Дело № 2-759/2019

УИД №24RS0006-01-2019-000758-59

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 августа 2019 года г. Боготол

Боготольский районный суд Красноярского края 

в составе:

председательствующего судьи Гусевой И.В.,

с участием истца ФИО1,

третьего лица ФИО2,

представителя ответчика администрации г. Боготола Красноярского края ФИО3, действующей на основании доверенности,

при секретаре Пестеревой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к администрации города Боготола о признании приобретшей право пользования жилым помещением на основании договора социального найма,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к администрации г. Боготола (с учетом уточнения) о признании приобретшей право пользования жилым помещением на основании договора социального найма. Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ жилое помещение по адресу: 

<

адрес> было предоставлено в пользование согласно типовому договору найма жилого помещения в доме местного Совета депутатов трудящихся, государственной, кооперативной и общественной организации ПНА, являвшейся бабушкой истца, ордер при вселении не выдавался. С момента постройки и до 2004 года данное жилое помещение находилось на балансе Министерства путей сообщения и было предоставлено согласно вышеуказанному договору ПНА. и членам ее семьи, в связи с тем, что ПНА работала в СМП-378 – подразделении Красноярской железной дороги. Членами семьи ПНА. являлись ФИО2 (мать истца), проживающая по адресу ул. 

<

адрес> с момента заселения и истец ФИО1, проживающая по указанному адресу с момента рождения ДД.ММ.ГГГГ. 

ДД.ММ.ГГГГ ПНА. умерла, члены ее семьи продолжали проживать в указанном жилом помещении, несли расходы по оплате коммунальных услуг. ДД.ММ.ГГГГ ЖЭУ -1 НГЧ-4 перезаключили типовые договоры найма с жильцами на условиях бессрочного пользования. При подготовке договоров ЖЭУ -1 НГЧ-4 информацией о смерти ПНА. не располагало. Истец подписала договор, в связи с чем в договор найма жилого помещения были внесены исправления и с февраля 2001 ответственным квартиросъемщиком и плательщиком коммунальных услуг является истец. В 2004 году дом по 

<

адрес> был передан с баланса ОАО «РЖД» в муниципальную собственность администрации г. Боготола, при этом перезаключение договора найма жилого помещения ответчиком не требовалось. Истец ФИО1 и ее мать ФИО2 проживали в жилом помещении до ДД.ММ.ГГГГ, пока на рабочем совещании в администрации г. Боготола ДД.ММ.ГГГГ не было принято решение об отселении жильцов 

<

адрес>, в связи с угрозой обрушения и причинения вреда жизни и здоровью проживающих в нем граждан. До ДД.ММ.ГГГГ дом 

<

адрес>, был расселен и отключен от всех коммуникаций, включая электроснабжение. В июне 2019 года администрация г. Боготола обратилась к истцу с целью актуализации договора социального найма жилого помещения. Истцом были предоставлены документы, однако администрацией в признании права пользования жилым помещением на условиях договора социального найма в устной форме было отказано, договор социального найма не перезаключен, в связи с чем истец теряет право на получение жилья взамен утраченного по программе переселения из ветхого и аварийного жилья или по каким либо иным муниципальным жилищным программам. Просит суд признать ФИО1 приобретшей право пользования жилым помещением по адресу 

<

адрес>.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, по изложенным выше основаниям, дополнительно пояснила, что она проживала в спорной квартире с момента рождения и до ноября 2017 года, до момента расселения дома, в связи с наличием реальной угрозы его обрушения. Указанная квартира выделялась ее бабушке, в квартире она проживала с бабушкой и мамой. Другого жилья у них нет, в квартире они проживали постоянно, несли расходы по оплате коммунальных услуг. После смерти бабушки с согласия матери, она заключила с НГЧ договор найма жилого помещения, до настоящего времени она является нанимателем указанного жилого помещения.

Представитель ответчика администрации г. Боготола ФИО3 (по доверенности) разрешение вопроса оставила на усмотрение суда.

