Мотивированное 

решение

 изготовлено 09.09.2025.

Дело №

УИД: 61RS0№-66

РЕШЕНИЕ 

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Зерноградский районный суд 

<

адрес> в составе: 

председательствующего судьи Тулаевой О.В.,

при секретаре Крат А.О., 

с участием помощника прокурора 

<

адрес> Даяновой А.Д. лица, в интересах которого подан иск – ФИО1, представителя ответчика ООО «СКГ-Сервис» по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ Солодкой О. И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора 

<

адрес> в интересах ФИО1 к ООО «СГК-Сервис» о восстановлении срока для обращения в суд, установлении факта трудовых отношений, компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

<

адрес> обратился в суд с настоящим иском в интересах ФИО1, указав в его обоснование следующее.

ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлял трудовую деятельность в ООО «СГК-Сервис» в должности разнорабочего, в его обязанности входило выполнение работы на строительных объектах ООО «СГК-Сервис» - газопроводе межпоселковом в 

<

адрес> к 

<

адрес>, х. Свидетель №2, 

<

адрес>, о. Нижнекугейский, 

<

адрес>.

Согласно оперативно-суточной сводке ОМВД России по 

<

адрес> на территории обслуживания с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ № от ДД.ММ.ГГГГ в приемное отделение ГБУ РО «ЦРБ» в 

<

адрес> доставлен ФИО1, разнорабочий, с диагнозом травматическая ампутация стопы. Выездом сотрудников ОМВД на место происшествия установлено, что данную травму ФИО1 получил в ходе проведения работ по прокладке газопровода около 

<

адрес>. 

Трудовой договор с ФИО1 не заключен, табели учета рабочего времени не велись, запись в трудовую книжку не внесена.

При этом между ФИО1 и ООО «СГК-Сервис» заключен договор подряда №/ВПХ от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого ФИО1 является исполнителем указанных работ и обязуется их выполнить, общество – заказчик работ, обязуется принять выполненные работы, срок действия договора с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО1 полагал, что данным договором фактически регулировались трудовые отношения, так как им постоянно выполнялись должностные обязанности в течение полного рабочего времени, 40-часовой рабочей недели, с перерывом на обед, он использовал предоставленные ему обществом строительные материалы, ему выплачивалась заработная плата.

Прокурор указывает, что о наличии трудовых отношений свидетельствует стабильный и устойчивый характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, ФИО1 поступали указания о виде и характере выполняемой им работы.

При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Проверкой прокураты было установлено, что ФИО1 лично выполнял трудовую функцию в должности разнорабочего в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка, осуществлял трудовую деятельность, однако, вопреки требованиям трудового законодательства работодатель не заключил с ФИО1 трудовой договор, подменил его гражданско-правовым.

ДД.ММ.ГГГГ генеральному директору ООО «СГК-Сервис» внесено представление об устранении нарушений трудового законодательства, представление рассмотрено, нарушения не устранены.

После несчастного случая на производстве ФИО1 установлена II группа инвалидности сроком до ДД.ММ.ГГГГ, причина – трудовое увечье.

ФИО1 обратился в органы прокуратуры для защиты нарушенных трудовых прав, в том числе в судебном порядке. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 являлся нетрудоспособным, в этот период не имел возможности обратиться с исковым заявлением в суд в течение трех месяцев, установленных ст. 392 ТК РФ, указанные обстоятельства, по мнению прокурора, являются уважительными причинами для восстановления пропущенного срока обращения за судебной защитой права.

В связи с изложенным в окончательной редакции исковых требований прокурор просит суд: восстановить пропущенный срок обращения с исковым заявлением об установлении факта трудовых отношений; установить факт трудовых отношений между ООО «СГК-Сервис» (ИНН 

<

***>, юридический адрес: 191123, 

<

адрес>, литера В, ч.пом/ком 1-Н/73) и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцем 

<

адрес> Республики Таджикистан (паспорт 

<

...>) по осуществлению трудовой деятельности в качестве разнорабочего в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; обязать ООО «СГК-Сервис» внести в трудовую книжку ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ запись о приеме на работу в ООО «СГК-Сервис» на должность разнорабочего и ДД.ММ.ГГГГ запись об увольнении с должности разнорабочего; взыскать с ООО «СГК-Сервис» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного травмой на производстве, в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

В судебное заседание явился помощник прокурора 

<

адрес> Даянова А.Д., которая просила суд заявленные исковые требования удовлетворить в полном объеме, полагала, что имеются основания для восстановления пропущенного срока обращения с исковым заявления об установлении факта трудовых отношений, поскольку ФИО1 проходил длительное лечение и реабилитацию после травмы, обратился в прокуратуру ДД.ММ.ГГГГ, по его обращению принимались соответствующие меры – проведена проверка в отношении ООО «СГК-Сервис», ДД.ММ.ГГГГ внесено представление об устранении нарушений трудового законодательства, ДД.ММ.ГГГГ ООО «СГК-Сервис» рассмотрено представление, в письменном ответе общество настаивает, что ФИО1 не являлся работником ООО «СГК-Сервис», ДД.ММ.ГГГГ, то есть в пределах 3-х месячного срока с момента рассмотрения представления, прокурор обратился в суд в интересах ФИО1 об установлении факта трудовых отношений.

В судебное заседание явился ФИО1, который просил суд удовлетворить иск, дополнительно пояснил суду, что его рабочий день длился с 8.00 до 17.00 с перерывом на обед с 13.00 до 14.00, на питание выплачивались суточные один раз в 10 дней в размере 3500 руб., заработная плата составляла 60 000 руб., выплачивалась один раз в месяц регулярно на карту в безналичной форме, каждое утро начиналось с общего собрания рабочих, на котором бригадиры Али и Башир раздавали задания, давали указания, что и где необходимо делать, какие материалы использовать, затем со склада выдавались материалы для производства работ, служебный транспорт доставлял рабочих к объектам, выполнение работ проверялось бригадирами, самовольно ФИО1 место проведения работ никогда не покидал, если ему нужно было отлучиться по личным обстоятельствам, то он отпрашивался у бригадира, никаких решений какие работы, где, когда в какие сроки и с использованием какого материала выполнять он самостоятельно не принимал, собственные материалы и инструменты он не использовал, он считает, что подчинялся общему режиму работы в обществе, это режим не нарушал, правила работы устно разъясняли бригадиры (прорабы Али и Башир), впервые о проведении инструктажа он расписался в журнале после несчастного случая, до этого ни с ним, ни с другими рабочими никакие инструктажи не проводились. 

