Судья Киктева О.А. Дело № 33-64/2026 (№ 33-7427/2025)

УИД 34RS0002-01-2024-004377-11

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 года г. Волгоград

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Старковой Е.М.,

судей Марчукова А.В., Абакумовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Аликовой В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке гражданское дело № 2-331/2025 по иску ФИО1 к ФИО2, АО «Т-Страхование», ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, судебных расходов,

по апелляционной жалобе ответчика ФИО2,

на решение Дзержинского районного суда города Волгограда от 06 мая 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, расходов по досудебной оценке ущерба, судебных расходов - удовлетворить.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (№ 

<

...>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт № 

<

...> выдан отделением УФМС России по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, № 

<

...>) стоимость восстановительного ремонта автомобиля в размере 903 600 рублей, расходы за проведение независимой экспертизы в размере 7 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 728 рублей.

АО «Т-Страхование», ФИО3 освободить от гражданско-правовой ответственности по настоящему спору.

Взыскать с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (ИНН № 

<

...>) в пользу ООО «НОКС» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) расходы за проведение судебной автотехнической экспертизы и дополнительной автотехнической экспертизы в размере 101 000 рублей».

Заслушав доклад судьи Старковой Е.М., судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда,

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, АО «Т-Страхование», ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, судебных расходов.

В обоснование заявленных требований указал, что в результате дорожно-транспортного происшествия 04 марта 2024 года с участием автомобиля Suzuki, государственный регистрационный знак № 

<

...>, под управлением ФИО2 был поврежден автомобиль BMW X5M, государственный регистрационный знак № 

<

...>, принадлежащий истцу.

Виновным в дорожно-транспортном происшествии был признан ФИО2

Гражданская ответственность ФИО1 была застрахована в АО «Т-Страхование».

11 апреля 2024 года ФИО1 обратился в страховую компанию за выплатой страхового возмещения путем выплаты денежных средств безналичным расчетом на предоставленные банковские реквизиты.

11 апреля 2024 года между истцом и АО «Т-Страхование» было заключено соглашение об урегулировании страхового случая по договору ОСАГО. 11 апреля 2024 года страховая компания выплатила ФИО1 страховое возмещение в размере 400 000 рублей.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец, с учетом уточнения исковых требований, просил суд взыскать с ФИО2 разницу между суммой реального ущерба и суммой выплаченного страховщиком страхового возмещения в размере 903 600 рублей, расходы по оплате услуг независимого эксперта в размере 7 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 728 рублей.

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО2, с вынесенным решением не согласен, ссылаясь на незаконность и необоснованность постановленного по делу решения суда, нарушение судом норм материального и процессуального права, просит решение суда отменить. Выражает несогласие с проведенной по делу судебной экспертизой, полагает, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине истца. Также указывает, что судом нарушен принцип состязательности и равноправия сторон.

В возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО1, в лице представителя ФИО4, просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика без удовлетворения.

Истец ФИО1, ответчик ФИО3, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, в судебное заседание не явились, доказательств уважительности причин неявки не представили, в связи с чем, судебная коллегия находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы и дополнений к ней в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, выслушав ответчика ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя истца ФИО1 – ФИО4 и представителя ответчика АО «Т-Страхование», возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, оценив доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Из положений абзаца 2 пункта 23 статьи 12 Закона об ОСАГО следует, что с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным Законом.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты причинения вреда. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред; вина такого лица предполагается, пока не доказано обратное.

Как следует из материалов дела, 04 марта 2024 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Suzuki, государственный регистрационный знак № 

<

...> регион 34 под управлением ФИО2 и автомобиля BMW X5M, государственный регистрационный знак № 

<

...> регион 134 под управлением ФИО1

Гражданская ответственность ФИО1 по договору ОСАГО была застрахована в АО «Т-Страхование».

11 апреля 2024 года ФИО1 обратился в страховую компанию за выплатой страхового возмещения путем выплаты денежных средств безналичным расчетом на предоставленные банковские реквизиты. В тот же день между сторонами заключено соглашение об урегулировании страхового случая по договору ОСАГО и страховая компания выплатила ФИО1 страховое возмещение в размере 400 000 рублей.

Из заключения независимого эксперта ИП ФИО5 следует, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля BMW X5M, с государственным регистрационным знаком № 

<

...> без учета износа составляет 1 505 662 рублей.

