Дело № 1-32/18

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 июня 2018 года село Варна

Варненский районный суд Челябинской области, в составе председательствующего по делу судьи Зотовой А.С., при секретаре судебного заседания – Пфейфер М.А., с участием государственного обвинителя – заместителя прокурора Варненского района Свиридова Е.А., потерпевшей Потерпевший №1, подсудимого ФИО1, его защитника - адвоката Суркина А.Н., в зале судебного заседания Варненского районного суда, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина 

<

данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего: 

<

адрес>, ранее не судимого,

содержавшегося по настоящему делу под стражей с 17 января 2018 года по 27 марта 2018 года, 

содержащегося под домашним арестом с 27 марта 2018 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

16 января 2018 года в период времени с 15:00 часов до 16:00 часов ФИО1 и ФИО2, находились в 

<

адрес> в 

<

адрес>, где совместно распивали спиртное. Во время распития спиртного у ФИО1, в ходе ссоры с ФИО9, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, возник преступный умысел на причинение ФИО2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, реализуя который, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в указанный период времени в указанном месте, удерживая в руке кухонный нож и применяя его, как предмет, используемый в качестве оружия, действуя умышленно, по мотиву личной неприязни, применяя насилие опасное для жизни и здоровья, нанес клинком указанного ножа один удар в правое бедро ФИО2 

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил потерпевшему ФИО2 колото-резаную рану 

<

данные изъяты>, что создало непосредственную угрозу для жизни, и по признаку опасности для жизни данное повреждение квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью. 

Смерть ФИО2 наступила на месте происшествия в короткий промежуток времени в результате массивной кровопотери, развившейся в результате массивного кровотечения 

<

данные изъяты> 

При этом ФИО1 не предвидел возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде смерти ФИО2, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, признал частично, пояснив, что у него не было умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, телесное повреждение потерпевшему ФИО2 он причинил по неосторожности. Также, пояснил, что, 16 января 2018 года в его доме распивали спиртные напитки ФИО2, ФИО3 №2 и ФИО3 №3 Он с ними не пил, был абсолютно трезв, стоял перед столом и резал колбасу. ФИО2 сидел на низком стульчике возле печки позади него (чуть правее) и оскорблял его, а также несколько раз не сильно пнул его под колено. В связи с чем, он развернулся с ножом в руке, слегка наклонился назад и выгнул кисть. В этот момент ФИО2 поднял ногу, и он ножом задел ФИО2 Нож был с рукояткой цвета триколор. Через некоторое время ФИО2 встал и ушел в другую комнату, где лег на диван. Затем он помогал ФИО3 №1 перевязывать ногу ФИО2 

По ходатайству государственного обвинителя, с согласия участников процесса в соответствии со ст. 276 УПК РФ были оглашены показания подсудимого ФИО1 (т. 2 л.д. 46 - 50, т. 2 л.д. 69 – 73, т. 2 л.д. 80 – 83, т. 2 л.д. 92 - 97), данные им в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого, согласно которых, 16 января 2018 года в дневное время он, выпив у соседа стакан портвейна, пошел к себе домой, где допил бутылку портвейна. Затем к нему пришли ФИО2, ФИО3 №2 и ФИО3 №3, и они стали распивать спиртное. Телесных повреждений у ФИО2 не было, на здоровье он также не жаловался. Во время распития спиртного ФИО2 начал его оскорблять, говорить о том, что он «дубак», «мент поганый», «вертухай», «старый пень». Так как он ранее работал в исправительном учреждении, то его эти слова оскорбляли. Он делал ФИО2 замечания, но тот продолжал его оскорблять. Кроме того ФИО2 не сильно ударил его ногой по ноге, боли физической он не испытал, однако этот удар повлиял на него психологически. Когда ФИО2 в очередной раз оскорбил его «дубаком», он психанул, и ударил ФИО2 один раз ножом в правое бедро. В этот момент они сидели за столом, он и ФИО2 сидели на стульях, друг от друга на расстоянии вытянутой руки. Он сидел за столом, ФИО2 сидел возле печи, несколько левее от него. Он взял нож в правую руку, лезвием вниз, ручку ножа зажал в кулак, и нанес ФИО2 удар в правое бедро, сверху вниз. Нож после нанесенного удара он бросил в пространство между столом и стеной, возле того места, где сидел. Нанося удар ножом, он смерти ФИО2 не желал, вообще об этом не думал, не хотел, чтобы тот умирал. Если бы понимал, что ФИО2 умрет, не наносил бы удар ножом вообще. После того, как он нанес удар ножом, у ФИО2 пошла кровь. Что происходило дальше он помнит не очень хорошо, так как он был пьян, до этого не пил год, а также начал переживать. ФИО2 минут 10 посидел у печи, а потом пополз к дивану, и лег на пол перед диваном. В связи с состоянием алкогольного опьянения он обстановку адекватно не оценивал, помощь ФИО2 сначала не оказывал, не считал это необходимым. Но после, когда ФИО2 стало заметно плохо, он вместе с ФИО3 №1 стал оказывать ФИО22 помощь, в частности наложили повязку на ногу. Смерть ФИО2 наступила на полу возле дивана почти сразу после прихода ФИО3 №1 Затем они с ФИО3 №1 вымыли дом от кала и крови, а также они помыли и переодели ФИО2 и положили его на диван. Сделали они это из гигиенических побуждений, скрывать следы преступления не собирались.

Данные показания подсудимый подтвердил при проведении проверки показаний на месте (т. 2 л.д. 54 - 64), которая проводилась по его ходатайству. 

Комментируя оглашенные показания, подсудимый показал, что согласен с оглашенными показаниями, все происходило именно так, как указанно в протоколах его допросов. В ходе предварительного следствия он рассказывал так, как было на самом деле. В судебном заседании он тоже говорит правду, так как все обдумал.

Защитник подсудимого - адвокат Суркин А.Н., просил переквалифицировать действия ФИО1 на ч. 1 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку у подсудимого не было умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2

Помимо показаний подсудимого, его виновность в совершении инкриминируемого деяния, полностью подтверждается показаниями потерпевшей, показаниями свидетелей и эксперта, а также письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании. 

Потерпевшая Потерпевший №1, допрошенная в судебном заседании показала, что ФИО2 является ее братом. 16 января 2018 года в вечернее время ей позвонили и сообщили, что ФИО1 ткнул ножом в ногу ее брату ФИО2, от чего последний скончался в доме ФИО1 Когда она пришла в дом ФИО1, то увидела, что там находились ФИО1 и ФИО3 №1, которые сидели на кухне и были в состоянии алкогольного опьянения. Затем она прошла в комнату и увидела, что ее брат – ФИО2 лежал на диване на спине, без признаков жизни. Также на нем было трико, хотя утром, когда она его видела, он был в других штанах. Каких-либо телесных повреждений у брата она не видела. Затем она ушла. Брата она характеризует удовлетворительно. 

ФИО3 ФИО3 №1, допрошенный в судебном заседании показал, что примерно 14-15 января 2018 года в послеобеденное время к нему пришел ФИО3 №2 и сказал, что ФИО1 порезал ФИО2 в доме ФИО1 Когда он вместе с ФИО3 №2 пришли в дом ФИО1, то он увидел, что ФИО9 и ФИО1 сидели на кухне и были в состоянии алкогольного опьянения, а ФИО2 лежал в другой комнате на полу возле кровати на паласе. При этом весь палас был в крови, а у ФИО2 кровь была возле паха на трико. Также кровь была в кухни возле печи. Сам ФИО2 был еще жив, ничего не говорил, тяжело дышал и через некоторое время умер. Так как ФИО2 перед смертью испражнился, то он стал его мыть и переодевать в одежду ФИО1 На ноге, выше колена, у ФИО2 была рана, при этом кровь уже не шла. Чуть выше раны была повязка, со слов ФИО3 №2 ему известно, что они, таким образом, пытались оказать ФИО2 помощь. Затем они положили труп ФИО2 на диван, а палас, на котором он лежал, скрутили и закатили под диван. После чего они вдвоем с ФИО1 стали распивать спиртные напитки. Также приходила сестра ФИО2 – Потерпевший №1, и, убедившись, что ФИО2 мертв, ушла. О том, что произошло ФИО1 ничего не говорил. Со слов ФИО3 №2 ему известно, что между ФИО2 и ФИО1 произошел конфликт из-за того, что ФИО2 назвал ФИО1 «вертухаем». Затем приехали сотрудники полиции и увезли его и ФИО1 в с. Варна.

ФИО3 ФИО3 №2, допрошенный в судебном заседании показал, что возможно 16 января 2018 года он совместно с ФИО2, ФИО3 №3 и ФИО1 распивали спиртные напитки в доме последнего. ФИО1 сидел в углу около окна, а ФИО2 сидел напротив ФИО1, их колени практически соприкасались. В ходе распития спиртного между ФИО1 и ФИО2 начался словесный конфликт, в ходе которого ФИО2 назвал ФИО1 «вертухай». После чего ФИО1 взял со стола нож, с рукояткой сине-бело-красного цветов, и держа его в правой руке нижним хватом лезвием вниз нанес удар с размаха в верхнюю переднюю часть бедра ФИО2 Затем бросил нож на стол. ФИО2 еще выпил и пошел в другую комнату. Через некоторое время он зашел в комнату к ФИО2, и, увидев, что у него вся штанина в крови, перетянул ему ногу полотенцем. Затем он пошел к ФИО3 №1 и позвал его к ФИО1 Когда они вернулись в дом ФИО1, то увидели, что ФИО2 лежал на полу в крови, дышал, испражнился под себя. ФИО3 №1 начал его мыть, он сделал пару глотков воздуха и умер.

ФИО3 ФИО3 №3, (т. 2 л.д. 10 – 13, 14 - 17), показания которого были оглашены в судебном заседании в связи с противоречиями, согласно которых 16 января 2018 года в дневное время он совместно с ФИО1, ФИО2 и ФИО3 №2 распивали спиртные напитки в доме ФИО1 Они сидели за столом, при этом ФИО2 и ФИО1 сидели рядом друг с другом, на расстоянии вытянутой руки, практически друг напротив друга. ФИО1 сидел за столом, а ФИО2 возле печи, спиной к печи. В ходе распития спиртного между ФИО2 стал оскорблять ФИО1, называя его «дубак», «вертухай». ФИО1 сделал ФИО2 замечание, тот не отреагировал и продолжил свои оскорбления. В итоге ФИО1, держа в правой руке нож лезвием вниз, нанес удар сверху вниз в правое бедро ФИО2 Удар ножом ФИО1 нанес в сидячем положении. Нож был кухонный с ручкой расцветки государственного флага РФ. После удара ФИО1 бросил нож куда-то на пол, где сидел. ФИО2 некоторое время посидел у печи, от боли не кричал, помощи не просил, а затем переместился в комнату дома, видимо хотел лечь на диван, но до дивана не дошел, упал перед диваном. После ФИО3 №2 перевязал ФИО2 ногу, и ушел, дальнейшее помнит плохо. Умер ФИО2 после того, как пришел ФИО3 №1, лежа на ковре перед диваном. Затем он покинул дом ФИО1

Комментируя оглашенные показания, свидетель ФИО3 №3 пояснил, что произошедшие события помнит плохо, кроме того, при допросе он находился в состоянии алкогольного опьянения.

ФИО3 ФИО3 №4, допрошенная в судебном заседании показала, что она работает фельдшером скорой помощи. 16 января 2018 года в 17:58 часов позвонила ФИО10 и сообщила, что ФИО1, находясь у себя дома, ударил ФИО2 ножом, от чего последний умер. Она с водителем поехали в дом ФИО1 В доме находились сам ФИО1 и ФИО3 №1, оба были очень пьяными. Она прошла в соседнюю комнату, там на диване лежал уже мертвый ФИО2 Осматривая ФИО2, она обнаружила ранение бедренной вены на верхней трети части правого бедра, выше ранения на ноге был наложен жгут-полотенце. Она сделала предположение, что ФИО2 умер от потери крови, так как он был очень бледным. При этом крови в доме почти не было. Сам ФИО2 был одет не в свои вещи (на нем не было трусов, а штаны были на несколько размеров больше и без поясной резинки). Она спросила у ФИО1 зачем переодели ФИО2, он ей сказал, что перед смертью произошло испражнение, поэтому они его помыли и переодели. Через некоторое время в дом приехали сотрудники полиции и следователь, которые в ее присутствии проводили осмотр места происшествия. Как наступила смерть ФИО2, не знает, ничего не видела. По слухам потом слышала, что ФИО2 ударил ножом в ногу ФИО1

ФИО3 ФИО10, допрошенная в судебном заседании показала, что со слов ФИО11, ей известно, что ФИО3 №3 пришел домой и рассказал, что в доме ФИО1, последний порезал ФИО2 и тот истекает кровью. Она позвонила на скорую, где ей сообщили, что вызова не было. Тогда она позвонила дежурному врачу ФИО3 №4, рассказала все и попросила ее выехать в дом к ФИО1 Через некоторое время ФИО3 №4 ей перезвонила, и сообщила, что действительно ФИО2 умер.

ФИО3 ФИО11, допрошенная в судебном заседании показала, что от супруга ФИО3 №3 ей известно, что когда он уходил из дома ФИО1, то ФИО2 был еще жив. О смерти ФИО2 она узнала от ФИО3 №2, который сказал: «Там Ваську убили». 

ФИО3 ФИО12, допрошенный в судебном заседании показал, что он работает следователем СО по г. Карталы следственного управления Следственного комитета РФ. В ходе расследования уголовного дела в отношении ФИО1 он производил допрос свидетелей. Все допрашиваемые им свидетели находились в трезвом состоянии, показания давали добровольно, без оказания на них какого-либо давления. Кроме того, с участием ФИО1 им было проведено 5 следственных действий, в присутствии защитника и сотрудников конвоя, ФИО1 демонстрировал как нанес удар ножом.

Эксперт ФИО21, допрошенный в судебном заседании показал, что в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО2, им было установлено, что смерть ФИО2, наступила в результате массивной кровопотери, развившейся 

<

данные изъяты>. Учитывая ориентацию и характер концов смертельной раны, направление вектора удара колюще-режущим орудием совпадало с направлением раневого канала, при этом острая заточенная лезвийная часть орудия была обращена вверх и вправо относительно тела потерпевшего. Таким образом, образование смертельной раны у ФИО2 при нахождении потерпевшего и нападавшего в положении сидя на расстоянии около 45 см. практически друг напротив друга, при условии удержания ножа в правой руке нападавшего верхним хватом (острием нож обращен вниз) острой заточенной лезвийной частью клинка ножа в направлении от нападавшего, и нанесении удара ножом сверху-вниз и справа-налево относительно потерпевшего, является вероятным. 

Причинение телесного повреждения, имеющееся у потерпевшего ФИО2, могло быть образовано также и при условии, что ФИО1 находился в стоячем положении, держа нож в правой руке, острием нож обращен вверх, при этом развернулся через правое плечо к сидящему на стуле позади (чуть правее) потерпевшему, слегка наклонился назад и выгнул кисть. Однако, причинение телесного повреждения при данных обстоятельствах является физически неудобным.

Кроме того, виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния подтверждается:

- Рапортом помощника оперативного дежурного ОМВД России по Варненскому району, согласно которому от 16 января 2018 года в 18:20 час. в дежурную часть ОМВД России по Варненскому району Челябинской области поступило сообщение об обнаружении в доме по адресу: 

<

адрес> трупа ФИО2 с ножевым ранением (т. 1 л.д. 51);

- Рапортом оперативного дежурного ОМВД России по Варненскому району, согласно которому от 16 января 2018 года в 18:25 час. в дежурную часть ОМВД России по Варненскому району Челябинской области поступило сообщение об обнаружении в доме по адресу: 

<

адрес> трупа ФИО2 с ножевым ранением (т. 1 л.д. 54);

- Рапортом об обнаружении признаков преступления, согласно которому 16 января 2018 года в следственный отдел по г. Карталы СУ СК РФ по Челябинской области от НСДЧ ОМВД России по Варненскому району Челябинской области поступило сообщение об обнаружении в 

<

адрес> в 

<

адрес>, трупа ФИО2 с признаками насильственной смерти в виде колото-резанной раны правого бедра (т. 1 л.д. 7);

- Протоколом осмотра места происшествия от 16 января 2018 года, в ходе которого осмотрены 