ДД.ММ.ГГГГ его рабочий день начался как обычно - с получения разнарядки на работу, Али поручил ему, Свидетель №2 и ФИО2 выполнять работы по укладке пластмассовой трубы в 

<

адрес>, ФИО3 выдали со склада материалы для работы, Свидетель №2 был водителем, а ФИО2 экскаваторщиком, после они поехали к месту выполнения работ. ФИО2 на экскаваторе рыл траншею, обнаружил в земле трубу около 15 длиною и диаметр примерно 400 мм, пытался ее подцепить и поднять, с первого раза не мог ее поднять, в момент падения трубы ФИО1 находился на расстоянии 10 метров от экскаватора, он был повернут спиной к экскаватору, труба по видимому соскочила, ударила его по голове, затем перебила ему конечность, все произошло внезапно, первую помощь ему оказал Свидетель №2, он же повез его в больницу, он (ФИО3) все время находился в сознании, испытывал шок и сильную боль. Впоследствии Али перечислил ему и его племяннице по линии супруги ФИО4 финансовую помощь в размере 30 000 руб., в оказании помощи на приобретение протеза для замещения отсутствующей конечности со стороны ООО «СГК-Сервис» ему было отказано и пояснено, что «не стоит судиться с Газпромом».

После события ДД.ММ.ГГГГ у него сложилось впечатление, что представители ООО «СГК-Сервис» окружают его заботой и вниманием – ему звонили, навещали в больнице, оказывали материальную помощь в размере 30 000 руб., после выписки из больницы в устной форме он обратился за оказанием помощи в приобретении дорогостоящего протеза, ему обещали помощь, но не помогли, после установления инвалидности ему стало понятно, что его вводили в заблуждение, ему приносили на подпись какие-то документы в больницу, сразу после операции, где было много подписей других работников, похожие на инструктажи, содержание других документов ему неизвестно, он что-то подписывал, сотрудники ООО «СГК-Сервис» пояснили ему, что эти документы необходимы для оплаты ему больничного. В трудовой книжке у него нет записи, что он работал в ООО «СКГ-Сервис», ДД.ММ.ГГГГ он считал себя работником общества, находился на объекте не самовольно, а выполняя задание начальника участка (бригадира) Али, полученное утром ДД.ММ.ГГГГ на общем собрании рабочих. Высшего образования у него нет, ему подсказали, что можно обратиться в прокуратуру, что он и сделал в декабре 2024 года.

ФИО1 просил суд принять во внимание, что ранее он работал газосварщиком, слесарем, разнорабочим, теперь он такие работы выполнять не может.

В судебном заседании посредством видеоконференц-связи на базе Ессентукского городского суда 

<

адрес> участвовала представитель ответчика по доверенности ФИО5, которая, ссылаясь на доводы возражения от ДД.ММ.ГГГГ и доводы возражения на уточненное исковое заявление от ДД.ММ.ГГГГ, просила суд отказать в удовлетворении заявленных исковых требованиях. 

Дополнительно пояснила суду, что с ФИО1 заключалось два договора подряда с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, на момент несчастного случая договорные отношения с ФИО1 полностью прекращены, работы выполнялись по договору подряда в удобное для ФИО1 время, он не подчинялся режиму работы в организации, находился на территории объекта незаконно, как стороннее лицо, перед началом работ с ФИО1 проводился обязательный инструктаж о порядке допуска на объект, о чем он расписался в Журнале вводного инструктажа, труба, причинившая травму ФИО1 не принадлежит ООО «СГК-Сервис», начальник участка ФИО7 не давал указание ФИО1 извлекать трубу из земли, ни ФИО1, ни экскаваторщик ФИО6 не сообщили начальнику участка, что они собираются извлекать трубу из земли, они действовали на свое усмотрение, в телефонном разговоре между ФИО7 и ФИО1, последний подтвердил, что действовал на свой страх и риск, без чьего-либо распоряжения, не ставил ФИО7 в известность, претензий ни к кому не имеет, допустил халатность, истцом не представлено доказательств, подтверждающих заявленные требования. 

Представителем ответчика Солодкой О.И. со ссылкой на пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" заявлено ходатайство о применении срока исковой давности. В обоснование ходатайства ответчик указывает, что ООО «СГК-Сервис» является субъектом малого предпринимательства, в данном случае применим вышеуказанный Пленум ВС РФ. ФИО1 был выписан из лечебного учреждения ДД.ММ.ГГГГ, в августе 2024 года обратился за получением финансовой помощи к ФИО7 на приобретение протеза, спустя 4 месяца – в декабре ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в прокуратуру 

<

адрес>, то есть с пропуском срока исковой давности.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ опрошен свидетель ФИО8, который сообщил суду, что работал вместе с ФИО10 в ООО «СГК-Сервис» разнорабочим, рабочий день составлял с 09:00 до 18:00, перерыв на обед с 12:00 до 13:00, выходной – пятница, чтобы отлучиться с работы нужно было отпроситься у начальника участка, самовольно рабочее место работники не покидали, что им делать самостоятельно не определяли, рабочий день начинался с общего сбора в бригаде (мех.ток) 

<

адрес>, где начальник участка раздавал устные наряды на день, нарядов письменной форме он не видел, наряды раздавал начальник участка Али, в устной форме начальник участка определял кто, что и где делает, затем со склада организации выдались инструменты и материал, работники направлялись по линиям (на объекты), выполнение работы 2-3 раза в день контролировал начальник участка. ДД.ММ.ГГГГ на общем сборе утром присутствовал он (ФИО8), ФИО10 и еще около 10 работников, Али поручил ФИО8 остаться в бригаде и насыпать песок в мешки, ФИО3, ФИО2 и Свидетель №2 поручил прокладывать трубу и кабель в Новоивановке, Свидетель №2 был водителем, ФИО2 на экскаваторе работал, а ФИО3 разнорабочим, им выдали материалы и они поехали в Новоивановку, затем около 12.00 он увидел пропущенный вызов от ФИО3, перезвонил ему и узнал, что ему оторвало трубой ногу, его везут в больницу. При падении трубы ФИО8 не присутствовал, он находился на рабочем месте в другом населенном пункте, после утренней разнарядки все разъехались по своим рабочим местам, рабочее место Рахимова ДД.ММ.ГГГГ было на линии в 

<

адрес>, ФИО3 не давали задание извлекать трубу, выполнению ФИО3 в этот день работы никто не препятствовал, от работы его не отстраняли. 

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.2025 опрошен свидетель ФИО7, который сообщил суду, что работает в ООО «СГК-Сервис» начальником участка, у общества имеются работники, оформленные по трудовому договору, на месте производства работ из местных жителей набирают рабочих по договору ГПХ для своевременного выполнения работ по проекту, наращивают мощность, общество применяло такую практику, все работники (по трудовому договору и по ГПХ) соблюдали общий режим труда: начало работы в 09:00, окончание в 18:00, с перерыв на обед, выходной –пятница, как правило, рабочие самовольно не покидают объект, если он на месте, то предупреждают его, письменный пропускной режим отсутствовал, рабочих не так много, обычно утром общий сбор всех работников на базе в 

