66RS0008-01-2019-001491-02

Дело № 2-1224/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 сентября 2019 года город Нижний Тагил

Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего судьи Свининой О.В.,

при секретаре судебного заседания Рожковой Ю.В.,

с участием помощника прокурора Дзержинского района города Нижний Тагил Свердловской области ФИО1,

представителя истца ФИО2, действующей на основании доверенности №66 АА 5292797 от 21.05.2019,

представителя ответчика Государственного учреждения – Свердловского регионального Фонда социального страхования Российской Федерацию ФИО3, действующей на основании доверенности №559 от 25.12.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к акционерному обществу «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э. Дзержинского, в лице Волчанского Механического завода – филиала акционерного общества «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», Государственному учреждению Свердловское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, о компенсации морального вреда, взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, через представителя ФИО5, обратилась в суд с иском к АО «НПК «Уралвагонзавод» в лице ВМЗ – филиал АО «НПК «Уралвагонзавод», ГУ СРОФ СЦ РФ, в котором просит взыскать с каждого ответчика моральный вред, причиненный полученной производственной травмой, в размере 500 000 рублей, солидарно с ответчиков материальный ущерб в размере 34 839 рублей 90 копеек.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО4 состоит в трудовых отношениях с Волчанским Механическим заводов – филиал АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», работает 

<

данные изъяты>. Истец получила повреждение здоровья вследствие несчастного случая на производстве, произошедшего 02.10.2018. По факту несчастного случая составлен акт по форме Н-1 № 3ВФ. Согласно п.8.2 акта о несчастном случае, в результате несчастного случая получила следующие травмы: 

<

данные изъяты>. Согласно заключения о характере полученных повреждений здоровья от 04.10.2018, в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, установлена степень тяжести – 

<

данные изъяты>. В соответствии с программой реабилитации пострадавшего на производстве установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Нуждается в проведении реабилитационных мероприятий с заболеванием 

<

данные изъяты> с 05.04.2019 по 01.05.2020. В соответствии со справкой МСЭ-2017 

<

№> ФИО4 установлено 

<

данные изъяты>% утраты трудоспособности, присвоена 

<

данные изъяты>. Учитывая обстоятельства несчастного случая на производстве, его основные причины, тяжесть перенесенных истцом физических и нравственных страданий, длительность лечения, нравственные страдания в связи с утратой профессиональной трудоспособности, которая лишила ее возможности вести нормальный образ жизни, просит взыскать с работодателя компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, а также с Государственного учреждения – Свердловского регионального Фонда социального страхования Российской Федерацию, компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, а также взыскать солидарно с ответчиков понесенные расходы на топливо в размере 8 389 рублей 94 копейки, расходы на ортопедические аппараты в размере 26 450 рублей.

В судебное заседание истец ФИО4 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела была извещена судом надлежащим образом, направила для участия в судебном заседании своего представителя по доверенности ФИО2, которая на заявленных исковых требованиях настаивала в части взыскания с работодателя компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, а также взыскания солидарно с ответчиков понесенных расходов на топливо в размере 8 389 рублей 94 копейки, расходы на 

<

данные изъяты> в размере 26 450 рублей, просила их удовлетворить по доводам, изложенным в иске. От исковых требований к Государственному учреждению – Свердловский региональный Фонд социального страхования Российской Федерацию компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей отказалась. Определением суда от 10.09.2019 отказ от исковых требований представителя истца ФИО2 от части исковых требований принят судом, производство по делу в данной части прекращено.

Представитель ответчика Государственного учреждения – Свердловского регионального Фонда социального страхования Российской Федерацию ФИО3, в судебном заседании предъявленные исковые требования о компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, а также о взыскании солидарно с ответчиков понесенных расходов на топливо в размере 8 389 рублей 94 копейки, расходы на ортопедические аппараты в размере 26 450 рублей, не признала. Поддержала доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление. Дополнительно суду пояснила, что отсутствуют правовые основания для удовлетворения указанных исковых требований, поскольку оплата лечения ФИО4, а также транспортировка к местам лечения и обратно на сумму 837 540 рублей 86 копеек, в соответствии с заключением врачебных комиссий медицинских организаций, в соответствии с положениями действующего законодательства произведена. ФИО4 с заявлением об оплате медицинских изделий в адрес филиала №1 учреждения не обращалась, программу реабилитации, товарные и (или) кассовые чеки, подтверждающие их приобретение, не предоставляла. 

Представитель ответчика Волчанского Механического завода – филиала АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» о времени и месте рассмотрения дела, был извещен судом надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в их отсутствие, представил отзыв по существу заявленных требований. В отзыве, не оспаривая факта нахождения истца в трудовых отношениях с ответчиком Волчанским механическим заводом АО «Научно производственная корпорация «Уралвагонзавод» и обстоятельств несчастного случая, просил суд отказать в удовлетворении заявленных требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, а также во взыскании понесенных истцом расходов на топливо при переезде из больницы в больницу и расходов на 

<

данные изъяты>. При этом, указал возможной ко взысканию сумму компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей, которая является разумной и справедливой. В части заявленных истцом требований о взыскании понесенных расходов на топливо при переезде из больницы в больницу и расходов на 

<

данные изъяты> указал, на отсутствие правовых оснований для удовлетворения указанных требований.

Суд, заслушав пояснения сторон, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению, исследовав письменные доказательства по делу, оценив собранные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к следующему. 

В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения.

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; обязательное социальное страхование работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с выполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Таким образом, применительно к спорным правоотношениям основанием ответственности работодателя за вред, причиненный здоровью работника при исполнении трудовых обязанностей, является вина в необеспечении им безопасных условий труда, причем обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью работника лежит на работодателе. Исходя из положений ст. 212 Трудового кодекса РФ работодатель считается виновным в получении работником травмы на производстве, если не докажет иное.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Абзацем 8 статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 8 которого возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1). В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Размер компенсации морального вреда определяется по правилам, установленным статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. При определении размера компенсации морального вреда судом учитываются степень вины нарушителя, характер причиненных лицу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из содержания приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Судом установлено, и не оспаривалось сторонами, что ФИО4 состоит в трудовых отношениях с Волчанским механическим заводом АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», а именно работает продавцом непродовольственных товаров (л.д. 80-101). 

Согласно акту о несчастном случае на производстве по форме Н-1 № 3-ВФ от 02.10.2018 ФИО4 получила производственную травму, а именно: 

<

данные изъяты>. Полученная ФИО6 производственная травма относится к категории 

<

данные изъяты>.

В ходе расследования несчастного случая установлено, что 02 октября 2018 года, придя на работу в 08:30 часов в мебельный салон в г. Нижний Тагил продавцы непродовольственных товаров ФИО8 и ФИО4 по телефону получили задание на работу от начальника цеха ФИО9. Затем открыли мебельный салон и приступили в продаже товаров. Перед обедом, когда посетители в салоне отсутствовали, продавцы беседовали. ФИО8 сидела за компьютерным столом, а ФИО4 стояла напротив. Заканчивая разговор, ФИО4 взяла стул и пятилась назад, запнулась об угол углового дивана и упала спиной на пол, получив 

<

данные изъяты>. Почувствовала острую боль, но поднялась с пола на диван (п. 8 акта).

Причинами несчастного случая явились прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев – выразившиеся в падении пострадавшей в результате спотыкания (п. 9 акта). 

Лиц, из числа руководителем и специалистов Волчанского механического завода филиала АО «Научно производственная корпорация «Уралвагонзавод», нарушивших требования законодательных, иных нормативных правовых и локальных актов, явившихся причинами нечастного случая комиссия не установила. Факта грубой неосторожности пострадавшей ФИО6 комиссия не усмотрела.

Результаты расследования несчастного случая стороной истца не оспаривались.

При этом, ФИО4 в период с 03.09.2018 по 07.09.2018 проведено обучение по охране труда с дальнейшей проверкой знаний требований охраны труда (п. 2 Акта).

Согласно справке МСЭ-2017 

<

№> ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» от 16.04.2019, ФИО4 установлена 

<

данные изъяты> по причине трудового увечья на срок до 01.05.2020, а также на основании справке МСЭ-2017 

<

№> ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» от 16.04.2019 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>% (л.д. 23). Кроме того, выдана индивидуальная программа реабилитации 

<

данные изъяты>, в которой установлены ограничения способности к самообслуживанию – 

<

данные изъяты>, способности к передвижению – 

<

данные изъяты>, способности к трудовой деятельности – 

<

данные изъяты>. Нуждаемость в медицинской реабилитации. В качестве вида трудовой и профессиональной деятельности, которые при утрате (отсутствии) двигательных функций 

<

данные изъяты> могут привести к угрозе жизни и/или потере здоровья 

<

данные изъяты> определено нарушение функции 

<

данные изъяты> (л.д. 23).

Кроме того, согласно выписок из истории болезни ФИО4 рекомендовано: 

<

данные изъяты> (л.д. 40-48). Установлен диагноз: 

<

данные изъяты> (л.д. 49).

Таким образом, судом установлено, что несчастный случай на производстве, произошедший 02 октября 2018 года в ФИО4, находится в причинно-следственной связи с полученной истцом травмой, в связи с чем, имеются предусмотренные статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» основания для возложения обязанности по компенсации истцу морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, на Волчанский механический завод филиал АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», который не в полной мере обеспечил безопасные условия труда работника.

Определяя размер компенсации морального вреда, руководствуясь приведенными нормами законодательства, в частности статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом учитываются обстоятельства несчастного случая, произошедшего с истцом, что в результате несчастного случая истец испытывала физические страдания, связанные с причинением вреда здоровью, нравственные страдания в связи с причиненной травмой, наступление неблагоприятных последствий, ограничение обычной жизнедеятельности, а также учитывая, что категория травмы - тяжелая, степень утраты профессиональной трудоспособности установлена истцу в размере 40%, привели к инвалидности и лишили ее возможности трудиться в прежних условиях.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 500 000 руб., который, по мнению суда, отвечает критериям разумности и справедливости.

Кроме того, истцом ФИО4 заявлено требование о взыскании солидарно с ответчиков понесенных расходов на топливо в размере 8 389 рублей 94 копейки, а также расходов на ортопедические аппараты в размере 26 450 рублей.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании указала, что расходы на топливо понесены в связи с проездом родственников истца в лечебные учреждения, в которых проходила лечение ФИО4, в подтверждение чего представлены чеки на покупку топлива. В части заявленных требований о взыскании понесенных расходов на ортопедические аппараты в размере 26 450 рублей, указала, что расходы понесены, в том числе на: 

- покупку корсета в размере 9 900 рублей, рекомендованный ГБУЗ СО «

<

данные изъяты>», в подтверждение чего представлена выписка из истории болезни 

<

№> от 06.11.2018 (л.д. 40), а также кассовый чек;

- покупку 

<

данные изъяты>, о чем представлен кассовый чек, при этом каких-либо документов, свидетельствующих о ее назначении в связи с производственной травмой суду не представлено;

- понесенные расходы в связи с проведением исследований на сумму 3 700 рублей, при этом суду представлены счета на оплату и чеки по проведению 

<

данные изъяты> на сумму 1 700 рублей, а также на проведение 

<

данные изъяты> на сумму 1 000 рублей, иных платежных документов суду не представлено;

- приобретение 12.12.2018 

<

данные изъяты> – 1 шт., по цене 12 720 рублей, о чем представлена квитанция к приходному кассовому ордеру 

<

№> от 12.12.2018, приобретение которого, как следует из пояснений представителя истца ФИО2, рекомендовано в устном порядке.

Порядок возмещения пострадавшему на производстве расходов на приобретение лекарств, изделий медицинского назначения и индивидуального ухода, медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию предусмотрен ч. 2 ст. 8 Федерального закона N 125-ФЗ, а также Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 мая 2006 года N 286 "Об утверждении Положения об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованных лиц, получивших повреждение здоровья вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", согласно которым дополнительные расходы, предусмотренные пп. 3 п. 1 ст. 8 Федерального закона N 125-ФЗ, за исключением оплаты расходов на лечение застрахованного непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве, производится страховщиком, если Учреждением медико-социальной экспертизы установлено, что застрахованный нуждается в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания в указанных видах помощи, обеспечения или ухода.

Согласно пп. 3 п. 1 ст. 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" обеспечение по страхованию осуществляется в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая, на приобретение лекарственных препаратов для медицинского применения и медицинских изделий.

Дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованного лица включают в себя, в частности, расходы на приобретение лекарств, изделий медицинского назначения и индивидуального ухода; изготовление и ремонт протезов, протезно-ортопедических изделий и ортезов (пп. б, д п. 2 Положения об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованных лиц, получивших повреждение здоровья вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний).

Пунктом 2 ст. 8 упомянутого Закона установлено, что оплата дополнительных расходов, предусмотренных пп. 3 п. 1 настоящей статьи, за исключением оплаты расходов на лечение застрахованного непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве, производится страховщиком, если учреждением медико-социальной экспертизы установлено, что застрахованный нуждается в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания в указанных видах помощи, обеспечения или ухода. Условия, размеры и порядок оплаты таких расходов определяются Правительством Российской Федерации.

Согласно п. 5 Положения об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованных лиц, получивших повреждение здоровья вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 мая 2006 года N 286) решение об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованного лица, за исключением оплаты расходов на лечение застрахованного лица, принимается страховщиком на основании заявления застрахованного лица (его доверенного лица) и в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, составленной застрахованному лицу бюро (главным бюро, Федеральным бюро) медико-социальной экспертизы с участием страховщика по установленной форме.

Пунктом 22, пп. "а" п. 33 названного Положения предусмотрено, что оплата расходов на приобретение лекарств, изделий медицинского назначения и индивидуального ухода осуществляется страховщиком в соответствии с программой реабилитации пострадавшего путем выплаты соответствующих денежных сумм застрахованному лицу по мере приобретения им лекарств, изделий медицинского назначения и индивидуального ухода на основании рецептов или копий рецептов, если они подлежат изъятию, товарных и (или) кассовых чеков либо иных подтверждающих оплату товаров документов, выданных аптечными организациями, индивидуальными предпринимателями, имеющими лицензию на фармацевтическую деятельность, медицинскими организациями, имеющими лицензию на фармацевтическую деятельность, и их обособленными подразделениями (амбулаториями, фельдшерскими и фельдшерско-акушерскими пунктами, центрами (отделениями) общей врачебной (семейной) практики), расположенными в сельских поселениях, в которых отсутствуют аптечные организации; оплате подлежат расходы на изготовление для застрахованного лица протезов, протезно-ортопедических изделий, ортезов, обеспечение его техническими средствами реабилитации в соответствии с программой реабилитации пострадавшего.

Правовой анализ содержания вышеуказанных норм закона говорит о праве страховщика возмещать расходы застрахованных лиц при приобретении этими лицами изделий медицинского назначения и индивидуального ухода только на основании программы реабилитации пострадавшего путем выплаты соответствующих денежных сумм после предоставления документов, указанных в п. 22 Положения.

Установление факта нуждаемости пострадавшего в тех или иных лекарственных препаратах или изделиях медицинского назначения на основании медицинских документов в отсутствие программы реабилитации, а также рецептов и документов, подтверждающих оплату товаров, не входит в компетенцию страховщика и не является основанием для принятия исполнительным органом Фонда социального страхования решения об оплате понесенных застрахованным лицом дополнительных расходов.

Право застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются: работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указано в ч. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Согласно пп. "б" п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 

<

данные изъяты> N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.) включаются в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью. Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако, если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из представленных представителем ответчика ФИО3 сведений следует, что ГУ – Свердловское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерацию произведена оплата лечения ФИО4, а также транспортировка к местам лечения и обратно на сумму 837 540 рублей 86 копеек, в соответствии с заключением врачебных комиссий медицинских организаций. 

При этом, ФИО4 с заявлением об оплате указанных медицинских изделий в адрес филиала №1 учреждения не обращалась, программу реабилитации, товарные и (или) кассовые чеки, подтверждающие их приобретение, не предоставляла. Доказательств обратного стороной истца суду не представлено.

Учитывая изложенное, судом не усматривается правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании с ответчиков солидарно понесенных расходов на топливо для проезда родственников ФИО4 к месту прохождения ею лечения в размере 8 389 рублей 94 копейки, а также расходов на 

<

данные изъяты> в размере 26 450 рублей, поскольку допустимых доказательств, подтверждающих обоснованность несения данных расходов, в связи с полученной производственной травмой, стороной истца суду не представлено. 

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в доход местного бюджета пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

На этом основании в соответствии со статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, за требование о взыскании компенсации морального вреда.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к акционерному обществу «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э. Дзержинского, в лице Волчанского Механического завода – филиала акционерного общества «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», Государственному учреждению Свердловское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, о компенсации морального вреда, взыскании материального ущерба, удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э. Дзержинского в лице филиала Волчанский механический завод в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда, в связи с производственной травмой, полученной 02 октября 2018 года, в размере 500 000 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований о компенсации морального вреда и взыскании материального ущерба, отказать.

Взыскать с акционерного общества «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э. Дзержинского в лице филиала Волчанский механический завод в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд города Нижний Тагил в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья: О.В. Свинина

Мотивированное решение составлено 16 сентября 2019 года.

Судья: О.В. Свинина