№ 2-1501/2018

Решение

Именем Российской Федерации

27 июня 2018 года г. Оренбург

Промышленный районный суд г.Оренбурга в составе:

председательствующего судьи Батищевой Н.И.,

при секретаре Фирсовой А.Н., 

с участием ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Феникс» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, 

Установил:

ООО «Феникс» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, указывая, что 28 мая 2013 года между ФИО1 и 

<

данные изъяты> был заключен кредитный договор №, с лимитом задолженности 29 000 рублей. Заключенный между сторонами договор является смешанным, включающим в себя условия нескольких гражданско-правовых договоров, предусмотренных ГК РФ. При этом заключенный договор соответствует требованиям, предусмотренным ст. 779-781, 819, 810 ГК РФ. Составными частями заключенного договора являются: заявление-анкета, подписанная должником, тарифный план, общие условия выпуска и обслуживания кредитных карт 

<

данные изъяты> 

В соответствии с общими условиями банк вправе расторгнуть договор в одностороннем порядке в случае невыполнения/ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по договору. При этом банк направляет ответчику заключительный счет, в котором сообщает о востребовании суммы задолженности по договору, образовавшейся в период с 26 сентября 2014 года по 25 мая 2015 года. 

Заключительный счет был направлен ответчику 25 мая 2015 года, подлежащий оплате в течении 30 дней с даты его формирования, что является подтверждением факта порядка досудебного урегулирования. 29 июля 2015 года банк уступил ООО «Феникс» право требования по договору, заключенному с ответчиком, что подтверждается договором уступки прав (требований) от 29 июля 2015 года и актом приема-передачи прав требований от 29 июля 2015 года к договору уступки прав (требований). 

По состоянию на дату перехода прав требований задолженность ответчика перед банком составляет 55 308 рублей 81 копейка, что подтверждается актом приема-передачи прав (требований) от 29 июля 2015 года, справкой о размере задолженности, расчетом задолженности по состоянию на дату перехода права требования, входящего в состав кредитного досье, выданного банком. 

После передачи прав требования взыскателю погашение задолженности по кредитному договору ответчиком не производилось. 

Общими условиями, являющимися неотъемлемой частью заключенного с ответчиком договора и действующих на момент его заключения, предусмотрено, что банк вправе уступать, передавать любому третьему лицу, в том числе не имеющему банковской лицензии, и распоряжаться иным образом своими правами по кредитному договору, договору расчетной карты, договору кредитной карты или договору реструктуризации задолженности. Для целей такой уступки банк вправе передавать любому фактическому или потенциальному цессионарию любую информацию о клиенте и его задолженности на условиях конфиденциального использования. 

При этом, ответчик был надлежащим образом уведомлен о состоявшейся между ним и банком уступке права требования, о чем свидетельствует имеющиеся в материалах дела извещения от ООО «Феникс». Просили взыскать с ответчика ФИО1 в пользу ООО «Феникс» просроченную задолженность, образовавшуюся за период с 26 сентября 2014 года по 25 мая 2015 года включительно, в размере 55 308 рублей 81 копейка, государственную пошлину в размере 1 859 рублей 26 копеек. 

Представитель истца ООО «Феникс», извещённый надлежащим образом посредством факсимильной связи, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, рассмотрел гражданское дело в отсутствие неявившегося представителя истца, извещенного в установленном законом порядке.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Пояснила, что 28 мая 2013 года заключила с 

<

данные изъяты> договор о кредитной карте с овердрафтом. Считает, что сумму основного долга по кредиту выплатила полностью. Последний платеж внесла 21 декабря 2014 года.

О задолженности ей (ответчику) стало известно только в 2017 году после получения копии судебного приказа. 

Просила применить срок исковой давности по заявленным требованиям. Считает, что начало течения срока исковой давности следует исчислять с 21 декабря 2014 года с даты внесения последнего платежа по кредиту. 

Со дня вынесения судебного приказа с 19 декабря 2017 года по день его отмены 15 января 2018 года (27 дней) срок исковой давности прерывается и исключается из общего срока исковой давности.

Таким образом, считает, что истцом пропущен срок исковой давности, в связи с чем, просила в иске отказать.

В случае удовлетворения исковых требований, просила применить ст. 333 ГК РФ, снизить подлежащую взысканию неустойку, ссылаясь на тяжелое материальное положение, а также в связи с несоразмерностью суммы неисполненного обязательств сумме штрафных санкций. Пояснил, что имеет троих несовершеннолетних детей, небольшой доход по месту работы

Выслушав ответчика, исследовав материалы дела и изучив представленные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Согласно статьям 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии с ч. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, заимодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами (п. 2 ст. 811 ГК РФ).