<

адрес>, он или его прорабы (Башир и Азраиль) определяют рабочим задания, разбивают их на бригады, например: сварщик и к нему прикрепляется еще 3 рабочих, сварщик координирует их деятельность, формировалось 5, 6, 7 бригад, контролировали выполнение работы сам Али либо его прорабы, путем объезда линии работ протяженностью 54 км, использовалось 4 служебных уазика, материалы и инструменты выдавали, собственные материалы рабочие не использовали, ФИО7 было известно, что договор с ФИО10 заканчивается в конце мая, продление договора не входит в его полномочия, при заключении договоров ГПХ для расчетов составлялись акты, оплата производилась за выполненный объем, а не по табелю учета рабочего времени. ФИО7 не помнит, кто распределял рабочих по объектам ДД.ММ.ГГГГ, возможно его прорабы, ФИО3 укладывал сигнальную ленту с ним вместе работали Свидетель №2 и ФИО2. При падении трубы он не присутствовал, ему позвонил Свидетель №2 или ФИО2 (точно не помнит), когда он приехал к месту события, то ФИО3 уже помещали в машину, извлекать трубу необходимости не было, производству работ она не мешала, имела параметры около 7-10 метров длиною и 419 мм диаметр, об обнаружении трубы ему должны были сообщать, но не сделали этого, в проектной документации указано размещение всех коммуникаций, в случае обнаружения сообщается в соответствующую организацию, задание извлекать трубу он ФИО3 не давал, эта труба не принадлежит обществу, обнаружена при выполнении работ на линии. ФИО7 несколько раз навещал ФИО1 в больнице, неоднократно звонил ему.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ опрошены свидетели Свидетель №2 и ФИО9

Свидетель №2 сообщил суду, что ФИО1 пришел на работу в ООО «СГК-Сервис» в апреле-мае 2024 года, работал разнорабочим, Свидетель №2 – водитель, работали по режиму с 8.00 до 18.00, обед с 13.00 до 14.00, режим работы разъяснял начальник участка Али устно, работали вместе около 15 человек, утром обычно общий сбор, начальник участка дает разнарядку по работе, кладовщик выдает материал и рабочие разъезжаются по местам для выполнения заданий. ДД.ММ.ГГГГ состоялся общий сбор (планерка), он, Д. (ФИО3) и ФИО2 получили от начальника участка Али наряд на работу в 

<

адрес>, приехали на место, экскаваторщик копал, Д. укладывал газопровод, кабель и ленту, около 12:20 экскаваторщик наткнулся на трубу, она пересекала газопровод, пытался ее вытащить, размеры ее были неизвестны, ударил по ней ковшом, труба поднялась вверх, он (Свидетель №2) успел увернуться, труба ударила Д. по голове, затем упала на него, Свидетель №2 позвонил Али, сообщил, что случилось, Али приехал на линию, когда ФИО10 уже помещали в машину. Извлечением трубы ФИО3 не занимался, ему дали задание укладывать газопровод, трубу извлекал ФИО16, сообщал ли ФИО2 о найденной трубе бригадиру ему неизвестно. Свидетель №2 было известно, что у всех работников ДД.ММ.ГГГГ закончились договоры подряда, договор продлили только ему и ФИО2, остальные работали без продления, почему остальным не продлили не знает, разницы в организации работы между рабочими, принятыми по трудовому договору и рабочими, принятыми по договору подряда не было, никаких различий не имелось. Свидетель №2 работал на машине ООО «СГК-Сервис», за ее сохранность он подписал документ. Заработную плату начисляли с 1-го по первое число, выплачивали до 15-го числа месяца, всем в едином размере – по 60 000 руб., на суточные расходы – 3500 руб. на 10 дней, до случая с ФИО1 никакие инструктажи не проводились, после травмы все расписывались за требования безопасности, журналы появились сразу на следующий после ДД.ММ.ГГГГ день, о неявке на работе по какой-либо причине нужно было предупреждать начальника участка, чтобы он поставил на это место другого рабочего. От Али ему поступала просьба, чтобы он поговорил с ФИО3, будто трава случилась дома - бытовая травма.

ФИО9 сообщил суду, что знаком с ФИО1 давно, с 1992 года они проживают в одном населенном пункте. ФИО9 работал в ООО «СГК-Сервис» водителем 3 месяца, до ДД.ММ.ГГГГ. Работали по режиму с 09:00 до 18:00, перерыв на обед с 13:00 до 14:00, заработную плату платили 1 раз в месяц, чтобы отлучиться с работы отпрашивались у старшего. Каждое утро рабочим раздавали наряды, выдавали материалы, загружали материалы в машину, в том числе и в машину, которой он управлял, все разъезжались по местам, утром на разнарядке он видел ФИО3, у которого как никогда было замечательное настроение, рабочим определили задания и все отправились по точкам, ФИО3, Свидетель №2 и ФИО2 на отдельной машине отправились на свою точку, после утреннего сбора он не видел ФИО3, они находились в разных местах, ближе к обеду узнал от рабочих о случившемся, инструктаж с ними не проводился, рабочие сообщили, что после ЧП стали заниматься техникой безопасности.

Выслушав помощника прокурора 

<

адрес> Даянову А.Д., ФИО1, представителя ответчика ФИО5, опросив свидетелей, оценив доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда ДД.ММ.ГГГГ принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее также - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 9 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В соответствии с частью первой статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце третьем пункта 2.2 определения от ДД.ММ.ГГГГ N 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 ТК РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 597-О-О).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 ТК РФ, в силу части третьей которой неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В соответствии с частью четвертой статьи 19.1 ТК РФ, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Принимая во внимание, что статья 15 ТК РФ не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 ТК РФ) (абзац первый пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ N 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ N 15).

Из приведенного правового регулирования, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников об установлении факта нахождения в трудовых отношениях суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ.

Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющий принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 15 приведены разъяснения, применяемые ко всем субъектам трудовых отношений, о том, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. 

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода - ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ относительно распределения бремени доказывания по делам об установлении факта трудовых отношений по смыслу положений статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 ТК РФ наличие трудового правоотношения презюмируется, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, а обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений законом возложена на работодателя, освобождение работодателя от представления доказательств отсутствия трудовых отношений и возложение бремя доказывания факта наличия трудовых отношений исключительно на работника не допускается (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 78-КГ20-27-К3, Определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 77-КГ19-4, от ДД.ММ.ГГГГ N 11-КГ19-13, от ДД.ММ.ГГГГ N 127-КГ18-17).

По данному делу юридически значимыми, подлежащими определению и установлению с учетом заявленных исковых требований и норм материального права, регулирующих спорные отношения, являются следующие обстоятельства:

осуществлялась ли ФИО1 по договорам подряда от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ деятельность на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату или им выполнялись определенные трудовые функции, входящие в обязанности работника;

сохранял ли ФИО1 положение самостоятельного хозяйствующего субъекта или как работник выполнял работу в интересах, под контролем и управлением работодателя;

был ли ФИО10 интегрирован в организационный процесс общества;

подчинялся ли ФИО10 установленному обществом режиму труда, графику работы (сменности); 

распространялись ли на ФИО10 указания, приказы, распоряжения работодателя; 

предоставлял ли ответчик ФИО10 имущество для выполнения им работы;

каким образом оплачивалась работа ФИО10 и являлась ли оплата работы обществом для ФИО10 единственным и (или) основным источником доходов. 

В судебном заседании установлено следующее.

