Судья Шахуров С.Н. Дело № 33-1017/2026

Дело № 2-25/2025

УИД 67RS0001-01-2022-006838-60

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 марта 2026 г. г. Смоленск

Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:

председательствующего Родионова В.А.

судей Степченковой Е.А., Мельничук Е.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Морозовой А.В.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Газпром межрегионгаз Смоленск», АО «Газпром газораспределение Смоленск», АО «Газпром газораспределение Смоленск» филиал в г. Сафоново о взыскании неосновательного обогащения, убытков, признании актов недействительными,

с апелляционной жалобой ФИО1 на решение Промышленного районного суда г. Смоленска от 30 октября 2025 г.,

заслушав доклад судьи Степченковой Е.А., объяснения истца ФИО1, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, возражения представителя АО «Газпром газораспределение Смоленск» - ФИО2,

у с т а н о в и л а:

ФИО1, уточнив требования, обратилась в суд с иском к ООО «Газпром межрегионгаз Смоленск», АО «Газпром газораспределение Смоленск», АО «Газпром газораспределение Смоленск» филиал в г. Сафоново о взыскании неосновательного обогащения, убытков, признании актов недействительными.

Обосновывая требования иска, ФИО1 указала, что в 2006 г. она получила разрешение на газификацию принадлежащего ей на праве собственности жилого дома № 

<

адрес> Для выполнения соответствующих работ истцом был заключен договор с ОАО «Смоленскоблгаз». В соответствии с указанным договором был проложен уличный распределительный газопровод низкого давления – труба диаметром 63х58L - 89 п. м, газопровод-ввод диаметром 32х30 L – 13,0 м; цокольный ввод ВГПС диаметром 32х28 и п/отвод – труба L – 3 метра диаметром 32 мм. Одновременно был проложен и внутренний газопровод. Все выполненные работы были оплачены истцом в полном объеме.

Также между ФИО1 и ОАО «Смоленскоблгаз» был заключен договор безвозмездного пользования уличным распределительным газопроводом, газопроводом-вводом, на основании которого истец была обязана передать ОАО «Смоленскоблгаз» подземный газопровод низкого давления (н/д) к жилому дому 

<

адрес> в безвозмездное бессрочное пользование.

В связи с реконструкцией принадлежащего истцу жилого дома возникла необходимость в переносе внутридомового газового оборудования и частичного удлинения и частичного переноса уже имеющегося газопровода-ввода, расположенного на дворовой территории, в связи с чем ФИО1 2 ноября 2016 г. обратилась в Ярцевское отделение АО «Газпром газораспределение Смоленск» в г. Сафоново с заявлением о внесении изменений в рабочий проект, которые были внесены 31 июля 2017 г. При этом, в договоре на выполнение работ ответчиком был указан неверный предмет договора и истец попросила сотрудника внести изменения, исключив из пункта 1.1 договора слова «выполнить строительно-монтажные работы по прокладке наружного газопровода согласно представленной Заказчиком документации (эскиз) ОАО «Смоленскоблгаз» № 1.2.12-06 «Газоснабжение природным газом жилого дома № 

<

адрес>». Вместо этого написать: «Выполнить реконструкцию имеющегося газопровода-ввода на основании изменений, внесенных 31 июля 2017 г. Рабочий проект 2006 г. № 1.2.12-06». Однако просьба истца была проигнорирована. Фактически никакие работы по прокладке внутреннего газопровода ответчиком не проводились, так как на тот момент помещение, куда должно было быть перенесено газовое оборудование, не было достроено, отсутствовала крыша и стены.

В представленном акте от 16 октября 2017 г. указано, что «предъявлен к приемке законченный строительством объект «Газоснабжение природным газом жилого дома 

<

адрес>». В разделе выполненных работ указано, что проложен наружный газопровод L 24 метра. В названном акте не конкретизировано, какой наружный газопровод имеется в виду – наружный уличный распределительный или наружный газопровод-ввод. Однако, указанный газопровод истцу не прокладывался, было выполнено только удлинение существующего газопровода, проложенного в 2006 г. на 17 м, и цокольный ввод и п/э отводом L3 м перенесен к новому месту ввода в дом. При этом было перенесено старое оборудование на новое место, тем не менее, денежные средства за это оборудование взяты с истца в полном объеме, как за вновь установленное.

Кроме того, ответчик вынудил истца приобрести новый газовый счетчик и новую газовую плиту, хотя этого не требовалось. Ответчик пытался скрыть первоначальный Рабочий проект газификации дома в 2006 г. В 2018 г. ФИО1 предоставили «Исполнительную документацию», датированную 2017 г., которая также называется «Исполнительная документация газоснабжения природным газом жилого дома № 

<

адрес> Наружный газопровод Внутренний газопровод», хотя дом был газифицирован в 2006 г.

Согласно акту в июне 2017 г. предъявлен к приемке законченный строительством объект «Газоснабжение природным газом жилого дома № 

<

адрес> Газопровод низкого давления» протяженностью 24 м. Истцом данный акт подписан не был, так как никакие работы в июне 2017 г. не производились.

Кроме того, ФИО1 указывает, что АО «Газпром газораспределение Смоленск» Филиал в г. Сафоново без ее ведома оформило построенный на финансовые средства истца в 2006 г. наружный уличный распределительный газопровод низкого давления в свою собственность, о чем истцу стало известно 24 июля 2021 г. из ответа директора АО «Газпром газораспределение Смоленск». Филиал в г. Сафоново использует построенный истцом газопровод как свою собственность, и без согласия истца к уличному распределительному газопроводу, принадлежащему истцу, было подключено два жилых дома - 

<

адрес> Указанные действия ответчика нарушают действующее законодательство.

Акт от 26 июня 2019 г., в соответствии с которым границей раздела собственности является узел врезки данного газопровода низкого давления, газопровода-ввода н/д в уличный газопровод, был подписан ФИО1 ошибочно, после проведения работ по переносу внутреннего газопровода и установке счетчика. Однако граница раздела собственности уже определена актом от 8 декабря 2006 г. В целях восстановления своих нарушенных прав истец неоднократно обращалась с претензиями к руководству Ярцевской газовой службы, сотрудникам Сафоновского Филиала, директору АО «Газпром газораспределение Смоленск» в г. Сафоново, однако положительного результата не добилась.

По указанным основаниям ФИО1 просила взыскать с ответчиков денежные средства, составившие неосновательное обогащение, в размере 343 703 руб., в том числе денежные средства, затраченные истцом на строительство газопровода; доходы, полученные ответчиками, использующими в течение 16-ти лет построенный истцом газопровод для транспортировки газа потребителям; доходы, полученные от подключения к проложенному истцом в 2006 г. наружному уличному распределительному газопроводу н/д без согласия истца 2 жилых домов; денежных средств, взятых с истца в октябре 2017 г. за цокольный ввод (ВГПС 32/28), п/э отвод Д-32 мм L 3 м и кран как за вновь установленное оборудование, так как это оборудование установлено и оплачено истцом в 2006 г. (том № 1: л. 

<

...>; том № 2: л. 

<

...>; том № 3: л. д. 35-43).

В уточненном заявлении от 5 декабря 2023 г. ФИО1 просила:

- в первом случае: взыскать с ответчика причинённый убыток в текущих ценах, возникший вследствие вторичного взимания с истца Обществом в 2017 г. денежных средств за оборудование, установленное истцом, оплаченное и переданное в безвозмездное пользование ОАО «Смоленскоблгаз» в 2006 г.:

- за выход газопровода из земли п/с ВГПС 32x28 - в размере 9864 руб. 42 коп. в текущих ценах (пункт 6 Акта о приёмке выполненных работ за октябрь 2017 г.);

- за отвод литой 90° из полиэтилена с закладными электронагревателями, диаметр 32 мм - в сумме 1 166 руб. 96 коп. в текущих ценах (пункт 7 Акта о приёмке выполненных работ за октябрь 2017 г.);

- за шаровой кран газовый Ду-20 мм - в сумме 578 руб. 39 коп. в текущих ценах (пункт 9 Акта о приёмке выполненных работ за октябрь 2017 г.).

Взыскать с ответчика причинённые убытки, возникшие вследствие взимания денежных средств за работы, которые Обществом не выполнялись:

- за взимание с истца денежных средств за установку указателя на стене, который Общество не устанавливало, в сумме 494 руб. 51 коп. в текущих ценах (пункт 12 Акта о приёмке выполненных работ за октябрь 2017 г.);

- за испытания на прочность и герметичность, которые Общество не проводило, в размере 36 875 руб. 87 коп. в текущих ценах (пункт 13 Акта о приёмке выполненных работ за октябрь 2017 г.).

Взыскать с ответчика причинённый убыток в размере 7 067 руб. 94 коп., возникший вследствие оплаты истцом за разработку проекта для прокладки уличного газопровода, который Общество оформило в свою собственность.

Акт о границе раздела собственности от 26 июня 2019 г. признать недействительным.

Взыскать с ответчика причинённый истцу убыток в размере 171 390 руб. 08 коп. в текущих ценах за построенный истцом, на ее финансовые средства уличный распределительный газопровод, который Общество оформило в собственность.

Акт пуска газа от 25 сентября 2019 г. признать недействительным.

Пункт 6 «Дополнительного соглашения № 1 по Договору безвозмездного пользования уличным распределительным газопроводом, газопроводом-вводом № 76-Я от 8 декабря 2006 г.» от 11 января 2019 г. сформулировать в следующей редакции: «Удлинение проложенного в 2006 г. газопровода-ввода Р = 0,0024 МПа на 20 погонных метров».

Кроме того, взыскать с ответчиков понесенные по делу судебные расходы, в том числе 20 000 руб. – в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя, 5 000 руб. и 750 руб. – в счет возмещения расходов на оплату услуг 

<

данные изъяты> за проведение оценки размера причинённых истцу Обществом убытков; 750 руб. ; а также в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины – 400 руб., а всего 253 588,17 руб. (том № 3: л. 