В материалах дела имеется письменное Заявление-анкета ФИО1 от 25 мая 2013 года в Банк 

<

данные изъяты>. В этом заявлении ответчик предлагает 

<

данные изъяты> (ЗАО) заключить универсальный договор на условиях, указанных в настоящем заявлении-анкете, условиях комплексного банковского обслуживания, размещенных на сайте банка и тарифах, которые в совокупности являются неотъемлемыми частями договора. Универсальный договор заключается путем акцепта банком оферты, содержащейся в заявке. 

Акцептом является совершение банком следующих действий: для договора кредитной карты – активация кредитной карты или получения банком первого реестра операций; для кредитного договора - зачисление банком суммы кредита на счет обслуживания кредита; для договора расчетной карты – открытие картсчета и зачисление на него денежных средств клиента; для договора вклада – открытие счета вклада и зачисление на него суммы вклада. 

Ответчик уведомлен, что полная стоимость кредита для тарифного плата, указанного в заявке, при полном использовании лимита задолженности в 21 000 рублей для совершения покупок составит при выполнении условий беспроцентного периода на протяжении двух лет - 2,9 % годовых, при погашении кредита в течение двух лет - 115,2 % годовых. 

ФИО1 понимает и соглашается с тем, что Условия КБО и Тарифы могут быть изменены в порядке, предусмотренном Условиям КБО и законодательством РФ. Банк имеет право проверять любыми законными способами сведения, содержащиеся в настоящем заявлении –анкете. 

Ответчик ознакомлен и согласен с действующими Условиями КБО (со всеми приложениями), размещенными в сети Интернет и Тарифами, понимает и в случае заключения договора обязуется их соблюдать. 

Просит заключить с ним договор кредитной карты и выпустить кредитную карту на условиях, указанных в настоящем Заявлении анкете и Условиях КБО. С общими условиями выпуска и обслуживания кредитных карт, действующая редакция которых размещена в сети Интернет, и Тарифным планом ознакомлен, согласен и обязуется их соблюдать. Просит заключить с ним договор кредитной карты и выпустить кредитную карту. 

Истец представил суду Тарифы по кредитным картам, Тарифный план ТП 7.16 (рубли РФ), в которых указан беспроцентный период пользования денежными средствами до 55 дней, по операциям покупок – 42,9%, по операциям получения наличных денежных средств и прочим – 42,9 %, платы и комиссии за обслуживание карты и выдачу наличных денежных средств, размер минимального платежа по кредиту. Штраф за неуплату минимального платежа: в первый раз – 590 рублей, второй раз подряд – 1% от задолженности плюс 590 рублей; третий и более раз подряд – 2% от задолженности плюс 590 рублей. Процентная ставка по кредиту при неоплате минимального платежа – 0,20% в день. 

Суду представлена выписка по счету заемщика ФИО1, из которой усматривается, что 28 мая 2013 года ответчик осуществил снятие наличных через банкомат в сумме 5000 рублей, тем самым активировала кредитную карту. Впоследствии совершала операции по карте до 21 декабря 2014 года (пополнение на 2000 рублей). После чего Банком производилось начисление штрафов и платы за различные услуги.

Таким образом, судом установлено, что 28 мая 2013 года между ФИО1 и 

<

данные изъяты> был заключен договор кредитной карты №.

Банк свои обязательства перед ответчиком исполнил надлежащим образом, денежные средства ему предоставил, однако ответчик свои обязательства перед банком надлежащим образом не исполняет.

Из расчета задолженности по договору и выписки по счету следует, что ответчик ФИО1 допустила просрочку уплаты минимального платежа по карте.

В соответствии с расчетом, представленным истцом, а также справкой о размере задолженности, общая сумма задолженности ответчика за период с 26 сентября 2014 года по 25 мая 2015 года включительно, составляет 55 308 рублей 81 копейка, из которых:

28 200 рублей – основной долг;

13846,85 рубля – проценты;

13261,84 рублей – комиссии и штрафы.

Расчет задолженности, предоставленный истцом, является правильным, поскольку он арифметически верен, соответствует положениям договора и требованиям закона. Ответчик указанный расчет не оспаривал.

ФИО1 не представила суду доказательства, свидетельствующие об исполнении своих обязательств по кредитному договору.

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Статьей 384 ГК РФ установлено, что, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Таким образом, гражданское законодательство, основанное на принципе диспозитивности, не содержит запрета на уступку кредитной организацией прав требования по кредитному договору, однако существенным обстоятельством при разрешении настоящего спора является установление выраженной воли сторон правоотношения на совершение цессии.