Суду пояснила, что указанный дом был передан в муниципальную собственность в 2004 году. После передачи дома договор соцнайма с истцом не заключался, решение о предоставлении жилого помещения по договору соцнайма не принималось. Поэтому истцу было рекомендовано обратиться с указанным заявлением в суд. То, что истец вместе с мамой проживала в указанном жилом помещении, не оспаривают.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании не возражала против удовлетворения исковых требований, пояснила, что квартира была предоставлена ее маме П, на тот момент членами семьи были бабушка, ее мама, брат и она. Сейчас бабушка, мама и брат умерли. Она прописана в данной квартире 56 лет, кроме нее в квартире с рождения зарегистрирована и проживает ее дочь ФИО1 После смерти ее мамы, с ее согласия дочь заключила договор найма жилого помещения с НГЧ-1. Полагает, что они приобрели право пользования данной квартирой на условиях договора социального найма.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд находит требования ФИО1 подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации никто не может быть произвольно лишен жилища.

Согласно ч. 4 ст. 10 ЖК РФ жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости производного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (статья 25 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 5 Федерального закона № 189-ФЗ от 29.12.2004 "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Исходя из положений ст. 50, 51 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего в период спорных правоотношений, заключение договора найма жилого помещения в письменной форме в обязательном порядке не требовалось. Согласно ст. 47 Жилищного кодекса РСФСР ордер на жилое помещение являлся основанием для вселения в жилое помещение. Однако отсутствие у гражданина ордера на занятие жилого помещения при фактическом вселении в предоставленное жилое помещение, проживании в нем и исполнении обязанностей нанимателя само по себе не может служить препятствием к возникновению у такого лица права пользования жилым помещением.

Статьей 17 Жилищного кодекса РСФСР устанавливалось, что управление ведомственным жилищным фондом осуществлялось министерствами, государственными комитетами, ведомствами и подчиненными им предприятиями, учреждениями, организациями.

Порядок предоставления жилых помещений в домах ведомственного жилищного фонда был предусмотрен статьей 43 Жилищного кодекса РСФСР, в соответствии с которой жилые помещения предоставлялись гражданам по совместному решению администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации, утвержденному исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Совета народных депутатов, - по совместному решению администрации и профсоюзного комитета с последующим сообщением исполнительному комитету соответствующего Совета народных депутатов о предоставлении жилых помещений для заселения.

В соответствии с ч. 1 ст. 54 Жилищного кодекса РСФСР наниматель вправе был в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи.

Частью 1 ст. 53 Жилищного кодекса РСФСР было предусмотрено, что члены семьи нанимателя, проживающие совместно с ним, пользуются наравне с нанимателем всеми правами и несут все обязанности, вытекающие из договора найма жилого помещения.

Аналогичные положения содержатся в ст. 69, ч. 1 ст. 70 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Так, в соответствии со ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации, к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Исходя из требований ст. 70 ЖК РФ, наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма не состоящих с собой в родстве граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи.

Граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами ст. 70 Жилищного кодекса Российской Федерации, приобретают равное с нанимателем право пользования жилым помещением, если эти граждане являются или признаются членами его семьи.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" даны разъяснения о том, что согласно части 2 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности независимо от того, вселялись ли они в жилое помещение одновременно с нанимателем или были вселены в качестве членов семьи нанимателя впоследствии (п. 24).

Верховным Судом РФ в п. 25 указанного выше Постановления Пленума от 02.07.2009 № 14 обращено внимание судов на то, что при решении вопроса о возможности признания иных лиц членами семьи нанимателя, суду необходимо выяснить, были ли эти лица вселены в жилое помещение в качестве члена семьи нанимателя или в ином качестве, вели ли они с нанимателем общее хозяйство, в течение какого времени они проживают в жилом помещении, имеют ли они право на другое жилое помещение и не утрачено ли ими такое право.