Учитывая позицию ответчика ФИО2, который полагает, что лицом виновным в совершении дорожно-транспортного происшествия является водитель ФИО1, судом первой инстанции для установления юридически значимых обстоятельств по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено ООО «НОКС».

В заключении судебной экспертизы отражен механизм происшествия.

Вид, характер и место локализации повреждений деталей передней части кузова автомобиля марки BMW X5M, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, с учетом результатов графического моделирования, соответствует контакту с поврежденными деталями автомобиля марки Suzuki, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, а именно с задней частью панели боковины правой, правой боковой поверхностью заднего бампера, задним колесом.

Исходя из заявленных обстоятельств и конечного положения транспортных средств, указанного на схеме, непосредственно перед столкновением водитель ФИО1, управляя транспортным средством марки BMW X5M, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, двигался прямолинейно в пределах своей полосы движения.

Водитель ФИО2, управляя транспортным средством марки Suzuki, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, к моменту столкновения, находился в завершении маневра разворота и уже во второй раз пересекал траекторию движения автомобиля марки BMW X5M, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, и мог быть обнаружен водителем ФИО1

Таким образом, дорожно-транспортное происшествие развивалось следующим образом: водитель ФИО1, управляя транспортным средством марки BMW X5M, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, двигался по проезжей части ул. Коммунистическая, со стороны ул. Володарского в сторону ул. Порт-Саида, подъезжая к месту пересечения с второстепенной проезжей частью ул. Гоголя, и пересекая ее, продолжив движение в прежнем направлении, допустил столкновение с транспортным средством марки Suzuki, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, под управлением водителя ФИО2, двигающимся в поперечном направлении слева-направо, относительно его хода движения, по ул. Гоголя в стадии завершения маневра разворот.

Эксперт ООО «НОКС» в заключении судебной экспертизы также указал, что отсутствие на схеме дорожно-транспортного происшествия привязки конечного положения транспортных средств относительно стационарных объектов, расположенных по ул. Коммунистическая, а также данных о скорости движения, не позволяют установить имели ли водители – участники события ФИО2 и ФИО1 техническую возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие.

В соответствии с выводами заключения судебной экспертизы ООО «НОКС» в рассматриваемом событии с технической точки зрения водитель ФИО1, управлявший транспортным средством марки BMW X5 M, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, при наличии в его полосе движения опасности в виде транспортного средства марки Suzuki, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, завершающего маневр разворота и двигающегося в поперечном направлении слева-направо, относительно хода его движения, должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.3, 6.2, 6.13, 13.8, 10.1 Правил дорожного движения РФ.

Водитель ФИО2, управлявший транспортным средством марки Suzuki, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, двигаясь по проезжей части ул. Гоголя со стороны ул. Мира для совершения маневра разворота на регулируемом пересечении с ул. Коммунистической, должен был руководствоваться пунктами 1.3, 6.2, 6.13 Правил дорожного движения РФ.

Объем и качество представленных исходных данных, с технической точки зрения, не позволяют установить параметры и характер движения автомобилей марки BMW X5M, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, и марки Suzuki, с государственным регистрационным знаком № 

<

...> непосредственно перед столкновением; определить имели ли водители данных транспортных средств техническую возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие; а также установить действия кого из водителей явились необходимым условием возникновения опасной ситуации в исследуемом событии.

Эксперт ООО «НОКС» в заключение судебной экспертизы установил, что весь заявленный объем повреждения автомобиля марки BMW X5 M, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, соответствуют обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 04 марта 2024 года. Рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки BMW X5M, с государственным регистрационным знаком № 

<

...>, определена экспертом без учета износа в размере 1303600 рублей, с учетом износа в размере 880000 рублей.

Определением суда от 22 января 2025 года по делу была назначена дополнительная судебная автотехническая экспертиза, эксперту представлены дополнительные доказательства видеозапись дорожно-транспортного происшествии, приобщенная к материалам дела по ходатайству ответчика ФИО2

Согласно заключению судебной дополнительной автотехнической экспертизы, проведенной ООО «НОКС», с технической точки зрения, в результате исследования всего объема предоставленных исходных данных, следует заключить, что 04 марта 2024 года при проезде регулируемого перекрестка проезжих частей ул. Коммунистической и ул. Гоголя, двигаясь по главной дороге на разрешающий сигнал светофора, при наличии в его полосе движения опасности в виде автомобиля SUZUKI JIMNY, завершающего маневр разворота и двигающегося в поперечном направлении слева - направо, относительно его направления движения, водитель ФИО1, управляя автомобилем BMW Х5М должен был руководствоваться требованиями следующих пунктов Правил дорожного движения РФ:

- пункт 10.1 абз.2 ПДД РФ: - «При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства»

С технической точки зрения, водитель ФИО2, управляя 04 марта 2024 года автомобилем SUZUKI JIMNY, двигаясь по проезжей части ул. Гоголя со стороны ул. Мира и выехав на место пересечения с проезжей частью с ул. Коммунистической для совершения маневра разворота, где разрешено выполнение маневра поворота налево, на запрещающий сигнал светофора, должен был руководствоваться требованиями следующих пунктов Правил дорожного движения РФ:

- пункт 8.1 ПДД РФ - «Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Сигналу левого поворота (разворота) соответствует вытянутая в сторону левая рука либо правая, вытянутая в сторону и согнутая в локте под прямым углом вверх. Сигналу правого поворота соответствует вытянутая в сторону правая рука либо левая, вытянутая в сторону и согнутая в локте под прямым углом вверх. Сигнал торможения подается поднятой вверх левой или правой рукой»

Результаты проведенного исследования позволяют заключить, что в сложившейся 04 марта 2024 года дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя ФИО1, управлявшего а/м BMW Х5М, каких либо несоответствий требованиям части 2 п. 10.1 ПДД РФ не установлено.

Результаты проведенного исследования позволяют заключить, что в сложившейся 04 марта 2024 года дорожно-транспортной ситуации действия водителя ФИО2, управлявшего а/м SUZUKI JIMNY, продолжившего выполнение маневра разворота, при наличии движущихся во встречном направлении по своей проезжей части ул. Коммунистической на разрешающий сигнал светофора транспортных средств, не соответствовали требованиям пункта 8.1 ПДД РФ.

Как следует из проведенных расчетов водитель автомобиля BMW Х5М, водитель ФИО1, не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем SUZUKI JIMNY, с момента возникновения опасности для движения, даже путем применения своевременного экстренного торможения.

Исследование вопроса о наличии или отсутствии технической возможности предотвращения столкновения водителем ФИО2, путем применения торможения (в соответствии с требованиями пункта 10.1 абз.2, при возникшей для него опасности - обнаружении двигавшегося в поперечном направлении автомобиля BMW Х5М), с технической точки зрения не имеет смысла, поскольку отказ от завершения маневра разворота (дождаться момента до полного освобождения проезжей части другими транспортными средствами), исключал столкновение.

С технической точки зрения, следует заключить о том, что действие водителя ФИО2, продолжившего выполнение маневра разворота, до полного освобождения перекреста транспортными средствами, движущимися во встречном направлении на разрешающий сигнал светофора, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, было необходимым условием возникновения опасной ситуации, в исследуемом ДТП от 04 марта 2024 года, т.е. ситуации, в которой водителю автомобиля SUZUKI JIMNY, для предотвращения столкновения необходимо было остановиться в центре пересечения проезжих частей, заняв соответствующее крайнее левое положение, и продолжить выполнение маневра после полного освобождения проезжей части другими транспортными средствами.

Исходя из вида, характера, места локализации и способа причинения, все повреждения автомобиля BMW Х5М, гос. per. знак № 

<

...> отраженные в представленной к исследованию фототаблице, выполненной с целью фиксации повреждений указанных в Акте осмотра транспортного средства к экспертному заключению №2603/2024 от 29 марта 2024 года составленному специалистом ИП ФИО5, являются следствием ДТП, имевшего место 04 марта 2024 года.

Расчетная рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля BMW Х5М, по состоянию на дату события составляет: без учета износа комплектующих деталей подлежащих замене 1 303 600,00 (один миллион триста три тысячи шестьсот) рублей; с учетом износа комплектующих деталей подлежащих замене 880 000,00 (восемьсот восемьдесят тысяч) рублей;

Разрешая заявленные исковые требования, установив, что убытки истцу причинены по вине ответчика ФИО2, допустившего нарушение правил дорожного движения, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с последнего в пользу истца стоимость восстановительного ремонта автомобиля в размере 903 600 рублей.

Оснований для удовлетворения требований истца к ответчикам АО «Т-Страхование», ФИО3 суд первой инстанции не усмотрел.

Также с ответчика ФИО2 в пользу истца были взысканы, расходы за проведение независимой экспертизы в размере 7 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 728 рублей.

Оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что убытки подлежат возмещению за счет ответчика ФИО2, у судебной коллегии не имеется, поскольку вывод основан на нормах материального права и установленных по делу обстоятельствах.

Согласно подпункту «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя) (наличный или безналичный расчет) в случае наличия соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

О достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать, в том числе, выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом (абзац 2 пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Таким образом, в силу подпункта «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший с согласия страховщика вправе получить страховое возмещение в денежной форме. При этом каких-либо ограничений для реализации такого права потерпевшего при наличии согласия страховщика действующее законодательство не содержит.

Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 63, 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - постановление Пленума № 31) следует, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ).

При реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом (пункт 64).

Исходя из разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции для установления юридически значимых обстоятельств приобщил к материалам дела новые доказательства.

По заявлению страховой компании 06 марта 2024 года ООО «Русская консалтинговая группа» подготовлено экспертное заключение согласно которому затраты на восстановительный ремонт автомобиля, принадлежащего ФИО1 на дату происшествия с учетом износа составляют 436 268 рублей 56 копеек, без учета износа 723 836 рублей.

После определения стоимости ремонта автомобиля, 11 апреля 2024 года ФИО1 обратился в страховую компанию АО «Т-Страхование», из которого усматривается, что заявитель просил осуществить страховую выплату в денежном выражении. 11 апреля 2024 года между АО «Т-Страхование» и ФИО1 заключено соглашение по условиям которого стороны пришли к соглашению об урегулировании страхового случая, по условиям которого выплата осуществляется в денежной форме в размере 400 000 рублей. ФИО1 соглашение не оспаривал, его воля была направлена на получение страхового возмещения в виде денежной страховой выплаты путем безналичных расчетов, воля выражена явно и недвусмысленно. Таким образом, между страховщиком и потерпевшим достигнуто соглашение о денежной выплате.

В связи с чем, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требований к страховой компании.

В целях проверки доводов апелляционной жалобы, поданной ответчиком ФИО2 судом апелляционной инстанции допрошен эксперт ООО «НОКС» ФИО6, проводивший по делу судебную экспертизу, а также дополнительную судебную экспертизу. Из пояснений эксперта усматривается, что действия водителя ФИО2 не соответствовали правилам дорожного движения, автомобиль Suzuki выехал на перекресток на запрещающий желтый сигнал светофора, он не должен был осуществлять движение, однако продолжил осуществлять маневр разворота. Исследование вопроса о наличии или отсутствии технической возможности предотвращения столкновения водителем ФИО2 путем применения торможения с технической точки зрения не имеет смысла, отказ от завершения маневра разворота исключал столкновение, для предотвращения столкновения водителю ФИО2 необходимо было остановиться в центре пересечения проезжих частей и продолжить выполнение маневра после освобождения проезжей части другими участниками движения. Из пояснений эксперта усматривается, что выводы, изложенные при проведении дополнительной судебной экспертизы, сделаны с учетом видеограммы, представленной при назначении дополнительной экспертизы. Автомобиль BMW X5M не имел возможности предотвратить столкновение даже путем экстренного торможения, автомобиль осуществлял движение на разрешающий для него сигнал светофора. Из исходных данных автомобиль BMW X5M подъезжал к светофору, имел скорость, загорелся зеленый свет и он продолжил движение. Положения пункта 13.7 Правил дорожного движения к действиям водителя Suzuki не применяется.

По ходатайству ответчика ФИО7 после допроса эксперта судебной коллегией по делу назначена повторная судебная экспертиза, производство которой поручено ООО «Лаборатория специальных экспертиз по Южному округу».

Согласно выводам проведенной по делу повторной судебной экспертизы, действия водителя ФИО2 при управлении транспортным средством Suzuki, государственный регистрационный знак № 

<

...> в момент дорожно-транспортного происшествия 04 марта 2024 года в 15 часов 08 минут у дома 6 по ул. Гоголя г. Волгограда, не соответствовали требованиям Правил дорожного движения РФ (пункт 6.2, 6.13 ПДД РФ). Водитель ФИО2 должен был руководствоваться пунктами 6.2 и 6.13 ПДД РФ.

Действия водителя ФИО1 при управлении транспортным средством марки BMW X5M, государственный регистрационный знак № 

<

...>, в момент дорожно-транспортного происшествия 04 марта 2024 года в 15 часов 08 минут у дома 6 по ул. Гоголя г. Волгограда, соответствовали требованиям Правил дорожного движения РФ. Водитель ФИО1 руководствовался пунктом 13.8 ПДД РФ.

