УИД 31RS0016-01-2020-003956-58 Дело №2-3030/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 октября 2020 года город Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи: Шатенко Т.Н.,

при секретаре: Пилипенко Л.В.,

с участием: представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2 о защите чести, достоинства, деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

В начале апреля 2017 года председателю Попечительского совета Фонда поддержки и развития профессионального театрального искусства, главе администрации г.Белгорода, начальнику управления культуры 

<

адрес>, председателю Межрегионального межотраслевого профсоюза «Правда», Художественному руководителю БГАТ им. М.С. Щепкина, прокурору г.Белгорода адресовано обращение от имени сотрудников ОГАУК «Белгородский государственный академический драматический театр им. М.С. Щепкина» без подписей, в котором, указано, в том числе, что 

<

данные изъяты>. 

ДД.ММ.ГГГГ в адрес начальника департамента финансов и бюджетной политики Белгородской области поступило письмо-заявление от имени коллектива ОГАУК «Белгородский государственный академический драматический театр им. М.С. Щепкина» без подписей, в котором указано, в том числе, 

<

данные изъяты>. 

Дело инициировано иском ФИО3, которая, ссылаясь на то, что автором указанных обращения и письма-заявления является ФИО2, содержащаяся в обращении и письме-заявлении информация не соответствует действительности, порочит ее честь, достоинство и деловую репутацию, в связи с подачей обращения и письма-заявления она испытала сильные моральные переживания, с учетом уточнения исковых требований в окончательной редакции, просила:

- признать не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца сведения, распространенные ФИО2: 

по обращению от апреля 2017 года о том, что ФИО3: 

<

данные изъяты>;

по обращению от ДД.ММ.ГГГГ о том, что ФИО3 

<

данные изъяты>

- обязать ФИО2 в качестве опровержения сведений, не соответствующих действительности, направить адресатам обращения и письма-заявления копию настоящего решения суда в течение одного месяца со дня его вступления в законную силу; 

-взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере по 1 000 000 руб., а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В судебное заседание истец ФИО3 не явилась, извещена надлежаще, направила в суд своего представителя ФИО1, который требования поддержал в полном объеме по изложенным в иске и заявлении о его уточнении основаниям, в случае удовлетворения иска также просил взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате судебной автороведческой экспертизы. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признал, просил отказать в его удовлетворении, поскольку он не является автором спорных обращения и письма-заявления. 

Исследовав обстоятельства по представленным доказательствам, заслушав объяснения участвующих в деле лиц, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии со ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 29 Конституции Российской Федерации государством гарантируется право каждого на свободу мысли и слова.

Вместе с тем, в силу ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод одними лицами не должно нарушать права и свободы других лиц.

В статье 23 Конституции России закреплено, что каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

Согласно ст. 150 ГК РФ нематериальные блага: достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 года N 3 в п. 7 Постановления "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснил, что для удовлетворения иска должны быть установлены следующие обстоятельства: 1) факт распространения ответчиком сведений об истце, 2) факт несоответствия распространенных сведений действительности, 3) порочащий характер сведений.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. 

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. 

Порочащими являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

При этом обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике, истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц").

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Судом установлено, что в начале апреля 2017 года председателю Попечительского совета Фонда поддержки и развития профессионального театрального искусства, главе администрации г.Белгорода, начальнику управления культуры Белгородской области, председателю Межрегионального межотраслевого профсоюза «Правда», Художественному руководителю БГАТ им. М.С. Щепкина, прокурору г.Белгорода адресовано обращение, в котором, указано, в том числе, что 

<

данные изъяты> (л.д.23 оборот – 26). 

ДД.ММ.ГГГГ в адрес начальника департамента финансов и бюджетной политики Белгородской области поступило письмо-заявление, в котором указано, в том числе, что 

<

данные изъяты> (л.д.22-23).