Таким образом, исходя из приведенных выше норм права, юридически значимыми обстоятельствами, имеющими существенное значение для правильного разрешения настоящего дела, на основании которых суд вправе признать за гражданином право пользования жилым помещением, в силу ст. ст. 69, 70 Жилищного кодекса Российской Федерации являются: согласие нанимателя и членов его семьи на вселение гражданина в жилое помещение, реальное вселение и проживание в жилище, признание членом семьи нанимателя, ведение общего хозяйства с нанимателем, отсутствие иного соглашения о порядке пользования жилым помещением.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, ранее принадлежала ФГУП «Красноярская железная дорога» и была передана в собственность МО Боготол (приложение № 1 к акту приема-передачи от 19.04.2004). 

На основании постановления администрации г. Боготола № 356 от 12.04.2004 вышеуказанная квартира была внесена в реестр муниципальной собственности г. Боготола, реестровый номер №

Согласно копии поквартирной карточки вышеуказанное жилое помещение было предоставлено нанимателю ПНА. ДД.ММ.ГГГГ. и членам ее семьи: дочери ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ.р., что также подтверждается типовым договором найма жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно свидетельству о смерти ПНА. умерла ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из материалов дела, родителями ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются ФИО5 и ФИО4, что подтверждается свидетельством о рождении.

ДД.ММ.ГГГГ между ЖЭУ-1 НГЧ-4 и ФИО1 был заключен типовой договор найма жилого помещения. 

Истец ФИО1 зарегистрирована в указанном жилом помещении с ДД.ММ.ГГГГ, которая до настоящего времени сохраняет регистрацию по указанному адресу, что подтверждается выпиской из домовой книги, отметкой о регистрации в паспорте, копией домовой книги (л.д. 7, 27).

Кроме истца ФИО1 в указанном выше помещении также зарегистрирована ее мать ФИО6

Согласно справки ООО «УКЖФ», выданной ФИО1, задолженность по квартплате за жилое помещение по адрес: 

<

адрес>, отсутствует.

По информации Боготольского отделения филиала ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» по Красноярскому краю от ДД.ММ.ГГГГ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ сведений о зарегистрированных правах на объект недвижимости, расположенный по адресу: 

<

адрес> не имеется (л.д. 57).

Согласно сведениям из ЕГРН по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. сведений о зарегистрированных правах на объект недвижимости, расположенный по адресу: 

<

адрес> не имеется (л.д. 55-56).

По информации администрации г. Боготола, договор социального найма на жилое помещение по ул. 

<

адрес> не заключался; решения о выделении квартиры не значатся.

Согласно пункту 1 статьи 88 Жилищного кодекса РСФСР (ч. 2 ст. 82 Жилищного кодекса Российской Федерации) совершеннолетний член семьи нанимателя может с согласия нанимателя и остальных совершеннолетних членов семьи требовать признания его нанимателем по ранее заключенному договору найма вместо первоначального нанимателя. Такое же право принадлежит в случае смерти нанимателя любому совершеннолетнему члену семьи умершего.

В соответствии с действовавшим на момент смерти основного нанимателя жилищным законодательством истец, являясь членом семьи нанимателя, вправе была требовать заключения с ней договора найма жилого помещения после смерти ФИО7 (часть 1 статьи 88 ЖК РСФСР)

Аналогичные положения содержатся в статье 82 Жилищного кодекса Российской Федерации, действующего с 01 марта 2005 года.

Данной статьей предусмотрено право дееспособного члена семьи нанимателя с согласия остальных членов своей семьи и наймодателя в случае смерти нанимателя требовать признания себя нанимателем по ранее заключенному договору социального найма вместо первоначального нанимателя.

После смерти первоначального нанимателя ПНА., нанимателем с согласия единственного члена семьи ФИО2, была признана ее внучка ФИО1, которая заключила ДД.ММ.ГГГГ с ЖЭУ-1 НГЧ-4 типовой договор найма жилого помещения. 

Согласно представленной истцом в материалы дела выписке из домовой книги, составленной УК ЖФ г. Боготола ДД.ММ.ГГГГ, основным нанимателем (квартиросъемщиком) квартиры по адресу: 

<

адрес>, до настоящего времени числится ФИО1.

