Дело №1-60/2018 (11802640016000002)

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Углегорск 13 июля 2018 года 

Углегорский городской суд Сахалинской области в составе: председательствующего - судьи Серазетдинова Г.О., 

при секретаре судебного заседания Бугорской В.В., 

с участием государственных обвинителей – Углегорского городского прокурора Лычкина К.В., помощника Углегорского городского прокурора Баймурзина А.А., 

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Ким Сун Дя,

потерпевшей О Л.К., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении: 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, работающего в ООО «

<

данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, судимости не имеющего;

содержащегося под стражей по данному уголовному делу с 20 января 2018 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, что повлекло по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление ФИО1 совершил в г.Углегорске Сахалинской области, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 22 часов 00 минут 19 января 2018 года по 01 час 51 минуту 20 января 2018 года ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находился в квартире 

<

адрес>, где так же находился О Е.К. 

В ходе совместного распития спиртных напитков между ФИО1 и О Е.К. на почве возникших личных неприязненных отношений произошла бытовая ссора, в ходе которой ФИО1, действуя умышленно, с целью причинения потерпевшему О Е.К. тяжкого вреда здоровью, осознавая общественную опасность, противоправность и фактический характер своих действий, не предвидя возможности причинения потерпевшему смерти, хотя с учетом способа, орудия и локализации нанесения ему телесного повреждения при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть это последствие, взяв в руку кухонный нож, который использовал в качестве оружия, нанес О Е.К. один удар данным ножом в область шеи слева, причинив ему 

<

данные изъяты>, которое является опасным для жизни и соответствует тяжкому вреду здоровью.

В результате причиненного ФИО1 указанного 

<

данные изъяты> 20 января 2018 года в 2 часа 45 минут в ГБУЗ «Углегорская ЦРБ» наступила смерть О Е.К.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании виновным себя в совершении инкриминируемого органами предварительного следствия деяния, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, не признал. 

Показал, что 19 января 2018 года распивал спиртное вместе с П В. В вечернее время они пришли к их знакомому О Е., который проживает в 

<

адрес>, где продолжили распивать спиртное. В квартире также находился ранее им знакомый Я Н., которого спустя некоторое время О Е., выгнал. По этой причине между ФИО1 и О Е.К. возникла ссора, которая спустя непродолжительное время окончилась и они продолжили распитие спиртного.

В один из моментов, когда ФИО1 резал кухонным ножом закуску на журнальном столе, сидящий в кресле напротив О Е.К., начал ругаться на него, при этом привстал, а затем, так как находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, начал падать назад, при этом схватил ФИО1 рукой за шею, за ворот одежды, и начал увлекать за собой. ФИО1 в свою очередь, потеряв равновесие, так как был пьян, упал вслед за О Е.К., нанеся ему ножом, который оставался у него в руке ранение в области шеи. В каком именно положении находился нож в его руке в момент причинения ранения потерпевшему, и как именно оно было причинено он не помнит, так как находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Увидев, что порезал О Е.К., он стал зажимать рану пальцем, при этом сказал находящемуся поблизости П В. вызвать скорую медицинскую помощь.

Убивать О Е.К. он не хотел, удар нанес случайно при падении на него, так как находился в состоянии алкогольного опьянения.

С О Е.К. он находился в дружеских добрососедских отношениях, знал его с детства, неоднократно помогал ему в трудных жизненных ситуациях.

В процессе распития спиртного он с О Е.К. о чем-то словестно спорили, возможно, о политике, но впоследствии спор был исчерпан.

В связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными подсудимым в ходе предварительного расследования и в суде, в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя оглашены показания подсудимого ФИО1, данные им на стадии предварительного расследования. 

Из показаний подозреваемого ФИО1 от 20 января 2018 года, следует, что 19 января 2018 года ему на мобильный телефон позвонил его знакомый П В. и попросил его ему помочь в заливке пола в одной из квартир дома по 

<

адрес>, он согласился и приехал к 10 часам 00 минутам 19 января 2018 года в г.Углегорск из пгт.Шахтерск. Они с П В. заливали пол примерно до 16 часов 00 минут, после чего решили распить спиртное. Зайдя в магазин «Стимул» и он приобрел водку объемом 200 миллилитров, после чего они поехали на автомобиле П В. к нему в гараж, где распивали водку и занимались иными делами. Так же в гараже была еще одна бутылка 0,5 литра водки, которую они с П В. выпили. Далее около 21 часа 50 минут он со своего номера телефона позвонил О Е.К. и спросил у него разрешения зайти совместно с П В. к нему в гости и выпить спиртного, на что О Е.К. согласился. Далее он быстро пошел в магазин «Радуга», так как было уже около 22 часов 00 минут и магазин мог закрыться. Придя в магазин, он успел купить водку, объемом 0,5 литра. После покупки спиртного он и П В. пошли к О Е.К., который проживает по адресу: 