Суд отмечает, что в неисполнение ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено сведений о том, что обращение от апреля 2017 года фактически поступило в адрес начальника управления культуры Белгородской области, председателя Межрегионального межотраслевого профсоюза «Правда», Художественного руководителя БГАТ им. М.С. Щепкина, прокурора г.Белгорода, а указание их в качестве адресатов данный факт не удостоверяет.

Вместе с тем, представленные истцом копия конверта и справка по результатам проверки от 03.03.2020 года удостоверяют, что обращение от апреля 2017 года поступило в адрес председателя Попечительского совета Фонда поддержки и развития профессионального театрального искусства, главы администрации г.Белгорода, а письмо-заявление от 25.02.2020 года поступило в адрес начальника департамента финансов и бюджетной политики Белгородской области (л.д.15-18, 23).

Указанные обращение и письмо-заявление, содержащие оспариваемые истцом сведения, представлены по месту работы последней, на имя ее руководителя, а также в контролирующий орган, поданы от имени коллектива ОГАУК «Белгородский государственный академический драматический театр им. М.С. Щепкина», никем не подписаны.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что факт распространения сведений об истце путем подачи обращения от апреля 2017 года председателю Попечительского совета Фонда поддержки и развития профессионального театрального искусства, главе администрации г.Белгорода и письма-заявления от 25.02.2020 года начальнику департамента финансов и бюджетной политики Белгородской области нашел подтверждение в судебном заседании.

Как следует из содержания иска и пояснений представителя истца в судебном заседании автором указанных обращения и письма-заявления является ФИО2, с которым у истца сложились давние неприязненные отношения. 

Ответчик ФИО2 отрицал факт авторства указанных обращения и письма-заявления, пояснил, что не писал и не направлял их.

Определением Октябрьского районного суда г.Белгорода от 17 августа 2020 года по делу назначена судебная автороведческая экспертиза, производство которой поручено Экспертному центру юридического института НИУ «БелГУ».

Согласно заключению эксперта №13/2020 от 31 августа 2020 года автором представленных на исследование анонимных текстов, расположенных на листах гражданского дела 22 и 23 оборот-26 является одно лицо; анонимные тексты, расположенные на листах гражданского дела 22 и 23 оборот-26 выполнены ФИО2, автором именного текста, расположенного на листах гражданского дела 20-21 (л.д.122-160).

Заключение эксперта №13/2020 от 31 августа 2020 года признается судом относимым, допустимым и достоверным доказательством, поскольку оно выполнено с соблюдением требований закона, экспертом, имеющим необходимую квалификацию по соответствующей экспертной специальности, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, выводы, изложенные в заключении, основаны на непосредственном исследовании объектов экспертизы, аргументированы, проведено полное исследование, ход которого подробно указан в исследовательской части, сделанные на его основании выводы научно обоснованы.

Доводы ответчика о том, что к заключению эксперта следует отнестись критически, голословны, поскольку никакими фактическими данными не подтверждены. Ссылаясь на необоснованность выводов судебной экспертизы ФИО2 не привел ни одного довода, свидетельствующего о наличии каких-либо ошибок, не соответствии заключения эксперта требованиям закона, нарушениях, допущенных при проведении экспертизы, а само по себе не согласие заявителя с выводами, содержащимися в заключении эксперта, не свидетельствуют о наличии таковых.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что автором спорных текстов обращения и письма-заявления является ФИО2

Представленные стороной истца скриншоты переписки судом не принимаются, поскольку они не отвечают требованиям допустимого и относимого доказательства, так как установить действительно ли второй стороной переписки является ответчик не представляется возможным, а указание в скриншоте номера телефона, принадлежащего ФИО2, не свидетельствует о том, что переписка велась именно им, при этом ответчик отрицал факт наличия такой переписки. Между тем, признание указанного доказательства недопустимым не влияет на вышеизложенные выводы суда. 

Доводы ответчика о том, что он не является автором спорных текстов, поскольку на момент их подачи находился в хороших отношениях с истцом и не имел мотива к их написанию, неубедительны, поскольку не исключают авторство ФИО2, равно как и не свидетельствуют об отсутствии у него причин к подаче соответствующих обращения и письма-заявления. Кроме того, доводы о наличии хороших взаимоотношений с истцом полностью опровергаются стороной истца и представленными в материалы дела копиями постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел. 

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации, судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Из приведенных текстов в контексте изложенного в обращении и письме-заявлении следует, что высказывания ФИО2, изложенные в них, не являются выражением субъективного мнения ответчика, поскольку приведены в смысле признаков составов преступления, нарушения действующего законодательства, совершении нечестного поступка, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной деятельности и носят характер утверждений о фактах, соответствие действительности которых можно проверить. 

Суд находит убедительными доводы истца о порочащем характере вышеуказанных сведений, поскольку они указывают на совершение противоправных действий, неэтичное, аморальное поведение истца, нарушение ей общепринятых норм и правил поведения, действующего законодательства, совершение уголовно наказуемых деяний, следовательно, они умаляют честь, достоинство и деловую репутацию истца. 

В неисполнение ст. 56 ГПК РФ ответчик не доказал соответствие действительности распространенных им сведений, то есть наличия таких действий со стороны истца. 

Напротив, согласно справке по результатам проверки письма-заявления от 25.02.2020 года, сведения, изложенные в указанном письме-обращении не нашли своего подтверждения (л.д.15-18).

С учётом вышеизложенного и в условиях отсутствия доказательств обратного, суд признает не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО3 сведения, содержащие: 

- в обращении от апреля 2017 года о том, что ФИО3: 

<

данные изъяты>;

- в письме-заявлении от ДД.ММ.ГГГГ о том, что ФИО3 

<

данные изъяты> 

В указанной части исковые требования подлежат удовлетворению. 

Иск в части требований о признании несоответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию сведений, содержащихся в письме-заявлении от ДД.ММ.ГГГГ начальнику департамента финансов и бюджетной политики Белгородской области от имени коллектива ОГАУК «Белгородский государственный академический драматический театр им. М.С. Щепкина» без подписей, о том, что 

<

данные изъяты>, надлежит оставить без рассмотрения на основании абз.4 ст.222 ГПК РФ, поскольку данные сведения изложены относительно ФИО4, а не истицы ФИО3, при этом последней не представлено данных, свидетельствующих о наличии у нее полномочий на предъявление требований от имени ФИО4

Как следует из правовой позиции, изложенной в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" при удовлетворении иска суд в резолютивной части решения обязан указать способ опровержения не соответствующих действительности порочащих сведений и при необходимости изложить текст такого опровержения, где должно быть указано, какие именно сведения являются не соответствующими действительности порочащими сведениями, когда и как они были распространены, а также определить срок (применительно к установленному статьей 44 Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации"), в течение которого оно должно последовать.

При таких данных, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца об обязании ответчика опровергнуть распространенные им в отношении ФИО5 сведения, содержащиеся в обращении и письме-заявлении, путем направления копии настоящего судебного решения адресатам указанных обращений.

Вместе с тем, суд отмечает, что поскольку истцом не доказан факт поступления обращения от апреля 2017 года в адрес начальника управления культуры Белгородской области, председателя Межрегионального межотраслевого профсоюза «Правда», Художественного руководителя БГАТ им. М.С. Щепкина, прокурора г.Белгорода, исковые требования в части обязания ответчика направить копия судебного решения в адрес указанных лиц удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, суд удовлетворяет требования об обязании ФИО2 опровергнуть распространённые им, не соответствующие действительности, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца сведения путем направления копии настоящего судебного решения в адрес председателя Попечительского совета Фонда поддержки и развития профессионального театрального искусства, главы администрации г.Белгорода и начальника департамента финансов и бюджетной политики Белгородской области 

В интересах определенности и исполнимости судебного решения, суд полагает возможным определить срок, в течение которого ответчик обязан направить копию судебного решения председателю Попечительского совета Фонда поддержки и развития профессионального театрального искусства, главе администрации г.Белгорода и начальнику департамента финансов и бюджетной политики Белгородской области – в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу. 

При разрешении требований истца о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрены основания для компенсации морального вреда. Так, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Возможность предъявления требований о взыскании компенсации морального вреда гражданином, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, прямо предусмотрена ч.5 ст. 152 ГК РФ.

В соответствии с требованиями ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.

Как следует из разъяснений, данных в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина.

Таким образом, в случае установления факта распространения не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, причинение ему морального вреда (нравственных переживаний) презюмируется.

Поскольку распространенные ФИО2 в обращении и письме-заявлении сведения признаны судом не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца, то данное обстоятельство влечет причинение истцу морального вреда.

В соответствии с п. 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Руководствуясь вышеизложенными нормами права, принимая во внимание характер и содержание оспариваемых сведений, способ их распространения, неблагоприятные последствия для истца, учитывая степень причиненных ей физических и нравственных страданий, исходя из принципов разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда в размере 10 000 руб. Оснований для взыскания морального вреда в заявленном истцом размере суд не усматривает. 

Истцом при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 300 рублей, которая в соответствии со ст. 98 ГПК РФ подлежат взысканию с ответчика в пользу истца, при этом исходя из правовой позиции, изложенной в п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) применению не подлежат. Расходы по проведению судебной экспертизы также подлежат взысканию с ответчика в пользу истца без учета положений процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО3 к ФИО2 о защите чести, достоинства, деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию сведения, содержащиеся в обращении от апреля 2017 года председателю Попечительского совета Фонда поддержки и развития профессионального театрального искусства главе администрации г.Белгорода от имени сотрудников ОГАУК «Белгородский государственный академический драматический театр им. М.С. Щепкина» без подписей, автором которого является ФИО2, о том, что ФИО3: 

<

данные изъяты>; а также сведения о 

<

данные изъяты>.

Признать не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию сведения, содержащиеся в письме-заявлении от ДД.ММ.ГГГГ начальнику департамента финансов и бюджетной политики Белгородской области от имени коллектива ОГАУК «Белгородский государственный академический драматический театр им. М.С. Щепкина» без подписей, автором которого является ФИО2, о том, что ФИО3 

<

данные изъяты>

Обязать ФИО2 опровергнуть распространенные им в отношении ФИО3 не соответствующие действительности, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию сведения, содержащиеся в обращении от апреля 2017 года председателю Попечительского совета Фонда поддержки и развития профессионального театрального искусства главе администрации г.Белгорода от имени сотрудников ОГАУК «Белгородский государственный академический драматический театр им. М.С. Щепкина» без подписей, автором которого является ФИО2, путем направления в адрес председателя Попечительского совета Фонда поддержки и развития профессионального театрального искусства главы администрации г.Белгорода копии настоящего судебного решения в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

Обязать ФИО2 опровергнуть распространенные им в отношении ФИО3 несоответствующие действительности, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию сведения, содержащиеся в письме-заявлении от ДД.ММ.ГГГГ начальнику департамента финансов и бюджетной политики Белгородской области от имени коллектива ОГАУК «Белгородский государственный академический драматический театр им. М.С. Щепкина» без подписей, автором которого является ФИО2, путем направления в адрес начальника департамента финансов и бюджетной политики Белгородской области копии настоящего судебного решения в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, по оплате судебной экспертизы в размере 21 163,06 руб.

Иск в части требований о признании несоответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию сведений, содержащихся в письме-заявлении от ДД.ММ.ГГГГ начальнику департамента финансов и бюджетной политики Белгородской области от имени коллектива ОГАУК «Белгородский государственный академический драматический театр им. М.С. Щепкина» без подписей, о том, что 

<

данные изъяты>, оставить без рассмотрения на основании абз.4 ст.222 ГПК РФ.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Белгорода в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда.

Судья