Дело № 2-38/2019 УИД: 66RS0060-01-2018-000677-60 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 января 2019 года п.г.т. Шаля Свердловской области

Шалинский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Сафонова П.П.,

при секретаре Бушуевой Н.Г.,

с участием представителя истца Ш. и её представителя, допущенного определением суда О.,

представителей ответчика Н. и представителя по доверенности ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ш. к Шалинскому Районному Потребительскому Обществу о признании незаконным удержаний из её заработной платы и взыскании незаконных удержаний из её заработной платы в размере 91 726 рублей 61 копеек, а также компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, 

у с т а н о в и л :

Ш. работала продавцом в магазине «Орбита» № в 

<

адрес>, принадлежащем Шалинскому Районному Потребительскому Обществу совместно с М., работавшей продавцом, в должности заведующей этим магазином. Между ними и работодателем был заключён договор о бригадной материальной ответственности. Проведённой ДД.ММ.ГГГГ инвентаризацией в указанном магазине в подотчёте материально ответственных лиц Ш. и М. обнаружена недостача в размере 431 465 рублей 84 копеек. Соглашением между последними и работодателем недостача была разделена между материально ответственными лицами в равных долях: по 215 732 рубля 92 копейки с каждой. По заключённому соглашению между Ш. и работодателем, последняя согласилась добровольно возместить причинённый ею работодателю материальный ущерб, написав заявление о взыскании с неё 100 % начисляемой ей заработной платы, оставаясь работать в прежней должности. Такие взыскания с неё производились работодателем: начисляемая заработная плата удерживалась в объёме 100% в счёт возмещение ущерба. Наряду с этим, Ш. добровольно были внесены в кассу названного общества в счёт возмещения ущерба 8 000 рублей, начисленные ей в период временной нетрудоспособности из суммы выданного пособия по временной нетрудоспособности. Кроме того, из начисленного Ш. пособия по временной нетрудоспособности работодателем было удержано в счёт возмещения причинённого ею ущерба: в июле 2018 года - 78 рублей 10 копеек, в декабре 2018 года – 1 134 рубля 30 копеек. ДД.ММ.ГГГГ Ш. была уволена из Шалинского Райпо по собственному желанию. На момент увольнения Ш. путём удержаний из её заработной платы и внесений ею в кассу общества с неё было удержано в счёт возмещения ущерба 99 499 рублей 62 копейки. Оставшаяся невозмещённой сумма причинённого последней материального ущерба – 116 283 рубля 30 копеек была взыскана с Ш. решением Шалинского районного суда Свердловской области от 15.08.2018 по иску к ней и ФИО2 Райпо.

Ш. обратилась с иском к Шалинскому Районному Потребительскому Обществу (далее по тексту Шалинское Райпо) о признании незаконным удержаний из её заработной платы и взыскании незаконных удержаний из её заработной платы, а также компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей. Свои исковые требования она обосновала тем, что в июле 2017 года в магазине «Орбита» № в 

<

адрес> была проведена инвентаризация и обнаружена недостача в размере 400 000 рублей. Так как ст.248 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено соглашение с работодателем о добровольном возмещении ущерба. Она подписала с Шалинском Райпо документ, название которого не помнит об удержании с её заработной платы суммы ущерба. После этого с декабря 2017 года по ДД.ММ.ГГГГ она работала в том же магазине в должности продавца и ни разу не получала ежемесячно заработную плату, так как она полностью удерживалась работодателем. Наряду с этим, в этот период работодателем с неё удерживались суммы, начисленные ей в период временной нетрудоспособности, на основании выданных листов нетрудоспособности. 

В июне 2018 года работодатель: Шалинское Райпо, в судебном порядке взыскало с неё оставшуюся невозмещённой сумму ущерба из выявленной в 2017 году.

За спорный период с неё удерживались суммы по больничным листам и заработная плата, оставшаяся не погашенной сумма долга в нарушение ст. 137, 138 и 248 Трудового кодекса Российской Федерации. Трудовой кодекс Российской Федерации предусматривает, что работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. Статьёй 137 Трудового кодекса Российской Федерации установлены ограничения удержаний из заработной платы и указаны конкретные случаи, в которых производятся удержания из заработной платы. При этом, удержаний в связи с причинением работодателю ущерба в этом перечне не предусмотрено. При этом, статьёй 138 Трудового кодекса Российской Федерации установлено ограничение размера удержаний из заработной платы и указано, что общий размер всех удержаний при каждой выплате заработной платы не может превышать 20 процентов, а в случаях, предусмотренных федеральными законами, - 50 процентов заработной платы, причитающейся работнику.

При удержании из заработной платы по нескольким исполнительным документам за работником во всяком случае должно быть сохранено 50 процентов заработной платы.

Ограничения, установленные настоящей статьей, не распространяются на удержания из заработной платы при отбывании исправительных работ, взыскании алиментов на несовершеннолетних детей, возмещении вреда, причиненного здоровью другого лица, возмещении вреда лицам, понесшим ущерб в связи со смертью кормильца, и возмещений ущерба, причиненного преступлением. Размер удержаний из заработной платы в этих случаях не может превышать 70 процентов. Не допускаются удержания из выплат, на которые в соответствии с федеральным законом не обращается взыскание.

Обращает внимание суда на то, что она не добровольно уплачивала (вносила в кассу работодателя) ущерб, а Работодатель самостоятельно, не выдавая ей под роспись на руки заработную плату, удерживал ее в полном объеме, несмотря на обязанность, выдать ей заработную плату в соответствии со ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации, в которой указано, что заработная плата выплачивается непосредственно работнику, за исключением случаев., когда иной способ выплаты предусматривается федеральным законом или трудовым договором. Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца.

Запрет содержит также и Федеральный закон от 02.10.2007 N 229-ФЗ (в редакции от 23.04.2018) "Об исполнительном производстве" в п. 9 статьи 101 которого указано, что взыскание не может быть обращено на страховое обеспечение по обязательному социальному страхованию, за исключением страховой пенсии по старости, страховой пенсии по инвалидности (с учетом фиксированной выплаты к страховой пенсии, повышений фиксированной выплаты к страховой пенсии), а также накопительной пенсии, срочной пенсионной выплаты и пособия по временной нетрудоспособности.

Кроме того, ст. 183 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральными законами. Размеры пособий по временной нетрудоспособности и условия их выплаты устанавливаются федеральными законами. 

В связи с тем, что пособие по временной не трудоспособности не является заработной платой, а гарантируется государством, удержание данного пособия в возмещение ущерба является грубым нарушением государственного права России. 

Просит суд признать удержания ответчиком у истца заработной платы в полном объеме, и выплату заработной платы с декабря 2017 года по июнь 2018 года не законным нарушающим Трудовой кодекс Российской Федерации. Признать удержания и не выплату пособия по временной нетрудоспособности ответчиком у истца в период с декабря 2017 года по июнь 2018 года не законными нарушающими Федеральное Законодательство. Взыскать с ответчика - Шалинского районного потребительского общества в пользу истца, сумму незаконно удержанных с неё денежных средств: пособия по временной нетрудоспособности за периоды нахождения её на больничном с декабря 2017 года по ноябрь 2018 года. Взыскать с ответчика Шалинского районного потребительского общества в пользу истца сумму полностью незаконно удержанной заработной платы в нарушение Федерального Законодательства, равную 50% (пятидесяти процентам) с декабря 2017 года ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с Шалинского районного потребительского общества в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей 

В ходе судебного разбирательства истец увеличила и уточнила исковые требования, попросив взыскать с ответчика - Шалинского Райпо в её пользу в полном объёме незаконно взысканную с неё в счёт погашения причинённого ею ущерба заработную плату в размере 83 276 рублей 61 копейки за период с декабря 2017 года по август 2018 года и начисленное ей пособие по временной нетрудоспособности в декабре 2017 и июле 2018 года в общей сумме 9 212 рублей 40 копеек. В остальной части поддержала ранее заявленные исковые требования.

Ответчик Шалинское Райпо направили отзыв, в котором указали, что, по их мнению, исковое заявление удовлетворению не подлежит по следующим обстоятельствам:

1) Истец действительно работала в Шалинском Райпо на должности продавца магазина № «Орбита», находящийся в 

<

адрес>, с ней был заключен договор о коллективной материальной ответственности. ДД.ММ.ГГГГ по подотчету Истца была проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей, по результатам которой была выявлена недостача в размере 431 465 рублей 84 копеек. Коллектив недостачу признал, обязался возместить недостачу в равных долях, то есть, по 215 732 рублей 92 копейки. Недостачу Истец обязалась возместить путем удержания ее доходов начисляемых Шалинским Райпо в полном объеме, что подтверждается ее личным заявлением. В соответствии с ч. 4 ст. 248 Трудового кодекса Российской Федерации работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. Кроме того, согласно Письма Роструда от 26.09.2012 N ПГ/7156-6-1, по заявлению работника из его доходов можно удерживать любые суммы без ограничений, делать это возможно в последнюю очередь, после удержания из нее НДФЛ и сумм по исполнительным документам. Все удержания производились именно в интересах работника, по его волеизъявлению, и ни каким образом не нарушали его прав. При рассмотрении иска о взыскании с Ш. факта недостачи и взыскании суммы недостачи в суде, сумма недостачи, Шалинским Райпо, была уменьшена на сумму произведенных удержаний по заявлению работника в счет погашения недостачи. Факт недостачи Ш., признала, и он нашел свое подтверждения в суде, о чем ею было написано заявление о признании иска, размер взыскиваемой суммы она не оспаривала и была с ним согласна, таким образом, своими действиями Ш. подтвердила, что все удержания денежных средств производились именно по ее волеизъявлению.

2) Из документов, имеющихся у Шалинского Райпо следует, что работник за данный период предоставляла листы о временной нетрудоспособности и все начисления были произведены согласно представленных работником листов о нетрудоспособности: за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в размере 2 109 рублей 28 копеек, в том числе за счет средств работодателя в размере 790 рублей 98 копеек, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в размере 10 551 рубля 25 копеек, в том числе за счет средств работодателя в размере 1 266 рублей 15 копеек, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 13 927 рублей 65 копеек, в том числе за счет средств работодателя в размере 1 266 рублей 15 копеек. 

Истцу Ш. было выдано пособие по нетрудоспособности, что подтверждается платежными ведомостями от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 8 000 рублей, от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 27 231 рублей 92 копеек (в данную сумму входит расчет при увольнении и пособие по нетрудоспособности в сумме 1 836 рублей 25 копеек), от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 12 116 рублей 65 копеек. Пособия по нетрудоспособности выплачены Ш. в полном объеме, о чем ей достоверно известно, так как она получала расчетные листки, в которых все начисления отражены.

3) В случае отказа в удовлетворении судом основных требований 1,2,3,4 не подлежит удовлетворению и требования о возмещении Ш. морального вреда в размере 100 000 рублей. К тому же, согласно Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20.12.1994, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и другого. Со стороны Ш. каких либо доказательств причинения ей таковых не представлено.

Просят в удовлетворении исковых требований истца Ш. к Шалинскому Райпо о взыскании незаконно удержанных сумм с заработной платы работника и пособия по временной нетрудоспособности отказать.

В судебном заседании истец Ш. исковые требования поддержала в полном объёме, указав, что пояснения даст её представитель. Моральный вред для неё выражается в незаконных удержаниях, а также в связи с обострением имеющихся у неё заболеваний, подтверждающихся справкой из лечебного утверждения.

Представитель истца Ш., допущенный определением суда О., исковые требования поддержал в полном объёме по указанным с исковом заявлении основаниям, указав, что удержания с его доверителя Ш. производились с нарушением трудового законодательства, поскольку начисляемая ей заработная плата должна была выдаваться ей, а она могла внести её в кассу работодателя. По этой причине они поддерживают исковые требования в полном объёме. 

Представитель Шалинского Райпо – председатель Совета данного потребительского общества Н. против удовлетворения иска возражала, пояснив, что взыскание из заработной платы Ш. производилось на законных основаниях: в соответствии с заявлением последней о добровольном возмещении причинённого ею ущерба путём стопроцентных удержаний из её заработной платы. Это допускается трудовым законодательством. 

Представитель Шалинского Райпо по доверенности ФИО1 возражала против исковых требований по указанным в отзыве на иск основаниям. В то же время указала, что действительно с истца Ш. было взыскано в счёт возмещения причинённого той ущерба в декабре 2017 года 1134 рубля 30 копеек, а в июле 2018 года 78 рублей 10 копеек, из начисленных той пособий по временной нетрудоспособности. В остальной части взыскания из заработной платы производились на законных основаниях. Оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда также не имеется. 

Выслушав истца, её представителя, представителей ответчика, изучив материалы дела, суд пришел к следующему.

Из представленных сторонами доказательств, пояснений сторон, в том числе самой истицы Ш. установлено, что М. и Ш. работали продавцами в магазине № «Орбита» Шалинского Райпо соответственно с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, на основании бессрочного трудового договора. С ними работодателем ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор о полной бригадной материальной ответственности. (л.д. 69-70, 126).

Согласно ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые правоотношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

В качестве доказательства причиненного Шалинскому районному потребительскому обществу действиями истца Ш. материального ущерба предоставлена сличительная ведомость по результатам инвентаризации товаров, материалов, тары и денежных средств в подотчёте бригады, в которой та работала. Из данной ведомости видно, что по результатам инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ в подотчете бригады материально-ответственных лиц Ш. и М. обнаружена недостача в размере 431 465 рублей 84 копеек. (л.д. 122).

Данная сумма недостачи установлена и вступившим в законную силу решением Шалинского районного суда Свердловской области от 15.08.2018, по иску Шалинского Райпо к Ш. и М. о возмещении материального ущерба, причинённого ими при исполнении трудовых обязанностей, имеющего преюдициальное значение при разрешении данного иска. (л.д.124-125)

Таким образом, из представленных доказательств установлено, что истец Ш. при исполнении трудовых обязанностей на основании заключенного постоянного трудового договора, в качестве продавца магазина № «Орбита» Шалинского РайПО, причинила ущерб работодателю на сумму 431 465 рублей 84 копеек. 

Согласно ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

По общим правилам, предусмотренным ст. 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Статьей 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено что, полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный ущерб в полном размере.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Статьей 243 п.2 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора.

В соответствии с п. 1 ст. 245 Трудового кодекса Российской Федерации при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность.

При этом п. 2 названной статьи установлено, что письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).

Пунктом 3 этой статьи определено, что по договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. Для освобождения от материальной ответственности член коллектива (бригады) должен доказать отсутствие своей вины.

Пунктом 4 ст. 245 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при добровольном возмещении ущерба степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется по соглашению между всеми членами коллектива (бригады) и работодателем. При взыскании ущерба в судебном порядке степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется судом.

Из расписки Ш. (л.д.96) и имеющего преюдициальное значение решения Шалинского районного суда Свердловской области от 15.08.2018 следует, что между членами бригады: Ш. и М., а также работодателем Шалинским Райпо достигнута договорённость о распределении причинённого ущерба в равных долях, подтверждённая вышеуказанным решением суда, то есть по 215 732 рубля 92 копейки с каждой.

Поскольку, между Шалинским Райпо и Ш. был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, она согласно ст. 245 Трудового кодекса Российской Федерации обязана в полном объеме возместить причиненный ущерб. 

В вышеуказанном размере установленном в том числе судебным решением, имеющим преюдициальное значение для данного гражданского иска.

В силу ч. 4 ст. 248 Трудового кодекса Российской Федерации работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.

Из заявления Ш. на имя председателя Правления Шалинского Райпо следует, что она взяла на себя обязательство по погашению причинённого ею ущерба: недостачи, выявленной при проведении инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ путём полного удержания из её заработной платы. (л.д. 97)

инвентаризацией в указанном магазине в подотчёте материально ответственных лиц Ш. и М. обнаружена недостача в размере 431 465 рублей 84 копеек. Соглашением между последними и работодателем недостача была разделена между материально ответственными лицами в равных долях: по 215 732 рубля 92 копейки с каждой. По заключённому соглашению между Ш. и работодателем соглашению, последняя согласилась добровольно возместить причинённый ею работодателю материальный ущерб, написав заявление о взыскании с неё 100 % начисляемой ей заработной платы, оставаясь работать в прежней должности. Такие взыскания с неё производились работодателем: начисляемая заработная плата удерживалась в объёме 100% в счёт возмещение ущерба.

Согласно представленных документов: расчётного листа Ш. за декабрь 2017 и справки о произведённых ей начислениях с января по август 2018 года видно, что из её заработной платы в счёт возмещения ущерба взыскано соответственно 11 516 рублей 00 копейку и 80 973 рубля 01 копейку. (л.д.82, 98)

Статьёй 137 Трудового кодекса Российской Федерации установлены ограничения удержаний из заработной платы и указаны конкретные случаи, в которых производятся удержания из заработной платы. При этом, удержаний в связи с причинением работодателю ущерба в указанном в данной статье перечне возможных удержаний не предусмотрено.

Наряду с этим, статьёй 138 Трудового кодекса Российской Федерации установлено ограничение размера удержаний из заработной платы и указано, что общий размер всех удержаний при каждой выплате заработной платы не может превышать 20 процентов, а в случаях, предусмотренных федеральными законами, 50 процентов заработной платы, причитающейся работнику.

Таким образом, данная статья устанавливает максимальный предел возможных удержаний из заработной платы в размере 50 процентов начисленной заработной платы.

Как видно из представленных доказательств удержания из заработной платы истца Ш. производимые Шалинским Райпо за вышеуказанный период осуществлялись с нарушением указанной нормы трудового законодательства.

Исходя из этого, исковые требования Ш. о признании производимых ответчиком удержаний из её заработной платы в полном объеме за период с декабря 2017 года по июнь 2018 года незаконным, нарушающим Трудовой Кодекс Российской Федерации подлежат удовлетворению.

При определении суммы незаконно произведённых удержаний суд исходит из того, что вышеназванными нормами трудового законодательства допускается удержание из заработной платы в пределах пятидесяти процентов заработной платы. 

Как отмечено выше, взыскания из заработной платы Ш. производились на основании её заявления о добровольном возмещения причинённого работодателю ущерба за счёт взыскания из её заработной платы, в соответствии с положениями ч. 4 ст. 248 Трудового кодекса Российской Федерации, то есть на законных основаниях. 

Вместе с тем, поскольку данные взыскания произведены с нарушением предусмотренных ст. 138 Трудового кодекса Российской Федерации пределов ограничений удержаний из заработной платы работника, максимальный размер которых не может превышать пятьдесят процентов, суд счёл возможным взыскать с ответчика в пользу Ш. незаконно удержанную у неё заработную плату за вышеуказанный период. При определении подлежащей взысканию суммы удержанной заработной платы суд исходит из того, что с ответчика за данный период удержано заработной платы, без учёта выплаты пособия по временной нетрудоспособности 83 276 рублей 62 копейки. Таким образом, взысканию с ответчика в пользу истца подлежит 41 638 рублей 31 копейку.

При разрешении требований о взыскании с ответчика в пользу истца удержанных выплат по временной нетрудоспособности суд исходит из следующего.

Согласно ст. 183 Трудового кодекса Российской Федерации при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральными законами. Размеры пособий по временной нетрудоспособности и условия их выплаты устанавливаются федеральными законами.

По смыслу положений данной статьи названное пособие не относится к заработной плате, тогда как истица Ш. давала согласие на удержания в счёт возмещения причинённого ущерба только из её заработной платы. При таких обстоятельствах удержания в возмещение ущёрба за счёт начисленного истице пособия по временной нетрудоспособности будут являться незаконными.

Из представленных доказательств установлено, что с истицы ФИО2 Райпо произведены удержания в возмещение ущёрба за счёт начисленного истице пособия по временной нетрудоспособности за счёт средств фонда социального страхования: начисленное в декабре 2017 года в сумме 1134 рубля 30 копеек (1318,30 х 13% =171,79; 1318,30 - 171,79) (л.д.82,84); в июне-июле 2018 года - 78 рублей 10 копеек (4220,50 + 6330,75 = 10 551,25; 10 551,25 х 13% = 1372; 10 551,25 – 1372 – 1101,1 (средства работодателя) = 8 078,1; 8 078,1- 8 000 (выдано через кассу предприятия) (л.д.87-88, 98,92). 

Таким образом, с истицы ФИО2 Райпо произведены удержания в возмещение ущёрба за счёт начисленного истице пособия по временной нетрудоспособности за счёт средств фонда социального страхования в общей сумме 1212 рублей 40 копеек.

При этом, доводы истицы Ш. о том, что по кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ ей выдана заработная плата в сумма 8 000 рублей, в пособие по временной нетрудоспособности незаконно удержано, суд находит несостоятельными, поскольку из данного ордера видно, ей было выплачено именно пособие по временной нетрудоспособности. (л.д.92, 127)

С учётом вышеизложенного исковые требования Ш. о признании удержаний и не выплаты пособия по временной нетрудоспособности ответчиком истцу с декабря 2017 года по август 2018 года незаконными и нарушающими федеральное законодательство подлежать частичному удовлетворению в части признания незаконности таких выплат истцу в декабре 2017 года и июле 2018 года.

В остальной части её исковые требования подлежат оставлению без удовлетворения поскольку установлено, что эти пособия выдавались истцу, что подтверждает кассовыми ордерами и другими документами. (л.д.84-94).

Наряду с этим, частично подлежат удовлетворению требования истицы о взыскании незаконно удержанного пособия по нетрудоспособности. 

Взысканию с ответчика в пользу истца подлежат незаконно удержанные в счёт возмещения причинённого ущерба пособия по временной нетрудоспособности в размере 1134 рубля 30 копеек за декабрь 2017 года и 78 рублей 10 копеек за июль 2018 года, а всего взысканию подлежит 1 212 рублей 40 копеек.

При разрешении исковых требований о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда суд исходит из следующего. 

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку, как указано выше, установлены незаконные удержания, производимые ответчиком из заработной платы истца, то есть, установлены неправомерные действия работодателя, суд пришёл к выводу о причинении действиями ответчика нравственных страданий истцу, что в соответствии со ст. 151 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для взыскания компенсации морального вреда.

При этом, представленную истцом справку о её временной нетрудоспособности суд не находит доказательством причинения ей ответчиком физических страданий, поскольку из данной справки не следует, что указанные в ней заболевания возникли вследствие вышеуказанных действий ответчика, признанных судом неправомерными.(л.д. 113)

При определении подлежащей взысканию суммы морального вреда суд исходил из степени нравственных страданий Ш., фактических обстоятельств их причинения, их последствий для нее, имущественного положения ответчика, а также учитывая степень разумности и справедливости, суд пришел к выводу, что взысканию в пользу истца подлежит компенсация морального вреда в размере 3 000рублей.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации судебные расходы по делу подлежат взысканию с ответчика, поскольку в согласно п. 15 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец при подаче иска была освобождена от уплаты государственной пошлины при подаче иска. Взысканию подлежит государственная пошлина исходя из суммы взысканной в пользу истца в общем размере – 42 850,71 (41 638,31 + 1 212,40) и исковое требование о взыскании компенсации морального вреда не подлежащего оценке – 300 рублей. Общая сумма подлежащей взысканию государственной пошлины составляет 1 785 (одну тысячу семьсот восемьдесят пять) рублей 52 копейки.

Руководствуясь ст. ст. 194, 197, 198, 235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковое заявление Ш. к Шалинскому Районному Потребительскому Обществу о признании незаконным удержаний из заработной платы и взыскании незаконных удержаний из заработной платы в размере 91 726 рублей 61 копеек, а также компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей частично удовлетворить.

Признать частично произведённые удержания ответчиком у истца удержания из заработной платы за период с декабря 2017 года по июнь 2018 года незаконными нарушающими Трудовой кодекс Российской Федерации.

Признать удержания и не выплаты пособия по временной нетрудоспособности ответчиком истцу в декабре 2017 года и в июле 2018 года незаконными нарушающими федеральное законодательство. 

Взыскать с Шалинского Районного Потребительского Общества в пользу Ш. незаконно удержанную в счёт возмещения причинённого ущерба часть заработной платы в размере 41 638 (сорок одну тысячу шестьсот тридцать восемь) рублей 31 копейку. 

Взыскать с Шалинского Районного Потребительского Общества в пользу Ш. незаконно удержанные в счёт возмещения причинённого ущерба из начисленных ей пособия по временной нетрудоспособности в размере 1134 рубля 30 копеек за декабрь 2017 года и 78 рублей 10 копеек за июль 2018 года, а всего взыскать в её пользу 1 212 (одну тысячу двести двенадцать) рублей 40 копеек.

Взыскать с Шалинского Районного Потребительского Общества в пользу Ш. компенсацию морального вреда в размере 3 000 (трёх тысяч) рублей. 

Взыскать с Шалинского Районного Потребительского Общества государственную пошлину в местный бюджет в сумме 1 785 (одну тысячу семьсот восемьдесят пять) рублей 52 копейки. 

В остальной части исковые требования Ш. к Шалинскому Районному Потребительскому Обществу оставить без удовлетворения.

На решение может быть апелляционная жалоба в Свердловский областной суд через Шалинский районный суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Решение изготовлено в окончательной форме 29.01.2019.

Председательствующий судья П.П. Сафонов