Согласно сведениям о наиболее значимых преступлениях и происшествиях ОМВД России по 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ № в приемное отделение ГБУ РО «ЦРБ» в 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ в 14:30 доставлен ФИО1, работающий в ООО «СГК-Сервис» разнорабочим, с диагнозом травматическая ампутация стопы; выездом на место происшествия установлено, что данную травму ФИО1 получил в ходе проведения работ по прокладке газопровода около 

<

адрес>, госпитализирован в реанимационное отделение 

<

адрес>ной больницы (т.1 л.д.9-11).

Согласно медицинской документации, истребованной прокуратурой 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ в 13:00 ФИО1 был доставлен в Гуляй-Борисовскую амбулаторию попутным транспортом с наложением жгута с жалобами на общую слабость, боль, кровотечение из раны на уровне нижней трети левой голени, травму получил примерно в 12:00 на работе при прокладке труб, при осмотре левой голени на уровне нижней трети визуализируется обширная размозженно-рваная рана с кровотечением, в дубине раны просматриваются костные отломки, установлен диагноз: травматическая ампутация стопы на уровне голени и голеностопного сустава левой ноги, госпитализирован в ГБУ РО ЦРБ, транспортировку перенес удовлетворительно (т.1 л.д.13).

ДД.ММ.ГГГГ прокуратурой 

<

адрес> в ООО «СГК-Сервис» истребовались сведения о произошедшем ДД.ММ.ГГГГ несчастном случае на производстве, фиксировалась ли обстановка, информировались уполномоченные органы, создавалась комиссия для расследования несчастного случая (т.1 л.д.14).

В ответе № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «СГК-Сервис» сообщает, что сообщение о несчастном случае поступило мастеру участка ФИО7 примерно в 12:00 ДД.ММ.ГГГГ по телефону от ФИО6, находящиеся рядом люди оказали ФИО1 первую помощь, повезли в скорую помощь в 

<

адрес>, затем ФИО1 доставлен в 

<

адрес>; ФИО1 не состоял с ООО «СГК-Сервис» в трудовых отношениях, по этой причине обстановка при которой произошел несчастный случай не фиксировалась, соответствующая информация в уполномоченный орган не передавалась, комиссия не создавалась (т.1 л.д.15).

<

адрес> были отобраны объяснения у граждан Свидетель №2, ФИО11 и ФИО6, работавших в ООО «СГК-Сервис» вместе с ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №2 пояснил, что работает в ООО «СГК-Сервис» с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время (ДД.ММ.ГГГГ), ФИО1 работал в обществе разнорабочим примерно с мая 2024 года до ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №2, ФИО1 и экскаваторщик находились на работе, примерно в 12:00 произошел несчастный случай: экскаватор поднимал из вырытой ямы трубу (12 м), не смог поднять ее с первого раза, начал бить по ней ковшом, чтобы разрыхлить землю, труба резко поднялась в высоту примерно на 15 метров (диаметр 400 мм) и начала крутиться в воздухе, Свидетель №2 успел отскочить, а ФИО3 не сориентировался, получил удар по голове, затем труба упала ему на ногу, оторвав конечность. Свидетель №2 оказал первую помощь ФИО1, сообщил о случившемся по номеру 112, позвонил фельдшеру, экскаваторщик сообщил руководству, затем приехал Али (прораб) и отправил их с ФИО3 в больницу. Свидетель №2 было известно, что у всех работников (примерно 15 человек) ДД.ММ.ГГГГ закончились сроки трудовых договоров, с Свидетель №2 заключили трудовой договор на новый срок, остальные работники выполняли работу без трудовых договоров (т.1 л.д. 20-21).

Свидетель №3 ДД.ММ.ГГГГ пояснял, что работает в ООО «СГК-Сервис» с апреля 2024 года в должности машиниста – экскаваторщика, с ним заключен гражданско-правовой договор, он подписал один экземпляр второй ему не выдали, последний договор с ним подписан в июне сроком до ДД.ММ.ГГГГ, средства защиты ни ему, ни другим работникам не выдавались, он работал каждый день в режиме с 09:00 до 18:00, перерыв на обед с 13:00 до 14:00, один выходной – пятница, начальник участка Али контролировал работу и трудовую дисциплину, ему известно, что несколько человек работаю без заключения договоров, примерно 10 человек, отпуск не оговаривался, после несчастного случая с ФИО1 руководство составило журнал, в котором все работники расписались в июне 2024 года (т.1 л.д.22-23).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 пояснял, что работал в ООО «СГК-Сервис» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности экскаваторщика, какой именно с ним заключен договор он не помнит, первый договор заключили с ним до ДД.ММ.ГГГГ, он подписал один экземпляр, второй ему не выдавали, потом с ним продлили договор примерно с ДД.ММ.ГГГГ, о вакансии узнал из объявлений, размещенных по поселку, ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №2, он (ФИО2) и ФИО1 прокладывали пластмассовую трубу и кабель в 

<

адрес>, примерно в 12:00 с ФИО1 случился несчастный: он (ФИО2) на экскаваторе поднимал из вырытой ямы трубу, поднять ее с первого раза не смог, труба соскочила с ковша, ударилась об землю, а вторым концом ударила ФИО1 по ноге и перебила ему конечность, ФИО12 его вытащил, позвонил на 112, руководство (Али и Башир) узнали об этом случае от Свидетель №2, приехали на место после того, как ФИО1 повезли в больницу. Удостоверения экскаваторщика у ФИО6 нет, средства индивидуальной защиты ни ему, ни другим работникам не выдавали, только перчатки. ФИО6 известно, что ДД.ММ.ГГГГ почти у всех работников закончились сроки трудовых договоров, с некоторыми договоры продлили, после несчастного случая с ФИО1 руководство составило журнал, в котором все работники расписались в июне 2024 года, 5 месяцев ФИО2 не платят зарплату (т.1 л.д.26-27).

Из выписного эпикриза ГБУ РО «ЦРБ» в 

<

адрес> ФИО1 поступил в районную больницу ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: размозжение левой голени с повреждением сосудисто-нервных пучков; рваная рана мошонки с повреждением яичковой артерии и вены, в состоянии травматического шока 2-3 стадии; анамнез – за 1 час до обращения на ногу упала металлическая труба. ДД.ММ.ГГГГ проведено оперативное лечение – ампутация верхней трети левой голени, ПХО раны мошонки, орхэктомия слева (т.1 л.д. 41).

Согласно первичному электронному листу нетрудоспособности № ФИО1 период нетрудоспособности при лечении в 

<

адрес>ной больнице составил с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, затем согласно листку нетрудоспособности № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 41, 47-50).

Затем ФИО1 проходил лечение в стационаре ГБУ РО «ГБСМП» в 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, куда он поступил с послеоперационной нагноившейся гранулирующей раной культи левой голени, находился на лечении длительное время, оформлены листы нетрудоспособности №, №, № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 42-44, 51-53).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 направлен для прохождения медико-социальной экспертизы, которая проведена ДД.ММ.ГГГГ, по результатам ее проведения у него выявлено нарушение здоровья со стойкими выраженными нарушениями функций организма, обусловленное заболеваниями (последствиями травм, дефектами), приводящие к ограничению жизнедеятельности и являющиеся основанием для установления 2 группы инвалидности на срок до ДД.ММ.ГГГГ (т.1л.д.45-46).

ФИО1 установлена 2 группа инвалидности по причине «трудовое увечье» на срок до ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ – очередное освидетельствование), ДД.ММ.ГГГГ ему выдана выписка из акта освидетельствования серия МСЭ-2023 № (т.1 л.д. 30-40).

Общая продолжительность периода нетрудоспособности в соответствии с листками нетрудоспособности составила 118 дней, выплачено пособие по нетрудоспособности (т.1 л.д. 67).

В трудовой книжке ФИО1 отсутствует запись о его работе в ООО «СГК-Сервис» (т.1 л.д. 144-148).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в прокуратуру 

<

адрес> с заявлением об оказании содействия в защите его прав в судебном порядке, указав, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он являлся работником ООО СГК-Сервис», занимался прокладкой газопровода с другими работниками, с ним был оформлен гражданско-правовой договор, при этом был постоянный график работы с 09:00 до 18:00, с перерывом на обед с 13:00 дл 14:00, установлена шестидневная рабочая неделя (т. 1 л.д. 72).

ДД.ММ.ГГГГ прокуратурой 

<

адрес> ООО «СГК-Сервис» внесено представление об устранении нарушений трудового законодательства, из содержания которого следует, что проведенной проверкой установлено, что работа, осуществляемая ФИО1, ФИО13 и Свидетель №3, имела устойчивый и стабильный характер, имела признаки подчиненности и зависимости труда, работники подчинялись правилам внутреннего трудового распорядка, однако, работодатель уклонился от заключения трудового договора, подменив его гражданско-правовым, ДД.ММ.ГГГГ на производстве произошел несчастный случай с ФИО1, он получил травму ноги, без участия общества доставлен в медицинское учреждение, в ООО «СГК-Сервис» не создавалась комиссия для расследования несчастного случая, прокурор требовал безотлагательно рассмотреть представление и принять меры по устранению допущенных нарушений закона (т.1 л.д.73-77).

ДД.ММ.ГГГГ представление прокурора 

<

адрес> рассмотрено в ООО «СГК-Сервис», в ответе сообщается, что ФИО1 не состоял с обществом в трудовых отношениях, до получения травмы с ним был заключен договор гражданско-правового характера, который по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ прекратил действие, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на территории объекта как стороннее лицо, по этой причине расследование не проводилось, общество приняло меры по недопущению впредь подобных инцидентов – размещены таблички по всей протяженности газопровода об опасной зоне (т.1 л.д. 54-55).

Как установлено судом и следует из материалов, действительно, между ФИО1 и ООО «СГК-Сервис» было оформлены договоры подряда - №/ГПХ от ДД.ММ.ГГГГ со сроком действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и №/ГПХ от ДД.ММ.ГГГГ со сроком действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 166-167, 168-169).

ООО «СГК-Сервис» является действующим юридическим лицом с основным видом экономической деятельности – 71.12.1 «Деятельность, связанная с инженерно-техническим проектированием, управлением проектами строительства, выполнением строительного контроля и авторского надзора», учредителями общества являются ФИО14, ФИО15 и ООО «Стройгазкомплект» (т.1 л.д. 125-140), общество относится к субъектам малого предпринимательства, состоит в соответствующем реестре с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время (т.2 л.д.45). 

Согласно п. 1.1 указанных договоров, имеющих идентичное содержание, исполнитель обязуется оказать услуги по заданию заказчика по комплексу работ, перечисленных в приложении № «Перечень оказываемых услуг», сдать результат работ заказчику, а заказчик обязан принять результат работ и оплатить эти услуги.

Исполнитель выполняет работу на строительных объектах ООО «СГК-Сервис»: «Газопровод межпоселковый к 

<

адрес>, к. 

<

адрес>, х. Свидетель №2, 

<

адрес>» (код стройки 61/1636-2), согласно договору субподряда №СМР-02-569/2023-СУБ (п. 1.2 договоров №/ГПХ и №/ГПХ).

Пунктом 3 договоров предусмотрена возможность согласования сторонами дополнительного перечня работ (услуг), как в письменной, так и устной форме.

Оплата по договорам предусмотрена после подписания акта приема-передачи работы в двустороннем порядке в безналичной форме путем перечисления денежных средств на расчетный счет, указанный исполнителем в договорах (п. 2.3, 3.3).

Из раздела 4 указанных договоров следует, что исполнитель обязуется выполнить работу, указанную в приложении № к договору в установленный договором срок лично в строгом соответствии с проектной документацией, предоставленной заказчиком.

К каждому договору оформлено приложение № и имеет наименование «Перечень оказываемых услуг», внутри таблицы перечислены следующие услуги: погрузочно-разгрузочные работы, земляные работы, демонтажные работы, перемещение необходимых материалов по территории строительного объекта, выполнение разовых поручений, требующих физического усилия, монтаж ГРПШ, монтаж молниезащит и заземления, монтаж ограждений и молниеприемника, нанесении антикоррозийного покрытия на обвязку ГРПШ, установлена стоимость за 1 час в размере 400 руб.

Договор аналогичного содержания №/ГПХ от ДД.ММ.ГГГГ без подписей сторон и печати юридического лица находился в распоряжении свидетеля ФИО8 и приобщен по ходатайству прокурора к материалам дела.

Подрядные отношения являются гражданско-правовыми и покоятся на началах равенства, автономии воли и имущественной самостоятельности участников, свободы договора (п. 1 ст. 1, п. 1 ст. 2, п. 4 ст. 421 ГК). Договор подряда всегда заключается на выполнение конкретной работы по индивидуальному заказу в течение установленного срока. На стороне подрядчика и заказчика могут выступать любые субъекты гражданского права с учетом субъектных особенностей отдельных видов ДП (п. 1 ст. 730, ст. 740, 758, 764 ГК). Подрядчик должен сдать заказчику результат работы (безрезультатная работа не оплачивается - п. 1 ст. 702, ст. 711 ГК), при этом, он не включается в трудовой коллектив и сам организует свой труд (время труда, отдыха и пр.). Как правило, подрядчик выполняет работу своим иждивением и за свой риск, выполнение работы возможно в условиях генерального подряда и множественности лиц на любой стороне обязательства.

Применительно к договору подряда существенными условиями указанного договора являются его предмет (определение вида и объема подлежащих выполнению работ) и сроки выполнения работ (ст. 702 и 708 Гражданского кодекса Российской Федерации) (Определение Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 18-КГ24-368-К4).

Между тем, оформленные между ООО «СГК-Сервис» и ФИО1 договоры подряда обнаруживают явные противоречия в определении предмета договора в части обязанности исполнителя оказать услуги или выполнить работы, кроме того, четко не указано, какой результат работ должен быть достигнут или какие конкретно работы должны быть выполнены, не конкретизированы объемы работ, единицы измерения исходя из вида работы, точно не определены сроки начала и окончания работ, а также промежуточные сроки принятия работ с обязательным документальным оформлением такого принятия, не подготовлена смета, по которой будет осуществляться оплата работ, не установлено, что оплата осуществляется за достижение вещественного результата работы или четко установленные виды работ, техническое задание отсутствует.

Суд отмечает, что ни договор подряда №/ГПХ от ДД.ММ.ГГГГ, ни приложение № к этому договору не подписано со стороны ООО «СГК-Сервис», печатью общества не скреплено (т.2 л.д. 166-167 оборот).

Вопреки условию договоров о выполнении ФИО1 работ в соответствии с проектной документацией, предоставленной заказчиком, отсутствуют сведения о вручении со стороны заказчика ФИО1 данной документации и ознакомлении с ней исполнителя.

При этом, судом установлено, что на газопровод межпоселковый к 

<

адрес>, к. 

<

адрес>, х. Свидетель №2, 

<

адрес> имеется в наличии рабочая документация, содержащая спецификацию оборудования, изделий и материалов, не предусматривающая при производстве работ использование трубы длиною 12 м и диаметром 400 мм, что подтверждает довод ответчика о не принадлежности трубы, ООО «СГК-Сервис» (т.1 л.д. 234-250).

Суд обращает внимание, что факт не принадлежности ответчику трубы, упавшей на ногу ФИО1, равно, как и формальное составление договоров подряд, а не исключает факта существования трудовых отношений.

Ответчик утверждает, что оплата по договорам подряда происходила с ФИО1 в безналичной денежной форме на основании подписанных сторонами актов выполненных работ.

В материалы дела ответчиком представлены акты выполненных работ: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 206-215).

Во всех перечисленных актах с названием «Акт о приемке выполненных работ» основанием их составления указаны договор оказания услуг №/ГПХ от ДД.ММ.ГГГГ, работы именуются «работы (услуги)», «дополнительные услуги (работы)», «дополнительные услуги».

Согласно платежным поручениям об осуществлении расчетов с ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ сумма 27 692 руб., № от ДД.ММ.ГГГГ сумма 3500 руб., № от ДД.ММ.ГГГГ сумма 3500 руб., № от ДД.ММ.ГГГГ сумма 3500 руб., № от ДД.ММ.ГГГГ сумма 60 000 руб., № от ДД.ММ.ГГГГ сумма 3500 руб., № от ДД.ММ.ГГГГ сумма 3500 руб., № от ДД.ММ.ГГГГ сумма 60 000 руб., № от ДД.ММ.ГГГГ сумма 3500, № от ДД.ММ.ГГГГ сумма 9231 руб. в назначениях платежа указано: заработная плата за 2 половину марта 2024 года, за 1 половину апреля 2024 года, за первую половину марта 2024 года и т.д. (т.1 л.д. 206 оборот, 207 оборот, 208 оборот, 209 оборот, 210 оборот, 211 оборот, 212 оборот, 213 оборот, 214 оборот).

По правилам нормального делового оборота при оплате выполненных работ по договору подряда указывается в назначении платежа – договор подряда (дата и номер), акт выполненных работ (дата и номер).

На вопрос суда: почему платежные поручения в наименовании платежа не содержат указание на договор и акт, представитель ответчика пояснила суду, что у общества арестованы счета, такое наименование платежей позволяет избежать блокировки этих платежей, но по назначению эти платежи представляют собой плату по договору подряда. 

Суд считает, что данное обстоятельство однозначно и определенно свидетельствует о допущении в деятельности юридического лица действий в обход законов РФ.

Кроме того, судом установлено, что согласно справкам по операциям по карте МИР социальная**9017, держателем которой является ФИО1 от ООО «СГК-Сервис» ему поступали платежи ДД.ММ.ГГГГ на сумму 27 962 руб. (прочие поступления), ДД.ММ.ГГГГ на сумму 3500 руб. (прочие поступления), ДД.ММ.ГГГГ на сумму 3500 руб. (зачисление зарплаты), ДД.ММ.ГГГГ на сумму 60 000 руб. (зачисление зарплаты), ДД.ММ.ГГГГ на сумму 3500 руб. (зачисление зарплаты), ДД.ММ.ГГГГ на суму 60 000 руб. (зачисление зарплаты), ДД.ММ.ГГГГ на сумму 9 231 руб. (зачисление зарплаты) (т.1 л.д. 56-65).

Перечисленные платежи полностью корреспондируются с платежными поручениями, наличие данных платежей стороны не отрицали.

Из объяснений ФИО1 следует, что он считал отношения с ООО «СГК-Сервис» трудовыми, поскольку помимо подчинению общему режиму труда и исполнению указаний руководства (Али, Башир), он получал от общества денежные средства с наименованием «заработная плата» и на приобретение питания 1 раз в 10 дней в размере 3500 руб. с наименованием «прочие поступления», так называемые «суточные».

Суд отдельно обращает внимание на следующее обстоятельство.

В обоснование своей позиции ответчик ссылается на водный инструктаж всех граждан, выполняющих работы на газопроводе, предоставляя суду журнал регистрации вводного инструктажа от ДД.ММ.ГГГГ. В этом журнале имеется подпись ФИО1, а также совместно работавших с ним Свидетель №2, ФИО6, ФИО9 Журнал имеет графы – ФИО работника прошедшего инструктаж, профессия/должность работника, код ОКЗ.

При этом, как утверждает ответчик, ФИО1 работником общества не является, из объяснений ответчика следует, что отдельный журнал на граждан, с которыми заключались гражданско-правовые договоры, не оформлялся, предусмотрено ведение общего журнала (т.1 л.д. 232-233).

Какая-либо отметка в журнале, что с ФИО1 заключен договор подряда или иной договор в этом журнале отсутствует, код его профессии обозначен в соответствии "ОК 010-2014 (МСКЗ-08). Общероссийский классификатор занятий" (принят и введен в действие Приказом Росстандарта от ДД.ММ.ГГГГ N 2020-ст) (далее-ОКЗ) – 9622 «разнорабочие» (чистят, окрашивают и проводят техническое обслуживание зданий, территорий и объектов, а также осуществляют простой ремонт).

Введение к ОКЗ гласит, что:

объектами классификации в ОКЗ являются занятия;

под занятием понимается вид трудовой деятельности, осуществляемой на рабочем месте с относительно устойчивым составом трудовых функций (работ, обязанностей), приносящий заработок или доход. Любое лицо может быть связано с определенным занятием посредством основной работы, выполняемой в настоящее время, второй работы, будущей работы или ранее выполнявшейся работы. К занятиям относится любой вид трудовой деятельности как требующей, так и не требующей специальной подготовки;

уровень квалификации определяется как способность работника выполнять определенные по составу и уровню сложности трудовые функции (задачи, обязанности), который достигается путем освоения необходимого комплекса теоретических знаний и навыков.

Суд считает, что данное обстоятельство косвенно свидетельствует об интегрированности ФИО1 в трудовой коллектив ООО «СГК-Сервис», поскольку в рассматриваемом регистре он учтен и идентифицирован в качестве работника по должности и содержании трудовой функции разнорабочего, ему регулярно выплачивались денежные средства с назначение «заработная плата».

Довод ответчика, что ФИО1 при заключении договора прошел инструктаж о порядке действий при обнаружении на объекте постороннего предмета, судом отклоняется, так как судом достоверно установлено из объяснений ФИО1, пояснений свидетелей Свидетель №2 и ФИО9, письменных пояснений ФИО16 и ФИО11, что при заключении договоров и допуске на объект инструктаж не проводился, в журнале о проведении инструктажа они расписались после несчастного случая, то есть после ДД.ММ.ГГГГ, кроме того, в представленном журнале отсутствует подпись лица, проводившего инструктаж, журнал не прошит и не пронумерован, печатью юридического лица не скреплен, что в совокупности свидетельствует об отсутствии инструктажа как такового.

Судом исследована аудио запись разговора, состоявшегося между ФИО1 и начальником участка ФИО7 в июне 2024 года через несколько дней после несчастного случая во время нахождения ФИО1 в больнице. Факт данного разговора его участники не отрицают (т.2 л.д.7).

Из разговора следует, что ФИО1 не отрицает, что ФИО7 не давал ему указания вытаскивать эту трубу и таких сведений он никому не сообщал.

Между тем, вопреки доводу ответчика, что данный разговор подтверждает отсутствие указаний ФИО3 со стороны ООО «СГК-Сервис» в лице ФИО17 и независимость действий ФИО3 по собственному усмотрению, то есть автономность и самостоятельность ФИО1 во взаимоотношениях с обществом, суд отклоняет, поскольку из объяснений свидетелей, в том числе и непосредственно ФИО7, судом установлено, что в начале рабочего дня на общем сборе работников начальник участка (или прорабы) определяет задание каждому работнику, работники самостоятельно не определяют перечень и объем работы на день, проверяет его выполнение, все работники, оформленные по трудовому договору и по договору подряда соблюдают общий режим работы и дисциплины труда с 09:00 до 18:00, перерыв на обед с 13:00 до 14:00, выходной пятница, самовольно не покидают объект, при необходимости отлучиться получают разрешение начальника участка в устной форме, выплата суточных 1 раз в десять дней на питание, использование материалов и инструментов общества согласно полученному заданию, что свидетельствует о наличии явных признаков фактических трудовых отношений при формальном составлении договоров подряда, содержащих многочисленные противоречия и разночтения, без приложений технических заданий, сметных расчетов, конкретных объемов и сроков выполнения работ.

Судом установлено, что, действительно, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не получал задание вытаскивать трубу при рытье траншеи, в этот день он подучил от ФИО7 другое задание – прокладывать пластмассовую трубу и кабель, на экскаваторе работал ФИО6, который извлекал трубу из вырытой ямы.

Довод ответчика, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ самовольно после окончания срока действия договора подряда (ДД.ММ.ГГГГ) находился на объекте, судом отклоняется, поскольку суд установил, что ФИО1 находился на объекте с ведома начальника участка и выполнял полученное трудовое задание по прокладке трубы и кабеля, никаких мер к его недопущению или удалению с объекта со стороны ООО «СГК-Сервис» не предпринималось. 

Судом также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ Зерноградским межрайонным следственным отделом СУ СК РФ по 

<

адрес> возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 143 УК РФ.

Разрешая ходатайство прокуратуры 

<

адрес> о восстановлении срока для обращения с исковым заявлением об установлении факта трудовых отношений и ходатайство ответчика о применении срока исковой давности, суд приходит к следующему.

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности у работодателя по последнему месту работы.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, статья 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора также даны в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 15).

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № разъяснено, что по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). 

К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

По смыслу статей 45, 46 ГПК РФ в их системной взаимосвязи со статьей 392 ТК РФ при обращении в суд прокурора, профессионального союза с заявлением в защиту трудовых прав, свобод и законных интересов работников, работающих у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, начало течения срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора определяется исходя из того, когда о нарушении своего права узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление, если иное не установлено законом (пункт 15 ПП ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ №).

В пункте 16 указанного постановления Пленума разъяснено, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 ТК РФ срок.

Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд с иском о защите трудовых прав может разрешаться судом только если об этом заявлено ответчиком ("Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ).

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 с самого начала взаимодействия с ООО «СГК-Сервис» считал, что он является работником общества (соблюдает режим работы, получает заработную плату, получает задания от руководства, его труд контролируют), сомнения относительно этих правоотношений у него возникли в августе 2024 года, когда ему было отказано в помощи на приобретение дорогостоящего протеза, срок для обращения с иском в суд истекал ДД.ММ.ГГГГ, длительное время ФИО1 проходил лечение в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, затем в октябре 2024 года проходил медико-социальную экспертизу, инвалидность ему установлена ДД.ММ.ГГГГ, в прокуратуру 

<

адрес> ФИО1 обратился ДД.ММ.ГГГГ, до этого момента у него объективно отсутствовала возможность за обращением в защиту своих прав, в том числе и в силу ограничения свободы передвижения в связи с утратой конечности. 

За защитой своих прав ФИО1 обращается в прокуратуру 

<

адрес> с незначительным пропуском срока – ДД.ММ.ГГГГ и правомерно ожидает восстановления трудовых прав.

По факту его обращения надзорным органом в январе 2025 года проводится проверка, ДД.ММ.ГГГГ вносится представление ответчику об устранении нарушений трудового законодательства, ДД.ММ.ГГГГ представление прокурора рассмотрено, но в признании и устранении нарушений отказано, ДД.ММ.ГГГГ исковое заявление прокурора 

<

адрес> в интересах ФИО1 поступает в суд.

Суд считает, что указанные причины пропуска процессуального срока являются уважительными, срок для обращения за защитой своих трудовых прав пропущен ФИО1 незначительно (на 6 дней), суд учитывает, что по обращению ФИО1 прокуратурой 

<

адрес> безотлагательно приняты меры по защите и восстановлению его прав.

Таким образом, суд приходит к выводу о восстановлении срока обращения с исковым заявлением об установлении факта трудовых отношений, следовательно, ходатайство ответчика о применении срока исковой давности удовлетворению не подлежит, поскольку судом установлено наличие уважительных причин для восстановления пропущенного срока.

Разрешая требование прокурора 

<

адрес> об установлении факта трудовых отношений между ООО «СГК-Сервис» и ФИО1 и обязании общества внести записи в трудовую книжку ФИО1, суд приходит к выводу об удовлетворении указанного требования.

Так, судом установлено, что ФИО1 был интегрирован в организационную структуру общества – подчинялся внутреннему трудовому распорядку (общему режиму работы), работу по должности разнорабочего он выполнял под контролем и управлением начальника участка с использованием инструментов, материалов и механизмов, предоставляемых ООО «СГК-Сервис» в соответствии с ежедневно устанавливаемыми заданиями, автономией в определении объема работы и порядка ее исполнения ФИО1 не обладал, регулярно получал вознаграждение за труд, которое именовалось в учетных данных ответчика как «заработная плата», сам ФИО1 как работник, был подконтролен и подотчетен работодателю, вводный и последующий инструктаж при работе на газопроводе с ним не проводился, травма им получена при исполнении трудовых обязанностей.

