Судья Омаров Х.С. дело № 22-5168/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ставрополь 24 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Шевера А.П.,

судей Кириленко В.Н. и Мальцевой Е.Н.,

при секретаре Алгановой Ю.С., помощнике судьи Луньковой Е.В.,

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Ставропольского края ФИО2,

осуждённого ФИО3 и его защитника в лице адвоката Дашкевича Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе и дополнениям к ней адвоката Дашкевича Е.В. на приговор Апанасенковского районного суда Ставропольского края от 03 октября 2025 года, которым:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>, проживающий по адресу: 

<

адрес>, со средним специальным образованием, не состоящий в браке, не имеющий на иждивении несовершеннолетних детей, военнообязанный, ранее не судимый,

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Судом разрешён вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Кириленко В.Н., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, выступление участников уголовного судопроизводства, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть и выразившегося в неизгладимом обезображивании лица. Преступление совершено 04 июля 2024 года в 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Дашкевич Е.В. считает приговор незаконным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона и существенного нарушения уголовно-процессуального закона. Ссылаясь на положения ч. 2 ст. 37 УК РФ указывает, что Потерпевший №1, будучи в состоянии алкогольного опьянения и агрессивно настроенным, в 3 часа ночи проник во двор домовладения ФИО3, первым нанес удар по лицу ФИО3, высказывал угрозы его убийством и причинения вреда здоровья. Зная биографию Потерпевший №1, как лица, способного на причинение тяжкого вреда здоровью, в том числе на убийство, ФИО3 действовал никак иначе как в пределах необходимой обороны, а травму глаза Потерпевший №1 получил самостоятельно при падении на участке местности. Суд необоснованно отдал предпочтение показаниям ФИО25, Свидетель №1, Свидетель №2, которые являются близкими родственниками и заинтересованы в исходе дела и пришел к выводу о малозначительности конфликта и отсутствия необходимости обороны от противоправных действия потерпевшего. Суд в приговоре привел исключительно показывания потерпевших и свидетелей обвинения, уличающие ФИО3 в совершении преступления, при этом умышленно в не отразил показания данных лиц, которые оправдывают ФИО3 Судом были искажены показания экспертов, а именно в части определения места совершения преступления (нанесения повреждений), которые различаются с местом, где были найдены следы крови. Суд не устранил противоречия в этой части, а именно между местом обнаружения крови и совершения преступления. Кровь Потерпевший №1 не изымалась в ходе осмотра места происшествия от 17 июля 2024 года, в связи с чем вывод экспертизы № 81 от 14 февраля 2025 года, изложенный в п. 3 заключения является недостоверным и не основан на материалах дела. Таким образом, в приговоре показания свидетелей и экспертов приведены не в полном объеме, им надлежащая оценка не дана; не указано, почему одни доказательства приняты судом, а другие отвергнуты; противоречия в показаниях потерпевших ФИО25, Свидетель №1, свидетелей и экспертов суд не устранил. Судом не опровергнута версия стороны защиты о том, что Потерпевший №1 от собственного падения на участок местности между домовладением и строящимся забором ударился лицом о камень и выбил себе глаз. Несмотря на необоснованность выводов комиссии экспертов № 81 от 14 февраля 2025 года, выход за пределы своих полномочий экспертами, несоответствие выводов материалам уголовного дела и существенных противоречий в показаниях экспертов, суд в нарушение требований ст. 207 УПК РФ не назначил повторную судебно-медицинскую экспертизу, а в основу приговора в отношении ФИО3 положил недопустимое доказательство. Кроме того, эксперт ФИО7 предупреждался об уголовной ответственности в качестве заведующего отделением сложных экспертиз, однако экспертиза окончена в феврале 2025 года, когда он являлся заместителем начальника по медицинской части ГБУЗ СК Краевое БСМЭ, соответствующей расписки вновь отобрано не было. В ходе судебного разбирательства было приобщено заключение специалиста № 5\25 от 11 марта 2025 года, которое поставило под сомнение выводы вышеуказанной экспертизы № 81, а также допрошен эксперт ФИО8, однако суд необоснованно указал в приговоре о том, что представленные стороной защиты доказательства не соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона. Кроме того, сторона защиты представила заключение негосударственного медицинского эксперта ФИО9 от 29 сентября 2025 года, выводы которого также опровергают заключение комиссии экспертов № 81 и обеспечила его явку в судебное заседание, однако в нарушение положений ч. 4 ст. 271 УПК РФ суд необоснованно отказал в удовлетворении заявленного ходатайства. Обращает внимание, что судом противоправность поведения потерпевшего Потерпевший №1, явившегося поводом для совершения преступления, признана в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО3 Вместе с тем, суд не установил фактических обстоятельств совершенного ФИО3 деяния, и не указал, в чем именно выразились противоправные действия потерпевшего Потерпевший №1 в отношении осужденного ФИО3 Суд при описании преступного деяния указал, что ФИО3 умышленно причинил Потерпевший №1 тяжкий вред здоровью в ходе драки с ним «на почве возникших личных неприязненных отношений в результате внезапно возникшего умысла», однако не раскрыл сути конфликта, который явился причиной драки между ФИО4 и Потерпевший №1 Кроме того, признавая подсудимого виновным в совершении преступления по признакам, относящимся к оценочным категориям (например, тяжкие последствия, существенный вред), суд не должен ограничиваться ссылкой на соответствующий признак, а обязан привести в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном указанного признака. Cуд, признавая ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, не указал в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном признака объективной стороны «выразившегося в неизгладимом обезображивании лица» и утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть. Тогда как согласно разъяснениям, изложенным в кассационном определении Верховного Суда РФ от 01 октября 2009 года по делу № 85-О09-27, установление факта обезображивания лица относится к компетенции суда и производится с учетом общепринятых эстетических представлений о нормальной внешности человека. Судом квалифицирующий признак «неизгладимого обезображивания лица» не установлен и не основан на исследованных доказательствах, в связи с чем вывод суда в этой части является необоснованным. На основании изложенного, просит приговор от 03 октября 2025 года отменить и вынести апелляционный оправдательный приговор, признав за ФИО3 право на реабилитацию.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Апанасенковского района Борисенко Т.Г. приводит аргументы, по которым не соглашается с доводами жалобы, просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заедании осуждённый ФИО3 и его защитник в лице адвоката Дашкевича Е.В. доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней поддержали.

Прокурор, участвующий в суде апелляционной инстанции просил приговор от 03 октября 2025 года в отношении ФИО3 отменить и направить материалы уголовного дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений, изучив материалы дела, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Согласно п.1 ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В силу ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если: выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

В силу ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию, в том числе виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.

Данные требования закона при квалификации действий осужденного ФИО3 соблюдены не в полной мере.

Судом установлено, что 04 июля 2024 года, в период времени с 03 часов 00 минут по 03 часа 30 минут, ФИО3, находясь на участке местности, расположенном у входной калитки на территорию двора домовладения по адресу 

<

адрес>, в ходе ссоры с ранее ему знакомым Потерпевший №1, произошедшей на почве личных неприязненных отношений, кулаком своей правой руки нанес не менее одного удара в область переносицы последнего, от которого Потерпевший №1 испытал физическую боль и упал на правый бок. Продолжая реализовывать задуманное, ФИО3 ногами нанес не менее четырех ударов в область лица, правого глаза, правой половины щечной области и правой боковой поверхности шеи Потерпевший №1, а также один удар тылом стопы обутой в обувь в область 11 ребра слева по средней подмышечной линии. Кроме того, продолжая свои противоправные действия, нанес Потерпевший №1 множественные удары в область правого и левого плеча, правого локтевого сустава, правого и левого предплечья, бедер и правого голеностопного сустава последнего.

Суд, признав ФИО3 виновным в содеянном, квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 111 УК РФ.

Отвергая доводы стороны защиты о том, что ФИО3 нанес ФИО12 телесные повреждения защищаясь, суд в приговоре указал, что расценивает это как стремление подсудимого уйти от ответственности, при этом принимает во внимание, что поводом для совершения преступления являлся малозначительный конфликт, спровоцированный самим потерпевшим, имевший место в ночь с 03 июля 2024 года на 04 июля 2024 года, противоправные действия потерпевшего в виде физического воздействия, вследствие чего испытывал неприязнь к потерпевшему, послужившего основанием для причинения ему телесных повреждений.

Таким образом, суд указал о наличии конфликта, спровоцированного самим потерпевшим Потерпевший №1, а также противоправных действий потерпевшего в виде физического воздействия на ФИО3, что послужило основанием для причинения потерпевшему телесных повреждений.

Показания осужденного ФИО3 и потерпевшей ФИО25 об обстоятельствах, предшествующих нанесению Потерпевший №1 ударов, судом под сомнение не ставились.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства судом первой инстанции установлено, что инициатором драки выступал Потерпевший №1, который проник на территорию чужого домовладения в ночное время суток и первым нанес удар в область головы ФИО3 Только после этого в ходе драки ФИО3 нанес множество ударов руками и ногами по лицу и телу потерпевшего, тем самым причинив тяжкий вред здоровью.

Вместе с тем суд первой инстанции не учел, что приведенные в приговоре доказательства в своей совокупности свидетельствуют о том, что ФИО3 причинил тяжкий вред здоровью потерпевшего, обороняясь от последнего, при этом превысил пределы необходимой обороны.

Как следует из исследованных в судебном заседании суда первой инстанции материалов дела, у ФИО3 согласно заключения судебно-медицинского эксперта № 204 от 20 августа 2024 года, имелись телесные повреждения в виде акустической травмы слева, левосторонней нейросенсорной посттравматической тугоухости, которая образовалась от однократного действия твердого тупого предмета, обладающего ограниченной контактной поверхностью, возможно в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении УУП ОУУП и ДН Отдела МВД России «Апанасенковский» (т. 2 л.д. 43-44). В отношении Потерпевший №1 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ, согласно которому Потерпевший №1, находясь 4 июля 2024 года в 3 часа 00 минут на территории домовладения по 

<

адрес>, нанес ФИО3 один удар в височную область слева, причинив последнему, согласно заключения № 204 от 20 августа 2024 года, вышеуказанные телесные повреждения, вызывавших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ. Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 Апанасенковского района от 24 марта 2025 года производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ в отношении Потерпевший №1 прекращено в связи с его смертью (т. 4 л.д. 13).

Сложившаяся на момент совершения преступления обстановка давала ФИО3 все основания полагать, что в отношении него совершается общественно опасное посягательство, которое и послужило побудительным мотивом к нанесению множественных ударов по телу и голове, тем самым ФИО3 превысил пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, что свидетельствовало о явном превышении пределов необходимой обороны.

Более того, в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО3, в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, признано противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, выразившихся в совершении активных действий подсудимого против потерпевшего, после причинения потерпевшим вреда здоровью подсудимого.

Вместе с тем, в соответствии с ч. 2 ст. 37 УК РФ защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно несоответствующих характеру и опасности посягательства.

Согласно разъяснениям, данным в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2012 г. № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» под посягательством, защита от которого допустима в пределах, установленных ч. 2 ст. 37 УК РФ, следует понимать совершение общественно опасных деяний, сопряженных с насилием, не опасным для жизни обороняющегося или другого лица (например, побои, причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью, грабеж, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья).

Материалами дела установлено, что поведение ФИО3 в данной обстановке было обусловлено активными насильственными действиями потерпевшего Потерпевший №1, со стороны которого общественно-опасное посягательство добровольно не прекращалось и могло быть пресечено лишь путем причинения ему вреда. Однако посягательство со стороны Потерпевший №1 с учетом складывающейся обстановки не было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющейся ФИО3 или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Суд, установив вышеуказанные обстоятельства дела, не учел положения ч. 2 ст. 37 УК РФ, в связи с чем действия ФИО3 подлежат переквалификации с ч. 1 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

При этом оснований считать, что тяжкий вред здоровью потерпевшего Потерпевший №1 осужденный причинил, находясь в состоянии необходимой обороны, не превышая ее пределы, у судебной коллегии не имеется с учетом установленных по делу количеству впоследствии нанесенных ФИО3 ударов ногами по телу лежащего на земле потерпевшего, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства.

Переквалифицируя действия ФИО3, судебная коллегия учитывает положения ст. 252 УПК РФ и констатирует, что общий объем обстоятельств совершения ФИО3 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК РФ, не выходит за пределы прежнего обвинения, тем самым положение осужденного не ухудшается, назначаемое наказание не будет превышать назначенного приговором суда.

Доводы апелляционной жалобы о том, что показания потерпевшей ФИО13 и свидетелей, приведенные в приговоре, изложены не в полном объеме, судебная коллегия отвергает, поскольку исходя из протокола судебного заседания, показания потерпевшей и свидетелей в той их части, в которой они имеют отношение к предъявленному ФИО3 обвинению, в приговоре изложены верно, приведение указанных показаний в описательно-мотивировочной части приговора не в полном объеме о нарушении требований уголовно-процессуального закона не свидетельствует. Кроме того, судебная коллегия отмечает, что суд первой инстанции свободен в изложении содержания исследованных по делу доказательств в своем решении, исходя из предмета судебного разбирательства, их относимости и допустимости.

Доводы о том, что ФИО3 не наносил ударов ногами по телу и лицу лежащего на земле потерпевшего Потерпевший №1, а телесные повреждения у него образовались в результате падения с высоты собственного роста и соударения о камни, являются несостоятельными. Так, согласно заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 81 от 14 февраля 2025 года, открытая проникающая рана правого глаза, сопровождавшаяся контузией тяжелой степени с травматическим разрушением глазного яблока и выпадением всех оболочек, образовалась в результате двух-трехкратных ударов со значительной силой воздействия твёрдым тупым предметом с ограниченной травмирующей поверхностью, каким могла быть нога постороннего человека, обутая в обувь. Первый удар был нанесен спереди назад носком обуви в область правой глазницы и привели к разрушению глазного яблока и выпадению всех оболочек, второй удар был нанесен тылом стопы обутой в обувь по правой половине - щечная область в момент нахождения Потерпевший №1 в горизонтальном положении и от этого удара образовалась обширная гематома и кровоизлияние слизистой правой щеки, третий удар по правой боковой поверхности шеи. Закрытый перелом костей носа со смещением, ушиб мягких тканей в области спинки носа, кровоподтек внутреннего угла левого глаза, кровоизлияние в области десны слева - возник от двукратного удара твердым тупым предметом с ограниченной травмирующей поверхностью каким могла быть рука постороннего человека, сжатая в кулак, нога, обутая в обувь. Тупая закрытая травма груди в виде перелома 11 ребра слева по средней подмышечной линии, кровоподтек левой боковой поверхности груди в проекции 10-11 ребра по средней подмышечной линии образовался от однократного удара тылом стопы обутой в обувь в момент нахождения Потерпевший №1 в горизонтальном положении лежа на правом боку. Характер и локализация отмеченных у Потерпевший №1 повреждений исключают возможность образования таковых при падении с высоты собственного роста либо в результате самостоятельных ударов.

Положенные в основу обвинительного приговора заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 81 от 14 февраля 2025 года, судебно-медицинского эксперта № 328 от 10 июля 2024 года, № 224-э от 26 августа 2024 года составлены в соответствии с требованиями, предъявляемыми к экспертизам; нарушений норм УПК РФ, влекущих признание данных доказательств по делу недопустимым, судом обоснованно не установлено; порядок производства судебных экспертиз соблюден, заключение судебных экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», в экспертизах приведено содержание и результаты исследований, выводы по поставленным перед экспертами вопросам и их обоснование.

Вышеуказанные заключения судебных экспертов является мотивированными и сомнений не вызывают. Экспертные заключения исследованы в судебном заседании в соответствии с процессуальными нормами, отвечает требованиям, предъявляемым к доказательствам.

Нельзя согласиться и с мнением стороны защиты о недопустимости вышеуказанного заключения судебно-медицинских экспертов № 81, поскольку при назначении и проведении экспертизы не допущено каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона и процессуальных прав осужденного. Из содержания оспариваемого защитой заключения следует, что оно отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, в нем содержатся научно обоснованные ответы эксперта на все поставленные на его разрешение вопросы.

В судебном заседании эксперты ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20 подтвердили выводы, изложенные в проведенной ими судебно-медицинской экспертизе, дав подробные показания относительно проведения указанной экспертизы, пояснив, что все исследования произведены им по установленным и предоставленным следователем исходным данным, в строгом соответствии с утвержденными методиками.

Ставить под сомнение выводы проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы у суда не было оснований, она исследована судом и признана допустимым доказательством.

