Председательствующий Лыткин С.П. Дело № 22-762/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 5 июня 2024 г.

Курганский областной суд в составе председательствующего Алфимова А.Н.

при секретаре Шайда М.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Курганской области Виноградова О.А.,

осужденного К.., его защитника - адвоката Хрущева Ф.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного К. на приговор Курганского городского суда Курганской области от 15 ноября 2023 г., по которому

К., родившийся 

<

...> г. в 

<

адрес>, судимый:

- 9 января 2018 г. по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162, п.п. «а, г, д» ч. 2 ст. 161, ч. 2 ст. 325 УК РФ, с применением ст. 70 УК РФ, к 10 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 2 года, 

- 5 октября 2022 г. по ч. 2 ст. 321 УК РФ, с применением ст. 70 УК РФ, к 6 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 2 года;

осужден по ч. 2 ст. 321 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы. 

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части основного наказания и дополнительного наказания по приговору от 5 октября 2022 г., окончательно назначено 7 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 2 года.

Заслушав объяснение осужденного и выступление его защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора об отсутствии оснований для отмены или изменения приговора, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда К. признан виновным и осужден за дезорганизацию деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, то есть угрозу применения насилия, совершенную в отношении сотрудника места лишения свободы в связи с осуществлением им служебной деятельности.

Преступление совершено 

<

...> г. в 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании К. виновным себя не признал.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный просит приговор отменить и прекратить уголовное дело в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Указывает, что суд необоснованно отказал ему в проведении судебно-медицинской экспертизы; в вызове в судебное заседание и допросе специалиста в области инфекционных заболеваний для выяснения степени влияния на психику сильнодействующих препаратов, которые он принимал; в даче им показаний в отсутствие потерпевшего и об удалении последнего с этой целью из зала суда.

Суд неправильно оценил видеозаписи видеорегистратора свидетеля З. и камеры наблюдения и пришел к неверному выводу о правомерности действий сотрудников исправительного учреждения, поскольку из записи с видеокамеры наблюдения следует, что сотрудники 

<

...> применили к нему наручники без предупреждения. Спровоцировали его на ответные действия, применили к нему насилие, угрожали. 

Выражает мнение о неправильном применении судом уголовного закона при назначении окончательного наказания и неверном исчислении начала срока отбытия им наказания по обжалуемому приговору.

Находит необоснованной ссылку на показания свидетеля Л., которая не является ни врачом, ни судебно-медицинским экспертом. Она провела его осмотр сразу после произошедшего, в то время как следы телесных повреждений на его теле проявились спустя несколько часов.

Представленный суду дубликат медицинской карты не содержит полных сведений о состоянии его здоровья и проводимых лечебных мероприятиях.

Суд при рассмотрении уголовного дела не установил обстоятельств и причин совершения им инкриминируемого деяния, принял сторону обвинения, что недопустимо и нарушает его права, в том числе на защиту.

Необоснованно отвергнуты судом показания свидетеля Д., подтвердившего, что после осмотра медсестрой он пытался добиться повторного осмотра врачом для фиксации имеющихся телесных повреждений, просил письменные принадлежности для обращения с заявлением о причинении ему телесных повреждений.

Стороной обвинения не обеспечена явка в судебное заседание свидетеля Г., показания которого имеют существенное значение для установления обстоятельств дела, в связи с чем он лишен возможности оспорить его показания, задавая вопросы.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Демисинов просит оставить приговор без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Кроме этого в судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный уточнил дату, с которой, по его мнению, надлежит исчислять срок назначенного ему наказания по обжалуемому приговору, а также просил вернуть уголовное дело прокурору, для организации дополнительного объективного расследования.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов уголовного дела, основания для отмены или изменения судебного решения в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ, по данному делу отсутствуют. 

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности К. в содеянном на основе объективной оценки исследованных в судебном разбирательстве дела убедительных и достаточных доказательств, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывают, их содержание и анализ приведены в приговоре. 

Доказательствам дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87 и 88 УПК РФ. 

Положенные судом в основу приговора доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и не содержат существенных противоречий по обстоятельствам, имеющим значение для вывода суда о виновности осужденного. 

В качестве доказательств виновности осужденного суд обоснованно сослался на показания потерпевшего Б., свидетелей З., М., Л., И., Д., протоколы осмотра места происшествия, предметов и другие документы, содержание и доказательственное значение которых приведены в приговоре.

Так, из показаний потерпевшего - инспектора отдела безопасности 

<

...> Б., следует, что в связи с отказом осужденного К. после вечерней проверки сдать телевизор, он 

<

...>. в 

<

...> совместно с сотрудниками исправительного учреждения З. и Г. вошел в палату № №, где находился осужденный. На вопрос о причинах отказа сдать телевизор, К. стал вести себя агрессивно, громко кричать, употребляя нецензурные выражения, на замечания и требования прекратить свои действия стал угрожать ему (Б.) физической расправой, замахнулся, пытаясь ударить его кулаком. По этой причине совместно с З. и Г., применяя физическую силу, уложили осужденного на кровать, после чего применили спецсредства – наручники. Находясь в наручниках, К. встал, пытался взять с тумбочки ложку, но выронил ее. После того как его вновь усадили на кровать, продолжал вести себя агрессивно, неоднократно пытался встать, нанести ему удар ногой. После того как осужденный успокоился, наручники с него были сняты, к нему была приглашена медсестра, которая осмотрела К. на наличие телесных повреждений. По результатам осмотра в медицинской помощи К. не нуждался, телесных повреждений не имел.

Аналогичные показания даны свидетелями З., являющимся очевидцем преступления, и М., наблюдавшим описанные Б. события посредством системы видеонаблюдения, имеющейся в палате осужденного.

<

...> г. проведено освидетельствование К., по результатам которого медицинской сестрой 

<

...> Л., являющейся медицинским работником, по утвержденной форме составлено заключение о медицинском освидетельствовании на наличие телесных повреждений, травм и отравлений, согласно которому телесных повреждений у К. не установлено.

Из показаний свидетеля Л. видно, что ею не обнаружено признаков телесных повреждений у К. 

<

...> в утреннее время, жалоб на самочувствие К. не высказывал.

Вопреки суждениям К., Л., являясь медицинским работником 

<

...>, обоснованно была привлечена к его осмотру сразу после того как к нему была применена физическая сила, поскольку такие действия регламентированы приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 декабря 2017 г. № 285 «Об утверждении порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы». 

Проведение освидетельствования осужденных на предмет наличия или отсутствия телесных повреждений и составление соответствующего заключения врачом или судебно-медицинским экспертом законодательством не предусмотрено.

Показания потерпевшего и свидетелей согласуются и с исследованными судом первой инстанции видеозаписями камеры переносного видеорегистратора инспектора З., и стационарной видеокамеры, установленной в палате К.. 

Из содержания указанных видеозаписей следует, что 

<

...> г. в палату к К. вошли инспекторы Б., З. и Г.. 

Б. обратился к К. с вопросом о причинах его отказа накануне вечером сдать телевизор. В ответ осужденный сразу встал с кровати, подошел к телевизору, начал вести себя агрессивно по отношению к Б., выражался в его адрес словами грубой нецензурной брани, угрожал применением насилия, после чего замахнулся на него кулаком. Лишь после этих действий К. сотрудниками 

<

...> в отношении него были применены физическая сила и спецсредства.

Суд обоснованно отверг версию осужденного о провокации и искусственном создании сотрудниками 

<

...> доказательств обвинения, их фальсификации, в том числе видеозаписей, поскольку описание видеорядов, имеющееся в протоколе осмотра предметов на досудебной стадии производства по уголовному делу, соответствует самим видеозаписям. 

Кроме этого, суд первой инстанции лично убедился в том, что содержание исследованных видеозаписей, полученных из разных источников, соответствуют друг другу.

Сведений о наличии оснований для оговора осужденного потерпевшим и свидетелями, а равно какой-либо их заинтересованности в неблагоприятном для осужденного исходе дела, судом первой инстанции не установлено, не находит таковых и суд апелляционной инстанции. 

