Дело №2-147/2020

УИД: 44RS0023-01-2020-000090-96

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 июля 2020 г. п.Кадый 

Макарьевский районный суд Костромской области в составе:

председательствующего судьи Буровой Е.И.,

при секретаре Жаровой Н.В., 

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО1 – адвоката Разина А.К., ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, обязании внести сведения о приеме на работу и увольнении, взыскании морального вреда, заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю (далее ИП) ФИО2 об установлении факта трудовых отношений в период с 20.01.2017 по 15.07.2019, в которых ответчик выступал в качестве работодателя, а истец в качестве работника с заработной платой 7 500 руб. в месяц; об обязании внести запись в трудовую книжку о трудоустройстве и увольнении по собственному желанию работника в соответствии с п.3 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) (ст.80 ТК РФ); о взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 руб. Требования мотивированы тем, что в период с 20.01.2017 по 15.07.2019 включительно он работал у ответчика в должности рабочего на организованном ответчиком предприятии. Необходимые документы для оформления трудовых отношений были переданы ответчику при заключении трудового договора. Ответчик выдал ему (ФИО3) на руки трудовой договор, в котором было указано, что он принят на работу в должности рабочего. Он приступил к выполнению возложенных на него обязанностей, выполнял все указания руководителя, не допускал нарушений трудовой дисциплины. При трудоустройстве с ответчиком была достигнута договоренность о размере заработной платы – 7 500 руб. в месяц. Однако обязанность по выплате заработной платы работодателем исполнялась ненадлежащим образом. 28.06.2019 ответчик не допустил его к работе, устно сказал, что он (ФИО3) уволен, никаких письменных документов об увольнении не предоставил. Он (ФИО3) неоднократно требовал у ответчика надлежащим образом оформить трудовые отношения и их прекращение, выплатить задолженность по заработной плате. Однако из-за неприязненных к нему (ФИО3) отношений ответчик от своих обязанностей работодателя уклонился. В настоящее время ответчик отрицает факт наличия с ним трудовых отношений, что повлекло необоснованное доначисление ему (ФИО3) алиментных обязательств. Кроме того ему (ФИО3) стало известно о том, что ответчик не выполнял возложенные на него обязанности работодателя по уплате страховых взносов и налога на доходы физических лиц, чем также нарушил его (ФИО3) права и законные интересы. Поскольку ответчик заключил с ним (ФИО3) трудовой договор, он (ФИО3) был допущен к работе в качестве рабочего с 20.01.2017 по 15.07.2019 с ведома работодателя и в его интересах, при трудоустройстве с работодателем были оговорены условия его (ФИО3) работы, режим работы, согласована заработная плата, он (ФИО3) длительное время работал у ответчика, полагает, что между ним (ФИО3) и ответчиком фактически сложились трудовые отношения. Однако, несмотря на это приказ о приеме на работу не издавался, записи о приеме на работу и об увольнении в трудовую книжку не вносились. 

В судебном заседании истец ФИО1 уточнил исковые требования, окончательно сформулировал их следующим образом: просил установить факт наличия между ним и ответчиком ИП ФИО2 трудовых отношений в период с 20.01.2017 по 28.06.2019, в которых ответчик выступал в качестве работодателя, а он (ФИО3) в качестве работника с заработной платой 7 500 руб. в месяц.; обязать ответчика внести запись в трудовую книжку о приеме на работу и увольнении по собственному желанию работника в соответствии с п.3 ст.77 ТК РФ (ст.80 ТК РФ); взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.; невыплаченную заработную плату за июнь 2019 г. в размере 7 500 руб. и компенсацию за неиспользованный отпуск в июне 2019 г. в размере 7 167,24 руб. 