Согласно п. 3.4.6 условий комплексного банковского обслуживания в «Тинькофф Кредитные Системы» Банк (ЗАО), банк вправе уступать, передавать любому третьему лицу и распоряжаться иным образом своими правами по кредитному договору, договору расчетной карты, договору кредитной карты или договору реструктуризации задолженности без согласия клиента. Для целей такой уступки банк вправе передавать любому фактическому ил потенциальному цессионарию любую информацию о клиенте, его задолженности на условиях конфиденциального использования. 

Буквальное толкование данного положения условий свидетельствует о праве банка производить уступку права требования любому другому лицу. 

Реализуя право, предоставленное положениями ст. 421 ГК РФ, Банк уступил права требования истцу к ответчику в соответствии с кредитным договором и положениями Гражданского кодекса РФ.

29 июля 2015 года 

<

данные изъяты> уступило право требования по просроченным кредитам физических лиц, в том числе, ФИО1 ООО «Феликс» на основании правопреемства по договору цессии, что подтверждается генеральным соглашением № 2 в отношении уступки прав (требований) от 24 февраля 2015 года, дополнительным соглашением к генеральному соглашению № 2 в отношении уступки прав требований от 29 июля 2015 года и актом приема-передачи прав требований к договору уступки прав (требований). 

Как следует из вышеуказанных положений п. 2 ст. 382 ГК РФ, для перехода прав кредитора к другому лицу согласия должника не требуется, если иное не предусмотрено законом или договором. При этом в силу ст. 384 ГК РФ права требования переходят к новому кредитору в полном объеме и на условиях, которые существовали к моменту перехода.

Оснований, предусмотренных п. 2 ст. 388 ГК РФ, препятствующих уступке прав (требований) другому лицу, судом не установлено.

В силу положений п. 1 ст. 819 ГК РФ кредиторами по кредитным договорам могут быть только банки и иные кредитные организации.

Исходя из требований ст. ст. 1 и 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», исключительное право осуществлять в совокупности операции по привлечению денежных средств физических и юридических лиц во вклады и размещению указанных средств от своего имени на условиях возвратности, платности, срочности, принадлежит только банку. Исключительность указанного права не допускает передачу банком прав на осуществление указанных банковских операций по кредитному договору другому лицу, не являющемуся банком и не имеющему лицензии Центрального банка Российской Федерации.

В соответствии с п. 10, 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», При оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.

Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

Если иное не установлено законом, отсутствие у цессионария лицензии на осуществление страховой либо банковской деятельности не является основанием недействительности уступки требования, полученного страховщиком в порядке суброгации или возникшего у банка из кредитного договора.

Таким образом, анализ действующего законодательства не содержит норм, запрещающих банку уступить права требования по кредитному договору организации, не являющейся кредитной и не имеющей лицензии на занятие банковской деятельностью. Уступка требований по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в ст. 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» от 02.12.1990 г. №395-1. Из названной нормы следует обязательность наличия лицензии только для осуществления деятельности по выдаче кредитов за счет привлеченных средств. По смыслу Федерального закона «О банках и банковской деятельности» с выдачей кредита лицензируемая деятельность банка считается реализованной. Ни ст. 819 ГК РФ, ни Федеральный закон «О банках и банковской деятельности» не содержат предписания о реализации прав кредитора по кредитному договору только кредитной организацией. Доказательств, подтверждающих отсутствие согласия на уступку прав требования третьим лицам, ответчиком не представлено.

В материалах дела имеется уведомление 

<

данные изъяты> на имя ФИО1 об уступке права требования.

В соответствии с ч. 3 ст. 382 ГК РФ если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу.

Таким образом, закон связывает установление факта получения должником уведомления о переходе прав только с риском неблагоприятных последствий для нового кредитора. Судом установлено, что до настоящего времени обязательства ФИО1 не исполнено ни первоначальному кредитору 

<

данные изъяты>, ни последующему – ООО «Феникс». 

Какие-либо правовые последствия применительно к законности проведенной уступки права требования в зависимости от уведомления должника о такой уступке не установлены.

Ответчиком заявлено ходатайство о применении к заявленным требованиям срока исковой давности.

В силу ч. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления (ст. 201 ГК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Частью 2 ст. 200 ГК РФ определено, что по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства.

По смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (из разъяснения Пленума Верховного Суда РФ в п. 6 постановления от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Согласно ч. 1 ст. 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» в силу пункта 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети "Интернет".

По смыслу статьи 204 ГК РФ начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается лишь в случаях оставления заявления без рассмотрения либо прекращения производства по делу по основаниям, предусмотренным абзацем вторым статьи 220 ГПК РФ, пунктом 1 части 1 статьи 150 АПК РФ, с момента вступления в силу соответствующего определения суда либо отмены судебного приказа (пункты 17,18 Постановления).