<

адрес>. О Е.К. открыл им дверь, они с П В. прошли в квартиру. В квартире у О Е. находился Я Н. по прозвищу «К». Он предположил, что О Е.К. и Я Н. распивали спиртное, поставил бутылку водки на журнальный столик, который находится около стены и между двумя креслами, при этом О Е.К. сидел на своем кресле, которое находилось ближе к окну. На кресло, которое находиться дальше от окна сел он, после чего они начали распивать спиртное и общаться на разные темы. На журнальном столике, помимо водки у них была закуска, а именно сосиски, а также был нож, которым они резали сосиски, описать нож он не может, так как не помнит. В какой-то момент О Е. начал выгонять из своей квартиры Я Н., по какой причине он выгонял Я Н., он не знает. Сколько было времени, он не помнит, так как был очень пьян. Он начал предъявлять претензии О Е. по той причине, что тот выгнал из квартиры Я Н., через некоторое время ссора между ними прекратилась. Через некоторое время снова между ним и О Е.К, началась ссора, причину которой он не помнит, что он говорил О Е.К. и что О Е.К. говорил ему, он не помнит. В ходе ссоры он схватил нож, лежащий на журнальном столике правой рукой, и ударил им в О Е.К. в область шеи слева, как и куда он выбросил нож, не помнит. В какую часть шеи он попал, не помнит. Причину, по которой он ударил ножом О Е.К., он не помнит. Потом он сразу начал правой рукой прижимать колото-резанную рану на левой части шеи О Е.К., из раны текла кровь. В это время П В. начал набирать на мобильном телефоне номер скорой медицинской помощи, но у него не получалось и тогда он побежал на станцию скорой помощи, через некоторое время пришли сотрудники скорой помощи и начали оказывать О Е.К. медицинскую помощь. После сотрудников скорой помощи приехали сотрудники полиции и доставили его в отдел полиции по г.Углегорска. 

Они с О Е. были в очень хороших отношениях, можно сказать друзья, он его знает с самого детства. О Е. не агрессивный и не вспыльчивый, злоупотреблял спиртным. Он часто с ним виделся, когда приезжал в г.Углегорск, приходил к нему в гости, часто с ним перезванивались (т.1, л.д.112-115).

При допросе в качестве обвиняемого 24 января 2018 года ФИО1 подтвердил свои показания, данные им в качестве подозреваемого 20 января 2018 года, о том, что в ночь с 19 на 20 января 2018 года он нанес удар ножом О Е.К. в область шеи слева. 

Вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, признал частично, пояснив, что умысла на убийство О Е.К. у него не было (т.1, л.д.120-123).

После совершения преступления ФИО1 явился с повинной, добровольно сообщив о том, что в ночное время 20 января 2018 года он, находясь в квартире О Е.К., расположенной по адресу: 

<

адрес>, нанес О Е.К. один удар ножом в область шеи (т.1, л.д.39).

После оглашения показаний в судебном заседании, подсудимый ФИО1 в части обстоятельств непосредственно касающихся причинения телесного повреждения потерпевшему О Е.К. их не подтвердил. В остальной части свои показания на предварительном следствии подтвердил. При этом пояснил, что давал показания в качестве подозреваемого будучи в состоянии алкогольного опьянения. Внесенные в протокол следователем Б Т.В. показания он не читал, лишь расписался в каких-то бумагах. Перед допросом в качестве подозреваемого не знал, что подозревается в убийстве О Е.К., так как следователь ему это не разъяснял, он не согласовывал позицию с защитником.

Не отрицает, что именно он нанес удар ножом О Е.К., однако, сделал это не умышленно, что и указал в протоколе явки с повинной, подтвердив изложенные в нем сведения.

Считает, что причинил смерть О Е.К. в силу стечения обстоятельств, по неосторожности, какого-либо умысла на это у него не имелось. 

Не смотря на непризнание своей вины подсудимым ФИО1, его вина в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, что повлекло по неосторожности смерть потерпевшего, полностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая О Л.К. показала, что умерший О Е.К. является ее родным братом. Он постоянно проживал в квартире 

<

адрес>. По характеру брат был спокойным, не конфликтным. В связи с болезнью ног он плохо передвигался.

Она также знакома с ФИО1, который ранее проживал по соседству. Он поддерживал дружеские отношения с братом. Были случаи, когда она за стенкой слышала как сосед ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, начинал «буянить», то есть громко кричать, проявлять агрессию к членам семьи.

Ночью 20 января 2018 года она находилась дома, когда около 3 часов, в квартиру пришел полицейский и сообщил, что ее брата «порезали». Она сразу же направилась в его квартиру, где обнаружила следственную группу. От сотрудников правоохранительных органов ей стало известно, что ФИО1 ударил брата в шею ножом. Через некоторое время следователь сообщил ей, что брат скончался в больнице, куда был госпитализирован. П В., который также находился в квартире брата ночью 20 января 2018 года, подтвердил то, что именно «

<

данные изъяты>», имея в виду ФИО1

При проведении осмотра места происшествия - квартиры 

<

адрес>, зафиксирована обстановка на месте совершения преступления, изъяты предметы, сохранившие следы преступления, изъято орудие преступления – нож (т.1, л.д.24-36).

Изъятые при проведении первоначальных следственных действий предметы, а именно, мужская кофта типа «пуловера» с имитацией рубашки из вязаного полотна основного черного цвета, мужские утепленные брюки спортивного стиля из полусинтетической ткани черного цвета, мужская кутка с капюшоном из плотной синтетической ткани черного цвета, марлевый тампон со смывом вещества бурого цвета, полукомбинезон из синтетической нейлоновой ткани синего цвета, нож бытового назначения, 3 отрезка липкой ленты со следами рук, кожный лоскут от трупа О Е.К. осмотрены и приобщены в качестве вещественных доказательств к материалам уголовного дела (т.1, л.д.182-186, 197-192, 193-195, 196).

