Производство № 2-5808/2025 

Дело № 66RS0003-01-2025-004832-40

Мотивированное 

решение

 изготовлено 05.12.2025.

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 24 ноября 2025 года

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Лесняк Д.В.,

при секретаре судебного заседания Савельевой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области о признании решения незаконным, назначении страховой пенсии по старости, включении периодов в стаж, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области с требованиями о признании решения незаконным, назначении страховой пенсии по старости, включении периодов в стаж, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

В обосновании иска указано, что истец является 

<

***> истец обратилась к ответчику с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Пенсионным фондом вынесено решение об отказе в назначении пенсии. Основанием отказа явился тот факт, что дети не были рождены и воспитаны на территории Российской Федерации. С внесенным решением истец не согласна. 

В связи с чем, истец просила суд признать решение ответчика № 281627 незаконным, признать за ФИО1 право на пенсию по старости на основании п. 1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» и назначить пенсию с 05.05.2025, взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы в размере 89 000 руб., состоящие из расходов на представителя в размере 80 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 9 000 руб., также просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. 

Впоследующем требования искового заявления были уточнены, истец просила, в том числе признать решение ответчика № 281627 незаконным в части отказа во включении в страховой стаж периодов: с 19.06.12006 по 18.12.2007, с 03.03.2009 по 02.09.2010, с 08.11.2010 по 07.05.2012, с 15.10.2013 по 14.04.2015, включить указанные периоды в страховой стаж истца. Также увеличив размер судебных расходов, истец просила взыскать сумму в размере 102 000 руб. на оплату юридических услуг.

Истец в судебное заседание не явилась, воспользовалась правом на ведение дела через представителя.

Представитель истца в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержав отзыв, в иске просила отказать. Пояснила, что в назначении досрочной страховой пенсии истцу отказано по причине того, что четверо детей рождены заявителем за пределами территории Российской Федерации.

Заслушав представителя истца, представителя ответчика, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов гражданского дела, что 05.05.2025 ФИО1 обратилась с заявлением за назначением пенсии в соответствии с п.1 ч.1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» от 28.12.2013 № 400 – ФЗ.

Решением № 281627/25 истцу отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п.1 ч.1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» от 28.12.2013 № 400 – ФЗ, в связи с отсутствием права. 

Согласно оспариваемого решения в стаж не принятый к зачету для назначения пенсии не включены периоды с 19.06.2006 по 18.12.2007, с 03.03.2009 по 02.09.2010, с 08.11.2010 по 07.05.2012, с 15.1.02013 по 14.04.2015, а именно периоды ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет. Периоды не засчитаны в стаж, поскольку документы подтверждающие, что уход за ребенком в указанные периоды осуществлялся на территории Российской Федерации не представлены. 

Продолжительность страхового стажа на ФИО1 по подсчетам ответчика составил 15 лет 02 месяца 03 дня, при требуемых не менее 15 лет, ИПК составил – 34,609, при требуемом 30. 

Как следует из материалов дела, ФИО1 является 

<

***>.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", вступившим в силу с 1 января 2015 г.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" при соблюдении ими условий, предусмотренных Федеральным законом "О страховых пенсиях".

Согласно ч. 1 ст. 8 Федерального закона "О страховых пенсиях" в редакции, действующей с 1 января 2019 г., право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к данному закону).

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400 "О страховых пенсиях", страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, в том числе женщинам, родившим пять и более детей и воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж не менее 15 лет.

Согласно подп. "в" п. 12 Перечня документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению, утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 4 августа 2021 г. N 538н "Об утверждении перечня документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению", для назначения страховой пенсии по старости в соответствии со ст. ст. 30 - 32 Федерального закона "О страховых пенсиях" в дополнение к документам, предусмотренным пунктами 6 и 7 данного перечня, необходимы документы о рождении ребенка (детей).

Следует отметить, что в приведенном правовом акте не установлены условия о предоставлении свидетельства о рождении детей на территории Российской Федерации или РСФСР.

Требуемые документы в пенсионный орган истцом представлены.

Установление законодателем льготного порядка реализации права на социальное обеспечение для отдельных категорий граждан, включая предоставление возможности досрочного назначения пенсии по старости, обусловлено приоритетом интересов и благосостояния детей, отражает признание общественной значимости осуществления материнской функции, направлено на защиту семьи, материнства, отцовства, опекунства и детства, имеет целью установление для соответствующей категории лиц с семейными обязанностями особых мер социального обеспечения, что согласуется с конституционными ценностями справедливости и юридического равенства и основанным на них принципом сбалансированности прав и обязанностей.

Таким образом, суд приходит к выводу о признании незаконным оспариваемого решения пенсионного органа, поскольку все условия для назначения истцу вышеуказанной пенсии имелись, а само по себе рождение детей истца не территории Российской Федерации не свидетельствует об отсутствии у истца права на пенсию, поскольку требований о рождении и воспитании шестерых детей до достижения ими возраста 8 лет на территории Российской Федерации, как об этом указал пенсионный орган в обоснование отказа в назначении страховой пенсии, названная норма права, не устанавливает.

Вопреки доводам ответчика, учитывая положения пункта 1 части 1 статьи 32 Закона о страховых пенсиях, принимая во внимание отсутствие международного соглашения с Новой Зеландией, Австралией в области взаимного пенсионного обеспечения граждан, переселяющихся на территорию другого государства, которое бы предусматривало иные правила, чем предусмотренные указанной нормой Закона о страховых пенсиях, доводы ответчика о том, что дети, рожденные в Новой Зеландии и Австралии, не учитываются при определении права на пенсию по пункту 1 части 1 статьи 32 Закона о страховых пенсиях (женщин, родивших пятерых и более детей и воспитавших их до достижения ими возраста 8 лет, достигших возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж не менее 15 лет) нельзя признать обоснованными, поскольку законом не предусмотрено в качестве условий для назначения пенсии по данному основанию рождение детей именно на территории Российской Федерации.

Такое правовое регулирование направлено на социальную защиту указанной категории граждан, представляет собой дополнительную гарантию социальной защиты в связи с выполнением социально значимой функции рождения и воспитания детей в многодетной семье, сопряженной с повышенными психологическими и эмоциональными нагрузками, физическими и материальными затратами (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 3 ноября 2009 года N 1365-О-О).

Установив, что условиями назначения пенсии по п. 1 ч. 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ является факт рождения у женщины пять и более детей и воспитания их до достижения возраста 8 лет, в совокупности с условиями достижения возраста 50 лет, страхового стажа 15 лет, величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, наличие у истца совокупности таких условий, суд приходит к выводу об удовлетворении иска в части признания за ФИО1 право на пенсию по старости на основании п. 1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» и ее назначении с 05.05.2025.

При этом, требования истца о включении в стаж периодов ухода за детьми с 19.06.12006 по 18.12.2007, с 03.03.2009 по 02.09.2010, с 08.11.2010 по 07.05.2012, с 15.10.2013 по 14.04.2015, удовлетворению не подлежат, решение ответчика в части отказа учесть данные периоды ухода за детьми в страховой стаж является законным, поскольку руководствуясь положениями ч. 3 ст. 2, ст. 11 Закона о страховых пенсиях, правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 02.12.2024 № КГ24-16-К1, необходимо исходить из того, что между Российской Федерацией и Новой Зеландией, Австралией не был заключен международный договор (соглашение) о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения, при этом по российскому законодательству обязательным требованием для учета в страховой стаж является факт оплаты работодателем страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в пенсионный фонд Российской Федерации, которое в данном случае не соблюдается.

Разрешая требования истца о взыскании судебных расходов, суд руководствуется следующим.

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В силу ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Поскольку решением суда исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, заявитель вправе требовать с ответчика возмещения судебных расходов при рассмотрении дела. 

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).

В каждом конкретном случае суду при взыскании расходов на оплату услуг представителя надлежит определять разумные пределы, исходя из конкретных обстоятельств дела. (Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела")

Так, в соответствии с представленной доверенностью от 05.09.2025 ФИО1 уполномочивает в том числе ФИО2, ФИО3 на представление интересов в суде. 

Как следует из договора об оказании юридических услуг от 23.06.2025, заключенного между Юридическим бюро «Перегонцев и партнеры» (исполнитель) и ФИО1 (заказчик), исполнитель обязуется оказать, а заказчик оплатить юридические услуги, которые включают в себя: устный правовой анализ документов заказчика, правовой анализ пенсионных прав истца, подготовка и направление искового заявления в суд об обжаловании решения об отказе в установлении досрочной страховой пенсии, отслеживание и контроль дела на сайте суда, представление интересов истца в суде первой инстанции до вынесения судебного акта. 

Стоимость услуг сторонами согласована в следующем размере: устный правовой анализ документов заказчика – 3 000 руб., правовой анализ пенсионных прав истца – 15 000 руб., подготовка и направление искового заявления в суд об обжаловании решения об отказе в установлении досрочной страховой пенсии – 33 000 руб., направление искового заявления в суд – 2 000 руб., отслеживание и контроль дела на сайте суда – 5 000 руб. Итого 58 000 руб. Представление интересов истца в суде первой инстанции до вынесения судебного акта за каждое судебное заседание 22 000 руб.

Со стороны истца суду представлены следующие документы по оплате юридических услуг: копия кассового чека от 24.06.2025 на 58 000 руб.; оригинал кассового чека от 16.10.2025 на сумму 22 000 руб.; счет на оплату от 20.11.2025 на сумму 22 000 руб.; чек по операции от 20.11.2025 на сумму 22 000 руб.; справка Юридического бюро «Перегонцев и партнеры» об оплате ФИО1 суммы в размере 58 000 руб.

Факт несения ФИО1 расходов на оплату услуг представителя со стороны представителя ответчика в судебном заседании оспаривался.

Представителю истца неоднократно в судебном заседании предлагалось представить оригиналы платежных документов на оплату юридических услуг в размере 58 000 руб.

При таких обстоятельствах, в виду отсутствия оригинала платежного документа на сумму 58 000 руб., суд приходит к выводу об отсутствия доказательств факта несения расходов на указанную сумму. 

При этом, судом учитывается, что истцом понесены расходы на сумму 44 000 руб., факт несения ФИО1 расходов на оплату услуг представителя в данном размере подтвержден документально. 

Представителем ответчика в отзыве приведены доводы о том, что судебные расходы на оплату услуг представителя носят завышенный характер. В обоснование чего представлена информация, размещенная в открытом доступе в сети "Интернет". При этом, согласно представленной информации представительство в суде составляет от 4 000 руб., от 20 000 руб.

Из представленной информации, размещенной в открытом доступе в сети "Интернет", следует, что размер стоимости юридических услуг по конкретному делу, зависит от обстоятельств и сложности дела.

Таким образом, с учетом характера спора касающегося восстановления нарушенных пенсионных прав, объема выполненной работы представителем (подготовка иска, уточнения исковых требований, участие в двух судебных заседаниях), длительности и сложности рассмотрения гражданского дела (иск подан 15.09.2025, решение вынесено 24.11.2025), требований разумности и справедливости, суд полагает, что расходы по оплате услуг представителя по рассмотренному делу составили 20 000 руб. 

При этом с доводами ответчика, изложенными в возражениях на заявление о взыскании судебных расходов, о наличии средних сложившихся цен на подобные услуги суд в полной мере согласиться не может, поскольку на рынке юридических услуг отсутствуют фиксированные цены за ведение дел и представительство интересов заказчика в суде. Обычно эта стоимость является договорной и складывается из разных составляющих, которые включают в себя ознакомление с материалами дела, подготовку процессуальных документов, формирование доказательственной базы по делу, участие в судебных заседаниях, получение решения, обжалование решения, подготовка жалобы на решение (возражения на жалобу). Таким образом, цена конкретной услуги зависит от сложности и условий рассматриваемой ситуации.

В соответствии со ст.ст. 88 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб., с учетом заявленных требований о восстановлении нарушенных трудовых прав. 

Излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возврату истцу в соответствии с требованиями статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации в сумме 6 000 руб.

Оценивая требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., суд приходит к следующему.

Абзац 10 статьи 12 Гражданского кодекса РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсацию морального вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1 Постановления Пленума от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 Гражданского кодекса РФ (ч. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ч. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В п. 3 Постановления от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу п. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (например, ст. 15 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-I «О защите прав потребителей», абз. 6 ст. 6 Федерального закона от 24.11.1996 № 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации»), В указанных случаях компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав.

Из изложенного следует, что одним из способов защиты потерпевшей стороны гражданских прав является компенсация морального вреда. Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. Суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а в случаях, предусмотренных законом, - и действиями, нарушающими имущественные права гражданина.

Право на пенсионное обеспечение является имущественным правом гражданина.

Нормативно-правовым актом, устанавливающим основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии, является Федеральный закон № 400-ФЗ, которым возможность привлечения органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, к ответственности в виде возмещения морального вреда, не предусмотрена.

В абз. 3 п. 37 Постановления от 15.11.2022 № 33 даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Между тем страховая пенсия по старости к мерам социальной защиты (поддержки), к социальным услугам, предоставляемым в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, к иным социальным гарантиям, осуществляемым в том числе в виде денежных выплат, не относится.

Страховая пенсия согласно п. 1 ст. 3 Федерального закона № 400-ФЗ является ежемесячной денежной выплатой в целях компенсации застрахованным лицам заработной платы и иных выплат и вознаграждений, утраченных ими в связи с наступлением нетрудоспособности, в том числе вследствие старости, право на которую определяется в соответствии с условиями и нормами, установленными данным федеральным законом.

Исходя из этого трудовая (страховая) пенсия по старости, будучи одним из видов трудовых (страховых) пенсий, является индивидуализированной выплатой, компенсирующей застрахованному лицу предполагаемую утрату его заработной платы, иных выплат и вознаграждений в связи с наступлением такого страхового случая, как нетрудоспособность вследствие старости (определение Конституционного Суда РФ от 04.04.2017 №696-0).

Как следует из п. 37 Постановления от 15.11.2022 № 33, основанием для взыскания компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, являются такие нарушения личных неимущественных прав граждан, которые повлекли лишение гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Соответственно, юридически значимым для разрешения требования истца о взыскании компенсации морального вреда обстоятельством является установление того, повлекло ли допущенное Отделением при назначении пенсии нарушение лишение истца возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности. Обязанность доказать указанное обстоятельство в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ лежит на истце. Однако таких доказательств в материалах дела не имеется и истцом не представлено, при этом в исковом заявлении истец ссылаясь на причинение ему нравственных страданий, не конкретизировала, с чем такие страдания связаны и в чем выразились.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения требования истца о взыскании компенсации морального вреда в связи с нарушением ее имущественных прав ввиду неверного определения Отделением права на пенсию у суда не имеется. Доказательств же нарушения действиями ответчика каких- либо его личных неимущественных прав либо нематериальных благ истец суду не представила.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области о признании решения незаконным, назначении страховой пенсии по старости, включении периодов в стаж, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов - удовлетворить частично.

Признать незаконным решение Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области (ИНН 

<

***>) № 281627/25 об отказе в назначении пенсии в отношении ФИО1 в части отказа в назначении страховой пенсии по старости.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области (ИНН 

<

***>) назначить ФИО1 (СНИЛС ***) в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховую пенсию по старости с 05.05.2025.

Взыскать с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (СНИЛС ***) судебные расходы в размере 20 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1, - отказать. 

Возвратить ФИО1 (СНИЛС ***) из бюджета государственную пошлину в сумме 6 000 (шесть тысяч) руб. 00 коп., излишне уплаченную по чеку от 05.09.2025, СУИП 257189233143 PVVG в составе суммы 9 000 руб. 00 коп.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Д.В. Лесняк