Не содержат материалы уголовного дела и данных о совершении кем-либо из сотрудников 

<

...>, в том числе потерпевшим, действий, нарушающих права, свободы и законные интересы осужденного, о предвзятом к нему отношении. Не являются доказательством этому и факты обращения К. с жалобами в прокуратуру г

<

адрес>.

Действия сотрудников 

<

...> правильно оценены судом первой инстанции как законные и обоснованные. 

В соответствии приказом Минюста России от 4 июля 2022 г. № 110 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы», осужденные к лишению свободы обязаны соблюдать распорядок дня, установленный в исправительном учреждении (п. 10.2), выполнять законные требования работников уголовно-исполнительной системы (п. 10.3).

Согласно распорядку дня, установленному в 

<

...>, осужденные имеют право на просмотр телепередач в строго отведенное для этого время, что свидетельствует о законности требований потерпевшего о сдаче К. телевизора и о нарушении последним требований вышеуказанного приказа, утверждающего Правила, обязательные для осужденных к лишению свободы (п.5). 

Б. находился на службе, выполнял должностные обязанности в соответствии с должностной инструкцией.

К. не выполнил законных требований Б. об исполнении правил внутреннего распорядка и распорядка дня, установленного в 

<

...>, стал препятствовать исполнению должностных обязанностей сотрудниками 

<

...>, высказывая в адрес Б. оскорбления, угрозы, демонстрируя решимость к их осуществлению, замахиваясь на него рукой, сжатой в кулак, демонстрируя столовую ложку, замахивался ногой. Физическая сила и спецсредства к К. были применены именно в связи с его агрессивным поведением.

Происходящее было очевидно для другого осужденного – Д., показания которого, вопреки доводам жалобы, суд не отверг, отразив в приговоре в той части, в которой признал достоверными, подтвержденными совокупностью других доказательств.

С учетом изложенного, суд верно пришел к выводу, что К. противодействовал законным требованиям сотрудников исправительного учреждения и высказал в отношении одного из них – потерпевшего Б. угрозу применения насилия в связи с осуществлением им служебной деятельности. При этом потерпевший, а также другие сотрудники исправительной колонии не совершали в отношении К. провоцирующих действий, озвучивали ему законные требования, физическую силу в отношении осужденного применили правомерно.

Поскольку К. высказал угрозу применения насилия в отношении сотрудника исправительного учреждения в такой форме, позволяющей другим осужденным лицам слышать происходящее, а действия осужденного в отношении представителя власти носили вызывающий и дерзкий характер, что могло подорвать авторитет сотрудников места лишения свободы в глазах содержащихся там лиц, суд обоснованно пришел выводу о наличии у К. умысла на дезорганизацию деятельности исправительного учреждения.

Действия К. квалифицированы правильно по ч. 2 ст. 321 УК РФ – дезорганизация деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, то есть угроза применения насилия, совершенная в отношении сотрудника места лишения свободы в связи с осуществлением им служебной деятельности.

С учетом изложенного, доводы осужденного о неустановлении причин и условий инкриминируемого ему преступления отдельной мотивированной оценки не требуют.

Утверждения осужденного об обвинительном уклоне рассмотрения уголовного дела несостоятельны. 

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 273-291 УПК РФ. В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастие, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Все представленные суду доказательства исследованы. Все ходатайства сторон председательствующим судьей рассмотрены в установленном законом порядке с вынесением правильных и мотивированных решений. Участники процесса не возражали против окончания судебного разбирательства.

Необоснованных отказов осужденному и защитнику, участвующему при рассмотрении дела, в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, не усматривается.

Вопреки доводам жалобы, протокол судебного заседания, замечаний на который не приносилось, не содержит сведений о заявлении К. ходатайства о даче показаний в отсутствие потерпевшего и удалении последнего для этого из зала суда. Кроме этого, следует отметить, УПК РФ не предусматривает удаление из зала судебного заседания потерпевшего, а предусмотренная ст. 275 и 280 УПК РФ процедура удаления по настоящему уголовному делу не применима.

При этом, К., в связи с его ходатайством, обеспечено право дать показания в первую очередь.