Согласно заключению эксперта № от 08 февраля 2018 года при медицинской судебной экспертизе трупа О Е.К. обнаружено следующее телесное повреждение:

- 

<

данные изъяты>.

Это телесное повреждение прижизненное, причинено незадолго до поступления О Е.К. в ГБУЗ «Углегорская ЦРБ» (20 января 2018 года), о чем свидетельствует характер и морфологические особенности повреждения.

Телесное повреждение образовалось в результате однократного воздействия колюще-режущего предмета типа ножа, плоский клинок которого имеет одностороннюю заточку – лезвие и обух.

Телесное повреждение – 

<

данные изъяты> стоит в прямой причинной связи со смертью, согласно пункту 6.1.10 Приказа от 24 апреля 2008 года №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», является опасным для жизни и соответствует тяжкому вреду здоровью.

Смерть О Е.К. наступила в результате 

<

данные изъяты>, повлекшего 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>).

Смерть О Е.К. наступила 20 января 2018 года в 2 часа 45 минут, по данным медицинской карты № стационарного больного реанимационно-анестезиологического отделения ГБУЗ «Углегорская ЦРБ».

При судебно-химическом исследовании крови и желчи от трупа О Е.К. обнаружен этиловый спирт в концентрациях: в крови: 3,5‰, в желчи: 3,0‰. Такая концентрация этилового спирта в крови у живых лиц обычно соответствует тяжелой алкогольной интоксикации (т.1, л.д.218-221).

Согласно заключению эксперта № от 15 марта 2018 года, повреждение на представленном на экспертизе кожном препарате с передней левой поверхности шеи от трупа О Е.К. является 

<

данные изъяты>. Ранение причинено воздействием колюще-режущего орудия типа ножа, клинок которого имеет одностороннюю заточку – лезвие и обушок. Повреждение состоит из двух частей: обушкового и лезвийного разрезов. Обушковый разрез сформировался в результате режущего действия одного из ребер обушка при погружении клинка, лезвийный разрез сформировался от воздействия режущей кромки лезвия. Обушок травмирующего орудия имеет «П» - образный профиль сечения, толщиной около 1-1,5 мм. Острие травмирующего предмета было слегка затуплено, на что указывают наличие морфологических признаков микроразрыва в месте вкола клинка (в области схождения обушкового и лезвийного разрезов). Максимальная ширина погрузившейся части клинка составила 16-20 мм (с учетом выраженной растяжимости и сократимости кожи в поврежденной области тела). Отобразившиеся в повреждении групповые признаки травмирующего предмета пригодны для проведения идентификационного исследования.

По групповым признакам не исключается возможность причинения 

<

данные изъяты> в кожном препарате от трупа О Е.К. клинком представленного на экспертизу ножа (изъятого при осмотре места происшествия 20 января 2018 года) (т.1, л.д.244-250).

Из заключения эксперта № от 27 марта 2018 года следует, что кровь потерпевшего О Е.К. относится к группе О. На представленных для исследования предметах: смыве с места происшествия, полукомбинезоне, кофте, брюках и куртке ФИО1 обнаружена кровь человека группы О. Следовательно, эта кровь могла произойти от потерпевшего О Е.К. (т.2, л.д.5-8).

Согласно заключения эксперта № от 12 апреля 2018 года кровь обвиняемого ФИО1 относится к группе АВ. На представленных для исследования предметах: смыве с места происшествия, полукомбинезоне, кофте, брюках и куртке ФИО1 обнаружена кровь человека группы О. следовательно эта кровь не происходит от ФИО1 (т.2, л.д.15-16).

Согласно заключения эксперта № от 06 марта 2018 года при исследовании ножа на клинке обнаружена кровь человека, на рукоятке обнаружена кровь человека смешанная с потом. Кровь на клинке ножа и кровь смешанная с потом на рукоятке ножа могли образоваться от О Е.К. с вероятностью не менее 99,9(9)% и не принадлежат ФИО1, Я Н.Е. и П В.В. (т.2, л.д.23-32).

Свидетель П В.В. в судебном заседании показал, что 19 января 2018 года после совместной работы распивал спиртное с ФИО1, с которым поддерживает дружеские отношения.

В вечернее время около 22 часов, приобретя еще спиртных напитков, они пришли к О Е. (в 

<

адрес>), где находился сам О Е. и Я Н., и совместно продолжили распивать спиртное.

В процессе распития спиртного О Е. выгнал из квартиры Я Н., что не очень понравилось ФИО1

Затем они продолжили распивать спиртное, общались на различные темы, все находились в состоянии сильного алкогольного опьянения, при этом О Е. сидел в кресле, ближнем к окну, а ФИО1 – дальнем, а между ними располагался столик с закуской и выпивкой, а также нож, которым резали закуску. В какой-то момент застолья он вышел в туалет, а когда вернулся, увидел, что О Е. держится за свою шею и хрипит, а ФИО1 сидит рядом в своем кресле. При этом ФИО1 попросил его вызвать скорую помощь, сказав несколько раз: «Скорую!». Поняв, что ФИО1 ударил ножом О Е. он попытался со своего сотового телефона вызвать скорую помощь, а затем, когда это не получилось, направился на находящуюся поблизости станцию скорой помощи, где сообщил медицинским работникам о произошедшем.