У ФИО2, управлявшего транспортным средством Suzuki, государственный регистрационный знак № 

<

...>, в момент дорожно-транспортного происшествия 04 марта 2024 года в 15 часов 08 минут у дома 6 по ул. Гоголя г. Волгограда, имелась техническая возможность в конкретной дорожно-транспортной ситуации предотвратить дорожно-транспортное происшествие, с учетом видеозаписи ДТП от 04 марта 2024 года путем соблюдения пунктов 6.2 и 6.13 ПДД РФ.

У ФИО1, при управлении транспортным средством марки BMW X5M, государственный регистрационный знак № 

<

...>, в момент дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 04 марта 2024 года в 15 часов 08 минут у дома 6 по ул. Гоголя г. Волгограда, отсутствовала техническая возможность в конкретной дорожно-транспортной ситуации предотвратить дорожно-транспортное происшествие, с учетом видеозаписи ДТП от 04 марта 2024 года.

Действия водителя ФИО2, управлявшего транспортным средством Suzuki, государственный регистрационный знак № 

<

...> с технической точки зрения, явились причиной дорожно-транспортного происшествия от 04 марта 2024 года, с учетом видеозаписи от 04 марта 2024 года.

В заключении отражены повреждения транспортного средства BMW X5M, государственный регистрационный знак № 

<

...>, которые соответствуют обстоятельствам и механике дорожно-транспортного происшествия от 04 марта 2024 года, с учетом видеозаписи от 04 марта 2024 года:

С учетом ответа на предыдущие вопросы, рыночная стоимость восстановительного ремонта повреждений автомобиля BMW X5M, государственный регистрационный знак № 

<

...>, соответствующих обстоятельствам и механике дорожно-транспортного происшествия от 04 марта 2024 года, на дату проведения исследования составляет 1 216 000 рублей.

Оценив заключение повторной судебной экспертизы, выполненной ООО «Лаборатория специальных экспертиз по Южному округу» как отдельно, так и в совокупности с иными доказательствами по делу, судебная коллегия полагает обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что именно в результате действий ответчика ФИО2 истцу причинены убытки.

Как следует из положений пункта 6.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, круглые сигналы светофора имеют следующие значения: зеленый сигнал разрешает движение; зеленый мигающий сигнал разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло); желтый сигнал запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов; желтый мигающий сигнал разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности; красный сигнал, в том числе мигающий, запрещает движение. Сочетание красного и желтого сигналов запрещает движение и информирует о предстоящем включении зеленого сигнала.

Из пункта 6.13 Правил дорожного движения Российской Федерации следует, что при запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при ее отсутствии: на перекрестке - перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам; перед железнодорожным переездом - в соответствии с пунктом 15.4 Правил; в других местах - перед светофором или регулировщиком, не создавая помех транспортным средствам и пешеходам, движение которых разрешено.

Исходя из исследовательской части заключения повторной судебной экспертизы ООО «Лаборатория специальных экспертиз по Южному округу» первичной причиной возникновения дорожно-транспортного происшествия является выезд автомобиля Suzuki под управлением водителя ФИО2 на перекресток на запрещающий сигнал светофора. При этом ситуация о смене сигнала светофора являлась читаемой и ожидаемой (до момента включения запрещающего сигнала светофора был включен зеленый мигающий сигнал). Между включением запрещающего сигнала светофора и выездом автомобиля Suzuki на пересекаемую проезжую часть с улицей Коммунистической происходит 2.230 сек. При этом время реакции водителя в данной дорожной ситуации 0,8 сек. То есть водителем автомобиля Suzuki ФИО2 совершение маневра разворота на запрещающий сигнал светофора было целенаправленным и продуманным.

Водитель ФИО2 целенаправленно выехал на перекресток на запрещающий (желтый) сигнал светофора.

Водитель ФИО1 выехал на перекресток на разрешающий зеленый сигнал светофора.

В действиях водителя ФИО2 наблюдается несоответствие пунктам 6.2, 6.13 ПДД РФ.

Оснований не согласиться с выводами проведенной по делу повторной судебной экспертизы ООО «Лаборатория специальных экспертиз по Южному округу» у судебной коллегии не имеется, заключение является полным, ясным, неточностей и противоречий не содержит, эксперт обладает специальными познаниями, был предупрежден об уголовной ответственности.

Представленная в суд первой инстанции ответчиком ФИО2 рецензия, выполненная ИП ФИО8 на заключение дополнительной судебной экспертизы ООО «НОКС», из которой усматривается, что действия водителя автомобиля Suzuki регламентированы требованиями пунктов 6.2 и 10.1 абзац 2 и пунктом 13.7 Правил дорожного движения, а действия водителя ФИО1 усматриваются несоответствие требованиям пункта 1.5 абзаца 1 и пункта 13.8 Правил дорожного движения Российской Федерации, на выводы суда первой инстанции не влияет. Выводы, изложенные в рецензии опровергаются выводами, проведенной по ходатайству ответчика повторной судебной экспертизы ООО «Лаборатория специальных экспертиз по Южному округу».

При этом следует отметить, что выводы экспертного заключения ООО «Лаборатория специальных экспертиз по Южному округу» подтверждают пояснения эксперта ООО «НОКС» ФИО6, допрошенного судом апелляционной инстанции до назначения повторной судебной экспертизы, несмотря на то, что выводы исследований, проведенных экспертом ООО «НОКС» ФИО6 были поставлены судебной коллегией под сомнение.

Таким образом, из доказательств, имеющихся в деле, усматривается, что истцу убытки причинены по вине ответчика ФИО2, а следовательно, выводы суда о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца причиненных убытков являются обоснованными.

Доводы ответчика ФИО2 об отсутствии его вины в произошедшем дорожно-транспортном происшествии своего подтверждения не нашли, опровергаются доказательствами, имеющимися в деле.

Ссылка ответчика ФИО2 на то обстоятельство, в заключении судебной экспертизы, выполненной ООО «Лаборатория специальных экспертиз по Южному округу» указано на необходимость водителя ФИО1 руководствоваться пунктом 13.8 Правил дорожного движения Российской Федерации, которым установлено, что при включении разрешающего сигнала светофора водитель обязан уступить дорогу транспортным средствам, завершающим движение через перекресток, и пешеходам, не закончившим переход проезжей части данного направления, само по себе на выводы суда первой инстанции не влияет.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», при квалификации действий водителя по части 2 статьи 12.13 или части 3 статьи 12.14 КоАП РФ необходимо учитывать, что преимущественным признается право на первоочередное движение транспортного средства в намеченном направлении по отношению к другим участникам дорожного движения, которые не должны начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить участников движения, имеющих по отношению к ним преимущество, изменить направление движения или скорость (п. 1.2 Правил дорожного движения).

Водитель транспортного средства, движущегося в нарушение Правил по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Как указано выше, водитель ФИО2 выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора. Следовательно, именно этот водитель является лицом, виновным в причинении истцу убытков и его действия находятся в причинной связи с возникшими у истца убытками.

Довод ответчика ФИО2 о том, что он обращался в органы ГИБДД с заявлением о привлечении ФИО1 к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения, однако данный вопрос до настоящего времени не рассмотрен, на выводы суда первой инстанции не влияет. При рассмотрении настоящего спора, установлена вина ответчика ФИО2 в совершении дорожно-транспортного происшествия, в результате которого истцу причинены убытки.

Утверждение ответчика ФИО2 о том, что суд апелляционной инстанции необоснованно отказал в удовлетворении его ходатайства о вызове и допросе эксперта ООО «Лаборатория Специальных Экспертиз по Южному округу» ФИО9, а также отказал в отложении слушания по делу для предоставления рецензии на заключение повторной судебной экспертизы, назначенной судом апелляционной инстанции по ходатайству ФИО2, чем лишил его права на предоставление доказательств, не свидетельствует о нарушении принципа состязательности и равноправия сторон. Ходатайства ФИО2 судом апелляционной инстанции рассмотрены, оснований к их удовлетворению не имелось. Заключение судебной экспертизы, выполненной ООО «Лаборатория Специальных Экспертиз по Южному округу», является полным, противоречий не содержит, в связи с чем оснований к допросу эксперта не имелось. Само по себе несогласие с выводами проведенной экспертизы, основанием для удовлетворения ходатайств ФИО2 служить не может.

Вместе с тем, учитывая, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля, принадлежащего истцу, в соответствии с выводами судебной экспертизы, проведенной ООО «Лаборатория Специальных Экспертиз по Южному округу» составляет 1 216 000 рублей, в то время как при разрешении требований истца суд первой инстанции исходил из стоимости восстановительного ремонта автомобиля 1 303 600 рублей, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об изменении судебного акта в части размера взысканной в пользу истца суммы и уменьшению с 903 600 рублей до 816 000 рублей ( 1 216 000 – 400 000).