Совокупность перечисленных обстоятельств позволяет суду сделать вывод, что между ООО «СГК-Сервис» и ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ (поступление на работу) по ДД.ММ.ГГГГ (окончание периода нетрудоспособности) сложились трудовые отношения, в которых ФИО1 выполнял трудовую функцию разнорабочего как работник юридического лица с ведома и по поручению начальника участка, бригадира, регулярно получал денежное вознаграждение за труд, ему также регулярно оплачивались расходы на питание, ДД.ММ.ГГГГ приступил к исполнению трудовых обязанностей, ДД.ММ.ГГГГ находился на объекте газопровода не самовольно, а, исполняя свои должностные обязанности, в тот день к исполнению обязанностей, также, как и в предшествующие дни, был допущен вышестоящими по должности работниками общества, ему выдан материал и инвентарь, с ведома и по поручению начальника участка он проследовал к месту проведения работ, труба из земли им не извлекалась, в этой операции ФИО1 участия не принимал, он при выполнении порученной ему работы находился рядом с работающим экскаватором, с ковша которого соскользнула труба и упала на ногу ФИО1, что подтверждается показаниями свидетелей, письменными пояснениями совместно работавших с ФИО1 лиц, объяснениями самого ФИО1, собранными по делу письменными доказательствами.

Суд приходит к выводу об обоснованности требования прокурора об установлении факта трудовых отношений между ООО «СГК-Сервис» и ФИО1

Доводы ответчика и представленные им письменные доказательства установленных обстоятельств не опровергают, напротив, подтверждают существование трудовых отношений, которые ответчик пытался оформить в виде подряда, многочисленные противоречия и не соответствия в документах ответчика в совокупности с показаниями свидетеля по стороны ответчика ФИО7 подтверждают факт возникновения и существования между сторонами именно трудовых, а не гражданско-правовых отношений, доводы ответчика с учетом возбуждения уголовного дела в целом направлены на уклонение от возможных негативных последствий.

Суд также обращает внимание, что исходя из презумпции существования трудовых отношений именно ответчик обязан доказать отсутствие таких отношений, чего ответчиком сделано не было, собранный по делу объем достаточных доказательств совершенно очевидно свидетельствует о наличии трудовых отношений, само по себе наличие договоров подряда и актов выполненных работ не свидетельствует о реальном установлении между сторонами гражданско-правовых взаимоотношений.

Доводы иска в полной мере подтверждаются относимыми, допустимыми и достоверными письменными доказательствами, оснований для отклонения которых у суда не имеется.

Суд не находит оснований для критической оценки показаний свидетелей ФИО7, ФИО8, Свидетель №2, ФИО9, поскольку они были допрошены в соответствии с требованиями закона, предупреждены об уголовной ответственности по статьям 307, 308 УК РФ, а сообщенные ими факты подтверждают нарушение ответчиком требований трудового законодательства, существенных противоречий показания свидетелей не содержат, иным доказательства не противоречат. 

Суд считает, что, исходя из положений статьи 69 ГПК РФ, свидетель не относится к субъектам материально - правовых отношений и в отличие от сторон по делу не имеет юридической заинтересованности в его исходе.

Кроме того, суд принимает во внимание, что свидетели не высказывали суждений, не давали оценку оспариваемым фактам, их показания носили информационный характер о вышеуказанных обстоятельствах, непосредственными очевидцами которых они являлись.

Собранные по делу доказательства последовательны и не противоречивы, согласуются между собой.

Разрешая требование о компенсации морального вреда, причиненного ФИО1, суд приходит к выводу о его удовлетворению, поскольку суд пришел к выводу о нарушении трудовых прав ФИО1

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы. Каждый имеет право на отдых. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск (части 3 и 5 статьи 37 Конституции Российской Федерации).

Из положений Конституции Российской Федерации следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: права на отдых, на справедливую оплату труда, на безопасные условия труда и др.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзаца четырнадцатого части первой статьи 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

В соответствии со статьей 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как разъяснено в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Трудовой кодекс РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из изложенного следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя. Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения трудовых прав работника как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении («Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.04.2022»).

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

"Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах" (Принят ДД.ММ.ГГГГ Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН) к силу наиболее значимых человеческих ценностей относит жизнь и здоровье, предусматривает, что их защита должна быть приоритетной.

Статья 12 указанного Международного пакта признает право каждого человека на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья.

Здоровье человека – это состояние его полного физического и психического благополучия.

Судом установлено, что под предлогом псевдоподрядных обязательств ответчик уклонялся от надлежащего оформления правоотношений в соответствии с нормами трудового законодательства с ФИО1, не инструктировал работника о порядке и особенностях проведения работ на газопроводе, надлежащих мер по охране труда не предпринимал, что привело к возникновению несчастного случая на производстве и производственной травме, причинившей тяжкий вред и приведшей к утрате трудоспособности ФИО1

Степень тяжести вреда, причиненного здоровью истца, ответчиком не отрицалась и не оспаривалась.

Судом установлено, что реабилитация истца после полученной травмы (утрата левой конечности до уровня колена) проходила длительное время вплоть до ноября 2024 года, ФИО1 безвозвратно утратил способность свободно передвигаться без использования специальных средств и приспособлений, в настоящее время передвигается на костылях, испытывает существенные затруднения при преодолении ступеней, подъем на этаж выше первого без посторонней помощи весьма затруднителен, его здоровье до прежнего состояния не восстановлено и не может быть восстановлено, состоянию здоровья нанесен невосполнимый урон, возврат к прежнему уровню нормальной социальной, трудовой и бытовой жизни объективно невозможен, его способность к труду существенно ограничена, такое положение не может не причинять физические и нравственные страдания.

Суд, принимая во внимание тяжесть вреда, причиненного здоровью, длительность лечения и восстановления здоровья, возраст истца, состояние его здоровья, наступившие последствия после полученной травмы, существенные бытовые неудобства, факт невозможности возвращения к прежнему образу жизни, невозможности обходиться в быту без посторонней помощи, испытываемую истцом физическую боль и душевные переживания, а также допущение возникновение рассматриваемой ситуации по вине ответчика, пренебрегавшего нормами трудового права, не обеспечившего безопасные условия труда, учитывая требования разумности и справедливости, полагает обоснованной и адекватной компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Оказание материальной помощи ФИО1 в размере 30 000 руб. (ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ) суд расценивает, как материальную помощь оказанную лично ФИО7, а не ООО «СГК-Сервис».

Таким образом, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд –

РЕШИЛ:

Иск прокуратуры 

<

адрес> к ООО «СГК-Сервис» удовлетворить.

Установить факт трудовых отношений между ООО «СГК-Сервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, юридический адрес: 191123, 

<

адрес>, литера В, ч.пом/ком 1-Н/73) и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцем 

<

адрес> Республики Таджикистан (паспорт 

<

...>) по осуществлению трудовой деятельности в качестве разнорабочего в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Обязать ООО «СГК-Сервис» внести в трудовую книжку ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ запись о приеме на работу в ООО «СГК-Сервис» на должность разнорабочего и ДД.ММ.ГГГГ запись об увольнении с должности разнорабочего.

Взыскать с ООО «СГК-Сервис» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного травмой на производстве, в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Зерноградский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья О.В. Тулаева