Впоследствии у него с ФИО1 в подъезде произошла потасовка в связи с тем, что он «порезал» О Е. Пришедшей в квартиру сестре О Е. он рассказал обстоятельства произошедшего, но что именно говорил, достоверно не помнит, так как находился в состоянии алкогольного опьянения.

Свидетель Я Н.Е. в судебном заседании показал, что 19 января 2018 года распивал спиртное совместно с О Е.К. в его квартире. В вечернее время к нему пришли П В.В. и ФИО1, которые также принесли с собой спиртное, которое они все вместе начали распивать. В какой-то момент застолья О Е.К. сказал ему уйти из квартиры, что Я Н.Е. и сделал.

Впоследствии от П В.В. он узнал, что ФИО1 в процессе их дальнейшего распития спиртного «порезал» О Е.К., то есть нанес ему ранение ножом. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель Ю Н.С. показала, что в ночь с 19 на 20 января 2018 года находилась на дежурстве на станции скорой помощи в г.Углегорске. 

В ночное время на станцию обратился находящийся в алкогольном опьянении П В., который сообщил о том, что в 

<

адрес> кому-то причинено ножевое ранение. Прибыв в указанную квартиру совместно с 

<

данные изъяты> Т М.Н., в зале она обнаружила двух мужчин, сидящих в креслах, один из которых - О Е.К. находился в бессознательном состоянии, а второй ФИО1 был в состоянии алкогольного опьянения, возбужден и агрессивен. При осмотре О Е.К. обнаружено резаное ранение шеи и принято решение о его немедленной госпитализации. На вопрос ФИО1 о том, что произошло, он ответил, что они поругались с О Е.К., подрались, после чего он ударил его ножом. 

Пришедший в квартиру П В. начал ругаться с ФИО1 по поводу произошедшего, и у них произошла потасовка, в связи с чем, Ю Н.С. позвонив на станцию скорой помощи, попросила вызвать полицию, а также направить «на подмогу» еще одного 

<

данные изъяты> З С.И., который прибыл в квартиру совместно с 

<

данные изъяты> П Д.В.

Обстоятельства оказания первоначальной медицинской помощи потерпевшему О Е.К., в том числе связанные с обстановкой на месте происшествия и поведением присутствующих в квартире лиц, изложенные свидетелем Ю Н.С. подтверждены показаниями сотрудников станции скорой помощи Т М.Н., З С.И. и П Д.В., допрошенных в качестве свидетелей в судебном заседании.

Из показаний свидетеля Г А.В., допрошенного в судебном заседании следует, что 19 января 2018 года он заступил на суточное дежурство по охране объектов. В ночное время ему от дежурного ОМВД поступило сообщение о том, что в подъезде 

<

адрес> двое мужчин «дерутся на ножах». Подъехав к третьему подъезду указанного дома, они увидели, что в автомобиль скорой помощи грузят мужчину, как пояснили медицинские работники с ножевым ранением в область шеи. В подъезде они встретили П В.В., который находился в состоянии алкогольного опьянения, пояснил, что ФИО1 и О Е.К., с которыми он распивал спиртные напитки, поругались и ФИО1 ударил О Е.К. ножом. То же самое пояснил и находящийся в квартире № ФИО1, который также был в состоянии алкогольного, опьянения. Он пояснил, что «пырнул» О Е.К., так как тот «обозвал» ФИО1, унизив его достоинство.

Аналогичные сведения об обстоятельствах происшествия, связанного с рассматриваемым делом, следуют из показаний допрошенных в суде свидетелей К А.Г. и К А.В., осуществлявших выезд на место происшествия.

Согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения №, произведенного 20 января 2018 года в период времени с 2 часов 45 минут до 3 часов 15 минут у ФИО1 установлено состояние опьянения (т.2, л.д.45-47).

При проведении судебно-медицинской экспертизы подозреваемому ФИО1 (заключение от 22 января 2018 года №) у него обнаружены телесные повреждения: 

<

данные изъяты>

Эти телесные повреждения образовались в результате воздействия твердых тупых предметов (предмета), механизм – удар, сдавление, трение, давностью в пределах 12-24 часов ко времени осмотра экспертом 20 января 2018 года в 14 часов 00 минут, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расцениваются как не причинившие вреда здоровью.

Допрошенный по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании в качестве свидетеля Б Т.В. показал, что им осуществлялось предварительное следствие по уголовному делу в отношении ФИО1, в том числе, указанное лицо допрашивалась в качестве подозреваемого и обвиняемого. Все допросы производились в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, перед началом допросов ФИО1 разъяснялись его процессуальные права, предусмотренные ст.ст.46 и 47 УПК РФ, в том числе право не свидетельствовать против себя. Допросы производились в присутствии защитника, с которыми ФИО1 согласовывал свою позицию. Показания записывались в точности с его слов, после составлении протоколов ФИО1, а также его защитник знакомились с данными протоколами путем личного прочтения, собственноручно удостоверяя правильность изложенного. Каких-либо заявлений, замечаний на протоколы, от ФИО1 и его защитника не поступало.