Пояснил, что поддерживает заявленные исковые требования с учетом уточнений по основаниям изложенным в иске. Дополнительно указал, что 20.01.2017 заключил с ИП ФИО2 трудовой договор, в силу которого он (ФИО3) обязуется выполнять обязанности рабочего с заработной платой 7 500 руб. в месяц, договор был заключен на неопределенный срок с испытательным сроком 3 месяца. Режим работы, вопрос о предоставлении отпуска не оговаривали. Договор был подписан сторонами и составлен в одном экземпляре, впоследствии он был передан в службу судебных приставов. В связи с тем, что у него (ФИО3) имеются обязанности по уплате алиментов, он особо отметил, что ему необходимо официальное трудоустройство, против чего ответчик не возражал. Они оговорили место работы – гараж по адресу: 

<

адрес> и что он будет заниматься ремонтом машин, сварочными работами. ФИО2 предоставил ему помещение и инструменты для работы. Он (ФИО3) работал в гараже, иногда выезжал на пилораму. Работал 5 дней в неделю, суббота, воскресенье – выходные, с 9.00 час. до 16.00 час. без обеда. Ремонтировал машины, красил, занимался сварочными работами, выезжал на пилораму, там выполнял работу по замене рельсового пути, ремонтировал электродвигатель, ленточную пилораму. Распоряжения по поводу работы ему отдавал ФИО2 или кто-нибудь по его распоряжению. Заработная плата выплачивалась ежемесячно частями, но конкретного дня определено не было. За получение денег расписывался в ведомости один раз за сумму 7 500 руб. Никаких документов о начислении, выдаче заработной платы, ему не выдавали. После того, как он отработал у ответчика полгода, его (ФИО3) вызвали в службу судебных приставов и сообщили, что никаких отчислений, связанных с оплатой алиментов, работодатель не производит. ФИО2 тоже вызывали в службу судебных приставов, где разъяснили, что у него могут возникнуть проблемы в связи с его незаконными действиями. Этот разговор вел судебный пристав-исполнитель ФИО4 ФИО2 стал выдавать ему (ФИО3) деньги, которые направлялись в счет погашения задолженности по алиментам на счет взыскателя ФИО5 В общей сложности ФИО2 выдал ему 47 500 руб. и заверил его (ФИО3), что в дальнейшем все будет в порядке. Он продолжил работу, затем последовал очередной вызов в службу судебных приставов, где его уведомили о том, что насчитали задолженность по алиментам в размере 235 000 руб., поскольку никаких отчислений работодатель не производил. Он (ФИО3) обратился в суд с административным исковым заявлением о признании постановления о расчете задолженности по алиментам от 23.09.2019 незаконным. ИП ФИО2 был допрошен в ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля и пояснил, что он (ФИО3) работал у него всего лишь месяц, в связи с чем отчисления в налоговую инспекцию и в пенсионный фонд не производились. Также ФИО2 представил в материалы административного дела трудовой договор от 20.01.2017, иного, чем первоначально заключенный договор, содержания. В дальнейшем задолженность по алиментам ему (ФИО3) пересчитали, а 28.06.2019 ответчик не допустил его к работе и сообщил об увольнении. Между ними возникли конфликтные напряженные отношения и он (ФИО3) даже обращался в полицию с заявлением, в котором просил привлечь к установленной законом ответственности ответчика, который высказывал в его адрес угрозы жизни и здоровья, а также вымогал денежные средства. Имеется постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.11.2019. За все время работы – два с половиной года отпуск ему не предоставлялся. Компенсация за неиспользованный отпуск не выплачивалась. В этой связи просит взыскать с ответчика компенсацию за неиспользованный отпуск за июнь 2019 г. в размере 7 167,24 руб., указанную сумму он рассчитал следующим образом: из оговоренного размера заработной платы 7 500 руб. при заключении трудового договора вычел подоходный налог. Кроме того ему не выплачена заработная плата за июнь 2019 г. в размере 7 500 руб. Запись в трудовую книжку о приеме-увольнении не была внесена. Когда он устраивался к ФИО2 на работу, предоставил новую трудовую книжку, так как старая была утеряна на прежнем месте работы, но затем нашлась. Новую трудовую книжку ему так и не вернули. Причинение морального вреда обосновывает тем, что ему пришлось искать новую работу, возникли проблемы с новой женой, у него новая семья и ему не хватает денег на ее содержание. Его постоянно вызывают судебные приставы, в итоге ему постоянно приходится отпрашиваться с работы и тратить время.

Представитель истца ФИО1 – адвокат Разин А.К. поддержал позицию своего доверителя, полагал заявленные требования законными и обоснованными.

Ответчик ИП ФИО2 в судебном заседании уточненные исковые требования не признал, указал, что действительно заключил с ФИО1 трудовой договор датированный 20.01.2017. При этом ФИО1 упоминал, что ему необходимо официально устроиться на работу, поскольку у него имеется задолженность по алиментам. Трудовой договор принес с собой ФИО1 уже заполненный, в нем нужно было только расписаться. В договоре была указана дата заключения договора 20.02.2017, размер заработной платы - 7 500 руб. и наименование должности – разнорабочий, был оговорен испытательный срок. Договор был составлен в одном экземпляре и подписан обеими сторонами, скреплен его (ФИО2) печатью. Затем ФИО1 отнес договор в службу судебных приставов. Трудовую книжку ФИО3 не предоставлял. Никаких документов о приеме ФИО3 на работу не оформлялось. Его рабочее место было в гараже по адресу: 

<

адрес>, он занимался ремонтом машин, сварочными работами, два раза был на пилораме. Был оговорен график работы с 8.00 час. до 17.00 час., с 12.00 час. до 13.00 час. – обед, суббота, воскресенье – выходные дни. ФИО1 проработал у него в течение месяца. И затем, поскольку ФИО3 не соблюдал график работы, постоянно отсутствовал на рабочем месте, он (ФИО2) в одностороннем порядке расторг с ним трудовой договор, уведомил об этом ФИО3 устно. За отработанное время он выплатил ФИО3 заработную плату в полном размере, просто отдал ему деньги на руки, документально не зафиксировав. Отпуск ФИО3 не предоставлялся, так как им не было отработано необходимое время. Установленные законом отчисления на своих работников он (ФИО2) производит раз в квартал. Поскольку ФИО3 отработал всего лишь месяц, никаких отчислений произведено не было. Исполнительный лист о взыскании с ФИО3 алиментов в бухгалтерию не приходил. Он (ФИО2) приходил в службу судебных приставов и давал пояснения по поводу трудоустройства ФИО3, говорил, что оформит ФИО3 надлежащим образом, если тот выдержит испытательный срок. После того, как он (ФИО2) объявил ФИО3 о расторжении договора, последний уговорил его разрешить остаться работать в гараже, пояснил, что будет работать на себя, а ему ФИО2 бесплатно ремонтировать машины и выполнять сварочные работы в счет платы за помещение, обещал покрасить КАМАЗ. Никаких документов они не оформляли. Примерно года два, точно не помнит, ФИО3 работал в предоставленном помещении на себя, нанимал при этом работников, затем ушел, захватив при этом принадлежащие ему (ФИО2) инструменты и не оплатив расходы по электричеству. Кроме того, ФИО1 должен ему (ФИО2) 47 000 руб. Эту сумму он (ФИО2) одолжил ФИО3 по его просьбе на погашение задолженности по алиментам, расписки при этом не взял. Тысяч шесть ФИО3 вернул, остальная сумма долга не погашена до настоящего времени. Учетом денежных средств занимается его работник продавец ФИО15., которая и занималась всеми расчетами с ФИО3. Задолженность по алиментам он (ФИО2) за ФИО3 не оплачивал. Не отрицал, что ФИО1 проработал у него месяц. При рассмотрении в суде административного дела он (ФИО2) был опрошен в судебном заседании в качестве свидетеля, суду был представлен экземпляр трудового договора с ФИО3, составленный лично им (ФИО2), поэтому подписи ФИО3 в договоре не имеется. Указанный документ содержит запись «договор расторгнуть в одностороннем порядке 20 февраля 2017 г.». Не оспаривал тот факт, что ФИО3 работал у него (ФИО2) один месяц с 20.01.2017 по 20.02 2017, указал, что готов внести соответствующие записи о приеме и увольнении ФИО1 на работу, в том числе об увольнении ФИО1 по собственному желанию. Никакой задолженности перед ФИО3 у него (ФИО2) не имеется. Напротив это Наумов должен ему деньги – за электричество, за вывезенный инструмент, кроме того ФИО3 не вернул в полном объеме долг 47 000 руб. В ноябре 2019 г. ФИО3 написал на него (ФИО2) заявление в полицию о том, что он якобы высказывал в адрес ФИО3 угрозы. В действительности этого не было, он просто просил вернуть Наумова деньги. Требования о взыскании с него компенсации морального вреда полагает необоснованными. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы административного дела №2а-349/2019 по административному иску ФИО1 к начальнику отдела – старшему судебного приставу отдела судебных приставов по Кадыйскому району Костромской области ФИО6, УФССП России по Костромской области о признании и постановления о расчете задолженности по алиментам от 23.09.2019 незаконным, материалы исполнительного производства №, выслушав показания свидетелей, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.ст.12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, при этом в силу ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В соответствии со ст.15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором 

Согласно ч.1 ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

В силу ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч.1 ст.61 ТК РФ).

В соответствии с ч.2 ст.67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения к работе.

Исходя из совокупного толкования норм трудового права, содержащихся в названных статьях Кодекса следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд).

При разрешении вопроса о признании сложившихся между работодателем и работником отношений трудовыми, суд исследует, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст.ст.15 и 56 ТК РФ.

Наличие трудовых отношений может быть подтверждено истцом ссылками на любые доказательства, указывающие на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы, поскольку работник в связи с его зависимым правовым положением не может нести ответственность за действия работодателя, на котором на основании прямого указания закона лежит обязанность по своевременному и надлежащему оформлению трудовых отношений (ст.68 ТК РФ).

По смыслу приведенных норм для разрешения вопроса о возникновении между сторонами трудовых отношений необходимо установление таких юридически значимых обстоятельств, как наличие доказательств самого факта допущения работника к работе уполномоченным лицом и доказательств согласия работодателя на выполнение работником трудовых функций в интересах организации.

Согласно п.3 ст.37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Согласно ст.31 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно ст.22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с Трудовым Кодексом РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно ст.84.1 ТК РФ в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работник трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со ст.140 ТК РФ РФ.

Согласно ст.140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работникам требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму. 

В силу положений ст.19.1 ТК РФ неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В силу принципа состязательности сторон, закрепленного в ст.12 ГПК РФ и требований части 2 статьи 35, части 1 статьи 56 и части 1 статьи 68 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений. В данном случае бремя доказывания факта возникновения и наличия трудовых отношений возлагается на истца. 

Как установлено судом, 20.01.2017 между ФИО1 и ИП ФИО2 заключен трудовой договор, по условиям которого ФИО1 принят на работу в качестве рабочего с испытательным сроком 3 месяца, с заработной платой в размере 7 500 руб. Указанный договор был подписан работником и работодателем, поставлена печать индивидуального предпринимателя. Трудовая книжка работника в установленном законом порядке не была оформлена, приказ о приеме на работу не издавался. Как следует из представленной в материалы дела копии трудовой книжки ФИО1 запись о приеме и увольнении к ИП ФИО2 в ней отсутствуют. 

Указанные обстоятельства в ходе судебного разбирательства сторонами не оспаривались. 

В материалы дела представлено свидетельство о государственной регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя, 12.08.2013 в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей в отношении индивидуального предпринимателя ФИО2 внесена запись о приобретении физическим лицом статуса индивидуального предпринимателя. 

28.10.2019 в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей в отношении индивидуального предпринимателя ФИО2 внесена запись об изменении сведений об индивидуальном предпринимателе, содержащихся в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей. 

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 сослался на то, что проработал у ответчика с 20.01.2017 по 28.06.2019. Между тем ИП ФИО2 отрицает сам факт трудовых отношений между ними в указанный период. Кроме того индивидуальный предприниматель не выполнил свои обязанности работодателя по уплате страховых взносов и налога на доходы физических лиц в связи с чем ему (ФИО3) была необоснованно насчитана задолженность по алиментным обязательствам. После разговора с судебным приставом–исполнителем, ФИО2 с целью избежания ответственности за то, что им не производились необходимые отчисления, предоставил ФИО1 денежные средства в размере 47 500 руб. с целью погашения задолженности по алиментам. В подтверждение представил копии квитанций за 5, 14, 19 июля 2017 г. на общую сумму 45 634,05 руб., из которых следует, что судебный пристав-исполнитель принял от плательщика ФИО1 денежную сумму в пользу ФИО16 Ссылался на то, что ФИО2, давая пояснения в отделе службы судебных приставов, подтвердил факт его (ФИО3) трудоустройства и обещал оформить все необходимые документы надлежащим образом. Также указал, что доводы, приведенные им в обоснование своих требований, могут подтвердить работники ФИО2 и водители, которые ремонтировали у него (ФИО3) свои транспортные средства. 

Судом установлено, что постановлением судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов по Кадыйскому району Управления Федеральной службы судебных приставов по Костромской области от 14.02.2013 на основании судебного приказа №2-38/2013 от 13.02.2013 мирового судьи судебного участка №38 п.Кадый о взыскании алиментов возбуждено исполнительное производство № в отношении ФИО1 

23.09.2019 начальником отдела – старшим судебным приставом ОСП по Кадыйскому району ФИО6 вынесено постановление о расчете задолженности по алиментам, должнику ФИО1 определена задолженность по алиментам за период с 01.07.2017 по 30.06.2019 на содержание несовершеннолетнего ребенка по состоянию на 23.09.2019 в размере 223 462,89 руб.

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 05.10.2019 обратился в Макарьевский районный суд Костромской области с административным исковым заявлением о признании его незаконным. В ходе рассмотрения административного дела ФИО1 ссылался на то, что состоит в трудовых отношениях С ИП ФИО2, но поскольку подтверждающие его (ФИО3) трудоустройство документы не были представлены в службу судебных приставов у него образовалась большая задолженность. 

В ходе рассмотрения административного дела административный ответчик – начальник отдела - старший судебный пристав ОСП по Кадыйскому району УФССП по Костромской области ФИО6 пояснила, что в материалах исполнительного производства имеется трудовой договор ФИО1 с ФИО2 Данный договор был представлен в ОСП по Кадыйскому району в июле 2017 г. ФИО1 В связи с тем, что на тот период задолженность по алиментам отсутствовала, судебным приставом-исполнителем было направлено постановление об удержании алиментов из заработной платы в бухгалтерию ИП ФИО2. Из заработной платы алименты не удерживались. В связи с этим 15.07.2019 ФИО2 был вызван для дачи объяснений в ОСП по Кадыйскому району, где пояснил, что действительно заключил трудовой договор с ФИО1, но ФИО3 не исполнял свои трудовые обязанности, на работу ходил, когда захочет, он расторг договор в одностороннем порядке, о чем ФИО3 был уведомлен сразу же. Налоги и страховые взносы он (ФИО2) не отчислял. Впоследствии ФИО3 просто занимал у него помещение для ремонта автомобилей, чтобы вернуть денежные средства, которые он у него (ФИО2) когда-то занял в долг. Расчет задолженности по алиментам за период с 01.07.2017 по 30.06.2019 был произведен исходя из среднероссийской заработной платы (протокол судебного заседания от 29.10.2019). 

ИП ФИО2 в рамках рассмотрения административного дела был допрошен в качестве свидетеля и показал, что в январе 2017 г. оформил ФИО1 на работу разнорабочим. Он занимался сваркой, красил машины. Поскольку ФИО1 не соблюдал трудовой распорядок – приходил и уходил с работы, когда хотел в феврале 2017 г. его уволил. Больше он у него не работал. Никаких записей в трудовую книжку не делал, поскольку ждал окончания испытательного срока. Кроме того ФИО3 занял у него деньги около 50 000 руб., 6 000 руб. вернул, остальные деньги не отдал (протокол судебного заседания от 05.11.2019). В судебном заседании ФИО2 представил подлинник трудового договора (контракта) между ним и ФИО1 о трудоустройстве с 20.01.2017, в котором имелась подпись только ИП ФИО2, с записью внизу договора «договор расторгнуть в одностороннем порядке 20 февраля 2017 г.».