Заявленное стороной защиты в ходе судебного следствия ходатайство о назначении повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы разрешено судом надлежащим образом в соответствии с требованиями ст. ст. 195, 207 и 256 УПК РФ и оставлено без удовлетворения.

Учитывая, что заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 81 от 14 февраля 2025 года является ясным, полным, лишенными противоречий, не вызывающим новых вопросов и сомнений в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела (ст. 207 УПК РФ), то у суда отсутствовали основания для удовлетворения ходатайства стороны защиты о назначения повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы, в связи с чем ходатайство стороны защиты обосновано отклонено.

При этом суд рассмотрел ходатайство стороны защиты в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона и принял мотивированное решение. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку ни материалы дела, ни доводы жалобы не содержат мотивированного обоснования необходимости проведения повторной или дополнительной экспертизы.

Вопреки доводам осужденного, отказ суда в удовлетворении указанного ходатайства, а также в приобщении к уголовному делу заключения специалиста № 5\25 от 11 марта 2025 года, не свидетельствует о нарушении права на защиту, как и не свидетельствует о необъективности судебного разбирательства. Факт нанесения тяжких телесных повреждений потерпевшему Потерпевший №1 установлен судом путем допроса осужденного, потерпевшего, свидетелей, экспертов, исследования заключений проведенных по уголовному делу экспертиз и других доказательств, исследованных судом, которые в своей совокупности являются достаточными для установления вины ФИО3 в совершении преступления.

Вопреки доводам жалобы, заключение специалиста (рецензия) № 5\25 от 11 марта 2025 года о проверке заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 81 от 14 февраля 2025 года, о якобы многочисленных нарушениях допущенных при проведении экспертизы, о котором упоминается в жалобе и представлено суду апелляционной инстанции, не может быть признано в качестве допустимого доказательства.

Согласно положениям УПК РФ специалист как лицо, обладающее специальными знаниями, привлекается к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном ст. ст. 58, 164, 168 и 270 УПК РФ для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. В силу положений ст. ст. 58, 80 УПК РФ в компетенцию специалиста подготовка рецензий и оценок доказательствам по уголовному делу, в том числе заключению эксперта, не входит.

Тогда как в соответствии с ч. 1 ст. 17 УПК РФ во взаимосвязи с положениями ст. ст. 87 и 88 УПК РФ проверка и оценка доказательств по уголовному делу, в том числе заключений экспертов, с точки зрения их достоверности и допустимости относится к исключительной компетенции суда.

Назначая ФИО4 наказание по ч. 1 ст. 114 УК РФ, судебная коллегия, руководствуясь ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности виновного, который не судим, на учете у психиатра и нарколога не состоит, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, установленных судом: противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, наличие удовлетворительной характеристики по месту жительства, осуществление ухода за престарелыми родителями - инвалидами II и III групп, мнение представителя потерпевшего, не настаивавшей на строгой мере наказания, в связи с чем считает необходимым назначить ему наказание в виде исправительных работ, с удержанием из заработной платы 10% в доход государства. При этом, судебная коллегия приходит к выводу о целесообразности применения ст. 73 УК РФ и назначения осужденному наказания условно с установлением испытательного срока.

Иных нарушений, влекущих отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Апанасенковского районного суда Ставропольского края от 3 октября 2025 года в отношении ФИО1 изменить: переквалифицировать его действия с ч. 1 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ, по которой назначить наказание в виде исправительных работ на срок 10 месяцев с удержанием из заработной платы 10% в доход государства.

В соответствии со статьей 73 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание, назначенное ФИО1 в виде исправительных работ, считать условным, установив ему испытательный срок в 1 год.

Возложить обязанности на ФИО1 не менять без уведомления государственного органа, ведающего исполнением приговора, место жительства, являться на регистрацию в указанный орган с периодичностью и в дни, установленные указанным органом в соответствии с ч.ч. 4, 6 ст. 188 УИК РФ, возложив контроль за его поведением на указанный специализированный государственный орган по месту жительства.

В остальной части приговор оставить без изменения. Апелляционную жалобу адвоката Дашкевича Е.В. и дополнения к ней – удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренной ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения через суд первой инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями главы 45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренной ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подаются непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренной ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

При этом осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 декабря 2025 года.

Председательствующий А.П. Шевер

Судьи В.Н. Кириленко

Е.Н. Мальцева