Дело № 12-10/2025

УИД № 29RS0003-01-2025-000054-70

Р Е Ш Е Н И Е

27 марта 2025 года село Ильинско-Подомское

Судья Вилегодского районного суда Архангельской области ЗамятИ. И. В., рассмотрев в помещении Вилегодского районного суда Архангельской области по адресу: 

<

...>, 

дело по жалобе ФИО1 на постановление начальника отделения Госавтоинспекции Отд МВД России «Вилегодское» ФИО2 от 20 января 2025 года о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.7 КоАП РФ, 

установил:

постановлением начальника отделения Госавтоинспекции Отд МВД России «Вилегодское» ФИО2 от 20 января 2025 года № №__ прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.7 КоАП РФ, в отношении ФИО1 на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

В жалобе, поданной в суд, ФИО1, настаивающий на своей невиновности, просит постановление от 20 января 2025 года отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием события административного правонарушения или недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено процессуальное решение по делу об административном правонарушении. 

Указывает на то, что определением начальника отделения Госавтоинспекции отделения МВД России «Вилегодское» от 18 сентября 2024 года было удовлетворено ходатайство защитника Мизина П.Л. о рассмотрении дела об административном правонарушении по месту его (ФИО1) жительства в 

<

адрес>. Однако дело было рассмотрено в 

<

адрес> - по месту составления протокола об административном правонарушении, чем были нарушены его (ФИО1) процессуальные права, в том числе право пользоваться юридической помощью защитника, лично давать объяснения, представлять доказательства и заявлять отводы. 

Протокол об административном правонарушении не отражает объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.7 КоАП РФ. Материалы дела не подтверждают факт события административного правонарушения. 

Вмененное административное правонарушение он (ФИО1) не совершал, собственником, водителем транспортного средства (квадроцикла) не являлся и не является, соответственно не передавал 

<

данные изъяты> транспортное средство. Собственником квадроцикла является 

<

данные изъяты> И – ФИО3

<

данные изъяты> И квадроциклом не управлял, от его управления не отстранялся. 

Его (ФИО1) объяснения от 14 сентября 2024 года являются недопустимым доказательством по делу об административном правонарушении, получены с нарушением закона. Объяснения заполнены сотрудником полиции рукописным способом и неразборчивым почерком. Из текста объяснений непонятно, в каком процессуальном статусе он (ФИО1) находился при даче объяснений. В необходимом объеме ему не были разъяснены ст. 51 Конституции РФ, ст. 25.1, 25.2, 25.6 КоАП РФ.

Кроме того материалы дела не содержат доказательств того, что указанное в протоколе транспортное средство подлежит регистрации в соответствующих органах как транспортное средство, а для его управления требуется получить соответствующее удостоверение, подтверждающее право управления им. Квадроцикл предназначен только для использования вне дорог общего пользования, водительское удостоверение не требуется, паспорт транспортного средства не предусмотрен, так как квадроцикл не сертифицирован как транспортное средство.

ФИО1, в отношении которого прекращено производство по делу об административном правонарушении, начальник отделения Госавтоинспекции Отд МВД России «Вилегодское» ФИО2, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились, сведений об уважительных причинах неявки не представили, в связи с чем жалоба рассмотрена без их участия.

Защитник Мизин П.Л. в судебном заседании доводы жалобы поддержал. 

После ознакомления с материалами дела, исследования в судебном заседании видеозаписи защитник дополнил, что ФИО1 не является субъектом административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.7 КоАП РФ, водителем транспортного средства он не являлся. 

На имеющейся в материалах дела видеозаписи не отражено, чтобы кто-то управлял транспортным средством впереди служебного автомобиля Госавтоинспекции, как квадроцикл заехал в гараж. 

<

данные изъяты> И находился в гараже, а не в транспортном средстве. И не управлял квадроциклом, от его управления не отстранялся. Обратное на видеозаписи отсутствует. Таким образом, видеозапись не подтверждает событие вмененного ФИО1 административного правонарушения – передача 

<

данные изъяты> квадроцикла. 

Помимо этого обращает внимание на объяснения ФИО1, полученные с нарушением закона. ФИО1 не были разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, права, предусмотренные ст. ст. 25.1, 25.2, 25.6 КоАП РФ, что также подтверждается видеозаписью. Сотрудник полиции лишь предложил ФИО1 поставить подпись в объяснениях. Тем самым последнего обманули, ввели в заблуждение. 

Проверив дело в полном объеме, рассмотрев доводы жалобы, выслушав защитника Мизина П.Л. судья пришел к следующим выводам.

Частью 3 ст. 12.7 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за передачу управления транспортным средством лицу, заведомо не имеющему права управления транспортным средством (за исключением учебной езды) или лишенному такого права.

В соответствии с п. 2.7 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090 (далее - Правила дорожного движения), водителю запрещается передавать управление транспортным средством лицам, не имеющим при себе водительского удостоверения на право управления транспортным средством соответствующей категории или подкатегории, кроме случаев обучения вождению в соответствии с разделом 21 Правил.

Согласно протоколу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.7 КоАП РФ, 14 сентября 2024 года в 11 часов 10 минут в нарушение п. 2.7 Правил дорожного движения ФИО1 на автодороге возле 

<

адрес> 

<

адрес> передал управление транспортным средством - квадроциклом марки «

<

данные изъяты>» без государственного регистрационного знака своему 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> - ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заведомо не имеющему права управления транспортными средствами.

Постановлением начальника отделения Госавтоинспекции Отд МВД России «Вилегодское» ФИО2 от 20 января 2025 года производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.7 КоАП РФ, в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Оснований не согласиться с выводами, изложенными в постановлении от _____.__г, не имеется.

Исходя из положений ст. 4.5 и п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, по истечении установленного срока давности вопрос об административной ответственности, в том числе о наличии либо отсутствии состава административного правонарушения в действиях лица, в отношении которого производство по делу прекращено, обсуждаться не может, так как это ухудшает положение лица, привлекаемого к ответственности.

Согласно ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ срок давности привлечения к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.7 КоАП РФ, составляет шестьдесят календарных дней со дня его совершения.

Поскольку событие административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.7 КоАП РФ, имело место 14 сентября 2024 года, на момент рассмотрения 20 января 2025 года срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности истек, должностное лицо обоснованно прекратило производство по делу на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Постановление начальника Госавтоинспекции от 20 января 2025 года не содержит выводов о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.7 КоАП РФ, фиксируя факт истечения в рассматриваемом случае срока давности привлечения к административной ответственности при наличии допущенных нарушений требований, предусмотренных КоАП РФ. Иных оснований для прекращения производства по настоящему делу не установлено.

Кроме того, исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 16 июня 2009 № 9-П, в силу презумпции невиновности (ст. 1.5 КоАП РФ) лицо, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено ввиду истечения сроков давности, считается невиновным, то есть государство, отказываясь от преследования лица за административное правонарушение, не ставит более под сомнение его статус в качестве невиновного и, более того, признает, что не имеет оснований для опровержения его невиновности.

В настоящей жалобе заявитель и его защитник выражают несогласие с прекращением производства по делу в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности, настаивая на невиновности ФИО1

В силу абз. 2 п. 13.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» в случае, когда постановление о прекращении производства по делу в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности либо решение по результатам рассмотрения жалобы на это постановление обжалуется лицом, в отношении которого составлялся протокол об административном правонарушении, настаивающим на своей невиновности, то ему не может быть отказано в проверке и оценке доводов об отсутствии в его действиях (бездействии) состава административного правонарушения в целях обеспечения судебной защиты прав и свобод этого лица (ч. 3 ст. 30.6, ч. 3 ст. 30.9 КоАП РФ). 

Установив при рассмотрении жалобы такого лица обоснованность выводов административного органа, а также правильность исчисления срока давности привлечения к административной ответственности в зависимости от категории дела, судья отказывает в ее удовлетворении и оставляет постановление без изменения.

Доводы ФИО1, его защитника о необходимости изменения оснований прекращения производства по делу в связи с отсутствием события административного правонарушения либо недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление от 20 января 2025 года, признаются необоснованными, поскольку представленными доказательствами подтверждено событие административного правонарушения. Оснований ставить под сомнение выводы должностного лица относительно основания для прекращения производства по делу об административном правонарушении, вопреки доводам жалобы не имеется.

Фактические обстоятельства дела подтверждаются:

протоколом об административном правонарушении, составленным в присутствии ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 28.2 КоАП РФ. Положения ст. 51 Конституции РФ, ст. 25.1 КоАП РФ ему разъяснены. Предусмотренные законом требования к процедуре составления протокола об административном правонарушении должностным лицом соблюдены;

рапортом УУП Отд МВД России «Вилегодское» ФИО5, согласно которому совместно с начальником отделения Госавтоинспекции Отд МВД России «Вилегодское» ФИО6 установлено, что 14 сентября 2024 года в 11 часов 10 минут возле 

<

адрес> 

<

адрес> И, _____.__г, не имея права управления транспортным средством, управлял транспортным средством «

<

данные изъяты>

протоколом об отстранении 

<

данные изъяты> И от управления транспортным средством «

<

данные изъяты>.»;

объяснениями ФИО7, из которых следует, что для своего 

<

данные изъяты> ФИО4 купил квадроцикл, на котором И катается, когда приезжает в гости. 14 сентября 2024 года около 11 часов 10 минут с его (ФИО7) разрешения 

<

данные изъяты> взял квадроцикл и катался на нем по автодороге в 

<

адрес>. Факт передачи И квадроцикла он (ФИО7) признает; 

видеозаписью от 14 сентября 2024 года, представленной сотрудниками Госавтоинспекции.

Утверждение в жалобе о рассмотрении дела не по месту жительства ФИО1, несмотря на заявленное ходатайство, не влечет отмену постановления.

Заявленное 18 сентября 2024 года защитником ходатайство рассмотрено начальником отделения Госавтоинспекции Отд МВД России «Вилегодское» ФИО2 в тот же день, о чем вынесено определение. 

Поскольку из ходатайства о направлении для рассмотрения материалов дела по месту жительства ФИО1 следовало, что последний зарегистрирован по адресу: 

<

адрес>, а при оформлении материала об административном правонарушении в качестве адреса места своего жительства ФИО1 указывал: 

<

адрес> «А», что подтверждается протоколом об административном правонарушении, объяснениями ФИО1, определением заместителя начальника Госавтоинспекции МО МВД России «Котласский» от 25 октября 2024 года дело об административном правонарушении в отношении ФИО1 вновь направлено в отделение Госавтоинспекции Отд МВД России «Вилегодское».

Доводы ФИО1 о том, что субъектом административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.7 КоАП РФ может быть только собственник, водитель транспортного средства, каковым он (ФИО1) не являлся и не является по отношению к квадроциклу, основаны на ошибочном толковании норм закона и являются несостоятельными.

Из видеозаписи не следует, что ФИО1 сообщал о данном обстоятельстве. Каких-либо замечаний относительно того, что он не является собственником указанного транспортного средства, и что владельцем квадроцикла является иное лицо, несмотря на имевшуюся возможность, не заявил.

Напротив, при даче объяснений ФИО1 указал, что купил квадроцикл для 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> И., который катается на нем, когда приезжает в гости. 14 сентября 2024 года около 11 часов 10 минут с его (ФИО1) разрешения 

<

данные изъяты> взял квадроцикл и катался на нем по автодороге в 

<

адрес>. Факт передачи И квадроцикла он (ФИО7) признает. 

Кроме того при составлении протокола об административном правонарушении по ч. 3 ст. 12.7 КоАП РФ, ФИО1 не указал на то, что квадроцикл ему не принадлежит.

Более того, согласно правовой позиции, сформулированной в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», при квалификации действий, связанных с передачей управления транспортным средством лицу, следует иметь в виду, что субъектом такого административного правонарушения является лицо, передавшее управление транспортным средством, независимо от того, является ли оно собственником (владельцем) данного транспортного средства.

Вопреки доводам жалобы ФИО1 разъяснялись уполномоченным должностным лицом права и обязанности, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, положения ст. 51 Конституции РФ, что подтверждается личной подписью последнего в данных им объяснениях.

При оформлении процессуальных документов непосредственно после выявления нарушений п 2.7 Правил дорожного движения каких-либо заявлений и замечаний от ФИО1, несмотря на имевшуюся возможность, не поступило, объяснения даны добровольно, без принуждения. 

Довод ФИО1 о невозможности прочтения своих объяснений в связи с неразборчивостью почерка сотрудника ГИБДД не может быть принят во внимание, поскольку под объяснениями ФИО1 поставил свою подпись, не выразив никаких замечаний. Не является данное обстоятельство и основанием для признания объяснений недопустимым доказательством. 

Доводы заявителя и его защитника о том, что материалами дела не подтвержден факт управления И квадроциклом, и 

<

данные изъяты> от управления транспортным средством не отстранялся, являются не состоятельными.

Согласно рапорту УУП Отд МВД России «Вилегодское» ФИО5 в ходе рейда, проводимого совместно с начальником отделения Госавтоинспекции Отд МВД России «Вилегодское» ФИО6 по обеспечению безопасности дорожного движения, выявлению и пресечению правонарушений среди 

<

данные изъяты>, 14 сентября 2024 года в 11 часов 10 минут возле 

<

адрес> И., _____.__г, не имея права управления транспортным средством, управлял квадроциклом «

<

данные изъяты>.». 

<

данные изъяты> И. был отстранен от управления транспортным средством в связи с выявлением признаков административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.7 КоАП РФ, о чем 14 сентября 2024 года составлен соответствующий протокол 

<

адрес>.

Из объяснений ФИО7 следует, что 14 сентября 2024 года около 11 часов 10 минут с его (ФИО7) разрешения 

<

данные изъяты> взял квадроцикл и катался на нем по автодороге в 

<

адрес>. Факт передачи И квадроцикла он (ФИО7) признает. 

Изложенные в указанных документах сведения не опровергаются и представленной сотрудниками Госавтоинспекции видеозаписью, приобщенной к материалам дела. 

Доводы заявителя о том, что квадроцикл не является транспортным средством, предназначен только для использования вне дорог общего пользования, водительское удостоверение на право управления им не требуется, паспорт транспортного средства на него не предусмотрен, не основаны на законе.

Согласно примечанию к ст. 12.1 КоАП РФ под транспортным средством в настоящей статье следует понимать автомототранспортное средство с рабочим объемом двигателя внутреннего сгорания более 50 кубических сантиметров или максимальной мощностью электродвигателя более 4 киловатт и максимальной конструктивной скоростью более 50 километров в час, а также прицепы к нему, подлежащие государственной регистрации, а в других статьях настоящей главы также трактора, самоходные дорожно-строительные и иные самоходные машины, транспортные средства, на управление которыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о безопасности дорожного движения предоставляется специальное право.

По смыслу приведенного примечания, необходимость наличия таких условий для характеристики транспортного средства как рабочим объемом двигателя внутреннего сгорания более 50 кубических сантиметров или максимальная мощность электродвигателя более 4 киловатт и максимальная конструктивная скорость более 50 километров в час, и подлежащего государственной регистрации, относится только к применению статьи 12.1 КоАП РФ. 

В целях применения других статей гл. 12 КоАП РФ под транспортными средствами понимаются также иные транспортные средства, на управление которыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о безопасности дорожного движения предоставляется специальное право. 

В соответствии с п. 1.2 Правил дорожного движения транспортным средством признается устройство, предназначенное для перевозки по дорогам людей, грузов или оборудования, установленного на нем. 

Механическое транспортное средство - транспортное средство, приводимое в движение двигателем. 

Мопед - это двух или трехколесное механическое транспортное средство, максимальная конструктивная скорость которого не превышает 50 км/ч, имеющее двигатель внутреннего сгорания с рабочим объемом, не превышающим 50 кубических сантиметров, или электродвигатель номинальной максимальной мощностью в режиме длительной нагрузки более 0,25 кВт и менее 4 кВт. К мопедам приравниваются квадроциклы, имеющие аналогичные технические характеристики. 

Установленные в Российской Федерации категории и входящие в них подкатегории транспортных средств, на управление которыми предоставляется специальное право, перечислены в п. 1 ст. 25 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» (далее - Федеральный закон от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ).

В соответствии с данной нормой мопеды относятся к категории «М», на управление такими транспортными средствами предоставляется специальное право. 

К категории «М» относятся и другие транспортные средства с аналогичными характеристиками, для управления которыми необходима проверка знаний Правил дорожного движения, подтвержденная водительским удостоверением категории «М». 

Материалами дела установлено, что 

<

данные изъяты> И при выше описанных обстоятельствах управлял транспортным средством с двигателем, которое по своим характеристикам относится к мопедам, право на управление которыми должно быть подтверждено водительским удостоверением (п. 4 ст. 25 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ), и в соответствии с примечанием к ст. 12.1 КоАП РФ является транспортным средством, на которое распространяется действие гл. 12 названного Кодекса. 

Позиция ФИО1 о предназначении квадроцикла для использования вне дорог общего пользования, возможности управления им без водительского удостоверения основана на неверном толковании норм права, поскольку в случае необходимости права управления любой категории на управление транспортным средством, такое право обязательно в любом случае и не зависит от того, по каким дорогам транспортное средство будет двигаться. 

Обстоятельств, которые в силу п.п. 2-5 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ могли бы повлечь изменение или отмену обжалуемого постановления, при рассмотрении настоящей жалобы не установлено.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, судья

р е ш и л:

постановление начальника отделения Госавтоинспекции Отд МВД России «Вилегодское» ФИО2 от 20 января 2025 года №__ о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.7 КоАП РФ в отношении ФИО1, оставить без изменения, жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение 10 дней со дня вручения или получения копии решения. 

Судья И.В. Замятина