Дело № 1-8/2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 октября 2017 г. пос. Ванино Хабаровского края

Советско-Гаванский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – Деева С.В., при секретаре судебного заседания – Перцевой С.В., с участием государственного обвинителя – заместителя военного прокурора 204 военной прокуратуры (гарнизона) – войсковая часть 33434 подполковника юстиции ФИО1, подсудимого ФИО2, защитника-адвоката Киселёвой Е.Н., представившей удостоверение № 469 от 28.02.2003 и ордер № 0057832 от 29.08.2017, потерпевшего капитана ФИО3, в помещении военного суда, в открытом судебном заседании рассмотрев материалы уголовного дела в отношении бывшего военнослужащего войсковой части «данные изъяты» мичмана запаса ФИО2, «персональные данные изъяты», обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 336 УК РФ,

установил:

Мичман ФИО2, в период времени с 00 часов 55 минут до 1 часа 15 минут 25.06.2017, находясь в комнате временно задержанных военнослужащих военной комендатуры (гарнизона 3 разряда) («данные изъяты»), дислоцированной в «данные изъяты», с целью оскорбить, унизить честь и достоинство, а также дискредитировать, находящегося при исполнении обязанностей военной службы, дежурного по указанной военной комендатуре старшего лейтенанта ФИО3, в присутствии личного состава этой комендатуры, будучи недовольным действиями потерпевшего, высказал в адрес последнего оскорбительные выражения в неприличной форме, с использованием в своей речи нецензурной брани оскорбительного толка, причинив своими незаконными действиями потерпевшему моральный вред.

Подсудимый виновным себя признал частично, согласившись с наличием описанных событий, указав, что они происходили в период времени с 21 до 22 часов 24.06.2017, а не с 00 часов 55 минут до 1 часа 15 минут 25.06.2017, пояснив при этом, что его поведение было вызвано действиями потерпевшего, облившего его водой, последовавшими после требований ФИО3 о необходимости прекращения ФИО2 курения в комнате временно задержанных военной комендатуры.

Виновность подсудимого ФИО2 подтверждается следующими доказательствами:

Потерпевший ФИО3 в суде показал, что 24.06.2017, в соответствии с приказом военного коменданта он заступил в состав суточного наряда по военной комендатуре (гарнизона, 3 разряда) («данные изъяты») (далее – военная комендатура) дежурным по военной комендатуре. В состав суточного наряда заступили также – начальником патруля младший сержант Б., патрульным рядовой К. Помощником дежурного по комендатуре заступил сержант Р. Около 20 часов 24.06.2017 патрульными Б. и К. в военную комендатуру был доставлен военнослужащий войсковой части «данные изъяты» мичман ФИО2 совместно с другим военнослужащим этой же воинской части, которые по внешним признакам – запаху алкоголя, нарушению дикции, нарушению координации движений, находились в состоянии алкогольного опьянения. 

В связи с тем, далее показал потерпевший, что исполнении обязанностей военной службы в состоянии опьянения является грубым дисциплинарным проступком, по его указанию, Б. были составлены протоколы о применении мер обеспечения производства по материалам о дисциплинарном проступке, а именно о доставлении ФИО2 и о направлении последнего на медицинское освидетельствование на предмет установления состояния алкогольного опьянения. 

Также ФИО3 показал, что в последующем ФИО2 был доставлен в КГБУЗ «Ванинская ЦРБ», где в ходе проведения медицинского освидетельствования было установлено состояние алкогольного опьянения ФИО2, о чём был составлен акт. 

После прохождения медицинского освидетельствования, продолжил показывать потерпевший, ФИО2 был доставлен в военную комендатуру, где в отношении последнего в связи с установлением факта алкогольного опьянения был составлен протокол о применении мер обеспечения производства по материалам о дисциплинарном проступке – задержании и помещении в комнату временно задержанных. 

Около 1 часа 25.06.2017, показал далее ФИО3, услышав шум, доносящийся из комнаты временно задержанных, он дал указание помощнику дежурного сержанту Р. взять видеокамеру с целью фиксации неадекватного и вызывающего поведения задержанных, а также исключения фактов поступления жалоб со стороны последних на якобы незаконные действия сотрудников военной комендатуры. Находясь в комнате временно задержанных, ФИО2 спросил у него разрешение закурить сигарету, на что он ответил запретом по правилам пожарной безопасности. После этого в комнату временно задержанных зашли Б. и К. В какой-то момент ФИО2 закурил сигарету, на что он настойчиво потребовал от подсудимого прекратить курить, а после не подчинения последнего, предпринял меры по тушению сигареты водой из полиэтиленовой бутылки, при этом облив водой и самого ФИО2. Второй задержанный военнослужащий в присутствии его подчинённых: патрульных Б. и К. и помощника дежурного по военной комендатуре Р. стал нецензурно выражаться в его адрес. В какой-то момент и мичман ФИО2 в его адрес высказался нецензурной бранью. Сказанное ФИО2 было направлено в отношении него, в связи с исполнением обязанностей военной службы, потому как ФИО2 был недоволен, что его задержали, и он поливает сигарету водой. Высказанные в его адрес со стороны ФИО2 нецензурные фразы оскорбили его, как человека, и как военнослужащего, исполняющего свои должностные обязанности, и унизили его честь и достоинство. 

Также ФИО3 показал, что вскоре ФИО2 успокоился и лёг спать, а утром 25.06.2017 ФИО2 извинялся и признавал, что поступил неправильно, оскорбив его. 

Допрошенный в суде свидетель Б. показал, что 24.06.2017, когда он исполнял обязанности начальника резервного патруля, им и патрульным К. на территории военного городка № 8, расположенного в «данные изъяты», были остановлены двое военнослужащих, одним из которых оказался мичман ФИО2. Изначально граждане пояснили, что являются военнослужащими, находятся в походе на тральщике. Учитывая, что те не желали предъявлять свои документы, а также наличие признаков алкогольного опьянения, он доложил по рации дежурному по военной комендатуре старшему лейтенанту ФИО3, который распорядился доставить военнослужащих в помещение военной комендатуры. 

Около 20 часов 24.06.2017, далее показал Б., указанные военнослужащие были доставлены в военную комендатуру, где последние предъявили свои документы и сразу после этого им были составлены протоколы доставления, на основании предъявленных документов. Впоследствии им и вторым патрульным К. указанные военнослужащие поодиночке для исключения конфликтной ситуации были доставлены в КГБУЗ «Ванинская ЦРБ» для прохождения медицинского освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. После возвращения из ЦРБ, в связи с установлением состояния алкогольного опьянения ФИО2 и второй военнослужащий были задержаны.

Также свидетель Б. показал, что после 00 часов 25.06.2017 он услышал шум, доносящийся из комнаты временно задержанных, и направился туда вместе с К. Зайдя в комнату временно задержанных, он был очевидцем того, как задержанные военнослужащие, в том числе и подсудимый, стали выражаться в адрес Жилина нецензурной бранью. Происходящее снимал на видеокамеру сержант Р. 

Кроме того, Б. показал, что вскоре подсудимый успокоился и лёг спать, а примерно в 11 часов 25.06.2017 военнослужащие войсковой части «данные изъяты» были отправлены к месту прохождения службы.

Допрошенный в суде свидетель К. показал, что 24.06.2017, когда он исполнял обязанности патрульного им и начальником резервного патруля на территории военного городка № «данные изъяты», расположенного в «данные изъяты», в вечернее время были остановлены двое граждан, которые пояснили, что являются военнослужащими, находятся в походе на тральщике, пришедшем из г. «данные изъяты», но отказывались предъявлять документы. С учётом того, что военнослужащие не хотели предъявлять свои документы, а также наличием явных признаков алкогольного опьянения – запах изо рта, покраснение кожных покровов, неадекватное обстановке поведение, Б. доложил по рации дежурному по военной комендатуре старшему лейтенанту ФИО3, который в свою очередь дал команду доставить военнослужащих в помещение военной комендатуры. 