При допросе в качестве подозреваемого 20 января 2018 года ФИО1 четко, назвал свои личные данные, последовательно давал показания, относительно обстоятельств совершения им преступления, при этом сообщал сведения, которые могли быть известны только ему самому. Несмотря на то, что ранее при проведении его освидетельствования, проведенного в ночное время непосредственно после происшествия, у ФИО1 установлено состояние алкогольного опьянения, к моменту начала указанного допроса (спустя более 10 часов после освидетельствования) каких-либо признаков того, что он не может давать объективные показания по существу дела, ориентироваться в следственной ситуации, осуществлять свои процессуальные права, перед допросом не имелось. Непосредственно после данного допроса приглашенным судебно-медицинским экспертом проведен осмотр подозреваемого ФИО1 и в дальнейшем произведена его судебно-медицинская экспертиза.

24 января 2018 года ФИО1 предъявлено обвинение, при допросе он поддержал ранее данные показания в качестве подозреваемого, дополнив их.

Допрошенный по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании эксперт И Р.Х. показал, что на основании постановления следственных органов им производилась судебно-медицинская экспертиза ФИО1 С этой целью он был приглашен в помещение следственного отдела по г.Углегорск СУ СК России по Сахалинской области, где производил осмотр ФИО1, который перед его началом полно сообщил свои личные данные, подробные обстоятельства травмирования, был ориентирован во времени и пространстве, адекватно воспринимал производимые с ним действия, понимал причину его освидетельствования.

Оценить находился ли ФИО1 в момент его освидетельствования в состоянии опьянения, эксперт не может, так как такая оценка не входит в его компетенцию.

Совпадение времени осмотра ФИО1, указанного в заключении эксперта, и времени проведения его допроса объясняется тем, что при проведении освидетельствования он пользовался личным сотовым телефоном, при указании времени в заключении эксперта мог пренебречь минутами или даже десятками минут, поставив приблизительное время осмотра подозреваемого, так как точное время не имеет какого-либо практического значения для целей экспертизы. 

Допрошенные по ходатайству защитника свидетели Р Е.Н., З О.В. и З Т.М. с положительной стороны охарактеризовали подсудимого ФИО1, как заботливого, доброго и трудолюбивого человека, который находился в дружеских отношениях с потерпевшим О Е.К., заботился о нем, помогая в трудных жизненных ситуациях.

Оценивая показания потерпевшей О Л.К., свидетелей П В.В., Я Н.Е., Ю Н.С., Т М.Н, З С.И., П Д.В., Г А.В., К А.Г., К А.В., суд находит их объективными и достоверными, поскольку они полны, последовательны, не противоречивы, объективно подтверждаются материалами дела, согласуются как между собой так и с иными доказательствами в части времени, места способа совершенного ФИО1 преступления. Поэтому суд признает их обоснованными, допустимыми и достоверными и закладывает в основу приговора. 

Поскольку показания свидетеля Б Т.В. относительно порядка проведения допросов ФИО1 на предварительном следствии подтверждаются данными, имеющимися в протоколах следственных действий, исследованных в судебном заседании, а также иными материалами дела, суд находит их объективными и достоверными. Сведений о наличии оснований для оговора подсудимого, наличии личной либо иной заинтересованности у указанного лица в исходе дела судом не установлено. В силу данных обстоятельств, суд также признает показания свидетеля Б Т.В. обоснованными, допустимыми и достоверными.

Показания свидетелей защиты Р Е.Н., З О.В. и З Т.М., относительно характеризующих данных ФИО1, хотя и не содержат сведений, непосредственно связанных с событием преступления, не противоречат иным доказательствам по делу. Так как у суда не имеется оснований сомневаться в их достоверности, показания данных свидетелей принимаются в качестве доказательств по делу. 

Проведенные по делу экспертные исследования по мнению суда полностью соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку выполнены специалистами, квалификация которых сомнения не вызывает. Заключения экспертов оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, их выводы представляются суду ясными и понятными, поэтому суд принимает их как допустимые доказательства, в связи с чем, закладывает в основу приговора.

У суда не имеется оснований сомневаться в достоверности показаний эксперта И Р.Х., так как они не противоречат, объективно дополняют и разъясняют данное им заключение, устраняя возникающие неясности. Показания эксперта представляются суду понятными, данными в пределах его компетенции, поэтому суд принимает данные показания как допустимое доказательство. 

Разрешая вопрос о достоверности и обоснованности, исследованных в судебном заседании письменных доказательств, суд находит их допустимыми, поскольку документы и протоколы составлены в соответствии с требованиями закона и объективно фиксируют фактические данные.

Согласно заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов от 19 апреля 2018 года №, ФИО1 хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдал и не страдает. В период совершения преступления ФИО1 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период совершения инкриминируемого ему деяния ФИО1 признаков, какого либо временно болезненного расстройства психической деятельности также не обнаруживал. В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО1 может предстать перед следствием и судом и нести ответственность за содеянное. В применении к нему каких-либо принудительных мер медицинского характера ФИО1 не нуждается (т.1, л.д.236-237).

Проведенное в отношении подсудимого экспертное исследование по мнению суда полностью соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку выполнено специалистами, квалификация которых сомнения не вызывает. Заключение экспертов оформлено надлежащим образом, научно обоснованно, его выводы представляются суду ясными и понятными, поэтому суд принимает его как допустимое доказательство, в связи с чем, закладывает в основу приговора.

С учетом изложенного оснований сомневаться в психическом здоровье подсудимого ФИО1 у суда не имеется. В судебном заседании он конкретно отвечал на поставленные вопросы, активно выстраивал позицию защиты, отстаивал ее, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, поэтому суд признает подсудимого ФИО1 в отношении инкриминируемого ему деяния вменяемым.

Все приведенные выше доказательства, признанные судом достоверными, относимыми и допустимыми, суд признает достаточными для разрешения уголовного дела.

Оценивая показания подсудимого ФИО1, суд исходит из следующего.

По причине их подтверждения совокупностью других признаваемых судом доказательств, суд признает достоверными показания подсудимого ФИО1, данные им в стадии предварительного расследования в качестве подозреваемого 20 января 2018 года и обвиняемого 24 января 2018 года, а также изложенные в его явке с повинной, оглашенные в судебном заседании. Как следует из протоколов указанных следственных действий и подтверждено допрошенным в судебном заседании представителем следственных органов Б Т.В. ФИО1 допрашивался в строгом соответствии с уголовно-процессуальным законом, в присутствии профессионального защитника, перед началом допроса ему разъяснялись процессуальные права. По окончании допросов ФИО1 сделаны записи о правильной фиксации данных показаний с его слов, каких-либо замечаний к протоколам не поступало. 

В этой связи суд признает надуманными доводы подсудимого о недостоверности его показаний при допросе в качестве подозреваемого, так как он был пьян, поэтому не мог давать объективные показания по существу дела, а также о том, что не читал протокол допроса после его составления и не согласовывал позицию с защитником.

Несмотря на то, что при его медицинском освидетельствовании на состояние опьянения, проведенном 20 января 2018 года в период с 2 часов 45 минут до 3 часов 15 минут у ФИО1 установлено состояние опьянения, утверждать о том, что данное состояние опьянения повлияло на его возможность давать последовательные показания при допросе произведенном спустя значительный промежуток времени (более 10 часов) по мнению суда оснований не имеется. Согласно показаний представителя следственных органов Б Т.В. перед допросом у него не возникало сомнений в том, что ФИО1 адекватно воспринимает обстоятельства, в связи с которыми привлекается к уголовной ответственности, ориентируется во времени и пространстве, осознает сложившуюся следственную ситуацию. Указанные обстоятельства также подтверждены экспертом И Р.Х., производившем осмотр подозреваемого ФИО1 непосредственно после проведения допроса. В последующем при допросе в качестве обвиняемого 24 января 2018 года самим ФИО1 подтверждена правильность обстоятельств изложенных в протоколе допроса в качестве подозреваемого. О достоверности указанных показаний, которые даны непосредственно после совершения преступления, кроме того, свидетельствует содержащиеся в них подробности, осведомленностью о которых, может располагать лишь лицо, его совершившее. 

Анализируемые показания ФИО1 на предварительном следствии, свидетельствующие об умышленном характере причиненного им ножевого ранения О Е.К. в процессе ссоры, полностью согласуются с показаниями свидетелей П В.В., Ю Н.С., Т М.Н, З С.И., П Д.В., Г А.В., К А.Г., К А.В., находившихся и прибывших на место преступления непосредственно после его совершения. 

Поскольку показания подсудимого ФИО1 в судебном заседании относительно основных обстоятельств инкриминируемого ему деяния, в том числе, места, времени, орудия совершения преступления в отношении О Е.К., подтверждены совокупностью других признаваемых судом доказательств, в том числе, его же показаниями на предварительном следствии при допросах в качестве подозреваемого 20 января 2018 года и обвиняемого 24 января 2018 года, признанными допустимыми доказательствами, суд признает их достоверными в этой части и закладывает в основу приговора. 

К его же утверждениям о том, что ножевое ранение потерпевшему причинено неумышленно, а при случайном падении на О Е.К., суд относится критически, так как они опровергаются вышеприведенными доказательствами. Поэтому суд расценивает их в качестве способа уменьшить степень общественной опасности преступления во избежание ответственности за содеянное.

Допрошенный по ходатайству защитника свидетель З Р.М. показал, что ФИО1 является его отцом.

20 января 2018 года в обеденное время он по просьбе следственных органов приносил отцу сменную одежду, когда тот находился в следственном отделе по г.Углегорску Следственного комитета РФ. Отец находился в одном из кабинетов и по внешним признакам З Р.М. понял, что он пьян.

Отца он может охарактеризовать как трудолюбивого и доброго человека. Благодаря его заботе он ни в чем не нуждался, получил образование. Отец часто употреблял спиртные напитки. 

Оценивая данные показания, суд учитывает родственные связи свидетеля и подсудимого, свидетельствующие о его заинтересованности в избежании ФИО1 уголовной ответственности. Показания свидетеля З Р.М. подтверждающие избранную его отцом линию защиты и доводы о том, что 20 января 2018 года он допрашивался в состоянии алкогольного опьянения, поэтому не мог давать достоверные показания, опровергнута в судебном заседании. К тому же субъективное восприятие допрошенным свидетелем состояния ФИО1 в день проведения следственных действий не может являться достаточным основанием для вывода о том, что при проведении данных следственных действий ФИО1 не мог давать объективные показания по делу. Поэтому суд отвергает показания свидетеля З Р.М. в этой части как недостоверные.

Поскольку его показания относительно характеризующих отца сведений не противоречат доказательствам по делу, суд принимает их в этой части.

Органами предварительного следствия действия ФИО1 квалифицированы по ч.1 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

В соответствии с п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 года №1 «О судебной практике по делам об убийстве» при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности.

При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Однако, по настоящему делу стороной обвинения не представлено суду достаточных доказательств того, что, нанося О Е.К. удар ножом, ФИО1 действовал с умыслом на лишение его жизни, а исследованные в судебном заседании доказательства, не свидетельствуют об этом.

Из установленных судом фактических обстоятельств дела следует, что сразу после нанесения потерпевшему О Е.К. лишь одного удара ножом ФИО1, при наличии реальной возможности с помощью того же орудия лишить жизни потерпевшего, прекратил свои неправомерные действия по своей инициативе. Более того, видя у О Е.К. телесное повреждение, он попросил П В.В., находящегося с ним в одном помещении, вызвать скорую помощь. Смерть О Е.К. наступила не сразу же после причинения ранения, а спустя некоторое время после его госпитализации в медицинское учреждение. 

Исходя из данных обстоятельств, суд приходит к выводу о направленности умысла ФИО1 только на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни О Е.К. (поскольку он ножом нанес удар в жизненно важные органы), но не на лишение потерпевшего жизни. 

Согласно исследованным судом доказательствам по делу ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, действуя на почве личных неприязненных отношений, возникших в процессе бытовой ссоры, осознавая незаконный характер своих противоправных действий, опасных для здоровья и жизни потерпевшего, вооружившись в целях усиления травматического поражения кухонным ножом, который использовал в качестве оружия, достоверно зная о том, что, нанося удар ножом в область расположения жизненно важных органов потерпевшего О Е.К. – шею, может причинить тяжкий вред его здоровью, предвидя неизбежность причинения в результате этого телесных повреждений, расценивающихся как тяжкий вред здоровью, и желая наступления этих последствий, с силой нанес удар вышеуказанным ножом в область шеи О Е.К., причинив ему 

<

данные изъяты>, что привело к смерти потерпевшего.

О наличии у ФИО1 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью О Е.К., свидетельствует, в том числе, способ причинения телесного повреждения потерпевшему, характеризующегося использованием ножа, многократно усиливающем травматическое воздействие на жизненно важные органы человека, достаточная сила данного травматического воздействия при нанесении им данного удара ножом (длина раневого канала 12-15 см, при длине клинка ножа, являющегося орудием преступления, 14,8 см).

Как достоверно установлено в судебном заседании мотивом совершения ФИО1 преступного деяния являются внезапно возникшие к О Е.К. в результате бытовой ссоры личные неприязненные отношения. При этом основным стимулирующим фактором к возникновению конфликтной ситуации, по мнению суда, явилось злоупотребление подсудимым спиртными напитками, повлекшее его алкогольное опьянение. 

ФИО1 не желал наступления смерти О Е.К. и не предвидел наступления такого последствия своих действий, хотя при необходимой внимательности и осмотрительности с учетом способа причинения телесных повреждений потерпевшему, локализации нанесения удара ножом, мог и должен был предвидеть возможность причинения смерти потерпевшему.

Учитывая данные обстоятельства, установленные в процессе судебного разбирательства, суд квалифицирует действия ФИО1 как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, то есть преступление, предусмотренное ч.4 ст.111 УК РФ.

Указанная переквалификация не влечет изменения фактических обстоятельств дела, а также пределов обвинения в сторону ухудшения положения подсудимого, не нарушает его право на защиту.

При обсуждении вида и размера наказания суд учитывает обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, позицию государственного обвинителя, потерпевшей, защиты, а также принцип справедливости и неотвратимости наказания за содеянное, влияние назначенного наказания на исправление осужденного. 

ФИО1 совершил преступление, отнесенное законом к категории особо тяжких.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, степени его общественной опасности, данных о личности подсудимого, суд не находит оснований для изменения категории совершенного им преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

При изучении личности подсудимого ФИО1 установлено, что он: 

- 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

- в период с 03 апреля 2017 года по 01 февраля 2018 года работал в ООО «Ремонтные 

<

данные изъяты>, по месту работы характеризуется положительно;

- по месту жительства характеризуется посредственно, так как поддерживает дружеские отношения с лицами, злоупотребляющими спиртными напитками, неоднократно замечен в злоупотреблении спиртными напитками, вместе с тем жалоб и заявлений от соседей на него не поступало, к административной ответственности в 2017-2018 годах не привлекался;

- 

<

данные изъяты>;

- согласно заключению КЭК от 12 июля 2001 года ФИО1 поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. 

При проведении предварительного следствия ФИО1 явился с повинной, в ходе допроса в качестве обвиняемого 24 января 2018 года частично признал себя виновным в совершении инкриминируемого органами предварительного следствия деяния, при допросах в качестве подозреваемого 20 января 2018 года и обвиняемого 24 января 2018 года давал последовательные показания об обстоятельствах совершения преступления, предоставляя органам предварительного следствия ранее неизвестные им данные, чем активно способствовал раскрытию и расследованию преступления. Непосредственно после причинения ножевого ранения О Е.К. в целях оказания ему медицинской помощи попросил находящегося в квартире П В.В. вызвать скорую помощь, что суд расценивает как оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления. В судебном заседании ФИО1 принес извинения потерпевшей О О.К., что суд расценивает как иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО1, в соответствии со ст.61 УК РФ, суд признает явку с повинной, частичное признание вины на предварительном следствии, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, наличие хронических заболеваний.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО1, в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ, суд с учетом обстоятельств совершения преступления и личности подсудимого признает совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Указанный вывод суд основывает на том, что из обстоятельств совершения данного преступления, признанных судом доказанными, следует, что преступление совершено им в состоянии алкогольного опьянения, характер преступных действий ФИО1 и последствия этих действий существенно обусловлены употреблением алкоголя и нахождением в состоянии опьянения, что дополнительно мотивировало его на совершение преступления. По месту жительства он характеризуется посредственно, поддерживает дружеские отношения с лицами, злоупотребляющими спиртными напитками, неоднократно замечен в злоупотреблении спиртными напитками. 

Исходя из характера и степени общественной опасности, совершенного подсудимым ФИО1 преступления, принимая во внимание личность подсудимого, наличие отягчающего наказание обстоятельства, суд полагает необходимым назначить подсудимому ФИО1 наказание в виде лишения свободы. По мнению суда, именно такое наказание позволит достичь целей, установленных уголовным законодательством - исправление осужденного, предупреждение совершения им новых преступлений.

При назначении данного наказания суд не применяет правила, предусмотренные ч.1 ст.62 УК РФ, так как имеется отягчающее наказание ФИО1 обстоятельство.

Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих суду применить к подсудимому ФИО1 более мягкое наказание, чем предусмотрено санкцией статьи, по которой квалифицированы его действия, в материалах уголовного дела не усматривается, не установлено таковых обстоятельств и в судебном заседании, поэтому оснований для применения к нему положений ст.64 УК РФ не имеется.

Суд считает возможным не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч.4 ст.111 УК РФ, которая в этой части является альтернативной.

При назначении наказания суд, с учетом обстоятельств дела, степени общественной опасности совершенного подсудимым преступления, данных о его личностях, не усматривает оснований для применения положений ст.73 УК РФ, предусматривающей условное осуждение, так как считает невозможным исправление ФИО1 без изоляции от общества.

В соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ отбывать наказание ФИО1 надлежит в исправительной колонии строгого режима.

Принимая во внимание назначение ФИО1 наказания в виде лишения свободы, учитывая фактические обстоятельства, характер и высокую степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности подсудимого и другие обстоятельства дела, мера пресечения виде заключения под стражу, избранная в отношении ФИО1, до вступления приговора в законную силу подлежит оставлению без изменения.

В соответствии с ч.3 ст.72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей до постановления приговора суд засчитывает в срок лишения свободы из расчета один день за один день. 

Гражданский иск по делу не заявлен.

Процессуальные издержки по делу отсутствуют.

Вещественные доказательства по вступлении приговора суда в законную силу:

- марлевый тампон со смывом вещества бурого цвета, нож бытового назначения, кожный лоскут от трупа О Е.К., хранящиеся при материалах уголовного дела, надлежит уничтожить; 

- мужскую кофту типа «пуловера» с имитацией рубашки из вязаного полотна основного черного цвета, мужские утепленные брюки спортивного стиля из полусинтетической ткани черного цвета, мужскую кутку с капюшоном, из плотной синтетической ткани черного цвета, полукомбинезон из синтетической нейлоновой ткани синего цвета, хранящиеся при материалах уголовного дела, следует вернуть законному владельцу ФИО1; 

- 3 отрезка липкой ленты со следами рук, надлежит хранить при материалах уголовного дела.

Руководствуясь ст.ст.307, 308 и 309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбытия наказания ФИО1 исчислять с 13 июля 2018 года. 

Зачесть в срок отбытия наказания ФИО1 время содержания его под стражей с 20 января 2018 года по 12 июля 2018 года включительно.

Меру пресечения осужденному ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменить. 

Вещественные доказательства по вступлении приговора суда в законную силу:

- марлевый тампон со смывом вещества бурого цвета, нож бытового назначения, кожный лоскут от трупа О Е.К. уничтожить; 

- мужскую кофту типа «пуловера» с имитацией рубашки из вязаного полотна основного черного цвета, мужские утепленные брюки спортивного стиля из полусинтетической ткани черного цвета, мужскую кутку с капюшоном, из плотной синтетической ткани черного цвета, полукомбинезон из синтетической нейлоновой ткани синего цвета вернуть законному владельцу ФИО1; 

- 3 отрезка липкой ленты со следами рук хранить при материалах уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Сахалинского областного суда через Углегорский городской суд в течение 10 суток со дня постановления приговора, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Г.О. Серазетдинов