Дело № 2-429/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 февраля 2019 г. г. Новошахтинск

Новошахтинский районный суд Ростовской области

в составе:

председательствующего судьи Селицкой М.Ю.,

при секретаре Сугейко Д.А.,

с участием помощника прокурора г. Новошахтинска Серебряниковой Э.В.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от 03.12.2018, зарегистрированной в реестре нотариуса №....,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу "Шахтоуправление "Обуховская" о взыскании единовременной выплаты в счет возмещения компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с исковым заявлением к ответчику, в котором просит взыскать с АО Шахтоуправление «Обуховская» в пользу ФИО1 единовременную выплату в счет возмещения компенсации морального вреда в размере 449 713,42 руб. и расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб. 

В обоснование заявленных требований истец указал, что ..., в период работы у ответчика (АО ШУ «Обуховская») в качестве ..., ему установлено профессиональное заболевание ... от комплекса производственных факторов (п. 3 акта о случае профессионального заболевания).

Профессиональное заболевание возникло в результате длительного воздействия физических нагрузок, нахождения в неудобной рабочей позе, возможно недостаточное применение средств малой механизации, а также учитывая стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 28 лет (п. 17, 18, 20 акта о случае профзаболевания).

При исполнении им трудовых обязанностей, работодателем не были созданы, в соответствии со ст. 212 ТК РФ, условия труда, исключающие повреждение здоровья и это привело к повреждению здоровья профессиональным заболеванием, в связи с чем решением Бюро МСЭ №.... от 17.10.2018 ему впервые установлено 40% утраты профтрудоспособности и ... группа инвалидности в срок до ....

Из-за произошедшего заболевания он испытывает физические и нравственные страдания.

На работу к ответчику он поступал здоровым. Об этом свидетельствует запись №.... в акте о профзаболевании и справка №.... от 08.06.2018 «О проведенных медицинских осмотрах».

В соответствии с п. 3 ст. 8 ФЗ РФ №125-ФЗ от 24.07.1998, при причинении вреда жизни и здоровью застрахованному, причинитель вреда обязан выплатить компенсацию морального вреда.

В Постановлении Пленума Верховного Суда № 1 от 26.01.2010 указано, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания. В связи с чем, потерпевший имеет право на компенсацию морального вреда при условии вины причинителя вреда, независимо от возмещения причиненного ему имущественного вреда.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме.

Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на период с 01.04.2013 по 31.03.2016, срок действия которого продлен до 31.12.2018, предусмотрено, что: «В случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования РФ) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза».

Ответчик отказывается добровольно выплатить причитающуюся ему компенсацию, в связи с чем последовало обращение в суд. Ответчик выдал справку-расчет среднего заработка для начисления компенсации морального вреда №.... от 13.12.2018, согласно которой среднемесячный заработок за период с октября 2017 г. по сентябрь 2018 г. составил 61 032,60 руб. 

61 032,60 руб. х 20% = 12 206,52 руб. - это 20% среднего заработка.

12 206,52 руб. х 40 = 488 260,70 руб. - 20% среднего заработка за каждый процент у.п.т. (т.е. за 40% у.п.т.).

488 260,80 руб. – 38 547,67 руб. (заплатил соцстрах) = 449 713,42 руб. - сумма единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда, рассчитанная согласно п. 5.4. ФОС по угольной промышленности РФ на 2013-2016 г.г. (продлено до 31.12.2018).

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования по основаниям, изложенным в иске. Просил требования удовлетворить. Дополнительно пояснил, что был принят ответчиком на работу без каких бы то ни было нареканий и ограничений по поводу состояния его здоровья, проходил периодические медицинские осмотры, по итогам которых он также был признан годным к трудовой деятельности. Приобретенное в период работы у ответчика профессиональное заболевание причиняет ему физический страдания, он постоянно испытывает боли, повлияло на привычный уклад его жизни.

Представитель истца ФИО1 – ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержала позицию своего доверителя по основаниям, изложенным в иске. Просила требования удовлетворить.

Представитель ответчика АО «Шахтоуправление Обуховская» в судебное заседание не явился, о месте и времени его проведения был извещен надлежащим образом, что подтверждается материалами дела. Возражений и ходатайств в отношении заявленных требований к началу судебного разбирательства не поступало, равно как и ходатайств об отложении судебного разбирательства. Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика АО «Шахтоуправление Обуховская» в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав пояснения истца, его представителя, изучив материалы дела, принимая во внимание заключение помощника прокурора г. Новошахтинска Серебрянниковой Э.В., полагавшей заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО1 в период с 09.03.2016 по 26.10.2018 состоял в трудовых отношениях с ответчиком, уволен по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (отказ работника от перевода на другую работу необходимую ему в соответствии с медицинским заключением) (л.д. 11).

В период работы у ответчика, 26.07.2018 истцу диагностировано профессиональное заболевание ... от комплекса производственных факторов, что подтверждено выпиской из истории болезни от ... Центра профпатологии ГБУ РО Лечебно-реабилитационный центр №.... (л.д. 18).

Согласно справке Бюро МСЭ-2016 №...., 17.10.2018 истцу впервые установлена третья группа инвалидности в связи с профессиональным заболеванием. Согласно справке МСЭ-2006 №.... от 17.10.2018 истцу установлено 40 % утраты профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, срок переосвидетельствования – 17.10.2019 (л.д. 16).

В соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" приказом Государственного учреждения - РРО ФСС РФ (филиал №....) №....-В от 14.11.2018 истцу назначена единовременная страховая выплата в связи с повреждением здоровья, вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы в АО "Шахтоуправление "Обуховская" в сумме 38 547,38 руб. (л.д. 48).

Судом установлено, что компенсация морального вреда в связи с профессиональным заболеванием истцу работодателем не выплачена.

В силу ст.ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний (утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967), под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Пунктом 3 статьи 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 № 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на период с 01.04.2013 по 31.03.2016 (действие продлено до 31.12.2018 "Соглашением о продлении срока действия Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 01.04.2013 г. по 31.03.2016 г.", утв. Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 26.10.2015 г.) предусмотрено, что в случае установления в первые работнику, занятому в организациях осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования РФ).

Факт присоединения работодателя к Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности Российской Федерации на период с 01.04.2013 по 31.03.2016 (действие продлено до 31.12.2018 "Соглашением о продлении срока действия Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 01.04.2013 г. по 31.03.2016 г.", утв. Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 26.10.2015 г.) ответчиком не оспорен.

Аналогичное положение закреплено в п. 9.3 Коллективного договора по вопросам труда и социальных гарантий на 2015 - 2017 годы, подписанным, в том числе генеральным директором АО "Шахтоуправление "Обуховская". Действие указанного коллективного договора продлено до 31.12.2020 дополнительным соглашением к Коллективному договору по вопросам труда и социальным гарантиям на 2015-2017 от 30.10.2017.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания №.... от 11.07.2018 условия труда работающего в период работы у ответчика истца не отвечают требованиям, в том числе СанПин 2.2.3.2948-11 "Гигиенические требования к организациям, осуществляющим деятельность по добыче и переработке угля (горючих сланцев) и организации работ", СанПиН 2.2.2776-10 «Гигиенические требования к оценке условий труда при расследовании случаев профессиональных заболеваний» (л.д. 30-34).

При разрешении данного спора суд обращает внимание на то, что поскольку из акта №.... о случае профессионального заболевания от 29.08.2018 следует, что у работника ранее не имелось профзаболевания, он не направлялся в центр профессиональной патологии, по итогам профессионального медицинского осмотра 2016-2017 истец был признан годным в своей профессии (п.п. 14, 15 акта). Как указано судом выше, впервые профзаболевание истцу было установлено 26.07.2018.

При этом из буквального толкования п. 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на период с 01.04.2013 по 31.03.2016 (действие продлено до 31.12.2018 "Соглашением о продлении срока действия Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 01.04.2013 г. по 31.03.2016 г.", утв. Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности26.10.2015 г.) следует, что бремя выплаты единовременной компенсации морального вреда возлагается на работодателя, в период работы у которого работнику впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности. Иного механизма расчета данной выплаты указанным актом не установлено.

Из изложенного выше следует, что причинно-следственная связь выявленного у истца профессионального заболевания с вредными условиями труда и длительностью их воздействия по месту его работы у ответчика, подтверждена материалами дела.

Поскольку вопрос о порядке компенсации вреда, причиненного работнику при исполнении трудовых обязанностей, был разрешен ранее сторонами трудовых отношений, с учетом вышеприведенных правовых норм, суд полагает, что у истца имеются правовые основания для получения единовременной компенсации морального вреда, в связи с чем, суд приходит к выводу об обязанности ответчика выплатить истцу единовременную компенсацию в соответствии с положениями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия выплачиваемого из ФСС РФ), что составляет 449 713,42 руб., согласно расчету, предоставленному истцом, который судом проверен, признан верным. Ответчиком расчет взыскиваемой суммы также оспорен не был.

Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, учитывает степень его физических, нравственных страданий, конкретный размер утраченной им профессиональной трудоспособности, то есть индивидуальные особенности пострадавшего, соответствует требованиям ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, и не нарушает положения ст. 237 ТК РФ и принцип разумности и справедливости.

В силу положений ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителя. 

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Несение истцом расходов на оплату услуг представителя в сумме 20 000 руб. подтверждено материалами дела.

Учитывая объем участия представителя истца по настоящему делу, категорию дела, объем и сложность фактически выполненной представителем работы, ее результат, соотношение разумности понесенных расходов на представителя со значимостью и объемом защищаемого права стороны, полагает, что заявленный ко взысканию размер расходов в сумме 20 000 руб., завышен, и, исходя из характера спора, значимости прав, получивших защиту, разумным суд полагает судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 18 000 руб., которую полагает взыскать с ответчика в пользу истца, отказав в удовлетворении остальной части требований.

С учетом положений ст. 103 ГПК РФ, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 300 руб., поскольку истцом заявлены требования неимущественного характера.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу "Шахтоуправление "Обуховская" о взыскании единовременной выплаты в счет возмещения компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Шахтоуправление «Обуховская» в пользу ФИО1 единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 449 713,42 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 18 000 руб., а всего 467 713,42 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с акционерного общества «Шахтоуправление «Обуховская» в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Новошахтинский районный суд Ростовской области в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья 

Решение составлено в окончательной форме 28.02.2019.