<

...>)

Во втором случае, ФИО1 просила взыскать с ответчика убыток в текущих ценах, возникший вследствие вторичного взимания с истца Обществом в 2017 г. денежных средств за оборудование установленное истцом, оплаченное и переданное в безвозмездное пользование ОАО «Смоленскоблгаз» в 2006 г., в том числе:

- за выход газопровода из земли п/с ВГПС 32x28 в размере – 9864 руб. 42 коп. в текущих ценах (пункт 6 Акта о приёмке выполненных работ за октябрь 2017 г.);

- за отвод литой 90° из полиэтилена с закладными электронагревателями, диаметр 32 мм в сумме 1 166 руб. 96 коп. в текущих ценах (пункт 7 Акта о приёмке выполненных работ за октябрь 2017 г.);

- за шаровой кран газовый Ду-20 мм в сумме 578 руб. 39 коп. в текущих ценах (пункт 9 Акта о приёмке выполненных работ за октябрь 2017 г.).

Взыскать с ответчика убыток, возникший вследствие взимания с истца денежных средств за работы, которые обществом не выполнялись:

- за взимание с истца денежных средств за установку указателя на стене, который Общество не устанавливало в сумме 494 руб. 51 коп. в текущих ценах (пункт 12 Акта о приёмке выполненных работ за октябрь 2017 г.);

- за испытания на прочность и герметичность, которые Общество не проводило, в размере 36 875 руб. 87 коп. в текущих ценах (пункт 13 Акта о приёмке выполненных работ за октябрь 2017 г.).

Взыскать с ответчика убыток в размере 43 493 руб. 49 коп. в текущих ценах, возникший вследствие прокладки Обществом газопроводной трубы диаметром 63 х 58 L - 89,0 метров вместо газопроводной трубы диаметром 32 х 30 L - 89,0 метров, мощность которой является необходимой и достаточной для газификации жилого дома.

Акт о границе раздела собственности от 26 июня 2019 г. признать недействительным.

Акт пуска газа от 25 сентября 2019 г. признать недействительным.

Пункт 6 «Дополнительного соглашения № 1 по Договору безвозмездного пользования уличным распределительным газопроводом, газопроводом-вводом № 76-Я от 8 декабря 2006 г.» от 11 января 2019 г. сформулировать в следующей редакции: «Удлинение проложенного в 2006 г. газопровода-ввода Р = 0,0024 МПа на 20 погонных метров».

Взыскать с ответчика судебные расходы, в том числе: 20 000 руб. – за оплату услуг представителя; 5 000 руб. – за оплату услуг 

<

данные изъяты> по проведению оценки размера причинённых убытков; 750 руб. - за оплату услуг 

<

данные изъяты> по проведению оценки размера причинённых убытков; 400 руб. - в счет возмещения расходов по оплате госпошлины, а всего 118 390,08 руб. (том № 3: л. д. 99-100).

Дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО1, надлежащим образом извещенной о времени и месте рассмотрения дела. В ранее проведенном судебном заседании ФИО1 поддержала требования уточненного иска, сославшись на вышеприведенные основания.

Представитель ответчика, ООО «Газпром газораспределение Смоленск», ФИО2 иск ФИО1 не признала. Пояснила, что газоснабжение жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес> в том числе, работы по прокладке наружного газопровода, было проведено Ярцевской газовой службой ОАО «Смоленскоблгаз» в декабре 2006 г. на основании представленного истцом Рабочего проекта № 1.2.12-06, разработанного ОАО «Смоленскоблгаз» в 2006 г. 08 декабря 2006 г. между ФИО1 и ОАО «Смоленскоблгаз» заключен договор безвозмездного пользования уличным газораспределительным газопроводом, газопроводом-вводом № 76-Я. В Акте о границе раздела собственности от 26 июня 2019 г., подписанным ФИО1 и начальником Ярцевской газовой службы филиала АО «Газпром газораспределение Смоленск» в г. Сафоново, указано, что границей раздела собственности являются узел врезки данного газопровода низкого давления, газопровода-ввода н/д в уличный газопровод, что подтверждает, тот факт, что ФИО1 является собственником газопровода. В настоящее время договор от 8 декабря 2006 г. с приложениями - Актом приема-передачи уличного распределительного газопровода, газопровода-ввода в безвозмездное пользование от 8 декабря 2006 г., Дополнительным соглашением от 11 января 2019 г. № 1 является действующим, изменения и дополнения в части границы балансового разграничения стороны не принимали.

В октябре 1997 г. трест «Сафоновомежрайгаз» объединения «Смоленскоблгаз» разработал рабочий проект газоснабжения природным газом жилого дома 

<

адрес> и в ноябре 1997 г. выполнены работы по пуску газа в газопотребляющее оборудование. В июне 2012 г. в проект внесены изменения в части замены цокольного ввода. Работы выполнялись на земельном участке собственника жилого дома № 21. На представленной схеме газопровода низкого давления по 

<

адрес> и к жилым домам, в том числе к жилому дому № 21, построенного в 1997 г., отсутствуют жилой дом № 19 (строительство газопровода в 2019 г. - собственник ФИО20 и жилой дом № 15/9 (строительство газопровода в 2006 г. - собственник ФИО1). Точкой подключения для газификации жилого дома № 19 является газопровод низкого давления, расположенный в районе 

<

адрес>, введенный в эксплуатацию Обществом в 1997 г., и находящийся в собственности Общества. Указанные обстоятельства подтверждаются также и актом осмотра проведения работ от 16 декабря 2019 г., составленного ответчиком, в том числе с участием ФИО1 5 октября 2017 г. между ФИО1 и АО «Газпром газораспределение Смоленск» заключен договор № 334/32/123 на выполнение строительно-монтажных работ по газопроводу низкого давления, проложенному на её земельном участке. На этапе строительных работ произведённых на подземном газопроводе жилого дома №15/9, в границах земельного участка относящегося к собственности ФИО1, с 16 по 18 октября 2017 года существующий газопровод был обрезан в точке указанной в проекте газоснабжения и приварен вновь проложенный подземный газопровод низкого давления диаметром 32 мм., ПЭ вдоль периметра стен её вновь построенного жилого дома с приваркой ВГПС (2017 года изготовления). Изложенное подтверждается сварочной схемой и выпиской из компьютерной распечатки сварных стыков, с соблюдением параметров охранной зоны газопроводов к стене другого помещения (согласно изменений проекта газоснабжения), там где через стену будет располагаться газовое оборудование вновь возведённого жилого дома ФИО1 Длина построенного газопровода составила 24 метра по фактическому измерению. Отрезанный газопровод низкого давления диаметром 32 мм., ПЭ и существующий цокольный ввод (ВГПС) демонтировать не представилось возможным ввиду того, что эти элементы газопровода находятся под стенами и межстеновом пространстве «старого» и вновь построенного жилых домов заказчика ФИО1, о чём ей было сообщено. Также заявила ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности, в связи с чем просила в удовлетворении заявленных требований отказать (том № 1: л. 

<

...> 176-178; том № 3: л. 

<

...> 199-204, 214-218).

Представители ответчиков - ООО «Газпром межрегионгаз Смоленск», АО «Газпром газораспределение Смоленск» филиал в г. Сафоново в судебное заседание, будучи надлежащим образом извещенные о дате и времени его проведения не явились, о причинах неявки суд не известили.

Решением Промышленного районного суда г. Смоленска от 30 октября 2025 г. (в редакции определения от 23 января 2026 г. об исправлении описки) в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Газпром межрегионгаз Смоленск, АО «Газпром газораспределение Смоленск», АО «Газпром газораспределение Смоленск» филиал в г. Сафоново о взыскании неосновательного обогащения, убытков, признании актов недействительными отказано (том № 6: л. 

<

...>).

Не согласившись с принятым решением, истец ФИО1 подала апелляционную жалобу с последующими дополнениями, в которой, ссылаясь на допущенные судом нарушения норм материального и процессуального права, ставит вопрос об отмене решения суда в полном объеме.

Выражая несогласие с обжалуемым судебным актом, ФИО1 указывает, что судебное заседание было проведено судом в ее отсутствие, несмотря на ранее поданное ходатайство об отложении судебного заседания на полтора-два месяца по причине имеющегося заболевания.

Кроме того, суд принял во внимание заключение эксперта ФИО3, который не имеет соответствующего образования по экспертной специальности и не отвечает требованиям закона. Ходатайство истца о проведении дополнительной экспертизы квалифицированным экспертом судом было необоснованно отклонено, а ходатайство ФИО1 об отводе эксперта – не рассмотрено. Кроме того, суд лишил истца права изложить в судебном заседании свои доводы относительно новых обстоятельств и представить соответствующие доказательства, а эксперт ввел суд в заблуждение, пояснив, что никаких новых обстоятельств им при производстве экспертизы установлено не было. По мнению ФИО1, изложенное указывает на наличие оснований для привлечения эксперта к ответственности за вынесение заведомо ложного заключения.

По утверждению ФИО1, суд необоснованно применил к спорным правоотношениям положения статьи 196 ГК РФ, отказав в удовлетворении ее иска. Нарушения ее прав как собственника носят длящийся характер; ею предъявлены требования, на которые исковая давность не распространяется. До настоящего времени Общество не устранило нарушения прав ФИО1 и не возвратило ей денежные средства, неправомерно удержанные за, якобы, установленное 16 октября 2017 г. новое оборудование. Кроме того, в решении не указана конкретная дата, когда ответчик заявил о применении срока исковой давности. Фактически это заявление было сделано в судебном заседании 14 ноября 2023 г. При этом о нарушении своих прав ФИО1 стало известно 15 июля 2021 г., а исковое заявление было подано ею в суд 15 декабря 2022 г., то есть до истечения трехлетнего срока. Более того, в судебном заседании 5 декабря 2023 г. ФИО1 ходатайствовала о неприменении срока исковой давности в связи с тем, что в течение восьми лет она ухаживала за тяжелобольным мужем, и представила соответствующую меддокументацию. Учитывая, что в период с 5 декабря 2023 г. по 30 октября 2025 г. суд более не возвращался к вопросу о пропуске срока исковой давности, ФИО1 считала, что ее устное ходатайство о неприменении срока исковой давности, а также устное и письменное заявление об отказе представителю ответчика в удовлетворении ходатайства о применении срока исковой давности были удовлетворены судом в ходе судебного заседания 5 декабря 2023 г. Однако, вопреки положениям статьи 166 ГПК РФ, соответствующее определение в материалах дела отсутствует.

Отказывая в удовлетворении иска ФИО1 за пропуском срока исковой давности, суд не указал, какой конкретно трехгодичный срок исковой давности имеет ввиду – когда началось течение этого срока и когда он закончился.

Также ФИО1 указывает, что в решении суда приведены доказательства не на основе исковых требований, изложенных в исковом заявлении от 15 декабря 2022 г. и в его уточненных вариантах от 29 декабря 2022 г. и от 20 апреля 2023 г., а на уточненных исковых требованиях, не указывая дату судебного заседания, в котором ФИО1 поддержала исковые требования. При этом в судебном заседании 20 мая 2025 г. истец заявляла, что отказывается от иска в части, касающейся возможных альтернативных вариантов прокладки газопровода в 2006 г., так как имеется достаточно оснований для удовлетворения ее исковых требований, изложенных в исковом заявлении от 15 декабря 2022 г. в полном объеме и его уточненных и дополненных вариантах.

ФИО1 отмечает, что суд не дал правовой оценки и тому факту, что Общество не имело оснований для издания акта о границах раздела собственности от 26 июня 2019 г., так как такой акт существует с 2006 г. и называется «Акт передачи уличного распределительного газопровода, газопровода-ввода в безвозмездное пользование» от 8 декабря 2006 г. № 76-Я. Издание акта от 26 июня 2019 г. подтверждает, что в нарушение требований закона Общество оформила принадлежащий истцу газопровод в собственность АО «Газпром газораспределение Смоленск». Однако фактически уличный распределительный газопровод проложен истцом и на ее денежные средства. Более того, граница раздела собственности уже определена актом от 8 декабря 2006 г.

Истец ссылается и на отсутствие правовой оценки тому факту, что до настоящего времени ответчик не отразил в договоре от 8 декабря 2006 г. № 76-Я и в приложении к этому договору – в акте от 8 декабря 2006 г., что построенные истцом, на ее денежные средства 17 п. м газопровода-ввода принадлежат истцу на праве собственности.

По утверждению истца, суд также безосновательно отказал в удовлетворении ее ходатайства о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы с целью подтверждения ее доводов о том, что акт о приемки выполненных работ за октябрь 2017 г. она не подписывала.

В последующих дополнениях к апелляционной жалобе ФИО1 ссылается на новые обстоятельства – замена Обществом израильской уличной газопроводной трубы на российскую уличную газопроводную трубу такого же диаметра. Однако в момент проведения строительно-технической экспертизы 19-20 сентября 2024 г. эксперт не провел вскрышные работы в точке врезки газопровода-ввода к дому № 21. При этом проведение вскрышных работ в указанной точке врезки подтвердило бы или опровергло вмешательство Общества в построенный истцом в 2006 г. уличный распределительный газопровод.

По утверждению ФИО1, газопровод-ввод к жилому дому № 21 был врезан в уличную израильскую трубу желтого цвета точно так, как указано в рабочем проекте, то есть в районе второй части дома № 21 (третьей части дома в это время еще не существовало). В 2009 г. к дому № 21 была сделана пристройка – третья часть дома, где стала располагаться кухня. В 2009 г. хозяин дома самовольно перенес внутренний газопровод из второй части дома в новую пристройку, расположенную в третьей части дома.

16 декабря 2019 г. АО «Газпром газораспределение Смоленск» осуществило технологическое подключение жилого дома № 19 к проложенному истцом уличному газопроводу. В целях неосновательного обогащения Общество вместо того, чтобы врезать газопровод-ввод к дому № 19 прямо перпендикулярно в проложенный ФИО1 уличный распределительный газопровод, осуществило врезку газопровода-ввода к дому № 19 выше точки врезки газопровода-ввода к дому № 21. 10 июля вскрышные работы были выполнены и обнаружена цельная желтая газопроводная труба без разрезов, чего быть не могло. Маркировку желтой трубы эксперт не указал в заключении 2024 г., однако при проведении дополнительной экспертизы в 2025 г. эксперт не только не пытался найти маркировку желтой трубы, но и пытался скрыть наличие маркировки. Впоследствии истцом было обнаружена маркировка, которая располагалась снизу этой трубы, и выяснилось, что труба не израильского, а отечественного производства. Осуществив замену израильской уличной газопроводной трубы на российскую, Общество пытается скрыть неосновательное обогащение за счет Лыковой.

Вторым новым обстоятельством является то, что находящееся в настоящее время у цоколя гаража сооружение не является ВГПС – неразъемным соединением полиэтилен-стали – металлической трубы и полиэтилен-отвода – газопроводной трубы. ВГПС, установленный у цоколя старого деревянного дома 8 декабря 2006 г., во время реконструкции дома и газопровода-ввода 16 октября 2017 г. был перенесен к новому месту расположения газопринимающего устройства, газовой плиты, в районе гаража. Учитывая, что находящееся у цоколя гаража сооружение не является ВГПС, то есть неразъемным соединением в буквальном смысле этого словосочетания, истец не исключает, что такое сооружение может быть небезопасным.

Также ФИО1 приводит дополнительные доводы относительно необоснованности выводов суда первой инстанции о пропуске ею срока исковой давности (том № 6, л. 

<

...> 170-183).

Представителем АО «Газпром газораспределение Смоленск» ФИО2 представлены письменные возражения, в которых она указывает на необоснованность приведенных истцом в апелляционной жалобе с последующими дополнениями доводов, отмечая, что суд первой инстанции в полной объеме исследовал все представленные доказательства, дал им надлежащую правовую оценку, приняв законное и обоснованное решение (том № 6: л. 

<

...>).

При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции истец ФИО1 настаивала на отмене решения суда первой инстанции, в полном объеме поддержав доводы апелляционной жалобы с последующими дополнениями.

Представитель АО «Газпром газораспределение Смоленск» ФИО4 полагала решение суда законным и обоснованным, а апелляционную жалобу истца – не подлежащей удовлетворению, поддержав ранее представленные письменные возражения.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях на апелляционную жалобу, оценив имеющиеся в деле доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных в статье 1109 ГК РФ.

По смыслу приведенной нормы права приобретение или сбережение имущества одним лицом (приобретателем) является результатом соответствующего уменьшения имущества другого лица (потерпевшего) при отсутствии к тому правовых оснований.

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Содержащееся в данной главе правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения, предусматривающее в рамках статьи 1102 возложение на лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретателя) за счет другого лица (потерпевшего), обязанности возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса, а также применение соответствующих правил независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли, по существу, представляет собой конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (часть 3 статьи 17) (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24 марта 2017 г. № 9-П).

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 31 марта 1999 г. № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 69-ФЗ) система газоснабжения - имущественный производственный комплекс, состоящий из технологически, организационно и экономически взаимосвязанных и централизованно управляемых производственных и иных объектов, предназначенных для добычи, транспортировки, хранения, поставок газа; газораспределительная система - имущественный производственный комплекс, состоящий из организационно и экономически взаимосвязанных объектов, предназначенных для транспортировки и подачи газа непосредственно его потребителям.

Из положений статьи 6 Федерального закона № 69-ФЗ следует, что единая система газоснабжения представляет собой имущественный производственный комплекс, который состоит из технологически, организационно и экономически взаимосвязанных и централизованно управляемых производственных и иных объектов, предназначенных для добычи, транспортировки, хранения и поставок газа, и находится в собственности организации, образованной в установленных гражданским законодательством организационно-правовой форме и порядке, получившей объекты указанного комплекса в собственность в процессе приватизации либо создавшей или приобретшей их на других основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации. Единая система газоснабжения является основной системой газоснабжения в Российской Федерации, и ее деятельность регулируется государством в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 на праве собственности принадлежит жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>

На основании заявления ФИО1 от 9 ноября 2005 г. о получении разрешения на газификацию жилого дома Главой МО «Ярцевский район» Смоленской области 30 декабря 2005 г. издано постановление № 2448 «О предварительном согласовании места трассы газопровода».

30 ноября 2006 г. между ФИО1 (заказчиком) и ОАО «Смоленскоблгаз» (подрядчиком) был заключён Договор № 21 на производство проектных и строительно-монтажных работ.

В соответствии с заявлением ФИО1 от 6 июля 2006 г., представленными документами и на основании технических условий, выданных ОАО «Смоленскоблгаз», Проектно-конструкторское бюро «Газпроект» ОАО «Смоленскоблгаз» разработало Рабочий проект № 1.2.12-06 «Газоснабжение природным газом жилого дома 

<

адрес>

На листе проекта 12.12-06 С Содержание проекта (Стадия РП лист 01 листов 01) в разделе «Чертежи основного комплекта «ГСН» пп. № 11 указано -Конструкция цокольного ввода с использованием полиэтиленовой трубы ?32 Примечание ГСН-04.

На листе проекта 12.12-06 ГСН Наружные сети газоснабжения Общие данные (Стадия РП лист 01 листов 04) в разделе «Общие указания» указано –Выход газопровода на фасад выполняется по ТР-18.1. (типовое решение ОАО «Смоленскоблгаз»- по Обществу).

На листе проекта 12.12-06 ГСН Наружные сети газоснабжения План подземного газопровода М 1500 (Стадия РП лист 01 листов 03) указан –Уз.5 Цокольного ввод по ТР-18.1.

На основании технических условий, выданных ОАО «Смоленскоблгаз», а также рабочего проекта, разработанного ОАО «Смоленскоблгаз» в 2006 г., Ярцевская газовая служба ОАО «Смоленскоблгаз» в декабре 2006 г. осуществила работы по газоснабжению принадлежащего истцу жилого дома, путем прокладки наружного газопровода.

В Акте приемки законченного строительством объекта системы газоснабжения от 3 декабря 2006 г. «Газоснабжение природным газом жилого дома № 

<

адрес> составленном приемочной комиссией, отражено, что:

1.Строительно-монтажные работы выполнены в полном объеме в соответствии с Проектом, требованиями СНиП 42-01,СП 42-101 и «Правил безопасности систем газораспределения и газопотребления» ПБ 12-529-03.

2. Предъявленный к приемке Газоснабжение природным газом жилого дома 

<

адрес>. Подземный газ-д н/д: р=0,03 кгс/см?, ?63х5,8 L=89,0 м., ?32х3,0 L=13,0м., цок. Ввод ? 32х2,8 L=3,0м., считать Принятым заказчиком вместе с прилагаемой исполнительной документацией с 03 декабря 2006 г. Акт подписан в том числе, председателем комиссии - ФИО1

Выход газопровода на фасад выполнен работниками ОАО «Смоленскоблгаз» по ТР-18.1. (типовое решение ОАО «Смоленскоблгаз»), что подтверждается строительным паспортом уличного полиэтиленового газопровода низкого давления по адресу: в 

<

адрес>

Строительный паспорт уличного полиэтиленового газопровода низкого давления по адресу: в 

<

адрес> содержит разделы:

1. Характеристика газопровода.

2. Перечень сертификатов, технических паспортов и других документов, удостоверяющих качество материалов. Примечание Цок. Ввод ? 32х2,8 ТР-18.1№ 28-06-57 04.2006г. ПМЗ «Смоленскоблгаз» 1.

3.Данные о сварке стыков газопроводов.

4 Проверка глубины заложения газопровода.

5. Проверка качества трубы газопровода.

6.Продувка и пневматическое испытание газопровода на герметичность;

7.Заключение.

8 декабря 2006 г. между ФИО1(далее - Ссудодатель) и ОАО «Смоленскоблгаз» (далее - Ссудополучатель) заключен договор безвозмездного пользования уличным газораспределительным газопроводом, газопроводом- вводом № 76-Я. (далее - Договор от 8 декабря 2006 г. № 76-Я).

Названный договор содержит следующие условия:

- Ссудодатель обязуется передать Ссудополучателю следующее имущество: подземный газопровод н/д к жилому дому № 

<

адрес> в безвозмездное бессрочное пользование (пункт 1.1);

- указанное в пункте 1.1. настоящего договора имущество принадлежит Ссудодателю на праве собственности (пункт 1.2);

- имущество считается переданным с момента подписания сторонами по договору акта приема-передачи (пункт 1.3);

- передаваемое в безвозмездное пользование имущество используется Ссудополучателем в качестве средств для транспортировки и подачи природного газа потребителю (пункт 1.5).

Пункт 6.4 договора содержит приложение в виде акта передачи газопровода в пользование, с отражением в акте кратной характеристики объекта - труба ?63х5,8 L - 89 м, ? 32х3,0 L-13,0м., цок. вв ? 32х2,8 L-3,0м., итого: 105,0 м.

Объект принят в безвозмездное пользование ОАО «Смоленскоблгаз».

Границей балансового разграничения является узел врезки данного газопровода, кран на фасаде здания.

17 августа 2016 г. ФИО1 обратилась в Ярцевскую газовую службу по вопросу замены прибора учёта газа (истёк срок годности существующего прибора учёта газа).

27 августа 2016г ФИО1 приобрела газовый счетчик, о чем свидетельствует запись продавца товара в паспорте газового счетчика.

На основании достигнутой договоренности, работники Ярцевской газовой службы выехали в жилой дом истца для проведения работ по замене прибора учёта газа. Осмотр газового хозяйства жилого дома № 15/9 показал, что цокольный ввод подземного газопровода находится внутри здания вновь построенного жилого дома в промежутке между стенами нового дома и старой постройки, газовое оборудование расположено в помещении, переоборудованном под жилую комнату.

По результатам осмотра было отражено, что абонентом ФИО1 нарушаются требования эксплуатации подземного газопровода и газопровода потребления жилого дома № 15/9, которые могут привести к разрушению жилого дома и человеческим жертвам. В связи с этим работники Ярцевской газовой службы произвели действия по отключению от газоснабжения жилого дома 

<

адрес>

По результатам рассмотрения заявления ФИО1 от 2 ноября 2016 г. о внесении изменений в Рабочий проект № 1.2.12-06 «Газоснабжение природным газом жилого дома № 

<

адрес>» в связи с переносом газового оборудования, 22 декабря 2016 г. между АО «Газпром газораспределение Смоленск» и ФИО1 заключен договор № 2/108-2016 на выполнение проектных работ.

По условиям договора ФИО1 24 июля 2017 г. внесла в кассу филиала оплату в размере 2 860 руб. (основание - счет № 318 от 24 июля 2017 г. на сумму 2 860 руб., внесение в рабочий проект изменений, связанных с переносом газопровода или газового оборудования).

Во исполнение условий заключенного с истцом договора, АО «Газпром газораспределение Смоленск» внесло 31 июля 2017 г. изменения в Рабочий проект (выделенные красной пастой):

1.Стадия-РП лист 01 листов 05 (04) - наружные сети газоснабжения. Общие данные. Внесены изменения: Выход газопровода на фасад выполняется по ТР-18.1- зачеркнуто красной пастой (в соответствии с листом ГНС-04);

2. Стадия-РП, лист 02 листов 05(03) - наружные сети газоснабжения. План подземного газопровода М 1:1500. Внесены изменения, в том числе в части Уз.5 Цокольный ввод по ТР-18.1-зачеркнуто красной пастой, указан Уз.5? Газовый ввод (см. лист ГСН-04) красной пастой;

3. Заменен лист проекта - ТР-18-1 ( типовое решение ТР-18-1) Конструкция цокольного ввода с использованием полиэтиленовой трубы ? 32 на лист ТР-01.11-01( техническое решение-01.11-01) Выход газопровода на фасад здания «полиэтилен-сталь» ВГПС от 32/28 до110/102-108.

4. Стадия-РП лист 01 листов 01- спецификация оборудования и материалов. Внесены изменения красной пастой, в том числе указано на выход газопровода из земли «полиэтилен-сталь» ВГПС от 32/28 до110/102-108.;

4. Стадия-РП, лист 01 листов 04-внутреннее газоснабжение (Общие данные), в том числе по газовому аппарату и газовому счетчику;

5. Стадия РП лист 02 листов 04- внутренний газопровод (план дома, Схема газопровода);

6. Стадия РП, лист 01 листов 01- спецификация оборудования и материалов по внутреннему газопроводу, в том числе по аппарату отопительному газовому и по счетчику газа.

На основании проекта газоснабжения ОАО «Смоленскоблгаз» № 1.2.12.-06 ГСН.ГСВ.СО, с внесенными изменениями параметров и конфигурации существующего подземного газопровода и газопровода потребления жилого дома 

<

адрес> 5 октября 2017 г. между ФИО1 и АО «Газпром газораспределение Смоленск» заключен договор № 334/32/123 на выполнение строительно - монтажных работ по газопроводу низкого давления, проложенному на её земельном участке.

В Акте приемки законченного строительством объекта газораспределительной системы от 16 октября 2017 г. «Реконструированный газопровод – ввод жилого дома № 

<

адрес>» указано на выполнение следующих работ: газопровод - ввод Р=0,0024 МПа общей протяженностью 20,0 м, в том числе подземный газопровод труба ПЭ80 ГАЗ SDR11 ?32х3,0 ГОСТ Р 50838-2009 L-20,0 м., ВГПС ПЭ100 ГАЗ SDR11 32/28-Фсп58-1шт., кран Ду20-1шт.

17 июня 2019 г. между ФИО1 (далее- Заказчик) и АО «Газпром газораспределение Смоленск» (далее - Подрядчик) заключен договор № 334/32/81 на выполнение строительно-монтажных работ, предусматривающий следующие условия:

- Подрядчик в соответствии с заданием Заказчика обязуется выполнить строительно-монтажные работы по переносу внутреннего газопровода согласно представленной Заказчиком проектной документации (эскиз) ОАО «Смоленскоблгаз» № 1.2.12-06 «газоснабжение природным газом жилого дома № 

<

адрес> с изменениями, внесенными в рабочий проект 31 июля 2017 г. (пункт 1.1 договора).

На этапе монтажных работ газопровода потребления (внутренний газопровод) произведённых 26 июня 2019 г., были выполнены работы по устройству посредством прокладки стальных труб ? 20 мм., от ВГПС существующего подземного газопровода, построенного в октябре 2017 г., согласно проекту с изменениями от 2017 г., в помещение, где согласно проектным данным будет располагаться газовое оборудование жилого дома. Оставшаяся стальная труба внутреннего газопровода «старого» дома осталась в помещении, где была смонтирована в 2006 г. в распоряжении владельца жилого дома ФИО1

На завершающем этапе произошедшем 25 сентября 2019 г. мастер Ярцевской аварийно - диспетчерской службы АО «Газпром газораспределение Смоленск» произвёл пусконаладочные работы, при производстве которых осуществил;

1. Подключение в ВГПС газопровода потребления (внутреннего газопровода) жилого дома:

2. Опрессовал газопровод потребления (внутренний газопровод) до кранов на отпуске к газовому оборудованию:

3. Осуществил пусконаладку установленного абонентом ФИО1 в её жилом доме самостоятельно (прикрутил шланги к котлу и плите, продул горелочные устройства газового оборудования, разжёг горелочные устройства газового оборудования).

Пусконаладочные работы газового оборудования жилого дома № 15/9 производились потому, что газовое оборудование было перенесено из жилой комнаты «старого» дома в помещение кухни вновь построенного дома (в другое место) и оно отключалось от системы газопотребления.

4. Составил Акт пуска газа от 25 сентября 2019 г., в котором заполнил поля:

1. Установленный газовый счетчик: наименование, завод-изготовитель-Газдевайс,G-4, заводской номер установленного счетчика - 6087110, показания установленного счетчика - 24м?, № пломбы установленного счетчика -50114462, дата выпуска счетчика - 2016.

2. Установленное газопотребляющее оборудование: Отопительный котел-BAXI, газовая плита-4-х.

Акт, подписанный представителем филиала АО «Газпром газораспределение Смоленск» ФИО5 и ФИО1, составлен в двух экземплярах.

25 сентября 2019 г. ФИО1 предоставила данный Акт поставщику газа - ООО «Газпром межрегионгаз Смоленск» для возобновления поставки газа.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указала, АО «Газпром газораспределение Смоленск» филиал в г. Сафоново нарушило ее права тем, что без ее ведома, оформило в свою собственность построенный в 2006 г. на денежные средства истца наружный уличный распределительный газопровод низкого давления. При этом в 2017 г. Ярцевская газовая служба наружный газопровод не прокладывала; 16 октября 2017 г. была произведена реконструкция принадлежащего ФИО1 на праве собственности с 2006 г. газопровода, который был частично перенесен и удлинен, и к которому без ее согласия было подключено два жилых дома - 

<

адрес>. По указанным основаниям ФИО1 просила взыскать причинённые ей указанными действиями ответчика убытки, а также признать недействительными все последующие акты.

Из заключения 

<

данные изъяты>, представленного истцом ФИО1 в материалы дела, усматривается, что

- стоимость устройства цокольного ввода газопровода из полиэтиленовых труб в здание, диаметром газопровода до 63 мм, согласно Локальному сметному расчету № 01/45-С-23 СМК АОК 04, составляет 9 864 руб. 42 коп., без учета стоимости трудозатрат;

- стоимость отвода литого 90° из полиэтилена с закладными электронагревателями, диаметром 32 мм, согласно Локальному сметному расчету № 02/45-С-23 СМК АОК 04, составляет 1 166 руб. 95 коп.;

- стоимость крана шарового газового Ду 20 мм (3/4 дюйма), согласно Локальному сметному расчету № 03/45-С-23 СМК АОК 04, составляет 578 руб. 39 коп.;

- стоимость крана газового шарового 11б27п ДУ 20 по прайс - листу МУП «Теплоснаб» (https://teplovik-ural.ru/store/zapornaya-armatura/gazovye-kranv/krany-sharovye/kranv-muftovye-l Ib27p-dul5-du50/ 20Л составляет 450 руб.;

- согласно локальному сметному расчету № 04 (1)/45-С-23 СМК АОК 04, стоимость трубы ПЭ 80 CDR 11, наружный диаметр 63 мм (ГОСТ Р 50838-95) длинной 89,0 м. п. составляет 29 381 руб. 72 коп., 72 руб.

Согласно локальному сметному расчету № 04 (2)/45-С-23 СМК АОК 04, стоимость трубы ПЭ 80 CDR 11, наружный диаметр 32 мм (ГОСТ Р 50838-95) длинной 89,0 м. п. составляет 8 156 руб. 02 коп.

Таким образом разница между стоимостью газопроводной трубы 0 63x58, L=89,0 м. п. ПЭ и газопроводной трубы ПЭ 0 32x30, L=89,0 м. п. 29 381,72-8 156,02 составляет 21 225 руб. 70 коп.

По ходатайству стороны ответчика судом осуществлен допрос свидетелей.

Свидетель ФИО21 показал, что работает главным инженером филиала АО «Газпром газораспределение Смоленск». По заявке истца производилось вскрытие газопровода, для того, чтобы убедиться, что в чьей собственности газопровод. В 2019 г. по заявлению ФИО1 было вскрыто место врезки, чтобы визуально убедиться, что врезка произведена в газопровод, принадлежащий Обществу, а не Лыковой. Исследовалась врезка дома № 19. Все врезки произведены до трубы, которая проведена Лыковой. Желтая труба принадлежит Обществу, а черная труба – истцу. Уличный газопровод до заглушки принадлежит Обществу. Другие дома к газопроводу истца не подключены. Точка врезки газопровода не переносилась (том № 2: л. д. 227-231).

Из показаний свидетеля ФИО22. следует, что на основании заключенного с ФИО1 договора были выполнены работы по подключению газопровода в реконструированный жилой дом с учетом внесенных изменений. Газопровод был действующий, он был засыпан. При проведении работ по обследованию газопровода в 2019 г. был составлен акт, который также подписала ФИО1 В акте указано две точки, наименование объекта газопровод-ввод. ФИО23. выступал в качестве представителя Общества. Выполненные 16 октября 2017 г. дополнительные работы по дополнительному соглашению к договору № 123, указаны красной пастой на чертеже. Также все работы прописаны в дополнительном соглашении. Построен газопровод 32 мм низкого давления полиэтиленовый, проведена прокладка подземных коммуникаций. Отрезали газопровод, поставили угольник, отвод, провели газопровод вокруг дома до оборудования. Отрезанная часть осталась в земле. Уличный газопровод и газопровод-ввод, это один газопровод. Место врезки было на улице с 2006 г. Проектное решение было как газопровод-ввод, который был построен именно для дома истца. Название газопровода указывал проектировщик. При этом, истец была согласна с данной формулировкой в 2006 г. К газопроводу истца третьи лица не подключались. Никакие работы по переподключению не производились. Собственнику дома № 19 пришлось из-за отказа истца подключаться на 20 метров дальше (том № 1: л. д. 180-181; том № 2: л. д. 227-231).

Свидетель ФИО25 показал, что он в составе бригады в 2019 г. раскапывал газопровод с целью обнаружения трубы и точки врезки. Раскапывали, строили газопровод, газопровод истца черного цвета (том № 1: л. д. 180-181).

Свидетель ФИО24. пояснил, что при раскопке газопровода они работали по проекту, есть врезка в газопровод Газпрома (том № 1: л. д. 180-181).

Из показаний свидетеля ФИО26 следует, что в 2004 г. она проводила сама газ до жилого дома № 23, была большая труба, трубу не замеряла. Труба врезалась напротив опоры, напротив 23 дома, 3-4 метра от опоры. На улице проложена труба примерно 62-63 см. В каком месте жилой дом № 19 подсоединен к ее трубе, точно сказать не может, но считает, что где врезка в трубу ФИО1 (том № 1: л. д. 180-181).

Определением суда от 4 марта 2024 г. по делу назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство которой поручено экспертам 

<

данные изъяты>

В экспертном заключении от 18 ноября 2024 г. № 487/24 приведены следующие выводы:

- по вопросу № 1: для определения мест присоединений (врезок) газопроводов-вводов к домам № 15/9, № 17, № 17А, № 19, № 21 в уличную газораспределительную сеть по ул. 

<

адрес> или в трубу 63x5,8 ПЭ, присоединенной к уличной газораспределительной сети по рабочему проекту № 1.2.12-06 «Газоснабжение жилого дома 

<

адрес>» от 2006 г., согласно Акту приемки законченного строительством объекта системы газоснабжения от 3 декабря 2006 г., построенной за счет средств ФИО1, разработаны механизированным и ручным способами 3 траншеи, в том числе: напротив дома № 21 - траншея длиной 7 м; напротив дома № 17 - траншея длиной 2 м; напротив дома № 15/9 - траншея длиной 4 м.

Установлено, что:

- газопровод-ввод к дому № 19 присоединен напротив дома № 21 к уличной газораспределительной сети (труба желтая), находящейся в ведении АО «Газпром газораспределение Смоленск», на 0,45 м выше от точки соединения трубы 63x5,8 ПЭ (черной) к дому № 15/9, построенной за счет средств ФИО1;

- газопровод-ввод к дому № 21 присоединен напротив дома № 21 к уличной газораспределительной сети (труба желтая), находящейся в ведении АО «Газпром газораспределение Смоленск», на 1,0 метр выше от точки соединения трубы 63x5,8 ПЭ (черной) к дому № 15/9, построенной за средств ФИО1;

- между врезками к домам № 19 и № 21 - 0,55 м. Общая длина трубы ПЭ 63x5,8 мм (черной) от точки врезки методом наращивания в уличную газораспределительную трубу напротив дома 

<

адрес> до точки врезки газопровода-ввода в дом № 15/9 с учетом дополнительного концевого участка трубы 63x5,8 длиной 2,23 м составляет 84,9+2,23=87,13 м, что меньше 89 м на 1,87 м.

Для определения возможного наращения желтой трубы уличного распределительного трубопровода экспертом дана команда разработки траншеи и вскрытия дополнительного участка уличной распределительной сети (желтой трубы) еще 5 метров выше врезки трубы 63x5,8 ПЭ к дому 15/9.

Общая длина исследованных участков труб 63x5,8 ПЭ по 

<

адрес> черной от тупика до врезки в уличную сеть и далее желтой по уличной сети до конца траншеи, равна 2,23+84,9+5 = 92,13 метра.

Место наращения желтой трубы уличного газораспределительного трубопровода не выявлено.

- по вопросу № 2: нарушений Рабочего проекта требований СНиП, СанПиН при врезке газопровода-ввода к домам №№ 21 и 19 по 

<

адрес> в уличный распределительный газопровод не выявлено;

- по вопросу № 3: обстоятельства исследований по вопросам 1 и 3: несоответствие общей фактической протяженности трубы 63x5,8 ПЭ, построенной на средства ФИО1 (87,13 м. п.) и протяженностью 89 м. п. по проекту, что короче на 1,87 м, также обнаруженный в траншее около врезки обрезок трубы черной 63x5,8 ПЭ длиной 0,5 м и вставка отрезка трубы желтого цвета длиной 0,3 м в концевой участок после врезки газопровода-ввода к дому № 15/9, косвенно говорят о манипуляциях с длиной черной трубы 63х5,8 м, но не являются прямым доказательством переноса точки врезки к уличному газопроводу в сторону дома № 15/9;

- по вопросу № 4: параллельно уличному распределительному газопроводу - трубе диаметром 63 х 5,8 мм протяженностью 89 м. п. к дому № 15/9 (по факту осмотра и обмера 87,13 м) другой уличной газораспределительной трубы не выявлено;

- по вопросу № 5: около цоколя гаража при реконструкции газопровода-ввода на дворовой территории жилого дома истца 

<

адрес> был установлен цокольный ввод по монтажному эскизу цокольного ввода ТР - 01.11 - 01 (без номера) в соответствии с рабочим проектом 1.2.12-06 ГСН.ГСВ.СО «Газоснабжение природным газом жилого дома 

<

адрес> с отводом электросварным 90° согласно договору от 5 октября 2017 г., то есть новое оборудование.

Ранее, в 2006 г., был установлен цокольный ввод с футляром полиэтиленовым изогнутым по проекту 1.2.12-06, разработанному «ПКБ - Проект», и построенному ОАО «Смоленскоблгаз» с присвоением документа «Строительный паспорт уличного полиэтиленового газопровода низкого давления», в котором указан шифр ТР - 18-1 листа монтажного эскиза цокольного ввода с футляром полиэтиленовым изогнутым.

- по вопросу № 6: под стенами и в межстеновом пространстве до и после реконструкции дома истца № 

<

адрес> данный газопровод низкого давления диаметром 32 мм, ПЭ и существующий цокольный ввод (ВГПС)» отсутствует.

- по вопросу № 7: утверждение АО «Газпром газораспределение Смоленск» о том, что при проведении работ, согласно договору от 5 октября 2017 г., Общество присоединило вновь проложенный газопровод низкого давления диаметром 32 мм ПЭ протяженностью 24 м до стены жилого помещения, где будет располагаться газоиспользующее оборудование вдоль возведенного дома ФИО1 с привариванием ВГПС 2017 г.в. и установкой другого нового оборудования, не соответствует действительности, так как протяженность проложенного газопровода низкого давления диаметром 32 мм ПЭ по двору дома 15/9 до ВГПС равна 20 м, согласно замерам на осмотре 19-20 ноября 2024 г.

Общество при работах по договору от 5 октября 2017 г. отсоединило от дома участок трубы газопровода-ввода 32x3,0 ПЭ, идущий по двору, повернуло его конец длиной 5 метров в сторону по направлению к гаражу и присоединило трубу 32x3,0 ПЭ длиной 20 метров до выхода ВГПС.

- по вопросу № 8: на участке дома № 15/9 в земле находятся остатки отрезанного газопровода-ввода - трубы диаметром 32 х 3,0 мм, существовавшей до выполнения работ, согласно договору от 5 октября 2017 г.

Всего от врезки в трубу 63x5,8 до ограждения - 4 м и после до траншеи 3 м, и по траншее - 5 метров: длина старого участка трубы 32x3,0 газопровода-ввода 12,3 метра.

Общество при работах по договору от 5 октября 2017 г. отсоединило от дома участок трубы газопровода-ввода 32x3,0 ПЭ, идущий по двору, повернуло конец длиной 5 м в сторону по направлению к гаражу и соединило трубу 32x3,0 ПЭ длиной 20 м до выхода ВГПС;

- по вопросу № 9: Перечень работ по переносу газового оборудования жилого дома №15/9 по 

<

адрес>, указанный в документации о работах, выполненных 26 июня 2019 г., соответствует фактически выполненным работам;

- по вопросу № 10: альтернативный вариант газификации дома 

<

адрес> возможен. Решение принимается в соответствии с разработанным проектом, что не входит в задачу экспертизы по спорным вопросам;

- по вопросу № 11: по замерам на осмотре 19-20 ноября 2024 г. установлена протяженность уличного распределительного газопровода между домами №17 и № 15/9 - 21,7 метра; между домами № 19 и № 15/9 - 65,3 метра; между домами № 21 и № 15/9 (между врезками газопроводов-вводов) - 84,9+1=85,9 метра.

- по вопросу № 12: при газификации жилого дома 

<

адрес> газопровода диаметром 32 мм было бы недостаточно: падение давления при 89,0 м составили бы 37,0 мм в. с., что во много раз превышает падение давления в трубе 63x5,8 - 1,1 мм в. с. Это отрицательно бы повлияло на давление газа в конечном участке в пиковые нагрузки потребления в зимний период.

Допрошенный в суде первой инстанции эксперт ФИО27 поддержал выводы, изложенные в заключении судебной экспертизы, дополнительно пояснив, что уличный распределительный газопровод исследован от точки дом № 21 до врезки до дома № 15/9, выше на 5 м и ниже на 2 м. Трасса проходит врезки 15,9 м и тупик 2,23 м на случай продолжения. В целом размерен каждый сантиметр участка. Напротив дома № 21 оказалась врезка в указанный жилой дом, желтая труба идет 0,5 м. На участке установлено всего три врезки: в дом № 21, через 55 см к дому № 19 и от точки врезки 45 см - черная труба, которая идет к дому истца, тупик 2,23 м. К дому № 19 исследовали врезку, прокопали, прошли по пути вдоль забора, сделали двухметровую траншею и увидели трубу, где бы ни копали, нет больше трубы, по длине 92,3 прокопали. В результате осмотра всех участков было установлено отсутствие недавних вскрытий, все заросло травой, что было зафиксировано в акте осмотра. Копали двое суток, за первый день удалось выполнить половину работу, вскрывали участок, во дворе дома № 15/9 вскрывали на второй день. При вскрытии был обнаружен кусок полуметровой черной трубы. Напротив дома № 15/9 обнаружена вставка желтой трубы, для чего - не понятно. Какие-то манипуляции с трубой происходили, что-то подгоняли, осталась подрезка черной трубы к дому Лыковой. Считает, что нарушений со стороны ответчика не имеется. При вскрытии напротив дома № 21 обнаружен переход от черной трубы до желтой, а также врезка к дому истца. Желтая труба, распределительный газопровод и черная труба точки врезки уличного газопровода, это одна врезка и врезка в дом, перпендикулярно, между этими участками.

Вскрышные работы от имеющейся в настоящее время в районе новой пристройки к дому № 21 точки врезки уличного распределительного газопровода, то есть от «Точки 84,9» для определения возможного наращивания желтой уличной газовой трубы не проводились. Не проводились вскрышные работы в районе гаража, где располагается цокольный ввод. В случае проведения в указанных местах вскрышных работ и обнаружения там точки врезки газопровода, его наращивания, подтверждения доводов истца, выводы экспертизы могут быть в указанной части иными. В связи с чем, полагал возможным произвести в данной части дополнительное исследование.

Исходя из пояснений эксперта и возражений истца ФИО1, судом по делу назначена дополнительная строительно-техническая экспертиза.

В заключении дополнительной судебной экспертизы от 5 августа 2025 г. № 485/25, подготовленном экспертом 

<

данные изъяты> ФИО28 изложены следующие выводы:

- по вопросу № 1: на уличном распределительном газопроводе низкого давления какая - либо врезка или присоединение на участке протяженностью 22,7 м от врезки газопровода-ввода к дому № 21 (в районе новой пристройки) в сторону дома № 23 – не имеется (не выявлена).

Экспертом также сделан однозначный вывод о том, что точка врезки в районе дома 

<

адрес> уличного распределительного газопровода диаметром 63 * 58 мм, протяженностью 89 м. п. к дому № 15/9 в уже имеющийся уличный распределительный газопровод – не переносилась (ответ на вопрос № 3 определения о назначении судебной строительно-технической экспертизы от 5 марта 2024 г.);

Фактическая протяженность черной трубы 63 * 58, принадлежащей ФИО1, между врезкой газопровода ввода к дому № 15/9 и присоединением к уличному распределительному газопроводу, равна 83,2 м. п. (что на 5,8 м короче проектных 89 п. м), что объясняется завышенными проектными данными. Разница образовалась во время прокладок газопроводов-вводов в результате выбора фактически наименьших расстояний для газопроводов-вводов от домов № 15/9 и № 21 к точкам врезки в трубы 63 * 58 на ул. Смоленской.

Общая длина черной трубы 63 * 58, уложенной по проектному решению вместе с тупиковым участком 2,23 м, равна 83,2 м + (2,23-0,3) = 55,13 м, что на 3,87 м меньше проектного решения - 89 п. м.

По вопросу № 2: в результате вскрышных работ вдоль фундамента дома на глубину 1,13 м в районе крыльца входа в дом № 15/9 признаков «отрезанного газопровода низкого давления диаметром 32 мм, ПЭ», а значит, и существующего цокольного ввода (ВГПС) под стенами и полом в межстеновом пространстве после реконструкции дома истца 

<

адрес> не выявлено.

При проведении вскрышных работ в районе гаража установлено, что фактически (фотографии 41-60 осмотра) при вскрышных работах на придомовом участке дома № 15/9 в районе гаража вскрыт ВГПС с отводом электросварным 90°, выполненным по монтажному эскизу ТР — 01.11 - 01 в соответствии с рабочим проектом 1.2.12 - 06 ГСН.ГСВ.СО «Газоснабжение природным газом жилого дома 

<

адрес>

Признаков ВГПС, выполненного по монтажному эскизу ТР—18.1 цокольного ввода с футляром полиэтиленовым изогнутым по проекту №1.2.12-06, не выявлено.

В ходе допроса в суде первой инстанции эксперт ФИО29 дополнительно пояснил, что проведенного дополнительного исследования фактов, опровергающих выводы первоначального экспертного заключения, не установлено. Врезки на том же месте. Траншея сделана на 22 метра. Соединений иных не выявлено. Расстояние между врезками к дому № 15/1 и дому № 19 немного уменьшилось. Поскольку измерения производились иначе, не напрямую через траншею. Врезки на том же месте по фотографиям и всем измерениям. Вопрос о принадлежности газопровода не ставился. Маркировка указана всех труб. Вскрышные работы проводились, прокопали на 5,5 м. выше. Кроме того, по указанию эксперта от точки врезки было раскопано еще 22,7 м. Соединений на указанном расстоянии не выявлено. Расстояние врезки выбирается по кратчайшему расстоянию. Соединений, о которых утверждает истец, экспертом выявлено не было.

Разрешая спор по существу, руководствуясь вышеприведенными положениями статей 1102, 1109 ГК РФ, Федерального закона № 69-ФЗ, проанализировав представленные в дело доказательства, в том числе заключение судебной строительно-технической и дополнительной экспертизы, суд первой инстанции нашел установленным точное расположение спорного газопровода и его соответствие проектной документации, что подтвердило отсутствие врезки газопровода к домам № 21 и № 19 в газопровод, построенный за счет ФИО1, а, соответственно, и опровергло утверждение истца о присвоении ответчиком газопровода, построенного за счет ФИО1

По указанным основаниям, а также приняв во внимание заявление стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с настоящими требованиями, суд пришел к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для удовлетворения иска ФИО1 о взыскании с ответчиков убытков, возникших вследствие вторичного взимания в 2017 г. денежных средств за установленное ФИО1 оборудование, оплаченное и переданное в 2006 г. в безвозмездное пользование ОАО «Смоленскоблгаз», а также за выход газопровода из земли п/с ВГПС 32*x28 в размере 9864 руб. 42 коп.; за отвод литой 90° из полиэтилена с закладными электронагревателями, диаметр 32 мм в сумме 1 166 руб. 96 коп.; за шаровой кран газовый Ду-20 мм в сумме 578 руб. 39 коп.; убытков, вследствие взимания денежных средств за работы, которые обществом не выполнялись: за взимание с денежных средств за установку указателя на стене, который Общество не устанавливало в сумме 494 руб. 51 коп.; за испытания на прочность и герметичность, которые Общество не проводило, в размере 36 875 руб. 87 коп.; убытка в размере 7 067 руб. 94 коп., возникшего вследствие оплаты истцом за разработку проекта для прокладки уличного газопровода, который Общество оформило в свою собственность; убытка в размере 171 390 руб. 08 коп. за построенный истцом на ее финансовые средства уличный распределительный газопровод, который общество оформило в собственность.

Кроме того, судом установлено и отсутствие оснований для признания недействительным акта о границе раздела собственности от 26 июня 2019 г., акта пуска газа от 25 сентября 2019 г., изменении формулировки пункта 6 «Дополнительного соглашения № 1 по Договору безвозмездного пользования уличным распределительным газопроводом, газопроводом-вводом № 76-Я от 8 декабря 2006 г.» от 11 января 2019 г., а также для взыскания понесенных ФИО1 в рамках настоящего гражданского дела судебных расходов.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в строгом соответствии с правилами ст. 67 ГПК РФ и с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения, при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела.

Обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии определенных условий, которые составляют фактический состав, порождающий указанные правоотношения.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: имело место приобретение (сбережение) имущества, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Анализ доказательственной базы по делу объективно и достоверно свидетельствует о том, что уличный газораспределительный газопровод, выполненный в 2006 г. за счет средств ФИО1 на основании рабочего проекта № 1.2.12-06, разработанного ОАО «Смоленскоблгаз», в соответствии с договором от 8 декабря 2006 г. № 76-Я (с учетом дополнительного соглашения от 11 января 2019 г. № 1), был передан ссудодателем ФИО1 в безвозмездное бессрочное пользование ссудополучателю ОАО «Смоленскоблгаз» (в настоящее время – АО «Газпром газораспределение Смоленск») и по настоящее время используется ответчиком в соответствии с условиями заключенного договора для транспортировки и подачи природного газа потребителям.

Утверждение истца ФИО1 о том, что уличный распределительный газопровод был оформлен в собственность АО «Газпром газораспределение Смоленск», вследствие чего ей были причинены убытки, являются несостоятельными и опровергаются представленными в дело доказательствами, в том числе вышеназванным договором от 8 декабря 2006 г. и дополнительным соглашением от 11 января 2019 г. № 1, не расторгнутым и действующим по настоящее время, а равно и актом о границе раздела собственности от 26 июня 2019 г., подписанным сторонами, содержащим указание на то, что границей раздела собственности являются узел врезки данного газопровода низкого давления, газопровода-ввода низкого давления в уличный газопровод.

Представленные стороной ответчика в материалы дела доказательства, включая копию строительного паспорта уличного полиэтиленового газопровода низкого давления, схему газопровода низкого давления на ул

<

адрес> маршрутную карту газопровода, а также результаты проведенной по делу судебной строительно-технической и дополнительной экспертиз, подтвержденных показаниями допрошенного эксперта ФИО3, убедительно опровергают доводы ФИО1 о том, что жилые дома 

<

адрес> были незаконно подключены АО «Газпром газораспределение Смоленск» к уличному распределительному газопроводу, построенному в 2006 г. за счет средств истца.

Содержание перечисленных доказательств достоверно свидетельствует о том, что поставка газа в жилой дом № 

<

адрес> осуществлялась с 1997 г. на основании рабочего проекта газоснабжения, разработанного в 1997 г. трестом «Сафоновомежрайгаз» объединения «Смоленскоблгаз». Впоследствии, в июне 2012 г. в проект были внесены изменения в части замены цокольного ввода и последующим выполнением работ непосредственно на земельном участке собственника жилого дома № 21, без переноса точки врезки газопровода-ввода в уличный газопровод.

Исследования, проведенные в рамках назначавшихся по делу судебных экспертиз, установили как точное расположение спорного газопровода, его соответствие проектной документации, так и отсутствие врезки газопровода, подведенного к домам № 19 и № 21, в газопровод, построенный за счет средств ФИО1

Доводы апелляционной жалобы истца о несогласии с выводами судебных экспертиз и показаниями экспертов судебной коллегией отклоняются ввиду из безосновательности, поскольку ни одного объективного факта, предусмотренного частью 2 статьи 87 ГПК РФ, на основании которого было бы возможно усомниться в правильности или обоснованности заключения эксперта, не установлено. Экспертиза выполнена квалифицированным экспертом, имеющим соответствующее образование, включенным в национальный реестр специалистов в области инженерных изысканий и архитектурно-строительного проектирования, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ. Заключение соответствует требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 г. №73-ФЗ «О государственной судебно – экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате выводы и научно – обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование которых эксперт приводит соответствующие данные из представленных в его распоряжение документов. Неясности или неполноты заключения эксперта не содержит. Заключения эксперта по поставленным судом вопросам мотивировано, изложено в понятных формулировках и в полном соответствии с требованиями закона. Компетентность, беспристрастность и выводы эксперта у судебной коллегии сомнения не вызывают.

Убедительных доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достоверности, как то предусмотрено статьей 67 ГПК РФ, опровергающих выводы проведенной судебной экспертизы, истцом ФИО1 не представлено, как и не заявлено мотивированного ходатайства о назначении по настоящему делу повторной судебной строительно-технической экспертизы.

Утверждение истца в апелляционной жалобе о неправомерном применении судом по ходатайству ответчика срока исковой давности, судебная коллегия также находит несостоятельными, основанными на ошибочном толковании норм материального права.

В силу положений статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Положениями статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности установлен продолжительностью в три года.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На основании пункта 1 статьи 200 ГК РФ с учетом разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение срока исковой давности, по общему правилу, начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Поскольку срок исковой давности установлен для судебной защиты прав лица, то по общему правилу этот срок начинает исчисляться не ранее того момента, когда соответствующее право объективно было нарушено. При исчислении трехлетнего срока исковой давности также учитывается, знал или должен был знать истец о допущенном нарушении, то есть возможность его субъективного знания о фактах, порождающих требование к ответчику.

Истцом ФИО1, среди прочих, были заявлены следующие требования о взыскании убытков и неосновательного обогащения:

- убытков, возникших вследствие вторичного взимания с нее в 2017 г. денежных средств за оборудование, установленное и безвозмездно переданное в ОАО «Смоленскоблгаз» в 2006 г.;

- убытков, обусловленных пунктами 6, 7, 9, 12, 13 Акта о приемке выполненных работ за октябрь 2017 г., в том числе: за выход газопровода из земли (пункт 6 Акта), за отвод литой 90° из полиэтилена с закладными электронагревателями (пункт 7 Акта), за шаровой кран газовый Ду-20 мм (пункт 9 Акта), за работы, которым ответчиком не выполнялись, за взимание с истца денежных средств за установку указателя на стене, который ответчик не устанавливал (пункт 12 Акта); за испытания на прочность и герметичность, которые Общество не проводило (пункт 13 Акта), а также убытков, возникших вследствие оплаты истцом работ за разработку проекта для прокладки уличного газопровода, который Общество оформило в собственность.

Согласно доводам, приведенным ФИО1 в уточненном исковом заявлении от 19 сентября 2023 г., по вопросу вторичного взимания с нее денежных средств за указанное выше оборудование и неправомерного требования обществом его вторичной сдачи в безвозмездное пользование, она многократно устно и письменно обращалась в заявлениями к директору Сафоновского филиала, указывая на незаконность требований вторичной сдачи в безвозмездное пользование оборудования, уже оплаченного ею и сданного газовой службе в безвозмездное пользование в 2006 г.

Таким образом, требования о взыскании убытков обосновываются ФИО1 неправомерным, с ее точки зрения, взиманием ответчиком с нее денежных средств, а также неисполнением ответчиком взятых на себя обязательств по акту о приемке выполненных работ, составленному в октябре 2017 г.

Исковое заявление о взыскании убытков предъявлено ФИО1 в суд только 19 сентября 2023 г., а требования о возмещении стоимости работ, не выполненных ответчиком по акту приемки выполненных работ от 16 октября 2017 г. – 19 октября 2023 г. (том № 2: л. д. 183-187; том № 3: л. д. 36-46).

Изложенное свидетельствует о том, что перечисленные исковые требования заявлены ФИО1 спустя 6 лет с момента подписания сторонами вышеназванного акта приемки от 16 октября 2017 г., то есть за пределами срока исковой давности, установленного статьей 196 ГК РФ.

Предъявляя 19 октября 2023 г. и 5 декабря 2023 г. уточненное исковое заявление о признании недействительным акта о границе раздела собственности от 26 июня 2019 г., ФИО1 указала, что названный документ подписала по ошибке спустя 1 год 8 месяцев после реконструкции газопровода-ввода, проведенной 16 октября 2017 г., во время выполнения работ 26 июня 2019 г. по переносу внутреннего газопровода, установке счетчика и газовой плиты. Кроме того, в уточненном иске от 5 декабря 2023 г. ФИО1 просила взыскать причиненные ей убытки в размере 171 390 руб. 08 коп. за построенный на ее денежные средства уличный распределительный газопровод, который Общество оформило в собственность, и признать недействительным акт пуска газа от 25 сентября 2019 г. (том № 3: л. д.36-46, 99).

Принимая во внимание, что перечисленные требования предъявлены истцом за пределом трехлетнего срока исковой давности с момента составления актом, установленного статьей 196 ГК РФ, суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении данной части иска. Более того, как указано выше, оснований полагать о приобретении ответчиком права собственности на спорный газопровод не имеется.

20 апреля 2023 г. ФИО1 предъявила в суд уточненный иск о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в виде убытков, под которыми истец понимает затраченные ею денежные средства на разработку проекта 1.2.12-06, на строительство газопровода, а также повторно взятые с нее денежные средства во время реконструкции газопровода-ввода в октябре 2017 г. за цокольный ввод (ВГПС 32/28), п/э-отвод Д-32 мм L 3 м и кран, как за вновь установленное оборудование, а также из упущенной выгоды, составляющей доходы ответчика от транспортировки газа потребителям по построенному на денежные средства истца газопроводу (том № 1: л. д. 158-165).

Учитывая, что требования о взыскании неосновательного обогащения в вышеуказанном размере также заявлено ФИО1 по истечении шести лет с момента описываемых ею событий, суд первой инстанции также пришел к обоснованному выводу о пропуске ею срока исковой давности, установленного статьей 196 ГК РФ.

В уточненном исковом заявлении от 5 декабря 2023 г. ФИО1 также просила признать недействительным пункт 6 Дополнительного соглашения от 11 января 2019 г. № 1 к договору безвозмездного пользования уличным распределительным газопроводом, газопроводом- вводом № 76-Я от 8 декабря 2006 г., сформулировав его в следующей редакции: «Удлинение проложенного в 2006 г. газопровода-ввода Р=0,0024 МПа на 20,0 погонных метров» (том № 3: л. д. 99).

Материалами дела подтверждается, что инициатором заключения дополнительного соглашения выступала ФИО1, о чем свидетельствуют ее заявления от 10 декабря 2018 г. и от 19 февраля 2019 г.

По рассмотрению названных заявлений истца ответчиком в ее адрес 11 января и 21 марта 2019 г. были направлены ответы с приложением проекта дополнительного соглашения.

На момент разрешения судом настоящего спора пункт 6 Дополнительного Соглашения от 11 января 2019 г. № к договору безвозмездного пользования уличным распределительным газопроводом, газопроводом-вводом от 8 декабря 2006 г. № 76-Я действует в следующей редакции:

«Краткая характеристика объекта дополнить: Газопровод-ввод Р=0,0024 МПа общей протяженностью 20,0 м, в т. ч. подземный г-д труба ПЭ80 ГАЗ SDR11 ф32х3,0 ГОСТ Р 50838-2009 L-20,0м., ВГПС ПЭ100 ГАЗ SDR11 32/28- Фсп58-1 шт., кран Ду20-1 шт.».

Собственноручно ФИО1 записано…Из пункта 6 исключить слова: «ВГПС ПЭ100 ГАЗ SDR11 32/28- Фсп58-1 шт., кран Ду20-1 шт., так как цокольный ввод ф32х3,0 L3,0м, сдан мною в безвозмездное бессрочное пользование в 2006 г.».

Установив, что требования о признании данного пункта 6 дополнительного соглашения от 11 января 2019 г. № 1 предъявлено ФИО1 5 декабря 2023 г., выводы суда первой инстанции о пропуске истцом срока исковой давности в указанной части также в полной мере соответствуют положениям статьи 196 ГК РФ.

Одновременно, разрешая ходатайство ФИО1 о восстановлении пропущенного срока исковой давности, в обоснование которого истцом указывалось на то, что о нарушении своих прав она узнала только при рассмотрении настоящего гражданского дела, и весь период времени находилась в переписке с ответчиком, суд первой инстанции не нашел оснований для его удовлетворения, отметив, что согласно имеющимся в деле доказательствам ФИО1 не только знала и подписывала оспариваемые акты, дополнительные соглашения, проекты, но и оплачивала все работы, выполняемые ответчиком.

Доводы апелляционной жалобы истца в части несогласия с решением суда ввиду предъявления исковых требований, на которые исковая давность не распространяется ввиду предъявления требований об устранении нарушений прав собственника и длящегося характера нарушений, судом апелляционной инстанции отклоняются ввиду неправильного толкования норм материального права.

Исходя из положений статьи 196 ГК РФ, к искам о взыскании неосновательного обогащения, а равно и к требованиям о возмещении убытков применяется общий трехгодичный срок исковой давности, который в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ начинает течь со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что о нарушенном праве, о котором было заявлено ФИО1 в исковых заявлениях, она знала в момент подписания оспариваемых ею актов, дополнительных соглашениях и проектов, а равно и в момент оплаты осуществляемых ответчиком работ, не имеется, поскольку они основаны на совокупности представленных в материалах дела доказательств.

Утверждение истца о длящемся характере перечисленных, с ее точки зрения, нарушениях, о чем свидетельствуют ее регулярные обращения, начиная с декабря 2018 г. в Сафоновский филиал АО «Газпром газораспределение Смоленск» и в Ярцевскую газовую службу, противоречит вышеприведенным доказательствам, а, кроме того, не влечет приостановление либо перерыва срока исковой давности в порядке, установленном статьями 202 и 203 ГК РФ.

Доводы истца о безосновательном непринятии судом во внимание ее ходатайства о восстановлении пропущенного срока исковой давности, обоснованного, в том числе тяжелым заболеванием ее супруга и собственным состоянием ее здоровья, суд апелляционной инстанции также не может принять во внимание, поскольку указанное ходатайство было рассмотрено судом при вынесении решения суда и в его удовлетворении мотивированно отказано. Более того, как следует из пояснений ФИО1, данных в ходе судебного разбирательства, а равно и из ее доводов, изложенных в апелляционной жалобе, в рассматриваемый период, а именно, с 2018 г. по 2022 г., несмотря на указанные ею обстоятельства о состоянии своего здоровья и здоровья супруга, она неоднократно обращалась с письменными заявлениями в адрес ответчика. Обстоятельств, воспрепятствовавших истцу в течение срока исковой давности обратиться в суд с исковыми требованиями, ФИО1 не приведено, равно как и не представлено соответствующих доказательств.

Ссылка в апелляционной жалобе на рассмотрение дела судом первой инстанции, несмотря на заявленное ФИО1 ходатайство об отложении судебного разбирательства ввиду состояния здоровья, не свидетельствует о допущенном судом нарушении норм процессуального права, поскольку как следует из протокола судебного заседания от 28-30 октября 2025 г., ФИО1, приняв участие в судебном заседании 28 октября 2025 г., после объявленного судом перерыва представила ходатайство об отложении судебного разбирательства. Данный вопрос являлся предметом обсуждения, обстоятельств невозможности участия ФИО1 в судебном заседании по состоянию здоровья на основании представленных ею документов не установлено (том № 6: л. д. 31-32).

Иные доводы апелляционной жалобы ФИО1 сводятся к несогласию с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, и не могут быть признаны обоснованными, поскольку оценка доказательств судом произведена по правилам статьи 67 ГПК РФ, результаты которой приведены в решении.

Оценка доказательств по делу находится в компетенции суда, стороны таким правом не обладают, поэтому само по себе несогласие с таковой, в отсутствие со стороны суда нарушений правил оценки доказательств, основанием для отмены судебного постановления являться не может.

Нормы материального права при рассмотрении дела применены правильно. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, не допущено.

При таком положении, решение суда является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционной жалобы истца судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Промышленного районного суда г. Смоленска от 30 октября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 7 апреля 2026 г.