерного наблюдения за взрослыми». В адрес медицинской организации объявлено предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований. 

Как следует из экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ года Территориального фонда ОМС Белгородской области по профилю «рентгенология», предметом ЭКМП являлась оказанная ФИО1 медицинская помощь в ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» ДД.ММ.ГГГГ года в виде СКТ органов грудной полости. Экспертом установлено, что СКТ выполнено в полном объеме; диагноз: 

<

данные изъяты>. Экспертом сделан вывод о том, что пациенту проведено СКТ органов грудной полости в полном объеме, заключение соответствует стандартам, содержащееся на СД-диске СКТ исследование соответствует протоколу описания; замечаний нет (Т.1 л.д.35,42).

Как следует из экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ года Территориального фонда ОМС Белгородской области по профилю «терапия» предметом ЭКМП являлась оказанная ФИО1 медицинская помощь в ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года. Экспертом сделаны следующие выводы: в информационном добровольном согласии нет подписи пациента; в согласии на обработку персональных данных нет даты, подписи врача и пациента; не выполнены диагностические мероприятия; не выполнены лечебные мероприятия; нерациональная лекарственная терапия; нет постановки на Д-учет с диагнозом 

<

данные изъяты> (Т.1 л.д.36,41).

Как следует из экспертного заключения по профилю «пульмонология» (без даты) от Территориального фонда ОМС Белгородской области предметом ЭКМП являлась оказанная ФИО1 медицинская помощь в ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Экспертом установлено, что не отражена динамика состояния пациента между приемами ДД.ММ.ГГГГ; назначение лекарственных препаратов определено, своевременно заподозрена БА, по поводу чего назначено дообследование и лечение. Экспертом сделан вывод, что выявленные замечания на этапе сбора информации, на процесс оказания МП и состояния пациента они не повлияли (Т.1 л.д.37-39). 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 территориальным фондом ОМС Белгородской области дан ответ, согласно которому истцу направлены результаты проведенной повторной ЭКМП по случаям оказания ФИО1 медицинской помощи на амбулаторном этапе в ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» (февраль 2024 года) и в ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» (январь-март 2024 года). 

Повторная ЭКМП проведена в соответствии с приказом Минздрава РФ от 19.03.2021 года №231н «Об утверждении Порядка проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию застрахованным лицам, а также ее финансового обеспечения» с привлечением экспертов качества территориального реестра по профилю «кардиология», «терапия», «пульмонология», «рентгенология». Экспертиза по профилю рентгенология проведена в рамках проверки случаев оказания медицинской помощи экспертом пульмонологом.

В ходе контрольно-экспертных мероприятий по результатам ЭКМП выявлены нарушения при оказании ФИО1 медицинской помощи в ОГБУЗ (Городская поликлиника города Белгорода» (январь-март 2024 года) и ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» (февраль 2024 года), связанные с ненадлежащим ведением медицинской документации и выполнением диагностических и лечебных мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, влекущие применение финансовых санкций к обеим медицинским организациям (Т.1 л.д.31-32).

Вышеуказанные экспертные заключения суд принимает, поскольку они выполнены в соответствии с приказом Минздрава РФ от 19.03.2021 года №231н «Об утверждении Порядка проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию застрахованным лицам, а также ее финансового обеспечения», с привлечением экспертов качества территориального реестра, их выводы никем не оспорены и не опровергнуты.

Доводы стороны ответчика о несогласии с выводами вышеуказанных экспертиз, являются его субъективным мнением, не подтверждённым никакими фактическими данными. Выводы указанных экспертных заключений ответчиком в установленном законом порядке оспорены не были, соответственно, не отменялись и не признавались незаконными. Оснований не доверять указанным экспертным заключениям суд не усматривает. 

Как следует из экспертного заключения №05.172.П.КМП.ЖЛ.020013/1 от 17.05.2024 года по профилю «Кардиология» и экспертного заключения по профилю «кардиология» от 12.08.2024 года экспертами проводилось исследование в отношении медицинской помощи в ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа», что не относится к обстоятельствам настоящего дела, поскольку требований к указанной медицинской организации не заявлено. На этом основании, судом указанные экспертные заключения не принимается (Т.1 л.д.34, 40, 56).

