Судья Саморуков Ю.А. Дело №

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Новосибирск 13 декабря 2019 года

Суд апелляционной инстанции Новосибирского областного суда

в с о с т а в е:

председательствующего судьи Шатан Т.М.,

при секретаре Краморовой О.А.,

с участием:

прокурора 

<

адрес> прокуратуры Клековкиной К.В., 

адвоката Селютина А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО2 по апелляционной жалобе адвоката Селютина А.Ю. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Барабинского районного суда Новосибирской области от 26 сентября 2019 года, которым 

ФИО1 ич, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец села 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по п.п. «б,г» ч. 1 ст. 258 УК РФ к штрафу в размере 25000 рублей.

Мера пресечения не избрана.

Удовлетворен гражданский иск Министерства природных ресурсов и экологии 

<

адрес> – с ФИО1 в пользу Российской Федерации в лице Министерства природных ресурсов и экологии 

<

адрес> взыскано 200 000 рублей.

В целях обеспечения гражданского иска сохранен арест на имущество ФИО1 до исполнения решения суда в части гражданского иска.

Решены вопросы о процессуальных издержках и вещественных доказательствах.

Этим же приговором суда осужден ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в отношении которого приговор не обжалован,

у с т а н о в и л:

приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за незаконную охоту, совершенную с применением механического транспортного средства, на особо охраняемой природной территории.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на территории 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

Вину в совершении преступления ФИО1 не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Селютин А.Ю., приводя нормы уголовно-процессуального закона, указывает, что судом не добыто доказательств, подтверждающих виновность ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления, выводы суда основаны на предположениях, в основу приговора положены недопустимые доказательства, в связи с чем постановленный в отношении ФИО1 приговор подлежит отмене, а осужденный ФИО1 – оправданию. 

Приводя анализ показаний осужденного ФИО1 на стадии дознания, адвокат указывает, что ФИО1 полагал, что ФИО2, имея разрешение на добычу косуль, охотился в рамках закона и по обстоятельствам дела не мог считать иначе. Свидетель С №1 подтвердил показания ФИО1, данные последним в ходе допроса на стадии дознания, а также подтвердил обстоятельства процесса погрузки убитых ФИО2 косуль. 

Обращает внимание на то, что согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ из изъятого у ФИО1 в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ карабина выстрелы после последней чистки не проводились, что подтверждается показаниями ФИО1 о том, что последний раз он стрелял из карабина ДД.ММ.ГГГГ при его пристрелке, а вмененная ему незаконная охота произошла ДД.ММ.ГГГГ. Суд, указав, что карабин изъят только ДД.ММ.ГГГГ, не обосновал, каким образом дата изъятия подтверждает обвинение. 

Указывает, что судом нарушены положения ст. 88 УПК РФ при оценке доказательств. Так, суд критически отнесся к показаниям свидетелей С №2 и С № 3 в связи с тем, что первый является знакомым ФИО1, а второй – сыном, и они не были очевидцами преступления. При этом суд не отнесся критически к показаниям свидетелей С №4 и С № 5, которые также не были очевидцами преступления и являются дочерью и женой соответственно второго осужденного – ФИО2, который вину в совершенном преступлении признал полностью. 

При проведении по делу экспертиз, по мнению защиты, допущен ряд нарушений. Так, дознаватель Р. после получения заключения баллистической экспертизы по постановлению от ДД.ММ.ГГГГ, вновь выносит постановление о назначении баллистической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, ставя на рассмотрение эксперта вопрос, на который уже получен ответ эксперта ЭКЦ МВД, и поручает ее проведение экспертам ФБУ Сибирского РЦСЭ Минюста России. При этом в нарушение ч. 3 ст. 195 УПК РФ ФИО1 и защитник ознакомлены с данным постановлением лишь ДД.ММ.ГГГГ, уже после проведения экспертизы, а также в нарушение ч.ч. 1,2 ст. 207 УПК РФ дознаватель не указал, в чем заключается необходимость проведения еще одной экспертизы, повторная она или дополнительная, какие у него возникли сомнения. Кроме того, в нарушение ч. 3 ст. 81 УПК РФ, дознаватель дал разрешение экспертам на уничтожение вещественных доказательств, что и было сделано.

Выводы экспертов ФБУ Сибирский РЦСЭ МЮ РФ и ЭКЦ МВД относительно вопроса о типе снаряда абсолютно противоположны, при этом эксперты ФБУ Сибирский РЦСЭ МЮ РФ ссылались в основном на химический анализ вырезов шкур. Вместе с тем при допросе в суде эксперт ЭКЦ МВД Т. на вопрос защиты ответил, что в целях производства экспертизы шкура вымачивается 48 часов, после чего никаких химических элементов в ней не остается. Кроме того, в нарушение требований ст. 11 ФЗ-73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», эксперты ФБУ Сибирский РЦСЭ МЮ РФ руководствовались не едиными методиками, а иными документами, отличными от используемых экспертом ЭКЦ МВД, которые невозможно идентифицировать. 

В нарушение п. 2 ч. 3 ст. 14 и п. 2 ч. 1 ст. 15 вышеуказанного Закона З., проводивший экспертизу в ФБУ Сибирский РЦСЭ МЮ РФ МЮ, вообще не является экспертом и не работает в данном учреждении.

Заявленные стороной защиты доводы о фальсификации выводов судебной экспертизы суд не проверил, в истребовании документов, подтверждающих квалификацию экспертов ФБУ Сибирский РЦСЭ МЮ РФ П. и З. необоснованно отказал.

Считает, что приговор суда основан на недопустимых доказательствах, так как ни в исследовательской части, ни в выводах экспертизы ФБУ Сибирский РЦСЭ МЮ РФ № не указан калибр пули, тип оружия, из которого она выпущена, сама пуля не найдена. 

Таким образом, по мнению адвоката, все обвинение в отношении ФИО1 строится на показаниях второго осужденного - ФИО2, который признал вину и является заинтересованным лицом. На очной ставке и в суде ФИО1 пояснял, что ФИО2 его оговаривает, поскольку не хочет один платить всю сумму за убитых им двух косуль. 

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката прокурор 

<

адрес> П. считает приговор суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Осужденный ФИО2 отказался от участия в суде апелляционной инстанции и от участия адвоката, указав, что отказ от защитника не связан с его материальным положением (т.3 л.д. 136), о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. 

Осужденный ФИО1, извещенный о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом, направил в суд заявление о рассмотрении дела в его отсутствие с участием защитника Селютина А.Ю. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит препятствий для рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц. 

В суде апелляционной инстанции адвокат Селютин А.Ю. в интересах осужденного ФИО1 поддержал доводы своей апелляционной жалобы.

Прокурор Клековкина К.В. по доводам жалобы адвоката Селютина А.Ю. возражала, просила приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы адвоката, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вывод суда о виновности осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре.

Как следует из представленных материалов, суд принял предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела. Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. ст. 304, 307 - 308 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности ФИО1 в содеянном, мотивированы выводы относительно квалификации преступления.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу ФИО1, по делу отсутствуют. Выдвинутые в его защиту доводы судом были проверены и отвергнуты, с приведением соответствующих аргументов.

Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Совокупность всех исследованных в суде доказательств суд признал достаточной для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора.

Версия стороны защиты о непричастности ФИО1 к произошедшим событиям, являлась предметом исследования в суде первой инстанции и обоснованно отвергнута, поскольку не нашла своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства. Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда, которые надлежащим образом мотивированы в приговоре.

Так, осужденный ФИО2, будучи допрошенным в ходе дознания в присутствии защитника, давал подробные и последовательные показания об обстоятельствах совершения им совместно с ФИО1 незаконной охоты, в ходе которой он (ФИО3) произвел отстрел косули (самки) из своего ружья 

<

данные изъяты>, а ФИО1 - отстрел второй косули (самца) из своего карабина «

<

данные изъяты>». 

Данные обстоятельства были изложены ФИО2 и в явке с повинной, в которой он указал, что ДД.ММ.ГГГГ около 09 часов 30 минут совместно с ФИО1 поехал на охоту, имея при себе ружье 

<

данные изъяты> а ФИО1 – карабин «

<

данные изъяты>». Увидев в лесном массиве особь косули, он (ФИО3) из своего ружья произвел один прицельный выстрел, от которого косуля упала, затем А. произвел выстрел во вторую косулю, от которого она упала. После обе косули были вытащены на дорогу и погружены в багажный отсек автомобиля 

<

данные изъяты> №. 

Свои показания ФИО2 подтвердил в ходе проверки показаний на месте, указав, в том числе, место, где ФИО1 произвел выстрел в косулю из карабина. Дополнительно пояснил, что убитые им и ФИО1 косули были вынесены из леса им (ФИО3) и С №1, который был приглашен ими для помощи; в это время ФИО1 находился в автомобиле и с телефона ФИО2 звонил С №1, интересовался, куда он попал косуле и живая она или нет. 

Кроме того, свои показания ФИО2 подтвердил в ходе очной ставки с ФИО1 и в судебном заседании, указав, что ФИО1 звонил ему, пояснял, что ездил в город, где ему сказали дорого платить, попросил взять все на себя, а он (ФИО1) позже отдаст деньги. 

Судом обоснованно положены в основу приговора показания осужденного ФИО2, так как они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются подробными, последовательными, непротиворечивыми. При этом ФИО2, указывая на действия ФИО1 по незаконной добыче самца косули, изобличал и себя в совершении преступления, признавая себя виновным в совершении деяния, влекущего большую ответственность, так как ущерб, причиненный объектам животного мира незаконной добычей самки косули составляет 280 000 рублей, против 200 000 рублей за особь косули самца. Каких-либо оснований для оговора осужденного ФИО1 со стороны ФИО2, а также его заинтересованности в исходе дела судом не установлено, не содержится их в апелляционной жалобе, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. 

Показания осужденного ФИО2 согласуются с показаниями представителя потерпевшего К., который пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он совершал рейд в 

<

адрес>, следуя на служебном автомобиле со вторым охотоведом К.. по дороге 

<

адрес>, увидел свежие следы обуви, стоял автомобиль ФИО2 и до него видны были следы волочения со стороны заказника, бурая дорожка, похожая на кровь. Проследовав до места жительства ФИО2, увидел, что из машины вышли ФИО2 и ФИО1 При этом следы обуви и рисунок протектора шин около заказника и здесь совпадали, из чего он сделал вывод о причастности данных лиц к незаконной добыче. Позже ему позвонили сотрудники полиции и сказали, что нашли две косули.

Указанные показания представителя потерпевшего К. обоснованно признаны достоверными, поскольку подтверждаются иными доказательствами, исследованными судом, в том числе:

- показаниями свидетеля С №1 о том, что в указанное время к нему подъехал ФИО2 и попросил помочь, они заехали за ФИО1, который потом звонил С № 3 и говорил, что они завалили двух коз и поехали их вытаскивать. Когда он (С №1) с ФИО2 пошел искать первую косулю, им звонил оставшийся в машине ФИО1 и спрашивал, живая она или мертвая. Затем так же забрали вторую косулю. При погрузке косуль в машину участвовали все, в частности ФИО1 держал багажник. Данные показания С №1 подтвердил в ходе очной ставки с ФИО1;

- показаниями свидетеля С № 5, пояснившей, что ей позвонил муж - ФИО2, и сказал, что они с ФИО1 «встряли» с козлами, за ними на машине едет К.. Потом он еще раз позвонил, сказал, что приехала полиция, будет делать обыск, а ФИО1 сбежал домой. Вечером, когда она (ФИО3) позвонила ФИО1, тот сказал, пусть А. все берет на себя, так как у него оружия на сто тысяч, карабин заберут, что он не при делах, вины не признает и откажется, даже если экспертиза покажет, что это его выстрел. Также сказал, что ущерб погашать не будет, будет с ними судиться. Вечером того же дня муж пояснил ей, что они с ФИО1 убили двух козлов – он сам козу, а ФИО1 из карабина - козла;

- показаниями свидетеля С №4 о том, что в указанный день ее отец - ФИО4 взял ружье и уехал, затем вернулся, поставил ружье в сейф. Выйдя на крыльцо, она увидела, как в гараже ФИО1 держал багажник, а С №1 с отцом вытаскивали туши и уносили, ФИО1 при этом говорил им, чтобы несли подальше в сарай.

Кроме того, вышеуказанные показания подтверждаются письменными доказательствами, исследованными судом, в том числе: протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, а именно автомобиля 

<

данные изъяты>, принадлежащего ФИО2, в ходе которого изъяты, в том числе, принадлежащие ФИО1 телефон и перчатки, а также гильза калибра 

<

данные изъяты>; протоколом осмотра участка местности, расположенного в заказнике «

<

данные изъяты>», в ходе которого на снегу обнаружен след человека со следом волочения с пятнами красно-бурого цвета, на краю лесного массива обнаружено место падения косули; заключениями эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ по охотничьему ружью 12-го калибра модели «

<

данные изъяты>» (№); заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором эксперты приходят к выводу о том, что представленный карабин «

<

данные изъяты>», изъятый в ходе обыска у ФИО1, пригоден для стрельбы патронами калибра 

<

данные изъяты>, а представленная гильза, изъятая при осмотре автомобиля «

<

данные изъяты>», стреляна в охотничьем карабине 

<

данные изъяты>»; актом ветеринарного осмотра туш животных; заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что на представленном фрагменте шкуры животного имеется одно повреждение, которое является огнестрельным, ввиду эластичности материала, а также ввиду отсутствия признаков, определить, образовано ли данное повреждение многокомпонентным снарядом (дробью, картечью) или пулей, не представляется возможным; заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, на представленных на исследование фрагментах (№) шкуры животного имеется два огнестрельных повреждения, образованных в результате, вероятно, одного выстрела медьсодержащим снарядом (оболочечная, полуоболочечная пули), при этом повреждение на фрагменте № является входным, а на фрагменте № – выходным; другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре. 

Суд первой инстанции, исследовав и оценив все собранные доказательства в совокупности, дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал положенные в основу обвинительного приговора доказательства достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, а также указал мотивы и основания, по которым он принял одни доказательства и отверг другие, в том числе, это касается показаний свидетелей С №2, С № 3, на что имеется ссылка в апелляционной жалобе. Мотивы, по которым суд отнесся критически к показаниям указанных свидетелей, подробно приведены в приговоре, оснований не согласиться с данными выводами суда, у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Нарушений при сборе доказательств, которые могли бы стать основанием для признания их недопустимыми, вопреки доводам жалобы адвоката, в соответствии со ст. 75 УПК РФ, допущено не было. 

Данная судом оценка доказательств не противоречит материалам дела, оснований для признания ее ошибочной не имеется.

Данных, свидетельствующих о нарушении судом первой инстанции уголовно-процессуального закона при исследовании доказательств по делу, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем утверждение адвоката о необоснованности приговора, несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, признаются несостоятельными. 

Каких-либо данных, ставящих под сомнение заключения экспертиз, проведенных по делу, у суда апелляционной инстанции не имеется, так как они проведены в соответствии с требованиями ст. ст. 195, 196, 198 УПК РФ, на основании постановлений следователя, в рамках возбужденного уголовного дела, экспертами, обладающим достаточными специальными познаниями. Составленные по результатам экспертиз заключения соответствуют положениям ст. 204 УПК РФ, изложенные в них выводы научно-обоснованы, мотивированы, понятны и подтверждаются иными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Доводы адвоката о нарушениях, допущенных при назначении и проведении экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проверялись судом первой инстанции, однако своего подтверждения не нашли. 

Как установлено судом, заключение эксперта оформлено и подписано в соответствии с законом и в пределах компетенции, в нем указаны все необходимые сведения, в том числе о квалификации лиц, ее проводивших, и использованных методиках.

Вопреки позиции адвоката, проведенная экспертиза соответствует назначенной дознавателем, является баллистической и не противоречит целям и задачам ее проведения. При этом обстоятельств, предусмотренных ст. 61 и ст. 70 УПК РФ, исключающих участие в производстве по делу кого-либо из экспертов, не установлено. При назначении экспертизы дознаватель не указал конкретного эксперта для ее проведения, оставив данный вопрос на усмотрение руководителя экспертного учреждения; привлечение З. в качестве специалиста не противоречит требованиям закона. Более того, результаты указанной экспертизы не противоречат выводам проведенной ранее экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. К показаниям эксперта Т. в судебном заседании, на которые ссылается в жалобе защитник, о том, что после вымачивания шкуры в ней не остается химических элементов, суд обоснованно отнесся критически, поскольку данный эксперт не является специалистом в области химии и пояснил суду, что он не смог установить образовано ли повреждение многокомпонентным снарядом (дробью, картечью) или пулей, для ответа на поставленный вопрос возможно использовать другие методы, в том числе, при помощи химических исследований; есть метод «озоления», сжигания, это разрушающий метод, они его не используют.

При проведении следующей экспертизы экспертом Сибирского регионального центра судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации был привлечен специалист в области химии и проводилось спектрографическое исследование. 

Вопреки доводам адвоката, не установлено нарушений и в том, что эксперт уничтожил объект исследования, поскольку это не противоречит требованиям ст.16 Федерального закона № 73-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», поскольку в постановлении о назначении экспертизы дознаватель дал на это согласие. 

Суд первой инстанции на основании исследованных доказательств правильно установил фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления и его действиям дал верную юридическую оценку по п.п. «б,г» ч. 1 ст. 258 УК РФ как незаконная охота, с применением механического транспортного средства, на особо охраняемой природной территории. При этом судом дана надлежащая оценка характеру действий осужденного, направленности его умысла, квалифицирующим признакам. Оснований для изменения квалификации действий осужденного ФИО1 или его оправдании, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе, не имеется. 

Вопреки доводам адвоката, выводы эксперта о том, что из карабина 

<

данные изъяты> после последней чистки канала ствола выстрелы не производились, не прочат вышеуказанные доказательств и не свидетельствуют о невиновности ФИО1, так как после рассматриваемых событий ДД.ММ.ГГГГ, карабин у ФИО1 был изъят через достаточно большой промежуток времени – ДД.ММ.ГГГГ, в течение которого у осужденного имелась возможность произвести чистку канала ствола. 

Нарушений норм уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не допущено. Судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Все заявленные стороной защиты ходатайства судом надлежащим образом рассмотрены. 

Довод о несвоевременном ознакомлении ФИО1 и его защитника с постановлением о назначении экспертизы не свидетельствует о недопустимости полученного на основании данного постановления заключения экспертизы, не ставит под сомнение правильность выводов экспертов по исследуемым вопросам, а также не свидетельствует о таком нарушении права осужденного, которое оказалось невосполнимым и повлияло на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора. После ознакомления с указанным постановлением, сторона защиты была не лишена возможности в случае необходимости и наличия вопросов, требующих экспертного разрешения, ходатайствовать, в том числе, в ходе судебного следствия, о проведении дополнительных и повторных экспертиз по делу, о постановке дополнительных вопросов перед экспертами, об отводе экспертам.

При назначении ФИО1 наказания судом в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства дела, данные о личности осужденного, отсутствие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

Учитывая совокупность всех вышеперечисленных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о назначении ФИО1 наказания в виде штрафа, надлежащим образом мотивировав свои выводы. При определении размера штрафа суд учел тяжесть совершенного преступления, имущественное положение осужденного и его семьи, а также возможность получения осужденным заработной платы или иного дохода. При этом судом справедливо, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела, не установлено исключительных оснований для применения ст. 64 УК РФ.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Приходя к выводу, что доводы апелляционной жалобы адвоката не обоснованы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения или отмены приговора суда по доводам жалобы и, соответственно, оснований для их удовлетворения, в том числе, с учетом представленных в судебном заседании дополнительных материалов.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

приговор Барабинского районного суда Новосибирской области от 26 сентября 2019 года в отношении ФИО1 ича оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Селютина А.Ю. в интересах осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Судья Новосибирского областного суда Т.М. Шатан