С ДД.ММ.ГГГГ. истец не пользуется жилым помещением, в связи с отселением жильцов дома № 

<

адрес>, поскольку существует угроза обрушения дома и причинения вреда здоровью.

Отсутствие у гражданина ордера на занятие жилого помещения при фактическом вселении в предоставленное жилое помещение, проживании в нем и исполнении обязанностей нанимателя само по себе не может служить препятствием к возникновению у такого лица права пользования жилым помещением.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что вселение в жилое помещение новых членов семьи нанимателя, согласно части 2 статьи 70 ЖК РФ, влечет за собой необходимость внесения соответствующих изменений в ранее заключенный договор социального найма жилого помещения в части указания таких лиц в данном договоре. Вместе с тем несоблюдение этой нормы само по себе не является основанием для признания вселенного члена семьи нанимателя не приобретшим права на жилое помещение при соблюдении установленного частью 1 статьи 70 ЖК РФ порядка вселения нанимателем в жилое помещение других граждан в качестве членов своей семьи.

В соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированными в сохраняющих свою силу решениях (Постановления от 4 апреля 1996 г. № 9-П и от 2 февраля 1998 г. № 4-П) и подлежащими обязательному учету в правоприменительной практике, сам по себе факт регистрации или отсутствия таковой не порождает для гражданина каких-либо прав и обязанностей и не может служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан; регистрация в том смысле, в каком это не противоречит Конституции Российской Федерации, является лишь предусмотренным федеральным законом способом учета граждан в пределах Российской Федерации, носящим уведомительный характер и отражающим факт нахождения гражданина по месту пребывания или жительства.

Отсутствие у истца документов, подтверждающих законность вселения, не может являться основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, поскольку отсутствие таких документов при фактическом вселении в жилое помещение распорядителем жилищного фонда, регистрация (прописка) и длительное проживание в нем, исполнение обязанностей по оплате за пользование жильем и коммунальными услугами, свидетельствуют о возникновении у истца права пользования данным жилым помещением на условиях договора социального найма.

Более того, невыполнение должностными лицами своих обязанностей по надлежащему оформлению жилищных правоотношений с гражданами не может повлечь для последних ограничений в реализации права на жилище.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлены доказательства незаконности вселения и проживания истца в спорном жилом помещении.

В соответствии с ч. 3 ст. 11 ЖК РФ защита жилищных прав осуществляется путем признания жилищного права.

В ходе судебного разбирательства установлено, что спорное жилое помещение было предоставлено бабушке истца, являвшейся нанимателем жилого помещения, сам истец с рождения был вселен в данное жилое помещение, зарегистрирован в нем и постоянно проживал, после смерти нанимателя (бабушки) остался проживать в спорном жилом помещении, нес бремя его содержания. 

Учитывая установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что истец как член семьи нанимателя (своей бабушки) приобрел равное с нанимателем право пользования спорным жилым помещением, а после смерти бабушки в 2000 году выполняет обязанности нанимателя данного жилого помещения по основаниям ч. 1 ст. 88 Жилищного кодекса РСФСР (ч. 2 ст. 82 Жилищного кодекса Российской Федерации), согласно которой совершеннолетний член семьи нанимателя может с согласия нанимателя и остальных совершеннолетних членов семьи требовать признания его нанимателем по ранее заключенному договору найма вместо первоначального нанимателя.

Поскольку ФИО1 приобрела права пользования спорной квартирой по основаниям, предусмотренным Жилищным кодексом Российской Федерации, Жилищного кодекса РСФСР, занимает жилое помещение на законных основаниях, суд приходит к выводу, об удовлетворении заявленных требований истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к администрации города Боготола Красноярского края о признании приобретшей право пользования жилым помещением на основании договора социального найма удовлетворить.

Признать ФИО1 приобретшей право пользования жилым помещением по адресу город 

<

адрес>, на основании договора социального найма.

Решение суда может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Боготольский районный суд Красноярского края в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья И.В. Гусева

Мотивированное решение изготовлено 30 августа 2019 года.