Из материалов дела следует, что 

<

данные изъяты> направлен в адрес ответчика ФИО1 заключительный счет, в котором содержится расчет задолженности по состоянию на 25 мая 2015 года в размере 55308,81 рублей, а также указание на обязанность должника в соответствии с Условиями договора погасить задолженность в течение 30 дней с момента выставления заключительного счета.

Дата выставления заключительного счета в самом документе отсутствует.

Истец в дополнительных пояснениях указывает, что заключительный счет направлен 

<

данные изъяты> 30 мая 2015 года, прикладывая письмо отправителя счета ЗАО «Аккорд Пост» и отчет об отслеживании почтовых отправлений, которыми подтверждена дата оправки заключительного счета.

Таким образом, заключительный счет ответчику выставлен 30 мая 2015 года.

Начало течения срока исковой давности связано с окончанием 30 дневного срока, предоставляемого истцу для исполнения требования, а именно 30 июня 2015 года.

Исковое заявление было предъявлено 17 мая 2018 года, то есть в пределах срока исковой давности.

Кроме того, срок исковой давности не течет с момента обращения истца с заявлением о выдаче судебного приказа к мировому судье и до вынесения определения об отмене указанного судебного приказа.

Как следует из гражданского дела № 2-10-01973/17 заявление от ООО «Феникс» о вынесении судебного приказа в отношении должника ФИО1 поступило к мировому судье судебного участка № 10 Промышленного района г. Оренбурга 15 декабря 2017 года. 19 декабря 2017 года был вынесен судебный приказ.

На основании определения мирового судьи судебного участка № 14 Промышленного района г. Оренбурга от 15 января 2018 года судебный приказ по заявлению ООО «Феникс» о взыскании задолженности с ФИО1 от 19 декабря 2017 года отменен.

Таким образом, период с 15 декабря 2017 года по 15 января 2018 года (32 дня) исключен из срока исковой давности.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности в данном случае истцом не пропущен.

Поскольку ответчик ФИО1 надлежащим образом не исполняла условия заключенного с ней кредитного договора, существенно нарушила его условия, суд считает необходимым исковые требования о взыскании с ответчика кредитной задолженности, процентов за пользование суммой кредита удовлетворить.

Ответчик заявила ходатайство о снижении вышеуказанных сумм неустойки (пени) с применением нормы ст. 333 ГК РФ, просила учесть несоразмерность неустойки сумме основного долга и ее тяжелое материальное положение.

По правилам ст.333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В соответствии с разъяснением Верховного Суда, содержащимися в Обзоре судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденных Президиумом Верховного Суда РФ от 22.05.2013 следует, что, решая вопрос об уменьшении размера подлежащей взысканию неустойки, суды принимают во внимание конкретные обстоятельства дела, учитывая в том числе: соотношение сумм неустойки и основного долга, длительность неисполнения обязательства, соотношение процентной ставки с размерами ставки рефинансирования, недобросовестность действий кредитора по принятию мер по взысканию задолженности, имущественное положение должника.

Суд, учитывая компенсационную природу процентов, применительно к статье 333 Кодекса вправе уменьшить ставку процентов, взыскиваемых в связи с просрочкой исполнения денежного обязательства.

Суд учитывает несоразмерность заявленной ко взысканию суммы неустойки (13261,84 рубль) сумме основного долга (28200,12 рубля) по кредитному договору за период с 26 сентября 2014 года по 25 мая 2015 года.

Суд также учитывает материальное положение ответчика. Как следует из представленных суду документов, ФИО1 имеет троих несовершеннолетних детей: ДД.ММ.ГГГГ

Доход по мету работы ответчика за 3 месяца 2018 года составил 

<

данные изъяты>.

В данном случае суд считает, что имеются основания для снижения размера неустойки до 2 000 рублей.

Подлежит удовлетворению и требования истца о взыскании расходов по оплате государственной пошлины, поскольку в силу ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы. 

Уплаченная истцом при подаче иска госпошлина в сумме 1859,26 рублей подлежит взысканию с ответчика, поскольку данные расходы подтверждены документально. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

Решил:

Исковые требования ООО «Феникс» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору и судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Феникс» задолженность по кредитному договору от 28 мая 2013 года в размере 44046,97 рублей, из которых:

28200,12 рублей – задолженность по основному долгу,

13846,85 рублей – задолженность по процентам за пользование кредитом 

2000 рублей – штраф за несвоевременную оплату суммы задолженности. 

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Феникс» расходы по оплате госпошлины в размере 1859,26 рублей.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Промышленный районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение суда составлено 02 июля 2018 года.

Судья Н.И. Батищева