Дело № 2-351/2025 

УИД 34RS0036-01-2025-000354-12

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

р.п. Светлый Яр Волгоградской области 24 ноября 2025 г.

Светлоярский районный суд Волгоградской области в составе:

председательствующего судьи Ковалевой Т.Н.,

при секретаре Костиной М.К.,

с участием истца представителей истца по доверенности ФИО16, представителей истца – адвокатов по ордерам ФИО7, ФИО5, ответчика ФИО4, её представителя - адвоката по ордеру ФИО18, третьего лица нотариуса ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о признании завещания недействительным,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО4 о признании завещания от имени умершего ФИО2, удостоверенного нотариусом ДД.ММ.ГГГГ, недействительным.

В обоснование своих исковых требований указал на то, что ДД.ММ.ГГГГ умер его отец ФИО2 Он, как наследник первой очереди, после смерти отца обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако ему стало известно о том, что за месяц до смерти ФИО2 составил завещание, по которому принадлежащую отцу квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, и денежные средства он завещал ФИО4

Он указывает на то, что ФИО2 страдал тяжелым заболеванием (рак печени) и последние 4 месяца испытывал сильные боли, принимал сильнодействующие лекарственные препараты, в том числе: «кеторол», которые не только снимали болевые ощущение, но и подавляли психику. ФИО2 за несколько месяцев до смерти был замкнут и агрессивен.

Полагает, что ФИО2 на момент составления указанного завещания не понимал значение своих действий и не мог ими руководить, истец просит суд признать недействительным завещание, составленное от имени умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ нотариусом ФИО3, в пользу ФИО4

Истец ФИО1, будучи извещенным о дне, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, передав свои полномочия представителям по доверенности и адвокатам по ордерам.

Представители истца по доверенности ФИО16, адвокаты по ордерам ФИО7 и ФИО5 в судебном заседании поддержали исковые требования по основаниям, указанным в иске, настаивали на их удовлетворении.

Ответчик ФИО4 и её представитель - адвокат по ордеру ФИО18 в судебном заседании исковые требования не признали, просили отказать в их удовлетворении.

Ответчик ФИО4 суду пояснила, что была знакома с ФИО2 около 50 лет, они находились в дружеских отношениях. После того, как они с ФИО16 расторгли брак, он остался проживать в спорной квартире со своей матерью. После смерти матери он остался один, так как сыновья с ним не общались, он её мужу однажды сказал, что у него нет сына больше. В апреле 2024 г. он заболел, позже ему был выставлен диагноз «рак печени». В июле 2024 г. он сказал ей о том, что намерен составить завещание в её пользу. Последнее время они с мужем постоянно были с ним рядом, помогали ему, так как он был один.

Третье лицо нотариус ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, указала на то, что при удостоверении ею завещания ФИО2 в пользу ФИО4 оснований сомневаться в том, он понимает значение своих действий, у неё не было. Он предоставил ей справку о том, что на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, также пояснил, что у него имеются дети, но в связи с тем, что они с ним не общаются, он не желает оставлять им своё имущество.

Третье лицо ФИО17, представитель третьего лица ГБУЗ «Светлоярская ЦРБ» в судебное заседание не явились, извещены путём направления судебных извещений, возражений и ходатайств не предоставили.

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Статьей 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено право на обращение в суд. Заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

На основании пунктов 1 и 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со статьей 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону.

Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В силу статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. К наследственному договору применяются правила настоящего Кодекса о завещании, если иное не вытекает из существа наследственного договора.

Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Согласно пункту 1 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Пунктом 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО1 является сыном ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения (т. 1, л.д. 10).

Согласно свидетельству о государственной регистрации права, ФИО2 на праве собственности принадлежала 

<

адрес> мкр. 1 в р.

<

адрес> (л.д. 50).

ДД.ММ.ГГГГ врачом-онкологом ФИО2 был поставлен диагноз «Новообразование неопределенного или неизвестного характера печени, желчного пузыря и желчных протоков», а ДД.ММ.ГГГГ – «ЗНО левого легкого. ТхN1M1.MTS в печень. Болевой синдром.». 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 было составлено завещание 

<

адрес>0, удостоверенное нотариусом 

<

адрес> ФИО3, согласно которому всё имущество, какое ко дню смерти ФИО2 окажется ему принадлежащим, где бы таковое ни находилось и в чём бы ни заключалось, завещаны ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ рождения (л.д. 39).

Истец в обоснование исковых требований указал, что ФИО2 в силу состояния своего здоровья и имевшегося у него онкологического заболевания и употребления сильнодействующих лекарственных средств, а также употребления спиртных напитков при составлении данного завещания находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

С целью проверки доводов истца судом назначена судебная посмертная психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница №».

Согласно заключению врача судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 при жизни на учете врача психиатра не состоял, психиатром не осматривался, наблюдался в поликлинике по поводу соматических заболеваний. Впервые диагноз онкологического заболевания был выставлен врачом-онкологом в июле 2024 г. с рекомендацией полного обследования и наблюдения; в диагнозе «болевой синдром» выставляется ДД.ММ.ГГГГ с рекомендацией адекватного обезболивания, симптоматической терапии и перевода в паллиативную группу. В записи осмотров терапевтом имеются сведения, что для обезболивания принимает «кеторол» в терапевтических дозировках, с положительным эффектом. В предоставленной медицинской документации отсутствует описание психического состояния ФИО1, показания свидетелей о его психическом состоянии малоинформативные и противоречивые. Таким образом, с учетом вышеизложенного оценить психическое состояние ФИО2 на интересующий суд период и ответить на поставленные вопросы «Страдал ли ФИО2 в момент составления и подписания завещания – ДД.ММ.ГГГГ каким-либо психическим или иным заболеванием, которое могло повлиять на его психическое состояние? Могло ли наличие заболевание у ФИО2 повлиять на его психическое состояние? Понимал ли ФИО2 в момент составления и подписания завещания, то есть ДД.ММ.ГГГГ, значение своих действий и мог ли руководить ими?» не представляется возможным.

Оценивая данное экспертное заключение, суд первой инстанции отметил, что оно полностью соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федеральному закону от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", заключение дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретный ответ о невозможности дать заключение на поставленные судом вопросы, эти утверждения не допускают неоднозначного толкования.

Вместе с тем, судом установлено, что согласно исследованной медицинской документации ФИО2 у врача-психиатра и врача-нарколога по месту жительства на учётах не состоял.

Указанное обстоятельство также в судебном заседании подтвердил допрошенный в качестве свидетеля врач психиатр и нарколог ГБУЗ «Свеьлоярская ЦРБ» ФИО8, который пояснил, что ФИО2 не состоял на учете по своему месту жительства у врачей нарколога и психиатра, за помощью в данной области медицины не обращался. Действительно он выдавал ему ДД.ММ.ГГГГ справку о том, что он на учетах не состоит, при этом во время данного приёма он его не обследовал на психиатрические заболевания, а только констатировал факт отсутствия его на диспансерном учете. Вместе с тем, очевидных нарушений психики он у ФИО2 при приеме ДД.ММ.ГГГГ не обнаружил, он вёл себя адекватно и спокойно.

В судебном заседании в качестве свидетелей по ходатайству истца были допрошены ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11

Так свидетель ФИО9 суду пояснила, что является участковым терапевтом ГБУЗ «Светлоярская ЦРБ» и на её участке проживал ФИО2 Сначала её вызывал ФИО2 в качестве врача к своей маме. Потом поступали вызовы от него, в связи с болями в животе. Он был агрессивен, всегда был недоволен, от приёма назначенных ему лекарств отказывался. Она предположила, что у него рак и направила его к онкологу, в ходе приема у которого он также вёл себя агрессивно. Примерно в сентябре-октябре 2024 г. она была у него дома на вызове, поведение у него также было неадекватное, он был сильно ослаблен, плохо передвигался, ругался сильно, он отрицал свой диагноз. В процессе его болезни она выписывала ему «Кеторол», а позднее «Тармадол», однако за рецептом он не пришел. Пояснила, что неадекватное поведение его заключалось в том, что он часто ругался, был недоволен оказанной ему медицинской помощью, требовал на руки свою амбулаторную карту.

Свидетель ФИО12 суду пояснил, что был знаком с ФИО2, как с жителем р.

<

адрес> около 40 лет, однако близко с ним не общались, ему было известно о том, что раньше у ФИО2 была семья, однако с женой он брак расторг, а дети жили далеко. Последний раз он видел ФИО2 примерно в июле-августе 2024 г. в местной поликлинике, он вёл себя там агрессивно, громко выражался нецензурной бранью в отношении врачей, оскорблял их. 

Свидетель ФИО11 суду пояснила, что знакома была с ФИО2 примерно с 1980-1981 гг., она дружила с сестрой его жены ФИО16 Последний раз она его видела в августе 2024 г., встретила на улице, он очень плохо и болезненно выглядел, он рассказал ей о том, что болеет и что скоро приедет его сын ФИО1, который пообещал отвезти его в Москву на лечение. Он также спросил у неё, как поживает её муж Сергей, который давно умер.

Свидетель ФИО10 суду пояснила, что она со школы знакома с ФИО2, знакомы с ними как жители р.

<

адрес>. Она видела то, что ФИО2 часто ходил по переулку в состоянии алкогольного опьянения, такой вывод она сделала по его шаткой походке и запаху алкоголя от него. Также она его видела в больнице, он громко ругался, также громко ругался в магазине. При этом она пояснила, что знает ФИО2 как излишне эмоционального человека.

По ходатайству стороны ответчика были допрошены свидетели ФИО13 и ФИО14

Так, свидетель ФИО13 суду пояснила, что является сестрой ФИО4 и была знакома с ФИО2 около 40 лет, так как проживали в р.

<

адрес>. Она его часто встречала дома у своей сестры, он дружил с её мужем и приходил к ним в гости. Последний раз она его видела в сентябре 2024 г., общалась с ним, он вёл себя нормально, странностей в его поведении она не замечала. Он рассказывал ей о том, что хочет оформит завещание на ФИО4

Свидетель ФИО14 суду пояснила, что хорошо знала ФИО2 с 1978 г., как жителя р.

<

адрес>, в августе 2024 г. ей стало известно о том, что ФИО2 болеет, он ей сам об этом рассказал. Однако, странностей в его поведении она не замечала, она его неоднократно видела в магазине, на улице, при это в состоянии алкогольного опьянения его не замечала.

Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется, поскольку не установлена их заинтересованность в деле.

Вместе с тем, в соответствии с частью 1 статьи 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.

Таким образом, свидетельскими показаниями могут быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, совершаемых им поступках, действиях и отношении к ним.

Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени, способности осознавать свои действия и руководить ими требует именно специальных познаний, каковыми, как правило, стороны, свидетели и суд не обладают.

Таким образом, показания свидетелей не противоречат выводам проведенной по делу экспертизы.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О указано, что норма части первой статьи 12 процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в части первой статьи 56 того же Кодекса, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений.

<

адрес> ФИО3 в ходе рассмотрения дела судом пояснила, что при удостоверении завещания ДД.ММ.ГГГГ были соблюдены все требования закона и иных нормативных актов.

Заявляя требования о признании завещания недействительным, истцу надлежало доказать наличие у завещателя в момент его составления психического заболевания или иного заболевания и неспособность завещателя вследствие такого заболевания понимать значение своих действий и руководить ими.

Вместе с тем, в нарушение вышеуказанных требований закона, истцом факт неспособности ФИО2 понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещания не доказан, тогда как бремя доказывания обстоятельств недействительности завещания по статье 177 Гражданского кодекса Российской Федерации возлагается именно на истца.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебной практике по делам о наследовании", завещание может быть признано недействительным по решению суда, в частности, в случаях: несоответствия лица, привлеченного в качестве свидетеля, а также лица, подписавшего завещание по просьбе завещателя (абзац второй пункта 3 статьи 1125 ГК РФ), требованиям, установленным пунктом 2 статьи 1124 ГК РФ; присутствия при составлении, подписании и, удостоверении завещания или при его передаче нотариусу лица, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей (пункт 2 статьи 1124 ГК РФ); в иных случаях, если судом установлено наличие нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волю завещателя.

С учетом указанной нормы неспособность стороны сделки в момент ее заключения понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания такой сделки недействительной, поскольку соответствующее волеизъявление стороны по сделке отсутствует.

Стороной истца не представлено допустимых и достоверных доказательств того, что волеизъявление наследодателя не было направлено на составление завещания в пользу наследника, указанного в завещании, что в момент написания завещания наследодатель находился в таком состоянии, когда она не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Такие доказательства судом в ходе судебного разбирательства также не добыты.

Доводы стороны истца об имеющемся у наследодателя онкологическом заболевании, употреблении им обезболивающих лекарственных средств, суд отклоняет, поскольку они выводов суда по заявленным исковым требованиям не опровергают. В медицинских документах не отмечено, что у наследодателя ФИО2 имелись какие-либо неадекватные реакции, психические или поведенческие отклонения, требующие консультации психолога или психиатра, или лечения по данным направлениям. 

При этом, сведений о нахождении ФИО2 на учете у врачей нарколога или психиатра, наблюдения его психиатрами в юридически значимый период материалы дела не содержат, равно как не свидетельствуют о том, что наследодатель не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими. 

Из материалов дела следует, что по форме и содержанию оспариваемое завещание отвечает требованиям действующего законодательства. Согласно тексту оспариваемого завещания, оно записано со слов ФИО2 нотариусом 

<

адрес> ФИО3 Завещание полностью прочитано завещателем до подписания и собственноручно им подписано в присутствии нотариуса. Личность завещателя установлена, дееспособность его проверена, содержание статьи 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации разъяснено завещателю нотариусом. Таким образом, оспариваемое завещание, как вид сделки, содержит все необходимые условия, определяемые гражданским законодательством: законность; способность завещателя к ее совершению; соответствие воли и волеизъявления; соблюдение формы завещания.

Пояснения свидетеля врача-терапевта ФИО9 о том, что у ФИО2 имелись странности в поведении (агрессия, неадекватное поведение, которое заключалось в том, что он часто ругался, был недоволен оказанной ему медицинской помощью, требовал на руки свою амбулаторную карту), а также указание на это в его медицинской карте не свидетельствуют о наличии оснований для удовлетворения иска, поскольку бесспорно не подтверждают то, что в момент оформления завещания ФИО2 не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

Материалы дела не содержат доказательств подтверждающих, что в момент совершения завещания ДД.ММ.ГГГГ завещатель ФИО2 находился применительно к положениям статей 177, 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. 

При таких обстоятельствах, суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований. 

На основании изложенного, руководствуясь положениями статей 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к ФИО4 о признании недействительным завещания от имени умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, удостоверенного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом ФИО3, в пользу ФИО4, – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Светлоярский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Т.Н. Ковалева

Справка: мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий Т.Н. Ковалева