Согласно заключению эксперта №132м/03/25 (комиссионная судебно-медицинская экспертиза) от 22.03.2025 года:

1. При оказании ФИО1 в ОГБУЗ «Городская поликлиника г. Белгорода» установлены следующие дефекты: в осмотрах отсутствует анамнез жизни, дифференциальный диагноз, структурированный клинический диагноз; в объективном осмотре отсутствует описание перкуссии легких, нет интерпретации анализов крови; при повышенном значении глюкозы крови, гликированного гемоглобина, не назначена консультация врача-эндокринолога; с учетом имеющихся результатов рентгенографического флюорографического исследования, отсутствуют сведения о назначении и проведении исследования мокроты для исключения туберкулезной инфекции. Среди указанных дефектов, имеются недостатки, которые заключаются в позднем диагностировании хронических заболеваний (хроническая обструктивная болезнь легких, бронхиальная астма, дислипидемия, метаболический синдром). Данные недостатки связаны с проведением осмотров, сборов жалоб, анамнеза не в полном объеме, что объясняется агрессивным поведением пациента на приеме врача, самолечением, а также поздним и несвоевременным обращением пациента за медицинской помощью. К числу дефектов следует также отнести отсутствие консультации психиатра, показания к которой, с учетом эпатажных поведенческих реакций, достигающих уровня бредовых состояний, имелись в исчерпывающем виде. 

2. Имеющиеся дефекты были допущены медицинскими сотрудниками ОГБУЗ «Городская поликлиника г. Белгорода» и не рассматриваются как причинившие вред здоровью ФИО1, поскольку носят формальный характер и не оказали влияния на развитие болезни.

3. Имеющиеся дефекты согласно п.24 Приказа №194н МЗиСР РФ не рассматриваются как причинившие вред здоровью ФИО1

4. Имеющиеся дефекты не повлекли вред здоровью, выразившийся в развитии таких хронических заболеваний, как бронхиальная астма, метаболический синдром, дислипидемия, ожирение I степени, или иных заболеваний. Данные заболевания имеют продолжительное течение и не являются осложнениями и исходами внебольничной пневмонии.

5. Между способами оказания медицинской помощи и, так называемым, вредом здоровья причинно-следственной связи не имеется. При анализе медицинской документации известно, что при диагностировании левосторонней нижнедолевой внебольничной пневмонии ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была предложена госпитализация, от которой он отказался в письменном виде, взяв всю ответственность за отказ на себя. При данном заболевании, согласно клиническим рекомендациям, при наличии показаний для госпитализации, пациент направляется в круглосуточный стационар. Также в анамнезе упоминается бронхиальная астма. По данным компьютерной томографии от ДД.ММ.ГГГГ в паренхиме обоих легких присутствуют выраженные участки фиброзированной ткани, что говорит о наличии хронического воспалительного процесса. Метаболический синдром, дислипидемия, ожирение I степени являются хроническими эндокринными заболеваниями и не могут являться следствием и исходом заболевания дыхательной системы – внебольничной пневмонии. Таким образом, есть основания полагать, что внебольничная нижнедолевая левосторонняя пневмония развилась на фоне уже имеющихся заболеваний дыхательной системы (

<

данные изъяты>), которые не были выявлены своевременно, и внебольничная пневмония явилась как пусковой фактор в обострении течения указанных хронических заболеваний. Верное диагностирование хронических заболеваний при своевременном обращении, соблюдении рекомендаций и назначений врачей снижает вероятность возникновения инфекционных заболеваний и возможных осложнений. 

Заключение эксперта №м/03/25 (комиссионная судебно-медицинская экспертиза) от ДД.ММ.ГГГГ признается судом относимым, допустимым и достоверным доказательством, поскольку оно выполнено с соблюдением требований закона, экспертами, имеющими необходимую квалификацию по соответствующим экспертным специальностям, выводы, изложенные в заключении, аргументированы, оснований сомневаться в компетентности экспертов не имеется, экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал, проведено исследование, ход которого подробно указан в исследовательской части, методы, использованные при экспертном исследовании, а также сделанные на их основе выводы научно обоснованы и не противоречат другим исследованным по делу доказательствам. 

