Судья Криницына А.С. Дело № 22-5078/2024

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Новосибирск 11 октября 2024 года

Новосибирский областной суд в составе:

Председательствующего судьи Богдановой А.Г.,

при секретаре Савицкой Е.Е.,

с участием:

прокурора прокуратуры Новосибирской области Дортман А.Н.,

осужденного ФИО 1,

адвоката Лаврентьевой Н.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам осужденного ФИО 1, адвоката Лаврентьевой Н.В. в его защиту на приговор Заельцовского районного суда г. Новосибирска от 17 июля 2024 года, которым 

ФИО 1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, ранее судимый:

- 13 мая 2019 года Советским районным судом г.Новосибирска по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, ст.70 УК РФ, к лишению свободы на срок 2 года 2 месяца;

- 29 июня 2020 года Октябрьским районным судом г.Новосибирска по ч.1 ст.158, п. «г» ч.3 ст.158, ч.3 ст.69 УК РФ, с частичным сложением в соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ назначенного наказания с наказанием по приговору от 13 мая 2019 года – к лишению свободы на срок 3 года, по постановлению Калининского районного суда г.Новосибирска от 6 июля 2021 года освобожден условно-досрочно 20 июля 2021 года на неотбытый срок 6 месяцев 21 день;

- 28 апреля 2023 года Бердским городским судом Новосибирской области по ч.1 ст.264.1 УК РФ к лишению свободы на срок 8 месяцев, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев (основное наказание отбыто 14 ноября 2023 года, неотбытый срок дополнительного наказания на дату постановления приговора составляет 2 года 2 месяца 10 дней), 

осужден по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год 8 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии со ст.70 УК РФ, по совокупности приговоров, путем полного присоединения к назначенному наказанию неотбытого дополнительного наказания по приговору Бердского городского суда Новосибирской области от 28 апреля 2023 года, назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 8 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 2 месяца 10 дней. 

Срок отбывания основного наказания исчислен с даты вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок отбывания лишения свободы времени содержания ФИО1 под стражей в период с 5 марта 2024 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания дополнительного наказания исчислен с момента отбытия основного наказания.

Удовлетворен гражданский иск ФИО2 Взыскано с ФИО 1 в пользу потерпевшего ФИО2 в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, 21 547 рублей. 

Взысканы с ФИО 1 в регрессном порядке в доход федерального бюджета процессуальные издержки по оплате труда адвоката в ходе предварительного следствия в размере 3 950 рублей 40 копеек. 

По делу разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Изучив материалы дела, выслушав осужденного ФИО 1, адвоката Лаврентьеву Н.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Дортман А.Н., полагавшей апелляционные жалобы не подлежащими удовлетворению, 

установил:

приговором Заельцовского районного суда г. Новосибирска от 17 июля 2024 года ФИО 1 признан виновным и осужден за тайное хищение имущества ФИО2 (кражу), совершенное с причинением потерпевшему значительного ущерба. 

Преступление совершено в Заельцовском районе г.Новосибирска, в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В судебном заседании ФИО 1 вину в совершении указанного преступления не признал. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО 1 находит приговор незаконным и необоснованным, подлежащим отмене.

Подробно анализируя показания потерпевшего ФИО2, осужденный находит их противоречивыми в части местонахождения похищенного имущества. По мнению осужденного, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что потерпевший, который распивал в большом количестве спиртные напитки, не помнит, были ли на момент произошедшего инструменты в квартире. Каких-либо иных доказательств, помимо показаний потерпевшего, на этот счет не добыто. Кроме этого, ФИО2 представил следователю не оригиналы кассовых чеков и квитанций о приобретении инструментов, а лишь их скриншоты, которые не являются достоверными доказательствами. 

Отмечает, что на 17 этаже многоквартирного дома, в котором они находились, расположены более 10 квартир, в которых также проводились ремонтные работы, и рабочие вполне могли выставить на площадку пакет с ботинками. Однако, ни собственник квартиры, в которой находились они с потерпевшим, ни владельцы соседних жилых помещений, ни рабочие, производившие в них ремонт, не были установлены и допрошены, в то время как их показания могли бы повлиять на исход дела. Так, собственник квартиры, в которой делал ремонт ФИО2, мог бы пояснить, были ли действительно в квартире пропавшие инструменты, кому они принадлежали, а также, имел ли доступ в квартиру кто-либо иной помимо ФИО2

Полагает, что протокол принятия устного заявления о преступлении, на который суд сослался в приговоре, не является доказательством по уголовному делу, поскольку представляет собой всего лишь сообщение о преступлении. 

Протокол осмотра места происшествия от 2 марта 2024 года, в ходе чего был изъят след обуви, пригодный для идентификации личности, также не может являться достоверным доказательством, поскольку не было установлено, какому размеру обуви соответствует данный след, а также не была изъята как его обувь, так и обувь потерпевшего для производства сравнительного исследования. В судебном заседании стороной защиты было заявлено ходатайство о назначении дополнительной трасологической экспертизы, однако, оно было необоснованно отклонено судом.

Что касается протокола осмотра диска с видеозаписями, то осужденный также усматривает в нем противоречия в части описания формы предмета, который он нес в руках, покидая место происшествия. Данные видеозаписи, по мнению осужденного, не опровергают его показания о том, что при себе у него находились не похищенные инструменты, а коробка с ботинками. Потерпевший ФИО2 не мог достоверно утверждать, что именно находилось в его пакете.

По результатам апелляционного рассмотрения осужденный ФИО 1 просит постановить в отношении него оправдательный приговор. 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Лаврентьева Н.В. приводит доводы, в целом аналогичные изложенным в жалобе осужденного, также находит приговор не соответствующим требованиям ст.297 УПК РФ, предлагает его отменить, а ФИО 1 оправдать.

По мнению адвоката, выводы суда о виновности ФИО 1 в совершении инкриминированного ему преступления основаны на предположениях. Собранные по уголовному делу и исследованные в судебном заседании доказательства объективно не свидетельствуют о совершении ФИО 1 преступления. Все возникшие неустранимые сомнения и противоречия в доказательствах в нарушение требований закона не были истолкованы судом в пользу осужденного, а его показания о произошедшем были необоснованно отвергнуты.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Лисицына Н.И. находит приговор законным, обоснованным и справедливым, предлагает оставить его без изменения, в удовлетворении апелляционных жалоб отказать. 

Заслушав мнения участников судебного разбирательства, проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Обстоятельства, при которых ФИО 1 совершено преступление и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены верно.

Виновность осужденного в содеянном им подтверждается совокупностью доказательств, полученных в установленном законом порядке. Данные доказательства полно и объективно исследованы в судебном заседании. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Несогласие стороны защиты с той оценкой, которую суд дал исследованным доказательствам, субъективно и основанием для отмены приговора не является. 

Выводы суда о доказанности вины осужденного в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированы, и поэтому являются объективными, а не предположительными, не основаны на предположениях.

Так, виновность ФИО 1 в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждается совокупностью следующих доказательств, исследованных судом и приведенных в приговоре:

- показаниями потерпевшего ФИО2, из которых следует, что он делает ремонт в 

<

адрес> в 

<

адрес>. Квартира расположена на 17 этаже. Дом недавно сдан и в нем никто не проживает, ведутся ремонтные работы. 2 марта 2024 года был выходной день. Он познакомился с ФИО 1 и предложил последнему вместе распить спиртное в указанной выше квартире. Они выпивали в одной из комнат, никаких конфликтов между ними не возникало. Никого кроме них в квартире не было. От выпитого алкоголя он уснул, а когда проснулся, обнаружил пропажу принадлежащих ему инструментов: лазерного нивелира, стоимостью 15 768 рублей и шуруповерта стоимостью 5 659 рублей, ФИО 1 в квартире также отсутствовал. Помимо ФИО 1 посторонних лиц в квартире не было и более никто похитить его имущество не мог. До ухода ФИО 1 инструменты находились на своем месте, он их видел. Просмотрев записи с камер видеонаблюдения, установленных в доме, он увидел, как ФИО 1 выходит из подъезда с пакетом. Никакие ботинки у него не пропадали, на этаже дома, на котором расположена квартира, никто никаких ботинок также не оставлял. Причиненный ущерб для него является значительным. Постоянного и стабильного источника дохода у него нет, имеются кредитные обязательства;

- протоколом принятия устного заявления о преступлении от ФИО2, в котором последний подробно сообщил обстоятельства хищения принадлежащего ему имущества ранее неизвестным ему мужчиной, с которым они распивали спиртные напитки в квартире, в которой ФИО2 делал ремонт, и указал о значительности причиненного ему материального ущерба;

- протоколом осмотра места происшествия – квартиры, в которой производил ремонтные работы ФИО2, и в которой он находился совместно с ФИО 1, в ходе чего зафиксирована обстановка на месте преступления;

- протоколом осмотра диска с видеозаписями с камер видеонаблюдения, установленных в доме, в котором расположена квартира, где производил ремонтные работы потерпевший. На указанных видеозаписях зафиксировано, как 2 марта 2024 года в 10 часов 03 минуты ФИО2 и ФИО 1 заходят в подъезд 

<

адрес>, а затем проходят в кабину лифта. При этом никаких предметов в руках у ФИО 1 нет. В 11 часов 37 минут этого же дня ФИО 1 один выходит из кабины лифта в холл первого этажа дома, при этом в руке он несет полимерный пакет светлого цвета, через который просматриваются силуэты находящихся в пакете прямоугольных предметов, один из которых очевидно черного цвета. Далее ФИО 1 направляется к выходу из подъезда и скрывается из зоны охвата видеокамеры. Присутствующий при осмотре видеозаписей ФИО2 пояснил, что в пакете у ФИО 1 находятся похищенные у него инструменты – лазерный нивелир и дрель-шуруповерт, что ему стало понятно по форме кейсов, в которых лежали инструменты.

Показания ФИО 1 обоснованно положены судом в основу приговора в той части, в которой они не противоречат и согласуются с иными исследованными доказательствами, а именно, что 2 марта 2024 года он действительно находился вместе с ФИО2 на месте происшествия, распивал спиртные напитки, а затем один ушел из квартиры. 

Оценив в совокупности приведенные выше доказательства, суд пришел к правильному выводу о доказанности вины осужденного в том, что он тайно похитил имущество, принадлежащее ФИО2, которым распорядился по собственному усмотрению, причинив своими действиями потерпевшему значительный материальный ущерб. 

При этом суд обоснованно признал достоверными показания потерпевшего, поскольку они, вопреки доводам апелляционных жалоб, в целом и в главном являются последовательными, не содержат таких противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности ФИО 1 в совершении инкриминируемого ему преступления. Наличие у потерпевшего причин для оговора ФИО 1, с которым они ранее не были знакомы, не имели неприязненных отношений либо долговых обязательств, судом первой инстанции не установлено, и осужденным также не приведено. Не усматривает таких причин и суд апелляционной инстанции. Показания потерпевшего объективно согласуются с другими доказательствами, исследованными судом, в частности, с указанными выше видеозаписями.

При этом показания ФИО 1 в той части, что инструменты, принадлежащие потерпевшему, он не брал и не видел, квартиру покинул, поскольку в ходе разговора с ФИО2 между ними стал назревать конфликт, при выходе из квартиры на площадке заметил грязные рабочие ботинки, и, полагая, что их выбросили, забрал их себе, и именно они находились в пакете, проверялись судом и правильно были отвергнуты как не нашедшие своего подтверждения, обоснованно расценены как позиция защиты, избранная ФИО 1 по уголовному делу с целью избежать ответственности и наказания за содеянное. 

Аналогичные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, направлены на переоценку установленных судом первой инстанции обстоятельств, однако оснований для этого суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Причин сомневаться в приобретении ФИО2 похищенного у него впоследствии ФИО 1 имущества, не имеется. Факт приобретения инструментов посредством оплаты их стоимости через сеть «Интернет» подтвержден потерпевшим соответствующими документами, имеющимися в материалах дела. Убеждение осужденного в том, что подтвердить покупку потерпевший мог исключительно путем предоставления квитанции и кассового чека, является ошибочным. 

Стоимость похищенного определена как на основании указанных документов, так и показаний потерпевшего. 

Так как ФИО2 один делал ремонт в 

<

адрес> в 

<

адрес>, также отсутствуют причины ставить под сомнение то обстоятельство, что инструменты действительно находились на месте происшествия, поскольку были необходимы потерпевшему для работы.

Из материалов уголовного дела следует и не отрицалось осужденным, что 2 марта 2024 года он действительно вместе с ФИО2 был в указанной выше квартире, где они распивали спиртные напитки, и на исследованных видеозаписях запечатлен именно он.

Придя вместе с потерпевшим в квартиру, ФИО 1 при себе ничего не имел, а покидая ее, в холле первого этажа дома уже находился с пакетом, в котором лежали объемные предметы прямоугольной формы. Потерпевший при просмотре видеозаписей указал, что в пакете у ФИО 1 находятся именно похищенные у него инструменты, и такой вывод он делает как исходя из формы кейсов, в которых лежали инструменты, так и из цвета одного из них.

Кроме этого, на всех стадиях производства по уголовному дела - с момента принятия у него устного заявления о преступлении, ФИО2 категорично утверждал, что в квартире он находился только вдвоем с ФИО 1, и никто иной похитить его имущество не мог. Иные лица как в квартире, так и на этаже дома отсутствовали. Указанный день для рабочих был выходным, а жильцов на этаже еще не было, поскольку во всех квартирах шли ремонты. 

Принимая во внимание, что ФИО 1 и ФИО2 находились вместе в квартире в течение непродолжительного времени – около полутора часов, а также учитывая приведенные выше показания потерпевшего и данные видеозаписей, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что именно ФИО 1 тайно похитил имущество потерпевшего, скрылся с ним с места преступления и распорядился им по собственному усмотрению, причинив ФИО2 значительный материальный ущерб. Никаких оснований полагать, что данное преступление совершено иным лицом, исследованные доказательства не дают.

Доводы осужденного о том, что он выходил из дома, неся в пакете старые ботинки, обнаруженные им на площадке 17 этажа, как и суд первой инстанции, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными. На исследованных видеозаписях видно, что в пакете у ФИО 1 находятся не ботинки, а предметы прямоугольной формы, совпадающей с формой кейсов, в которых лежали инструменты потерпевшего. Также ФИО2 последовательно утверждал, что у него 2 марта 2024 года ботинки не пропали, а на этаже дома никаких ботинок не было. Доводы о том, что старые кирзовые ботинки, которые, якобы, выбросили за ненадобностью рабочие, находились в обувной коробке, явно надуманы и приведены осужденным, по мнению суда апелляционной инстанции, в поддержание его защитной позиции.

В деле отсутствуют какие-либо обстоятельства, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осужденного и требующие истолкования в его пользу. 

Доводы апелляционной жалобы осужденного о не проведении по делу ряда следственных действий, в том числе дополнительной трасологической экспертизы, не установлении свидетелей, не свидетельствуют о неполноте предварительного следствия и нарушении закона, не влияют на правильность установления фактических обстоятельств дела и выводов суда о виновности ФИО 1, поскольку по делу имеется совокупность доказательств, которые суд счел достаточными, и на основании которых пришел к обоснованному выводу о виновности осужденного в инкриминированном ему деянии.

Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона на досудебной стадии уголовного судопроизводства, не допущено.

Органами предварительного следствия дело расследовано, а судом рассмотрено полно, всесторонне и объективно. 

Из протокола судебного заседания следует, что в ходе судебного разбирательства было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Стороны не были ограничены в праве представления доказательств, а все заявленные ходатайства рассмотрены и разрешены в соответствии с требованиями УПК РФ.

Несогласие одной из сторон с результатами рассмотрения заявленных ходатайств не может свидетельствовать о нарушениях прав участников процесса и необъективности суда. 

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. В нем зафиксирован ход судебного разбирательства, указаны заявления, возражения, ходатайства, вопросы участвующих в уголовном деле лиц, достаточно подробно записаны их показания, содержание выступлений, отражены принятые судом процессуальные решения и иные значимые для дела обстоятельства. 

Действиям осужденного ФИО 1 судом дана верная квалификация по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину. Основания для иной юридической оценки содеянного, либо для оправдания осужденного, как об этом поставлен вопрос в апелляционных жалобах, отсутствуют.

При назначении ФИО 1 наказания судом в соответствии с требованиями уголовного закона учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на исправление ФИО 1 и на условия жизни его семьи, наличие отягчающего и смягчающих обстоятельств.

В качестве смягчающих наказание осужденного обстоятельств судом обоснованно учтены состояние здоровья ФИО 1 (наличие у него хронических заболеваний), и мнение потерпевшего, который не настаивал на строгом наказании. 

Иных обстоятельств, подлежащих учету в качестве смягчающих судом первой инстанции не установлено. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

В качестве отягчающего наказание ФИО 1 обстоятельства обоснованно признан рецидив преступлений и применены положения ч.2 ст.68 УК РФ. Оснований для применения ч. 3 ст. 68 УК РФ суд первой инстанции не усмотрел, мотивировав свои выводы.

Наличие отягчающего обстоятельства исключает юридическую возможность применения к осужденному ч.6 ст.15 УК РФ.

Вывод о возможности исправления ФИО 1 только при назначении ему наказания в виде лишения свободы на определенный срок, в условиях изоляции от общества, и отсутствии оснований для применения более мягкого наказания, а также положений ст.53.1 УК РФ в приговоре мотивирован, и суд апелляционной инстанции признает его правильным.

Суд первой инстанции не установил оснований для назначения осужденному наказания с применением ст. 64 УК РФ, поскольку исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, поведением осужденного во время и после его совершения, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не усматривается. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

При назначении ФИО 1 окончательного наказания судом обоснованно применены положения ч.5 ст.70 УК РФ. 

Таким образом, все заслуживающие внимание обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является справедливым, соразмерным содеянному, и не может быть признано чрезмерно суровым.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденный будет отбывать назначенное ему наказание, определен судом верно, в соответствии со ст.58 УК РФ. 

Гражданский иск разрешен судом в соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Нарушений УПК РФ, влекущих отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

приговор Заельцовского районного суда г.Новосибирска от 17 июля 2024 года в отношении ФИО 1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО 1 и адвоката Лаврентьевой Н.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а лицом, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции, и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий: подпись

Копия верна

Судья А.Г. Богданова

Новосибирского областного суда