В материалах исполнительного производства № ОСП по Кадыйскому району УФССП по Костромской области, представленного для обозрения суду, имеется подлинник трудового договора подобного содержания, содержащего подписи ФИО2 и ФИО1 

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО17., занимающая у ИП ФИО2 должность продавца-кассира в магазине «Запчасти» пояснила, что ФИО1 работал у ФИО2 в 2017 г. в качестве рабочего, был принят на работу с испытательным сроком. Денис говорил, что ему нужно официально устроиться из-за алиментов, платить алименты с зарплаты, а не со всего заработка. Потом он стал нарушать трудовой распорядок, приходилось постоянно его разыскивать, и ФИО2 сказал, что такой работник ему не нужен. Пояснила, что не помнит, сколько времени отработал ФИО3 у ФИО2. Сначала он работал один, потом появились помощники. Через месяц-два после того, как ФИО3 устроился на работу, он в течение целой недели ходил к ней и говорил, что у него проблемы, нужно гасить задолженность по алиментам, просил денег в долг, она предложила обратиться к ФИО2. Тот дал ему в долг 45 700 руб. Все расчеты, связанные с деньгами вела она, делала записи в журнале. ФИО3 возвращал деньги по частям. В течение 3-4 месяцев отдал 6 500 руб. остальные деньги должен до сих пор. Также ФИО3 приходил к ней за запчастями. Она записывала денежную сумму за ним, в конце месяца подсчитывала, выписывала накладную и отдавала ФИО2, тот оплачивал. Затем Денис стал отправлять за запчастями заказчиков, с какого времени сказать затрудняется.

Свидетель ФИО18., работающий у ФИО2 показал, что ФИО1 года три назад работал у ФИО2, занимался ремонтом, покраской машин. Работал где-то в течение трех лет. Между ним и ФИО2 были какие-то споры, но по поводу их отношений он (свидетель) ничего пояснить не может. 

Свидетель ФИО19 показал, что по роду своей деятельность занимается грузоперевозками и обращался к ФИО3 по вопросу ремонта машин, а именно по сварочным работам, в том числе и в период с 2017 г. по 2019 г. ФИО3 работал в боксе у ФИО2, на каких основаниях он там работал, ему не известно. Расплачивался он всегда с Денисом, никаких квитанций ФИО3 ему не выдавал. Как потом Денис распоряжался деньгами - не знает. Если ему (свидетелю) нужно было заехать на «яму» он договаривался с ФИО2, поскольку ФИО3 никакого отношения к «яме» не имеет. А по поводу ремонта машины договаривался с ФИО3. 

Свидетель ФИО20., который также ремонтировал машину у ФИО1, дал аналогичные показания.

Судебный пристав-исполнитель ФИО21., допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля показал, что ничего не может пояснить по обстоятельствам по исполнительному производству в отношении ФИО1, поскольку прошло много времени. 

Также в материалах дела имеется постановление оперуполномоченного группы уголовного розыска ПП №10 МО МВД России «Макарьевский» младшего лейтенанта полиции ФИО22. от 28.11.2019 об отказе в возбуждении уголовного дела, предусмотренного ч. 1 ст.163 УК РФ по факту вымогательства денежных средств, ч.1 ст.119 УК РФ по факту угрозы убийством в отношении ФИО2, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ ввиду отсутствия в деянии состава преступления, которым установлено, что 22.11.2019 г. ФИО2 предпринял попытку поговорить с ФИО1 по поводу возвращения денежных средств, которые ФИО1 брал у него в долг в мае 2017 г. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе показания свидетелей в их совокупности суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

В ходе рассмотрения дела нашел свое подтверждение факт наличия между ФИО1 и ИП ФИО2 трудовых отношений с 20.01.2017 по 20.02.2017 (дата расторжения договора, указанная ответчиком в экземпляре трудового договора, представленного в материалы административного дела №2а-349/2019). То обстоятельство, что трудовой договор был заключен и в указанный период ФИО1 осуществлял свою трудовую деятельность, не оспаривается сторонами. Ответчик не возражал против внесения в трудовую книжку соответствующих записей о приеме и увольнении ФИО1 на работу в указанный период, в том числе об увольнении ФИО1 по собственному желанию.

Вместе с тем, суд полагает не доказанным факт работы ФИО1 у ИП ФИО2 в период с 20.02.2017 по 28.06.2019. 

Доводы ФИО1 о том, что за указанный период ему выплачивалась заработная плата, ничем не подтверждены. Ответчик утверждает, что заплатил за работу ФИО1 за отработанный им месяц 7 500 руб., более никаких выплат не производил. Истец же в уточненных исковых требованиях просит взыскать с ответчика лишь невыплаченную заработную плату за июнь 2019 г. и компенсацию за неиспользованный отпуск в июне 2019 г. в размере 7 167,24 руб. Оснований полагать, что ответчик намеренно скрывает факт оплаты труда своего работника на протяжении более чем двух лет, у суда не имеется. 

Доводы ФИО2 о том, что ФИО1 проработал у него всего месяц, а затем лишь использовал для работы принадлежащее ему (ФИО2) помещение подтверждаются показаниями свидетеля ФИО23., которая пояснила, что сначала ФИО3 работал один, а затем у него появились помощники. О том, что в последнее время ФИО3 в магазин за запчастями стал посылать заказчиков. Также сам ФИО2 говорил ей о намерении расторгнуть с ФИО3 трудовой договор, поскольку тот не устраивал его в качестве работника. 

Свидетели ФИО24 и ФИО25., которые ремонтировали у ФИО3 свои автомашины, показали, что договаривались о ремонте напрямую с ФИО3, расплачивались за работу с ним.

ФИО26 также дала показания по поводу денежной суммы в размере 45 700 руб. Вопреки утверждению ФИО3 о том, что названную сумму денег ФИО2 передал ему в счет погашения задолженности по алиментам, показала, что ФИО2 дал ФИО3 эти деньги в долг в ответ на его же просьбу. В подтверждение своих слов представила записи, в которых вела расчеты и записывала возвращенные ФИО3 суммы в счет долга. 

В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела также идет речь о том, что 22.11.2019 г. ФИО2 пытался переговорить с ФИО3 по вопросу возврата долга.

Наумов доказательств в подтверждение своих доводов о том, что вышеназванную сумму ФИО2 по частям передавал ему для погашения задолженности по алиментам, не представил. 

При таких обстоятельствах требования истца о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, не подлежат удовлетворению.

Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно п.63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда. Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из искового заявления следует, что незаконные действия ответчика причинили истцу нравственные страдания, которые оцениваются в 50 000 руб.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд полагает исковые требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда 50 000 руб. не подлежащими удовлетворению.

Истцом заявлены два требования нематериального характера, в соответствии со ст.103 ГПК РФ с учетом того, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче искового заявления в суд, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета в размере 600 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать отношения между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 в период с 20.01.2017 по 20.02.2017 трудовыми.

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО2 внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме ФИО1 на работу к индивидуальному предпринимателю ФИО2 20.01.2017 на должность рабочего и запись об увольнении ФИО1 с указанной должности по собственному желанию - расторгнуть трудовой договор по инициативе работника (ст.80 Трудового кодекса Российской Федерации) на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации с 20.02.2017.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход бюджета Кадыйского муниципального района Костромской области государственную пошлину в размере 600 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Макарьевский районный суд Костромской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.И. Бурова

Мотивированное решение суда изготовлено 31 июля 2020 г.

Судья Е.И. Бурова