Дело № 2-3054/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 июля 2019 года город Южно-Сахалинск 

Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в составе председательствующего судьи Кастюниной О.А.

При секретаре Савуляк О.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО «Азиатско–Тихоокеанский Банк» о признании договора купли-продажи векселя недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании упущенной выгоды, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа, 

у с т а н о в и л :

15.03.2019г. ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» о признании недействительным договора купли-продажи простых векселей № от 17.11.2017 года, заключенного банком и ФИО2, с применением последствий недействительности сделки – в виде возложения обязанности возвратить все полученное по сделке, возложении обязанности на ПАО «АТБ» возвратить истцу сумму полученную по договору в размере 886 000 руб., взыскании упущенной выгоды (разницы между фактической стоимостью векселя и вексельной суммой, процентов по векселю) в размере 48596,49 руб., взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 ГК РФ за период с 19.05.2018г. по день фактической уплаты, взыскании компенсации морального вреда в размере 300000 руб., взыскании штрафа за неисполнение требования потребителя в добровольном порядке в размере 50 процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. 

В обоснование заявленных требований указано, что 17.11.2017 г. между ФИО2 и ответчиком заключен договор купли-продажи №В простых векселей со сроком платежа по векселю «по предъявлении, но не ранее 18.05.2018г.». ФИО2 18.05.2018г. было подано в Банк заявление на погашение векселя, но до настоящего времени денежные средства не выплачены. Он неоднократно обращался в банк за письменными разъяснениями по отказу выплат по векселю, указывая, что не понимал реальную суть и природу заключаемых договоров, фактически вносил денежные средства на счет в банк как выгодный вклад. Вексель ему на руки не выдавался. В июле 2018г. он обратился в УМВД России по Сахалинской области с заявлением о мошеннических действиях ПАО «АТБ». В связи со сложившейся ситуацией ФИО2 переживал, нервничал. 13.07.2018г. ФИО2 умер. Имущественное право требования на вексель ООО «ФТК» перешло на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 15.01.2019г. к его наследнику ФИО1 07.03.2019г. Банком истцу было выдано уведомление о невозможности совершения платежа по векселю. В марте 2019г. истец обратился в банк с претензией, в которой просил признать договор недействительным и возвратить денежные средства. Истец полагает, что данная сделка купли-продажи векселя является недействительной на основании ст. 179 ГК РФ по следующим основаниям: фактические обстоятельства заключения договора купли-продажи векселя свидетельствуют о физической невозможности его изготовления на момент заключения сделки, банком создана ситуация при которой, клиенты банка преднамеренно вводились в заблуждение с целью склонения их к заключению договора, что следует из Порядка взаимодействия между Банком и ООО «ФТК», кроме того, при заключении договора купли-продажи векселя ответчику было достоверно известно о неплатежеспособности векселедателя ООО «ФТК». Поскольку, заключая оспариваемый договор Покупатель действовал как потребитель, к сложившимся отношениям, по мнению истца, подлежат применению положения Закона «О защите прав потребителей». На основании ст. 15 данного закона моральный вред причиненный потребителю подлежит компенсации. Сложившаяся стрессовая ситуация в связи с невыплатой банком денежных средств повлияла на здоровье ФИО2, что стало одной из причин повлекших его смерть. Истец оценивает компенсацию морального вреда в 300000 руб. 

В судебном заседании представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности, настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО4, а после перерыва представитель ФИО5, возражали против удовлетворения исковых требований, заявив о пропуске истцом срока исковой давности. 

Истец, представитель третьего лица в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом.

На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд рассматривает дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав явившиеся стороны, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 04 декабря 2000 года «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей» при рассмотрении споров необходимо иметь в виду, что вексельные сделки регулируются нормами специального вексельного законодательства. Вместе с тем данные сделки регулируются также и общими нормами гражданского законодательства о сделках и обязательствах (ст.ст. 153 – 181, 307 – 419 Гражданского кодекса РФ). Исходя из этого, в случаях отсутствия специальных норм в вексельном законодательстве судам следует применять общие нормы Кодекса к вексельным сделкам с учетом их особенностей (пункт 1).

В силу ст.ст. 128, 130, 142, 143 Гражданского кодекса РФ вексель является документарной ценной бумагой, которая является объектом гражданских прав и относится к движимому имуществу.

Согласно ст. 4 Федерального закона от 11 марта 1997 года № 48-ФЗ «О переводном и простом векселе» переводной и простой вексель должен быть составлен только на бумаге (бумажном носителе).

В п. 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 04 декабря 2000 года «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей» разъяснено, что в тех случаях, когда одна из сторон обязуется передать вексель, а другая сторона обязуется уплатить за него определенную денежную сумму (цену), к отношениям сторон применяются нормы о купле-продаже, если законом не установлены специальные правила (п. 2 ст. 454 Гражданского кодекса РФ).

Статьей 178 Гражданского кодекса РФ установлено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

При этом обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Как установлено судом, 17 ноября 2017 года между ФИО2 (Покупателем) и ПАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (Продавцом) заключен договор № купли-продажи простых векселей.

По условиям договора Продавец обязался продать в собственность Покупателя, а Покупатель – принять и оплатить простой вексель ООО «ФТК» серии ФТК №, вексельная сумма 934596,49 руб., дата составления 17.11.2017 года, срок платежа – по предъявлении, но не ранее 18 мая 2018 года, стоимость векселя 886 000 рублей.

Копией платежного поручения № от 17 ноября 2017 года подтверждается исполнение ФИО2 обязательства по оплате приобретаемого векселя.

Также 17.11.2017г. стороны ФИО2 с Банком заключили договор хранения №Х, по условиям которого «Азиатско-Тихоокеанский Банк» принял на себя обязательство по хранению приобретенного ФИО2 векселя серии ФТК №. 

По акту приема-передачи от 17 ноября 2017 года вексель передан Хранителю – ПАО «АТБ». 

При этом судом установлено, что по вышеуказанному договору купли-продажи простых векселей, фактически подписанному сторонами в 

<

адрес>, в день их заключения вексель в натуре ФИО2 передан не был.

Местом заключения договора хранения и совершения приема-передачи векселя указан 

<

адрес>. Сам вексель, являвшийся предметом договора купли-продажи, был приобретен Банком у векселедателя ООО «ФТК» в те же даты также в 

<

адрес>, что с учетом территориальной отдаленности и сменности часовых поясов, исключало возможность их передачи ФИО2 в 

<

адрес> в день заключения договора купли-продажи.

Данные обстоятельства подтверждаются также выпиской из акта проверки Центрального Банка Российской Федерации деятельности «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО), проведенной в период с 30 января 2018 года по 11 мая 2018 года.

При этом в материалы дела представлено заявление ФИО2 от 06.06.2018г. в адрес временной администрации ПАО «АТБ» в котором им указано, что сотрудники банка воспользовались его доверием и финансовой неграмотностью, навязав ему оформить вклад на 3 месяца под 

<

данные изъяты> % годовых, при этом он был уверен, что речь идет именно о вкладе, а вместо этого был оформлен договор купли-продажи «пустого» векселя ФТК, но сам вексель на руки не выдавался. По всем признакам сделка должна быть признана недействительной, т.к. он был введен в заблуждение. Просил прислать ответ. 

13.07.2018г. ФИО2 умер, что подтверждается свидетельством о смерти.

В соответствии со ст. 1110 Гражданского кодекса РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

В силу ст. 1112 Гражданского кодекса РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно свидетельству о праве на наследство по закону от 15.01.2015г. и соглашению о разделе наследственного имущества от 15.01.2019г. в собственность наследника ФИО1 перешло имущественное право требования по векселю серии ФТК №, стоимостью 886000 руб., с вексельной сумой 934596,49 руб., принадлежащему наследодателю на основании договора № купли продажи простых векселей от 17.11.2017г., заключенного ФИО2 с ПАО «АТБ», акта приема-передачи от 17.11.2017г., находящемуся на хранении в ПАО «АТБ» на основании договора хранения от 17.11.2017г. 

В силу п. 1 ст. 1, п. 1 ст. 11, ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 3 Гражданского процессуального кодекса РФ предъявление любого требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав истца ответчиком.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса).

С учетом изложенного, под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участником сделки либо за лицом, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

В силу п. 73 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 (ред. от 23.04.2019) «О судебной практике по делам о наследовании», наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления. Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что истец является надлежащим и вправе как наследник ставить требования о признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности.

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности. 

В силу ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Заявление на погашение векселя наследодателем ФИО2 было подано в ПАО «АТБ» 18.05.2018г. 

Уведомление на заявление от 18.05.2018г. о невозможности совершения платежа по векселю ПАО «АТБ» было выручено наследнику ФИО1 07.03.2019г. 

Суд приходит к выводу, что не позднее 18.05.2018г., наследодателю ФИО1 должно было стать известно о введении его в заблуждение, когда не был произведен платеж по его заявлению о погашении векселя. 

Учитывая, что сроки исковой давности для наследника в порядке универсального правопреемства исчисляются также как и для наследодателя, соответственно, начало следует считать с 18.05.2018г. А поскольку истец с иском в суд обратился 15 марта 2019г., соответственно, срок не является пропущенным.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что ни договор купли-продажи простых векселей, ни документы, прилагаемые к нему, в частности Декларации о рисках, не позволяли наследодателю ФИО2 при его подписании в полной мере осознавать правовую природу данной сделки и последствия ее заключения, а также отсутствие доказательств доведения данной информации до истца работником Банка, суд приходит к выводу о том, что совершая действия по заключению договора купли-продажи простого векселя от17.11.2017 года, ФИО2 находился под влиянием заблуждения.

По мнению суда, данное заблуждение являлось существенным, поскольку при заключении вышеназванного договора наследодатель ФИО2, не имея намерения приобрести ценную бумагу, выпущенную ООО «ФТК», заблуждался относительно предмета сделки, лица, обязанного оплачивать вексель, полагая, что вексель является формой банковской услуги по сбережению денежных средств вкладчиков Банка, о чем им было лично указано в заявлении от 06.06.2018г. 

Заблуждение у него сформировалось, в том числе по причине намеренного умолчания работников Банка об обстоятельствах, о которых они должны были сообщить истцу перед заключением договора купли-продажи при той добросовестности, какая требовалась от ответчика в отношении своих Клиентов, которые хранят в Банке свои денежные средства (сбережения).

Таким образом, установленные по делу обстоятельства относительно степени добросовестности Банка при заключении оспариваемого истцом договора, находились в причинной связи с решением ФИО2 о заключении сделки купли-продажи простых векселей, при этом заблуждение истца было настолько существенным, что разумно и объективно оценивая ситуацию, он не совершил бы сделку, если бы знал о действительном положении дел.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований о признании недействительным договора купли-продажи простых векселей, о применении последствий недействительности сделки.

Таким образом, суд признает недействительным договор купли-продажи простых векселей от 17.11.2017г. №, заключенный между ФИО2 и ПАО «Азиатско–Тихоокеанский Банк», с применением последствий недействительности сделки, взыскав с ответчика в пользу наследника истца ФИО1 денежные средства в размере 886 000 руб.

Учитывая, что договор хранения векселя между сторонами не расторгался, простой вексель серии ФТК № от 17.11.2017г. до настоящего времени находится у Банка, соответственно, оснований для возврата Банку этой ценной бумаги не имеется.

Требования истца о взыскании упущенной выгоды не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Истец просит взыскать проценты по векселю (разницу между фактической стоимостью векселя и вексельной суммой) в размере 48596,49 руб. 

Между тем, судом признана оспариваемая сделка по купле-продаже векселя недействительной, в связи с чем, взыскание процентов предусмотренной этой же сделкой, является противоречием сущности принятого решения и ст. 15 ГК РФ о неполученных доходах при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. Доказательств причинения убытков в ином размере по возможному договору банковского вклада (а не векселя), о чем было заявлено наследодателем и истцом, в нарушение ст. 56 ГПК РФ стороной истца не представлено.

Не подлежат удовлетворению требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ за период с 19.05.2018г. по день фактической уплаты. 

Согласно п.п. 14-15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 (ред. от 23.04.2019) «О судебной практике по делам о наследовании» в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (статья 128 ГК РФ); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 ГК РФ). Имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также если их переход в порядке наследования не допускается ГК РФ или другими федеральными законами (статья 418, часть вторая статьи 1112 ГК РФ). 

На день открытия наследства – день смерти 13.07.2018г. наследодателю не принадлежали заявленные истцом проценты. В своих заявлениях к Банку наследодатель не ставил требований о возвращении стоимости векселя, а в свидетельстве о праве на наследства, выданного истцу, не упомянуты проценты на стоимость векселя. Оснований же полагать о продолжении начисления процентов в порядке ст. 395 ГК РФ после открытия наследства противоречит вышеуказанным положениям гражданского законодательства.

Аналогично не могут при возникших правоотношениях - наследования распространяться требования Закона «О защите прав потребителей» о компенсации морального вреда и взыскании штрафа, поскольку истец потребителем не является. 

Оснований же полагать, что смерть наследодателя явилась следствием неправомерных действий Банка, вследствие чего, истец связывает причинение ему морального вреда, не имеется, поскольку, данные обстоятельства надлежащими доказательствами в нарушение ст. 56 ГПК РФ не подтверждены. 

Таким образом, суд отказывает в удовлетворении остальной части требований. 

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ суд взыскивает с ответчика в доход местного бюджета расходы по государственной пошлине 12 060 руб., которая истцом при подаче иска в суд не была оплачена.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к ПАО «Азиатско –Тихоокеанский Банк» удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи простых векселей от 17.11.2017г. № заключенный между ФИО2 и ПАО «Азиатско–Тихоокеанский Банк».

Применить последствия недействительности договора от 17.11.2017г. №

- взыскать с ПАО «Азиатско –Тихоокеанский Банк» в пользу ФИО1 денежные средства в размере 886 000 руб., полученные по договору от 17.11.2017г. №

В остальной части требований ФИО1 к ПАО «Азиатско–Тихоокеанский Банк» о взыскании упущенной выгоды, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа, - отказать.

Взыскать с ПАО «Азиатско –Тихоокеанский Банк» государственную пошлину 12 060 руб. в бюджет ГО «Город Южно-Сахалинск».

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Южно-Сахалинский городской суд в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения.

Мотивированное решение вынесено ДД.ММ.ГГГГ 

Председательствующий О.А. Кастюнина