После этого, продолжил свидетель К., указанные военнослужащие, одним из которых оказался подсудимый, были доставлены в военную комендатуру, где последние предъявили свои документы и сразу после этого Б. были составлены протоколы доставления, на основании предъявленных документов. Впоследствии им и начальником резервного патруля Б. военнослужащие поодиночке, для исключения конфликтной ситуации были доставлены в КГБУЗ «Ванинская ЦРБ» для прохождения медицинского освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. После возвращения из ЦРБ, в связи с установлением состояния алкогольного опьянения ФИО2 и второй военнослужащий были задержаны помощником дежурного по военной комендатуре сержантом Р. с составлением протоколов задержания и водворены в комнату временно задержанных. 

Также указанный свидетель показал, что около 1 часа 25.06.2017 он услышал шум, доносящийся из комнаты временно задержанных, и направился туда вместе с Б. Зайдя в комнату временно задержанных, он увидел, что подсудимый выражается в адрес Жилина нецензурной бранью. ФИО2, высказывая бранные слова, обращался именно к ФИО3 и ни к кому другому. 

Допрошенный в суде свидетель И. – командир войсковой части «данные изъяты» показал, что 24.06.2017 в 9 часов 55 минут к пирсу № «данные изъяты», расположенному в «данные изъяты» подошёл тральщик «данные изъяты», дислоцированный в «данные изъяты». В вечернее время 24.06.2017 ему, как старшему военного городка № «данные изъяты», позвонил военный комендант капитан К1, который пояснил, что двое военнослужащих войсковой части «данные изъяты», она же базовый тральщик («данные изъяты» находящиеся в состоянии алкогольного опьянения доставлены в военную комендатуру. 

Из оглашённых в суде с согласия сторон протоколов допроса свидетеля Р. от 18.08.2017 и 30.08.2017, следует, что во время исполнения им обязанностей помощника дежурного по военной комендатуре, около 20 часов 10 минут 24.06.2017 начальник патруля Б. и патрульный К. на территории военного городка № 8 задержали двух военнослужащих войсковой части «данные изъяты», одним из которых оказался мичман ФИО2. По доставлению ФИО2 в военную комендатуру в отношении последнего были составлены протокол доставления и протокол направления на медицинское освидетельствование. 

Из этих же показаний следует, что по возращению ФИО2 из КГБУЗ «Ванинская ЦРБ», в связи с установлением состояния алкогольного опьянения, им по указанию дежурного по военной комендатуре старшего лейтенанта ФИО3, 25.06.2017 указанный военнослужащий был задержан с составлением в отношении него протокола задержания. Протокол заполнялся им ввиду отсутствия ФИО3 по служебной необходимости. В протоколе задержания Андреев расписался за разъяснение прав, получение копии и правильность составления протокола. Жалоб и заявлений от ФИО2 не поступало. 

Кроме того, из показаний этого свидетеля усматривается, что после задержания ФИО2, около 00 часов 50 минут 25.06.2017, и помещения последних в комнату временно задержанных военнослужащих, ФИО3 сказал ему (Р.) взять видеокамеру и находиться в комнате временно задержанных для фиксации, в случае необходимости, возможных фактов членовредительства военнослужащими. Когда он находился в комнате временно задержанных ФИО2 и второй военнослужащий рассуждали, что их уволят из ВС РФ и были этим недовольны, в связи с чем, практически сразу стали вести себя неадекватно. Он изначально не включал видеокамеру, а просто направлял её в сторону военнослужащих, думая, что их это успокоит. 

Также согласно показаниям этого же свидетеля, около 00 часов 55 минут 25.06.2017, когда ФИО3 услышал шум из комнаты задержанных и зашёл в неё, он (Р.) понял, что военнослужащие очень пьяны и начал снимать на видеокамеру их поведение. Запись он не приостанавливал и не обрезал. Всего имеется одна запись продолжительность около 19-20 минут, на которой военнослужащие оскорбляют старшего лейтенанта ФИО3. Со стороны мичмана ФИО2 именно в адрес ФИО3 были произнесены оскорбительные слова и фразы, обращение было направлено именно в адрес ФИО3 и никого другого. ФИО3 было очень неприятно, что при подчинённых в его адрес со стороны ФИО2 высказаны оскорбительные выражения, которые задели его честь и достоинство. 

Из оглашённого в суде с согласия сторон протокола допроса свидетеля – военного коменданта военной комендатуры К1 от 26.08.2017 следует, что 24.06.2017 в соответствии с приказом от 23.06.2017 № 113 НР, старший лейтенант ФИО3 заступил дежурным по военной комендатуре в состав суточного наряда. Около 20 часов 20 минут 24.06.2017 ФИО3 позвонил ему и доложил, что на территории военного городка № «данные изъяты», расположенного в «данные изъяты», патрулём были остановлены двое военнослужащих с явными признаками алкогольного опьянения. Он распорядился направить военнослужащих на освидетельствование, а сам выдвинулся в военную комендатуру для контроля действий подчинённых. 

Также из названных показаний усматривается, что по прибытию в военную комендатуру он увидел задержанных военнослужащих, которые действительно находились в состоянии алкогольного опьянения. Патрулём на момент его прибытия в отношении задержанных уже были составлены протоколы о доставлении и направлении на медицинское освидетельствование. Он подписал направления на медицинское освидетельствование и заверил гербовой печатью. Также он проверил рапорт от начальника патруля Б. на имя ФИО3 о том, что патрулём за нарушение требований Общевоинских уставов ВС РФ задержаны военнослужащие. На медицинском освидетельствовании было установлено состояние опьянения мичмана ФИО2. После возвращения ФИО2 примерно в 00 часов 50 минут 25.06.2017 последний был задержан и помещён в комнату временно задержанных военнослужащих до вытрезвления. 

Из показаний этого же свидетеля усматривается, что на следующий день он узнал от ФИО3, что 25.06.2017 около 00 часов 55 минут тот услышал шум, который доносился из комнаты временно задержанных. Находясь возле комнаты, ФИО3 увидел, как ФИО2 демонстративно достал сигарету и стал прикуривать. На требования ФИО3 прекратить курить ФИО2 не реагировал, тогда ФИО3 стал тушить сигарету водой из бутылки, а ФИО2 в свою очередь грубо, с использованием нецензурной лексики высказался в адрес ФИО3, оскорбив его честь и достоинство. 

Из оглашённого в суде с согласия сторон протокола допроса свидетеля – командира войсковой части «данные изъяты» Л. от 25.08.2017 следует, что с 16.06.2017 по 12.07.2017 корабль «данные изъяты». 24.06.2017 находясь в «данные изъяты» мичману ФИО2 было дано разрешение на сход с корабля и проведён инструктаж. В вечернее время 24.06.2017 он узнал, что ФИО2 задержала военная полиция за нахождение при исполнении служебных обязанностей в состоянии алкогольного опьянения. 

Также из названного протокола допроса усматривается, что ФИО2 по службе характеризуется положительно. 

Из исследованного судом протокола проверки показаний на месте с участием потерпевшего ФИО3 от 28.08.2017 усматривается, что в ходе проведения этого следственного действия последний на месте показал, где именно его оскорбил мичман ФИО2, полностью подтвердив свои показания. 

Согласно протоколам осмотра места происшествия от 26.06.2017, осмотра предметов от 26.06.2017 и 18.08.2017, исследованным судом, в ходе проведения этих следственных действий при осмотре комнаты для временно задержанных военнослужащих военной комендатуры изъят электронный носитель – карта памяти, содержащая видеофайл разговора между ФИО3 и ФИО2 от 25.06.2017, который скопирован на DVD-R диск, и при его просмотре установлено, что мичман ФИО2 высказался в адрес старшего лейтенанта Жилина нецензурными выражениями с использованием ненормативной лексики. 

Согласно заключению лингвистической судебной экспертизы от 09.07.2017 в разговоре на видеозаписи содержатся языковые средства, имеющие негативную оценку, высказанные в адрес ФИО3 со стороны ФИО2. 

Негативная информация оскорбительного толка содержится в словах и выражениях, в том числе нецензурных по форме: «данные изъяты» и производных от них слов. Названные языковые средства частично относятся к тюремным жаргонизмам, частично являются нецензурными по форме, все языковые средства характеризуются обсценным характером лексического значения, употреблены инвективно (то есть с намерением оскорбить ФИО3) с манипулятивной целью: вывести ФИО3 из равновесия, спровоцировать на ответные действия. Языковые средства, имеющие негативную оценку, высказаны ФИО2 именно в адрес ФИО3.

Правильность выводов заключения эксперта не вызывает сомнений. Они научно обоснованы, проведены в соответствии с требованиями УПК РФ экспертом, имеющим необходимое образование и стаж работы, подтверждаются исследованными доказательствами и не вызывает у суда сомнений, поэтому суд признаёт его допустимым и достоверным доказательством.

Заключением военно-врачебной комиссии, оглашённым в судебном заседании, ФИО2 по состоянию своего здоровья признан здоровым и годным к военной службе в плавсоставе на надводных кораблях.

Согласно оглашённому судом с согласия сторон протоколу допроса специалиста Л1 от 30.08.2017, признаков физического и психологического состояния, дающего основания полагать, что у подсудимого имеется алкогольная зависимость ею не выявлено, хроническим алкоголизмом ФИО2 не страдает, поэтому последний осознавал фактический характер и общественную опасность своих действий, в момент совершения инкриминируемого деяния мог руководить своими действиями. ФИО2 на учётах в медицинских учреждениях не состоит, данные о наличии алкогольной зависимости отсутствуют. 

Также из названного протокола усматривается, что у неё, как специалиста, не имеется оснований для опровержения выводов военно-врачебной комиссии в отношении ФИО2, равно как не имеется и оснований для применения мер принудительного характера в отношении него, поскольку последний может осознавать характер своих действий и руководить ими.

Из исследованных судом выписок из приказов командира войсковой части «данные изъяты» от 31.12.2013 и 25.05.2014 №№ 1018 и 78, а также копии послужной карты ФИО2 усматривается, что он проходит военную службу по контракту на должности «данные изъяты» войсковой части «данные изъяты», с 01.01.2014 поставлен на все виды обеспечения, а с 25.05.2014 проходит военную службу по контракту на должности «данные изъяты» войсковой части «данные изъяты» в воинском звании «мичман», а согласно исследованной копии приказа командира войсковой части «данные изъяты» от 06.06.2017 № 975 мичман ФИО2 назначен для выполнения поставленных задач в море в период с 14.06.2017 по 08.07.2017.

Согласно же исследованным судом выпискам из приказов командира войсковой части «данные изъяты» от 13.07.2017 и 07.08.2017 №№ 35 и 184 мичман ФИО2 уволен с военной службы в запас по основанию, предусмотренному подпунктом «в» пункта 2 статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», и с 29.09.2017 исключён из списков личного состава части и всех видов обеспечения.

Из исследованных судом выписок из приказа Министра обороны Российской Федерации от 27.06.2012. № 1619 и военного коменданта военной комендатуры (гарнизона, 3 разряда) («данные изъяты») от 23.06.2017 № 113 ФИО3 назначен на должность «данные изъяты» («данные изъяты»), а с 24.06.2017 по 25.06.2017 назначен в суточный наряд дежурным по этой комендатуре. 

Оценивая исследованные доказательства в их совокупности, суд находит показания потерпевшего ФИО3, а также свидетелей Б., И., К., Л. и Р., относительно времени совершения подсудимым инкриминируемого ему деяния, обоснованными, правдивыми и убедительными, поскольку они последовательны, согласуются между собой и с другими материалами дела, устанавливают одни и те же факты, изобличающие подсудимого, в связи с чем, эти показания потерпевшего и свидетелей суд признаёт достоверными и кладёт в основу приговора. 

Анализируя и оценивая показания подсудимого, согласившегося с наличием описанных событий, но указавшего, что они происходили в период времени с 21 до 22 часов 24.06.2017, а не с 00 часов 55 минут до 1 часа 15 минут 25.06.2017, в совокупности с другими исследованными в суде доказательствами, суд приходит к выводу, что они не заслуживают доверия, поскольку, совпадая во многих деталях зарождения и развития конфликтной ситуации, противоречат не только показаниям потерпевшего и свидетелей, но и другим материалам дела, и расценивает их как защитную позицию ФИО2, направленную на уклонение от ответственности за содеянное.

Оценив эти доказательства в их совокупности, суд находит виновность ФИО2 полностью доказанной.

Умышленные действия мичмана ФИО2, оскорбившего в неприличной форме, с использованием в своей речи нецензурной брани оскорбительного толка, в период времени с 00 часов 55 минут до 1 часа 15 минут 25.06.2017, находившегося вместе с ним в комнате временно задержанных военнослужащих военной комендатуры (гарнизона 3 разряда) («данные изъяты»), старшего лейтенанта ФИО3, в связи с исполнением последним обязанностей военной службы, гарнизонный военный суд квалифицирует по ч. 1 ст. 336 УК РФ.

Определяя ФИО2 вид и меру наказания, военный суд, исходит из фактически установленных в судебном заседании обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности, совершённого им преступления, его длительности по времени, а также поведение потерпевшего, явившегося поводом для преступления. 

Также суд, принимает во внимание, что подсудимый ранее к уголовной ответственности не привлекался, за время службы в армии зарекомендовал себя в целом с положительной стороны, его материальное положение, а также отсутствие у него в настоящее время места работы и статуса военнослужащего. 

С учётом изложенного, руководствуясь п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» суд считает необходимым назначить ФИО2, наказание более мягкое, чем предусмотрено санкцией ч. 1 ст. 336 УК РФ, подвергнув его штрафу, за совершённое им преступление.

Обстоятельствами, смягчающими вину ФИО2, суд признаёт, на основании п. «г» и «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, наличие у подсудимого на иждивении малолетнего ребёнка, а также иные действия, направленные на заглаживание вреда, причинённого потерпевшему - принесение ему подсудимым извинений, а также на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ – признание ФИО2 вины. 

Обстоятельств, отягчающих вину ФИО2, в суде не установлено.

В связи с осуждением ФИО2 к наказанию в виде штрафа, военный суд считает необходимым отменить избранную ему ранее меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Согласно ч. 1 и 2 ст. 131, ч. 1 ст. 132 УПК РФ, денежные суммы за оказание ФИО2 юридической помощи в ходе предварительного следствия защитником В. в размере 1 463 (одна тысяча четыреста шестьдесят три) рублей, Киселёвой Е.Н. в размере 2 926 (две тысячи девятьсот двадцать шесть) рублей, а также за оказание последней юридической помощи ФИО2 в ходе судебного производства по уголовному делу в размере 5 225 (пять тысяч двести двадцать пять) рублей, суд считает необходимым отнести к процессуальным издержкам, которые подлежат взысканию с осуждённого ФИО2 в доход федерального бюджета.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ по вступлению приговора в законную силу вещественное доказательство по делу – DVD-R диск, содержащий видеозапись разговора между ФИО3 и ФИО2 от 25.06.2017, хранящийся при уголовном деле, надлежит хранить при уголовном деле.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, военный суд, 

приговорил:

признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 336 УК РФ, на основании которой, с применением ст. 46 УК РФ назначить ему наказание в виде штрафа в размере 8 000 (восьми тысяч) рублей.

Меру пресечения ФИО2 – подписку о невыезде и надлежащем поведении, отменить. 

По вступлению приговора в законную силу вещественное доказательство по делу – DVD-R диск, содержащий видеозапись разговора между ФИО3 и ФИО2 от 25.06.2017, хранящийся при уголовном деле, - хранить при уголовном деле.

Процессуальные издержки в сумме 9 614 (девять тысяч шестьсот четырнадцать) рублей 00 копеек взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Дальневосточного окружного военного суда через Советско-Гаванский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его постановления.

В случае направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Дальневосточного окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке, осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении ему защитника.

Председательствующий С.В. Деев