Дело № 2-95/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

21 февраля 2018 года г. Валуйки 

Валуйский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Порошина А.Г., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Косовой О.И.

с участием истицы ФИО1, старшего помощника Валуйского межрайонного прокурора Седых Н.П.,

в отсутствие представителя истицы ФИО2, ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о возмещении материального ущерба и морального вреда, причиненного в результате ДТП,

установил:

Вступившим в законную силу постановлением судьи Валуйского районного суда Белгородской области от 16.11.2017 года ФИО3 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 ч. 2 КоАП РФ. Указанным судебным постановлением установлено, что в результате совершенного ФИО3 правонарушения потерпевшей ФИО1 был причинен вред здоровью средней тяжести.

Дело инициировано иском ФИО1, просившей взыскать с ответчика ФИО3 в её пользу компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей, а также в счет компенсации материального ущерба 66978,46 руб.

В судебном заседании истица заявленные требования поддержала в полном объеме. Пояснила, что испытывала значительные и длительные моральные страдания от болей после получения травм по вине ответчика, опасалась за свою жизнь и здоровье, была ограничена и до настоящего времени не восстановилась в части полноценной жизнедеятельности, предстоит длительная реабилитации в условиях медицинского учреждения.

Ответчик, надлежащим образом извещенный о месте и времени судебного заседания, в суд не прибыл, причин неявки не сообщил, возражений на иск не предоставил, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовал.

Старший помощник Валуйского межрайонного прокурора Седых Н.П. требования истицы о взыскании материального ущерба сочла частично обоснованными, подтвержденными представленными доказательствами в части медикаментов указанных специалистом, как необходимых для лечения последствий ДТП и восстановления здоровья, при определении размера компенсации морального вреда полагалась на усмотрение суда. Вину ответчика в причинении вреда истице полагала доказанной. 

Исследовав в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных требований.

Судом установлено, что вступившим в законную силу постановлением судьи Валуйского районного суда Белгородской области от 16.11.2017 года ФИО3 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 ч. 2 КоАП РФ с назначением наказания в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год 7 мес. Указанным судебным постановлением установлено, что 25.09.2017 года в с. Герасимовка Валуйского р-на Белгородской обл., ФИО3 управляя автомобилем ВАЗ 213100, в нарушение п.п. 1.3, 9.9, 10.1 ПДД РФ, не справился с управлением транспортного средства, в результате чего совершил наезд на пешехода ФИО1, двигавшуюся по обочине в попутном направлении, причинив потерпевшей вред здоровью средней тяжести (л.д. 5-7). 

Таким образом, данным постановлением установлено и не оспаривается ответчиком, что виновным в данном ДТП является ФИО3

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

В соответствии со ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Из материалов дела следует, что из-за противоправных действий ФИО3 потерпевшей ФИО1 в результате ДТП был причинен вред здоровью средней тяжести в виде перелома левой лучевой кости в типичном месте, припухлости мягких тканей левого лучезапястного сустава, раны левой височно-теменной области, кровоподтеков ягодичных и коленных областей (что подтверждается постановлением судьи Валуйского районного суда Белгородской области от 16.11.2017 года - л.д. 5-7), и повлек за собой испрашиваемый истицей материальный ущерб в части, связанный с лечением и реабилитацией. 

Нахождение ФИО1 длительное время на амбулаторном лечении после ДТП, имевшего место 25.09.2017 года, и последующий период восстановления подтверждается предоставленной суду медицинской картой пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № 2475549; врачебным заключением ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница святителя Иоасафа» (л.д.42), а также показаниями специалиста врача ФИО8, показаниями свидетелей ФИО9, ФИО10 

В связи с длительным амбулаторным лечением и периодом восстановления истица несла бремя материальных затрат на приобретение медикаментов, оплату массажа, транспортные расходы по следованию к месту проведения массажа. 

В подтверждение указанных затрат стороной истца суду предоставлены соответствующие квитанции-договоры об оплате услуг массажа в количестве 10 штук за период с 13.11.2017 по 24.11.2017 г. на общую сумму 1 400 руб. (л.д. 8-12), кассовые чеки о приобретении медикаментов на общую сумму 9751,5 руб. (л.д. 16-18), кассовые чеки о заправке автомобиля на общую сумму 10497,96 руб. (л.д. 13-15).

В судебном заседании установлено наличие оснований для взыскания с ответчика в пользу истицы требуемой суммы в счет возмещения материального ущерба за оплату услуги массажа в сумме 1400 руб., поскольку массаж был назначен истице врачом в ходе лечения, являлся обязательной и необходимой процедурой, составляющей частью комплексного лечения, подтвержден платежными документами, относимости и допустимость которых сомнений у суда не вызывает. Указанная медицинская помощь была получена истицей в муниципальном учреждении за личные средства ввиду отсутствия возможности ее получения в ином порядке своевременно, что подтверждается пояснениями специалиста и свидетельскими показаниями и не оспорено ответчиком. Изложенное подтверждается правовой позиций отраженной в подп. "б" п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина".

В отношении затрат на приобретение медикаментов суд учитывает показания врача специалиста ФИО8, пояснившей, что применение части препаратов, о приобретении которых истицей предоставлены кассовые чеки (Л-тироксин, нафтизин, лоперамид, лактацид, сбор бруснивер, мезим, белластезин, лотосоник, граммидин, хлорофиллипт) не связано с лечением травм, полученных ФИО1 в результате ДТП. Истица в судебном заседании согласилась с пояснениями врача-специалиста, уточнила, что ошибочно предоставила чеки на перечисленные лекарственные средства, исковые требования в указанной части не поддержала. Кроме того, суду предоставлены нечитаемые кассовые чеки, а также чеки, которые не содержат названия приобретенных медикаментов, по причине чего установить их относимость к лекарственным средствам и предмету спора не представляется возможным. Следовательно, названные платежные документы нельзя рассматривать, как относимые и допустимые доказательства, подтверждающие затраты истицы на приобретение необходимых ей медикаментов, связанных с оплатой лечения после ДТП в результате неправомерных действий ответчика (л.д. 16-18). С учетом изложенного, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истицы в счет возмещения затрат на приобретение медикаментов общую сумму 6.807,4 руб. (403,2+1388,7+378+488+1427 +33+225,9+334+777,6+234+65+440+98+345+60+110), отказав в удовлетворении остальной части заявленных требований.

Что касается транспортных расходов по следованию к месту проведения массажа (оплата топлива автомобиля), суд принимает доводы истицы, подтвержденные показаниями специалиста врача ФИО8, и свидетеля ФИО10, о необходимости ее поездок на массаж именно в г. Валуйки по причине нахождения в отпуске массажиста Уразовской поликлиники и значительного периода ожидания в порядке очереди по месту жительства истицы. Между тем, истицей не предоставлено убедительных и достоверных доказательств невозможности прибытия в учреждения г. Валуйки посредством общественного транспорта, рейсовым автобусом. Истица не отрицала наличия регулярного автобусного сообщения между г. Валуйки и с. Герасимовка. Из пояснений истицы, свидетелей, а также справки от 05.02.2018 г. (л.д. 41) следует, что стоимость проезда в автобусе по маршруту «Валуйки - Герасимовка» составляет 52 рубля. Учитывая изложенное, исходя из принципов разумности, справедливости и соразмерности, суд приходит к выводу о том, что транспортные расходы ФИО1, связанные с оплатой проезда в г. Валуйки, подлежат удовлетворению в части применительно к стоимости проезда общественным транспортом (по маршруту с. Герасимовка Валуйского района - г. Валуйки). Стоимость проезда автобусом для одного пассажира составляет 104 рубля в обе стороны, а всего 10 поездок на процедуры массажа и обратно составляют - 1040 рублей, которые подлежат взысканию с ответчика.

При определении суммы транспортных расходов суд учитывает существенную разницу между стоимостью проезда общественным транспортом и посредством автомобиля. Кроме того, суду не представлено убедительных и неопровержимых доказательств невозможности истицы по состоянию здоровья следовать общественным транспортом с учетом характера полученных в результате ДТП травм. Как не представлено доказательств относимости представленных затрат на топливо исключительно на следование к месту процедур.

Далее, истицей заявлено требование о возмещении материального ущерба, связанного с порчей в результате ДТП принадлежащего ей имущества: кожаной куртки, кофты, джинсов, дамской сумки, косметического набора, солнцезащитных очков, сотового телефона. Факт принадлежности мобильного телефона Sony Xperia Z3 D5803 стоимостью 26329,0 руб. подтверждается кассовым чеком от 28.06.2016 г. (л.д. 19), актом технической экспертизы, согласно которого он признан не годным к эксплуатации и не подлежащим ремонту (л.д. 40) Учитывая изложенное, незначительный период от эксплуатации телефона истицей, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения требований истицы в полном объеме о возмещении ей ущерба, связанного с уничтожением указанного телефона.

Факт приведения в негодность принадлежащих истице, и находящихся на ней и при ней в момент ДТП вещей (кожаной куртки, кофты, джинсов, дамской сумки, косметического набора, солнцезащитных очков) подтверждается показаниями свидетелей ФИО9, ФИО10 По мнению суда, указанная истицей цена пришедших в негодность вещей не превышает среднерыночных показателей цены аналогичных товаров, а потому исковые требования истицы в части возмещения ущерба, связанного с утратой вещей, подлежат удовлетворению в полном объеме.

ФИО1 заявлено требование о компенсации ей морального вреда, причиненного ФИО3, в сумме 500000 руб.

По правилам ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела. 

Согласно пункту 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 8 названного Постановления Пленума ВС РФ при определении компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Право на охрану здоровья, производным от которого является право на компенсацию морального вреда, относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых нематериальных прав человека, подлежащих государственной защите (статьи 2, 7, 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 ГК РФ).

С учетом изложенного у потерпевшей ФИО1 имеются законные основания для взыскания с ФИО3 компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

ФИО1 мотивировала заявленные требования о компенсации морального вреда тем, что вследствие причинения ей вреда здоровью средней тяжести, она испытала и продолжает испытывать тяжелые физические и нравственные страдания, несколько месяцев находится на лечении в различных лечебных учреждениях, функции руки не восстановились, ограничена в возможности ухода за собой и проведении элементарных бытовых действий. Кроме того, испытала глубокое психологическое потрясение из-за страха за свою жизнь и здоровье, и необходимости дальнейшего длительного и болезненного лечения.

Указанные доводы суд находит обоснованными, подтвержденными совокупностью представленных доказательств и подлежащими оценке и учету при определении размера денежного возмещения компенсации морального вреда, подлежащего уплате ответчиком истцу.

В подтверждение указанных доводов стороной истца была представлена указанная выше медицинская документация, специалистом сообщено суду о болезненности причиненных повреждений и длительности их лечения и реабилитации.

Ответчиком не представлено суду доказательств возмещения истице в добровольном порядке материального ущерба, либо компенсации морального вреда, как и доказательств его материального положения.

Учитывая отказ ФИО3 добровольно возместить истице причиненный вред и ущерб, а также характер причиненных повреждений, суд, принимая во внимание степень физических и нравственных страданий потерпевшей, а также её индивидуальные особенности, имущественное положение ответчика имеющего несовершенного иждивенца, считает целесообразным с учетом требований разумности и справедливости, удовлетворить заявленные требования частично, взыскав с ответчика в пользу истицы 250 000 рублей в счет компенсации морального вреда. 

При определении размера денежных средств подлежащих взысканию с ответчика суд также учитывает степень его вины и обстоятельства причинения вреда.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о возмещении материального ущерба и морального вреда, причиненного в результате ДТП – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет компенсации материального ущерба 53176 (пятьдесят три тысячи сто семьдесят шесть) руб. 40 копеек.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей 00 коп.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Валуйский районный суд Белгородской области.

Решение суда принято в окончательной форме «26» февраля 2018 года.

Судья