РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 января 2019 года г. Иркутск

Октябрьский районный суд г. Иркутска в составе: председательствующего судьи Матвиенко О.А., при секретаре Шмыревой Н.А., с участием представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности от 19.03.2018, представителя ответчика ФИО2, действующего на основании доверенности от 28.05.2018, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-19/2019 по исковому заявлению ФИО3 к Администрации г.Иркутска, Министерству имущественных отношений Иркутской области о признании права собственности на жилое помещение в силу приобретательной давности, исковому заявлению Администрации г.Иркутска к ФИО3 о признании договора на передачу и продажу квартир в собственность граждан недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратилась в суд с иском, в обоснование которого указала, что в ее владении находится одноэтажный бревенчатый двухквартирный Адрес года постройки, расположенный по адресу: Адрес, состоящий из однокомнатной Адрес, общей полезной площадью 16,7 кв.м. и однокомнатной Адрес, общей полезной площадью 17 кв.м.

С 1986 года ФИО3 проживает в квартире, расположенной по адресу: Адрес. В указанную квартиру истец вселилась, получила ордер, Дата приватизировала ее, на основании чего получила договор № передачи жилого помещения в собственность граждан от Дата, о чем в Едином государственной реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним Дата сделана запись регистрации №.

В соседней квартире по адресу: Адрес 1966 года проживал ФИО4, который в 1993 году приватизировал свою квартиру. В декабре 1993 года ФИО4 умер, и истец заселилась в его квартиру и стала проживать в двух квартирах № и №. Строение, в котором расположены спорные квартиры, имеет один вход. Несмотря на то, что у них были разные квартиры под разными номерами, ФИО3 и ФИО4 проживали в одном доме, «по-соседски» вели хозяйство, приобретали предметы быта, благоустраивали помещение. ФИО3 иногда приобретала продукты и лекарства для ФИО4 В 1994 году ФИО3 произвела ремонт всего жилого помещения, обустроила кухню, спальню, отремонтировала печь, печную трубу, крышу, постелила второй пол, поменяла окно, произвела ремонт стен, построила завалинку, поменяла электропроводку. С тех пор ФИО3 производит регулярный косметический ремонт всего дома. Кроме того, ФИО3 регулярно производит оплату за электроэнергию по двум счетчикам, за вывоз мусора.

В течение всего срока проживания истца в спорной квартире, претензий от возможных наследников ФИО4 не поступало, от третьих лиц не поступало, право на спорное имущество никто не предъявлял, споров в отношении владения и пользования недвижимым имуществом, не заявлялось.

В связи с тем, что истец проживает в спорной квартире, расположенной по адресу: Адрес более 24 лет, полагает, что она приобрела право собственности на вышеуказанное жилое помещение в силу приобретательной давности.

Просит признать за ФИО3 право собственности на Адрес в Адрес в силу приобретательной давности.

Администрация г. Иркутска обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании договора на передачу и продажу квартир в собственность граждан недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки, в обоснование которого указано, что Дата между Администрацией г. Иркутска и ФИО4 в лице ФИО3, действующей на основании доверенности от Дата, удостоверенной нотариусом 4-ой Иркутской нотариальной конторы Адрес, заключен договор передачи жилого помещения, состоящего из 1 комнаты общей площадью 17,2 кв.м., в том числе жилой площадью 10,1 кв.м., находящегося по адресу: Адрес, в единоличную собственность. Указанный договор подписан представителем ФИО3

По смыслу ст. 188 ГК РФ вследствие смерти гражданина, выдавшего доверенность, перечисленные в ней полномочия прекращаются.

Между тем, согласно данным службы ЗАГС по Адрес, ФИО4 умер Дата. Данные сведения содержатся в архивной поквартирной карточке.

Таким образом, полномочия на подписание договора передачи жилого помещения в собственность граждан от Дата, от имени и в интересах умершего, у ФИО3 отсутствовали. В связи с чем, договор передачи жилого помещения в собственность граждан от Дата, заключенный между администрацией г. Иркутска и ФИО4 в лице ФИО3, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от Дата, противоречит требованиям ст. 188 ГК РФ, поскольку на момент подписания указанного выше договора, выданная ФИО4 доверенность на имя ФИО3 прекратила свое действие. Следовательно, сделка, совершенная с использованием такой доверенности, является незаконной в силу ее ничтожности.

После применения последствий недействительности ничтожной сделки переданное в порядке приватизации жилое помещение по адресу: Адрес, подлежит передаче в собственность муниципального образования Адрес.

Просит суд признать недействительным договор на передачу и продажу квартир в собственность граждан №, заключенный Дата между администрацией г. Иркутска и ФИО4 в лице ФИО3, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от Дата в отношении жилого помещения, находящегося по адресу: Адрес, состоящего из 1 комнаты общей площадью 17,2 кв.м., в том числе жилой 10,1 кв.м. Применить последствия недействительности ничтожной сделки путем возврата в муниципальную собственность г. Иркутска жилого помещения, состоящего из 1 комнаты общей площадью 17,2 кв.м., в том числе жилой 10,1 кв.м., расположенного по адресу: Адрес.

Определением суда от Дата гражданские дела по вышеуказанным искам объединены в одно производство на основании ч. 4 ст. 151 ГПК РФ.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности от Дата, исковые требования ФИО3 поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, исковые требования Администрации г. Иркутска не признала, просила применить последствия пропуска срока исковой давности.

Представитель ответчика Администрации г. Иркутска ФИО2, действующий на основании доверенности от Дата, исковые требования Администрации г. Иркутска поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, исковые требования ФИО3 не признал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, указав, что истец заняла спорное жилое помещение сразу после смерти собственника ФИО4, следовательно, истец знала и должна была знать об отсутствии у нее оснований возникновения права собственности на спорное жилое помещение, что исключает добросовестность владения спорным имуществом. Более того, не представлено доказательств того, что истец в течение всего срока установленного ст. 234 ГК РФ несла бремя содержания спорного жилого помещения. Указанные обстоятельства исключают такие признаки, как добросовестность владения и владение имуществом как своим.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель ответчика Министерства имущественных отношений Иркутской области в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представил отзыв на исковое заявление, в котором указано, что объект недвижимого имущества – жилой дом, расположенный по адресу: Адрес, по состоянию на Дата в реестре государственной собственности Иркутской области не значится. Сам по себе факт нахождения спорного имущества в пользовании истца, несения бремени расходов на его содержание не свидетельствует о добросовестности владения, и не является основанием для предоставления судебной защиты в порядке ст. 234 ГК РФ.

При этом неявка лиц, извещенных в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является их волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу, что подтверждается также положениями ст.6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст.7, 8, 10 Всеобщей декларации прав человека и ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах.

Суд рассматривает дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав доводы представителей сторон, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, изучив имеющиеся в деле доказательства, оценивая их в совокупности и каждое в отдельности, суд приходит к следующему выводу.

В силу ст. 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29.04.2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" указано, что при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 ГК РФ);

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине ст. 234 Гражданского кодекса РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Таким образом, приобретение права собственности на имущество в порядке приобретательной давности в силу ст. 234 Гражданского кодекса РФ предполагает соблюдение необходимой совокупности элементов: добросовестность владения, то есть лицо не знало и не должно было знать об отсутствии у него основания возникновения права собственности; открытость - когда лицо не скрывает факт нахождения у него данного имущества; непрерывность в течение всего срока приобретательной давности; владение как своим собственным - когда владение осуществляется не на основании договорных отношений.

В соответствии со ст.56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что ФИО3 является собственником квартиры, расположенной по адресу: Адрес, на основании договора передачи недвижимого имущества в собственность граждан от Дата №, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от Дата.

Согласно справке №-С6-009011, выданной МКУ «Сервисно-регистрационный центр» от Дата ФИО3 зарегистрирована по адресу: Адрес.

Квартира, расположенная по адресу: Адрес на основании ордера № серия АБ от Дата была предоставлена ФИО8 на семью, состоящую из одного человека.

ФИО8 умерла Дата, что подтверждается справкой Бюро ЗАГС от Дата.

Согласно данным приватизационного дела, а также исходя из сведений поквартирной карточки, ФИО4 с Дата был зарегистрирован в жилом помещении по адресу: Адрес.

Дата ФИО4 выдал ФИО3 доверенность на право приватизации квартиры, расположенной по адресу: Адрес. Указанная доверенность выдана сроком на 1 год, удостоверена нотариусом 4-ой Иркутской нотариальной конторы Иркутской области Дата, реестровый номер №.

Согласно ответа Центра хранения документации нотариальной палаты Иркутской области от Дата на запрос суда доверенность от имени ФИО4, согласно реестру нотариальных действий, удостоверялась нотариусом 4-й ИГНК от Дата.

Постановлением главы Адрес от Дата № принято решение о передаче ФИО4 в собственность занимаемого жилого помещения, расположенного по адресу: Адрес.

На основании договора на передачу и продажу квартир в собственность граждан от Дата №, заключенного между администрацией г. Иркутска и ФИО4 в лице ФИО3, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от Дата, за №, администрация Адрес передала в единоличную собственность ФИО4 однокомнатную квартиру общей площадью 17,2 кв.м, в том числе жилой площадью 10,1 кв.м, расположенную по адресу: Адрес.

Дата ФИО4 умер, наследственного дела к имуществу ФИО4 не заводилось.

Как следует из пояснений истца, после смерти ФИО4 она заняла принадлежащую ему квартиру, расположенную по адресу: Адрес по настоящее время добросовестно, открыто и непрерывно владеет данной квартирой, производит ремонт, оплачивает коммунальные услуги.

Из показаний свидетеля ФИО9, допрошенной в судебном заседании, следует, что она с 1997 года проживает по адресу: Адрес, ФИО3 проживает по соседству, занимает две Адрес № по адресу: Адрес, следит за их техническим состоянием, производит ремонт.

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что она проживает по адресу: Адрес, ФИО4 проживал по адресу: Адрес, ФИО3 проживала по адресу: Адрес, отношения между ФИО3 и ФИО4 были соседские. ФИО4 злоупотреблял спиртными напитками, часто не проживал в своей квартире. После его смерти, ФИО3 стала занимать обе Адрес №.

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что он проживает по адресу: Адрес, ФИО3 знает с 1997 года, бывал у нее в гостях, помогал делать ей ремонт в квартирах, которые она занимает № и №.

Из показаний свидетеля ФИО12 следует, что он знал ФИО4, проживающего по адресу: Адрес, который часто выпивал, редко бывал дома. ФИО3 оплачивала задолженность по коммунальным услугам за ФИО4, занимала денежные средства на приватизацию квартиры для ее дальнейшего приобретения у ФИО4 После смерти ФИО4 она стала занимать две Адрес №, он (свидетель) помогал ей делать ремонт в этих квартирах.

Оценивая установленные по делу обстоятельства и представленные доказательства, в том числе показания свидетелей, суд, приходит к выводу об отсутствии совокупности признаков добросовестности, открытости и непрерывности владения ФИО3 спорным недвижимым имуществом, необходимым для признания за ней права собственности в силу приобретательной давности.

Как следует из материалов дела, истец ФИО3, вселяясь в спорную квартиру, не могла не знать, что данная квартира принадлежит ФИО4 на основании договора на передачу и продажу квартир в собственность граждан от Дата №, то есть знала об отсутствии основания возникновения у нее права собственности на спорную квартиру, тем самым, истец не может быть признана добросовестным владельцем данного имущества, поскольку давностное владение является добросовестным лишь тогда, когда лицо, получая во владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у нее права собственности.

Отсутствие добросовестности владения является достаточным основанием для отказа в иске, поскольку исключает совокупность обстоятельств, предусмотренных статьей 234 Кодекса.

При этом суд приходит к выводу, что приведенные в обоснование заявленных требований доводы о том, что истец длительное время пользуется спорной квартирой, несет расходы по ее содержанию, коммунальным услугам, сами по себе не свидетельствуют о владении спорным имуществом как своим собственным, и не являются достаточным основанием и не свидетельствуют о возникновении у истца права собственности в силу приобретательной давности.

Указанные в ст. 234 ГК РФ условия для приобретения права собственности в силу приобретательной давности обязательны и равнозначны и отсутствие хотя бы одного из них исключает возможность признания права собственности в порядке приобретательной давности, а в данном случае, необходимая совокупность обязательных условий приобретения права собственности отсутствует, в связи с чем, правовых оснований для удовлетворения исковых требований истца ФИО3 не имеется.

Рассматривая требования Администрации г. Иркутска о признании договора на передачу и продажу квартир в собственность граждан от Дата № недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки, суд приходит к следующему.

Согласно п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от Дата № «О некоторых вопросах применения судами Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в РФ», в случае возникновения спора по поводу правомерности договора передачи жилого помещения, в том числе, и в собственность одного из его пользователей, этот договор по требованию заинтересованных лиц может быть признан судом недействительным по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной.

В соответствии с п. 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пп. 5 п. 1 ст. 188 ГК РФ действие доверенности прекращается, в том числе вследствие смерти гражданина, выдавшего доверенность.

Как установлено судом, договор на передачу и продажу квартир в собственность граждан от Дата №, заключенный между администрацией г. Иркутска и ФИО4 о передаче в единоличную собственность однокомнатной квартиры общей площадью 17,2 кв.м, в том числе жилой площадью 10,1 кв.м, расположенной по адресу: Адрес подписан ФИО3, действующей от имени ФИО4 на основании нотариально удостоверенной доверенности от Дата за №.

Как следует из записи акта о смерти № от Дата, ФИО4 умер Дата в Адрес.

Таким образом, полномочия на подписание договора передачи жилого помещения в собственность граждан от Дата, от имени и в интересах умершего, у ФИО3 отсутствовали. В связи с чем, договор передачи жилого помещения в собственность граждан от Дата, заключенный между администрацией г. Иркутска и ФИО4 в лице ФИО3, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от Дата, противоречит требованиям ст. 188 ГК РФ, поскольку на момент подписания указанного выше договора, выданная ФИО4 доверенность на имя ФИО3 прекратила свое действие. Следовательно, сделка, совершенная с использованием такой доверенности, является незаконной в силу ее ничтожности.

Вместе с тем, оснований для удовлетворения заявленных требований Администрации г. Иркутска не имеется в связи с пропуском срока обращения с указанным иском в суд, о применении которого заявлено стороной ответчика.

Так, п. 1 ст. 181 ГК РФ предусматривается, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Однако в соответствии с пунктами 6 и 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 г. № 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" нормы Гражданского кодекса РФ (в редакции настоящего Федерального закона) об основаниях и о последствиях недействительности сделок (статьи 166 - 176, 178 - 181) применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу настоящего Федерального закона. Установленные положениями Гражданского кодекса РФ (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

Согласно ст. 42 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик от 31 мая 1991 года № 2211-1, действующего на момент возникновения спорного правоотношения, общий срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (исковая давность), устанавливается в три года; течение срока исковой давности начинается со дня возникновения права на иск; право на иск возникает со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права; изъятия из этого правила устанавливаются законодательными актами.

С 01 января 1995 года вступил в действие Гражданский кодекс РФ, в соответствии с положениями ст. 10 Федерального закона от 30 ноября 1994 года № 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (в первоначальной редакции) установленные частью первой Кодекса сроки исковой давности применяются к тем искам, сроки предъявления которых, предусмотренные ранее действовавшим законодательством, не истекли до 1 января 1995 года.

Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ (действующей в редакции до 26 июля 2005 года) иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение десяти лет со дня, когда началось ее исполнение.

Федеральный закон от 21 июля 2005 года № 109-ФЗ «О внесении изменения в статью 181 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», которым внесено изменение в п. 1 ст. 181 ГК РФ об установлении трехгодичного срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки, вступил в силу 26 июля 2005 года; положениями п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года; течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Из указанных правовых норм следует, что в порядке исключения из общего правила применительно к требованиям о применении последствий недействительности ничтожных сделок законодателем в п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ предусмотрена специальная норма, в соответствии с которой течение указанного срока по данным требованиям определяется не субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

Следовательно, поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления давностного срока.

С учетом приведенного выше, при разрешении вопроса о соблюдении истцом Администрацией г. Иркутска срока исковой давности следует исходить из того, что предусмотренный п. п. 1, 3 ст. 42 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик срок исковой давности на момент вступления в силу части первой Гражданского кодекса РФ не истек, что, с учетом разъяснений вышестоящих судов, является основанием для применения в настоящем споре положений п. 1 ст. 181 ГК РФ в редакции, действовавшей до Дата.

Таким образом, поскольку Администрация г. Иркутска оспаривает договор приватизации по основаниям ст. 168 ГК РФ, следовательно, срок исковой давности для применения последствий недействительности ничтожной сделки составляет 10 лет, и исчисляется со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Оспариваемый договор на передачу и продажу квартир в собственность граждан от Дата № был зарегистрирован Дата, в связи с чем дату регистрации и следует рассматривать в качестве момента начала исполнения сделки.

С требованием о признании данного договора недействительным Администрация г. Иркутска обратилась только Дата.

Таким образом, 10-летний срок исковой давности Администрацией г. Иркутска, безусловно пропущен, о чем при рассмотрении спора было заявлено стороной ответчика, при этом истец ходатайства о восстановлении пропущенного срока не заявлял, доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин, препятствующих своевременному предъявлению таких требований в пределах действия ст. 205 ГК РФ, не представил, в связи с чем, оснований для удовлетворения исковых требований Администрации г.Иркутска о признании договора на передачу и продажу квартир в собственность граждан недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к Администрации г.Иркутска, Министерству имущественных отношений Иркутской области о признании права собственности на Адрес в Адрес в силу приобретательной давности – отказать.

В удовлетворении исковых требований Администрации г.Иркутска к ФИО3 о признании договора на передачу и продажу квартир в собственность граждан №, заключенного Дата между администрацией г. Иркутска и ФИО4 в лице ФИО3, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от Дата в отношении жилого помещения, находящегося по адресу: Адрес недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки путем возврата в муниципальную собственность г. Иркутска жилого помещения, расположенного по адресу: Адрес – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Октябрьский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме 21.01.2019.

Судья: О.А. Матвиенко