УИД 69RS0036-01-2025-006339-97

Дело 2-2460/2025 судья Янчук А.В. 2026 год

33-1102/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 марта 2026 года г. Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Серёжкина А.А.,

судей Зоровой Е.Е., Харитоновой В.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кувшиновой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Харитоновой В.А.

дело по апелляционной жалобе Министерства Финансов Российской Федерации на решение Заволжского районного суда города Твери от 22 октября 2025 года, которым постановлено:

исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ИНН 

<

***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ №) компенсацию морального вреда в сумме 250 000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству Финансов Российской Федерации в лице УФК по Тверской области о компенсации морального вреда в размере 2000000 рублей, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

В обоснование требований указано о том, что 15 апреля 2016 года следователем отдела по расследованию преступлений в сфере экономики СУ УМВД России по г. Твери было возбуждено уголовное дело № 0200466 по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту растраты денежных средств в размере 7632049 рублей, принадлежащих МУП «ПАТП-1».

28 марта 2018 года истцу предъявлено обвинение в совершении тяжкого корыстного преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации. В тот же день истец был допрошен в качестве обвиняемого и в отношении него избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

В окончательной редакции обвинение предъявлено 14 сентября 2020 года, в тот же день истец был допрошен повторно.

Уголовное дело неоднократно направлялось в суд.

20 февраля 2023 года по итогам дополнительного расследования уголовное преследование в части совершения указанного преступления прекращено в связи с отсутствием в действиях истца признаков состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, продолжено уголовное преследование по части 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации.

07 мая 2024 года ФИО1 получено постановление от 13 февраля 2024 года о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении истца в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (с применением положений, предусмотренных частью 2.2 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), то есть в связи с непричастностью к совершению преступления.

Одновременно следователем принято решение об отмене меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а также о снятии ареста с принадлежащего истцу имущества.

Незаконное уголовное преследование в отношении истца длилось 5 лет 10 месяцев 15 дней, в ходе которого права истца нарушались необоснованным обвинением в совершении тяжкого корыстного преступления, незаконным ограничением свободы передвижения в связи с применением следователем меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а также незаконным ограничением права собственности на принадлежащее имущество, вследствие наложения следователем ареста на личное имущество.

В результате непрерывного давления со стороны правоохранительных органов в период незаконного уголовного преследования истец испытывал постоянное психологическое напряжение. Осознание незаконности и несправедливости обвинений в свой адрес, невыносимые физические и нравственные страдания крайне негативно отразились на эмоциональном и физическом состоянии истца.

Факт обвинения нанес непоправимый урон служебному авторитету, чести и достоинству истца, фактически обесценив годы добросовестной муниципальной службы, в ходе которой истцом неоднократно получены различные грамоты и благодарности, в том числе благодарность за безупречную службу, личный вклад в развитие системы местного самоуправления города Твери, успешное и добросовестное исполнение должностных обязанностей.

Уголовное дело в отношении истца имело большой резонанс в средствах массовой информации. Публикации в сети «Интернет» до настоящего времени несут дополнительный моральный вред, так как содержат конкретную информацию об уголовном преследовании, хотя и признанном впоследствии незаконным. Они не только сами по себе несут моральный вред и крайне негативно сказываются на психологическом состоянии истца, но и содержат субъективные выводы, наносящие значительный ущерб служебному авторитету, чести и достоинству, призванные усилить негативное впечатление и очернить имя истца.

Кроме того, в период уголовного преследования здоровье истца резко ухудшилось, в связи с чем, истец претерпевал значительные физические страдания и был вынужден обращаться за квалифицированной медицинской помощью. С 2022 года имело место 

<

данные изъяты>

Причиной стремительного ухудшения здоровья истец считает постоянный сильный стресс, который он испытывал на протяжении всего срока расследования уголовного дела. Постоянные душевные страдания, негативное эмоциональное состояние сопровождается нарушением работы мышц и сосудов, питающих ткани, в результате чего возникает мышечный спазм, болевой синдром и неминуемые дегенеративные изменения позвоночника, так как формируется стереотип мышечного напряжения. Кроме того, повышение уровня гормона стресса кортизола, который высвобождает кальций из костной ткани, также в конечном итоге снижает плотность костной ткани, провоцирует возникновение и развитие 

<

данные изъяты>.

На протяжении длительного времени истец подвергался необоснованному уголовному преследованию в условиях ограничения конституционных прав и свобод, был вынужден никуда не выезжать и постоянно отвлекаться на обязательное участие в следственных действиях, в ходе которых следователь настойчиво и безапелляционно пытался уличить истца в якобы совершенном преступлении.

В связи с тем, что уголовное дело трижды передавалось на судебное разбирательство в Московский районный суд г. Твери, истцу приходилось регулярно, каждый раз надолго, зачастую на целый рабочий день планировать участие в судебных заседаниях, каждое из которых сопровождались для истца еще большим стрессом.

Определением суда от 29 июля 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено СУ СК России по Тверской области.

Определением суда от 24 сентября 2025 года, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены прокуратура Тверской области, следователь Московского межрайонного следственного отдела по г. Твери Следственного комитета Российской Федерации ФИО2

Истец ФИО1 в заседание суда первой инстанции не явился, был извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, обеспечил участие в рассмотрении дела своего представителя.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 поддержала заявленные требования по доводам искового заявления, просила их удовлетворить.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратуры Тверской области – помощник прокурора Заволжского района г. Твери Сыкин А.В. полагал исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом разумности и соразмерности моральных страданий.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился, направил возражения, в которых просил рассмотреть дело в его отсутствие. Указал, что мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранная истцу, представляет собой более мягкую меру в отличие от таких мер, как домашний арест или заключение под стражу. Заболевания, на которые ссылается истец, возникают в результате естественного процесса старения, низкой двигательной активности, нарушения осанки, 

<

данные изъяты>. Полагал, что истец должен доказать, что ухудшение здоровья возникло в результате уголовного преследования, что при принятии соответствующего решения следует учесть меру пресечения, которая применялась к истцу, а также степень ухудшения здоровья, которое могло произойти в результате естественного старения организма. Требования в компенсации морального вреда в размере 2000000 рублей, по мнению ответчика, являются завышенными, не обоснованными. Представитель Министерства финансов Российской Федерации просил принять решение с учетом требований разумности и справедливости.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СУ СК России по Тверской области при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела в заседание суда первой инстанции не явился, направил возражения на исковое заявление, в которых просил рассмотреть дело в его отсутствие. Указал, что заявленные исковые требования являются необоснованными, размер взыскиваемой компенсации противоречит принципам разумности, справедливости и соразмерности. Истцом не предоставлены доказательства, подтверждающие степень и глубину перенесенных им нравственных и физических страданий, причиненных в результате уголовного преследования, а также наличие каких-либо индивидуальных особенностей, указывающих на необходимость компенсации морального вреда в столь значительном размере.

В ходе предварительного расследования в отношении истца не применялись такие меры пресечения, связанные с ограничением свободы, как домашний арест или заключение под стражу. Избранная в отношении истца мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не ограничивает право на передвижение гражданина, а лишь ставит это право в зависимость от разрешения дознавателя, следователя или суда.

Доводы истца о возникновении неблагоприятных последствий для его репутации и служебного авторитета ввиду уголовного преследования и освещения в средствах массовой информации сведений о рассмотрении в суде уголовного дела ничем объективно не подтверждены. Публикации в сети «Интернет», представленные истцом, не имеют обвинительного уклона и не выражают какого-либо субъективного мнения о виновности истца в совершении преступления.

Указание истца на резкое ухудшение здоровья как следствие уголовного преследования также ничем не подтверждено. Представленные истцом медицинские документы, указывающие на его обращение за медицинской помощью, не подтверждают факт того, что диагностированное у него заболевание является следствием незаконного уголовного преследования. Доказательств того, что уголовное преследование послужило основной причиной ухудшения состояния здоровья истца, приема лекарственных препаратов и проведения хирургического вмешательства, а также подтверждающих наличие причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья, необходимостью медикаментозного лечения, проведения операции по 

<

данные изъяты> и уголовным преследованием, истцом не представлены. Ссылки на научные исследования таковыми выступать не могут, поскольку не имеют непосредственного отношения к истцу.

В ходе уголовного преследования истец не был лишен возможности осуществлять трудовую деятельность, вести привычный образ жизни, поддерживать социальные контакты, в том числе общаться со своими родственниками, оказывать им помощь.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Московского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по Тверской области, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, следователь Московского межрайонного следственного отдела по г. Твери Следственного комитета Российской Федерации ФИО2 при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явились, участия своих представителей в рассмотрении дела судом первой инстанции не обеспечили.

Судом постановлено решение, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционной жалобе Министерства финансов Российской Федерации ставится вопрос об отмене решения суда, о принятии по делу нового судебного акта, выражено несогласие с результатом рассмотрения дела, а также подвергнуто сомнению право ФИО1 требовать взыскания такой компенсации.

Министерство финансов Российской Федерации полагает, что сумма компенсации морального вреда, взысканная судом, не отвечает требованиям разумности и справедливости.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО3 просила оставить решение суда первой инстанции без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились. В силу положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Учитывая приведенные положения части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции при рассмотрении дела на основании положений ст. 53 Конституции Российской Федерации, ст. ст. 150, 151, 1070, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 5, 133, 134, 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснений, приведенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», на основании установленных при рассмотрении дела обстоятельств, произведенной оценки представленных доказательств, с приведением обоснования в решении, признал возможным взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что в производстве Московского межрайонного следственного отдела г. Твери находилось уголовное дело в отношении ФИО15 обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 160, частью 1 статьи 292, частью 1 статьи 327 Уголовного кодекса Российской Федерации (событие, связанное с внесением заведомо ложных сведений в договор подряда № 81/15П от 18 ноября 2015 года между МУП «ПАТП-1» и АО «ДРСУ», акт № 1 о приемке выполненных работ от 20 ноября 2015 года и справку о стоимости выполненных работ и затрат № 1 от 20 ноября 2015 года, охватывалось решением о возбуждении уголовного дела № 0200466).

Указанное уголовное дело № 0200466 было возбуждено 15 апреля 2016 года по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, следователем отдела по расследованию преступлений в сфере экономики СУ УМВД России г. Твери по факту растраты денежных средств в размере 7632050 рублей 16 копеек, принадлежащих МУП «ПАТП-1».

2 июня 2016 года ФИО1 допрошен в качестве свидетеля по уголовному делу № 0200466, что подтверждено протоколом допроса.

Срок предварительного следствия по уголовному делу неоднократно продлевался, предварительное следствие неоднократно приостанавливалось и возобновлялось.

23 марта 2018 года ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении тяжкого преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, в тот же день он допрошен в качестве обвиняемого, что подтверждено постановлением от 23 марта 2018 года, протоколом допроса в качестве обвиняемого.

23 марта 2018 года постановлением старшего следователя СУ УМВД России по г. Твери в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении.

04 апреля 2018 года ФИО1 допрошен в качестве обвиняемого.

Постановлением старшего следователя СУ УМВД России по г. Твери от 6 апреля 2018 года отказано в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1

13 мая 2019 года ФИО1 дополнительно допрошен в качестве обвиняемого.

6 декабря 2019 года ФИО1 повторно допрошен в качестве обвиняемого.

27 декабря 2019 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении тяжкого преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, в тот же день он допрошен в качестве обвиняемого, что подтверждено постановлением от 27 декабря 2019 года, протоколом допроса в качестве обвиняемого.

23 января 2020 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении тяжкого преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, в тот же день он допрошен в качестве обвиняемого, что подтверждено постановлением от 23 января 2020 года, протоколом допроса в качестве обвиняемого.

27 августа 2020 года уголовное дело постановлением и.о. руководителя Московского межрайонного следственного отдела г. Тверь следственного управления Следственного комитета РФ по Тверской области возвращено для производства дополнительного расследования.

14 сентября 2020 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении тяжкого преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, что подтверждено постановлением от 14 сентября 2020 года.

8 октября 2020 года прокурором Московского района г. Твери утверждено обвинительное заключение, уголовное дело по части 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации направлено в Московский районный суд г. Твери для рассмотрения по существу.

25 декабря 2020 года постановлением судьи Московского районного суда г. Твери уголовное дело в отношении ФИО16 обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, возвращено прокурору Московского района г. Твери для устранения препятствий его рассмотрения судом. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО17 ФИО1, ФИО18 оставлена без изменения.

24 февраля 2021 года апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным дела Тверского областного суда постановление Московского районного суда г. Твери от 25 декабря 2020 года оставлено без изменения.

20 июля 2021 года кассационным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции судебные постановления суда первой и апелляционной инстанций о возвращении прокурору уголовного дела отменены, дело направлено в Московский районный суд г. Твери на новое разбирательство в ином составе.

1 июня 2022 года Московским районным судом г. Твери по уголовному делу № 1-3/2022 в отношении, в том числе ФИО1, вынесен оправдательный приговор в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебной коллегией по уголовным делам Тверского областного суда 17 августа 2022 года приговор в отношении ФИО1 отменен, дело направлено на новое судебное рассмотрение в Московский районный суд г. Твери со стадии судебного разбирательства в ином составе суда.

15 ноября 2022 года постановлением судьи Московского районного суда г. Твери уголовное дело возвращено прокурору Московского района города Твери в отношении ФИО19 ФИО1, ФИО20 обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, исключающим возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 оставлена без изменения.

30 января 2023 года постановлением руководителя Московского МСО г. Твери СУ СК РФ по Тверской области возобновлено предварительное следствие по уголовному делу.

20 февраля 2023 года по итогам дополнительного расследования постановлением следователя Московского МСО по г. Твери СК РФ по Тверской области ФИО2 уголовное преследование в части совершения преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации прекращено в связи с отсутствием в действиях ФИО1 признаков состава преступления, продолжено уголовное преследование по части 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации (служебный подлог).

13 февраля 2024 года постановлением старшего следователя Московского межрайонного следственного отдела г. Тверь следственного управления Следственного комитета РФ по Тверской области ФИО2 прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1 и других по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации, по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (с применением положений, предусмотренных частью 2.2 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, судом установлено и подтверждается представленными документами, что в общей сложности уголовное преследование в отношении ФИО1 продолжалось с 23 марта 2018 года по 13 февраля 2024 года.

В связи с установленными обстоятельствами суд первой инстанции признал наличие оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд учел тяжесть предъявленного истцу обвинения и, как следствие, наступившие для него последствия в виде переживаний по поводу того, что вменяемое ему преступление он не совершал, личность истца, который ранее не привлекался к уголовной ответственности, работал, широту освещенности в средствах массовой информации относительно движения расследуемого уголовного дела в отношении ФИО1

Доводы истца о нанесении непоправимого урона служебному авторитету, чести и достоинству суд первой инстанции не признал подтвержденными вследствие отсутствия доказательств неблагоприятных последствий относительно карьеры в связи с незаконным уголовным преследованием.

Судом принято во внимание то, что избранная в отношении истца мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении согласно статье 102 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не ограничивает право на передвижение гражданина, а лишь ставит это право в зависимость от разрешения дознавателя, следователя, суда. Данная мера способствовала надлежащему расследованию дела и не ограничивала конституционных прав истца на свободное передвижение по территории страны, а лишь ставила это право в зависимость от разрешения следователя, суда. Доказательств фактического ограничения жизнедеятельности истца, наступления каких-либо реальных ограничений в материалы дела не представлено, не представлены доказательства отказа в выезде за пределы места жительства.

Представленные истцом медицинские документы, как указал суд в своем решении, сами по себе не указывают на возникновение у ФИО1 каких-либо заболеваний в связи с его незаконным уголовным преследованием. Обращение за медицинской помощью не может свидетельствовать о том, что ухудшение состояния здоровья истца возникло исключительно в результате привлечения к уголовной ответственности и не связано с иными обстоятельствами.

Суд также учитывал продолжительность уголовного преследования, необходимость давать показания, вид и продолжительность применения меры пресечения - подписки о невыезде и надлежащем поведении, степень и характер нравственных страданий истца, выразившихся в переживаниях по поводу незаконного уголовного преследования, и признал возможным взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 250000 рублей.

Судебная коллегия с учетом установленных при рассмотрении дела обстоятельств, доводов апелляционной жалобы усматривает основания для изменения решения суда первой инстанции, для снижения размера компенсации морального вреда.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, честь и доброе имя, 

<

данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

По смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Судебная коллегия принимает во внимание, что уголовное преследование было связано для истца с моральными переживаниями и с учетом обстоятельств дела также усматривает основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда. Самим фактом незаконного уголовного преследования в отношении истца были нарушены его личные неимущественные права.

Судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы Министерства финансов Российской Федерации об отсутствии оснований для взыскания в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, поскольку незаконное уголовное преследование причиняет нравственные страдания человеку, затрагивает широкий круг его прав и гарантий, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, нарушает его право на доброе имя влияет на социальную оценку моральных и иных качеств личности.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции признает заслуживающим внимания довод жалобы ответчика о завышенном размере взысканной судом компенсации морального вреда.

В связи с рассмотрением в отношении него уголовного дела ФИО1 в порядке ст. 91 УПК РФ истец не задерживался, под стражей не содержался, доказательств того, что в период расследования в отношении него уголовного дела он не имел возможности общения с семьей, родственниками, не представлено. ФИО1 не был лишен возможности заботы о своих близких людях, они, в свою очередь, могли видеться с ним и оказывать ему поддержку.

Доказательств, подтверждающих факт ухудшения состояния здоровья в связи с привлечением к уголовной ответственности, ФИО1 не представлено.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда с учетом оснований прекращения уголовного преследования в отношении истца.

Определение размера компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом.

Суд апелляционной инстанции в связи с тем, что истец в период его уголовного преследования не был ограничен в передвижении, не были нарушены его семейные связи и отношения с родственниками, причинение вреда здоровью истца в связи с уголовным преследованием подтверждения не нашло, усматривает основания для уменьшения суммы компенсации морального вреда, подлежащей присуждению в пользу ФИО1 Суд апелляционной инстанции учитывает, что обвинительный приговор в отношении истца не выносился, уголовное наказание истцу не назначалось и им не отбывалось.

Компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала права других категорий граждан с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, на оказание социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Суд апелляционной инстанции, учитывая обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости, с целью обеспечения баланса частных и публичных интересов признает возможным определить компенсацию морального вреда, подлежащую возмещению в пользу ФИО1, денежной суммой в размере 100000 рублей.

Суд апелляционной инстанции полагает, что указанная сумма компенсации соответствует требованиям ст. 151 и ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации о разумности и справедливости, и тем нравственным и физическим страданиям истца, которые он вынужден был претерпевать в связи с незаконным уголовным преследованием.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционную жалобу Министерства финансов Российской Федерации удовлетворить частично.

Решение Заволжского районного суда города Твери от 22 октября 2025 года изменить, уменьшив размер подлежащей взысканию с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ 

<

...>) компенсации морального вреда с 250 000 рублей 00 копеек до 100 000 рублей 00 копеек.

В остальной части решение Заволжского районного суда города Твери от 22 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Министерства Финансов Российской Федерации - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 6 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи