Судья Пересечанская А.С. 22К-102/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калининград 16 января 2026 года

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Станкевич Т.Э.,

при помощнике судьи Щеголевой А.А.,

с участием прокурора Касенцева О.В.,

обвиняемого Е.

его защитника-адвоката Слатвицкого С.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника Слатвицкого С.В. на постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 19 декабря 2025 года, по которому

Е., родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданину РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 1 месяц, то есть до 17 января 2026 года.

В удовлетворении ходатайства защитников и подозреваемого об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста отказано.

Доложив материалы дела и существо апелляционной жалобы, заслушав выступления обвиняемого ФИО1, путем видео-конференц-связи, его защитника – адвоката Слатвицкого С.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы; мнение прокурора Касенцева О.В., возражавшего против отмены и изменения постановления суда,

У С Т А Н О В И Л :

В апелляционной жалобе адвокат Слатвицкий С.В. выражает несогласие с постановлением суда, считает его не отвечающим требованиям положений ч. 4 ст. 7, ст. 108 УПК РФ, а также положениям постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий" по следующим основаниям.

Указывает, что вывод суда о возможности Е. скрыться, оказать давление на участников уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства, либо иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, является необоснованным, не подтвержден доказательствами и фактическими данными, носит субъективный предположительный характер. Ссылается на то, что в постановлении суда не приведены конкретные и фактические обстоятельства, свидетельствующие о реальной возможности Е. совершить указанные действия.

Полагает, что при вынесении постановления судом проигнорированы требования положений ст. 99, ч.2.1 ст. 108 УПК РФ и без должной оценки оставлены доводы стороны защиты и представленные доказательства, свидетельствующие о наличии у Е. заболевания, включенного в п. 62 Перечня тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 14.01.2011 №3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также сахарного диабета 2 типа.

Судом не дана оценка тому, что в нарушение требований п.п. 2,3 Правил медицинского освидетельствования подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденных Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № органом предварительного расследования не было рассмотрено в установленном порядке и сроки ходатайство защитников о проведении Е. освидетельствования для установления наличия заболеваний, препятствующих содержанию под стражей.

Указывает, что суд надлежаще не обсудил вопрос о возможности применения в отношении Е. более мягкой, чем заключение под стражу, меры пресечения, ограничившись лишь указанием на то, что оснований для применения в отношении Е. более мягкой меры пресечения не усматривается. Полагает, что данный вывод суда противоречит данным о личности Е., который имеет постоянное место жительства в частном доме, где может проживать в период предварительного расследования и за его поведением может быть обеспечен постоянный и надлежащий контроль и надзор со стороны правоохранительных органов.

Полагает, что приведенные данные о личности Е., наряду со сведениями о наличии у него заболевания, препятствующего заключению под стражу, надлежаще судом оценены не были. На основании вышеизложенных доводов, просит постановление суда отменить и избрать в отношении Е. меру пресечения в виде домашнего ареста.

Изучив представленные материалы, проверив доводы апелляционной жалобы, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 97 УПК РФ, мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый либо обвиняемый скроется от предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В силу ч. 1 ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В соответствии с разъяснениями, данными в пп. 5 и 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года N 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога", в качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым, подозреваемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения.

Судом, при разрешении вопроса об избрании в отношении Е. меры пресечения в виде заключения под стражу, указанные требования закона не нарушены.

Мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении Е. избрана в соответствии с требованиями ст. 108 УПК РФ, по предусмотренным статьей 97 УПК РФ основаниям и с учетом обстоятельств, указанных в статье 99 УПК РФ.

Ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу было заявлено в суд надлежащим процессуальным субъектом, с согласия руководителя следственного органа.

Срок содержания Е. под стражей до 17.01.2026, с учетом представленного в суд апелляционной инстанции постановления от 12.01.2026, согласно которому срок предварительного расследования по уголовному делу продлен руководителем следственного органа до 16.03.2023, установлен в пределах срока предварительного следствия по делу.

Из представленных в суд материалов следует, что 26.05.1999 в прокуратуре Центрального района г. Калининграда вынесено постановление о возбуждении уголовного дела № по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ по факту обнаружения 26.05.1999 по адресу: 

<

адрес> трупов ФИО5, ФИО6, ФИО7 с телесными повреждениями, указывающими на насильственный характер наступления смерти.

23.09.1999 предварительное следствие по данному уголовному делу было приостановлено по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст. 195 УПК РСФСР (в связи с не установлением лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемых) с поручением руководителю УУР УВД Калининградской области, ОУР ОВД Центрального района г. Калининграда продолжить розыск лиц, совершивших преступление.

16.12.2025 предварительное следствие по уголовному делу возобновлено, установлен срок предварительного следствия 01 месяц.

16.01.2025 уголовное дело принято к производству следователем (по расследованию преступлений прошлых лет) первого отдела по расследованию особо важных дел ( о преступлениях против личности и общественной безопасности) СУ СК России по Калининградской области ФИО2, инициировавшим ходатайство перед судом.

Согласно протоколу от 17.12.2025 в 19 час. 10 минут по подозрению в совершении данного преступления в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ Е. был задержан по основаниям, предусмотренным п.2 ст. 91 УПК РФ ( при наличии иных данных, дающих основание подозревать лицо в совершении преступления).

Порядок задержания Е. нарушен не был. Протокол задержания подписан Е., его защитником после личного прочтения, без замечаний.

В суд апелляционной инстанции представлены данные о том, что 25.12.2025 Е. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,з» ч.2 ст. 105 УК РФ.

Удовлетворяя ходатайство следователя об избрании в отношении Е. меры пресечения в виде заключения под стражу, в своем постановлении суд обоснованно учел характер преступления в котором подозревался Е. Данный вывод является правильным, поскольку Е. подозревался в совершении умышленного причинения смерти трем лицам, то есть в совершении преступления, отнесенного к категории особо тяжких, направленного против жизни человека, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок более трех лет.

Кроме того, вопреки доводам апелляционной жалобы, учитывая не только степень тяжести преступления в совершении которого подозревался Е., но и данные о характеристике его личности, а именно: наличие сведений о судимости за совершение тяжкого преступления, данных об отбытии которой суду не представлено, а также стадию производства по уголовному делу, характеризующуюся активным сбором доказательств, судом обоснованно и мотивированно сделан вывод о том, что оставаясь на свободе, с мерой пресечения не связанной с заключением под сражу, Е. может предпринять попытку оказать давление на участников уголовного судопроизводства, скрыться от следствия, воспрепятствовав, таким образом, производству по уголовному делу.

Учитывая указанные обстоятельства, судом обоснованно отказано стороне защиты в избрании Е. меры пресечения в виде домашнего ареста, по тем основаниям, что данная мера пресечения не сможет гарантировать надлежащий ход предварительного расследования.

Не находит оснований для изменения меры пресечения Е. и суд апелляционной инстанции, поскольку характер и степень общественной опасности преступления, в совершении которого подозревался, а в настоящее время обвиняется Е., а также приведенные выше данные о личности обвиняемого и стадии производства по уголовному делу, свидетельствуют о том, что цели и задачи уголовного судопроизводства в настоящему уголовному делу, на первоначальном этапе предварительного следствия, характеризующегося активным сбором и закреплением доказательств, а также баланс соблюдения прав участников уголовного судопроизводства, будут гарантированы лишь при избрании Е. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Приведенные стороной защиты данные о наличии у Е. постоянного места жительства, безусловным основанием для изменения ему меры пресечения быть не могут, поскольку не исключают риска совершения Е. действий, могущих стать препятствием для надлежащего предварительного расследования по делу и последующего его рассмотрения судом.

В представленных в суд материалах дела имеются доказательства, подтверждающие как наличие разумных оснований для осуществления уголовного преследования Е., так и обоснованность его подозрения в причастности к совершению преступления. К ним суд обоснованно отнес: сведения, содержащиеся в заключении дактилоскопической судебной экспертизы № согласно выводам которой, изъятые в ходе осмотра места происшествия следы рук человека совпадают со следами рук Е., а также протоколе допроса свидетеля «Скиф» и иных материалах.

Таким образом, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что суд первой инстанции убедился в обоснованности подозрения Е. в причастности к совершению инкриминируемого ему преступления, наличии разумных оснований для осуществления его уголовного преследования, не входя в оценку как собранным по уголовному делу доказательствам, так и правильности юридической квалификации действий Е., предложенной на данном этапе предварительного расследования органом предварительного следствия.

Выводы суда о необходимости избрания в отношении Е. меры пресечения в виде заключения под стражу и невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения, в том числе домашнего ареста, о чем ставила вопрос сторона защиты, в постановлении надлежащим образом мотивированы, основаны на материалах дела, исследованных судом, и у суда апелляционной инстанции нет оснований не согласиться с такими выводами.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, обстоятельств, свидетельствующих о невозможности Е. содержаться под стражей по состоянию здоровья, судом установлено не было. Представленные стороной защиты копии: медицинской карты Е., а также медицинских заключений ФГБУ «НМИЦ ГБ им. Гельмгольца» за 2019-2022 г.г. сведений о наличии у Е. заболевания, предусмотренного п. 62 Перечня тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 14.01.2011 №3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также сахарного диабета 2 типа, не содержат.

Кроме того, пунктом 62 вышеприведенного Перечня, предусмотрено наличие такого заболевания как слепота монокулярная ( код заболевания Н 54.4) – полная слепота одного глаза и острота зрения единственного видящего глаза с максимально переносимой коррекцией не более 0,05 и дефектами поля зрения менее 10 градусов, включая слепоту 3,4 и 5 категорий по классификации Всемирной организации здравоохранения. Двусторонняя тугоухость III степени в сочетании с высокой степенью слабовидения (острота зрения лучше видящим глазом с максимально переносимой коррекцией 0,05).Высокая степень слабовидения (острота зрения лучше видящим глазом с максимально переносимой коррекцией в пределах 0,05) в сочетании с глухотой. Полная (тотальная) или практическая слепоглухота. Полная (тотальная) или практическая слепота в сочетании с тугоухостью III - IV степени.

Вместе с тем, в представленной суду выписке из истории болезни Е. из Гвардейской Центральной районной больницы за 18.12.2025 содержится указание на иной диагноз органов зрения ( коды Н 40.5 и 40.4).

При изложенных обстоятельствах, довод стороны защиты о наличии у Е. заболевания, препятствующего содержанию под стражей, объективно имеющейся в материалах дела медицинской документацией, не подтвержден.

Довод стороны защиты о нарушении органом предварительного расследования порядка и сроков рассмотрения ходатайства о проведении Е. медицинского освидетельствования, предметом судебного контроля при проверке законности постановления суда об избрании меры пресечения быть не может, поскольку в отношении проверки действий (бездействия) органа предварительного расследования в данной части, предусмотрен иной судебный порядок, которым сторона защиты не лишена возможности воспользоваться.

Принятое судом решение соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и руководящим разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога».

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену постановления, в том числе по доводам жалобы, не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 19 декабря 2025 года об избрании подозреваемому Е. меры пресечения в виде заключения под стражу оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Слатвицкого С.В. в интересах Е. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Т.Э.Станкевич