Ставя под сомнение выводы заключения эксперта №м/03/25 (комиссионная судебно-медицинская экспертиза) от ДД.ММ.ГГГГ, истец не представил в судебное заседание относимых и допустимых доказательств, опровергающих выводы экспертов или свидетельствующих о недопустимости доказательства.

На основании изложенного, в судебном заседании доказан факт некачественного оказания ФИО1 медицинской помощи в ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» в период с января по март 2024 года, выразившееся в ненадлежащем ведении медицинской документации, не выполнении в полном объеме и своевременно диагностических и лечебных мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, несвоевременном диагностировании заболевания. 

Суд приходит к выводу, что ответчиком при оказании медицинской помощи ФИО1 не были приняты все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, организация обследования и лечебного процесса не соответствовала установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения). Выявленные дефекты оказания медицинской помощи повлияли на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения. 

Указанное явилось нарушением прав истца в сфере охраны здоровья, что является самостоятельным и достаточным основанием для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.

Между тем, материалами дела не подтверждается, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход). 

Утверждения ФИО1 о том, что на фоне некачественно оказанной медицинской помощи у него развились заболевания астмы, ХОБЛ и другие (без конкретизации), являются его мнением, которое не подтверждается никакими объективными данными, напротив, опровергаются выводами проведенной по делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы. 

Судом установлено, что указанные выше факты некачественного оказания медицинской помощи истцу не рассматриваются как причинившие вред здоровью ФИО1, характер допущенных нарушений при оказании медицинской помощи не оказал влияния на развитие болезней, на наличие которых как последствия некачественной оказанной медицинской помощи ссылается истец. Причинно-следственной связи между способами оказания медицинской помощи и каким-либо вредом здоровью истца судом не установлено. 

При этом, суд учитывает действия самого истца, который (в частности, по его же пояснениям) самостоятельно приобретал и принимал без назначения врача лекарственные препараты (вводил инъекции), отказался от госпитализации, нарушал охранительный режим, что также могло явиться причиной развития и осложнения хронических заболеваний дыхательной системы (согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы).

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд исходит из нижеследующего. 

Согласно ст. 151 ГК Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (абз. 3 п. 1 названного постановления Пленума). 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.п. 25 - 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. 

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. 

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. 

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд принимает во внимание характер допущенных ответчиком дефектов при оказании медицинской помощи ФИО1, учитывает конкретные установленные обстоятельства, свидетельствующие о наличии (непрямой) причинной связи между допущенными лечебным учреждением по части дефектами и переживаниями истца по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, несвоевременного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания ему необходимой и своевременной помощи, возможными негативными последствиями, а также учитывает общий объем установленных дефектов, что также не свидетельствует об оказании надлежащей медицинской помощи и принятии всех возможных мер, тем самым учитывая степень вины ответчика, а также установленные фактические обстоятельства дела, при которых истцу причинены нравственные страдания. Суд учитывает, что вред здоровью истца некачественно оказанной медицинской помощью причинен не был, наличия каких-либо иных негативных последствий для здоровья истца выявленными фактами некачественного оказания медицинской помощи, судом также не установлено. Таким образом, моральный вред, причиненный ФИО1 заключается в нравственных переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, несвоевременного направления его на исследования и установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания ему необходимой и своевременной помощи, перенесенных негативных эмоциях в виде переживаний относительно некачественного оказания ему медицинской помощи, затрагивающих его психику, здоровье, самочувствие, настроение. 

На основании изложенного суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда в сумме 5 000 руб., который подлежит взысканию с ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода».

Данный размер согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и ст. 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда. 

Разрешая заявленные ФИО1 требования о взыскании с ответчика штрафа на основании п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-I «О защите прав потребителей», суд приходит к выводу об отказе в их удовлетворении по следующим основаниям. 

Пунктом 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-I «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Положения Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-I «О защите прав потребителей», в том числе п.6 ст. 13, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг (п.8 ст. 84 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации". 

Из материалов настоящего гражданского дела следует, что ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» оказывала ФИО1 медицинскую помощь бесплатно, в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи. Данный факт в судебном заседании сторонами не оспаривался.

При таких обстоятельствах оснований для взыскания с ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» в пользу ФИО1 штрафа в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-I «О защите прав потребителей» не имеется, в удовлетворении соответствующих требований суд отказывает.

Представленные истцом в материалы дела заявление ФИО1 в ЦА ФСБ, ЦА СК, Генеральную прокуратуру, СУ СК по Белгородской области судом не принимаются как не относящееся к материалам настоящего дела, не устанавливающее и не опровергающее никаких юридически значимых обстоятельств по настоящему делу (л.д. 48, 58-64). 

Галкин обращался в Следственный отдел по городу Белгороду СУ СК России, УМВД России по городу Белгороду с заявлениями по факту ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, да его обращения даны ответы, на данный момент проводятся дополнительные проверки в порядке ст. ст.144-145 УПК РФ. Также Галкин обращался в прокуратуру города Белгорода с жалобой на действия сотрудников полиции. Указанные ответы удостоверяют соответствующие факты обращения в правоохранительные органы, однако они не подтверждают и не опровергают никаких юридически значимых обстоятельств по настоящему делу (л.д.48, 61-64).

Разрешая заявленные требования о взыскании судебных расходов в размере 7 500 руб. суд приходит к следующим выводам. 

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

В соответствии с частью 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из материалов дела, ФИО1 оплачено ИП ФИО13 5 000 руб. за составление искового заявления (л.д.27,28). 

Оценивая разумность понесенных расходов и их соразмерность суд приходит к нижеследующим выводам.

Судебные расходы должны отвечать критерию разумности, который является оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не предусмотрены.

Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, квалификации представителя, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.

Процессуальное законодательство не ограничивает право суда на оценку, представленных сторонами доказательств в рамках требований о возмещении судебных издержек в соответствии с ч. 1 ст. 67 ГПК РФ по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств 

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пунктах 12, 13 постановления Пленума N 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, ст. 112 КАС РФ, ч. 2 ст. 110 АПК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Из вышеприведенных норм закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах, что является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя. В данном случае суд фактически обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. При этом суд по собственной инициативе может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов.

Разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. По смыслу закона, суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, объема, сложности и продолжительности рассмотрения дела, степени участия в нем представителя, а также сложившегося уровня оплаты услуг представителей по представлению интересов доверителей в гражданском процессе.

Уменьшение судебных расходов на оплату услуг представителя не может быть произвольным, если другая сторона не представляет доказательств чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем, в отсутствие доказательств чрезмерности судебных расходов суд вправе по собственной инициативе взыскать расходы в разумных, по его мнению, пределах в том случае, если заявленные требования явно превышают разумные пределы.

С учетом стоимости, обычно взимаемой за аналогичные услуги, исходя из объема фактически выполненной работы по подготовке иска, с учетом категории и сложности дела, суд приходит к выводу, что размер расходов по оплате юридических услуг не соответствует критериям разумности и справедливости. С учетом конкретных обстоятельств дела, суд полагает соразмерным взыскание с ответчика расходов по оплате юридических услуг по составлению искового заявления в размере 3 000 руб.

Также ФИО1 просит о взыскании с ответчика судебных расходов в размере 2 500 руб. за составление претензии в адрес ответчика с требованием компенсации морального вреда (Т.1 л.д.43,44).

Указанные расходы суд не признает судебными расходами, поскольку обязательный претензионный порядок по рассматриваемой категории дел законом не установлен, несение соответствующих расходов по составлению претензии не связано с возможностью реализации права на судебную защиту, несение этих расходов не вызвано объективной необходимостью, следовательно, соответствующие расходы не могут быть признаны судебными и не подлежат взысканию с ответчика в пользу истца. 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. Таким образом, с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Город Белгород» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт серии №) компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., судебные расходы в размере 3 000 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований оказать.

Взыскать с ОГБУЗ «Городская поликлиника города Белгорода» в доход муниципального образования «Город Белгород» государственную пошлину в сумме 3 000 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья 

Мотивированное решение изготовлено 14 мая 2025 года.