<

адрес> и труп ФИО2, у которого обнаружены телесные повреждения в виде колото-резаной раны в области правого бедра, а также кровоподтеки и ссадины в области головы и конечностей. В ходе осмотра места происшествия изъяты: 6 смывов вещества бурого цвета, похожего на кровь, 2 выреза из ковра со следами вещества бурого цвета, похожими на кровь, вырез, сделанный из пледа со следами вещества бурого цвета, похожими на кровь, тряпка со следами вещества бурого цвета, похожими на кровь, джинсовые брюки ФИО2, нож, 4 отрезка липкой ленты со следами рук. К протоколу следственного действия прилагается фототаблица и схема (т. 1 л.д. 8 - 32);

- Протоколом осмотра места происшествия от 16 января 2018 года, в ходе которого осмотрен кабинет № ОМВД России по Варненскому району Челябинской области. В ходе осмотра места происшествия изъяты: кофта (водолазка) ФИО1, спортивные штаны ФИО1 К протоколу следственного действия прилагается фототаблица (т. 1 л.д. 33 - 38);

- Протоколом осмотра предметов от 11 марта 2018 года, согласно которого осмотрены: смыв ВБЦ сделанный с ножа, смыв ВБЦ сделанный из ведра, смыв ВБЦ сделанный из раковины, смыв ВБЦ сделанный с ковра, смыв ВБЦ сделанный с порога, смыв ВБЦ сделанный со стола, вырезы из ковра со следами ВБЦ похожими на кровь (2 выреза), вырез, сделанный из пледа со следами ВБЦ, на котором был обнаружен труп ФИО2, тряпка со следами ВБЦ похожими на кровь, джинсовые брюки ФИО2, нож, 3 следа рук обнаруженных на бутылках, 1 след руки, обнаруженный на ноже, ногтевые срезы с левой и правой кисти рук ФИО1, кофта (водолазка) ФИО1, спортивные штаны ФИО1, образец крови ФИО2, образец крови ФИО1, дактилоскопическая карта с отпечатками рук ФИО1 (т. 1 л.д. 172-179);

- Протоколом явки с повинной ФИО1 от 17 января 2018 года, из которой следует, что он чистосердечно признается в том, что 16 января 2018 года, находясь в 

<

адрес> –

<

адрес>, во время ссоры и нанесенного ему оскорбления, он нанес ножом один удар в ногу ФИО2 (т. 2 л.д. 29).

Заключениями экспертов:

- судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО2 № от 09 марта 2018 года, из которого следует, что смерть ФИО2, наступила в результате массивной кровопотери, 

<

данные изъяты>

Смерть могла наступить приблизительно за 12-24 часа до момента исследования трупа (начало исследования трупа 17.01.2018 г. в 12 ч. 30 мин.). 

При судебно-медицинском исследовании трупа обнаружены следующие телесные повреждения:

А) 

<

данные изъяты>. 

Указанное повреждение по характеру и механизму образования колото-резаное, причинено плоским клинковым объектом, типа ножа, следообразующая часть которого имела либо двухстороннюю достаточно острую заточку и острый конец (орудие типа кинжала, либо ножа с атипичной заточкой обушка), либо относительно острое лезвие, узкий обушок и острие (орудие типа ножа). Ширина следообразующей части клинка действовавшего орудия составляет около 23-25 мм. Указанная рана образовалась в результате однократного возвратно-поступательного воздействия острого колюще-режущего орудия. Данная рана по ходу раневого канала имела повреждение крупного магистрального венозного кровеносного сосуда (бедренной вены), сопровождалась излитием крови наружу, что привело к развитию закономерного осложнения в виде массивной кровопотери, что создало непосредственную угрозу для жизни и по признаку опасности для жизни данное повреждение квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью. 

Данное ранение является смертельным. Смерть потерпевшего могла наступить в период времени до нескольких первых часов после причинения смертельного ранения (как правило, до 1-4 часа). Все иные обнаруженные телесные повреждения в причинной связи со смертью не состоят;

Б) 

<

данные изъяты>

Указанные повреждения относятся к категории тупой травмы, то есть образовались в результате травмирующего воздействия тупых твердых предметов (не менее пяти травматических воздействий в области локализации повреждений). Данные травматические воздействия могли быть реализованы как путем прямого ударного травмирующего воздействия тупых твердых предметов (предмета) в области соответствующие локализации повреждений, так и при ударениях о таковые предметы.

Данные повреждения не являются опасными для жизни, носят поверхностный характер, у живых лиц, как правило, не вызывают кратковременное расстройство здоровья сроком менее 21 дня либо стойкую утрату общей трудоспособности и квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

Все телесные повреждения являются прижизненными и причинены в относительно короткий промежуток времени, в первые часы до момента смерти (как правило, до первых 1-4 часов).

После причинения потерпевшему смертельного повреждения, совершение им каких-либо самостоятельных действий являлось возможным до момента потери критического объема крови (критический уровень кровопотери), то есть он мог передвигаться, кричать и т.д. После причинения потерпевшему всех иных телесных повреждений в виде кровоподтека и ссадин, совершение им самостоятельных активных движений являлось возможным.

Учитывая ориентацию и характер концов смертельной раны, направление вектора удара колюще-режущим орудием совпадало с направлением раневого канала, при этом острая заточенная лезвийная часть орудия была обращена вверх и вправо относительно тела потерпевшего. Таким образом, образование смертельной раны у ФИО2 при обстоятельствах указанных ФИО1 является вероятным. То есть, при нахождении потерпевшего и нападавшего в положении сидя на расстоянии около 45 см. практически друг напротив друга, при условии удержания ножа в правой руке нападавшего верхним хватом (острием нож обращен вниз) острой заточенной лезвийной частью клинка ножа в направлении от нападавшего, и нанесении удара ножом сверху-вниз и справа-налево относительно потерпевшего, направление раневого канала и ориентация концов раны совпадает с направлением удара и ориентацией его тупой обушковой и заточенной острой части клинка ножа.

При судебно-химическом исследовании в крови и мочи от трупа обнаружен этиловый спирт в концентрациях соответственно 4,3%о и 4,8%о, что может соответствовать тяжелому отравлению алкоголем, при котором может наступить смерть. Какие-либо наркотические вещества и сильнодействующие лекарственные препараты в крови и моче от трупа обнаружены не были (т. 1 л.д. 66 - 85);

- судебно-медицинской экспертизы ФИО1 № А от 23 января 2018 года, из которого следует, что у ФИО1, согласно данных объективного осмотра в КМО ГБУЗ ЧОБСМЭ имеют место телесные повреждения в виде: 

<

данные изъяты> Данные повреждения носят поверхностный характер, самостоятельно не вызывают кратковременного расстройства здоровья сроком менее 21 дня либо стойкую утрату общей трудоспособности и не влекут вреда здоровью Указанные повреждения образовались не менее чем от двух травматических воздействий тупым твердым предметом. Учитывая морфологические признаки повреждений, срок из образования может составлять не менее 3-5 суток до момента осмотра (осмотр 23.01.2018 г.) (т. 1 л.д. 94 - 95);

- судебно-медицинской экспертизы образцов крови ФИО1 № от 13 февраля 2018 года, из которого следует, что кровь потерпевшего ФИО2 относится к Вa группе. Кровь обвиняемого ФИО1 относится к 0a? группе. На двух фрагментах ковролина (в постановлении и на этикетке «вырезы из ковра»), в смывах с ножа, с порога, с ковра, из раковины, со стола и из ведра, на вырезе из пледа, а также на полотенце (в постановлении и на этикетке «тряпка») и на джинсовых брюках, принадлежавших ФИО2, изъятых в ходе осмотра места происшествия от 16.01.2018 г., на ногтевых пластинах с правой руки ФИО1, на изъятых у ФИО1 кофте и спортивных брюках найдена кровь человека Вa группы. Данная кровь могла принадлежать ФИО2 и не происходит от ФИО1 На ногтевых пластинах с левой руки ФИО1 крови не найдено (т. 1 л.д. 106 - 112);

- судебно-психиатрической комиссии экспертов № от 22 февраля 2018 года, согласно которому ФИО1 каким-либо хроническим, временным психическим расстройством или иным болезненным состоянием психики не страдает и не страдал ими в момент совершения инкриминируемого деяния. Он мог как при совершении преступления, так и ко времени производства по уголовному делу осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Временного расстройства психической деятельности не обнаруживал, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения, при правильной ориентировки в окружающем, адекватном речевом контакте, отсутствии бреда, галлюцинаций и психических автоматизмов. Поэтому он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. В проведении стационарной комплексной психолого-психиатрической экспертизы не нуждается. Признаки наличия физиологического аффекта у ФИО1 на момент совершения деликта однозначно отсутствуют. Реализация агрессии ФИО1 в ходе деликта была облегчена наличием у него состояния алкогольного опьянения (т. 1 л.д. 121 - 124);

- дактилоскопической идентификационной экспертизы № от 31 января 2018 года, из которого следует, что след пальца руки, изъятый в ходе ОМП 

<

адрес>, откопированный (с ножа) на отрезке липкой ленты максимальными размерами 31х23 мм. пригоден для идентификации личности и оставлен ногтевой фалангой безымянного пальца правой руки ФИО1. 

Следы, откопированные на отрезках липкой ленты № максимальным размером 33х22 мм и № максимальным размером 36х25 мм. (с бутылок), пригодны для идентификации личности и оставлены не ФИО1, а кем-то другим. 

След, откопированный на отрезке липкой ленты № (с бутылок), максимальным размером 65х37 мм., для идентификации личности не пригоден (т. 1 л.д. 133 - 138);

- экспертизы холодного и метательного оружия № от 29 января 2018 года, из которого следует, что нож, изъятый 16.01.2018 года в ходе осмотра места происшествия - 

<

адрес> 

<

адрес>, изготовлен промышленным способом и является ножом хозяйственно-бытового назначения, к категории холодного оружия не относиться (т. 1 л.д. 150 - 153);

- судебно-медицинской (медико-криминалистической) экспертизы № от 15 февраля 2018 года, из которого следует, что представленная на экспертное исследование рана кожи с области правого бедра от трупа ФИО2, а также соответствующие ей по расположению (локализации) колото-резаное повреждение на его брюках-джинсах, по своему характеру являются колото-резаными. Данные повреждения могли быть причинены одномоментно в результате одного травматического воздействия плоского колюще-режущего орудия клинкового типа, имеющего либо двухстороннюю достаточно острую заточку и острый конец (орудие типа кинжала, либо ножа с атипичной заточкой обушка), либо относительно острое лезвие, узкий обушок и острие (орудие типа ножа). Ширина следообразующей части клинка действовавшего орудия составляет около 23-25 мм. Какие-либо индивидуальные (частные) признаки травмирующего орудия в ране не отобразились. Вышеуказанные колото-резаные повреждения на теле и одежде потерпевшего ФИО2 могли быть причинены ножом, представленным на экспертизу (т. 1 л.д. 164 - 169).

Приведенные заключения экспертов, суд находит допустимыми и достоверными, поскольку они даны компетентными экспертами и научно обоснованны. Все эксперты имеют достаточный стаж работы в должности экспертов и предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. Экспертизы проведены на основании постановлений следователя, с которыми подсудимый был ознакомлен совместно с защитником.

Основываясь на вышеприведенном заключении эксперта психиатра (т. 1 л.д. 121 - 124), суд признает ФИО1 вменяемым.

Все вышеперечисленные доказательства суд признает допустимыми, относимыми, достоверными и достаточными для установления виновности подсудимого в совершенном им преступлении и принимает их за основу обвинительного приговора, поскольку они являются последовательными и непротиворечивыми, согласуются между собой, а также с другими доказательствами по делу.

К показаниям свидетеля ФИО3 №3 данным им в ходе судебного разбирательства, о том, что он не видел момент нанесения ФИО1 удара ножом ФИО2, суд относится критически, расценивая их как желание помочь ФИО1 избежать уголовной ответственности. Кроме того, данные им показания опровергаются его же показаниями, данными им в ходе предварительного следствия при допросе в качестве свидетеля, оглашенными в судебном заседании, и согласующихся с показаниями других свидетелей и доказательствами по делу. 

Доводы свидетелей ФИО3 №3 и ФИО3 №2, о том, что при допросе каждый из них находился в состоянии алкогольного опьянения, являются не состоятельными, поскольку в ходе допроса в качестве свидетелей каждому из них разъяснялись права, предусмотренные ст. 56 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по окончании допроса жалоб и замечаний от них не поступало, с показаниями были согласны, протоколы удостоверены их личными подписями, с заявлением в правоохранительные органы на действия сотрудников полиции не обращались. Допрашивались они на следующий день после их доставления в ОМВД России по Варненскому району, что исключает возможность нахождения их в состоянии алкогольного опьянения. Кроме того, оба свидетеля были допрошены повторно по истечении почти двух месяцев со дня первого допроса, и подтвердили ранее данные показания. Также факт нахождения свидетелей в состоянии алкогольного опьянения опровергается показаниями свидетеля ФИО12, допрошенного в судебном заседании.

Показания потерпевшей и иных свидетелей, данные в судебном заседании и на предварительном следствии, суд признаёт достоверными и допустимыми доказательствами, так как они последовательные, не противоречивые и согласуются между собой в деталях, получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и оснований для признания их недопустимыми, в соответствии со ст. 75 УПК РФ, не имеется. Показания свидетели давали будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в условиях, исключающих возможность оказания на них незаконного давления со стороны правоохранительных органов. Показания отобраны у лиц при разъяснении им конституционного права не свидетельствовать против самого себя и своих близких родственников, а также предупреждены об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и дачу заведомо ложных показаний, о чем в протоколе имеется роспись допрашиваемых. Учитывая, что требования Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, Конституции РФ, ст. 75, 89, ч. 1 и 2 ст. 144 УПК РФ не нарушены, оснований для признания указанных показаний недопустимыми доказательствами не имеется.

Анализ показаний допрошенных потерпевшей и свидетелей, данных в судебном заседании и на предварительном следствии, свидетельствуют, что в основной части они аналогичны и последовательны, содержат описание ключевых событий, свидетельствующих о содеянном подсудимым, отражают объективные данные дела и свидетельствуют об умысле подсудимого на совершение преступления. Суд не усматривает каких-либо оснований со стороны указанных лиц для оговора подсудимого. Данные показания у суда сомнений не вызывают. Наличие незначительных расхождений в их показаниях относительно других событий, не влияет на правдивость и достоверность показаний указанных лиц, не ставит их под сомнение. 

Показания ФИО1 данные им неоднократно в ходе предварительного следствия суд также признаёт достоверными, так как они объективно подтверждаются иными объективными доказательствами, получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и оснований для признания их недопустимыми, в соответствии со ст. 75 УПК РФ, не имеется. В судебном заседании подсудимый ФИО1 подтвердил данные им ранее показания.

В судебном заседании ФИО1 давал противоречивые показания, неоднократно менял их, путался, сбивался. В частности, демонстрировал различное удержание ножа при причинении телесного повреждения ФИО2 При этом хорошо запомнил только свои действия с ножом, а остальные детали произошедшего не помнил, что ставит под сомнение показания, данные им в ходе судебного заседания. Кроме того, показания ФИО1, о том, что он причинил телесное повреждение ФИО2 из положения стоя, держа нож в правой руке, острием нож обращен вверх, при этом развернулся через правое плечо к сидящему на стуле позади (чуть правее) потерпевшему, слегка наклонился назад и выгнул кисть, опровергаются его же собственными показаниями, данными в ходе предварительного следствия, показаниями свидетелей ФИО3 №2 и ФИО3 №3, которые являлись очевидцами произошедшего, а также показаниями эксперта ФИО21, который пояснил, что причинение телесного повреждения при данных обстоятельствах является физически неудобным.

Оценив и проанализировав совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, суд находит их достаточными для юридической оценки содеянного подсудимым.

Давая юридическую оценку действиям подсудимого ФИО1 по факту причинения тяжкого вреда здоровью ФИО2, повлекшее смерть последнего, суд учитывает направление умысла подсудимого на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, количество ударов, локализацию, механизм образования, характер и тяжесть причинённых ФИО2 телесных повреждений.

Суд считает, что имеются достаточные доказательства того, что ФИО1, умышленно, на почве личных неприязненных отношений, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, нанес ФИО2 удар ножом в переднюю поверхность правого бедра, причинив ему, 

<

данные изъяты>. Указанное повреждение причинило тяжкий вред здоровью потерпевшему и повлекло смерть потерпевшего ФИО2 

В судебном заседании установлено, что именно с целью причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, ФИО1 взял со стола кухонный нож, и, удерживая его верхним хватом (острием нож обращен вниз) острой заточенной лезвийной частью клинка ножа в направлении от себя, совершил активные действия, то есть нанес удар ножом в переднюю часть правого бедра. В связи с чем, доводы адвоката Суркина А.Н. о переквалификации действий подсудимого на ч. 1 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, являются не состоятельными. Поскольку субъективное мнение подсудимого о неосторожном причинении телесного повреждения опровергается объективными данными, установленными в судебном заседании.

Характер, локализация, механизм образования телесного повреждения, имевшее место у потерпевшего, с очевидностью указывают на то, что умысел подсудимого ФИО1 был направлен на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО2 № от 09 марта 2018 года (т. 1 л.д. 66 - 85), 

<

данные изъяты> идет в направлении спереди-назад снизу-верх и несколько справа-налево, длина его не менее 7 см. При этом, согласно заключения экспертизы холодного и метательного оружия № от 29 января 2018 года (т. 1 л.д. 150 - 153), длина клинка ножа, изъятого из дома ФИО1 с рукоятью красного, синего и белого цвета, составляет 150 мм. Что свидетельствует о том, что лезвие ножа вошло в переднюю поверхности правого бедра ФИО2 практически наполовину.

Между причинением данного повреждения и смертью ФИО2 усматривается прямая причинно-следственная связь.

Нанося удар ножом в бедро ФИО2 ФИО1 предвидел причинение ему тяжкого вреда здоровью и действовал с умыслом на его причинение. Его отношение к смерти потерпевшего выражено в форме неосторожности. ФИО1 не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде смерти ФИО2, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия. Умыслом подсудимого причинение смерти потерпевшего не охватывалось. Оснований для иного вывода у суда нет.

Достоверных доказательств того, что подсудимый желал наступления смерти ФИО2 и именно с этой целью нанес ему удар, стороной обвинения суду не представлено.

У подсудимого имелись все возможности для причинения смерти погибшему с использованием ножа, однако он этого не сделал.

После нанесения ФИО1 удара ножом, потерпевший был еще жив, что подтверждается показаниями свидетелей и заключением судебно-медицинской экспертизы о наступлении смерти потерпевшего в период времени до нескольких первых часов после причинения смертельного ранения (как правило, до 1-4 часа).

Это обстоятельство также свидетельствует о том, что наступления смерти потерпевшего подсудимый ФИО1 не желал, его умысел был направлен на причинение ФИО2 тяжкого вреда здоровью.

Мотивом совершённого преступления явилась личная неприязнь, возникшая у подсудимого к потерпевшему, в результате произошедшего между ними из-за того, что последний оскорбил его. Конфликт, произошедший 16 января 2018 года не выходил за рамки бытового, поводом для него послужили оскорбления высказываемые ФИО2 в адрес ФИО1

В судебном заседании стороной обвинения не опровергнуто заявление подсудимого ФИО1, что ФИО2 высказывал в его адрес оскорбительные выражения. Изложенные обстоятельства, в силу ч. 3 ст. 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд толкует в пользу подсудимого. В связи с чем, суд, указанные действия ФИО2 находит противоправными и ставшими поводом для преступления. Вместе с тем, суд считает эти действия малозначительными и несопоставимыми с наступившими последствиями в виде смерти ФИО2 и полагает, что они ни в какой мере не давали ФИО1 права на применение в отношении ФИО2 насилия.

Таким образом, виновность подсудимого, установлена и доказана.

К такому выводу суд пришел на основании исследованных в судебном заседании доказательств, и исходя из установленных выше приведенными доказательствами обстоятельств дела, суд считает вину подсудимого в совершении вышеуказанного деяния доказанной и квалифицирует его действия по ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с использованием предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

При назначении вида и размера наказания подсудимому, суд, в соответствии со ст. 6, 7, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Так, в качестве обстоятельств смягчающих наказание ФИО1, суд, признает:

- противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, так как ФИО2 высказывался в адрес ФИО1 оскорбительными выражениями (п. «з» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации); 

- явку с повинной, данную ФИО1, в которой он рассказал об обстоятельствах совершенного им преступления, а также активное способствование раскрытию и расследованию преступления, так как он не отрицал свою причастность к совершенному деянию на протяжении всего судопроизводства, не оказывал препятствий деятельности правоохранительных органов и сотрудничал с ними, путем дачи показаний, с подробным разъяснением обстоятельств, связанных с обвинением. Добровольно показал и рассказал об обстоятельствах совершенного преступления при проведении проверки показаний на месте. Изложенные действия подсудимого, по мнению суда, в определенной мере оказали предварительному следствию помощь, в установлении всех необходимых обстоятельств содеянного. При таких обстоятельствах дела, частичное непризнание вины в совершении преступления, является законным способом защиты подсудимого и не влечет за собой непризнание вышеуказанного обстоятельства смягчающим наказание (п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации);

- оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления (п. «к» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации);

- частичное признание вины и раскаяние в содеянном (ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Обстоятельством отягчающим наказание ФИО1, в силу ч. 1.1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение ФИО1 при совершении преступления, и личность виновного, суд признает:

- совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Поскольку, как пояснил ФИО1 до этого дня он не употреблял спиртное на протяжении 1 года. В связи с чем, суд приходит к выводу, что нахождение ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения побудило его к совершению данного преступления, снизило самоконтроль и повлияло на его противоправное поведение. Кроме того, согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № от 22 февраля 2018 года (т. 1 л.д. 121 - 124) реализация агрессии ФИО1 в ходе деликта была облегчена наличием у него состояния алкогольного опьянения. Факт нахождения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения им не оспаривается.

Изложенное свидетельствует о невозможности применения положений ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, в части изменения категории преступления, на менее тяжкую, а также оснований для применения ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Также суд учитывает степень общественной опасности и тяжесть содеянного, и в целях эффективности наказания, исправления подсудимого, предотвращения совершения им преступлений в дальнейшем, восстановления социальной справедливости, а также с учетом того, что наказание должно быть соразмерным содеянному, учитывая, что подсудимым совершено особо тяжкое преступление против жизни и здоровья, суд не находит оснований для применения к нему положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, о назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, а также положений ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, так как исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, а также другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления, отсутствуют. Суд полагает, что целям наказания, определенным ч. 2 ст. 43 Уголовного кодекса Российской Федерации, в данном случае, будет соответствовать только наказание в виде лишения свободы. 

Суд полагает, что назначение наказания в виде лишения свободы соразмерно содеянному и будет соответствовать принципам справедливости и гуманизма, в соответствии со ст. ст. 6, 7 Уголовного кодекса Российской Федерации, обеспечит достижение задач предусмотренных ст. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При назначении наказания в виде лишения свободы, суд, также учитывает данные о личности подсудимого ФИО1, который ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, 

<

данные изъяты>, по месту жительства характеризуются положительно, является 

<

данные изъяты>, имеет постоянное место жительства, также учитывая его возраст и состояние здоровья, а также его поведение во время и после совершения преступления (не отрицал свою причастность к содеянному), вместе с тем суд, учитывает, что ФИО1 совершено особо тяжкое преступление.

Оснований для применения в отношении подсудимого ФИО1 дополнительного наказания в виде ограничения свободы, суд не усматривает.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО1 необходимо назначить отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима.

Определяя судьбу вещественных доказательств, в соответствии с требованиями ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд считает необходимым:

- смыв ВБЦ, сделанный с ножа; смыв ВБЦ, сделанный из ведра; смыв ВБЦ, сделанный из раковины; смыв ВБЦ, сделанный с ковра; смыв ВБЦ, сделанный с порога; смыв ВБЦ, сделанный со стола; два выреза из ковра со следами ВБЦ похожими на кровь; вырез, сделанный из пледа со следами ВБЦ, на котором был обнаружен труп ФИО2; тряпка со следами ВБЦ похожими на кровь; джинсовые брюки ФИО2; нож; 3 следа рук обнаруженных на бутылках; 1 след руки, обнаруженный на ноже; ногтевые срезы с левой и правой кисти рук ФИО1; образец крови ФИО2; образец крови ФИО1, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по городу Карталы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области – уничтожить;

- кофту (водолазку) ФИО1; спортивные штаны ФИО1, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по городу Карталы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области – вернуть законному владельцу ФИО1, при отказе в получении – уничтожить;

- дактилоскопическую карту с отпечатками рук ФИО1, находящуюся в материалах уголовного дела – хранить при уголовном деле.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима.

Меру пресечения ФИО1 – домашний арест – изменить на заключение под стражей. Взять под стражу немедленно в зале суда. Срок наказания ФИО1 исчислять со дня провозглашения приговора - с 26 июня 2018 года, засчитав в него срок нахождения под стражей по данному делу с 17 января 2018 года по 27 марта 2018 года, и срок нахождения под домашним арестом с 27 марта 2018 года по 26 июня 2018 года. 

После вступления приговора в законную силу, вещественные доказательства: 

- смыв ВБЦ, сделанный с ножа; смыв ВБЦ, сделанный из ведра; смыв ВБЦ, сделанный из раковины; смыв ВБЦ, сделанный с ковра; смыв ВБЦ, сделанный с порога; смыв ВБЦ, сделанный со стола; два выреза из ковра со следами ВБЦ похожими на кровь; вырез, сделанный из пледа со следами ВБЦ, на котором был обнаружен труп ФИО2; тряпка со следами ВБЦ похожими на кровь; джинсовые брюки ФИО2; нож; 3 следа рук обнаруженных на бутылках; 1 след руки, обнаруженный на ноже; ногтевые срезы с левой и правой кисти рук ФИО1; образец крови ФИО2; образец крови ФИО1, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по городу Карталы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области – уничтожить;

- кофту (водолазку) ФИО1; спортивные штаны ФИО1, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по городу Карталы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области – вернуть законному владельцу ФИО1, при отказе в получении – уничтожить;

- дактилоскопическую карту с отпечатками рук ФИО1, находящуюся в материалах уголовного дела – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, находящимся под стражей с момента вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в тот же срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Также осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции при апелляционном обжаловании приговора другими лицами, участвующими в деле. Стороны вправе подать ходатайство об ознакомлении с протоколом судебного заседания в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания.

Председательствующий: подпись А.С. Зотова

Копия верна.

И.о.председателя Варненского

районного суда ФИО4

Врио секретаря суда: О.В.Волковская

Приговор вступил в законную силу 28 августа 2018 года.

И.о.председателя Варненского

районного суда ФИО4

Апелляционным определением от 28 августа 2018 года Челябинского областного суд приговор Варненского районного суда Челябинской области от 26 июня 2018 года в отношении ФИО1 изменить: исключить из описательно-мотивировочной части указание на рапорт НСДЧ ОМВД России по Варненскому району и заключение судебно-медицинской экспертизы (т.1,л.д.54,94-95). 

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и адвоката Суркина А.Н. – без удовлетворения.

И.о.председателя Варненского

районного суда ФИО4