Исходя из размера удовлетворенных требований 90,31 % ( истец просил 903 600 рублей, удовлетворено 816 000 рублей), подлежит изменению судебный акт в части размера взысканных расходов по проведению судебной экспертизы ООО «НОКС», взысканная с ФИО2 сумма 101 000 рублей подлежит уменьшению до 91 213 рублей 10 копеек, а с истца ФИО1 в пользу ООО «НОКС» следует взыскать 9 786 рублей 90 копеек.

Также подлежит изменению размер государственной пошлины, взысканной с ФИО2 в пользу ФИО1, уменьшению с 13 728 рублей до 11 360 рублей.

Из заявления ООО «Лаборатория Специальных Экспертиз по Южному округу» следует, что стоимость экспертизы составляет 80 000 рублей.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам (статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Ответчиком ФИО2 на депозит финансово-бухгалтерского отдела Волгоградского областного суда внесена денежная сумма в счет отплаты экспертизы в размере 40 000 рублей (т. 3 л.д. 21).

Исходя из результатов рассмотрения спора, обязанность по оплате проведенных исследований должны нести истцы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчик пропорционально той части исковых требований, в которой истцам отказано.

С учетом изложенного, необходимо поручить финансово-бухгалтерскому отделу Волгоградского областного суда перечислить с депозитного счета Волгоградского областного денежную сумму в размере 40 000 рублей на расчетный счет ООО «Лаборатория Специальных Экспертиз по Южному округу». С ответчика ФИО2 в пользу экспертной организации подлежат взысканию расходы на проведение экспертизы в размере 32 248 рублей, а с ФИО1 подлежат взысканию расходы в размере 7 752 рубля.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 329-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

определила:

решение Дзержинского районного суда г. Волгограда от 06 мая 2025 года изменить в части взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 стоимости восстановительного ремонта автомобиля, расходов за проведение независимой экспертизы, расходов по оплате государственной пошлины, уменьшив сумму взыскания стоимости восстановительного ремонта автомобиля с 903 600 рублей до 816 000 рублей, сумму расходов за проведение независимой экспертизы с 7000 рублей до 6 321 рубля 70 копеек, сумму расходов по оплате государственной пошлины с 13 728 рублей до 11 360 рублей.

Решение Дзержинского районного суда г. Волгограда от 06 мая 2025 года изменить в части взыскания с ФИО2 в пользу ООО «НОКС» расходов за проведение судебной автотехнической экспертизы и дополнительной автотехнической экспертизы, уменьшив сумму взыскания со 101 000 рублей до 91 213 рублей 10 копеек.

Решение Дзержинского районного суда г. Волгограда от 06 мая 2025 года дополнить указание на взыскание с ФИО1 в пользу ООО «НОКС» расходов за проведение судебной автотехнической экспертизы и дополнительной автотехнической экспертизы в размере 9786 рублей 90 копеек.

В остальной части решение Дзержинского районного суда г.Волгограда от 06 мая 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Возложить обязанность на финансово-бухгалтерский отдел Волгоградского областного суда перечислить денежные средства, внесенные ФИО2 на основании чека по операции от 1 сентября 2025 года, с депозитного счета Волгоградского областного суда (расчётный счёт 

<

***>) в размере 40 000 рублей по следующим реквизитам:

Получатель: ООО «Лаборатория Специальных Экспертиз по Южному Округу»

ИНН: 

<

***>

КПП: 344401001

Расчетный счет № 

<

***>

Корреспондентский счет № 30101810500000000207

Наименование банк: филиал «Ростовский» АО «Альфа-Банк»

БИК: 046015207

Взыскать с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ (ИНН № 

<

...>) в пользу ООО «Лаборатория Специальных Экспертиз по Южному Округу» (ИНН 

<

***>) расходы на производство повторной судебной экспертизы в размере 32 248 рублей.

Взыскать с ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт № 

<

...> выдан отделением 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, № 

<

...> в пользу ООО «Лаборатория Специальных Экспертиз по Южному Округу» (ИНН 

<

***>) расходы на производство повторной судебной экспертизы в размере 7 752 рублей.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27 января 2026 года.

Председательствующий:

Судьи: