САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

УИД: 78RS0015-01-2024-019618-29

Рег. №: 33-6134/2026 Судья: Лавриненкова И.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург 5 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

Председательствующего

Осининой Н.А.,

СудейПри помощнике судьи

ФИО1, ФИО2, ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на решение Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 16 октября 2025 года по гражданскому делу № 2-2011/2025 по иску ФИО4 к ФИО5 об установлении факта нахождения на иждивении и определении за истцом обязательной доли в наследственном имуществе.

Заслушав доклад судьи Осининой Н.А., выслушав объяснения представителя истца ФИО4 – ФИО6, ответчика ФИО5, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО4 обратился в Невский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО5, в котором просит установить факт нахождения истца на иждивении наследодателя ФИО 1; определить за истцом обязательную долю в наследственном имуществе, оставшемся после смерти наследодателя ФИО 1 в порядке наследования по закону в размере 1/2 доли.

В обоснование заявленных требований ФИО4 указано, что 

<

дата> умерла ФИО 1 Ответчик (родной брат умершей) в установленном законом порядке и сроки принял наследство ФИО 1 Истец (бывший муж наследодателя) полагает, что вправе наследовать после умершей ФИО 1, поскольку находился у нее на иждивении, так как он был зарегистрирован и проживал в квартире совместно с наследодателем, является инвалидом второй группы, характер его заболевания предполагает необходимость постоянного ухода. Наследодатель с 2008 года содержала истца и предоставляла ему регулярную помощь, заботу, поддержку, приобретала продукты, ее помощь была источником существования истца (т. 1 л.д. 2-3).

Определением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 21.04.2025 гражданское дело передано для рассмотрения по подсудности в Дзержинский районный суд Санкт-Петербурга (т. 1 л.д. 141-143).

Решением Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 16.10.2025 в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО5 об установлении факта нахождения на иждивении, определении обязательной доли в наследственном имуществе отказано.

В апелляционной жалобе истец выражает несогласие с постановленным решением суда, просит его отменить, полагая незаконным и необоснованным, принять новое решение об удовлетворении исковых требований.

Третье лицо – нотариус ФИО7 в заседание судебной коллегии не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом согласно требованиям ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), ходатайств и заявлений об отложении слушания дела, документов, подтверждающих уважительность причины своей неявки, в судебную коллегию не представил. При таком положении в соответствии со ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, и возражениях относительно жалобы.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина. Временем открытия наследства является момент смерти гражданина (ч. 1 ст. 1114 ГК РФ).

Согласно ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.

В соответствии со ст. 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст. 1142-1145 и 1148 названного кодекса. Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (ст. 1117), либо лишены наследства (п. 1 ст. 1119), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства.

Согласно пп. 2 и 3 ст. 1148 ГК РФ к наследникам по закону относятся граждане, которые не входят в круг наследников, указанных в ст. 1142-1145 данного кодекса, но ко дню открытия наследства являлись нетрудоспособными и не менее года до смерти наследодателя находились на его иждивении и проживали совместно с ним. При наличии других наследников по закону они наследуют вместе и наравне с наследниками той очереди, которая призывается к наследованию. При отсутствии других наследников по закону указанные в п. 2 этой статьи нетрудоспособные иждивенцы наследодателя наследуют самостоятельно в качестве наследников восьмой очереди.

Согласно разъяснениям, данным п. 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», при определении наследственных прав в соответствии со ст. 1148 и 1149 ГК РФ необходимо иметь в виду, что к нетрудоспособным относятся, в том числе граждане, достигшие возраста, дающего право на установление трудовой пенсии по старости (п. 1 ст. 7 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации») вне зависимости от назначения им пенсии по старости; граждане, признанные в установленном порядке инвалидами I, II или III группы (вне зависимости от назначения им пенсии по инвалидности).

При этом, находившимся на иждивении наследодателя может быть признано лицо, получавшее от умершего в период не менее года до его смерти - вне зависимости от родственных отношений - полное содержание или такую систематическую помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения им собственного заработка, пенсии, стипендии и других выплат. При оценке доказательств, представленных в подтверждение нахождения на иждивении, следует оценивать соотношение оказываемой наследодателем помощи и других доходов нетрудоспособного.

Совместное проживание с наследодателем не менее года до его смерти является условием призвания к наследованию нетрудоспособных иждивенцев наследодателя, названных в п. 2 ст. 1148 ГК РФ.

Таким образом, юридически значимым при рассмотрении настоящего спора являлось установление факта нахождения лица на иждивении у наследодателя в течение не менее года до его смерти, при этом оказываемая такому лицу наследодателем систематическая помощь должна быть для лица постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения им собственного заработка, пенсии, стипендии и других выплат.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 

<

дата> умерла ФИО 1 (т. 1 л.д. 26). После ее смерти нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО7 открыто наследственное дело №... (т. 1 л.д. 24-64).

К нотариусу с заявлением о принятии наследства по всем основаниям 03.09.2024 обратился ФИО5 – брат умершей (т. 1 л.д. 27).

15.11.2024 к нотариусу обратился ФИО4, от имени которого на основании доверенности действовала ФИО 4 с заявлением о принятии наследства по основанию, предусмотренному ч. 2 ст.1148 ГК РФ, как инвалид второй группы, проживавший совместно и находившийся на иждивении наследодателя, фактически приявший наследство (т. 1 л.д. 28).

Оценивая доводы ФИО8 о его нахождении на иждивении ФИО 1, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Истец ФИО4 и ФИО 1 состояли в зарегистрированном браке, брак расторгнут 28.10.1995 (т. 1 л.д. 33).

12.07.1997 ФИО 1 заключила брак с ФИО 2, в связи с чем изменила фамилию на ФИО9, брак расторгнут (т. 1 л.д. 33 на обороте).

На момент смерти ФИО 1 брак с ФИО4 расторгнут.

ФИО4 и ФИО 1 с 14.12.1978 зарегистрированы проживающими по месту жительства по адресу: 

<

адрес>. В указанной квартире также был зарегистрирован их сын ФИО 3, умерший 05.07.2020 (т. 1 л.д. 7, л.д. 31 на обороте).

Согласно выписке из ЕГРН, по состоянию на дату смерти ФИО 1 на праве собственности принадлежало 2/3 доли в праве собственности на двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. 1/3 доли в праве собственности на указанную квартиру принадлежит истцу ФИО4 (т. 1 л.д. 40-42).

В наследственном деле имеется договор от 17.08.2006, в соответствии с которым квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 45,4 кв.м., жилой площадью 24,8 кв.м., передана безвозмездно в общую долевую собственность граждан ФИО 1, ФИО4 и ФИО 3, и договор дарения от 14.07.2009, согласно которому ФИО 3 передал принадлежавшую ему долю в праве собственности на указанную квартиру своей матери ФИО 1 (т. 1 л.д. 36-38).

В ходе судебного разбирательства судом первой инстанции по ходатайству истца допрошены свидетели ФИО 5, ФИО 4, ФИО 6 (т. 2 л.д. 43-50).

Так, свидетель ФИО 5 сообщила, что проживает в одном доме с истцом, является председателем ТСЖ, знакома как с ФИО4, так и была знакома с ФИО 1, которые проживали в квартире №.... Свидетель может подтвердить, что ФИО 1 оказывала ФИО4 помощь в быту, ходила с ним по врачам, в случае необходимости заполняла нужные бланки, которые он только затем подписывал, оплачивала квитанции по квартплате и коммунальным платежам. ФИО4 был инвалидом, но мог самостоятельно выходить из дома на улицу без сопровождающих.

Свидетель ФИО 4 сообщила, что ФИО4 является ее дядей, она регулярно общалась как с Валерием Георгиевичем, так и с его бывшей женой, которые с 2004 года проживали вместе в одной квартире. Последние два года, после того как Надежде Ивановне сделали операцию, она практически не вставала, поэтому свидетель постоянно, не реже чем 2-3 раза в неделю, навещала их, покупала продукты. Деньги ей возвращала всегда Надежда Ивановна, то есть бюджет у них, по мнению свидетеля, был совместный. Они вели единое хозяйство, в квартире действительно на кухне стояли два холодильника, но это только для удобства и большего места для хранения продуктов. Свидетель указала, что истец Валерий Георгиевич самостоятельно не может себя обслуживать, сейчас живет у своей второй племянницы.

Свидетель ФИО 6 сообщила, что ответчик ФИО5 является ее отцом, соответственно ФИО 1 – ее тетя, отношения с которой свидетель характеризует как близкие. Свидетель навещала тетю, оказывала ей помощь по хозяйству, иногда покупала продукты. ФИО4 является бывшим мужем тети, они вели раздельное хозяйство, питались отдельно, у тети был свой холодильник на кухне, по договоренности оплату коммунальных услуг производили совместно, складывая общую необходимую сумму из самостоятельных средств.

Суд первой инстанции оценил показания свидетелей ФИО 4 и ФИО 6 критически, счел показания указанных свидетелей противоречивыми, при этом учитывал, что свидетель ФИО 4 является родственницей истца, а свидетель ФИО 6 – родственницей ответчика, то есть лицами, заинтересованными в исходе дела в пользу каждой из сторон, соответственно.

Кроме того, суд принял во внимание, что ни один из свидетелей не сообщил суду точных сведений о характере финансовых взаимоотношений бывших супругов, не предоставил сведений о том, какими средствами располагали каждый из них, была ли у ФИО 1 финансовая возможность содержать бывшего мужа или хотя бы оказывать ему такую постоянную финансовую помощь, которая составляла бы его основной источник существования.

В подтверждение получения содержания от наследодателя истец представил договор об оказании платных медицинских услуг, который в его интересах заключила ФИО 1 и оплатила стоимость лечения, расписалась в нем как законный представитель (т. 1 л.д. 71). Однако, суд первой инстанции принял во внимание, что указанный договор заключен в 2022 году и является единственным документом, свидетельствующим о том, что ФИО 1 оказывала истцу помощь, при этом доказательства того, что договор оплачен именно ФИО 1 за счет ее личных средств в дело не представлено.

Как следует из справки ПФР, ФИО4 являлся получателем страховой пенсии по старости, а также дополнительных выплат в связи с инвалидностью, его ежемесячный доход в 2023-2024 году составлял примерно 20 000-22 000 руб. в месяц (т. 1 л.д. 193-197).

ФИО 1 являлась получателем страховой пенсии по старости, размер которой в 2023-2024 году составлял примерно 19 000-21 000 руб. в месяц (т. 1 л.д. 191).

Сведений об иных источниках дохода в дело не представлено. При разрешении спора суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что размер дохода, получаемого ФИО 1, с очевидностью указывает на то, что она не имела возможности содержать своего бывшего мужа.

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст. 67 ГПК РФ, в том числе показания свидетелей, пришел к выводу, что из представленных в материалы дела доказательств не следует, что ФИО4 не менее года до смерти ФИО 1 находился на ее иждивении, нуждался в лекарственных препаратах, приобретение которых осуществлялось бы за счет ФИО 1, а также нуждался в оплате коммунальных услуг, в приобретении продуктов питания за счет ФИО 1 Представленные истцом доказательства объективно не свидетельствуют о том, что наследодатель при жизни взял на себя заботу о содержании ФИО4, постоянно предоставляла ему такое содержание, которое являлось бы достаточным для того, чтобы служить основным источником средств к существованию истца, а подтверждают лишь размер дохода наследодателя и истца. При этом сам по себе факт проживания истца совместно с наследодателем и сопоставимость доходов не свидетельствует об оказании ФИО 1 (с учетом ее собственных нужд, в том числе наличия заболеваний) постоянной помощи истцу и не влечет установления факта нахождения ФИО4 на иждивении у наследодателя.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что оснований для удовлетворения исковых требований о признании факта нахождения истца на иждивении наследодателя и об определении за истцом обязательной доли в наследственном имуществе не имеется.

Оснований не согласиться с выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку они основаны на законе и фактических обстоятельствах дела.

Исходя из п. 2 ст. 1148 ГК РФ, а также разъяснений, данных в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», для признания лица, не включенного законом в число наследников, в качестве такового, необходима совокупность одновременно трех условий: нетрудоспособности лица; проживания совместно с наследодателем; нахождении у него на иждивении не менее года до смерти, то есть нахождения лица на полном содержании наследодателя либо получение от него такой помощи, которая была бы основным и постоянным источником средств к существованию.

При этом недоказанность одного из названных условий исключает признание лица, не включенного законом в число наследников, в качестве такового.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12, 35 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Нетрудоспособность ФИО4 (является инвалидом второй группы), а также совместное проживание ФИО4 и ФИО 1 (совместная регистрация с 14.12.1978) подтверждены представленными в материалы дела доказательствами. Указанные факты не оспариваются стороной ответчика.

Вместе с тем, достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих, что ФИО 1 при жизни оказывала ФИО4 такую помощь, которая была бы для него основным и постоянным источником средств к существованию или же истец находился на полном содержании наследодателя в материалы дела, вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ, не представлено.

Многочисленные доводы истца о наличии у него тяжелого заболевания, вследствие которого ему присвоена вторая группа инвалидности, о состоянии его здоровья, о приеме на постоянной основе медицинских препаратов и их стоимости, о необходимости прохождения несколько раз в год дорогостоящих медицинских исследований, не свидетельствуют о нахождении ФИО4 на иждивении у ФИО 1 или об оказании последней такой помощи истцу, которая была бы для него основным и постоянным источником средств к существованию.

Доводы о получении помощи в быту, в том числе о помощи наследодателя истцу при обращении в МФЦ, не принимаются судебной коллегией, поскольку сам по данный факт не является достаточным основанием для установления факта нахождения ФИО4 на иждивении у наследодателя.

Из представленных в материалы дела документов о доходах истца и наследодателя следует, что доходы истца и наследодателя в юридически значимый период составляли примерно одинаковую сумму. Сведений о получении наследодателем дополнительных доходов не имеется.

Учитывая уровень доходов истца и наследодателя, не усматривается оснований полагать, что ФИО 1 при жизни имела возможность оказывать ФИО4 такую помощь, которая являлась бы для него постоянной и выступала в качестве основного источника средств к существованию, принимая во внимание, в том числе, возраст и состояние здоровья ФИО 1

При таком положении, судебная коллеги соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что истцом не представлено достаточных и достоверных доказательств того, что в течение последнего года жизни ФИО 1 оказывала ФИО4 полное содержание или такую систематическую помощь, которая была для нее постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения ею собственной пенсии и состояния здоровья. В связи с чем в удовлетворении исковых требований ФИО4 обоснованно отказано.

Содержащиеся в апелляционной жалобе доводы о несогласии с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств не опровергают выводы суда первой инстанции и направлены по существу на переоценку исследованных судом фактических обстоятельств и доказательств по делу, в связи с чем не могут являться основанием для отмены или изменения постановленного решения суда.

Доводов, которые имели бы существенное значение для рассмотрения дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали изложенные в нем выводы, в апелляционной жалобе не содержится.

Таким образом, правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований ст. 67 ГПК РФ, подробно изложена в мотивировочной части решения, в связи с чем доводы в апелляционной жалобы по существу рассмотренного спора не могут повлиять на правильность определения прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене состоявшегося судебного решения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 16 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 16.02.2026.