Суд апелляционной инстанции не соглашается с доводами осужденного о невозможности оспорить показания свидетеля обвинения Г., как о нарушении его права на защиту. Показания указанного свидетеля судом не исследовались и не учитывались при постановлении приговора. Государственный обвинитель отказался от предоставления суду показаний свидетеля, как доказательства виновности К.. В связи с увольнением Г. из 

<

...> и переездом на постоянное место жительства в другой субъект Российской Федерации, его явка в судебное заседание стороной защиты, при содействии суда, не обеспечена, при установлении невозможности допроса Г. осужденный и его защитник не возражали об окончании судебного следствия.

Суд апелляционной инстанции также не счел возможным удовлетворить ходатайство осужденного о допросе Г.. 

К. не привел каких-либо убедительных мотивов, обосновывающих важность для разрешения уголовного дела сведений, которыми обладает Г. и которые не были сообщены другими очевидцами исследованных судом первой инстанции событий. Кроме этого, суд апелляционной инстанции не располагает сведениями о действительном местонахождении Г., не сообщил их и осужденный К.. 

Оснований полагать, что суд первой инстанции безосновательно отказал в назначении и проведении экспертизы, а также в вызове и допросе в судебном заседании специалиста в области инфекционных заболеваний с целью выяснения степени влияния на психику сильнодействующих препаратов, не имеется, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам жалобы осужденного, его поведение во время совершения преступления не свидетельствует о том, что он находился в состоянии, не позволяющем ему правильно воспринимать происходящие события. Напротив, действия осужденного очевидно указывают на то, что он, вопреки законным требованиям сотрудников 

<

...>, доведенным до осужденного в понятной, корректной форме, не только в день совершения инкриминируемого ему преступления, но и накануне пытался воспрепятствовать им. 

Как правильно указано в приговоре, действия К. носили персонифицированный характер и были направлены против Б., осуществлялись продолжительное время, при отсутствии со стороны потерпевшего каких-либо действий, которые бы можно было расценить как оскорбление. 

По указанным причинам суд апелляционной инстанции полагает, что ссылка осужденного на прием препаратов и связанное с этим болезненное состояние, не позволяющее ему объективно оценивать свое состояние, является исключительно формой защиты от обвинения. 

Судом первой инстанции истребованы и исследованы документы, отражающие сведения о состоянии здоровья К., при исследовании этих документов замечания к их содержанию сторонами не приносились. Сведения о состоянии здоровья осужденного учтены судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований ни для возвращения уголовного дела прокурору, ни для отложения судебного разбирательства судом апелляционной инстанции дела до рассмотрения жалобы осужденного на решение суда кассационной инстанции от 

<

...>

В качестве основания для возвращения уголовного дела прокурору осужденный сослался на необходимость дополнительного расследования уголовного дела, которое, по его мнению, проведено необъективно. 

Уголовно-процессуальный закон предусматривает процедуру возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, основания, приведенные осужденным, к таковым не относятся.

Рассмотрение вышестоящим судом жалобы осужденного на промежуточное решение по уголовному делу не препятствует рассмотрению уголовного дела по существу судом апелляционной инстанции. 

Наказание К. назначено с учетом требований ст. 6, 43, 60 УК РФ, ограничительных положений ч. 2 ст. 68 УК РФ, характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, обстоятельств, смягчающих наказание – наличия малолетнего ребенка, а также с учетом признанного таковым в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, неудовлетворительного состояния здоровья, и отягчающего наказание обстоятельства – рецидива преступлений, и является справедливым. 

Окончательное наказание К. назначено в соответствии со ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания, назначенного приговором от 5 октября 2022 г.

При этом, вопреки доводам жалобы, судом первой инстанции верно разрешен вопрос об исчислении срока основного наказания со дня вступления приговора в законную силу и о зачете в срок отбытия окончательного наказания времени содержания К. под стражей по настоящему делу с 15 ноября 2023 г., то есть, с даты вынесения приговора, до дня его вступления в законную силу.

Вид исправительного учреждения К. назначен правильно – исправительная колония строгого режима.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Курганского городского суда Курганской области от 15 ноября 2023 г. в отношении К. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, а осужденным – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления, по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий